Остановившись у леса снежным вечером

Флаттершай всегда чувствовала себя в лесу как дома. Это было место, которое дарило ей покой и безопасность. Теперь она наконец-то нашла кого-то, с кем могла разделить свои ощущения.

Флаттершай Сансет Шиммер

Опасности телепортации в состоянии алкогольного опьянения

У Принцессы Селестии проблема. Или, возможно, это у Твайлайт Спаркл проблема. Каждые несколько недель, пьяная Твайлайт Спаркл неосознанно телепортируется в замок Селестии в поисках закуски или места, чтобы переночевать. Так что со всем этим будет делать Селестия?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Третий лишний

У Твайлайт и Шайнинг Армора есть сестрёнка - Лайт Стэп. Все только и говорят Лайт, как ей повезло иметь таких великих героев в родне. Лайт Стэп же желает придушить их обоих.

Твайлайт Спаркл ОС - пони Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Папа

Очередная история про Ольху и Рябинку.

Диамонд Тиара ОС - пони

Пони выйти из сумрака

В результате случайного события двое членов дневного дозора и светлый маг перевертышь попадают в Эквестрию на месяц.

Повсюду мёртвые жеребята!

Твайлайт вступила в лужу околоплодной жидкости. После этого её день становится только хуже.

Твайлайт Спаркл Спайк Другие пони Старлайт Глиммер

Бессмертие - это ад

Бессмертие... Так ли это хорошо? Страдания бессмертных после конца всего живого.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна

Друзьям — скидки

Главные городские шутники втянули Принцессу Понивилльскую в свой очередной розыгрыш, но городские сплетни выставили всё в неправильном свете, и теперь Твайлайт влипла. Но возможно, не всё так плохо, как показалось сначала...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Пинки Пай Эплджек

Кого не видно за окном

Спайк помогает Рарити. Поможет-ли это ему?

Твайлайт Спаркл Рэрити Спайк

Время быть пони

Этот фанфик является кроссовером к шедевру французской анимации под названием WakFu. В центре событий - антагонист первого сезона, маг времени по имени Нокс. После того, как потерпевший неудачу злодей лишает себя жизни, Бог Кселор предлагает ему шанс искупить свою вину перед самим собой, отправившись в Эквестрию в поисках способа спасти семью. Он даже возвращает нестабильную психику Нокса в нормальное состояние, что бы тот смог вновь стать тем добрым, любящим своих детей часовщиком. Но сможет ли он по-настоящему измениться? Или его безумное я возьмет верх и он вновь попытается разрушить мир, в этот раз населенный добрыми, беззаботно живущими разноцветными пони?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Другие пони Человеки

Автор рисунка: MurDareik
Глава 5. Если верблюды корабли пустыни, то пони пустынные кораблики... Глава 7. Если ты пони, то это надолго

Глава 6. Экстремальная археология

Глава в которой отряд находит цель своего путешествия, а наш герой оказывается в неоднозначном положении.

Щемящее чувство свободного падения быстро сменилось чувством огромного облегчения, как будто пресс, давивший на меня всё это время, начал спадать. Хотя почему «как будто»? Так и есть. Сила стремительно возвращалась ко мне, и в какой-то момент рефлекторно расправленные в падении крылья снова стали держать в воздухе. Сориентировавшись, пошёл на разворот, чтобы не вписаться в противоположную стену, создал самый яркий светляк и, подхватив телекинезом всех понях, пошёл на снижение. Над головой раздавались восторженные крики гиперактивной радуги и паническая ругань остальной банды Гармонии. Судя по всему, полёт в полной в темноте в неизвестность изрядно всех встряхнул. Но вот в свете заклинания появился берег реки, и в кои-то веки мне удалось нормально приземлиться на все четыре копыта, расту, однако. Поставив всех понек рядом, я просто упал на песок. Резко вернувшаяся сила серьёзно ударила по энергетике, ломило всё тело, снова сильно и резко заболела сломанная нога, а рог так и вообще начал искрить.

— Юху! Круть, надо повторить! — отдышавшаяся Рейнбоу не смогла сдержать восторга.

Остальные поньки и даже фестралы, судя по взглядам, бросаемым на неё, восторгов по поводу полёта не разделяли. Флаттершай и Рарити так и вообще изрядно колотило, так что бедолаги сидели на песке, обнявшись, пытаясь сдержать дрожь. Только я хотел поздравить поняш с удачным приземлением, как снова почувствовал то самое мерзкое ощущение, которое сопровождало догонявшую нас тень, и оно быстро приближалось сверху. Долго не думая, стянул всех к себе телекинезом и укрыл группу самым мощным сферическим щитом из тех, что были известны Твайлайт.

— Ну что опять?! — на этот раз не сдержала крик души Рарити.

— Тень нас догнала, — и практически сразу, как я закончил фразу, по вершине защитного купола что-то забарабанило, а ощущение присутствия чего-то чужеродного и враждебного стало просто нестерпимым.

Увеличив яркость светляка, влив в него ещё больше силы, я всё-таки смог рассмотреть, что на нас падало. Целая толпа скорпионов и ещё каких-то огромных жуков, окружённых чёрной дымкой, копошились вокруг и продолжали падать сверху, и вся эта орава пыталась пробраться к нам. Среди них попадались скелеты змей и каких-то небольших ящериц, глазницы которых горели зелёным потусторонним огнём. Дружный визг банды Гармонии подтвердил, что и остальные поняхи рассмотрели агрессора.

Все доступные мне арканы, отпугивающие насекомых, хищников и вообще живых существ на них не подействовали, а слабые варианты заклинаний попросту гасли в странной ауре, окружавшей этих тварей. Вот оно! С трудом отловив одного из скорпионов, разорвал его на части телекинезом, но вместо ожидаемой кашицы из внутренних органов насекомых под панцирем оказалось лишь горстка пыли. Поверить в это было трудно, но других вариантов тут не оставалось: на нас напали насекомые-зомби.

Почувствовав мелкую дрожь возле своего бока, оторвался от изучения агрессора и оглянулся. Возле меня на крупе сидела Пинки и мелко-мелко дрожала, стуча зубами. Что за? Подскочив на ноги, осмотрелся: Рарити, Флаттершай и один из стражей уже лежали без сознания, остальные поняши были близки к этому, и их ауры тускнели на глазах. Ну уж нет, чтобы погибнуть от толпы жуков — никогда! Перенеся всех понек как можно ближе к себе, наслал на них сон и укрыл их крыльями и собственной аурой, связывая нашу жизненную энергию воедино. Убедившись, что в данный момент хуже им не станет, начал собирать в себе энергию водного потока. Дождавшись, когда по куполу перестали барабанить последние жуки, заключил их во второй купол, а теперь самое интересное и очень простое действие: используя весь немаленький объём собранной силы, максимально укрепил оба защитных купола и создал между ними максимально доступную в данном случае разность потенциалов. Судя по яркости вспышки и тому, что грохот от возникших разрядов пробился даже сквозь защиту, получилось никак не меньше миллиона вольт. На этом я не остановился, продолжая вливать силу в аркан, заставляя вспышки разрядов слиться в равномерный гул.

В какой-то момент я тоже потерял сознание, очнувшись, правда, первым, когда над головой уже вовсю светило полуденное солнце. Внешний щит давно распался, внутренний ещё держался, спасая нас от всё ещё пышущего жаром, кольца расплавленного песка. Н-да, знатно повеселились ночью, ничего не скажешь, да и присутствия тёмной ауры больше не ощущалось. Укрепив щит, зачерпнул из бегущего неподалёку ручья побольше воды и вылил на песок вокруг и повторял процедуру, пока песчаный расплав не остыл окончательно.

Днём на дно каньона попадало достаточно света, чтобы можно было разглядеть окрестности. Хотя осматривать было особо и нечего: отвесные серо-жёлтые стены каньона, сложенные из гранита и присыпанные вездесущей пылью, вздымались по бокам, на дне, среди песчаных дюн, весело журча, бежал то ли крупный ручей, то ли маленькая речка, а кое-где встречались даже пучки какой-то травы и мелкий кустарник.

Под боком кто-то зашевелился, затем из-под правого крыла высунулась заспанная мордочка Флаттершай.

— У-у-у, как же болит голова, — зажмурившись, пропищала пегаска и опять спрятала голову в перьях.

— Вставай, красавица, проснись, открой сомкнутый негой взор, — не удержавшись, тихо прошептал я.

— Да иди ты знаешь куда. Такое чувство, словно мы вчера всю ночь пили, причём палёную водку. Моя голова… — пегаска выбралась из кучи-малы и улеглась на живот неподалёку, сжав виски копытцами. — Что случилось-то?

— Грубо говоря, нас чуть не сожрала целая толпа членистоногих-зомби при поддержке нескольких скелетов рептилий.

— Ты же не шутишь?! — Подняв голову, пегаска внимательно посмотрела на меня.

— Нет, и с этим придётся что-то делать. Если бы не каньон, мы бы тут и остались, в этих песках, а то и пополнили коллекцию скелетов.

— Это ужасно! Твайлайт, дорогуша, надеюсь, такое больше не повториться, — из-под другого крыла, пошатываясь, выбралась Рарити.

— Чтобы такое не повторилось, придётся поработать над защитой… — скорее для себя сказал я. — От оттока жизненных сил доспехи не спасут.

Наш разговор запустил цепную реакцию пробуждения поней, которые в состоянии разной степени разбитости расползались кто куда из кучи-малы. Одним из последних из-под моего крыла выбрался очумелый страж. Бедолага стоял ближе всех к агрессору, ну и досталось ему побольше, чем остальным. Осоловело помотав головой, тот осмотрелся кругом, но увидев, откуда он только что вылез, мучительно покраснел и принялся извиняться, чем вызвал смешки начавших оживать понек.

— Да ты не тушуйся, жеребец, тут все свои. Неужели стражи все такие робкие? — не удержался от подколки я, чем вызвал новую порцию смешков. И, как оказалось, эмоциональная разрядка сглаживала ночные воспоминания и ускоряла восстановление энергетических оболочек.

Ага, вроде все ожили, теперь и мне хватит разлёживаться. Встав, я потянулся всеми конечностями и, разминаясь, махнул пару раз крыльями, после чего объявил:

— Так, банда, будем считать, что сегодня у нас банно-прачечный день.

— Чего?!

— Не перебивать старших!

— Хей, сахарок, да я старше тя ажно на два года! — вставила свои пять битов ЭйДжей.

— Зато я выше, — и показав яблочной поняше язык, продолжил: — Рейнбоу и Флаттершай, после завтрака возьмите себе в компанию понравившегося стража, — давешний бедолага подавился воздухом, — и разведайте каньон в обе стороны. Нам надо знать, насколько проходимо его дно. Лететь осторожно, но, по идее, аномалий на такой глубине быть не должно. Остальные разбивают лагерь.

— А ты, дорогуша, чем займёшься?

— А я постараюсь доработать защиту, чтобы мы могли не бояться зомби-скорпионов, а в идеале — чтобы они нас просто не замечали.

— Вы тоже обратили на это внимание? — Уточнил один из стражей.

— Да, твари шли точно по нашим следам, тут, конечно, энергетический беспредел, но следы, оставленные аурой, будут держаться пару минут. Ладно, ещё посмотрим, кто кого… Так, кто хочет посетить экспресс-душ?

Как оказалось, хотели все, включая стражей. Так что пришлось мне ещё немного поработать нянькой. Принцип работы помывочной получился такой: берётся пони, поднимается в воздух телекинезом, телекинезом же собирается шар воды. Воду чуть подогреть и уронить на подвешенную поньку, повторить необходимое число раз, в конце высушить одним из бытовых заклинаний для сушки шёрстки. Как результат получаем чистых поняш и много визга со стороны Гармоничной банды, стражи, как всегда, показали образец стойкости.

После того, как был разбит лагерь и наши разведчики разлетелись в разные стороны, я улёгся на песок подальше от воды и для начала осмотрел себя, точнее, ногу Твайлайт. Внешне никаких отличий от здоровой ноги, а парочка простых диагностических заклинаний показала, что всё в порядке. Что я вчера точно сделал с ногой сейчас уже не пойму, с другой стороны, это явно помогло, а дальше лучше к нормальному доктору обратится.

— Спишь?! — снова энергичная Пинки выскочила из-за спины.

— Думаю.

— Ну, это тоже дело, — перескочив через меня, она двинулась вверх по ущелью.

— Далеко не убегай, — только и успел крикнуть я вслед розовому вихрю. — Вот что ты с ней будешь делать, а?

— Да ладно те, сахарок, Пинки ужо большая кобылка, — сказала улёгшаяся рядом со мной ЭйДжей.

— Именно, дорогуша, мы можем о себе позаботиться, не надо обращаться с нами как с маленькими жеребятами, — с другого бока пристроилась Рарити.

— Ладно, большие кобылки, вот выйдем из опасного места и займёмся делом, — ответил я, прижав крыльями эту парочку себе с боков.

— Э, Твайлайт, а мы те не мешаем?

— Не-а, предлагаете отпустить вас и лишить себя удовольствия потискать таких видных кобылок? — прошептал я на ушко яблочной поняшке.

— Твай! Ты чаго? — резко покрасневшая ЭйДжей попыталась отскочить от меня подальше.

— Ладно-ладно, шучу я так. Посидите рядом, мне надо заняться модернизацией ваших доспехов, да и зарядить их на всякий случай.

— Ну и шуточки у тебя, — фыркнула белая единорожка.

— Да ладно, Рарити, я же любя, — не удержавшись, пощекотал я кончиками крыльев бока поняш.

— Твай! — синхронно дёрнулись те. — Щекотно же.

— Теперь всё, настроение подняли, займёмся делом.

Сначала проверил состояние доспехов, как я и думал, резерв автономной работы у них просел почти в два раза. Теперь, когда я знаю приблизительные параметры местного энергетического вихря, это можно исправить. Вот со следами, остающимися от воздействия ауры пони, справиться сложнее — слишком напряжённая аура, и чем сильнее понька, тем мощнее поток, и если Рарити можно полностью прикрыть щитами, то уже с ЭйДжей такой номер не пройдёт. Однако здесь можно попробовать применить другую методику — не преграждать поток, а искажать его.

После перебора десятка различных вариантов искажений подобрал сочетание параметров, дающее на выходе фон, очень похожий на текущий фон окружающей нас пустыни. По логике, теперь стоит только подальше отбежать — и ночные твари нас потеряют, если, конечно, они не ориентируются ещё на что-нибудь.

Вернувшиеся пегасы застали как раз момент тестирования, Рарити и ЭйДжей ходили туда-сюда предо мной, а я пытался вычленить их следы.

— И что вы тут творите? — всё же решила уточнить зависшая рядом Флаттершай.

— Конкурс! — тут же отозвалась Пинки. — ЭйДжей пока побеждает, она больше раз пробежалась туда-сюда. А мне можно, можно поучаствовать?

— Конечно, только постойте-ка все минутку спокойно. Сейчас я поправлю вашу защиту, а потом будем совещаться на предмет дальнейшего движения.

Пинки, ЭйДжей и Рейнбоу не удержались и таки устроили бег наперегонки, ну а я убедился, что защита работает. И будет работать ещё лучше после того, как мы снова поднимемся в область действия аномалии. Воздействие внешних потоков силы будет искажать следы, оставленные аурой.

— Леди Твайлайт, — привлёк внимание к себе один из стражей, — стражи были бы крайне благодарны, если бы вы передали схему заклинания нам и не публиковали его.

— А в чём, собственно, дело?

— Судя по эффекту — это очень надёжное маскирующее плетение. Я, например, уверен, что даже самые старые древесные волки не смогут взять след пони под такой защитой. Будет очень неприятно, если его схема попадёт к чужакам. Да, простите наше поведение, но у нас был приказ…

Я кивнул головой, подтверждая, что всё понимаю, что они служаки подневольные и вынуждены выполнять приказы вышестоящего командования.

— С чего бы такое доверие к такой подозрительной мне, а? — улыбнувшись, спросил я.

— У нас было достаточно времени, чтобы убедиться, что вы не перевёртыш. Да, возможно, вы не та, за кого себя выдаёте, но вы явно пони и не желаете нам зла.

— Уверен? Может, это просто очень хитрый план?

— У вас было слишком много возможностей избавиться от нас, но вы так не поступили и даже наоборот, несколько раз спасли.

— Ну раз так, давайте всё же закончим наше дело, а выяснять, кто что из себя представляет на самом деле будем в столице, ладно? А сейчас, народ, — я повысил голос, чтобы услышали все поняхи, — подойдите поближе, наши доблестные разведчики будут «доклады говорить».

Сопоставив рассказы обеих команд, решили всё же идти по каньону. Да, по направлению к нашей цели он довольно быстро сужался, и возникала опасность попасть под локальный камнепад, но зато тут не было аномалий и до воды совсем близко. Поэтому по каньону будем идти до тех пор, пока это вообще будет возможно.

Солнце здесь беспокоило не так сильно, да и наличие более-менее прохладного потока рядом делало путешествие более чем сносным. И если бы не острые камни под копытами, то вообще получилась бы загородная прогулка. Пони довольно быстро ожили и начали о чём-то переговариваться, только стражи и Пинки выпадали из общей картины. Розовое недоразумение тщательно обыскивала выбранные по только ей понятным признакам кучи камней, как она пояснила — ищет что-нибудь необычное в подарок сестре. Зачем поняхе, живущей на каменной ферме, ещё один камень мне лично понятно не было, но пускай это дитя хаоса хоть чем-то занимается и постоянно маячит перед глазами. Пегасы, правда, несколько раз порывались подбить нас на полёт, но я эти поползновения пресёк на корню. На крыльях оно, конечно, быстрее, но не факт, что не нарвёмся на что-нибудь опасное в полёте, да и стражи мне нужны свободными, чтобы в случае чего быстрее могли среагировать на опасность.

Так мы и шли, пока совсем не стемнело, и лагерь пришлось разбивать уже при магическом освещении, созданном мной и Рарити, которая достаточно восстановилась, чтобы свободно пользоваться магией. Если на поверхности луна давала достаточно света, то на дно каньона попадали сущие крохи, которых хватало, чтобы еле-еле различать землю под ногами.

В таком режиме прошли следующие два дня. Мы двигались, пока было достаточно светло, к закату устраивали привал на всю ночь. К середине третьего дня, как сказала успевшая снова заскучать Рейнбоу: «Наконец-то хоть что-то произошло». Улетевший на разведку страж вернулся буквально через пять минут, сказал, что впереди нашлось очень необычное ответвление от каньона.

— Нет, я уже не верю в такие совпадения! — не удержал я крик души, когда мы подошли и осмотрели так заинтересовавшее страже ответвление.

— А что тут такого? Ущелье ущельем, только стены очень ровные, — не разделила моего удивления Рейнбоу. — Ну и эти странные камни посередине, может, водой промыло?

— Они не просто ровные, радужка — они искусственные. Это же выкопанный ров, а посередине акведук, развалившийся уже, правда.

Мои выводы полностью подтвердились после внимательного осмотра входа в этот канал. Именно канал, ведь если поднять уровень воды в реке раза так в два, то вода как раз пойдёт по нему. Сейчас похоже, здесь сухой сезон, и река обмелела, но и на этот случай было у древних строителей было всё предусмотрено. Пинки отыскала остатки окаменевшего водяного колеса, точнее, нескольких колёс, и с учётом разрушившегося от времени акведука назначение всей конструкции становилось понятней. В дождливый сезон вода шла по каналу своим ходом, но с началом засухи река мелела, и дальше воду приходилось поднимать на акведук.

— Сахарок, мы всё понимаем — история там, археология важна, но мы вроде как принцесс идём спасать.

— А мы и спасаем. Судя по направлению, нам как раз надо сюда поворачивать или подниматься на поверхность.

Переглянувшиеся поньки припомнили, какое безобразие творится наверху, и дружно проголосовали за движение по этому каналу. Я против не был, так как сам канал — прямой как стрела, да ещё и вёл точно к нашей цели. Так что, заполнив фляги водой про запас, двинулись дальше.

Ровное дно канала, покрытое мелким слежавшимся песком, движению совершенно не мешало, и только изредка приходилось перепрыгивать через обломки рассыпавшегося акведука, что на скорость движения отряда совершенно не влияло.

Двигаясь по каналам и каньонам, мы сделали изрядный крюк, однако сейчас быстро нагоняли упущенное, выдвигаясь ещё засветло и останавливались на отдых только тогда, когда темнело настолько, что нельзя было различить песок под копытами. К полудню четвёртого дня, когда все мои чувства говорили мне, что мы практически у цели, вернувшийся с разведки страж доложил, что путь преграждает очередная аномалия, а через три часа мы лицезрели её воочию.

Наш путь преградила ревущая, вознёсшаяся в небеса, стена ветра, несущая с собой тучи песка и мелких камней. Очень странный локальный поток воздуха, дующий даже на дне каньона.

— Ничего себе! — Рейнбоу пришлось кричать, чтобы её услышали все, остальные поняхи поддержали удивление пегаски.

Мне, однако, было не до восхищений: поток, судя по всему, кольцевой, а значит, нам всё равно с какой стороны заходить к цели. О том чтобы попытать счастья наверху речи не было, на глубине пары метров под уровнем пустыни концентрация аномалий становилась просто непроходимой, в буквальном смысле. Если между ними и были промежутки, то, наверное, только мышь через них бы и пробралась.

— Леди, осторожней! — прокричал страж, как только я шагнул ближе к потоку. — Ветер сбивает с копыт метров за десять до песчаной стены.

— Принято! Разбивайте лагерь, будем думать, как пробраться внутрь! — ответил я.

Пока остальные отходили подальше от потока, где шум ветра не так мешал, я осматривал очередную преграду на нашем пути. Что можно о ней сказать? Мы практически в центре искажения, и этот поток, по сути, граница глаза бури. За ним область стабильного пространства, причём средний уровень, скажем так, «магии» там в десятки, а то и сотни раз выше чем в остальном мире. Такое чувство, что кто-то специально создал этот вихрь, чтобы концентрировать и повышать мощность магического фона. Стоп, а ведь это идея. Как удержать стены темницы, если заключённый, даже лишённый сил, будет их разрушать самим фактом своего существования. Простые сдерживающие арканы тут не помогут, каковы бы они ни были, у них есть источники энергии, которую надо восполнять. Но ни один единорог в мире на такое не способен, «мощность» магической ауры любой принцессы в разы больше. Да, можно обеспечить непрерывный поток силы путём жертвоприношений, но где найти столько жертв? Ведь ритуал придётся повторять каждые несколько часов. И вот перед нами решение этой проблемы, что-то или кто-то, намеренно исказив пространство, создал здесь этот гигантский вихрь-насос скапливающий здесь энергию, которая стягивается чуть ли не со всего полушария. И вот здесь даже принцессе не справиться — это всё равно, что пытаться плыть против течения горной реки, особенно если при похищении застать врасплох и лишить возможности получать силу напрямую от мира. Ты можешь быть сильнейшим пловцом в мире, но против массы воды, которая в тысячу раз тебя больше сделать ничего не сможешь.

— Твай! Идём в лагерь, мы обед приготовили! — прокричала подошедшая Флаттершай, возвращая меня в реальный мир. Кивнув, отправился следом за пегаской.

— Ну, что там? Как будем перебираться через эту жуть? — радужная пегаска продержалась недолго и задала вопрос, как только я оторвался от фляжки. Да и остальным тоже было любопытно.

— По сути ничего страшного здесь нет. Это не искажение пространства или гравитации, просто чрезвычайно мощный поток силы, увлекающий за собой воздух, который в свою очередь поднимает весь этот песок. Проблема в том, что магией этот вопрос не решить: ни один аркан из тех, что я смогу создать не проживёт в этом потоке и секунды, а телепортироваться здесь и сейчас рискнёт только желающий крайне мучительно самоубиться. Подкопы и другие попытки построить коридор бесполезны, сила пройдёт сквозь практически любой материальный объект. Даже наши доспехи протянут максимум минуты две-три, ну четыре от силы, а потом защита рухнет.

— И что мы будем делать? — продолжила допрос неугомонная пегаска.

— Не знаю…

— Замечатель… То есть, как не знаешь?

— Ну не могу же я в самом деле знать всё, правда? — ответил я, раздражённо дёрнув крыльями.

Идей не было никаких, даже самых безумных. Если просто сунуться в поток, тебя банально сдует и выбросит из вихря через некоторое время, но если выбросит в сторону пустыни — это гарантированная смерть, слишком много аномалий в воздухе. Нет, есть, конечно, вероятность вылететь и внутрь аномалии, но в любом случае щиты столько не протянут, а выжить в этой круговерти без полного доспеха не сможет и самый сильный земнопони.

— И что дальше, дорогуша, мы же не можем тут вечно сидеть? — судя по её голосу, лимит походной жизни модельерши исчерпался.

— Попробую прорваться сквозь поток, что ещё делать. Я дольше вас всех смогу поддерживать щиты…

— Леди Твайлайт, поправьте, если я не прав, — в диалог вмешался один из стражей, который раньше отмалчивался, — главную угрозу тут представляет ветер и камни, что он несёт?

— Именно, задерживаться внутри потока силы я бы не рекомендовала, но сразу он не убьёт — это точно.

— Тогда, может, пройдём по стене?

— Это как, сахарок, я вот совсем не единорог, что по стенам ходить? — выразила общее мнение ЭйДжей.

— А ведь страж в чём-то прав… — справившись с удивлением, я ещё раз осмотрел преграду.

— Ветер, дующий внутри каньона, не разбивает о стену, и поток воздуха движется параллельно ей, но не вверх. Если продержаться достаточно долго, то можно будет пройти, а стена не даст улететь в сторону.

— Боюсь, не все кобылки справятся с этой задачей…

— Мы пройдём первыми, — вступил в диалог второй страж, — протащим за собой верёвку и закрепим её на стене с двух сторон потока.

— А это уже план, причём не такой безумный, какой хотела предложить я. Действуем! Как раз до темноты нам должно хватить времени.

На то чтобы собрать и подготовить снаряжение: обвязку, карабины, точнее, верёвочные петли и саму верёвку (я зачаровал концы так, чтобы при касании камня верёвка намертво в него вплавлялась), ушёл неполный час. Дальше обвязали страховочной верёвкой стража на случай, если его всё же потащит вверх. После небольшого обсуждения решили, что нечего первый раз рисковать двоим.

Первые метры страж просто шёл, затем его прижало потоком ветра к стене. Извернувшись, он распластался на стене канала и пополз, его силуэт довольно быстро растворился в клубах пыли. А я только сейчас сообразил, как можно дополнительно запитать щиты стража. Страховочная верёвка, которую мы все сейчас держали, прямой проводник! Да, большая часть силы будет рассеяна, но хоть часть дойдёт. Я уже было приготовил подходящий аркан, но тут за верёвку дёрнули три условных раза подряд, а значит, не такой уж большой путь надо пройти.

Дальше решили двигаться парами: следом за первым стражем двинулись второй фестрал и Флаттершай, затем последний страж, подхватив Рарити, пока она окончательно не ударилась в панику, быстро двинулся на ту сторону. ЭйДжей и Пинки вообще перебрались как-то удивительно быстро, но гадать, что опять сотворил этот розовый кусочек хаоса, просто бесполезно.

— Ну, Радужка, вперёд! Давай ты первая, я подстрахую.

— Вот ещё! — фыркнула та, отвернувшись. И, обвязавшись страховкой, полезла вперёд.

— Куда?! А общую связку?! — Но, блин, удержать я её уже не успевал. Вот же засранка, пришлось срочно лезть следом. Сам, конечно, виноват, но и голову на плечах иметь надо — ну куда она сунулась, не проверив страховку, а?

Накачка тела силой помогла сопротивляться потоку ветра, а от камней и песка прикрывал щит, но всё равно как будто идёшь под водопадом. Был лет пять назад на отдыхе в Крыму и неудачно свалился прямо под водопад. Как ни странно, остался цел, ну, кроме синяков по всему телу. Тут по ощущениям, было так же, только раз в десять сильнее.

Вскоре я нагнал Рейнбоу, точнее, уткнулся носом ей в круп. Ну что же ты тормозишь, защита же скоро не выдержит. Подтолкнул её сильнее, но вместо того чтобы ускориться она лишь безвольно перекатилась выше по стене, а потом тело пегаски сдёрнуло вверх потоком ветра.

Нет! Только не это, не сейчас, когда мы почти у цели. Резким импульсом сжёг верёвки и бросился в поток. Если бы не приобретённая возможность чувствовать токи силы, я бы сразу же потерялся в этой круговерти, но я не чувствовал нигде пегаску. С каждой секундой времени становилось всё меньше: сейчас, пока щиты её в деле, можно надеяться на благополучный исход, но если они не выдержат… Незащищённое тело тут же измолотит в труху.

Всё, ждать больше нельзя, сконцентрировав как можно больше силы, послал её конусом вперёд, стараясь не перебороть поток, а влить в него дополнительный ручеёк… Всё же чудеса в этом мире бывают, иначе как объяснить то, что я, хоть и самым краем, зацепил доспех пегаски и смог установить связь с ним. Дольше пары мгновений она здесь не продержится, но мне больше и не надо. Делай раз: построить портал с принудительно отключённой защитой. Делай два: пока связь не распалась, переместиться к пегаске, схватить её и снова переместиться, но уже за пределы вихря и молиться о том, чтобы не перепутать сторону, с которой надо выйти. И здесь, скорее всего, опять мне кто-то помог, ведь я всё-таки не потерял сознания от боли, когда после первого прыжка с нарушением всевозможных правил и мер предосторожности в организме материализовались пару десятков камней разного размера, не говоря уже о том, сколько мелкой пыли попало внутрь.

Падение на песок встряхнуло организм, и я всё-таки успел активировать свёрнутое в доспехах пегаски плетение первой помощи, уцелевшее, собственно говоря, только потому, что было неактивно. Дальнейшие несколько минут начисто выпали из памяти, боль полностью поглотила сознание, лишая возможности не только что-то делать, но и вообще сосредоточиться на чём-то.

Возвращение в реальность прошло довольно буднично, в какой-то момент я понял, что, собственно, нет причин висеть где-то и дрожать, тем более что и тела-то не ощущалось. Перед глазами, после того как я таки догадался их открыть, разворачивалась уже знакомая панорама энергетической картины мира. Неужели, спасаясь от боли, я провалился в медитативный транс? С другой стороны сейчас я могу что-то сделать, чтобы подлечиться.

Сосредоточившись на материальном плане, попытался отыскать моё, ну точнее, пока хозяйки нет — моё, тело и не нашёл. Вот пустыня, вот вихрь силы, с этой точки зрения ещё более масштабный, а вот и Рейнбоу. Кстати, как она там? Лечащее плетение отработало как надо, судя по ауре, восстановление организма идёт полным ходом, а вот без сознания она ещё поваляется, всё же сотрясение так быстро не вылечить. Я, конечно, не медик, но самая большая травма у пегаски как раз на затылке, и судя по рваным краям, ей досталось особо острым и быстро летящим камнем, который всё же смог не только пробить защиту, но и серьёзно ударить пегаску.

Всё бы хорошо, но моего-то тела нигде нет. Ни рядом с Рейнбоу, ни вокруг и даже под песком никаких следов. Хотя если обратить взгляд на себя, то вот он, энергетический каркас, только какой-то бледноватый. Последствия травмы? Может быть… Только почему мне кажется, что он становиться всё больше и бледнее? Нет, не кажется, меня раздувало как шарик и растягивало по окружающему пространству. И это мне категорически не нравилось, хотя и стало более понятно, что же всё-таки произошло. Стремясь избавиться от боли, на рефлексах я, или скорее тело Твайлайт, сбросило материальную оболочку. Так вот откуда ощущения дежавю! Почти такое же чувство вызывают воспоминания о превращении в аликорна, и ясно, что случилось с телом, но не понятно, что происходит сейчас и главное — почему. С другой стороны, в тот раз рядом с единорожкой была принцесса, и она, скорее всего, контролировала процесс. Сейчас я нахожусь в свободном плавании, и кто сказал, что это вообще безопасно?

С обратным воплощением помогли смутные воспоминания Твайлайт, всё же со стороны в них было разобраться чуть проще, чем самой хозяйке. Сам процесс чем-то напоминал перетягивание каната, только вместо противника тут само пространство, и канатов сотни или даже тысячи. Они тянутся со всех сторон, и за каждый из них необходимо тянуть, сосредоточившись на нём. Когда же я снова ощутил тело и удушающую жару пустыни, то по субъективному мнению прошло, наверно, пару суток, хотя в материальном мире, судя по положению солнца, не так уж и много времени.

Подойдя на подрагивающих ногах к пегаске, снова проверил её состояние и, убедившись, что самолечение идёт полным ходом, положил её к себе на спину и двинулся в сторону остальной компании, благо маячки тут ощущались в несколько раз чётче, чем в том же Кантерлоте — из-за слишком высокой плотности собранной здесь силы их сигнал практически не рассеивался.

Жаль доспехи пришлось бросить. Мало того, что большая часть арканов в них превратилось в какую-то жуткую кашу, так ещё и сам металл оказался нашпигован мелкими камушками и песком, превратившими его в аналог наждачной бумаги. В общем, одевать доспех типа «радость мазохиста» категорически не хотелось, да и с энергетикой тут вроде всё в порядке, так что можно и без дополнительной защиты обойтись.

Где-то через час, когда я взобрался на очередной высокий бархан, пытаясь всё же получше рассмотреть местность, я понял, что меня смущало. Расположение этих песчаных дюн было слишком равномерным и упорядоченным. А здесь, на вершине, вообще, видна каменная крыша какой-то постройки. Длинные, очень точно подогнанные блоки известняка, явно искусственного происхождения. Ну и в довершении всего вдали, где-то километрах в двух от меня и, судя по всему, в геометрическом центре местного комплекса построек возвышалась довольно высокая пирамида. И если присмотреться, то вон те два песчаных холмика, это какие-то постройки на углах пирамиды. А все те барханы, которые сейчас возвышались вокруг меня, это, скорее всего, крыши регулярной застройки. Что называется, почувствуй себя археологом, нашедшим древний храм. Ну или, с учётом приключений, с какими мы сюда добирались — можно смело считать себя Индианой Джонсом.

— Ух ты! Прям как в книгах про Дэринг Ду! — раздался со спины голос Рейнбоу. Довольно бодрый голос.

— Лежи и молчи, неверная! Ты вообще хоть иногда думаешь, прежде чем что-то делать, а?!

— Ну… э… Твай, а в чём собственно дело? — радужка завозилась, пытаясь слезть с меня.

— Во-первых! На месте Твайлайт я бы тебя выпорол, раз уже родители этим не занимались, а если подумать, то я сейчас как раз на её месте, так что просто так ты у меня не отделаешься! — ответил я, спеленав посильнее пегаску и усадив её на место.

— Да что такого-то случилось?!

— Да то, что мы с тобой чуть копыта не двинули, в буквальном смысле! И живы только благодаря просто астрономическому везению. Вот чем ты думала, когда лезла в вихрь, не проверив страховку?

— Ауч, больно. Так это был не сон? — судя по всему, пегаска таки нащупала ссадину на затылке. Надо было ещё и обезболивание отключить, чтоб прочувствовала, но, к сожалению, влезть в сложное лечебное заклинания с наскока не получится. Так что будем действовать методами попроще.

Следующие два часа пегаска выслушивала нравоучения и ценные указания о безопасности жизнедеятельности в моём исполнении, сопровождающиеся лёгкими бодрящими ударами током. Больно, обидно, но не смертельно.

— Не, я знала, что Твайлайт та ещё зануда, но ты её переплюнул по всем статьям! — всё-таки высказалась Рейнбоу, когда я спустил её со спины на вершине очередного бархана-здания. Остальной отряд был где-то внизу, так что сейчас придётся заняться архитектурным вандализмом. Разгребать весь этот песок слишком долго, проще поднять пару блоков из крыши и так спуститься внутрь.

— Я очень надеюсь, что ты не забудешь всё то, о чём я тебе сказал, — ответил я, повернувшись и подхватив пегаску телекинезом. Сотрясение всё же давало о себе знать, ноги радужки заплетались, да и выглядела так, как будто сейчас в обморок упадёт.

Уложив старательно отворачивающуюся от меня пегаску на песок, принялся за расчистку крыши. Когда же на крыше освободилось достаточно большое пространство, применил модернизированное заклятье для заточки ножей, всего лишь изменив векторы действия и влив раз так в десять больше силы. В результате получился аркан для работы с горными породами. Во всяком случае, все шестьдесят сантиметров камня аркан прошёл за пару минут. Выпиленные куски отнёс телекинезом подальше от здания, а то мало ли что.

— Прикольно, только тут же ничего нет… — Разочарованно протянула пегаска, заглянув в пролом. Вот же неугомонная, всё-таки приползла и вниз заглянула.

— Аккуратнее, тут метров шесть, наверное, до пола, а ты не в том состоянии, чтобы заниматься воздушной акробатикой.

— Фе, да я через такие щели пролетала!

— Что я буквально полчаса назад говорил тебе об осторожности, а?

— Бука ты, — а затем значительно тише, практически шёпотом пробормотала: — Скорей бы Твай вернулась — та хоть не такая зануда.

— Ты что-то сказала?

— Не-не, тебе послышалось! — тут же ответила Рейнбоу, а глаза такие честные-честные!

— Ну, будем считать, я поверил или поверила, в общем, ты меня поняла. Посиди пока тут, сейчас всех остальных наверх поднимем.

Спрыгнув в проём, внимательно осмотрелся вокруг. Живых, кроме нашего отряда, находящегося где-то ещё глубже под землёй, не ощущалось. Мёртвых тоже, да и следов каких-либо арканов сходу заметно не было, но их могло смести, когда тут началось всё это мракобесие с аномалиями. В комнате, по сути, практически ничего не было, кроме мелкого каменного мусора и слоя пыли на полу. С одной стороны помещения, которая была лицом к пирамидам, был засыпанный песком дверной проём, возле противоположной стены — колодец с невысоким бортиком из каменной кладки, цемент который, кстати, крошился с трудом. Не знаю, чьи это постройки, но в строительном деле они знали толк. Заглянув в колодец, встретился взглядом с Пинки, вокруг которой летало заклинание-светлячок.

— Твайлайт! Ты жива! — выкрикнув это, розовая понька неведомыми путями оказалась наверху и обняла меня. — Ой, постой тут, я сейчас остальным расскажу! — не успел я и глазом моргнуть, как Пинки вновь оказалась на дне и куда-то целенаправленно поскакала.

— Брр… Не, ну всё-таки, как она это делает? — спросил я в пространство.

— Да брось ты, это ж Пинки Пай — она и не такое может вытворить, — ответил мне глас свыше голосом Рейнбоу.

Нет, всё-таки иногда я просто не могу понять логику, которой руководствуются поняхи. На их глазах творится что-то почти противоестественное, а им всё равно. Хотя привычка страшная сила, и чудо, ставшее обыденностью — чудом быть перестаёт, а эти кобылки знают друг дружку довольно давно.

Через пару минут внизу раздался топот копыт маленького табунчика нашего отряда, а затем показались и сами поньки.

— Твайлайт, где Рейнбоу? Ты в порядке? Как вы там? — тут же загомонила Гармоничная банда.

— Тише-тише, всё в порядке, ну, почти. Лучше давайте достанем вас оттуда. Пегасы, вы сможете своим ходом подняться?

— Нет, леди, колодец слишком узкий, — ответил один из стражей.

— Ну, тогда обойдёмся уже привычными методами, — сказал я, подхватив ЭйДжей, стоявшую ближе всех к устью колодца, телекинезом.

За пару минут я поднял всех поняш и груз сначала в комнату, а потом и на крышу. После дружной серии ахов и вздохов по поводу окружающей местности и пирамиды всё-таки решили разбить лагерь. И пока окончательно не стемнело, подробнее осмотреть местность с воздуха. Уходить далеко не стали, на пару с Рарити мы магией расчистили вход к зданию, выкинули весь мусор с пола и прикрыли тканью от палатки проделанное мной в потолке отверстие.

— Кстати, насчёт Рейнбоу, — начала Флаттершай, закончив со своей порцией сухпайка. — Я, конечно, не специалист по физиологии пони, но все признаки сотрясения на лицо.

— Это вообще опасно? — Уточнил я.

— Так же, как и любая другая травма. Сейчас ей необходим полный покой и, в идеале, осмотр нормального специалиста.

— И в чём тогда проблема?

— Да в самой… как ты там её обозвал? Радужкой? — Я кивнул в ответ. Сама виновница старательно отворачивалась и делала вид, что её тут нет. — Так вот, пока вы там внизу возились, я трижды ловила эту дурёху, вылезшую на солнцепёк. Она даже улететь от меня пыталась!.. Твайлайт, делай, что хочешь, но заставь её отлежаться хотя бы сутки, от побочных явлений никто не застрахован. Я, конечно, верю в магическое лечение, но нельзя же так наплевательски относиться к себе! — последнюю фразу она произнесла прямо в лицо Рейнбоу, повернув его копытцами в нашу сторону.

— Понятно… Рейнбоу, слышала, что сказал наш походный врач? — Та только кивнула. — Так вот сегодня лежишь тут в теньке на пенке и выздоравливаешь, а чтобы я была уверена в том, что ты не будешь лазить куда зря, сделаем вот так, — закончив фразу, наложил на пегаску заранее подготовленный аркан, который применяется при растяжениях и переломах. Ни летать, ни быстро двигаться, пока заклинание действует, она не сможет.

— Эй, ты, что творишь! — тут же возмутилась радужка.

— Провожу разъяснительно-лечебную работу. Так, слушать меня внимательно, — я ткнул копытцем в нос пегаске, заставив ту собрать глаза в кучку. — Сегодня сидишь здесь с Рарити, охраняете лагерь, пока мы будем прочёсывать местность.

— Но…

— Никаких «но». Пока я не буду уверена, что с тобой всё в порядке, будешь выполнять всё, что скажет Флаттершай.

— Леди, разве мы не достигли цели? О каких ещё поисках идёт речь? — Спросил ближайший ко мне страж.

— Да, мы на месте, наша цель находится где-то здесь, на этом клочке пустыни. Однако сейчас мы слишком близко к искомому, и аркан начинает сбоить из-за сильного сигнала. Да и энергетика тут не способствует точности работы поисковых заклинаний. Так что придётся искать, так сказать, традиционными способами.

— Для начала осмотрим местность с воздуха? — уточнил фестрал, мне осталось только кивнуть в ответ.

— Да, ищем всё необычное или просто свежие следы чьего-нибудь присутствия. Посторонних здесь нет, опасность я почувствую заранее, так что разобьём территорию на сектора и поодиночке их прочешем. Рарити, как я уже сказал, останешься с Рейнбоу. ЭйДжей и Пинки?

— Да, сахарок?

— Вы осмотрите окрестности лагеря, ладно? И Пинки, пожалуйста, осторожнее, одна пострадавшая у нас уже есть.

— Без проблем, Твай. Да я буду сама осторожность! Как тень в темноте.

— Только не надо чёрного костюма, жарко же. Лучше песочного цвета накидку, и для яблочка нашего тоже что-нибудь подбери.

— Да?.. — протянула розовая понька, успевшая за то время пока я говорил облачиться во взятый непонятно откуда чёрный облегающий костюм.

— Ладно, разбирайтесь тут, мы полетели. Флаттершай, поняла, что нужно искать?

— Ну, ты уж совсем меня за дурочку не держи? Конечно поняла! — возмутилась жёлтая пегаска. Упс, это я увлёкся. Ну почему остальные подруги Твайлайт не могут вести себя более серьёзно? Вроде же большие кобылки? Хотя с учётом продолжительности жизни местного населения — подростковая банда это, а не команда Гармонии.

К тому времени как стало совсем темно, мы все собрались в лагере. Сама комната претерпела кардинальные изменения и выглядела, как только что отстроенная. Как оказалось, осмотрев всё вокруг и не найдя ничего интересного, поньки вернулись в лагерь и, чтобы убить время, привели помещение в почти идеальное состояние. Обменявшись информацией и убедившись, что никто, к сожалению, не нашёл ничего интересного, легли спать.

Утром, едва взошло солнце, я поднял всю банду, и после завтрака отправились к пирамиде. Поиски начнём с неё, а дальше пойдём по спирали. Фестралы идею одобрили, и мы выдвинулись к центральной части комплекса. Решили идти всей толпой — больше шансов, что ничего не пропустим. Только Рарити оказалась недовольной, мол:

— Опять таскаться по пескам? У меня уже все ноги сбиты! — возмутилась белая единорожка, показав несколько глубоких царапин на поверхности копытца.

— Да ладно тебе, Рарити, — сказала Флаттершай, приобняв крылом единорожку, — зато представь, как будет хорошо, когда вернёшься в Понивиль и посетишь салон Лотус.

— Это… да… — белая поняша мечтательно закатила глаза.

— Вот-вот, — встрял я, — давайте не будем отвлекаться. Быстрее начнём — быстрее вернёмся домой.

Перед выходом я влил энергии в доспехи всех поней и наложил на них дополнительные заклинания для защиты от солнца вообще и комфортной температуры воздуха вокруг тела в частности.

— Всегда бы так… — ЭйДжей, довольно прищурившись, посмотрела на небо. — Слухай, Твай, а ты не могёшь сделать эту свою магию постоянной, а? С таким на ферме бу’т работать одно удовольствие.

— Хороший вопрос… Но ответить на него смогу только, когда выберемся отсюда.

— А чаго так?

— Тут слишком сильный энергетический фон. Даже самые слабые единороги могут тут колдовать весь день напролёт и почти не уставать. А вот в остальной Эквестрии, наверное, только принцессы смогут наложить такой аркан, да ещё и на стольких пони сразу.

— Жаль…

— Не унывай. В теории можно создать стационарное плетение, которое накроет куполом какой-нибудь из ваших садов. И тут уже можно будет подумать о локальном климат-контроле, особенно если с пегасами о правильной поливке договоришься.

— Так, сахарок, уже…

— Ага, — раздался довольный голос Рейнбоу. — Я сама помогала организовать встречу Эпплджек с начальником погодных пегасов. Брр, суровый пегас, но медленный как незнамо что, — радужная пегаска прямо лучилась энергией. — Кстати, Твай, а мне уже можно летать, а? — и глазки состроила, коту из известного мультфильма с ней не тягаться.

— Можешь.

— Ура!

— Но только как крокодил, — сбил я радостный настрой с пегаски. Судя по ауре, с организмом у неё уже всё в порядке, но лучше перестраховаться.

— Это как? — через пару секунд общего молчания задала вопрос сильно озадаченная Пинки.

— А низенько-низенько, так, что и не поймёшь — летит он или по земле идёт, — ответил я розовой поняхе под тихий смех Флаттершай.

— Издеваешься? — уточнила Рейнбоу, подозрительно глядя на меня.

— Просто сегодня ещё денёк воздержись от сильных нагрузок, ладно?

— Ну, Твайлайт?

— А я что, вон у нашего доктора спрашивай, — кивнул я на розовогривую пегаску, та кивнула, подтверждая мои слова. — Кстати, стражи, а кто мне расскажет, как вы очутились в этом колодце?

— После обрыва страховочного троса мы выждали полчаса и двинулись дальше по маршруту, — судя по ауре, фестрал был чем-то взволнован.

— Что-то не так?

— Леди, простите, но вся вина на мне, и я готов принять всю полноту…

— Брр, ничего не понимаю, — я помотал головой. — Давай ещё раз сначала и по порядку. В чём ты виноват?

— Я не стал пытаться найти вас и запретил это делать остальным. Спасение принцесс важнее, чем бессмысленная гибель в попытке вытащить вас из аномалии… Я готов понести…

— Да я уже поняла. — Всё же стражи серьёзные ребята, хотя тут скорее чувствуется копыто принцессы Луны, которая нашла правильный подход к воспитанию командного состава своих стражей. — Раз готов понести, понесёшь — повышение.

— Как скажете, принцесса… Что?! — волнуется, бедолага, сильно, раз не сразу доходит смысл.

— Напомните мне, если я забуду намекнуть Барсту на то, что вот этого стража надо повысить или хотя бы как-то наградить. Здравый смысл — он во все времена цениться должен. Но ты не отвлекайся, рассказывай, мне же интересно.

— Как скажете, леди. Мы, несмотря на некоторое сопротивление ваших подруг, двинулись дальше по каналу. Который закончился тремя тоннелями в вертикальной стене. Два из них обвалились, а вот в третьем завал оказался небольшим, и мы смогли его быстро разобрать. Я принял решение разведать тоннели и лишь потом пытаться подняться на поверхности. Сами проходы несколько раз ветвились, но большая часть проходов также оказалось заваленной. Ну а дальше Пинки нашла колодец, где и встретила вас.

— Что ж, всё хорошо, что хорошо кончается. Ладно, идём к пирамиде, а дальше по спирали будем прочёсывать местность.

— Сахарок, а что мы ищем-то? Осмотрели мы тогда всё вокруг лагеря, ну, песок да дома какие-то засыпанные.

— Если честно, понятия не имею, что мы ищем… Поэтому подойдёт всё необычное.

— Да? А если тут всё вокруг попадает под это определение? — фыркнула Рарити.

— Тогда ищем что-то совсем уже безумное.

На вершину пирамиды взлетели я со стражем, ну и Пинки в очередной раз показала свою способности быть вездесущей. На уступе, который был вершиной пирамиды, нашёлся длинный перекрытый решёткой колодец, ведущий куда-то вниз. Однако в глубине токов силы не ощущалось, а поисковое заклинание показало, что на дне лишь пустое помещение без дверей.

Поняв, что тут ничего интересного нет, осмотрел с высоты пирамиды окрестности. И всё же тут красиво. В голове приятно шумело, и внезапно захотелось сотворить что-нибудь этакое. Недолго думая подхватил Пинки и сиганул вниз, планируя на раскрытых во всю ширь крыльях вдоль одной из граней пирамиды. Почти возле самой земли координация почему-то оставила меня, и я, выронив поняшку, влетел в бархан вверх тормашками.


— Что это с ней? — спросила озадаченная Пинки, пытаясь поставить Твайлайт на ноги. Та глупо хихикала и норовила обнять розовую поньку.

— Эй, Твайлайт, ты что творишь? Сама же говорила, что делать… — сказала прибывшая первой на место приземления Рейнбоу, приземлившись прямо перед носом аликорна.

— О, радужка, и ты тут! Дай я тебя… — ноги у говорившей снова заплелись, и она упала на песок, повалив с собой пегаску.

— Оу, сахарок, да тыжно пьяная в зюзю, — протянула ЭйДжей, помогая болезной снова подняться на ноги.

Через пару минут все убедились, что приходить в себя Твайлайт ни в какую не желает.

— И что нам теперь делать? Вот так всё бросить на полпути? Это ужасно! И я так больше не могу! Эта пустыня, неправильная Твайлайт и всякие зомби! Я решительно не хочу участвовать в этом безобразии дальше!

Истерику Рарити прервал смачный шлепок копытом по крупу, мастерски исполненный старшим из фестралов. Та от неожиданности даже возмутиться не успела.

— Отставить панику! Я наблюдал за принцессой — она не ела и не пила ничего подозрительного. Так что остаётся только один вариант — опьянение магией.

— Эт как так? — спросила яблочная поня, вернув на голову шляпу, которую только что пыталась стянуть Твайлайт.

— Всем младшим стражам, неважно, единорогам или нет сама принцесса Луна читает лекции о практической магии.

— Ты давай сразу к делу переходи, а то мы тут рискуем вообще надолго застрять, — Флаттершай повалила невменяемую принцессу на песок и умудрилась связать её своей накидкой.

— Если кратко: неопытный маг может зачерпнуть слишком много силы и потерять над ней контроль. В результате он впадает в состояние, похожее на воздействие наркотических веществ.

— Но она же уже сколько лет занимается магией? — спросил желтая пегаска.

— Однако не прошло ещё и года, как она стала аликорном, может, в этом всё и дело? — предположил второй страж.

— А нам, сахарок, шо терь делать?

— Продолжим поиски, когда обнаружим что-нибудь необычное, думаю, мы сможем на некоторое время привести принцессу во вменяемое состояние. Леди Рарити, вы знаете какие-либо лечебные заклинания?

— Ну, я, конечно, не Твайлайт, но парочку самых простых и надёжных могу применить. Правда, я никогда не лечила других пони, только себя…

— Это неважно, думаю, вряд ли вы сможете навредить аликорну неправильным заклинанием.

— А зачем тогда?..

— Есть несколько способов вернуть пострадавшему единорогу ясность мыслей. И самый простой — положить на пострадавшего лечебное заклинание, работающее за счёт сил самого больного.

— Ой, хватит занудствовать, что нам делать? И вообще, я бы на вашем месте взяла руководство отрядом в свои копыта, — бросила Флаттершай, пытаясь вырвать свой хвост изо рта Твайлайт.

— Возражения есть? — Остальные пони промолчали. — Значит, действуем так: леди Флаттершай, присмотрите за принцессой, остальные продолжаем поиски.

Возражений не последовало, и поньки разбрелись по окружающей местности, выискивая всё необычное. Флаттершай оттащила вяло сопротивляющуюся принцессу в тень от пирамиды и улеглась на неё сверху, благо компактная пегаска могла комфортно разместиться на боку аликорна. Это оказалось единственным действенным способом заставить Влада лежать спокойно и не пытаться гоняться за песчаными вихрями.

Их поиски завершились довольно необычным способом. Рарити, последний час просто ходившая кругами вокруг засыпанных строений, решила всё же забраться повыше и выбрать, куда же двигаться дальше.

— Ох, один песок вокруг и камни, — она раздражённо топнула копытцем по каменной плите под ногами. Это оказалось последней каплей, камень не выдержал, и кусок плиты провалился внутрь помещения.

Крик падающей единорожки услышала Пинки, и та буквально перетащила к пролому всех поней. Рарити не пострадала и к этому времени успела осмотреться внизу и найти лестницу, ведущую куда-то глубже под землю.

Длинная припорошенная песком и пылью лестница вывела поисковый табунчик в не менее длинный прямой коридор. Который, как сказал один фестралов, вёл куда-то в сторону пирамиды, а с учётом глубины, на которую пони спустились, скорее куда-то под пирамиду. Преодолев в конце этого коридора ещё один небольшой подъём, отряд оказался в просто огромной комнате, стены который терялись в непроглядной черноте. Казалось бы, сам воздух здесь слегка светился, да и шёрстка самих поняш через пару минут приобрела слабое свечение, подобное неоновому, однако этого не хватало для того чтобы развеять мрак.

— Ого! Да сюда же весь Понивиль поместится и ещё место останется! — не сдержала восторга Рейнбоу.

— Пожалуйста, тише, мы не знаем, что может здесь таиться, — прошипел старший фестрал, одёргивая радужную пегаску. — Леди Рарити, вы не могли бы создать светляк и послать его вперёд?

— Ох, сейчас соберусь с силами, — и через пару секунд яркая вспышка ослепила всех вокруг.

— Эй, сахарок, ты это, осторожнее, так же и зрения можно лишиться! — попросила ЭйДжей, проморгавшись.

— Оу, простите, они у меня никогда не получались такими яркими, — вспышка сбила концентрацию единорожки, и аркан рассеялся в воздух. — Я сейчас ещё раз попробую…

— Вы не могли бы постараться вложить как можно меньше силы в заклинание? — попросил младший из стражей.

— Вы думаете?

— Да, здесь просто слишком много магии, так что не стоит сильно напрягаться.

— О, тогда я сделаю проще. Меня когда-то Твайлайт учила одному заклинанию, но в Понивиле у меня оно так ни разу и не получалось… Сейчас…

Единорожка немного постояла, собираясь с мыслями, её рог засветился и выпустил в воздух целую тучу маленьких светлячков, которые тут же разлетелись вокруг, освещая местность.

— Лягните меня нежно! Это шо ещё за такое?! — не смогла сдержать удивления Эпплджек.

— Круть, но жуткая какая! — присоединилась к ней Рейнбоу, остальные пони с ней полностью согласились.

В свете заклинания они смогли увидеть огромный антрацитово-чёрный шар, паривший в центре помещения. Неосторожные светлячки, приблизившиеся к нему, гасли, ярко вспыхивая, вызывая небольшие волны на поверхности шара, которые так же быстро гасли.

— Знаете, если это не то «самое здесь необычное», то я уже не знаю, что там хотела искать Твайлайт…

— Угу, и я с Рарити полностью согласна. А ты, Пинки? Э-э-э, Пинки? — снова позвала Рейнбоу. — Она же только что тут была…

— Я слышал топот копыт в коридоре… — начал было один из стражей, но был перебит младшим коллегой.

— Мать здесь, я чувствую… — сказал он, приблизившись к сфере пока остальные отвлеклись на поиски Пинки.

— Это, сахарок, тебе тоже плохо?

— Нет, но я чувствую тёмную мать, она здесь рядом. Принцесса не обманула! Я иду! — прокричав последнюю фразу во весь голос, фестрал галопом понёсся к сфере, но остальные стражи отреагировали раньше, сбили младшего с ног и оглушили.

— Господа, вы не хотите объясниться? — Рарити, когда хотела, могла быть очень убедительной и властной.

— Он слишком молод и прошёл посвящение уже у самой принцессы Луны. Слишком сильная связь и ещё неокрепший разум… А я говорил, что без серьёзных тренировок стажёров нельзя выпускать в поле.

— Но кто ж знал-то? — парировал второй фестрал.

— Хотя бы предположить и заранее подготовиться к этому они должны были.

— А ну обратили на нас внимание! — не выдержала Рейнбоу. — У нас тут Селестия его знает что творится, а вы тут о какой-то фигне спорите!

— А что это с ним? Ему тоже плохо стало? — только было разгоревшийся спор прервал голос Флаттершай. Пегаска склонилась над бессознательным стражем, уже привычно проводя диагностику. — Кто стукнул бедолагу по голове?

— Уф, тяжёлые какие аликорны пошли, — ответить пегаске не дала Пинки, притащившая на спине Твайлайт. — А что это тут у вас творится?

— Да уже ничего, — ответила Рарити. — Ты зачем, кстати, её сюда принесла?

— Как так зачем? Твай сама сказала принести её поближе.

— Брр, но она же была там, — единорожка показал копытцем куда-то вверх, — а ты тут, с нами.

— А, так это она мне позже сказала, или раньше? — задумалась розовая поняха. — А, неважно… Главное — сказала.

— Но как же…

— Да брось, Рарити, это же Пинки, — махнула копытцем радужная пегаска. — Вот только что нам дальше делать?

Взгляды всех пони скрестились на лежащей у входа Твайлайт, та валялась на спине копытцами вверх, как её уложила на пол Пинки, и пыталась поймать что-то невидимое в воздухе.

— Леди Рейнбоу, где её доспехи? — спросил старший фестрал.

— Не знаю. Я когда очнулась, Твайлайт уже без них была.

— Думаешь, поможет? — уточнил второй фестрал, переводя взгляд с младшего стража на принцессу и обратно.

— Попытка не пытка. Вот только с размерами придётся повозиться.

Где-то через полчаса на Твайлайт всё же смогли подогнать и закрепить доспехи и даже активировать их. Рарити же за это время несколько раз накладывала на принцессу лечащие заклинания.

— А… Что? От…отпустите, — подала та признаки жизни почти сразу после того как защиту доспехов активировали.

— Влад! Влад, ты меня понимаешь? — Флаттершай несколько раз чувствительно встряхнула поняшу.

— Леди, с вами всё в порядке? — озабоченно спросил страж.

— Так, все вопросы потом. Сейчас этого мага недоделанного надо вернуть в реальность, — бросила жёлтая пегаска, продолжая своё дело.

— О, Флаттершай… — Твайлайт, наконец, открыла глаза.

— Да ты не на меня смотри, ты туда смотри! Сможешь сказать, что это такое?

Глаза принцессы собрались в кучку, она пару раз мигнула и сфокусировала взгляд на чёрной сфере.

— Большая…

— Я вижу, что большая. Дальше что?

— Надо проверить, убедиться… — Влад в теле Твайлайт наконец-то смог кое-как подняться на ноги.

— Считай, уже убедились, вон тот, — пегаска показала копытцем на лежащего без сознания фестрала, — полез в этот шарик с криком: «Луна, я иду к тебе!».

— Флатти, так ведь не так он кричал, — вмешалась подлетевшая поближе Рейнбоу.

— Да какая разница! Луна гарантированно там, внутри. Да стой же ты! — жёлтой пегаске пришлось снова ловить потерявшего равновесия аликорна. — Ну всё, сам напросился.

Флаттершай обхватила мордочку Твайлайт и, внимательно смотря ей в глаза, проговорила слегка вибрирующим голосом:

— Как. Освободить. Принцесс?

— Э-э-э, Флаттершай, дорогуша, думаешь, подействует? — решила уточнить Рарити, узнавшая характерный «взгляд» пегаски.

— А, что? — спросила та, повернув голову к белой единорожке, так и не выпустив голову Твайлайт из копытец.

— Ну она всё же аликорн?..

— Здесь нарушена мировая гармония и насильно насажен иной порядок, — кристально чистым голосом проговорила принцесса, вырываясь из хватки желтой пегаски и поднимаясь на ноги. — Искажение… крайне неприятное, но стабильное. Надо исправить… — продолжила она же. — Посторонние? — Аликорн внимательно осмотрела стражей. — Здесь не нужны, вероятность помехи, — всполох силы, возникший по завершению фразы, вышвырнул фестралов в коридор.

— Ой, сейчас что-то будет. Пинки-чувство проснулось!

— Помолчи, хаотический компонент понадобится, но не сейчас, — возникшая перед розовой понькой принцесса наложила на неё какое-то заклинание, заставившее ту замолчать.

Снова переместившись, на этот раз поближе к сфере, Твайлайт выжгла на камне пола огромную гексаграмму, в центре которой и оказался аномальный шар. После чего, встав на одной из вершин глифа, перенесла остальных пони к другим вершинам. Через пару мгновений пространство затопила ярчайшая вспышка света.


Очередное пробуждение назвал бы приятным только самый закоренелый оптимист. Казалось, в организме ныли все до единой мышцы, а на любую попытку движения судороги прокатывались по всему телу. Открытые с энной попытки глаза тоже подводили, категорически отказываясь фокусироваться на чём-либо — картинка мало того что двоилась, так ещё и через раз становилась мутной, как будто смотришь через матовое стекло. Одно можно было сказать точно: вокруг меня находится что-то тёмное, а вот где-то впереди есть очень яркое пятно.

В памяти чётко отложились последние моменты перед потерей сознания. Яркая сильная эйфория, охватившая меня, и безумный полёт над гранью пирамиды. Дальше темнота и лишь какие-то смутные образы чего-то большого и тёмного. Неужели я умудрился так сильно разбиться? Хотя высота большая, и скорость можно было набрать изрядную. Пинки! Она же была у меня на спине! Снова неудачно дёрнувшись, упал, по-видимому, на пол, явно с какой-то лежанки или носилок, нормальная кровать была бы повыше. На звук падения отреагировали, послышались шаги, затем шелест отодвигаемой ткани, и вокруг стало значительно ярче. Я попытался всё же разглядеть вошедшего, но из-за ставшего слишком ярким света картинка расплылась ещё сильнее.

— Uwar rana! Mahaifiyar da watã! Ta farka[1], — раздался поблизости детский голосок, мальчик или девочка, так сразу и не скажешь.

— Zauna a nan. Ina gudu zuwa ga tara su[2], — ответила ему уже явно молодая девушка. В помещении, теперь я в этом уверен точно, снова стало темнее. А судя по дробному топоту, кто-то куда-то побежал, причём быстро. Ну, будем надеяться, что за врачом.

Минут через пять по субъективным ощущениям в помещение вошли двое, судя по оттенкам, кто-то светлый и тёмный, а нет, ещё одна тёмная тень была у них под ногами.

— Ta farka kuma ya fadi. Ba mu taba shi, kamar yadda ka ce, da zarar ka kira[3], — сказал всё тот же девичий голос, ещё бы знать, на каком это языке.

— Ka yi duk abin da dama. Run yaro, dõmin ka yi gargaɗi game da kaka gaya cewa yamma muna son magana da ita[4], — ответила ребёнку одна из вошедших. Вот это голос: глубокий, мягкий, грудной, он, казалось, обволакивал сознание и уносил все тревоги прочь.

— Kamar yadda ka ce, mai haske uwa[5]. — Ага, судя по топоту, курьера отпустили или снова куда-то послали.

— И что мы будем с ним делать, сестра?

— Только давай без драматического надрыва, как в прошлый раз, — так, в диалог вступила вторая из вошедших. В голосе её, более резком и «громком», что ли, явственно прослеживались властные нотки.

— О чём ты?

— О том, как ты меня в ссылку отправляла! Решилась? Делай, а не разводи слёзы на ровном месте. Я же могла и снова вырваться, а сил на продолжение сражения у тебя тогда уже не было.

Кажется, я начинаю догадываться, кто это сейчас стоит здесь. И это не есть хорошо, если они тут, то почему мы не вернулись обратно? Нет, я понимаю, что изначальное предположение было целиком ничем не подтверждённой теорией, но в неё укладывались все странности и нелогичные моменты. Я попытался, так сказать, начать диалог, но из горла вырвались только странный писк и хрип. В тот же момент чувство равновесия меня оставило, и я понял, что вишу в воздухе, ан нет — уже не вишу, а лежу на чём-то мягком.

— Но я не могла вот так взять и отправить тебя туда. Я до последнего надеялась, что смогу справиться с твоим безумием.

— Угу, но даже тысячелетие ссылки нам не помогло. Но сейчас не об этом.

— Я ужасно не хочу это делать, он всё же спас нас…

— Его, кстати, зовут Владислав или Влад, там, правда, ещё несколько имён проскакивали, но так и не поняла, как их правильно интерпретировать.

— Откуда?

— Пока ты общалась с племенем, я заглянула в разум Твайлайт. Кстати, ты в курсе, что их память частично смешалась? Теперь тебе будет сложнее манипулировать фиолетовой «крохой». Память чужого мира поможет ей очень быстро повзрослеть…

— Ох, думаю, нам придётся с ней о многом поговорить. Но мы опять отвлеклись. Влад опасен, и он уже почувствовал вкус этой силы, от неё добровольно не отказываются… Ты же помнишь, что случилось со Старсвирлом? Если бы не помощь матери, он бы уничтожил сначала нас, а потом и весь мир. И это случилось с умудрённым и опытным единорогом. Влад по сравнению с ним — младенец.

— Для начала, Старсвирл, кем бы он ни стал, изначально даже не единорог, а земнопони. Ты же знаешь их высокую чувствительность к ментальной магии. И он был частью этого мира…

— К чему ты клонишь?

— Влад чужак, как и та сила, с которой ему придётся совладать.

— Это не аргумент.

— Я не закончила. Пришелец из другого мира, к тому же не чуждый магии и имеет достаточно стабильное ядро личности. В противном случае он бы не пережил опьянения силой.

— И всё же…

— Сестра, нас же теперь четверо, да к тому же мир обрёл Элементы Гармонии, если что, мы справимся с безумцем.

Раздался тяжёлый вздох.

— Сестра, пойми, миру нужен подобный хранитель, иначе новое воплощение Найтмер будет лишь вопросом времени.

— Ладно, уговорила. Но учти — при первых же признаках подступающего безумия мы должны будем избавиться от него.

— Несомненно. Думаю, я возьму его в ученики… И не надо на меня так смотреть! У тебя, сестрёнка, уже есть ученица и целый выводок чиновников, так что вешать на тебя ещё одну обузу будет кощунством.

— Уверена, что справишься?

— Ну совсем уж за жеребёнка меня не держи! Мой орден, между прочим, даже без меня просуществовал целую тысячу лет, и причём увеличил свою численность.

— Ох, будь по-твоему, но чувствует моё сердце, что случится… Кстати, а что будем делать с его текущим состоянием?

— А ничего. И не надо на меня так смотреть. Если справится с тем, что ему предстоит — облик уже не будет иметь решающего значения, а не справиться — его это уже не будет волновать.

— Сестра, нельзя же так!

— Только так и можно, — резко отрезал второй голос.

— Mother rana! Game da kaka ne shirye ka sadu da kai a faɗuwar rana[6]. — Такой интересный диалог — я даже дышать забывал, слушая — прервал всё тот же детский голос.

— Kyau. A kai ni gidan dattawa[7]. Луна, и всё же?

— Беги уже, солнцекрупая, решай политические вопросы, а я позабочусь об остальном.

— Ну, хоть снова начала шутить, а я уже боялась, что ты никогда не станешь прежней.

— И не мечтай, Селестия! Всё-всё идите, мне надо заняться подоп… то есть, пациентом.

После того как затихли шаги уходивших поней, у меня над самым ухом раздался тихий вкрадчивый голос принцессы:

— Ну что, дорогой, нас с тобой ждут весёлые деньки, но пока надо привести тебя в форму. Теперь спи, набирайся сил… — И я уснул, неспособный противостоять гипнотическому голосу Луны.

Конец первой части


[1] — Мать солнце! Мать луна! Она проснулась. (здесь и далее — яз. хауса (Google translate))

[2] — Стой здесь. Я сбегаю, позову их.

[3] — Она очнулась и упала. Мы не стали её трогать, как вы говорили, сразу вас позвали.

[4] — Вы всё сделали правильно. Беги дитя, предупреди прабабушку, скажи что вечером мы хотели бы с ней поговорить.

[5] — Как скажете, светлая мать.

[6] — Мать солнце! Прабабушка будет готова ко встречи с вами на закате.

[7] — Прекрасно. Проводите меня к дому старейшины.