# "Последний единорог".

Sapka

Это ЕЩЕ НЕ Эквестрия. За вычитку спасибо RushPhoenix.

[Изображение: http://www.animenation.net/blog/wp-content/uploads/2011/10/6a00d8341c5d9653ef0120a8b6fcf7970b.jpg]

> Единорог жила в сиреневых лесах, и жила она там совсем одна. Она была очень стара, хотя и не знала этого. Ее цвет уже не казался таким беззаботным, какой бывает морская пена, — теперь он, скорее, напоминал падающий снег в лунную ночь. Но взор ее был по-прежнему ясен и неустанен, и передвигалась она все так же — словно тень по волнам.Она вовсе не походила на рогатую лошадь, какими часто рисуют единорогов, — нет, она была меньше, копыта ее были раздвоены, а сама она обладала той древней дикой грацией, какой у лошадей отродясь не было. Олени лишь робко и слабо подражали ей, а у коз эта грация проявлялась только в каких-то издевательских плясках. По сравнению с длинной и гибкой шеей ее голова казалась меньше, чем на самом деле, а грива, спадавшая почти до середины спины, была мягкой, как пух одуванчиков, и нежной, как усики бабочек. У нее были острые уши и тонкие ноги с белым оперением у лодыжек, а длинный рог над глазами сиял и переливался собственным жемчужным светом даже в самую темную полночь.

> Питер Бигль.

## Глава 1

Демо версия текста.

Все началось с обычной археологической экспедиции, в которой я был назначен руководителем. Найдя первокурсников желающих съездить на Крым и отработать свою практику копаясь в развалинах греческих поселений, я начал сам готовиться к поездке. Ничего необычного, рядовая экспедиция. Я как раз планировал за время экспедиции накидать основные тезисы кандидатской…

Добравшись до места раскопок отряд занялся обычными делами, которые сопровождают юных археологов, как расстановка палаток и поиск мест где можно было бы купить сигарет или чего-нибудь горячительного. Студентки же нацелились на море. Только самые опытные, не торопились переодеваться в купальники, понимая, что и так успеют еще несколько раз обгореть на жаре. От Крымского солнца не спасают никакие крема, ведь работать приходится почти без одежды. Но я не об этом…

Собрав разбегающихся, как тараканы при виде тапка, студентов, оба моих аспиранта стали учить неофитов разбивать лагерь, ставить палатки, расписывать очередность дежурства у костра и прочим прелестям жизни «дикарей». Я же в это время бродил по раскопам и тихо ругался: мало того, что местные жители порой устраивают варварские налеты на раскопы, так еще и погода за целый год, которого нас здесь не было, весьма способствует оплывке грунта. Однако на этот раз все было не так уж и страшно. Следов аборигенов не было видно, а с остальным справятся лопаты студентов.

Первая неделя экспедиции прошла прекрасно. Студенты обгорали, работали, плавали в море и вечерами отправлялись, естественно в сопровождение аспиранта, в трех часовые экспедиции до ближайшего ларька. Но вот на восьмой день удача кончилось. Над нами прошла гроза, сопровождающаяся сильнейшим ливнем. Проклиная идиотских синоптиков, обещающих еще неделю без осадков, я сидел в палатке и занимался своей кандидатской. Студенты, уже обвыкшиеся с походной жизнью, тоже сидели по «норам» и занимались своими делами.

Следующий день после дождя встретил меня свежестью. От вчерашнего тухлого настроения не осталась и следа. Что нельзя сказать о студентах: по помятым лицам и «аромата» перегара, было заметно, что вчерашнюю ночь они отнюдь не спали. Ну и ладушки: трудотерапия лучшее средство от похмелья. Втихую, проклиная меня, с унылыми выражениями лиц они пошли за инструментом, когда я направился к раскопу. И тут меня ждал настоящий шок. Один из недавно расчищенных углов заметно просел, явив моему взору провал в земле. Я спустился к темнеющему отверстию и заглянул внутрь. Это была прекрасно сохранившаяся зала, но с поверхности рассмотреть ее отчетливее не удалось. Лучи света проникали в нее из отверстия в потолке, которое собственно и было той дырой, что я заметил. На полу, прямо подо мной, были видны каменные осколки, грязь и лужи воды. Судя по всему, дождь окончательно размыл раствор, крепящий потолок в этом месте и одна из плит упала вниз. Естественно тут же началась суета. Подбежавшие студенты начали возбужденно гомонить, и их пришлось чуть ли не силой отгонять от дыры, ведь столь ненадежный потолок мог рухнуть в любое время. Огородив периметр примерно соответствующий размером залы, я связался с институтом и занялся прочими мелочами, предшествующим серьезным раскопкам. За всеми этими делами я и не заметил, как наступил вечер, и я отложил спуск на завтра. У провала пришлось даже организовать ночное дежурство, силами меня и обоих аспирантов, чтобы студентам не пришло в голову изображать из себя Индиану Джонса или Лару Крофт, но ночь прошла на удивление спокойно.

И вот, наконец, спуск… Меня в каске, с «циклопом», на веревке начинают спускают парни. Внутри было весьма пыльно. «Циклоп» скользил лучом света по стене, выхватывая фрагменты весьма красивой росписи. Самым удивительным было то, что повсюду были изображены лошади, но на скифский курган это не походило ни капли. Я вообще не мог определить какой культуре подходил этот стиль рисовки, пожалуй, было здесь что-то. В средине залы стояла гладко отшлифованная каменная тумба, а в одной из стен темнело начало, засыпанного грунтом, прохода. Но самым удивительным было то, что лежало на тумбе. Это была книга! И выглядела она, как новая! Не смотря на толстый слой пыли, металлические части обложки ярко поблескивали в лучах фонаря. Долбанные студенты! Как они вообще умудрились протащить сюда новодел, мы же охраняли! (//Новолдел – по терминологии историков, предмет, изготовленный в наше время, но внешне похожий на древний. Новоделы используются умелыми студентами, для розыгрышей преподавателей во время раскопок) Но никаких следов мне обнаружить не удалось. Сделав кучу снимков на «цифру» я сказал, что бы меня тащили наверх.

Из-за книги разгорелся нешуточный скандал, обернувшийся поголовным обыском студентов и даже аспирантов, но в итоге шутников так не удалось найти. Теперь самолетом сюда вылетало еще несколько преподавателей кафедры археологии, занимающиеся античностью. Найти неповрежденную, не разграбленную комнату большая удача! В общем, кроме рисунков и барельефов изображающих лошадей, пегасов и единорогов, нам не попалось ничего интересного. Ну, еще и мастерски сделанный новодел. Книга, на обложке которой была вычеканена металлическая пластина в виде головы единорога, оказалась весьма толстой и вся вручную исписана мелким убористым шрифтом, отдаленно похожим на рунопись кельтов. После такого роскошного «подарка» от студентов, — а новодел наверняка влетел в копеечку, одна только металлическая обивка по углам чего только стоила — я прилюдно извинился за свои подозрения перед всей экспедиций. Коллеги лишь посмеялись над шуткой студентов и намекнули, что бы я не сильно зверствовал с принятием отчетов о практике. А вот меня смущало несколько вещей. Первое это слой пыли на книге. Ночью, в темноте, так аккуратно и правдоподобно насыпать его было несомненно проблематично. Второе это единорог на обложке. Откуда студенты могли знать, о росписи в зале? Но это могло быть и просто совпадение. Ну и третьим было невероятно новое состояние книги. Уж если они потратили столько денег на ее изготовление, то вполне могли состарить, для придания ей большей солидности.

Но исследование открытого памятника неизвестной культуры увлекло меня настолько, что о книге я вспомнил только, когда мы начали сворачиваться и возвращаться в институт. Я сделал фотографии нескольких десятков страниц и отправил знакомым криптологам на расшифровку. Если учесть, что том был весьма толстым и исписан на девять десятым, мне было немного любопытно есть ли в том, что напридумывали студенты смысл или это просто случайный набор символов.

Я уже и забыл об этой затее, когда один из моих знакомых прислал алгоритм для расшифровки. Оказывается элементы этой письменности, встречаются в разных древних языках, но аналогов все равно не имеет. Тем не менее, после нескольких месяцев упорных трудов ему удалось расколоть орешек и подобрать алгоритм расшифровки. Меня весьма удивило то, что это был не просто набор символов, а связный текст. Пообещав проставиться коньяком при первой же возможности, я отправил студента сканировать книгу. И уже через несколько дней у меня был готов ее примерный перевод. И вот, валяясь на диване с ноутбуком, я приступил к изучению книги.

Следуя совету Королевы, я решила начать вести дневник. Вполне возможно он попадет к тем, кто не знает меня, поэтому я считаю, что мне надо представиться. Меня зовут Амальтея, белая кисточковая ежинорожка. Из-за своего особого таланта я являюсь придворным летописцем. Мой особый талант, он же и мое проклятье это бессмертие. Да… бессмертие может быть проклятием. Только благодаря урокам королевы я не обезумела после четвертой сотни лет жизни. Она всегда и во всем меня поддерживала. Но потом венценосная чета пропала. В тот проклятый день они просто не вышли из своих покоев! Она бросила меня. К тому времени я уже умела сама справляться с излишком информации в своей голове. Собственно для этого я и решила завести дневник, что бы ничего не забыть, если вдруг перетружусь.

На чем же я остановилась?.. Ах да, с пропажей аликорнов в стране воцарился настоящий хаос. Мы слишком привыкли, что они ВСЕГДА правят нами и не сумели справиться с полученной свободой. Начались ссоры, земные спорили с пегасами и единорогами, а те в долгу естественно не оставались. Я пыталась их остановить, говорила о дернем проклятье, что нельзя так много ссориться, но меня естественно не послушались. Я ведь всего лишь летописец… Они сами накликали беду на весь наш мир. Неожиданно пришла зима, и такая мощная, что ее не смогли остановить даже единороги с пегасами. В итоге потом и они перессорились между собой, обвиняя друг друга в компетентности, и только тогда пришли ко мне за советом. Но, к несчастью, было уже слишком поздно. Они разбудили Вендиго. За ними пришел и Хаос. Весь окружающий мир теперь жил сам по себе, не подчиняясь никому из нас. Эта его самостоятельность пугала даже больше холодов. Нам было нечем противопоставить этим изменениям, ведь вместо того, что бы объединиться народы разделились. Пегасы и грифоны, которых больше не держали облака, улетели на север, к теплому континенту. Земные, вместе с минотаврами ушли на восток. Единороги же и Алмазные Псы спрятались в пещерах.

Все оказалось намного, намного, намного хуже, чем мы думали. Зима не планировала прекращаться, лишь ненадолго сменяясь теплым летом, с севера надвигались ледники, а народы все больше и больше впадали в дикость и варварство. Соседство с алмазными псами оказалось настолько опасным, что уже спустя несколько поколений единорогам пришлось уйти. Я как могла поддерживала их, учила, рассказывая историю для всех, но это были уже всего лишь сказки для единорогов о прошлом своего народа. Ну что могла сделать одна единорожка, когда добыть клочок травы и скрыться от саблезубого тигра, куда важнее, чем изучать историю и культуру предков?! Я даже боялась подумать, что произошло с земными и пегасами, но надеялась, что они не впадут в такую же дикость, как мои сородичи и живут в более благодатных краях.

Это было смутное время, поколения, сменялось поколениями, и постепенно единороги утратили былое величие. Нет, они не стали животными, но и былые достижения, которыми мы обладали, до оледенения, им уже не усвоить. Уже много поколений, я не могу научить никого из них телепортации. Но вот полезные навыки вроде телекинеза и излечения единороги учатся использовать, чуть ли не с пеленок. И все же я чувствовала, себя обязанной хранить свой народ.

Позже снова нам начали угрожать алмазные псы. Вследствие неизвестной причины они очень изменились, лишились почти всей шерсти, стали чуть выше, у них исчезли когти с пальцев и многое другое. А еще они одичали намного, намного сильнее единорогов. Думаю это из-за того, что у них не было наставника и кладези культуры, как я. Они стали активными хищниками и вновь единорогам пришлось уходить…