Автор рисунка: Siansaar
Зверь Воссоединение

Открытие

сперва я планировал, что про дарков будет чисто флэш бэк, но потом меня понесло. извиняюсь за задержку. кстати, есть мысль, помечать возможные непонятки в тексте и объяснять их в коментах.
Пример: (текст) Демног* посмотрел в окно.
(коменты) Демног — настоящие имя Варлока.

делать такое?

Дракон был в ярости. Его морозное дыхание обращало вечно дикий лес в одну большую ледяную скульптуру, замораживая всё в округе. Взмахи его чёрных крыльев нагоняли снежный буран на землю под ним, обрекая всё живое на гибель. Лишь двум существам удалось спастись в ледяной могиле.

— Да, наверное, зря я предложила ему идти сюда, как думаешь? – в шутку спросила Ланая маленького белого кролика, прижавшегося к её ноге. – Я же не знала, что эти волки и тут нас найдут. Хм, а ведь ты везунчик, малыш. Все остальные, наверное, уже рассыпались на маленькие сосульки.

Ничего не предвещало беды, колдунья вместе с рыцарем тихо пробирались среди лесных зарослей, ища какой-либо намёк на дорогу или лесной лагерь. Через несколько минут пути Дейвион предложил остановиться, так как не мог идти дальше. Грязь, которую он непроизвольно вынес из болота, начала засыхать, закрывая щели в броне, не давая земнопони даже просто повернуть голову. Ланая, посчитав, что это действительно необходимо, согласилась устроить привал, оставив напарника разбираться со своими доспехами, а сама отправилась на разведку. Это была ошибка, всю тяжесть которой она осознала только тогда, когда услышала крик Дейвиона. Она не успела далеко отойти, поэтому довольно быстро вернулась на место стоянки, на которой лежал рыцарь, придавленный древесными волками. Их было довольно много, не меньше двадцати штук, из которых двое стояли на лежащем пони, пытаясь прокусить его шею, остальные же кусали за ноги. Из-под забрала шлема почти не переставая шёл огненный поток, но лишь отпугивал волков от лобовых атак, не нанося им никакого вреда.

Несколько из них заметили подоспевшую единорожку и, бросив тщетные попытки прокусить доспех стального пони, напали на неё. Первого же волка сразила псионическая стрела, выпущенная из рога волшебницы. Снаряд, ударив в брюхо животного, рассёк тварь на две половинки. Остальные волки вывели из этого урок и попытались зайти с фланга. Они действовали удивительно слажено, быстро окружив чародейку. Не успев подготовить следующую атаку, девушка осталась беззащитной, за что быстро поплатилась. Один из волков укусил её за заднюю ногу, вызывая ужасную боль. Сжав зубы, Ланая лягнула волка, быстро применила знакомое заклинание, уходя в невидимость. Она не хотела бросать парализованного напарника на растерзание животным и уже начинала готовить следующий псионический удар, прицеливаясь рогом так, чтобы он поразил как можно больше волков.

Однако это не понадобилось. На секунду Дейвион исчез в яркой огненной вспышке, после чего на его месте материализовался огромный чёрный дракон, раскидывая взмахами крыльев всех хищников, мгновение назад пытавшихся его убить. Взревев, напарник Ланаи обрушил на уцелевших волков ледяной поток, обрекая их на смерть. Быстро догадавшись, что Дейвион скорее всего её не заметит, также «дыхнув» на тварей рядом с ней, и просто убьёт её, колдунья быстро наложила на себя магический барьер, ни раз выручавший её в опасных ситуациях. Это-то и спасло девушку, как и кролика, случайно попавшего в область действия щита.

Тем временем дракон немного успокоился. Оглядев землю вокруг себя, он пролетел несколько метров и приземлился на зелёной поляне, которую не задел во время ярости.

«Твари… чтоб я ещё раз пошёл по болоту! Надо было сразу перелететь, ничего бы не произошло», — думал про себя Дейвион. – «Надеюсь, Ланая не пострадала. Может она успела отойти достаточно далеко, и я её не задел?»

Неожиданно рыцарь услышал тихий писк, доносившийся снизу. Опустив голову, он увидел маленькую пегаску, прижавшуюся к земле. В том, что это девушка, Дейвион не сомневался. Черты лица и строение тела были больше похожи на те, что были у его напарницы. Пегаска имела светло жёлтый окрас шерстки и длинную розовую гриву с хвостом. Она лежала на животе, прикрыв мордочку передними копытами, и дрожала всем телом.

Дейвион наклонился поближе, пытаясь лучше разглядеть это невиданное ему создание. С удивлением он заметил то, что пони не просто пищит, а говорит на его языке! Правда, слова было не разобрать, пегаска говорила слишком тихо. Наклонившись ещё немного, почти касаясь её кончиком носа, дракон начал внимательно вслушиваться.

— Не ешь меня. Не ешь меня. Не ешь меня, — пони с некоторой мольбой повторяла эту фразу, даже не замечая приближающегося к ней дракона.

Решив заявить о себе, Дейвион приоткрыл рот, чтобы заговорить с пегаской, однако его вновь постигла неудача. Как только он это сделал, пони открыла глаза, чтобы посмотреть, улетел ли дракон. Первое и последнее, что Флаттершай увидела, была открытая пасть дракон с зубами, размером с её ногу, и языком, приближающимся к ней. Тихонько пискнув, пони потеряла сознание.

Дейвион ещё пару секунд стоял перед пегаской с раскрытой пастью, прежде чем осознал, что произошло. Тяжело вздохнув, чёрный дракон обернулся огненным шаром, из которого вышел закованный в латы земнопони. Подойдя к лежащей кобылке, он снял шлем и приложил ухо к её груди. Услышав знакомый звук сердцебиения, Дейвион сел рядом, поднял голову и извергнул в небо поток огня. Пламя поднялось достаточно высоко, чтобы его можно было заметить в радиусе пары сотен метров. Сигнал был подан, оставалось только ждать.

...

Тёмно-зелёный аликорн медленно шёл по руинам древнего замка. Его тело обволакивал синеватый туман, оставляя позади него дымчатый след. На аликорне был изрезанный бардовый плащ, костяные доспехи, некогда отлично защищавшие своего владельца, но теперь из-за бесчисленных трещин годившиеся лишь как украшение, как и корона, сделанная из обсидиана и золота.

Проходя мимо зеркала, король остановился и, сдув вековую пыль, взглянул в него.

Отражение словно принадлежало кому-то иному, кому-то слабому. Остарион видел в зеркале павшего монарха, потерявшего все, что у него было, сдавшегося на произвол судьбы.

— Я не такой, — прошептал аликорн, усмехнувшийся самому себе.

Отражение в точности повторило действие оригинала. Аликорн в зеркале опустил голову, продолжая глазами следить за бывшим королём, и тихо засмеялся, насмехаясь над Остарионом. Этот смех перерос в безудержный хохот, эхом отражавшийся от стен дворца. Когда же он прекратился, отражение аликорна гордо встало и с ухмылкой посмотрело на короля. Сколько презрения было в этом взгляде, сколько отвращения выражало это надменное лицо.

Король опешил от такой наглости, но быстро пришёл в себя.

— Ты слышишь меня?! – выкрикнул он усмехающемуся аликорну в зеркале. – Я не такой!

По руинам дворца пронёсся звук бьющегося стекла.

Тяжело дыша, Остарион смотрел на лежащие на полу осколки зеркала. Они больше ничего не отражали, казалось, что сам лунный свет, проникающий в залы сквозь разрушенные окна, безвозвратно тонул в них. Успокоившись, король взглянул на стену, на которой минуту назад висело злополучная стекляшка. От удара его копыта по каменной кладке прошла трещина, тянущаяся до потолка, из-под которого посыпалась вековая пыль, ложившаяся на одеяния аликорна.

Ещё раз вздохнув, Остарион поднял голову и уверенным шагом двинулся дальше. Он уже несколько минут изучал эти руины в ожидании рапорта от своей свиты. Не смотря на то, что они прибыли в этот замок всего час назад, король придумал план действий и отправил всех на его исполнение.

«Уже скоро я вновь займу своё законное место правителя, — думал про себя призрачный аликорн. – Этот мир населён, а значит моя империя вновь возродится! Скоро, скоро они закончат, и я пройдусь по этому миру подобно клинку по плоти».

Ухмыльнувшись, король решил проверить приготовления, а заодно и решить, какое государство первым покорится ему.

Завернув в ближайший коридор, аликорн вышел в тронный зал, где в окружении пиктограмм стояло два единорога. Один из них был одет в мантию, достающую до пола, капюшон которой полностью закрывал верхнюю часть головы колдуна от посторонних глаз, но предусматривал отверстие для рога. На поясе пони висела толстая книга в кожаном переплёте и закрытая тремя стальными обручами с нарисованными на них рунами. Перед ним стояли три белоснежные лошади, заворожено смотрящие на чернокнижника, шепчущего заклинания. От лошадей исходил лютый мороз, а дыхание замораживало воздух вблизи их носа. Они были в два раза больше единорога в мантии и немного выше Остариона. Всё, что им было нужно, это ударить передним копытом заклинателя в лоб, чтобы его череп хрустнул подобно яичной скорлупе. Но таинственные слова, нашёптываемые колдуном, удерживали их от этого. Когда единорог закончил, лошади встряхнули головой, словно пробуждаясь от долгого сна. Несколько секунд они просто смотрели на единорога, после чего двое из них опустились на передние копыта перед магом. Третья ещё некоторое время наблюдала за Варлоком, после чего громко заржала и встала на дабы, намереваясь убить его. Только она занесла копыта, как тронный зал озарил громкий треск, продлившийся всего долю секунды, после чего в грудь снежного демона ударила золотая молния, пробившая дыру в ней и в стене за чудовищем. Проследив за следом, оставленным магическим ударом, Остарион увидел знакомую демоническую руку, с вытянутым указательным пальцем.

Эта рука была единственной частью Лиона, которую трансформация обошла стороной. Она была подобна обугленному камню и являлась главным оружием боевого мага, тем самым козырем, что он использовал, дабы переломить ход битвы. В остальном же его постигла та же участь, что и всех тех, кого перенёс в этом мир Варлок. Лион тоже был единорогом с пепельной шерстью, одетый в старую, но богатую одежду, и маленьким жезлом, убранным в поясную сумку.

— Это уже десятый, Варлок, – с недовольством сказал Лион. – Не такой уж ты и специалист, как мне тебя описывали.

— Десятый, — кивнул головой заклинатель, после чего обернулся к магу лицом. – Из сорока. Мне попались довольно любопытные экземпляры.В них есть след первого круга ада,но они видимо потеряли с ним связь когда попали сюда.

— То есть,ты не можешь их подчинить?

— Я этого не говорил.Хоть они больше похожи на каких-то духов,но они всё ещё демоны.Порабощение конечно займёт куда больше времени чем с простым малым демоном, но если ты думаешь, что сможешь лучше усмирить этих тварей, то…

Пепельный единорог хмыкнул и отвернулся от своего невольного напарника. В глубине души Лиону хотелось прикончить этого высокомерного выскочку из Оглоди, предварительно полностью осушив его, но за ним стоял Остарион, который точно не простил бы убийство своей верной собачонки.

— Делайте то, что я вам приказал, каждый, – в разговор вмешался вошедший аликорн. – Есть новости от Найк’са?

— Он пока ещё не вернулся, — ответил Лион.

— Понятно, а что Мортред?

— Исследует замок, мой повелитель, — произнёс Варлок.

После этих слов Демног достал из кармана мантии красный кристалл и поднёс его к снежным лошадям. Артефакт засиял ярким светом, озарив демонов. Как только это произошло, на шеях демонов появились рунные символы, навсегда привязав их к своему новому хозяину. Удовлетворённый результатом, Варлок слегка улыбнулся и убрал кристалл обратно, после чего взмахнул копытом и лошади ускакали прочь.

— Ваше величество, позвольте спросить, — подал голос Лион. – Вот у нас скоро будет новая армия, к тому же усиленная демонами. С такой подпоркой мы вновь сможем…

— Я вновь смогу, – с угрозой поправил мага Остарион.

— Вы вновь сможете покорить многие государства, но меня мучает один вопрос: где же нам эти самые государства искать? В округе снежная пустыня и, если судить по тому, что я нашёл в этом замке, — Лион демонстративно пнул передним копытом череп лежащего рядом скелета, – в ближайшей округе точно не осталось никого живого.

Призрачный аликорн пару минут со злостью смотрел на боевого мага. Ему никогда не нравился тон, с которым Лион обращался к нему. Слишком много высокомерия для какого-то смертного, пусть и очень сильного. Любого другого Остарион за подобную дерзость сразу бы разрубил на две половинки. Но Лион… он был слишком ценен для свергнутого монарха, особенно сейчас. И что самое главное — колдун это понимал и нагло пользовался своим положением.

Всё же он никогда не преступал ту самую черту недозволенного, умело балансируя на ней. Лишнее слово, лишний жест — и призрачный король сразу бы прикончил боевого мага, наплевав на всю пользу, которую Лион мог бы принести. Но, увы, Лион всегда останавливался вовремя, не давая Остариону повода убить его.

— Повелитель, у меня есть кое-что, что может вас заинтересовать, — в зал вошла тёмно-серая земнопони, одетая в старый дорожный пыльник и элегантный шлем.

— Мортред? Что у тебя?

— Я, кажется, знаю, где нам искать местное население. Я имею в виду живое.

Варлок с Лионом удивлённо переглянулись между собой. Призрачный аликорн же лишь улыбнулся краем губ, после чего гордо поднял голову.

— Продолжай, — ответил он, не веря такой удачи.

Убийца молча сняла с пояса небольшую сумку, из которой достала книгу.

— Это дневник придворного мага, — сказала девушка, листая страницы книги маленьким серебряным кинжалом, который на удивление ловко держала согнутым копытом. – Его звали Старсвирл Бородатый…

— Что за нелепое имя, — хмыкнул демонолог, почёсывая рукой подбородок.

— Дай ей закончить, — с угрозой произнёс аликорн, рог которого окутал плотный туман, светясь тёмно-зелёным светом.

В тот же момент Лион почувствовал холод лезвия на своей шее. Застыв на месте, он медленно опустил глаза вниз. Увидев знакомую золотую гравюру и белоснежный цвет лезвия, по лбу мага потекла капля пота.

— Это оно? – тихо спросил единорог, опасаясь случайного вздоха, грозившегося стать для него последним.

— Да, это оно, — кивнул головой король мёртвых, после чего опустил меч телекинезом. – Мортред, дай мне книгу, я сам прочту.

Девушка молча протянула открытый дневник Остариону. Подхваченная полем телекинеза книга подлетела к лицу аликорна, раскрывая свои тайны бывшему тирану.

«Ситуация усугубляется с каждым днём. Земнопони и пегасы отказались от союза, чем обрекли нас и самих себя на верную гибель. Точнее, предложение о союзе даже не прозвучало на собрании! Я так надеялся, что принцесса Платина призовёт их к голосу разума, но, к сожалению, она лишь подлила масла в огонь. Звать второй совет бесполезно, никто даже не придёт на него. Мы остались одни. Холод усиливается. Еды не осталось, даже королевские кладовые пустуют. Вендиго уже начали нападать на пони за пределами замка. Это конец. Наш единственный путь – уйти отсюда, попытать счастье в новых, неизведанных землях. Путь единорогов идёт на юг. Я почти уверен, что пегасы и земнопони тоже в скором времени мигрируют туда. У них просто нет другого выхода. Я надеюсь, что когда-нибудь они смогут ужиться в мире, иначе этот кошмар повторится.

Сегодня всё решилось. Оставшиеся в живых единороги собрались в замке в ожидании лидера, который их поведёт. Кого-то нового, кого-то сильного. И этим кем-то стала Платина. Не смотря на все мои уговоры, король отказался идти… Он не может, не хочет покидать эту землю, хоть и понимает, чем это всё обернётся. Я никогда не смогу забыть слёз принцессы…

Они ушли… Я знаю что там, куда они пошли, их ждёт светлое будущие. Платина приведёт единорогов к процветанию, я уверен. Юг. Теперь их судьбы будут привязаны к этому краю. Их… но не моя. Я должен исполнить свой последний долг. Как жаль, что я так и не смог закончить все мои заклинания… сколько же всего неизвестного осталось в мире магии. Оглядываясь назад, я понимаю, что я прожил прекрасную жизнь, но даже близко не достиг того, о чём мечтал в детстве. Ну и пусть. На моё место придут другие мудрецы, которые закончат моё дело. Кловер… ты сможешь это сделать, ты сильная, куда сильнее меня. Я знаю, я просто знаю это.

Ты хотела остаться со мной… ты хотела быть со своим учителем до конца… признаюсь, я и сам хотел этого. Но ты нужна своему народу сильнее, чем одинокому старику. Сейчас, в последние часы своей жизни, я понимаю, что же чувствовал король в тот момент, когда отказался идти со своей дочерью. Твои слёзы были такими же искренними, как и слёзы Платины. Прощай, Кловер. Ладно, пора приниматься за дело.

Если кто-нибудь когда-нибудь прочтёт это, значит мой план сработал и вендиго не смогли добраться до Платины и остальных пони. Я заманил этих тварей в наш замок и наложил чары, которые удержат их. К сожалению, чтобы поддерживать барьер, я должен непрерывно направлять на него большое количество сил, которых у меня осталось не много. Сейчас я доживаю свои последние минуты, мне это понятно. Что ж, значит, так тому и быть.

И последнее, о чём я хочу попросить того, кто читает это. Я погрузил нашего, точнее, моего короля в магический сон в тронном зале. Он заслуживает шанса увидеть новый мир. Если вы владеете магией и если вам не всё равно на последнюю просьбу умирающего единорога, прошу, разбудите его. Способ находится на форзаце моего дневника, который вы сейчас читаете.

Я сказал всё что мог. На этом Старсвирл покидает сцену.

Прощай, Кловер».

Закончив чтение, Остарион посмотрел на свою свиту. Каждый ждал какой-либо реакции от короля мёртвых.

— Варлок, — наконец начал аликорн, – готовь портал. Теперь я знаю, кто наша первая цель. Мортред, обыщи замок. Перерой всё, но найди мне тело этого Старсвирла. Лион…

— Хозяин! Я нашёл! – крик Найк’са прервал раздачу указаний.

В зал вбежал закованный в кандалы вурдалак, покрытый слоем снега.

Трансформация не обошла его стороной, но и сильные изменения не внесла. Его состояние осталось тем же, он всё ещё был тем самым монстром, с обглоданной плотью, торчащими нижними рёбрами и выпирающим позвоночником. У него не появился ни рог, ни крылья, даже при смещении костей он всё ещё передвигался ползком, гремя своими разорванными кандалами. Разве что вместо деформированных рук и ступней у него появились разбитые в кровь копыта с впившимися в плоть острыми осколками костей. Щёки вурдалака были разорваны, и нижняя челюсть монстра держалась лишь на паре лоскутков кожи.

— О, отличная новость, — обрадовался аликорн. – И много их?

— Кладбища тянутся на километры, хозяин.

Аликорн рассмеялся в полный голос.

— Прекрасно, просто прекрасно! Ты заслужил награду, Найк’с.

— Хозяин… Я очень голоден, хозяин… — хрипя, проговорил вурдалак.

— Разумеется, — улыбнулся Остарион зловещей улыбкой.

Дневник Старсвирла, окутанный тёмно-зелёным туманом, медленно подлетел к лицу Демнога.

— Просмотри форзац и сделай все, что в нём написано, — ухмыляясь, произнёс король мёртвых, смотря на величественный трон, на котором находилась ледяная скульптура белого единорога в короне.

Ещё когда Остарион впервые зашёл в тронный зал, он заметил эту статую. Сперва он не придал ей особого значения, но то, что она находилась на его законном троне, сильно разозлило бывшего монарха. «Власть принадлежит сильным, удел слабых же – пресмыкаться», — с этой мыслью тиран попытался разбить статую, но к его удивлению, удар рапиры не нанёс ледяной скульптуре никакого урона. Оружие лишь со звоном отскочило от неё. Как не пытался Остарион сломать статую мечом, какими бы заклинаниями не бил по ней – всё было тщетно. Но теперь всё стало предельно ясно.

Варлок уже начал использовать заклинание. Его рог окутало оранжевое свечение, и с каждой секундой ледяной саркофаг уменьшал свою защиту. Лёд начал стремительно таять и скоро превратился лишь в лужу воды, касающуюся копыт короля мёртвых.

Пробуждённый единорог жадно вздохнул полной грудью.

— О звёзды, как же болит голова, — произнёс он, потирая рог.

Открыв глаза, он впал в ступор, увидев перед собой окутанного зелёным туманом аликорна, со злобной ухмылкой смотрящим на него.

— Кто вы? – встрепенулся единорог. – Что вы делаете в моём замке?!

— Хе-хе-хе, в твоём замке? – медленно произнёс Остарион, не прекращая улыбаться. – Ты знаешь, за такую дерзость полагается наказание, смертный.

— Да что ты себе позво… — договорить бывший король не сумел.

В его поле зрения попал Найк’с, смотрящий на него сквозь бледные зрачки. От вида монстра и его множественных зубов тело белоснежного единорога словно парализовало.

Вурдалак, что-то бормоча себе под нос, медленно стал подползать к оцепенелому единорогу. Цепи на его ногах зловеще звенели при каждом его движении. Именно этот звон вывел бывшего короля из ступора.

— Не подходи, не подходи! – закричал единорог, попятившись назад.

К сожалению, сзади него была лишь спинка трона, полностью отрезавшая ему путь к отступлению. Его взгляд лихорадочно метался по тронному залу, пытаясь найти спасение, пока не остановился на двух единорогах, стоящих у правой стены. От страха король даже не заметил то, что у одного из пони вместо одной из передних ног была искривлённая демоническая рука, которую он сжимал в кулак, используя как четвёртую точку опоры.

— Эй, вы, помогите мне! – выкрикнул он Варлоку с Лионом. – Что же вы стоите?! Спасите вашего короля!

Тем временем каннибал почти вплотную подобрался к трону. Шипы на его браслете впились в кость вурдалака, погружая его в неконтролируемую ярость. Издав утробный рык, Найк’с набросился на единорога, кусая его за ногу.

Хруст прокушенной кости утонул в крике боли бывшего короля. Из глаз монарха брызнули слёзы, в тщетной попытке освободиться он начал пинать другой ногой голову вурдалака. Не обращая внимания на удары, Найк’с, не разжимая челюсть, рывком головы сбросил единорога с трона и повалил его на пол. Немного пошевелив ртом, вурдалак оторвал часть ноги пони и начал старательно пережёвывать откушенный конец. Единорог закричал ещё громче, надрывая глотку от боли. Возле искалеченной ноги скопилась огромная лужа крови, пропитывая собой белоснежную шерсть единорога.

— Умоляю, я сделаю всё что вы пожелаете!- надрывно кричал белоснежный единорог.

Никто не сказал ни слова. Все просто молча продолжали смотреть на то, как Найк’с убивает пробуждённого монарха.

Тем временем, закончив с одной ногой, Найкс приподнялся на задние копыта, и с силой ударил передними в живот единорога. Осколки копыт, подобно множеству ножей, впились в плоть бывшего короля единорогов. Не желая останавливаться, вурдалак резко развёл передние копыта в стороны, разрывая живот пони. Увидев внутренние органы единорога, каннибал одним укусом откусил желудок пони, начав пережёвывать новый кусок плоти. Единорог уже не мог кричать. Из его глотки раздавались лишь хрипящие и булькающие звуки, пророчащие скорую смерть бывшего монарха.

— Лион, Варлок, — выкрикнул Остарион, направившись к выходу из замка, – за мной.

Два демонолога встали с насиженных мест и последовали за аликорном.

Выйдя из замка, король призраков осмотрел лежащий на земле снег. Быстро найдя кровавые следы, оставленные Найк’сом, Остарион уверенным шагом направился вдоль них в город.

Дорога не заняла много времени. Через десять минут он уже стоял около множественных могильных камней, тянущихся к горизонту.

— Демоны устроили в этом месте настоящую бойню, — произнёс Демног, осмотрев кладбище оценивающим взглядом.

— Как я уже говорил, готовь портал, мы с Лионом выдвигаемся как только я закончу ритуал, — холодным голосом сказал аликорн. – Направь его на юг, там я начну свои поиски.

— В этом нет нужды, мой повелитель, — спокойно произнёс чародей. – Эти демоны, Вендиго, уже рассказали мне, где именно поселились жители этого мира. Я могу направить портал прямиком в населённый город, если вы этого захотите.

Остарион одобряюще посмотрел на Демнога, после чего кивнул ему. Ничего больше не ожидая, Варлок начал нашёптывать заклинания перемещения, освещая местность вокруг оранжевым сиянием своего рога.

Тем временем Остарион взлетел над кладбищем и принялся колдовать другое заклинание. Туман вокруг его тела рассеялся, оголяя просвечивающуюся плоть короля призраков, и тонкой пеленой опустился на могилы, утопая в них. Рог аликорна окутал яркий зеленоватый свет, после чего послышался оглушительный хлопок.

Могилы начали разрываться друг за другом, пробуждая новую армию Остариона.