# Сегодня они проснулись не в себе

lividus

В одно прекрасное утро, двое жителей старушки земли проснулись не в своих телах и не в своём мире... "Кто виноват?" и "Что делать?" на эти два вопроса придётся найти ответы нашим героям, что бы попытаться вернуться обратно. А тут ещё и другая проблема возникла, наставница той в чье тело попал один из героев перестала отвечать на письма...

Внимание! В тексте наличествуют классические (по канонам самиздата) попаданцы и приличный градус МС. Желающие высказать свое веское "ня" или помочь с правкой текста могут сделать это на GoogleDocs: Часть первая, Часть вторая (а в будний день с часу до двух и в живую понаблюдать за написание текста :) )

Внимание! ! Автор берёт небольшой перерыв и возвращается к другим своим текстам. Узнать о сроках выхода следующей главы можно в соответствующем разделе на Самиздате.

## Глава 1. Прибытие

Глава, в которой наш герой осознаёт своё новое положение и знакомится с реалиями окружающего мира.

Я проснулся от осознания того, что проспал и уже не укладываюсь в график, и придётся снова всё переделывать и догонять упущенное ночами. Окончательно придя в состояние паники, попытался выбраться из кровати, но запутался в одеяле и благополучно свалился на пол, благо падать было невысоко.

Удар позволил отвлечься, унять приступ паники и перетряхнуть мысли, ведь никаких особых планов на сегодня не было, да и в офисе предстоял обычный рабочий день, даже совещаний не предполагалось. Откуда же такая уверенность в том, что я могу не уложиться в график?

Ладно, надо вставать и проверить, что Спайку есть чем позавтракать. Я-то ладно, но вот молодому дракону режим питания нарушать нельзя… Стоп! Какому ещё дракону?! Попытка постучаться головой о доски пола для реинициализации состояния мозговых извилин — провалилась. Точнее, удар получился хорошим. Вот только результат вышел странным, лоб удара не почувствовал, а вот вся черепная коробка чуть ли не загудела, да ещё и шея хрустнула, а в том месте, куда должен был прийтись удар, поселилась тупая ноющая боль. Японские боги, демоны и их родня… Надо срочно подниматься. Рефлекторно потянулся потереть ушибленное место, но, уже поднеся руку ко лбу, я услышал глухой стук, как будто постучал по кости чем-то твёрдым, и вдобавок ко всему, я не чувствовал пальцев. Что за хрень тут творится?! Зажмурившись покрепче и глубоко вздохнув, я открыл глаза и уставился на свою руку.

Открывшаяся передо мной картина заставила надолго впасть в ступор. Вместо родной конечности я наблюдал миниатюрное, можно даже сказать, милое копытце, переходящее в не менее милую то ли руку, то ли ногу, покрытую короткой, но очень плотной фиолетовой шёрсткой. Вытаращившись на сию конечность, я так и просидел ещё пару минут, просто смотря на явно не принадлежащую мне часть тела, и в тоже время по непонятной причине такую знакомую. Вот, например, этот мелкий едва заметный шрамик остался со времён жеребячества как память о первой, не совсем удачной попытке покорить домашнюю лестницу.

Так, ладно, лежать и рефлексировать можно бесконечно, надо попытаться встать и разобраться в произошедшем, а ещё лучше зеркало найти. Ибо, скосив глаза вверх, я понял, обо что ударился в первый раз — кончик довольно острого витого рога того же цвета, что и шёрстка, который явно рос из принадлежащей мне сейчас головы. Глупо хихикнув, всё же решился подняться на ноги.

Кое-как взгромоздившись на все четыре копыта и постояв, привыкая к новому положению, осмотрел комнату. Симпатичная такая спаленка, по-другому и не скажешь, обставленная мебелью явно не фабричной работы, собранной из досок, покрытых витиеватой резьбой. В остальном же вполне себе «человеческая» спальня, вот только потолки явно выше привычных, сейчас, без точных ориентиров, оценивать сложно, но навскидку я бы дал им метра четыре, если не больше. Вот и высокое ростовое зеркало, стоящее на другом конце комнаты между двумя шкафами, именно оно мне сейчас и требуется.

До зеркала я дошёл, уже уверенно держась на всех четырёх, слава не знаю кому, моторные рефлексы прежнего владельца тела сохранились полностью — пока не задумываешься о том, как сделать то или иное движение, всё проходит на ура, а вот с осознанным контролем над телом придётся разобраться, если я здесь задержусь. Из отражения на меня смотрела миленькая, по-другому и не скажешь, лошадка, точнее даже пони, всё той же фиолетовой расцветки, с тёмно-синими, почти чернильными, гривой и хвостом, а также одним рогом и парой крыльев, которые, как будто ожидая, что о них вспомнят, расправились во всю немаленькую ширину и сложились обратно без участия сознания в этом процессе. Однако всё меркло на фоне того, что пони оказалась кобылкой. Об этом говорили и симпатичная мордашка, отражающаяся в зеркале, и подробное изучение тела поняши. Заодно узнал, что с пони она если и имеет родство, то очень-очень отдалённое, лошадь анатомически не сможет так изогнуться, да и пропорции тела совершенно другие.

Кстати, очень уж интересное строение копытца, сама конечность очень гибкая, и в дополнение на бабке есть довольно большой, хоть и выглядящий рудиментарным палец, в итоге между копытом и бабкой можно зажать предмет подходящего размера. И как показал эксперимент по обхватыванию собственного рога, сжать можно с заметной силой, забавные, кстати, ощущения: как будто на руку надели крайне плотную и твёрдую снаружи варежку. Проверил возможность прямохождения в этом теле. Оно доступно, но очень «неестественно», ибо постоянно приходится балансировать, напрягая чуть ли не все мышцы корпуса, а значит, врождённых рефлексов, облегчающих движение только на задних конечностях, у пони нет.

— Ну и что мне теперь делать? — спросил я отражение, заодно убедившись, что поняша вполне себе говорящая, да и голос приятный имеет.

Выходить из комнаты на разведку решительно не хотелось, так что я занялся детальным осмотром помещения, в котором оказался, это продолжалось до тех пор, пока снаружи не раздался какой-то шум. В помещение этажом ниже явно кто-то ввалился, причём не один.

— Спайк! — чей-то громкий оклик заставил меня вздрогнуть, — Спайк, ядрёна кочарыжка, подъём! Где Твайлайт?

— Да спит она ещё, — ответил сонный и явно детский голос внизу. — Вы чего в такую рань пришли-то? Селестия только-только подняла солнце, могли бы… — фразу прервал сочный такой зевок.

Дальше я уже не слышал. Имя, которое назвали внизу, разбудило память хозяйки тела, и сознание унеслось по коридорам чужих воспоминаний. Обратно в бренный мир меня вернули голоса, раздававшиеся над ухом:

— Да что ж это такое, неужели эпидемия?

Голова раскалывалась и кружилась так, что я не рискнул сразу открывать глаза. Хотя этого того стоило. Я узнал многое как о самой хозяйке тела и её способностях, так и об окружающем мире. И этот голос тоже оказался знаком, он должен был принадлежать белой единорожке по имени Рарити, местной модельерше.

— А может-может, холодной водой облить? — Это уже розовое недоразумение Пинки Пай, местная кондитерша, тамада и просто трансцендентная пони. — И разбудим, и для здоровья, говорят, полезно…

— Не думаю, что ей понравится такое пробуждение, — осадила своих подруг Эпплджек, земная пони, местная специалистка по выращиванию яблок.

— Так, Спайк, срочно нужно позвать медпони. — Резкий дерзкий голос, явно местная задира-пегаска Рейнбоу Дэш. — От пустого сидения дело не сдвинется с мёртвой точки.

— Может, всё же отправим письмо принцессам? — Этот мягкий голосок ни с кем не перепутать. Флаттершай, тихоня-пегаска, даже воспоминания о ней пробуждал желание потискать этот жёлто-розовый комочек кавая. Вот только сами интонации её речи были какими-то совсем непохожими на те, что были в воспоминаниях хозяйки тела.

— Смотрите-смотрите, ухо дёрнулось, значит, сейчас проснётся, а ещё у меня Пинки-чувство, и это явно не к добру! — Надо подняться и вживую осмотреть подруг молодой принцессы, и заодно сообщить о возникших проблемах.

— О, Твай, ты проснулась?! У нас беда! Флаттершай говорит, что она это совсем не она. Точнее снаружи она Флаттершай и даже знает всех нас, но почему-то считает себя совсем-совсем не собой и, — розовая набрала побольше воздуха и практически прокричала, прыгая на месте при этом, — зверушки от неё разбегаются! — Словесная очередь снова заставила меня зажмуриться и прижать уши копытами к внезапно заболевшей голове, судя по всему, походы по чужой памяти даром не проходят.

— Боюсь, я огорчу вас ещё больше, — обеспокоенные взгляды поняш скрестились на мне, — я тоже не Твайлайт. — Дружный панический вздох-вскрик пролетел по комнате, относительно спокойной осталась только жёлтая пегаска. — Если быть точнее, тело явно принадлежит молодой принцессе, а вот что тут делает моё сознание ещё надо выяснить, и по возможности вернуть всех на свои места.

— Вот об этом я вам и твердила всю дорогу. И тело, и метка на крупе явно принадлежат Флаттершай, а вот сознание тут моё, — разбил тишину голос пегаски.

— Но что нам делать?! Что делать?! Что делать?! — повторяла розовая поняша, прыгая на потолке вниз головой. Судя по всему, такой сюрреализм был в новинку только для пришельцев, местные остались безучастны такому грубому нарушению законов физики, а вот наши с Флатти челюсти явно стремились узнать, что находится в ядре этой планеты. Ан нет, радужногривая пегаска попыталась снять Пинки с потолка, ухватив зубами за хвост, остальные стали ловить розовую внизу.

— Пока местные отвлеклись, — начала подлетевшая ко мне… пусть будет Флаттершай для определённости, — нам бы тоже надо решить, что делать, согласна?

— Всенепременно, но только одна поправка. Я согласен — делать что-то надо.

— Серьёзно? — Мне осталось только кивнуть в ответ.

Следующие несколько минут все наблюдали уже за жёлтенькой. Она лежала на спине и просто неприлично ржала, махая копытами в воздухе.

— У-у-у, не могу. Я думала — это я так попала, а ты, Твай… — её снова свалил приступ смеха.

— Так, пока первая пострадавшая приходит в себя, начнём совет! — привлёк я внимание к себе. — Вот ты, Спайк, как самый адекватный среди присутствующих скажи, что нам теперь делать?

— Ну, если бы тут была настоящая Твайлайт, то она бы обязательно написала бы письмо Селестии.

— Устами младенца глаголет истина, — для повышения важности фразу поднял копыто вверх.

— Эй, я не младенец! — возмутился драконыш.

— Хорошо, маленький муж, пиши письмо правительнице…

— А что писать?

— Опиши наши проблемы вкратце. Подробности будем выяснять при личной встрече. — Дракончик начал что-то яростно строчить на взятом с полки свитке. — Написал?

— Ага.

— Подожди секунду, — остановил я Спайка, уже собравшегося отправить свиток.

Прикрыв глаза, я сосредоточился на доступной мне памяти Твайлайт, а если быть точнее, на тех воспоминаниях, в которых она занималась магией. Местная заклинательная система оказалась крайне занимательной вещью: дикой помесью средневековых рецептов, чистой интуиции и, как ни странно, точного математического расчёта. Так что осталось применить собственные знания, влить немного силы — рог со свитком окутались лёгкой фиолетовой дымкой — и проделать задуманное. С хлопком в воздухе появился второй свиток, точная копия первого.

— Вот теперь отправляй. Первый — Селестии, а второй — Луне. Меня не покидает ощущения приближающихся проблем, и лучше перестраховаться.

Дракончик по очереди сжёг свитки в своём пламени, получившиеся лёгкие облака дыма сформировали небольшие струйки и уплыли куда-то через щель в окне.

— И сколько обычно приходится ждать ответа? — спросил я в пространство.

— Когда как, — ответил дракон, — но обычно в течение дня от принцессы приходит ответ.

— Тогда, чтобы не терять времени, предлагаю устроить мозговой штурм. Надо вспомнить всё необычное, что произошло в городе вчера или сегодня ночью. Все согласны?

Я осмотрел, находящихся в помещении, поняш. Всё-таки какие они милые, даже вполне взрослые, а уж жеребята… вполне достойные конкуренты щенкам и котятам. В памяти всплыла местная троица нарушителей городского покоя… Так, главное держать себя в руках, ну точнее в копытах и не начать тискать всех подряд. ЭйДжей явно что-то заметила в моём взгляде, так как довольно резво отшатнулась от меня.

— Это, определённо, правильная идея, — согласно кивнула белая единорожка, — но боюсь, я ничем помочь не смогу. Вчера весь день до вечера я была в своём ателье, такой большой заказ пришёл, — всплеснула она копытцами. — Пришлось лечь совсем поздно, уже под утро. И я точно не просыпалась, пока меня не разбудила Дэши.

— Так, Дэши, теперь ты, — указав копытом на радужную пегаску, я чуть не потерял равновесие, пришлось помочь себе крыльями.

— Мы с Флаттершай договорились, что я пойду с ней смотреть на миграцию каких-то редких бабочек. Ну, подлетаю я к дому, постучалась, а в ответ тишина. Толкнула дверь, а она открыта, что уже странно — Флатти всегда закрывается на все запоры. Я уже беспокоится начала, зашла внутрь, а там нет ни одной зверушки! Саму Флатти я нашла в её спальне, совсем неадекватную, она чуть ли не по потолку бегала, а уже когда меня увидела, чуть не зашибла. Я и не знала, что у нашей Флатти может быть такой удар копытом, — Рейнбоу демонстративно потёрла ушибленный бок. — Причём отбивалась она от меня весьма профессионально, а уж ругалась как затейливо. Кстати, надо будет записать, а то забуду. — Жёлтая пегаска покраснела и, укрыв голову под крылом, отвернулась.

— Рейнбоу Дэш, что ты такое говоришь?! — возмутилась белая единорожка. — Приличной пони не пристало употреблять такие слова.

— Да ладно, забавно же, — махнула копытом радужная.

— Дэши! — к возмущённой Рарити присоединилась ЭйДжей.

— Ладно-ладно, — покивала она, но, склонившись к Флаттершай, что-то прошептала ей, та отрицательно помахала головой.

— Так, Дэш, что было дальше? — я решил вернуть диалог в конструктивное русло.

— Я смогла с ней справиться и связать, но вот нести куда-то больную в одиночку было бы неудобно. Так что я сгоняла до Рарити, она ближе всех живёт, уже на обратном пути встретили Пинки. В общем, мы кое-как успокоили Флатти, а она, мол, я не Флаттершай. Да я от такого заявления чуть летать не разучилась.

— А меня, а меня разбудило Пинки-чувство! Я знала, что-то страшное случилось, — вмешалась розовая.

— Потом мы посовещались и решили идти к тебе, ну то есть к Твайлайт, — закончила Рейнбоу.

— ЭйДжей, а может, ты нам что-нибудь расскажешь?

— Да вроде ничего странного, на ферме день прошёл как всегда.

— Гм… это-то и странно: ведь что-то где-то должно было произойти…

— Хотя знаешь, Твай… Слушай, а как нам вас звать, если вы — не вы?

— Зовите как раньше, чтобы путаницы не создавать, а там разберёмся.

— Хм… В общем, я видела странную вспышку в стороне Кантерлота, когда довольно поздно возвращалась с дальнего сада, но мне могло и показаться…

— Нда, негусто. Будем надеяться, что принцессы разберутся.

— Раз всё решили, может, позавтракаем? — предложила радужная.

— Думаю, Твайлайт не будет против, если мы воспользуемся её кухней.

— А ты не знаешь, где у неё продукты?

— Нет, я, если честно, не знаю, что пони едят.

— Как так?! — воскликнула Пинки.

— А вот так, мне доступна часть памяти Твайлайт, но не вся. Флаттершай, а у тебя как дела?

— Почти так же, только я помню всё детство этой пони в Клаудсдейле и совершенно отрывочные воспоминания после падения… Я, собственно говоря, проснулась из-за кошмара, в котором падаю на землю, а у тебя как с этим дела?

— Местами… Помню только отрывки или вообще большей частью энциклопедические знания.

— Тоже негусто…

— Ладно, дамы, не время предаваться унынию! Вы же подруги Твайлайт и Флатти, так? — Поняши дружно кивнули. — Тогда давайте вернём ваших подруг на место, ну и нас обратно, — и подскочив на все четыре копыта, я прошёлся туда сюда по комнате. — Значит так, для начала все завтракаем, затем, Рарити, останешься со мной поможешь разобраться с магией.

— Но я же…

— Ты единорог — это главное. ЭйДжей, Дэш и Флаттершай, на вас — тщательное изучение дома Флатти и окрестностей. Пинки.

— Да! — Бьюсь об заклад, она только что телепортировалась, ибо мгновение назад Пинки была на кухне.

— Для тебя у меня особое задание.

— Юху!

— Тщательно проверь Понивиль на предмет новых пони или любых других… разумных. И главное — тайно!

— Уря, шпионские игры! — Пинки подпрыгнула, на ней внезапно оказался обтягивающий костюм чёрного цвета, со второго прыжка она пробежалась по стене и выпрыгнула в окно.

— Я так понимаю, завтракать она…

— Будет! — донёсся с кухни голос розовой поняши. Надеюсь, у меня не такая глупая морда лица, как сейчас у жёлтой пегаски. — Ну, где вы там, я уже всё принесла!

— Э… Она всегда такая?.. — Флатти дёрнула крыльями, явно выражая недоумение.

— Это же Пинки Пай, — ответила Дэш, как будто это всё объясняло.

После завтрака типа «мечта сладкоежки», организованного розовой поняшей: на столе был торт и целый выводок разных пирожных — поняши разбежались по заранее определённым маршрутам. Мы же с Рарити и Спайком занялись разбором местной магической системы. Единорожка могла давать лишь общие советы, а вот дракон оказался начитанным малым. В общем, к обеду я смог утрясти знания о местной магии и привычные мне законы физики и увязать всё это на привычную же математику. Хотя тут, скорее всего, сыграло роль, что сама поняша по призванию была той, кого в фэнтези книжках про всяких там эльфей назвали бы архимагом.

Спайка я не удержался и потискал, драконыш оказался на удивление мягким и возмущаться не стал, судя по всему, его хозяйка тоже частенько уделяла ему знаки внимания. Во всяком случае, его «Твай, хватит, отстань» он выдал скорее по привычке. Теперь на очереди на тисканье поняши, не знаю, как долго я ещё продержусь, они тут все, даже взрослые, милые как котята, а уж когда я увидел в окне пробегающую тройку жеребят, как их обозвала Рарити — меткоискателей, я вообще выпал в нирвану. Спасибо Спайку — деликатно уронившему мне книгу на голову. И пусть не делает такие честные глаза, ни за что не поверю, что он это случайно. Хм, я буду не я, если Рарити не приревновала… Судя по всему, смешанные пары тут не осуждаются обществом. Сравнив размеры потенциальной пары. Н-да, не скоро они перейдут к делу, так сказать. Заметив мой оценивающий взгляд, белая единорожка отчаянно покраснела, сквозь светлую шёрстку всё прекрасно было видно, и начала передней ножкой пытаться проделать в полу дыру.

— Что-то не так, Рарити?

— Нет-нет, всё в порядке.

Если вернуться к магии, то магами тут были все. Правда у «земных пони» — поняш, которых природа обделила чуждыми для лошадиных конечностями, вся она была завязана на сам организм. Их максимум был в контактном телекинезе, в чём те же гончары достигали потрясающих высот по тонкости манипуляций, но не это главное. Текущая в них магия укрепляла этих пони, делала значительно сильнее и выносливее. Взрослый земной понь-жеребец без труда (правда, с разбега) проломит стену в один кирпич и отделается при этом парой синяков и шишек.

Вторыми по уровню владения магии были пегасы. Все они инстинктивные маги по стихии воды и воздуха, однако прямое управление силой доступно единицам. При этом группа пегасов способна управлять воздушными потоками на значительной территории, а уж их крылья — природный антигравитатор, завязанный на мускулатуру и ей же контролируемый, так и вовсе шедевр местного творца. Шутка ли, самые быстрые пегасы могут разгоняться до сверхзвуковых скоростей, создавая так называемый «радужный удар», когда взрывная волна от преодоления звукового барьера несла в себе и концентрированный поток магической энергии, создавая характерные радужные кольца, окрашенные в цвета магии этого самого пегаса.

Затем идут единороги. Их потоки магии не так тесно связаны с телом и позволяют творить маленькие чудеса и даже локально «нарушать» местные законы физики за счёт взаимодействия с мировыми потоками энергии. В зависимости от плотности свободного потока и выносливости варьировалась и сила магии — от простых иллюзионистов до тех же архимагов.

Самыми последними идут аликорны, местные мутанты, обладающие признаками всех рас, сильные как земные пони, крылатые, да ещё и маги совершенно нетривиальной силы. Собственно, на этом и заканчиваются вся доступная широким массам информация о принцессах. Остаются, конечно, ещё сказки и легенды, но доверять таким источникам я бы не стал.

— Мне кажется, или Твайлайт не всегда была аликорном? — спросил я в пустоту.

— Не кажется. Она родилась единорогом и превратилась в принцессу прямо у нас на глазах. Это случилось, когда Твайлайт изучала книгу, которую прислала ей принцесса Селестия. Она смогла завершить древнее заклинание, которое создал когда-то сам Старсвирл, и решила провести эксперимент, но для его работы потребовались все Элементы Гармонии, — пояснила единорожка. — Это было восхитительно!.. Мы сначала подумали, что всё, доэкспериментировалась наша Твай, и остался от неё один пепел на полу, а потом увидели падающую звезду, которая приземлилась перед домом и превратилась в Твайлайт. Потом и сама Селестия появилась, сказала, что Твайлайт Спаркл теперь принцесса — это было так трогательно.

— Ага, а как потом ругалась Твай, когда училась летать на появившихся крыльях, — прокомментировал более прагматичный драконыш.

— А куда потом пепел делся?

— Какой пепел? — вернулась в реальность белая единорожка.

— Который остался от прежнего тела Твай?

— Не знаю… — та с удивлением уставилась на меня.

— Я тоже. Зато могу показать, что осталось на месте эксперимента, — вставил Спайк, сдвинув круглый коврик, лежащий в центре комнаты, открыв выжженный на досках пола глиф в виде метки Твайлайт. Однако если присмотреться… Мать честная, это же классическая гексаграмма со сложнейшей системой печатей, причём многократно вложенных.

— Вот-вот, Твай тоже так же выглядела, когда первый раз увидела. Мы потом два дня из библиотеки не вылазили, но ничего похожего найти не смогли.

— И вообще, при чём здесь это?! Нам надо искать способ вернуть Твайлайт на место, а не тратить время попусту, — возмутилась Рарити.

— А затем, моя дорогая, что Твай полностью переродилась, во всяком случае, её тело было создано заново, и не факт, что метод, подходящий для пони, подойдёт для аликорна…

— Это почему ещё? — возмутился дракон. — Твай рассказывала, что с анатомической точки зрения…

— Фенотип и физиология тут совсем не важны, — перебил я малыша. — Аликорны бессмертны, и с учётом трансформации, мне кажется, что и не совсем материальны. Если я правильно понял, каждый из аликорнов — это осознающий себя эгрегор какой-то идеи в виде материализовавшейся энергии, что объясняет как способности принцесс, так и их бессмертие. Пока пони будут верить в солнце, луну и магию, принцессы будут существовать, а так как всё это неотъемлемая часть жизни, сами понимаете…

— А как же Каденс?

— Не знаю такой, — покачал я головой

— Ну, тоже аликорн, заведующая любовью, она правит кристальной империей.

— Значит, и она тоже.

— Это получается, прежняя Твайлайт тогда умерла?! — воскликнула белая единорожка.

— Не думаю. Скорее просто сменила тело на более функциональное.

— Брр, — Рарити помотала головой. — Бедный Спайк, Твайлайт же с тобой всё время так разговаривает?

— Бывает и хуже, — пожал плечами дракончик. — Да и привык я уже, иногда она очень интересные вещи рассказывает. Один раз, помню…

Пока дракончик распускал хвост перед Рарити, я начал курсировать туда-сюда по комнате, пытаясь утрясти мысли. Если аликорн действительно не полностью материальное существо, тогда смена сознания для него не просто легко выполнима, но и является одной из способностей. С другой стороны, она привязана к эгрегору «магия», а значит, и вернуться для неё не должно быть такой уж сложной задачей. Хьюстон, у нас проблемы, сущность, которая способна удерживать нематериальное сознание, явно является чем-то в высшей степени необычным и опасным.

С другой стороны, телом управляю сейчас я, и получается, я крут немеряно, или это просто контроль физической оболочки?.. Если вспомнить сегодняшнее утро, телекинезом пользовался на автомате благодаря памяти, с её же помощью воспроизвёл заклинание копирования. Теперь надо сотворить что-то достаточно масштабное, но безопасное — проверить пределы силы, и кажется, я уже знаю, в какой области стоит искать подходящий вариант заклинания.

— Спайк, казанова ты малолетний, где у Твайлайт книги по пространственной магии?

— Второй шкаф, на самом верху. Ими пока не пользовались — слишком сложно было для Твайлайт, она пока освоила только телепортацию на короткие расстояния…

— А я всё же хочу проверить, — ответил я, отправляясь к полке у дальней стены. На пятой книге нашёлся подходящий спелл — «Отражённая реальность». Пространственный карман с локализованным входом, инверсный по отношению к отражаемому пространству. По сути — расширение комнаты на точную зеркальную копию, сама материя копируется для поддержания растущего кармана, потом её можно удалить и использовать объем по своему усмотрению. Сказано — сделано.

Нужен материальный предмет типа зеркала для облегчения концентрации. Лёгких путей не ищем, создадим зеркало магически и крепим его к пустой стене. Теперь сам спелл, схема головоломная, но достаточно выстроить её целиком, дальше она самостабилизируется. Через полчаса и два десятка шуток про помощь в макияже мне удалось построить каркас аркана и начать наполнять его силой. Всё больше и больше увеличивалась плотности потока магии, уже рог стал не выдерживать напора. Стоп, а раз сила наполняет вообще всё тело, зачем пропускать весь поток только через рог?!.. Плотность потока магии, когда он стал испускаться всей поверхностью тела, тут же возросла ещё на порядок. Затем внезапная вспышка, ослепившая всех в комнате — и после того как из глаз пропали зайчики, я увидел перед собой на месте зеркала проход в комнату, точную копию той, в которой мы находились, даже за окнами тот же самый пейзаж, вот только открыть их было нельзя. Погуляв по новому помещению, я убедился, что всё так, как описано в книге: все предметы отзеркалены, книги и текст в них те же, только, опять же, без зеркала их не прочтёшь. А вот живые организмы не отразились: вон пустая ваза на столе стоит, хотя в основной комнате в вазе стояли цветы.

— Вот ничего себе!.. — раздался восхищённый голос Спайка.

— Да, теперь я верю, что она принцесса, — поддержала его Рарити.

— Неужели Твайлайт не показывала вам ничего подобного? — спросил я, повернувшись к вошедшей в новую комнату парочке. Не понял, почему они стали ниже, или?.. Тут же создав ещё одно зеркало, я уставился на новое отражение Твайлайт. В зеркале теперь отражалась молодая аликорн. Все признаки были на месте: почти на две головы выше других поняш, грива с хвостом — полуматериальные и движутся по каким-то особым законам и под влиянием неведомых ветров.

— Япона бабушка, — только и смог выдавить я. — Надеюсь, Твайлайт меня в грунт не закатает за то, что я сотворил с её телом, — потрогав то фантомное нечто, что стало заменять гриву, убедился в её материальности. На ощупь как будто пытаешься двигать рукой в «сухом» киселе, тактильных ощущений почти нет, но что-то мешает движению копыта, причём довольно сильно.

— Ты не волнуйся, за такую красоту тебе всё простят, а не простят, я защищу, — утешила меня Рарити.

— Ну, раз так, то верю и всецело на тебя полагаюсь. — Так, держать себя в руках, нельзя её тискать, ещё не так поймут.

В этот момент со стороны входной двери донеслись голоса поняш, толпой ввалившихся в библиотеку. Судя по активно участвующей в диалоге Флаттершай, наша попаданка влилась в коллектив.

— Ну и какие результаты? — спросил я.

— Никаких! Никого нового или необычного в городе не появлялось! И Пинки-чувство молчит, — раздалось у меня за спиной, я дёрнулся от испуга и, запутавшись в конечностях, кубарем влетел в холл. Как, ну вот КАК Пинки могла оказаться у меня за спиной, когда я стоял в единственном проходе, ведущем в отзеркаленную комнату? Однозначно в родственниках у неё были не только пони.

— Ух, ты! Так Твай теперь совсем как Селестия! А как это у вас получилось?! — прыгало вокруг меня это розовое недоразумение, непрерывно тараторя. Секунд через сорок я перестал воспринимать её речь и обречённо лёг на пол, накрыв голову копытцами.

— Пинки, прекрати, не видишь, ты его совсем заболтала! — вмешалась жёлтая пегаска.

— А ты, жеребец, чтобы вёл себя прилично, пока управляешь телом Твайлайт! Ты меня понял?! — открыв глаза, я обнаружил перед собой лицо Дэш. И это оказалось последней каплей, даже напускное сердитое, оно было такими милым. В общем, повалив её на пол, просто прижался к ней и опять закрыл глаза. Полежать спокойно не дала сама пегаска, которая начала активно вырываться.

— Я-аблочки мои наливные, вы токмо посмотрите на этих развратниц! — рядом оказалась ухмыляющаяся ЭйДжей. — Всё, Твай, хорош… отпусти её и айда обедать. Мы, кстать, всё принесли, заодно и расскажете, шо вы тут накуролесили.

Обед проходил спокойно, я бы даже сказал, размеренно, ибо было достаточно вкусно, чтобы не отвлекаться на разговоры. Я же вообще старался лишний раз не смотреть на подруг Твайлайт, чтобы снова не попасть под обаяние этих милашек. Флаттершай это заметила и теперь не могла удержаться от улыбки каждый раз, когда бросала взгляд на меня. Ну ничего, я ещё отомщу, она будет следующей жертвой. Рейнбоу тоже стала поглядывать на меня, но в её взгляде было что-то мечтательно-оценивающие, похоже, я всё-таки подставил владелицу этого тела.

Идиллию прервали две поньки, ввалившиеся в библиотеку — Лира и Винил, имена их подсказала чужая память. Кобылки задыхались от быстрого бега — судя по всему, неприятности всё-таки нашли нас.

— Твай… лайт, — выдавила из себя более бодрая Винил. Выхватив телекинезом чашку чая из копытец Рарити и залпом выпив содержимое, она продолжила: — Там это, гвардейцы арестовали мэра без каких-либо объяснений, а его секретаря побили и не дали отнести его к доктору. Они совсем не обращали ни на кого внимание и чинили… это, как его — беспредел. Я думаю, это вовсе не они — это перевёртыши напали! Надо срочно сообщить принцессе Селестии!

— И главное, когда мы убегали, они явно шли в сторону библиотеки, — вставила своё слово Лира. Ну же, сосредоточься, да, они миленькие, но тискать — это будет совсем перебор. Тем более с Лирой Твайлайт особо не общалась, та в библиотеке изредка брала местные сборники легенд, в которых были мифы о людях, кстати…

Ответить нам не дали ввалившиеся во входную дверь «гвардейцы» — жеребцы в характерной золочёной броне. Часть из них вломились через окна, и судя по звону, влезли ещё и на второй этаж.

— Именем верховного совета! Твайлайт Спаркл, вы и ваши подруг… Элементы Гармонии, — поправил гвардеец сам себя, — арестованы по подозрению в государственной измене! — прокричал один из гвардейцев и двинулся в нашу сторону, явно не намереваясь кормить нас печеньками.

Мозг лихорадочно перебирал варианты поведения… Нет, арест — это не наш метод, да и не Твай я всё же, чтобы так спокойно сдаться на милость властей. Поэтому сначала надо выяснить, что вообще происходит, и желательно выяснять это подальше отсюда. Нужно тайное место, куда не сразу сунутся и вообще не будут нас там искать… Тайник! Тайник в старом замке, там, где Твай нашла старый дневник принцесс. С тех пор только банда Гармонии решалась ходить к замку, да пару раз туда забредала зебра. Так, а теперь главное не напортачить… Раз, окружить полем всех подружек. Два, задать вектор перемещения. И три, подготовить канал для перемещения и влить побольше энергии, как-никак восемь поняш весят немало. После чего яркая вспышка ослепила всех находящихся в помещении, оставив нападавших с пустыми копытами.

Выпали из портала мы довольно удачно. Я целился в главный холл, он был относительно чистым и, главное, пустым, так что можно было не бояться появиться среди обломков или внутри стены. Все поньки, кроме троих, удачно приземлились на ноги, но вот Рарити, Лиру и Винил успели связать. В итоге им пришлось упасть с высоты двух метров. Лира так и вообще громко вскрикнула при падении, а я понял, что голова мне дана только для того, чтобы есть. Ну что стоило удержать в воздухе не только себя, но и остальных понях? Ладно, надо исправлять содеянное, опустившись на пол и сложив крылья, побежал к салатовой единорожке, попутно уничтожив верёвки на связанных подругах.

— Лира, ты в порядке?

— Нога… — выдавила она, давясь слезами. Остальные пони собрались вокруг.

Так, для начала диагностика. Визуально с конечностью всё в порядке. Наложив обезболивающие заклинание — Твайлайт, молодец, готовилась к оказанию первой помощи — запустил диагностическое заклинание.

— Ух ты, как быстро! — понька, которой внезапно полегчало, попыталась вскочить на ноги, пришлось её ловить и снова укладывать на пол.

— Тихо ты, егоза зелёная, у тебя нога, скорее всего, сломана, а она скачет тут аки Пинки! Полежи спокойно пару минут.

— Ничего не понимаю… — честно признался я минут через десять.

— Что такое? — спросила, подлетевшая поближе, Флаттершай.

— Я получаю результат сканирования, но не знаю, как его интерпретировать…

— Мне можешь показать?

— А зачем? — я скептически осмотрел розововолосую пегаску.

— А затем, что я хоть и практикующий хирург, но и за травматолога сойду. Давай показывай.

Пришлось пораскинуть мозгами, как передать результат работы диагностического аркана другому разумному. В итоге пришлось остановиться на эрзаце «телепатического» заклинания, чтобы передать визуальную картинку с результатами работы спелла. Флаттершай прочитать результат смогла, сказала, что очень похоже на результаты томографии, только картинка цветная, и диагностировала трещину в кости. Как лечить такие повреждения Твайлайт знала, так что пока я накладывал лечащее заклинания и заодно лубок на основе телекинетического кокона на ногу больной, остальные поньки собрались в кучу и что-то тихо обсуждали.

— Ну вот и всё, через два дня всё зарастёт. Только на больную ногу не наступай. Во-первых, будет больно, а во-вторых, лечение придётся заново начинать. А пока… — подхватил поняшку телекинезом, — побудешь моим воздушным шариком. Ты же не против? — спросил я Лиру, мордашка которой была настолько ошарашено милой, что я, не удержавшись, рассмеялся.

## Глава 2. Проблемы космологического масштаба

Глава, в которой наш герой примеряет на себя роль мастера-артефактора и выясняет фундаментальные основы местного бытия.

Закончив с лечением Лиры, я уж было хотел заняться любимым делом всех начальников — руководить (в нашем случае — копытоводить?) остальными, дабы они создавали разумное, доброе, вечное, пока начальник сидит в теньке, но не тут-то было. Из-за полуразрушенных ворот вышли два фестрала — стража лунной принцессы, в полном доспехе и с активированной защитой, которая придавала обычному пегасу вид странной помеси пони, дракона и летучей мыши и заодно делала всех стражей похожих на однояйцевых близнецов. Как такого эффекта добилась Луна, Твайлайт не знала, я же сейчас мог оценить только идеальную согласованность всех защитных плетений и иллюзорных компонентов. Только самые сильные маги могли пробиться через иллюзию и увидеть истинное лицо стража, да и судя по тому, что я успел разглядеть, от физических атак броня тоже прикроет.

Я уже было приготовился ослепить их чем-нибудь поярче и снова телепортироваться, но их спокойное поведение явно выбивалось из схемы… Неужели на этот раз решили выслать парламентёров? Не дойдя до меня трёх шагов, гвардейцы преклонили колени. Стало уже совсем интересно, я принял как можно более важную позу — если уж соблюдать формальности, то соблюдать их полностью или не соблюдать совсем.

— Принцесса Твайлайт, Эквестрия нуждается в вашей помощи, — сказал правый из близнецов-фестралов.

— Встаньте, воины, поведайте мне, какая печаль заставила искать помощи у младшей принцессы?

— Сегодня днём тайная стража обнаружила исчезновение правящих принцесс. Поднятое по тревоге отделение стражи не нашло никаких явных следов правительниц, также как и инструкций, оставленных ими. Запрос к союзной Кристальной империи остался без ответа, магический вестник не был пропущен сквозь защитный барьер и вернулся обратно. К сожалению, завершить все поисковые операции мы не смогли. Наши отряды были задержаны гвардейцами принцессы Селестии, которые перешли в подчинение к совету единорогов, собранному из глав старейших знатных семей. В первые же часы работы, совет постановил считать наш орден незаконным и потребовал его роспуска. Клаудсдейл на наш запрос о поддержке сообщил, что будет придерживаться дипломатического нейтралитета. Мы вынуждены были прорываться на нашу базу, взяв с собой верных присяге гвардейцев.

Если бы не четыре ноги, от такого заявления я бы уже сидел на земле.

— То есть, вы хотите сказать, что из-за переворота, вызванного исчезновением правительниц, в Эквестрии сменилась власть, вернуть её законным или силовым способом вы не смогли и вынуждены были отступить. Скорее всего, что-то ещё пытались сделать, но эти попытки тоже провалились. И тут внезапно вспомнили: «А у нас же есть ещё и жеребёнок-принцесса, а давайте и её втравим в наши игры»? Я права?

Взгляды жеребцов явственно забегали, а молчавший до сих пор второй фестрал снова упал на колени.

— Леди Твайлайт, мы передаём наши жизни в ваше владение, дабы вы могли вернуть порядок в Эквестрию в кратчайшие сроки.

— Ну что с вами будешь делать, — вздохнул я. — Вставайте, нечего в пыли валяться, и пойдёмте-ка мы с открытого места, ещё какой-нибудь залётный пегас нас заметит, — закончил я и, развернувшись, двинулся в сторону потайной комнаты, точнее попытался это сделать. Остановили меня откровенно шокированные лица всех поняш и Рейнбоу, налетевшая и сбившая с ног. Хвала тренировкам Твайлайт, концентрация при падении не потерялась, и Лира осталась висеть в воздухе.

— Что значит какой-то залётный пегас?! Ты что себе позволяешь, чуж… — закончить фразу я ей не дал, сунув копыто в рот и спеленав телекинезом. Подёргавшись с минуту, она затихла.

— Успокоилась? Я могу тебя отпускать? — Радужная слегка кивнула. — Вот и молодец, — сказал я, поставив поньку на землю, и сам поднялся на ноги. — Дэши, я сделаю всё возможное для возвращения на круги своя, веришь? — спросил я, внимательно смотря в глаза Рейнбоу.

— Да тебе и деться-то некуда, но вот пегасов оскорблять не смей, среди нас нет предателей! Да, Флатти?!

— Ох, какая ты всё-таки наивная, милая. Я, конечно, сама не образец опытности, но знаю одну непреложную истину: там, где глаза разумным застилает власть и деньги, дружба и магия исчезают в неизвестном направлении, и частенько безвозвратно. Неужели ты думаешь, что не найдётся такого пегаса, которого нельзя подкупить, а? Да те же единороги из нового «правительства» могли просто заплатить Старейшинам Клаудсдейла, чтобы те выделили поисковую партию. Однако, скорее всего, нас они просто списали со счетов, посчитав неопасными, наивные чукотские дети.

— Что? Какие ещё дети?! — Упс, надо следить за языком.

— Наивные, — всё, надо сворачивать разговоры. — Дэши, ты с нами?

— А то как же! Я вас без присмотра не оставлю!

— Замечательно, — и повернувшись к остальным, скомандовал: — Банда, за мной, — подхватив телекинезом Лиру, я повёл всю толпу в тайник.

Разместиться хватило впритык, но дверь мы смогли закрыть, замкнув тем самым местную защиту, и теперь я чувствовал себя более-менее спокойно. Спайк, как самый хитрый, вообще устроился у меня на спине. Кстати, насчёт влияния хозяйки тела на меня, телепортируясь, я точно забыл про дракончика и выбирал для перемещения только поней, но на рефлексах забрал и его.

Всё же хорошо, что старая библиотека в замке так приглянулась Твайлайт, что она благоустроила комнаты, даже мебель кое-какую принесла. Хотя судя по внешнему виду, она подновила найденные в замке уцелевшие скамьи. Как-то само собой оказалось, что я уселся в центре помещения, а остальные разместились вдоль стен. Всё же поняхи — слишком безмятежный народ. Вон, не успели устроиться, как Лира уже о чём-то болтает с Винил. Остальные тоже о чём-то шептались и испуганными при этом совершенно не выглядели, то ли они не осознали всего того объёма проблем, которых приготовила нам судьба, то ли по жизни были настолько легкомысленны, хотя скорее привыкли, что все проблемы решаются принцессами, ну а в крайнем случае самой Твайлайт.

Только фестралы и Пинки выбивались из общей картины. И если лунные стражи дисциплинированно улеглись напротив меня и терпеливо ждали, когда я уделю им внимание, то Пинки, казалось, вообще не задумывается ни о чём, сейчас, вон, с увлечением пытается потрогать то невесомое нечто, в которое превратился хвост Твайлайт. Даже коллега-попаданка поддалась этой волне беззаботности, вон что-то увлечённо шепчет на ухо Рарити. Кстати, стражники с выключенной защитой оказались вполне себе нормальными жеребцами серой и лимонной масти, с одинаково темно-синими гривами. Судя по всему, работа на принцессу Луну накладывает свой отпечаток.

Так, найти магически нас тут не смогут, от стен до сих пор сильно фонит остаточной аурой древних, частично всё ещё работающих заклинаний. Крайне интересно, как маги добились такого эффекта — прошла уже тысяча лет, а арканы всё ещё не распались.

По дороге сюда я раскинул сенсорную сеть — заклинание для поимки садовых вредителей, но и пони оно не пропустит, так что и подобраться незамеченным никто не сможет. Можно спокойно говорить обсуждать самые страшные тайны.

— Ладно, дамы, господа и драконы, — я дёрнул крупом, слегка подбрасывая прикорнувшего на спине драконыша, — сейчас слушаем внимательно и дополняем по мере возможности, — затем перевёл взгляд к фестралам. — А вы, «господа стражи», представьтесь. И ещё раз, желательно подробно, расскажите, что произошло в общем и что вы хотите в данный момент от Элементов Гармонии вообще и от меня в частности. — Жеребцы снова переглянулись, один из них слегка кивнул второму. Телепаты они, что ли?

— Принцесса Твайлайт, я Гемд Мейс, — сказал лимонной масти пони.

— Меня зовут Аместис Тамблвид, — представился второй фестрал.

— Парни, приятно познакомиться, и да, без церемоний, тут все свои, и надеюсь, в ответном представлении мы не нуждаемся. Садитесь, не стойте столбами и рассказывайте.

— Сегодня утром служанки принцесс сказали гвардейцам, что не нашли принцесс в их комнатах, — стал рассказывать Мейс. — Это довольно часто случается, когда принцессы занимаются государственными делами. Однако в этот раз они даже не предупредили стражу о своём отбытии.

Доклад дошёл до наших командиров. И вот тут начались первые странности: наш командующий, Ласн Джейд, отдал приказ расследовать обстоятельства и убедиться, что всё идёт так, как и задумано богинями. В то же время глава гвардейского корпуса приказал перекрыть нам доступ во дворец, а задержанных на территории фестралов схватили и куда-то увезли. Наши разведчики всё же изучили комнаты принцесс, и в каждой нашли следы борьбы. Разбитые вазы, трещины на стенах, однако никаких следов борьбы и ударов копыт, не принадлежащих принцессам.

На сообщение, посланное с магическим вестником, гвардейцам было отвечено, что решением чрезвычайного совета отряды лунных стражей расформируются, а личный состав обязан явиться в замок для принятия присяги новой власти.

По мере повествования пони всё больше впадали сначала в панику, а потом в ступор. И их можно было понять, правительниц-богинь схватили, и теперь какие-то посторонние пони объявили себя властью. Даже розовую проняло, вон сидит с отвисшей челюстью.

— И сколько фестралов покинули ряды стражей? — решил я уточнить.

— Ни одного! — практически выкрикнул Аместис, подскочив на ноги. — Мы никогда не признаем другую власть и не покинем свою госпожу ни при каких обстоятельствах.

— Страж Тамблвид! Смир-на! — ну надо же, судя по всему, принцесса Луна основательно тренирует своих стражей, ибо по команде фестрал на рефлексах вытянулся в струнку. — А теперь сядь и успокойся. Продолжим выяснять детали. Меня, кстати, очень удивляет отсутствие верности своему слову у гвардейцев. Не поясните мне причины?

— Принцесса… Твайлайт, — оборвал сам себя. — Гвардейцев принцессы Селестии очень много по сравнению с лунными стражами. Богиня не может лично пообщаться с каждым. Поэтому присягу принимает только у высшего командования, причём это простая словесная формула, не несущая никакой метафизической силы. Каждый же фестрал лично знакомится с госпожой Луной, причём знакомство… очень, хм… интимное. Мы все дети нашей леди, и только прошедшие её отбор попадают в стражи. Никто из ордена добровольно не предаст и не покинет наши ряды.

— Значит, стражи у нас по умолчанию верны принцессе и внешнему воздействию не подвержены? — уточнил я.

— Не совсем, — вмешался Тамблвид, — В теории можно повлиять на стража, но для этого нужен очень сильный и искусный единорог.

— Понятно… Гвардейцев же можно и перекупить или просто обмануть, особенно рядовой состав.

— Но как же так?! Гвардия!.. Они же стражи порядка и гармонии! — вскочила со своего места Рейнбоу. — Как они могут предать интересы Эквестрии?!

— Очень просто, Дэши. Достаточно подкупить высшее командное звено, а они уже сочинят подходящую сказку, объясняющую причину, по которой сейчас надо выполнять приказы некого совета, а не принцесс, — вместо меня ответила Флаттершай.

— И я полностью с ней согласна, — чуть не оговорился. Стражи и так на меня косятся, когда думают, что я их не вижу. Не стоит добавлять им дополнительные причины для подозрений.

— Наш командир тоже так считает, — прокомментировал Мейс. — Так как перешедшие к нам гвардейцы отказывались выполнять приказы по задержанию высокопоставленных пони.

— Да шо ж мы тогда тут сидим-то?! — подорвалась ЭйДжей. — Надо срочно мчаться в Кантерлот искать принцесс! Они остановят это безобразие.

— Спокойно, яблочная душа моя, поспешные решения нам сейчас только навредят. Если противники действуют так смело, значит, они уверены, что принцессы не вернутся или же они сами их каким-то образом удерживают. Что из этого следует? — я взял небольшую паузу.

— Что! И что же?! — не выдержала Пинки.

— А то сначала надо выяснить, кто и где удерживает принцесс, или хотя бы убедиться, что их схватил не этот «чрезвычайный совет». Нужно точно узнать, каким образом они собираются управлять светилами, ведь без принцесс они очень быстро выйдут из-под контроля, а это может быть и необратимым процессом.

— Леди Твайлайт, но вы же тоже принцесса, — начал Аместис. — Разве вы не сможете заменить их на время?

— Теоретически, смогу… — в памяти всплыло очень яркое воспоминание, как радовалась Твайлайт, когда Селестия показала ей и позволила проделать то, что называется «закат светила». Мало того что принцессой стала, так ещё и позволили поднять светила.

Упс, что называется. Я, кажется, только сейчас осознал всю глубину странности этого мира. Планета, на которой мы сейчас находились, вполне себе обычный ещё активный магмовый шарик, покрытый застывшей корой. Но есть одно отличие от привычной старушки Земли: вращается планета на очень удалённой орбите, а местная звезда, судя по описанию — красный карлик, ну или похожа на этот тип звёзд, точнее только астроном скажет. Так что само местное светило выглядит на небосводе просто как очень яркая звезда.

Жизнь на планете была бы невозможна в таких условиях, но тот, кто создавал этот мир, подошёл к решению вопроса весьма оригинально. Вокруг планеты вращались, равномерно распределённые по одной и той же орбите, два «светила»: яркое солнце и тусклая луна. Хотя руку даю на отсечение, луна — это либо ещё не зажжённое светило, либо уже исчерпавшее свой ресурс. Мощности этих источников вполне себе хватает и на ночное освещение, и на поддержание жизни и комфортных условий на планете. Периодическое проседание мощности «солнц» обеспечивает смену времён года.

Но всегда есть маленькое «но». Сами светила крайне сложные и довольно самостоятельные объекты, не подчиняющиеся законам небесной механики. И в итоге в один прекрасный день по какой-то причине они просто прекратили своё движение, попросту застыв на месте. Вот тут-то и вышли на сцену принцессы, или возможно, тогда они и появились… Луна и Селестия смогли повлиять на светила и опять запустить их движение. Однако, как показала практика, двигались они недолго и снова останавливались, а на каждый новый пуск из состояния полной остановки требовалось огромное количество энергии. Вот тогда-то и возник этот ритуал подъёма светил. Селестия придавала дополнительный импульс «солнцу», Луна, соответственно, «луне». В теории, у Твайлайт сейчас достаточно сил для создания необходимого импульса, а в памяти остался сам принцип воздействия. То есть, провести ритуал я смогу, но и смысла сейчас в этом особого нет, без постоянной подпитки светила будут вращаться ещё около полугода. С другой стороны, если они остановятся, запустить их заново я, используя только возможности Твайлайт, не смогу.

— Эй, земля вызывает Твайлайт! — краем сознания уловил голос Рейнбоу, а тем, что сейчас мелькало перед глазами, оказалось её копытце. — Твай, давай возвращайся к нам! — радужная, похоже, уже потеряла терпение и сейчас явно замахнулась для того, чтобы стукнуть меня по носу.

— Всё-всё, я уже здесь с вами, — пришлось побыстрее отреагировать, нос у поней — очень чувствительное место.

— И что ты, дорогуша, надумала? — решила поторопить меня ЭйДжей.

— В теории я могу заменить принцесс, но ведь можно и подождать… — я прервал сам себя. Стоит ли рассказывать то, что я сейчас вспомнил, остальным поняхам? Ведь эта информация может оказаться и секретом принцесс. Относительно этого в памяти ничего не нашлось.

— Как?! — хором вскрикнули почти все находившиеся в помещении.

— Твай, ведь поиски принцесс могут затянуться. И если всё это время не будет смены дня и ночи, это же будет экологической катастрофой! — Флатти бесцеремонно ткнула меня копытом в бок. — Раз можешь — значит, заменишь, и только попробуй отказаться!

— Спокойствие, только спокойствие. Пара дней хаоса со сменой дня и ночи может сыграть нам на руку — например, заставит наших неизвестных противников отпустить принцесс, ну или мы можем узнать метод, которым они планировали воспользоваться, чтобы управлять светилами…

— И всё же это как-то неправильно, что ли… — скорее для себя сказала ЭйДжей.

— Наш командир считает, что в отсутствии принцесс власть должна переходить в порядке старшинства. Так как принцесса Каденс сейчас недоступна, то вы… ты, Твайлайт, единственная законная правительница. И это необходимо показать населению. Ты должна провести традиционный обряд подъёма светил на главной площади, дабы успокоить возможную панику среди пони. Таким образом мы уменьшим влияние совета на политику страны.

— А если меня схватят так же, как и остальных принцесс? И вряд ли этот совет будет в восторге от потери власти. — Фестралы переглянулись.

— Мы обеспечим вам и тайную защиту, и полный эскорт, — сказал Тамблвид.

— И всё же это не выход… Нам нужен план. — Флаттершай не удержалась и захихикала, остальные с недоумением уставились на жёлтую пегаску. — И не тот план, о котором сейчас подумала Флаттершай, а подробный план действий. И делать мы будем следующее: Пинкамина Диана Пай! — придав голосу побольше пафос, провозгласил я, обращаясь к розовой поньке.

— Я! Я! — чуть ли не прокричала она, умудряясь прыгать на совсем маленьком пятачке свободного пространства.

— Ты нужна своей стране. Можешь снова поиграть в разведчика-диверсанта и тихо и незаметно привести сюда Зекору с её походным набором зелий? — я ещё не успел закончить фразу, как, пропав буквально на мгновение, Пинки появилась снова, но уже облачённая в чёрный обтягивающий костюм со спрятанной под шапочку из того же материала гривой волос, а хвост был плотно обмотан чёрной же лентой, повязанной на конце бантиком.

— Я мигом! — шёпотом прокричала она и попыталась снова исчезнуть. Пришлось ловить её за хвост. И всё-таки у поней есть существенный недостаток: одновременно говорить и держать зубами чей-то хвост проблематично. Пришлось подхватить Пинки телекинезом.

— Пинки, только тихо и постоянно поглядывая по сторонам.

— Знаешь, твоё высочество, это уже попахивает паранойей! — сказала Винил, аккуратно укладывая голову уснувшей на скамье Лиры. Ускорение регенерации всё же отбирает много сил, вот бедолагу и сморило. — Нет, я, конечно, понимаю подставляться просто так глупо, но неужели этот, как его там, «совет» настолько опасен? Может, они тоже решили поддержать порядок, пока наших принцесс нет на месте? — закончила поняша, наконец сняв очки, являя миру глаза с очень необычной радужкой ярко-алого цвета. И как она только в полутьме ориентировалась?

— Тогда скажи, почему гвардейцы пытались задержать нас? Тем более, думаю, все в гвардии в курсе моего статуса ученицы Селестии…

— Ну… — белая почесала затылок копытцем. — Может, они решили, что ты виновата в исчезновении принцесс?

— Тоже вариант, — согласился я. — Но и сдаваться просто так, не разобравшись в ситуации, бессмысленно.

— Ну-у…

— Винил, посмотри на меня и ответь. Ты веришь, что я могла навредить принцессам? Только честно.

— Знаешь ли… — замялась она. — Хотя кого я пытаюсь обмануть… Не, не верю. Ты, конечно, ведёшь себя странно временами, но чтобы целенаправленно вредить… — поняха помотала головой, словно отгоняя нехорошие мысли.

— Ну, будем считать, что население Эквестрии верит своей младшей принцессе, — улыбнулся я. — И опять мы даром тратим время! — чуть громче сказал я, поднимаясь на копыта. — Стражи, мне нужна связь с вашим руководством. Сможете обеспечить её и должный уровень защиты от подслушивания, или, может, нам просто перебраться на вашу базу?

— Это может решить только наш командир, — ответил Тамблвид.

— Тогда ваша задача — как можно быстрее доложить ему. Передайте, что принцесса Твайлайт готова к полному сотрудничеству с орденом лунных стражей. Да, мальчики, вы как добираться будете? Если что, я могу вас телепортировать.

— Не думаю, что эта хорошая идея, вы можете случайно выдать месторасположение нашей базы. У лунных стражей свои пути, — отказался от предложения Аместис. — В течение часа мы будем на месте.

— Замечательно, мы будем вас ждать здесь, но если от вас не будет известий, за два часа до полуночи мы покинем старый замок.

— Мы понимаем и немедленно отправляемся. Ваше высочество, леди, — фестралы коротко раскланялись и, снова включив защиту, тем самым превратившись в гибриды пони и летучей мыши, покинули комнату.

— Ну вот, опять ждать… — обречённо протянула радужная пегаска, тоски в её голосе хватило бы на закваску вагона капусты.

— Не спать, косить! — сказал я, уже понимая, что совсем выбиваюсь из роли.

— Зачем?! — на меня снова удивлённо уставилась Винил.

— За надом, — всё равно идеально отыграть не получится, так что я махнул рукой — или копытом — на излишнюю маскировку, не столь суть важно. — А надо нам многое. Во-первых, девочки, сейчас придёт Зекора и Пинки. Сначала подлечите Лиру, потом попросите зебру рассказать вам о первой помощи при ранениях и уговорить её помочь делу зельями. Да и просто помочь нам. Тем временем мы с Флаттершай подготовим доспехи для всех. Винил, для тебя особое задание: следить за Лирой. Потом я переправлю вас в безопасное место. И кстати, есть такое на примете, чтобы не тратить время на поиски?

— Не, в Кантерлоте все знают, где тусуется ди-джей Винил Скретч, ну а Лира пока недоступна. И знаешь, Твай, я, наверное, с тобой останусь, пропустить такое приключение!..

— Тот факт, что ты можешь серьёзно пострадать или попасть в тюрьму ты, значит, не рассматриваешь? — Флаттершай ткнула ди-джея копытцем в бок.

— Ладно, если не найдём подходящее место, останетесь с нами. Гм… Винил, у тебя есть немагическое звукозаписывающее устройство?

— В студии был компактный фонограф, я его для самодельных пластинок использовала… Работает только на электричестве, никакой магии, если что. Единственно: компактный — это понятие относительное, он размерами с чемодан.

— И то хлеб. Считай тогда себя приписанной к разведывательному отделу под командованием Пинки. — Единорожку передёрнуло.

— Ладно, Флатти, пойдём посмотрим, что мы тут можем сделать из остатков доспехов, — сказал я, выходя из комнаты и направляясь в подвал. Пегаске ничего не оставалось, как следовать за мной.

— Слушай, а как тебя на самом деле зовут? — спросила пегаска-попаданка, когда мы спустились на уцелевшие подземные этажи. Если верить памяти Твайлайт, именно тут была галерея с доспехами.

— Вообще-то, это не есть хорошо, но когда мы наедине, можешь звать меня Вадимом, — ответил я, повернув голову к идущей, а точнее летящей в сантиметрах тридцати над полом пегаске. — Я смотрю, ты совсем опегасилась?

— Не поняла?

— Ну, как и все нормальные пегасы предпочитаешь парить над землёй даже, уж прости за каламбур, под землёй? — пояснил я.

— Оу, это рефлексы, наверное. Долго ходить почему-то не хочется, так что в любой удобный момент взлетаешь, — улыбнулась она. — А тебе не интересно, как меня зовут?

— Интересно, но моя профессиональная паранойя говорит мне, что до поры до времени об этом лучше не знать — меньше шансов вляпаться в неприятности.

— Эх, все вы мужики такие — никакой романтики… — совершенно не к месту ответила она.

— Ага, только холодная голова и математическая логика.

— То-то, я смотрю, ты ведёшь себя совершенно логично в данной ситуации и совсем не стараешься выделяться.

— В смысле?

— Я к тому, что чем дальше, тем меньше ты похож на настоящую Твайлайт. Я, конечно, плохо её помню, но и того, что есть хватает, чтобы заметить отличия.

— Ну извини, я не «шпиён» и актёрским мастерством никогда не владел. Будем считать это поводом поскорее вернуть всех на свои места.

— Думаешь, получится?

— Не знаю, но как мне кажется, существа, которые живут уже больше двух тысяч лет, смогут исправить и вернуть всех по местам.

— Даже не верится, что кто-то может столько прожить. Брр, — пегаску передёрнуло. — Я бы с ума сошла за столько лет. А они действительно столько прожили, или это просто местная вера в правительниц? Как наших царей называли помазанниками божьими?

— Если собрать воедино всё, что доступно мне из памяти Твайлайт, то сила и возраст этих существ, даже не преувеличена, а скорее существенно приуменьшена.

— Ужас, это что же должно было случиться, чтобы они попались кому-то в руки?

— Вот именно этого я и боюсь, — ответил я, повернув голову к пегаске, что оказалось ошибкой. Мы уже подошли к лестнице, ведущей на уровень ниже, и в этот момент я отвлёкся. Дальше в дело вступила гравитация и всё же не совсем полное привыкание к новому телу. Я кубарем скатился вниз, чудом успев подхватить себя телекинезом в самый последний момент перед тем, как врезаться в стоящий первым в ряду доспех.

— Влад, ты там живой?! — прокричала спускающаяся вниз пегаска. Проход был слишком низкий, чтобы лететь.

— Флаттершай, я же просил не упоминать наши имена, а если нас подслушивают?!

— Да ладно, никого тут нет. Ты как, цел?

— А что мне станется? — улыбнулся я, поднимаясь с пола и стягивая с рога щиток от доспеха, который я пробил при приземлении. — Мы, кстати, пришли, — добавил я, оглядывая длинный коридор, уставленный полными понячьими доспехами. Судя по форме брони и висящему на стенах холодному оружию, предки современных поней, знали толк в уничтожении ближнего и дальнего своего. Ну или как минимум знали как внушать трепет и страх одним своим видом.

В этом коридоре мы провели следующие несколько часов. Я экспериментировал с деталями доспехов и заклинаниями, пытаясь минимизировать количество надеваемых частей. Всё равно среди тех, кому защита предназначена, нет никого, кто умеет носить тяжёлые доспехи. Так что только накопытники, нагрудник и защита спины. Остальное пришлось возложить на магию. Да и со спинными пластинами пришлось повозиться, чтобы они были более-менее универсальными и подходили как для наземных пони, так и для крылатых. В финале получился полный комплект на всех поняш и даже несколько запасных. Несмотря на спешку, и эстетическая сторона дела была учтена. Два бытовых заклинания очистки и полировки, которых тут знали все более-менее способные к магии существа, дали практически идеально ровную поверхность. Вырезанная же на металле очень мелкая сеть из глифов, которые сплошным слоем покрывали каждую деталь, дала визуальный эффект, чем-то напоминающий анодирование. Флаттершай всё это время выполняла роль ассистентки и манекена, ну и испытателя. Как показала практика, пока в металле содержится достаточно силы, никакое холодное оружие защиту не пробьёт. Да и магию ослабляет или вообще отражает в сторону, а то и в самого заклинателя. Как побочный занимательный эффект, защитная плёнка отражала все материальные тела, но пропускала газы. Атмосферный воздух тоже частично фильтровался, то есть частицы дыма или капли дождя через защиту не проходили. В общем, сооружая этот аналог войскового ОЗК, мы так увлеклись, что остановились только тогда, когда за нами прибежала Рейнбоу.

— Твайлайт, Флаттершай, вы тут?! — раздался её голос со стороны лестницы.

— Здесь, пройди вперёд — мимо нас не пройдёшь! — отвела жёлтая пегаска.

— Брр, до сих пор жутковато по этим коридорам бродить, — пожаловалась радужная, подойдя к нам. — Там прилетели стражи, хотят с тобой поговорить.

— Замечательно, будем надеяться, что наших дипломатических способностей хватит для диалога с ними. Всё же идти на конфликт с власть предержащими, зная, что у тебя за спиной отряд верных бойцов, как-то поспокойнее, что ли? Идёмте. А нет, стоим, — оборвал я сам себя. — Флатти, давай-ка приоденем нашу радужную подругу, — улыбнулся я.

— Доспехи?! Металлические?! Да вы издеваетесь! Я это не надену! — тут же встала на дыбы Дэши.

— Зря, посмотри на меня. Я же надела, и даже летать могу. Их вес практически и не чувствуется, — приободрила радужную Флаттершай.

После того, как одели защиту на пегаску, я завязал энергоканалы её доспеха напрямую к себе, ну, то есть, к Твайлайт. Силы у неё сейчас не просто много, а очень много. Так что подпитывать доспехи я могу, почти не замечая нагрузки, а если что, я всегда буду знать, где находятся поньки в данный момент, а по силовому каналу можно всегда и телепортироваться, если потребуется.

— Ну, скажешь, неудобно? — спросил я пегаску.

— А знаешь, нет, даже прикольно, — ответила та после серии кувырков на месте и в воздухе. — Почти не заметно, что на тебе лишний вес, да и от пыли защищает.

— Ладно, не будем заставлять стражей ждать, идите наверх.

В тайнике нас ждала всё та же компания с небольшим дополнением в виде двух стражей и одной зебры, которая хлопотала над уже пришедшей в себя Лирой. Состав стражей сменился, из прошлой пары остался Аместис, а вот второй фестрал был явно повыше званием, да и выглядел старше и внушительней.

— Леди Твайлайт, — начал старший страж. — Позвольте представиться, меня зовут Барст Свифт.

— Приятно познакомится. Надеюсь, у вас есть план или хотя бы разведданные. Мы по понятным причинам не можем сейчас их получить.

— Планируются разные сценарии, но без вашего участия все они бесполезны, — пояснил страж. — На законодательном уровне наши отряды никак не закреплены. Во времена изгнания леди Луны мы были закрытым орденом. Когда же наша госпожа вернулась, она не озаботилась легализацией, так что действовать официально мы не можем. Совет же стоит на том, что мы как незаконное вооружённое формирование должны быть распущены, а командный состав арестован. Силовое решение проблемы невозможно, численность наших рядов мала.

— А гвардия?

— Дезертировало или перешло на нашу сторону только около пяти процентов гвардейцев, остальные продолжают выполнять приказы высшего командования, которое сейчас подчиняется совету. Однако есть возможность склонить чашу весов в нашу пользу. Совет не пойдёт против общественного мнения жителей Кантерлота, а они, судя по последним данным, скорее поддержат неопытную принцессу в качестве правительницы, чем совет старейшин. На этом можно сыграть, вы сможете перехватить нити управления гвардией, а дальше мы сможем удержать власть. Без военных отрядов совет будет беспомощен, их влияние сосредоточено в основном в области тяжёлой промышленности и внешней торговли, так что мгновенного влияния они оказать не смогут, однако в дальнейшем могут быть проблемы.

— В общем, нам просто необходимо перехватить инициативу, иначе страна скатится в анархию. Кстати, вы выяснили, как совет собирается управлять светилами?

— Согласно данным, полученным с закрытого совещания совета, они уверены, что в ритуале поднятия светил просто нет необходимости, так как они движутся сами. Основная масса старейшин уверена, что ритуалы принцесс лишь фикция, нацеленная на поддержании своей репутации богинь.

— Да что они себе позволяют! Как можно! — тут же возмутились поняши.

— Зебр племена, что в саванне сухой обитают, издавна Солнца с Луною богинь почитают, — прокомментировала молчавшая до сих пор Зекора. Нет, ну надо же?! Говорила зебра с явным и чётким «африканским акцентом». — Но лишь немногие зебры считают, что Луна с Селестией всем управляют. Племя моё разуменье имеет, что они — аватары существ посильнее…

— То есть ты тоже считаешь, что исчезновение правительниц не приведёт к катастрофе мирового масштаба?

— Раньше бы я согласилась с тобою, только сейчас я в сомненьи, не скрою… — покачала головой зебра.

— Ну, тогда я вам открою одну небольшую тайну, которая должна остаться строго между нами, а стражи расскажут о ней только главе ордена. Все готовы слушать? Не желающие узнать лишнее могут выйти за дверь.

— Ух ты! Большой-большой секрет! А значит, нужна Пинки-клятва. Через солнце на луну кексик в глаз себе воткну! — тихо прокричала розовая поняша, за ней повторила остальная банда Гармонии, да и Лира присоединилась к ним. Пытаясь переварить как-то сказанное Пинки, я ненадолго выпал в «нирвану», и только потом обратил внимание на офигевшие лица остальных пони, надеюсь, у меня выражение морды лица не настолько глупое получилось, как у той же Флаттершай.

Помотав головой и сделав глубокий вдох, я продолжил:

— Так, будем считать, что клятва о неразглашении принесена. Стражи, я надеюсь, что дальше вашего главы информация не уйдёт.

— А зачем секретность-то разводить? — решила уточнить Флаттершай.

— Если честно — не знаю, но раз принцессы сами не разглашали эту информацию, то делали это неспроста…

— Ну давай, рассказывай, интересно же. У меня даже хвост дрожит от нетерпения!.. — почти прокричала мне на ухо Пинки, дёргая меня за гриву. Причём звук её голоса раздался с совершенно неожиданной стороны. Не знаю, как мне удалось сдержаться и не подпрыгнуть на месте. Как, ну КАК, скажите мне, она могла переместиться мне за спину? Причём так, что этого никто не заметил. И это явно не телепортация. Ладно, спокойствие, только спокойствие.

— Пинки, будешь бушевать, ничего не буду рассказывать, — осадил я розовую, повернув голову туда, где, как мне казалось, она была. Зря, Пинки снова переместилась, оказавшись на своём месте и изображая из себя прилежную ученицу. Сдержав желание уподобиться капитану Пикарду, всё-таки продолжил. Не углубляясь в детали, рассказал поням, что будет, если регулярно не проводить ритуалы поднятия светил.

— То есть, если принцессы или ты не будете их выполнять, то на планете наступит ледниковый период? — спросила Флаттершай, быстрее всех осознав полученную информацию.

— Хуже, планета просто замёрзнет и без стороннего воздействия так и останется куском обледенелого камня, а с учётом расстояния от местной звезды, в конце концов замёрзнет и атмосфера…

— Ужас-ужас! Мы должны, нет, мы обязаны как можно скорее начать действовать! — судя по всему, розовая всё-таки переварила новые сведения.

— Тише ты, егоза, — не выдержал старший страж. — Всё это говорит о том, что мы должны действовать более решительно, но спешить нам тоже нельзя.

— Знаешь, Твай, что бы ты там ни говорила, я с вами. Помогу чем смогу. Да хоть моральную поддержку буду стражам оказывать! — категорично заявила Винил.

— Ага-ага, а твою музыку мы применим в качестве оружия массового поражения. — Ага, вот и Лира пришла в себя.

— Да что бы ты понимала. Моя музыка предназначена для того, чтобы народ отрывался и веселился!

— Н-да, и заодно терял слух, — поморщилась салатовая пони.

— Тише, девочки, потом будете выяснять, у кого из вас рог длиннее и музыкальнее, — прервал я их диалог.

— А это как? — не удержался от вопроса Аместис. Винил, явно не знакомая с таким понятием как комплексы, просто начала ржать, остальные смутились.

— Ну, как жеребцы меряются, кто «круче», — сказал я, подражая голосу Рейнбоу. — Только тут будут кобылки и музыка.

— Мне кажется, стоит вернуться к нашим проблемам, — вмешался Свифт.

— С чем я полностью согласна, — согласился со старшим стражем. — У вашего командования уже есть план?

— Мы предлагаем вам сегодня вечером публично провести ритуал поднятия на главной площади Кантерлота.

— А как быть с гвардией и советом, которому такой финт ушами вряд ли понравится?

— Наши разведчики подтверждают, что жители Кантерлота уже начинают беспокоиться, а самые активные стягиваются к дворцовой площади. Если вы телепортируетесь сразу на площадку, совет не будет предпринимать никаких активных действий на глазах у населения. В этот же момент можно сделать подходящее заявление и успокоить жителей.

— Может и сработать, тем более что есть способ припугнуть совет…

— Э-э, леди Твайлайт, я, конечно, понимаю, что вы сильный маг и ученица самой принцессы, но в совете практически все старейшины единороги, и большинство из них сильные маги, — осторожно начал Аместис. — Ваших сил может и не хватить на противостояние им.

— Всё так, страж Тамбвилд, но ты забыл об одном маленьком факте: я хоть и молодой, но аликорн.

— Вот именно, вашего опыта может не хватить! — перебил страж меня.

— Вполне возможно, однако каждый аликорн напрямую связан со своим аспектом нашего мира. Принцессы Луна и Селестия — проводники самих основ нашего бытия, а я связана с тварной магией мира.

— И что это значит? — не удержавшись, встряла в диалог Винил.

— А значит это, что я могу управлять магическими потоками. Конечно, сейчас на весь мир меня не хватит, но вот в непосредственной близости от себя я могу полностью контролировать всю магию — и свою, и чужую.

— Серьёзно?

— Вполне, в качестве примера попробуй поднять магией вот это камешек, — предложил я, перенеся из угла комнаты закатившийся туда обломок кладки.

— Да без проблем! — рог Винил засветился, и камень, окутавшись таким же свечением, скачком поднялся в воздух.

— А теперь фокус, — сказал я и, сосредоточившись, оборвал поток силы, тянущийся от Винил к камню, и тот, подчиняясь уже законам гравитации, упал на пол. Не знаю, осознавала ли сама Твайлайт, на что она способна, или же принцессы просто деликатно умалчивали этот аспект, но способности к управлению магией у неё были, и я, находясь в её теле, мог их применить.

— Да это многие могут, — Винил разочарованно махнула копытом.

— А ты попробуй ещё раз, — предложил я ей.

— Да без проб… — явно шокированная единорожка оборвала фразу, на мордашке у неё проступил нешуточный испуг. Хотя я бы тоже был напуган, если у меня внезапно перестало получаться то, что почти с рождения было совершенно естественным. Сразу после того, как предложил единорожке повторить эксперимент, я просто перехватил выходящие из её тела потоки силы, тем самым полностью заблокировал способности к магии как таковой.

— Эй, Винил, с тобой всё в порядке? — спросила ЭйДжей.

— Ты как это сделала?! — почти выкрикнула Скретч. — Я ж даже рог чувствовать перестала!

— Вот именно так я и собираюсь обойтись с советниками в случае конфликта. Прости, Винил, но натуральный пример самый убедительный, — я извинился перед ди-джеем, убирая свой воздействие.

— Это действительно впечатляет, я, конечно, не единорог, но возможную реакцию советников представить могу… — прокомментировал увиденное Барст. — Вы не боитесь, что тем самым ещё больше усугубите положение? Ведь совет начнёт воспринимать вас как действительно серьёзного противника.

— Боюсь, но на самом деле, нам главное выиграть время и не дать натворить советникам ничего серьёзного, что может повлиять на судьбу страны. Поэтому предлагаю следующий план…

Остаток времени до вечера мы обсуждали со стражами детали предстоящей операции, отдельно убеждая остаться на базе стражей особо рьяных кобылок. Правда, пришлось уступить и взять с собой Рейнбоу и Флаттершай, но тут сыграли роль скорость первой и «попаданство» второй.

## Глава 3. Дела государственной важности

Глава, в которой наш герой исполняет обязанности принцессы, следуя при этом заветам Петра I, а также рассказывает об очевидном для одних и странном для других.

— Ну надо же, слухи распространяются так быстро, — протянула Рейнбоу, осматривая расстилающуюся внизу площадь и собирающуюся на ней толпу разноцветных поней.

— Ага… Жуть какая! — жёлтую пегаску передёрнуло. — Всегда боялась больших скоплений народа, — пояснила она в ответ на недоуменные взгляды, мол, где же жуть-то?

— А что вы хотите, тут чуть ли не полгорода чиновники или служащие в замке принцесс. Так что слухи не удержишь. Меня сейчас больше интересует, где прячется наша охрана? — спросил я, осматривая соседние строения.

Мы сейчас лежали на крыше одного из домов, расположенных вокруг главной площади. Согласно плану, именно отсюда мне предстоит телепортироваться к месту проведения обряда, а там, на всякий пожарный, подтянутся стражи, которые сейчас, как заправские ниндзя, прятались где-то в толпе и по крышам домов. Их высматриванием я и занимался, параллельно слушая болтовню Рейнбоу и Флаттершай. Точнее, слушал я их первые минут десять, пока хватало выдержки и силы воли.

Как ни странно, гвардейцы взяли под плотное наблюдение только сам замок и его парковую зону. В самом же городе, количество регулярных патрулей даже уменьшилось. Когда я спросил у Рейнбоу, зачем их тут вообще держат, ведь уровень преступности по Эквестрии и так низкий, а возле столицы так и вообще отсутствует, она пояснила, что патрули нужны не столько для охраны правопорядка, сколько для защиты самих горожан от приезжих иностранцев. Так что гвардейские патрули были действенным методом по предотвращению конфликтов, учитывая количество рас, живущих в мире, и то, что далеко не все они миролюбивы. Тот же упившийся в стельку купец-грифон из какой-нибудь горной провинции, где о правилах поведения в обществе и культуре пони если и слышали, то только краем уха, и то не все, мог многое натворить. Хотя пони в физическом плане в среднем ничем не уступали тем же грифонам, а земные пони так и вообще часто были сильнее, но вот настоящих бойцов среди них крайне мало. Тут уж ничего не поделаешь — специфика происхождения расы накладывала свой отпечаток.

— Или я чего-то не понимаю, или приехал кто-то из совета, — сказала Флаттершай, рассматривая другой конец площади. И действительно, там сейчас стояла коляска, в которую впряглись двое молодых гвардейцев. В ней сидело три единорога, причём один из них был при полном параде и даже нечто отблескивающее золотом на рог нацепил. Переговорив между собой, они разбрелись по площади, явно что-то выискивая в толпе.

— Мне кажется, они кого-то ищут… — задумчиво протянула внимательно наблюдающая за происходящим на площади Рейнбоу.

— Мне тоже так кажется. Кстати, Дэши, ты случайно не в курсе, кто это?

— Нет, — покачала пегаска головой. — Мы хоть и живём недалеко от столицы, но этими скучными снобами я никогда не интересовалась. Рарити, может, и знает, она частенько бывает здесь, ну или сама Твайлайт.

— Либо мне эти воспоминания не достались, либо она тоже не знает об этом. Ладно, раз стражи не вмешались, будем считать, что опасности прибывшие не представляют.

— Какие-то тут мужики совсем неактивные… — скорее для себя проговорила Флаттершай, но услышали её все присутствующие на крыше.

— Э-э-э, мужики? — поколебавшись, всё же уточнила Дэши.

— Ну, жеребцы то есть, — исправилась жёлтая пегаска.

— В каком смысле? — Спросил я.

— На площадь гляньте, тут муж… жеребцов раза в три меньше.

— Что и неудивительно.

— То есть?

— Если верить памяти Твайлайт, то как раз такое соотношение полов и преобладает у пони. На одного жеребца приходится три-четыре кобылки.

— Но ведь семьи-то моногамные, я что-то не видела тут гаремов, ну или учитывая местных жителей — табунов, — скептически ответила Флаттершай.

— И не увидишь, ибо в столичном регионе традиционно не одобряются такие браки, но чем ближе к границам, тем больше семьи похожи на маленькие такие табуны.

— Серьёзно? — мне осталось лишь утвердительно кивнуть.

— Кстати, а кем вы были в своём мире? Что вы не пони, мы уже поняли, — задала вопрос Рейнбоу. — Неужели драконами?

— С чего ты взяла? — удивилась жёлтая пегаска.

— Ну, ты жаловалась, что на четырёх ногах тебе ходить непривычно, а из всех известных рас на двух ногах ходят только молодые драконы и минотавры, но у минотавров с магией никак, — пояснила радужная.

— Логично, но неверно, — не удержался от улыбки я. — В нашем мире живёт только одна раса разумных существ.

— Какая?!

— Это… секрет! — сказал я, аккуратно ткнув копытцем в нос Рейнбоу, заставив ту собрать глаза в кучу и отшатнуться. Удержаться было выше моих сил, слишком любопытную мордашку та состроила.

— Нашёлся тут конспиратор. На родине будешь в «штирлицев» играть, — вмешалась жёлтая пегаска. — В нашем мире живут только люди, других разумных рас нет.

— Серьёзно?! Те самые, о которых нам Лира прожужжала все уши?

— Если честно, я помню только тематику книг, которые она брала в библиотеке, но если вспомнить их содержимое, то да, как раз те самые что ни на есть. — Надо будет не забыть ещё пару раз напомнить Флаттершай об осторожности, ибо мировая практика показывает: здоровая паранойя — залог здоровья параноика.

— Так, я опять выпала из разговора, какие такие люди в Эквестрии? — вставила Флаттершай.

— Обыкновенные, никто их не видел, но легенды о двуногих ходят, и самые разные.

— Чем глубже падала Алиса, тем «страньше» становился мир… — многозначительно сказала Флаттершай. — Да, а Лира-то тут при чём? — спросила она у радужной.

— Что значит «при чём»? Лиру все в Понивиле знают, как помешанную на людях. Хотя Твайлайт уже не раз пыталась объяснить, что это лишь легенды, но чудачка стояла на своём, а один раз так и вообще заявила, что сама хотела бы превратиться в человека. Хотя если вы и вправду люди, то… — оборвала Рейнбоу сама себя. — Но Лире всё равно не говорите, она же на радостях с ума сойдёт, — хихикнула Дэши.

— Кстати, Вла… Твайлайт, раз косишь под умного и в местного гения попал, объясни-ка мне пару вещей.

— Да без проблем.

— Твайлайт же видела анатомический атлас пони? Где, скажи мне, пожалуйста, расположен мозг? Ведь тут, — она демонстративно стукнула себя по лбу копытцем, — явно нет для него места, с учётом размеров глазных яблок и объёма черепной коробки.

— Ну ты даёшь, Флатти, а ещё врачом назвалась, — покатилась со смеху радужная. — Думалка пони в голове — об этом все знают!

— Именно так, — подтвердил я слова Рейнбоу, параллельно пытаясь осознать всплывшие в памяти подробности.

— Серьёзно, у них такой маленький мозг? — удивилась Флаттершай.

— Не совсем, если я правильно понял, то из кардинальных отличий от человеческой нервной системы там только одно — в коре больших полушарий. У пони она слабо выражена. Будем в библиотеке, сама посмотришь анатомический атлас.

— Но как тогда?..

— Магия.

— Не поняла?

— Мозг пони — место, где сконцентрировано около двух третей всей собранной организмом силы. И высшая нервная деятельность происходит в неком не материальном, а энергетическом образовании, которое в свою очередь взаимодействует с тем, что у пони заменяет кору больших полушарий, получая информацию с органов чувств и передавая команды на управление телом. А вот о функционировании этого образования известно не так уж и много. Именно поэтому, несмотря на всю мощь магической медицины, никто так и не смог вылечить Дёрпи, её проблемы лежат не в физиологической части, а именно в энергетике. Вмешиваться в такие тонкие материи могли бы только принцессы, и то не факт, ведь любая ошибка при таком вмешательстве просто убьёт пациента как личность.

— Убиться веником… — выдавила из себя Рейнбоу, когда смогла вернуть челюсть на место. Флаттершай, явно серьёзно задумалась и выпав из реальности, что-то проговаривала про себя, скорее всего пытаясь уложить в сознании новые факты. — Пребывание в теле Твайлайт явно не пошло тебе на пользу. Даже она таких странных вещей не говорила, — радужную пегаску заметно передёрнуло.

— Потому и не рассказывала, потому что знала, что вы её не поймёте или просто не воспримите такую информацию.

— Ладно, Миcс Гениальность, — хохотнув, обратилась ко мне жёлтая. — Попробуем более простые вопросы. Как местные жители умудряются поддерживать чистоту, несмотря на «четвероногость» и «копытность»? — Флаттершай демонстративно сунула мне под нос переднее копытце.

— В смысле?

— Да вон глянь в качестве примера. Видишь фиалковую пони, идущую к кафешке? — жёлтая указа на дальний конец площади.

— Ага.

— Сейчас она идёт по мостовой на всех четырёх, потом она сядет за стол и положит на него передние копыта. И ладно здесь, в Кантерлоте, каменная мостовая и чистые улицы, но в том же Понивиле, где, по сути, грунтовка?

— А что не так-то? — спросила озадаченная вопросом Дэши.

— Почему она не притащила на стол пыль и грязь с копыт?!

— Почему она должна была что-то притащить? — Рейнбоу явно не понимала, о чём так беспокоится Флаттершай.

— А сама не хочешь подумать, большая ведь девочка? — я не удержался от подколки. — Особенно в нашем случае, когда можно посмотреть на местную жизнь со стороны.

— Послушай сюда, «мальчик»! Не все из нас оказались в голове местных гениальных библиотекарей.

— Ладно-ладно, проведём следственный эксперимент. Возьмём вот этот кусочек черепицы, — сказал я, подтянув к себе телекинезом осколок глиняной плитки и положив у ног Флаттершай.

— И дальше что?

— Просто подними его, — предложил я пегаске.

Та без задней мысли, накрыв осколок копытцем сверху, подхватила его и помахала им в воздухе.

— А теперь ответь мне на один банальный и простой вопрос. Чем ты держишь этот осколок?

Озадаченная Флаттершай поднесла копытце к лицу и внимательно его рассмотрела, снова помахала в воздухе, потом уронила осколок и поймала его на лету.

— Ничего не понимаю… Это что, телекинез? — в конце концов сказала желтая.

— В нашем случае скорее копытокинез, и доступен он для всех пони, а не только для единорогов. С единственной оговоркой: предмет не должен быть слишком тяжёлый, и его надо коснуться для того, чтобы поднять.

— Интересно, и ведь уже сколько раз я им пользовалась и до сих пор не обратила на это внимания.

— Инерция сознания: для местных жителей это часть естественного порядка вещей, над такими вопросами обычно задумываются только учёные, например, Твайлайт. Возвращаясь же к твоему вопросу — с помощью копытокинеза можно не только притянуть, но и оттолкнуть. Вот местные и возводят такую привычку в разряд безусловного рефлекса: «Поднял конечность с земли — стряхни налипшую пыль и грязь».

— Слушай, а ты точно ты, а не сама Твайлайт?

— Не понял?

— Ведёшь ты себя как-то слишком спокойно, особенно когда дело касается магии.

— Ну, знаешь ли! Ты тоже не паникуешь понапрасну, — заметил я.

— Я на самом деле окончательно поверила в реальность происходящего только после того, как сама увидела Кантерлот. Хотя признаться, мысли о том, что это всё нереально, до сих пор меня не оставляют. Ты же как будто что-то знал заранее… — Флаттершай задумалась над чем-то.

— И что из этого следует?

— Что ты просто псих?

— Тоже вариант, — улыбнулся я. — Возможно даже так оно и есть… Знаешь, почти у каждого есть своё хобби, а то и не одно. Моим всегда была магия и мистика.

— Это как?

— Я в свободное время перерыл всю доступную мне литературу по оккультным практикам. Изучал руны, шаманизм, к синто приобщался. Даже брал уроки у наших деревенских бабушек-шептуний.

— Ну точно псих, а теперь ещё и дорвавшийся до магии. Знаешь, Рейнбоу, нам надо держать ухо востро, ещё неизвестно, что взбредёт этому чуду в голову в следующий момент.

— Да вас послушаешь, сама с ума сойдёшь, — фыркнула Дэши. — То лезете в какие-то глубины магические, где и сама Твайлайт не бывала, то пытаетесь объяснить то, что итак все знают. Сама… сам признался, что изучал магию, а теперь строит тут… Твайлайт.

— Ты права, Дэши, но есть одна маленькая проблема — в нашем мире нет магии.

— Как так?!

— А вот так! — повела крыльями жёлтая пегаска.

— Но разве так бывает?..

— Как показала практика — нет ничего невозможного, — встрял я в диалог.

— То есть, он пытался изучать магию в мире, где её нет?

— Ага.

— Псих! — выпалила пегаска, смотря на меня так, как будто видит первый раз в жизни.

Нашу содержательную беседу прервал появившейся из ниоткуда фестрал.

— Леди Твайлайт, пора начинать, — сказал он, слегка склонив голову.

— Ну, раз пора, значит, начинаем. Девочки, вы тут посидите под присмотром стража, а я…

— Ни в коем случае, мы с тобой! — тут же вскинулась Рейнбоу.

Прикинув шансы на то, что Рейнбоу удастся быстро уговорить, я сдался без боя. Только усилил защиту и накинул на пегасок иллюзию фестрала, которую честно скопировал с доспеха стражей, чтобы лишний раз не привлекать к кобылкам внимание. Защиту от магического воздействия мне сейчас не повторить, но вот чисто визуальную часть — с лёгкостью.

Теперь пора отправляться на помост. Признаться честно, мандражировал я в этот момент страшно, мне и перед людьми-то сложно было выступать, а тут целый табун поней, реакцию которых предсказать было ещё сложнее. Так что придётся действовать по примеру Луны: погромче голос и пафос, поменьше смысла. У наших политиков же как-то получается промывать мозги населению целой страны.

Ещё раз оглядев толпу под нами, вздохнул пару раз и, подхватив пегасок телекинезом, телепортировался к символам светил на помосте. В этот раз я никак не сдерживал силу, так что вспышка телепортации должна была быть видна, наверно, во всём городе. И уж точно я привлёк к себе внимание толпы поней на площади. Дождавшись, когда вокруг площадки соберётся оцепление из лунных стражей, я аккуратным телекинетическими толчком подвинул подальше пегасок и начал ритуал. Точнее, провалившись в лёгкое медитативное состояние, начал вспоминать, как этот ритуал проводила Твайлайт под руководством Селестии. Вмешаться в процесс пришлось только на одном этапе, когда нужно было ограничить количество энергии. Твайлайт, конечно, сильная, но полный ритуал для двух светил не потянет, а нам по-хорошему нужны только визуальные эффекты.

Надо же, настолько ушёл в себя, что не заметил, что уже всё закончилось, и я снова встал двумя ногами… точнее, четырьмя копытами на камень площадки. Постояв немного и убедившись, что все постэффекты резкого оттока силы исчезли, подошёл к краю площадки. Как там в песне — «Show must go on!»

— ЖИТЕЛИ КАНТЕРЛОТА, СТРАШНАЯ УГРОЗА НАВИСЛА НАД НАШИМ МИРОМ! — Надо же, получилось почти как у Луны. По толпе прошла волна испуганных возгласов. — НО НЕ СТОИТ БЕСПОКОИТЬСЯ, НАШИ ЛЮБИМЫЕ ПРИНЦЕССЫ УЖЕ ОТПРАВИЛИСЬ УСТРАНЯТЬ ЕЁ. НА ВРЕМЯ ИХ ОТСУТСТВИЯ Я, ПРИНЦЕССА ТВАЙЛАЙТ СПАРКЛ, ЛИЧНАЯ УЧЕНИЦА ПРИНЦЕССЫ СЕЛЕСТИИ, ПРИМУ НА СЕБЯ ВСЮ ПОЛНОТУ ВЛАСТИ В СТРАНЕ.

Так, а теперь пора сворачиваться, вон уже началось какое-то подозрительное шевеление среди собравшихся пони. Сойдя с помоста, я направился сквозь толпу в сторону дворца. Ну, как сквозь толпу, меня и пегасок тут же взяли в кольцо стражи.

— Ты знаешь, где сейчас заседает совет? — спросил я чуть слышно у ближайшего фестрала, тот утвердительно кивнул в ответ. — Веди нас туда.

— Как скажете, леди, — так же тихо подтвердил он.

Однако дойти спокойно до дворца нам не дали:

— Спаркл! — выкрикнул какой-то земной пони, подойдя вплотную к стражам. — Ты не сказала, что нам всем угрожает? — Вот наглец, никакого уважения к молодым принцессам.

— Это мне неизвестно, но не стоит волноваться, раз принцессы сами взялись устранять проблему, скоро всё вернётся на круги своя, — сказал я, повернув голову к наглецу — благодаря высокому росту аликорна мне не пришлось протискиваться между рослыми стражами.

Толпа продолжала роптать, но судя по всему, явление принцессы всё же по большей части успокоило население города. Так что на некоторое время можно было надеяться на отсутствие явной поддержки совета простыми жителями страны.

Я уж было решил, что всё, следующая проблема у нас только совет, но нет, провидение подкинуло ещё одно испытание. Мы уже почти покинули площадь, когда через оцепление попытались пробиться какие-то жеребец и кобылка. Я бы просто это проигнорировал, но, услышав их голоса, понял, что забыл об одной важной вещи: о семье Твайлайт, которая жила в Кантерлоте. И сейчас её родители стояли рядом. Ниппонский бог… Ладно, без паники. Кивнув стражам, чтобы пропустили пару, просто быстро подбежал к ним и приобнял крыльями.

— Твайлайт, доченька, ты так изменилась! — начала мать.

— Милая, мы и раньше знали, что из тебя получится рослая кобылка, но чтоб настолько! — улыбнулся отец. — Но семье-то можно было и рассказать.

— Простите-простите, всё произошло так неожиданно! Я очень-очень извиняюсь, но сейчас мне надо бежать, обещаю, что как только разберусь со всеми делами, сразу же приеду к вам.

— Проблемы с советом? — спросил отец.

— Именно, надо спешить, чтобы они не натворили чего-то непоправимого.

— Ну, думаю, они достаточно серьёзные пони, чтобы…

— Они уже умудрились поставить вне закона орден стражей принцессы Луны! Так что медлить нельзя. Флаттершай, возьми, пожалуйста, охрану и проводи моих родителей до дома, — и, склонившись как можно ближе, так, чтобы слышали только те, кто находится совсем рядом, сказал жёлтой пегаске почти на ухо: — Проведите их на базу стражей в городе, там будет безопаснее, потом возвращайся. Справишься? — Пегаска только фыркнула в ответ.

— Но Твайлайт, неужели… — начала было Вельвет.

— Пойдём, дорогая, не будем мешать принцессе делать её работу. И, думаю, не стоит волноваться, с такой-то охраной вряд ли что-то может ей угрожать. — Проницательный жеребец, боюсь, для Твайлайт устроят хорошую взбучку, когда она в следующий раз с ними встретится. Мысли о том, что вернуть всё по местам не получится, я старательно гнал от себя.

— Идёмте с нами, — сказала Флаттершай, уводя родителей Твайлайт.

Дальнейший путь к дворцу мы прошли без каких-либо эксцессов. У северных служебных ворот замка к нашей группе присоединился Барст с десятком стражей.

— Леди Твайлайт, путь разведан, никаких действий со стороны совета принято не было.

— А гвардия?

— Их командование в растерянности, но глава стражи склоняется к тому, что их корпус должен подчиняться принцессам, и только в их отсутствие — совету.

— Уже хоть что-то…

— Я бы не стал слишком рассчитывать на их лояльность.

— Ещё что-нибудь?

— Да. Оба заместителя командира корпуса из знатных семей, главы которых входят в совет.

— Понятно… Ладно, где сейчас заседают «старейшины»?

— В малом приёмном зале, в южном крыле.

— Ведите.

— Что вы хотите сделать? — аккуратно начал страж. — Возможно, вы справитесь с ними магически, но их экономическое и политическое влияние…

— Я постараюсь выиграть нам время. Единственный способ в текущих условиях гарантированно устранить влияние совета — убить их. — Все пони вокруг вздрогнули.

— Твайлайт, что ты такое говоришь?! — нарушила молчание Рейнбоу. Кстати, она впервые в жизни так долго вела себя тихо, что для гиперактивной пегаски было настоящим подвигом.

— Мне тоже не хотелось бы доводить конфликт до точки невозвращения. Поэтому будем действовать по обстоятельствам, но на всякий случай, Барст, готовьтесь задержать советников.

Все входы в малый зал охранял караул из десятка гвардейцев, которые ощутимо напряглись, когда мы все толпой подошли к двери.

— Леди, сюда нельзя, идёт заседание совета, — преградил мне дорогу старший караула. Хотя, может, и не старший, просто знаки различия у него были другими по сравнению с остальными гвардейцами.

— Думаю, господа советники не будут против присутствия принцессы на совете.

Боец явно растерялся: с одной стороны, приказ советников, с другой — целая принцесса. Этого замешательства хватило мне, чтобы аккуратно подвинуть его в сторону и пройти в дверь. Точнее, попытаться это сделать.

Не успел я коснуться створок, как двое стражей опередили меня, распахнув двери настежь. Большая часть фестралов тут же просочилась в комнату, выстроившись вдоль стен, оставшаяся четвёрка взяла в коробочку Рейнбоу и пристроилась за моей спиной.

— Кто вы такие?! — всё-таки спохватился один из советников, сидящих за столом.

— Не узнали, советник, или возрастные проблемы с памятью? Так я знаю замечательное заклинание, помогающее при излишней забывчивости. Для тех, кто страдает теми же проблемами, разрешите представиться — принцесса Твайлайт Спаркл. Никто из присутствующих не будет против, если личная ученица нашей любимой принцессы Селестии примет участие в вашем междусобойчике?

Кстати, символично то, что место во главе стола было свободным, туда и я направился. Усевшись на кресле, внимательно осмотрел всех присутствующих. Впечатление сложилось одно: если заменить пони на людей — один в один получится наш кабинет министров во время взбучки, которую устраивает президент, просто поразительное сходство выражений лиц.

— Итак, господа, кто мне объяснит ваши, скажем так, не совсем адекватные действия за последние сутки? — нарушил я установившееся молчание. Судя по всему, такого финта ушами советники от Твайлайт не ожидали и сейчас лихорадочно обдумывали линии поведения.

— Спаркл, что вы себе позволяете? — возмущённо начал сидящий ближе всего ко мне тёмно-серый единорог. — Вы мешаете работе совета!

— То есть вы, табунчик не пойми откуда взявшихся пони, решили, что в отсутствии принцесс можете творить всё, что вздумается?!

— Бесполезный спор, ты ещё слишком мала, чтобы понимать, что здесь происходит, — покачал головой серый. — Кто-нибудь, позовите гвардейцев, пусть отведут этих невежд в камеры на нижнем этаже.

— Значит, начинать диалог и решать проблему по-хорошему вы не хотите… — Серый только поморщился, а один из трёх молодых пони, присутствовавших в зале, двинулся было к двери. — Ну ладно, вы сами напросились… СИДЕТЬ!!! — Как там называла это Луна, Традиционный Кантерлотский глас? Действует лучше всяких светошумовых гранат. Вставший было жеребец немедленно плюхнулся на пол там, где стоял, остальных передёрнуло. Ну, а что вы хотите? Мощный звуковой удар в замкнутом помещении. Вон, серый даже за сердце схватился, бедолага.

— А что это они все? — не удержалась, спросила Рейнбоу, склонившись у меня над ухом. Всё это время она простояла возле кресла, изображая личного телохранителя.

— Вас защитили доспехи, а вот остальных неплохо так оглушило, — пояснил я пегаске. — Так, господа, а теперь вы внимательно меня послушаете, — продолжил я, дождавшись, когда они отойдут от полученного шока, и прижав всех советников телекинезом к креслам, блокировав у всех них магические способности. — Наша основная задача сейчас — найти принцесс, и я при поддержке стражей принцессы Луны займусь этим. От вас требуется одно — сохранить статус-кво, особенно это касается внешней политики. Вопросы есть? — и тут же, не дав никому вставить слово, продолжил: — Вопросов нет, замечательно.

— И с чего это мы должны следовать твоим приказам?! — бросил один из двух представителей земных пони. Ого, сколько презрения в голосе.

— Для начала, хотя бы потому, что я младшая принцесса, и в условиях отсутствия других правительниц автоматически принимаю на себя обязанности по поддержанию порядка в стране.

— Жеребёнок, ты хоть понимаешь, куда ты лезешь?! — продолжил тот же пони.

— О, господа, прекрасно понимаю. Я также понимаю, что не смогу добиться от вас подчинения на голом авторитете. И как только такую свору, — я демонстративно поморщился, — держали принцессы у себя под боком? Поэтому придётся принять непопулярные меры. Итак, кто из вас не собирается выполнять мои приказы? — спросил я, демонстративно оглядев советников.

— Я и моя фракция не будут подчиняться сопл… — выступил всё тот же земной пони, но закончить ему я не дал: вздёрнул того над столом телекинезом и придушил по методу Вейдера, который Дарт. Дёргающийся в воздухе и хрипящий советник произвёл неизгладимое впечатление на присутствующих. Прости, Твайлайт, репутация у тебя будет та ещё, но по-другому тут и не получится действовать.

— Господа, или вы работаете на меня и выполняете мои приказы, или я вас просто и бесхитростно уничтожу. Возможно, принцессы и не простят мне этого, но я должна предотвратить тот беспредел, который вы тут уже начали творить, — закончив говорить, я уронил на стол потерявшего сознание советника. В этот момент дверь открылась, и в помещение вошла Флаттершай. Окинув зал взглядом, она целенаправленно двинулась к нам и заняла место возле меня, аккуратно прошептав на ухо о том, что родители Твайлайт теперь в безопасности.

— Ты не посмеешь! — возмутился наконец серый пони.

— А кто меня остановит? Для справки, господа: в отсутствии принцесс я сильнейший маг планеты. Кто-нибудь из вас рискнёт бросить мне вызов?

— Да это же просто возмутительно! — не выдержал и второй из советников земнопони. Убиться веником, и как я сразу не обратил внимания: это же натуральный колобок на ножках, такого толстого пони Твайлайт не видела ни разу в жизни, во всяком случае, если и видела, то мне эти воспоминания не достались.

— Именно так, господа. Вернёмся к тому, с чего мы начали. Так вы будете работать со мной, или у нас полностью сменится состав совета старейшин?

— Твайлайт, что ты себе позволяешь? Советник Шадоу Фолио правильно сказал, ты ещё слишком молода и не сможешь выполнять все обязанности принцессы должным образом. Поэтому мы должны… — начал было белый пони с очень знакомой кьютимаркой — фиолетово-жёлтой восьмиконечной звездой.

— Блюблад, тебе самому не стыдно, а? — оборвал я заливавшегося соловьём племянника Селестии.

— Стыдно? — удивлённо спросил он. — Почему мне должно быть стыдно? Я вместе с остальными советниками…

— ЗАНИМАЕШЬСЯ НЕПОНЯТНО ЧЕМ ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ИСКАТЬ ПРИНЦЕСС! — и, насладившись выражением лица принчика, продолжил уже нормальным голосом: — Они же не просто твои принцессы, но и твоя родня?

— Для этих целей существует гвардия, задача же высшего света — направлять действия остальных, дабы не допустить хаоса в обществе. — Сколько пафоса-то, но ничего, наши, помнится, в восемнадцатом году навели шороху среди подобных товарищей. Вспомнить, что ли, опыт предков?

— Себя ты, значит, к ним причисляешь?

— Я возглавляю Эквестрийский Королевский Театр. На мои постановки ходит весь свет Кантерлота — Фэнси Пэнтс, Фотофиниш, Хойти Тойти, Сапфир Шорс, всех и не упомянешь!

— И каким таким образом полученные тобой навыки помогают тебе в деле управления страной? Может, ты занимаешься финансовыми вопросами и помогаешь советникам с экономикой и планированием?

— Вот ещё, — презрительно бросил Блюблад, — для этого я нанял одного из лучших бухгалтеров Кантерлота.

— Значит, ты занимаешься подбором актёров, или, может, спектакли режиссируешь?

— У нас работают лучшие актёры и режиссёры-постановщики Эквестрии…

— Делаем вывод, ты там номинально что-то возглавляешь только благодаря поддержке тёти-принцессы. Не мне судить о её действиях, хотя я бы отправила тебя в шахту поработать, глядишь, занялся бы потом чем-нибудь полезным для общества. Господа, — оборачиваюсь к остальным, — нас перебили, но вернёмся к моему вопросу, времени на обдумывание у вас было достаточно. Итак, ваше решение? Для упрощения процесса, скажем так, голосования поступим просто: несогласных с моими условиями прошу покинуть зал.

Оба земных пони и ещё пара единорогов демонстративно встали и направились к выходу. Ну что ж, это их выбор.

— Стражи, задержать этих пони! Поместите их в темнице на втором подземном уровне и приставьте охрану — их судьбу будут решать принцессы.

Приказ был выполнен оперативно, и бьюсь об заклад, было похоже, что фестралы всячески одобряют моё решение. Блюблад, как ни странно, быстро сообразил, что к чему, и остался сидеть на месте.

— Теперь, когда здесь остались только заинтересованные в работе лица, можно и продолжить, — начал я, когда стражи увели задержанных. — Я не буду вмешиваться в ваши дела и указывать, что делать — только обозначу, так сказать, основные направления деятельности. От вас требуется: во-первых, поддерживать спокойствие в обществе, и во-вторых, не мешать работать мне и стражам.

— Спаркл, вы уверены, что сможете разобраться с текущими проблемами? — спросил всё тот же серый пони. Не зря он в совете за старшего, уже умудрился оклематься, глядишь, ещё и второй раунд убеждений придётся проводить.

— Уверена, иначе бы не стала ввязываться в это дело.

— Но если принцессы нас всё же покинули… Вы же понимаете, что не удержите власть в своих копытах? — Надо же, деликатный какой.

— Понимаю, мистер, прекрасно понимаю. Да, у меня нет политических рычагов, которыми я могла бы надавить на вас. Однако если события всё же будут развиваться по худшему сценарию, то я просто отстранюсь от дел и подожду полгода-год.

— Вот видите, вы сами признаёте, что не сможете управлять страной. Не боитесь, что сегодняшняя демонстрация повлияет на отношение к вам со стороны совета?

— Нет, вы сами прибежите ко мне — упрашивать вернуться.

— Я не вижу причин, которые заставили бы нас так поступить.

— Тогда взгляните в окно, видите эту прекрасную луну? А теперь представьте, что она останется там на неделю-другую.

— Блеф. Наши аналитики показали, что ритуалы принцесс — всего лишь красивые церемонии и не более.

— А вы рискнёте это проверить?

— Даже если так, в академии и старших семьях достаточно единорогов для того чтобы заменить аликорна в церемонии.

— Возможно, но сейчас я могу точно оценить суммарный магический потенциал жителей Эквестрии. Даже если соберутся все магически одарённые единороги, у них не хватит энергии на проведение ритуала, а если и хватит, то большинство погибнет от перенапряжения. Рискнёте проверить выводы ваших аналитиков?

— Это пустой разговор… — он лишь покачал головой.

— Я тоже так считаю, поэтому вернёмся к делу. Надеюсь, мне не придётся больше применять крайние меры. Возвращайтесь к работе, думаю, принцессы оценят ваши старания — я же займусь их поиском. Стражи, оставьте четвёрку для дополнительной охраны советников, остальные за мной.

## Глава 4. Ищущий, да обрящет”

Глава в которой наш герой занимается прикладной магией и отправляется совершать подвиги на край света.

Оставив, возможно, напуганных и точно озадаченных советников, я двинулся в сторону комнат принцесс. По дороге к башне, в которой располагались покои Селестии, фестралы куда-то исчезли, хотя их присутствие всё ещё ощущалось, но вот определить точно, где они сейчас, не получалось. Луна точно воспитывает местных ниндзя, интересно только, как? Самолично их тренирует, или это навыки, которые передаются в ордене из поколения в поколение?.. Размышления о мышекрылых прервала дверь в комнату принцессы, в которую я практически упёрся носом.

Что можно о ней сказать: большая двустворчатая дверь с красивой резьбой, украшенной позолотой — и никаких следов магии. Я её чуть ли не всю обнюхал, но никаких посторонних следов не обнаружил — ровный фон силы принцессы, который был лишь чуть выше, чем во всём остальном замке. Интересно, кстати, Селестия каждый день бегает по лестнице туда-сюда, тут всё же высоковато, или использует телепортацию и крылья?

— А что это он…а делает? — внезапно ожила Рейнбоу.

— Не знаю, может, пытается играть в Шерлока Холмса? — ответила ей жёлтая пегаска.

— В кого?

— Ну был такой известный сыщик…

— А я уж подумала, что она Вайноне подражает, — хихикнула радужная.

— Смешно вам, значит, да? — спросил я, повернувшись к ним.

— Не-не, ты продолжай, не отвлекайся, — сказала Флаттершай, помахав перед мордашкой копытцем.

— Я-то продолжу, но и вы заканчивайте дурью маяться, помогли бы лучше.

— И чем мы можем помочь? Мы же не единороги. — Так, радужную надо срочно занять, судя по тому, как она пригарцовывает на месте, предел её терпения давно пройдён.

— Для начала — осмотритесь тут и скажите, изменилось ли тут что-нибудь с последнего вашего посещения. Ты же бывала у принцессы в гостях?

— Ну да, было дело, но тут вроде всё так же, как и было… Может, внутрь заглянем?

— Заглянем, обязательно заглянем, но сначала для тебя есть важное задание — слетай за Барстом, он нам сейчас понадобится, или пусть пришлёт тех, кто первыми проверял покои принцессы.

— Это я мигом! — Рейнбоу сорвалась с места и сиганула в окно, оставив после себя лёгкий радужный след, быстро растаявший в воздухе.

— И всё-таки она бесподобна, такие виражи закладывать… — проговорила Флаттершай, наблюдая за удаляющейся пегаской.

— Завидуешь?..

— Не то чтобы очень, но повторить хочу, аж крылья чешутся, — пегаска пару раз хлопнула крыльями, подбрасывая себя в воздух.

— Ну так в чём проблема-то?

— В том, что тренироваться надо. Флаттер… Я такие нагрузки просто не выдержу. Сам…а-то как умудряешься терпеть, я же и не помню, чтобы ты летала?

А действительно, как? Взмахнув крыльями, поднял себя в воздух и сосредоточился на ощущениях, и действительно — где-то на грани сознания маячило это желание взмыть в небо, но стоило бросить взгляд вниз и прикинуть высоту, как желание летать благополучно покинуло меня.

— Знаешь, как оказалось, я боюсь высоты сильнее, чем хочу летать.

— Н-да, значит, это всё же физиологическая потребность пегасов.

— Технически, я сейчас тоже пегас.

— Ты — аликорн, а родилась единорогом, так что это не показатель.

— Может быть, может быть. Ты, кстати, ничего необычного тут не замечаешь? Или каких-то несоответствий?

— Нет.

— И я тоже. Ладно, пошли внутрь, — сказал я, заходя в комнату принцессы.

Что можно о ней сказать: стильно и в то же время ничего лишнего. Огромный понидром, по-другому и не скажешь, в виде тридцатисантиметрового возвышения, засыпанного разнокалиберными подушками, и не менее монументальные трюмо и камин. Всю противоположную от двери стену занимал большой открытый балкон. Весь пол покрывал очень похожий на шагги ковёр, во всяком случае, на вид он был очень мягким. Окинув взглядом комнату и прикинув размеры, снова поднял себя в воздух. Крыльями в таком режиме надо взмахивать не так уж и часто, сильных потоков воздуха не создаётся, а затоптать важную улику меньше шансов.

— Над мягким ковром летать не так страшно? — улыбнулась жёлтая пегаска, заглянув в комнату.

— Ага, а ещё так меньше шансов затоптать что-либо важное.

— Тоже вариант, — согласилась Флаттершай, влетая следом. — А ничего так, тут миленько и вполне по-королевски.

— Барст, ну скажи, как ты это делаешь?! Это из-за того, что ты страж? Это же так круто, я тоже хочу так научиться! — раздался со стороны балкона голос Рейнбоу.

— Вот подрастёшь ещё, потренируешься, и тогда, возможно, сможешь повторить, а так мелковата ещё со мной тягаться, — ответил пегаске фестрал.

— Да чтобы я — лучшая летунья Эквестрии…

— Ну-ка цыц, мелочь пузатая, вот возглавишь Вондерболтов, тогда и посмотрим. Принцесса, вы хотели меня видеть?

— Да, Барст, ты же был на первичном осмотре замка?

— Я его возглавлял.

— Замечательно. Значит, помнишь, где тут что было и что изменилось?

Фестрал осмотрел комнату и, поморщившись, сказал:

— Здесь уже убрались, хотя и была просьба не трогать.

— Н-да, — глянув в окно на башню принцессы Луны, спросил в пространство: — там, наверное, такая же картина. Так, ну а где хоть те же вазы стояли?

— Вот здесь и здесь, — указал он на места неподалёку от кровати, — разбиты на очень мелкие осколки.

— А зеркало, значит, цело… Ладно, с точки зрения магии тут тоже ничего необычного нет. Посмотрим покои Луны и займёмся осмотром дворца.

— А может завтра, а? Да и ночь уже на дворе, — радужная, не удержавшись, зевнула, а меня вновь настиг приступ «умиления». Если бы не фестрал, быть бы Рейнбоу затисканной, и никакая скорость против телекинеза не поможет.

— Можно и завтра, но к тому времени затопчут вообще все оставшиеся следы, если они, конечно, есть. Так что вперёд, труба зовёт.

Понятливый Барст просто вышел на балкон и полетел в сторону второй башни. За ним, снова устроив гонку, рванула радужная, на этот раз опередив фестрала. Флаттершай, аккуратно подбросив себя в воздух повыше, просто спланировала к балкону. Ладно, главное — не смотреть вниз, и всё будет в порядке. Повторив манёвр жёлтой пегаски, полетел к ожидающим меня пони, хотя полетел — это громко сказано. Сам принцип полёта, особенно на маленьких скоростях, слабо завязан на аэродинамику, здесь скорее что-то похожее на скольжение в телекинетическом поле, крылья же служат для удержания равновесия и маневрирования. Возможно, если разогнаться, то подъёмная сила начнёт влиять, но желания делать это не было никакого. Так, подошло время посадки, ну, как там орут западные десантники — джеронимо! Удержать равновесие не удалось — скорость я всё же набрал изрядную, так что пришлось тормозить, как придётся, спасибо Барсту, поймал в конце и не дал кубарем покатиться по балкону.

— Принцесса, с вами всё в порядке? — обеспокоился он.

— Да ничего страшного, просто посадка мне всё ещё не даётся.

Осмотр комнаты Луны не дал ничего нового. Здесь тоже были разбитые вазы возле кровати, у Ночной принцессы, кстати, в отличие от Селестии, вместо перины оказался тюфяк, набитый сеном, но понять её можно было. Пахла такая «перина» просто замечательно.

На полу здесь был постелен лакированный паркет, и именно благодаря нему мы получили первую подсказку. Наклонившись, чтобы рассмотреть поближе место, где стояли цветы, я заметил странные трещины в лаке. Послал светильникам волну силы, заставив их светиться в полную мощность, и начал внимательно рассматривать паркет вокруг кровати.

— Ай, ты что творишь?! — пискнула Флаттершай, прикрывшая глаза сгибом ноги.

— Да ладно тебе, Твайлайт встала на след, — хихикнула радужная, — теперь её ничем не остановишь.

— Вы что-то нашли? — спросил подошедший поближе фестрал.

— Что здесь необычного? — ткнув копытцем в мелкие трещины в лаке, спросил я фестрала.

— У них одинаковое направление, — окинув взглядом пол, сказал он.

— Именно, и это, скорее всего, произошло из-за волны силы, а кровать как раз находится в эпицентре. Ну-ка, а если?..

Думаю, Луна не сильно обидится за подпорченную комнату. Срываю гобелен, висящий за кроватью. На камне стен нашлись похожие трещины, а если присмотреться, то и на деревянных частях кровати они тоже присутствуют.

— Тут явно было магическое воздействие, причём локализованное в сфере, центр которой как раз приходится на кровати… Если принцесс действительно выкрали с помощью направленного прокола в пространстве, но тогда они должны были обе находиться в кроватях и быть беззащитными перед атакой. Хотя есть и другой вариант: что если это не причина, а следствие?.. — как всегда, сильно задумавшись, я начал говорить сам с собой.

— Э-э-э, кто-нибудь понимает, о чём это она сейчас?! — вернул меня к реальности голос Дэши.

— А что тут непонятного? Пока принцессы спали, их просто телепортировали отсюда спящими и все дела, — ответила Флаттершай.

— Есть ещё варианты? — спросил Барст, всё это время внимательно следивший за мной.

— Наши принцессы — маги, очень сильные и очень древние маги, у них не может не быть каких либо защитных плетений на них самих и в их покоях… Возможно эти следы оставили всплески силы, которые возникли после того, как плетения разрушились.

— Но это значит, что они действительно погиб… — сказал Барст, а ведь он хоть и не единорог, но не чужд магии. В пику большей части пони, которые обычно изучают только те области знаний, к которым у них талант.

— Покинули наш мир или находятся в изоляции от основных мировых потоков силы. Ещё какие-нибудь явные следы были найдены?

— Только следы в спальнях принцесс. И сейчас, после вторичного осмотра замка, обнаружили исчезновение двери в закрытую часть королевской библиотеки.

— Как могла исчезнуть дверь?! — на этот раз пробрало и коллегу-попаданку.

— Разрушилось плетение, её создающее, вот и всё.

— Ты по-чел… Ты скажи так, чтобы все поняли!

— Та часть библиотеки находится в другом месте или даже в другом пространстве, после дестабилизации…

— А если ещё проще?!

— Принцессы — пух, дверь — бац. Ву компрене?

— Да иди ты, — только отмахнулась Флаттершай.

— И что теперь? — спросила радужная, очень заразительно зевнув перед этим.

— Изначально я хотела продолжить поиски, но ввиду отсутствия каких-либо зацепок, думаю, нам следует отдохнуть, а с утра решим, что будем делать дальше. Барст, где сейчас ночуют стражи, свободные от патруля?

— В помещениях дозорных по всему замку.

— Значит, отведёшь нас в самую большую комнату.

— Но леди, вы не должны…

— Не думаю, что мы вам сильно помешаем, а мне будет спокойнее, если все будут в одном месте.

Путь до комнаты не занял много времени. Как оказалось, основная часть фестралов собралась в помещениях в основании башни принцессы Луны, кто бы сомневался. На нашу троицу то и дело бросали озадаченные взгляды, но мне было как-то всё равно. Собрав в углу несколько свободных матрацев, мы просто повалились на них, создав понячью кучу-малу. Я, во всяком случае, уснул почти мгновенно: стоило только прилечь, как стало понятно, насколько же вымотался за сегодняшний день.

* * *

Бескрайнее чернильно-чёрное пространство, в котором плывут несколько пони, уцепившись друг за дружку:

— Но принцесса, мы же должны что-то делать!

— Не стоит, милая, не трать зря силы. Возможно, нам предстоит провести ещё немало времени, бери пример с Луны.

— То есть, просто уснуть и ничего не делать?!

— Просто расслабься и попробуй почувствовать мир и своих подруг, для этого тебе не понадобится много сил, но ты должна максимально сосредоточиться и обратить свои чувства вовне. Помнишь ещё наши с тобой первые уроки?

— Вы слишком спокойны, а значит, что-то знаете… Но кто сможет прийти нам на помощь, не Дискорд же?

— Как раз Дискорд сейчас куда-то запропастился, что и неудивительно… — печально вздохнула старшая пони. — Опять, наверное, что-нибудь разрушительное или безумное творит.

— Точно! Вы знаете, что происходит в Эквестрии!

— Немного, совсем чуть-чуть, но этого достаточно, чтобы знать — нас ищут, а в самой Эквестрии всё спокойно.

— Но ведь из пятого закона Старсвирла, следует невозможность прямого магического взаимодействия между разделёнными пространствами!

— Милая, ты молодец, скорость твоего обучения просто феноменальна, а уж тот факт, что ты смогла возвыситься, говорит о многом, но тебе ещё не меньшему предстоит научиться. Книги хороши, чтобы описывать законы, но гораздо шире возможности у самого мага и у его магии. Сила магии безгранична, а способности самого мага ограничивает лишь его разум…

— Из-извините, что… вмешиваюсь, — раздался робкий голос из-под крыла старшей пони, — нас спасут?

— Конечно, дорогая, и довольно скоро. Не беспокойся, спи.

— Скоро — это понятие растяжимое, мы тут уже целую вечность летаем!

— О, ты сильно преувеличиваешь, прошло всего лишь чуть больше суток.

— Всего день?!

— Именно.

— У меня такое чувство, что мы летаем тут уже годы…

— Вы опять болтаете! Во имя предвечной ночи, ложитесь спать, не тратьте силы почём зря! Сейчас все линии вероятности ведут к тому, что нам помогут извне, — раздался раздражённый голос четвертой пони. — Лучше бы подумали о том, как и почему мы вляпались в эту передрягу. Ведь ничего не предвещало… Кто здесь?!

* * *

На этой фразе я вдруг проснулся. Мда, и приснится же такое! Помотав головой, я осторожно огляделся. Судя по мельтешению фестралов, менялась очередная смена стражей. Неужели проспали?! Обратившись к светилам и прикинув их положение, перевёл дух, выснив, что до рассвета ещё где-то час-полтора.

Попытка улечься поудобнее провалилась — с обоих боков ко мне кто-то плотно прижимался. Приподняв крылья, я обнаружил справа спящую Рейнбоу, левый же бок оккупировала Флаттершай. Интересно, это всё же инстинкты пегаса сработали, ведь крыльями-то их прикрыл во сне неосознанно, или просто было неудобно? Ладно, пусть спят, будить их сейчас просто рука… копыто не поднимается.

Хотя спят они довольно-таки показательно: Флаттершай — аккуратно улёгшись на животе и поджав под себя ноги, прижавшись к боку, отчего миниатюрная кобылка полностью скрывалась под крылом Твайлайт, тогда как Рейнбоу — развалившись на боку, подёргивая ногами и свободным крылом, не иначе летает во сне.

Как показала практика, две спящие по бокам поняши не располагают к глубоким «размышлизмам», так что я опять задремал и проснулся как раз к подъёму светил. Жалко, конечно, будить, но тут уже надо. Аккуратно выбравшись с матрацев, отправился в башню Луны, по пути надеясь по-быстрому заглянуть в её же ванну. Думаю такой подставы как появление в затрапезном виде перед подданными Твайлайт мне точно не простит.

В ванной комнате меня ждал сюрприз в виде, двух серых понек — земной и единорожки, которые, судя по всему, готовились к приходу ночной принцессы.

— Ой, леди Твайлайт, мы вас не ждали. А леди Луна уже вернулась?! А можно вас причесать, у вас такая замечательная грива. Вы к нам по делу? — Не успел я раскрыть рта, как был атакован потоком вопросов от этой неугомонной парочки, уже успевшей, к тому же, ощупать гриву и доспехи.

— Нет, принцессы пока не вернулись, а пришла я сюда воспользоваться помещением, так сказать, по назначению, — сказал я, останавливая мельтешение этих двух гиперактивных мордочек, подхватив телекинезом и поставив их перед собой. Те только пискнули, но возмущаться, как ни странно, не стали.

— Так мы это мигом! — чуть ли не подпрыгнув на месте, сказала земная пони.

— Но тут же всё для отхода ко сну подготовлено… — скептически заметила её компаньонка. — Хотя… сейчас всё будет!

В общем, через двадцать минут я стоял выкупанный в чём-то сильно ароматном и с начищенными каким-то составом доспехами — тут единорожка постаралась, применив заклинание полировки. Сейчас эта неугомонная парочка расчёсывала гриву и хвост, отчего те становились ещё более пышными, ещё бы понять, как они умудряются расчёсывать эти эфемерные образования.

— Вот теперь нам есть, что ответить этим задавакам из солнечного крыла!

— Угу. У нас тоже две принцессы побывали.

— Милые, а вы всегда такие, — я передёрнул крыльями, — «шебутные»? Просто мне казалось, что Луна не одобряет излишнюю суету, разве нет?

— Ой, да бросьте, — начала одна.

— Леди Луна такая стеснительная, мы первое время с трудом уговорили её разрешить ей помогать. Да и сейчас приходиться покрутиться, удерживая леди от того, чтобы она не сбежала раньше времени, — подхватила вторая.

— Она слишком много проводит времени со своими мышекрылыми, вот и набралась всякого от этих вояк.

— А так леди очень робкая. Ух, сколько мы провозились в последний раз, пока платье ей подобрали!

— Спасибо, девочки, не знаю, что бы я без вас делала, — поблагодарил я понек, которые умудрились за каких-то полчаса сделать из растрёпанного чуда — принцессу. Не знаю как насчёт самой Луны, а вот с Каденс Твайлайт сейчас вполне может конкурировать на равных.

— Эта наша работа. Зря вы раньше к нам не заходили. У леди Селестии, конечно, есть фрейлины, но леди Луна подсказала нам несколько алхимических рецептов для красивого блеска шёрстки и полировки копыт.

— А знаете, если регулярно посещать сауну, то шёрстка всегда будет такой же шелковистой. Я вам даже подскажу адресок одной моей подруги, её семья…

— Да брось, от горячего воздуха будет только хуже. Что на самом деле нужно так это грязевые ванны, а после надо обязательно посетить спа, — и, не дав мне вставить и слова, продолжили: — Леди Твайлайт, а это больно — превращаться в аликорна?

— А я вас и раньше видела, только издалека. Мама как-то приводила и показывала мне дворец, и я видела, как ты в саду занималась с леди Селестией. И кстати, у вас грива совсем не такая, как у леди Луны, может, попробовать те составы, что использует леди Селестия? — приняла вопросную эстафету вторая поняха.

Так, всё, бежать отсюда, и побыстрее, я, кажется, начинаю понимать Луну. Общаться с этой парочкой утомительно, хоть они и знают своё дело от и до.

Ритуал подъёма светил прошёл почти буднично. Вышел на балкон, изобразил из себя светлячок, на этот раз скромный, заодно проверил состояния светил, на взгляд дилетанта, с ними всё было в порядке. Заодно помахал копытцем небольшому табунчику зевак, собравшихся внизу. Интересно, это фанаты Твайлайт или просто самые беспокойные пони?

Уже на лестнице башни, когда я спускался вниз — лишний раз летать не хотелось, а телепортироваться всё равно не было повода — меня нашли пегаски и Барст. Точнее, сначала меня сбила с ног бешеная радуга, и в падении пришлось тормозить о только и успевшую пискнуть жёлтую пегаску. Спасибо фестралу, который в очередной раз меня поймал.

— Рейнбоу, ты явно хочешь моей смерти, нельзя же так, — простонал я, валяясь вверх копытами, в алькове, куда меня подтолкнул Барст, удерживая от дальнейшего падения.

— Упс, я нечаянно… — Нет, я решительно не могу злиться на неё, когда она пытается выглядеть виноватой. Не было бы тут посторонних… Но не судьба.

— Леди Твайлайт, как вы могли так поступить?! Вы ведь, вроде бы, показали себя серьёзной пони — и тут же исчезли куда-то, не предупредив охрану! — начал отчитывать меня фестрал. И что самое обидное, за дело отчитывал. Расслабился тут, понимаешь, сильнейший маг планеты, а если совет лишь сделал видимость что подчинился?

— Прости, Барст, больше не буду. — Стыдобище, ну или я начал впадать в детство, что с таким окружением и неудивительно. — Но я думала, что за нами следят?

— Конечно следят. Однако это не отменяет того факта, что вы должны сообщать хотя бы мне о своих планах.

— Рейнбоу! — от проникновенного голоса Флаттершай, у меня даже шёрстка на загривке дыбом встала.

— Флатти, ты цела? — тут же засуетилась радужная.

— Я-то цела, но ты чем думала, когда разгонялась в замкнутом помещении?!

— Ну, я… И вообще, тебя Твай стукнула…

— А кто её сбил, а?! Ну-ка иди сюда! — прям чудеса, Рейнбоу, которая уже было подобралась взять низкий старт и свалить по-быстрому, осеклась и осталась на месте.

— Так, банда, всем стоять-бояться! — убедившись, что всё внимание сосредоточилось на мне, продолжил: — Рейнбоу, как провинившаяся поступаешь в распоряжение Барста, продолжите прочёсывать все закутки замка, да и в город не мешало бы заглянуть, а Флатти как пострадавшая сама выберет, с кем пойдёт — со мной или стражем.

— А ты куда собралась?

— В библиотеку, куда ж ещё, раз нет физических следов, будем подключать магию. Вопросы, замечания, предложения? Нет? Тогда рысью, не стоит тратить время зря. Флаттершай, ты со мной?

— Нет, наверное. Я тебе вряд ли чем помогу.

— Ну, тогда, если что, все знаете, где меня искать.

Судя по воспоминаниям Твайлайт, библиотека в южном крыле была, по сути, общественной, хоть и с разграниченным доступом. То есть хоть пони там бывают постоянно, однако представлен там не весь доступный фонд. А вот книгохранилище на втором подземном этаже уже было гораздо интереснее, доступ туда имели далеко не все, и по сути, это был этакий личный уголок принцесс. Твайлайт туда допущена была, но сама предпочитала верхний зал. И понять её можно: сидеть днями под землёй — то ещё удовольствие.

Сами старые библиотеки с десятками высоких стеллажей и своей особой атмосферой мне всегда импонировали. Да и судя по ауре этого места, книги здесь хранятся, наверное, уже с тысячу лет, если не больше. Так что первые полчаса я бродил меж полок, просто любуясь местными видами. Ну а потом, выйдя к искомым стеллажам, стал подбирать доступные методы поиска. Память Твай, конечно, поможет, но лучше проштудировать литературу собственноручно. Подобрав список из самых мощных поисковых заклинаний, начал экспериментировать с ними, чтобы через час окончательно убедиться, что прямые методы поиска бесполезны. Ни один из арканов не дал никакого результата, либо же результат говорил, что искомый объект отсутствует в этом мире. Так что пришлось засесть за каталоги в поисках более изощрённых методик.

К трём часам дня я уяснил для себя одно — книги это, конечно, хорошо, но интернет лучше. Да, здесь был идеальный порядок, а аннотации подробно расписаны для каждого текста и книги, но в таком огромном книгохранилище поиск мог растянуться на месяцы. Сам процесс, конечно, затягивал, да и литература пони, особенно старая, была очень колоритной, во всяком случае, я не мог вспомнить похожих аналогов.

Хотя один способ всё же нашёлся в кратком справочнике ритуалов древних пони. Описаны там были ни много ни мало — основные тауматургические ритуалы. В книге, правда, содержался только поверхностный разбор этой методики, но я ещё помню, как пытался повторить нечто подобное на Земле. Ничего тогда не получилось, и я оставил вообще все подобные направления, переключившись на шаманизм как на более перспективную область.

Однако сейчас совсем другое дело. Магия есть, она работает, почему бы не поработать и с магией подобий? Для начала нужны: вещи, тесно связанные с принцессами, какой-нибудь указатель направления, компас, найденный в географическом отделе библиотеки, вполне подойдёт, ну и, подходящее просторное помещение. С ним, правда, помог библиотекарь, которого я поначалу и не заметил: трудно заметить старенького тёмно-коричневого земнопони, неподвижно дремлющего за темным же лакированным столом, помнившим, наверное, принцесс ещё жеребятами, на фоне тёмных стен библиотеки. Моя беготня старичка разбудила, и мне пришлось выслушивать длинную лекцию о правилах поведения в библиотеке. После чего я всё же смог уточнить вопрос о помещениях для экспериментов и был направлен на нижние этажи башен принцесс. Те комнаты, которые были ещё недостаточно высоки и вид из окон которых загораживали другие части замка, популярностью не пользовались и были, в основном, свободны. В башне Луны, до которой было ближе, все комнаты оказались заняты алхимическим оборудованием, а часть так и вовсе были запечатаны. Причём печати были автономными и как бы не связанными с искривлением пространства, так как ни одно сканирующее заклинание проникнуть сквозь них не смогло.

В башне Селестии мне повезло больше: там была только одна наглухо запечатанная дверь, и подходящее пустое помещение нашлось буквально с третьей попытки. На черчение глифов, поиск и подготовку связанных с принцессами предметов ушло не так уж много времени, а дальше было делом техники. Пришлось, правда, пару раз шугануть любопытные мордашки служанок, пытавшихся понаблюдать за процессом. Правда, помогло в итоге только обращение к фестралам-ниндзя, оставшимся охранять меня.

За экспериментами меня и нашёл Блюблад.

— Принцесса Твайлайт, срочно требуется твоё внимание! — выдал принчик, степенно войдя в комнату, однако судя по пробивавшейся одышке, до двери он явно бежал во всю прыть.

— А это не может немного подождать? — буркнул я, стараясь не разрушить концентрацию и удержать облачко силы в одном месте, не давая ему расплыться.

— Никак нет, посол от грифонов требует немедленной встречи с принцессой!

— Ну и пускай требует, я занята, а для остального есть советники. Тем более что действительно важных вопросов, которые требовали бы моего непосредственного участия, я не припоминаю, или эти пернатые недокошки решили объявить Эквестрии войну?

— Спаркл, это твоё поведение возмутительно! Сначала ты требуешь, чтобы тебя воспринимали как принцессу — и тут же отказываешься заниматься государственными делами!

— Блю, а, Блю, открыть тебе глаза на один занимательный факт? — предложил я, когда очередная попытка выполнить ритуал всё же сорвалась.

— Как ты меня назвала?! — тут же взорвался Блюблад.

— Вот почему советники послали именно тебя, а? — продолжил я, проигнорировав вопрос принца.

— Меня попросили, потому что сейчас я единственный был свободен.

— Но у них же полно секретарей и младших помощников, почему бы не послать кого-то из них?

— Советники же…

— Да-да, они послали тебя — целого советника, как курьера. И знаешь почему?

— Почему? — озадаченно спросил он.

— Потому что, беленький, тебя не жалко. Советники — пони почтенные, им не улыбается болтаться придушенными в воздухе, а по тебе, мой дорогой, никто скучать и убиваться не будет.

— Как же так… — выдавил он, совершенно не аристократично плюхнувшись на круп прямо возле дверей.

— Ладно, делай что хочешь, главное — не мешайся под копытами, — сказал я принчику, возвращаясь к схеме, которую, кстати, я перерисовываю уже в пятый раз.

Первые попытки провести ритуал с волосами и Луны и Селестии провалились. Предметы гардероба и украшения также не дали результата. Сейчас будет последняя попытка, группа фестралов, продолжавших методичное прочёсывание замка, нашли перо из крыла лунной принцессы.

И что самое обидное — ответный сигнал был, но, судя по всему, настолько слаб, что схема его усиления попросту перегорала при попытке определить направление. Ладно, линию вот сюда, сюда и сюда, перо в центр и подать на основные точки силу.

Три, пять, десять секунд, вот появляется указатель направления и… взрыв. Один из кристаллов-накопителей не выдержал нагрузки, благо большая часть его распалась в пыль, а то в замкнутом помещении получился бы аналог наступательной гранаты. Мне-то не страшно — щит на доспехах я не отключал, да ещё и специально усилил, а вот белый бы серьёзно пострадал. Нет, предупредить я его мог, но слишком уже это чудо напоминает мне наших деятелей попсовой эстрады, которую я на дух не переношу.

— И что это было? — Блюблад не удержался и чуть ли не обнюхал воронку, оставшуюся от взрыва.

— Неудавшийся ритуал, вот что это было. Слишком непрочные исходные объекты и слишком слаба связь между ними и принцессами. Кстати, Блю, ты же родня нашим любимым правительницам? — Судя по всему, огонёк безумия всё же проскользнул у меня во взгляде, или я так плохо контролирую мимику, но белый шарахнулся от меня к двери, но не удержался и, споткнувшись, растянулся на полу.

— Осторожнее надо быть, — предупредил я его и поставил телекинезом на ноги. — Так что там насчёт принцесс?

— Да, мой род восходит ко временам основания Эквестрии, — процедил он, снова придав себе надменный вид, мастер прямо-таки. — И его основатели как раз приходились роднёй принцессам, но точную родословную проследить сложно, принцесса стала звать меня племянником, а глава рода сейчас официально считается братом Селестии.

— Как интересно… Ты же хочешь помочь нам в поисках? — вкрадчиво спросил я единорога.

— Конечно! Всё, что в моих силах!

— Замечательно, иди-ка сюда, — я повёл принчика к центру глифа. — Вот тут становись и стой, сейчас восстановлю рисунок и повторим процедуру.

— А я-то тут зачем? — удивился племянничек.

— Ну, что значит «зачем»? У меня кончились предметы, связанные с принцессами, а ты, как-никак, родня…

Н-да, я, конечно, знал, что пони могут очень резво бегать, когда захотят, но такой скорости от Блюблада я не ожидал. Еле-еле успел поймать его телекинезом возле самых дверей, он рванул с места так, что задними копытами выбил пару гранитных плиток с пола.

— Ну куда же ты, дорогой. Нам с тобой деваться некуда, ты — последняя надежда на выполнение ритуала, да и покрепче будешь, чем то пёрышко. Не волнуйся, твою жертву Эквестрия не забудет, может, даже памятник поставят на какой-нибудь площади, — я уже откровенно издевался над ним, но надо же как-то сбрасывать накопившееся раздражение…

— Э-э-э, Твайлайт, а может, есть какие-то другие варианты? Вот, например, стражи, они же несут в себе отпечаток силы ночи, и гораздо более свежий, чем моё крайне далёкое и непрямое родство с принцессами… — Глаза-то какие умильные сделал, бедная сиротинушка нервно курит в уголке. Недаром всё же он возглавляет театр.

— Интересно, — задумался я, уронив этот мешок снобизма на пол, — а ведь это может и сработать, — закончил я уже в пустоту — принчик на спринтерской скорости сбежал из комнаты, едва коснулся копытами пола.

Так поиск может производиться и по отпечатку силы, и где-то я это уже видел, точнее не я, а Твайлайт. Взяв разгон, понёсся в библиотеку, пока в памяти была жива картинка с нужной полкой. Кстати, замечательное ощущение — во весь опор нестись по коридору, двуногому просто не дано бегать так. Секунд через тридцать до меня таки дошло, что можно использовать крылья, благо, высота потолков позволяет. И только почти возле самой библиотеки еле сдержал желание сделать лицокопыто, желательно посильнее, и телепортировался в нужное место.

В саму библиотеку вошёл только отдышавшись и как можно более незаметно, выслушивать ещё одну лекцию о том, что «и тишина должна быть в библиотеке» категорически не хотелось. Правда, искомая книга оказалась на верхней полке, а лестницы в прямой видимости не наблюдалось. Ладно, ведь зачем-то аликорну даны крылья? За пару-тройку взмахов крыльями поднял себя на нужную высоту, а вот и нужная книга… Твою ж ниппонскую богиню, потянувшись к книге, потерял концентрацию и чуть не навернулся вниз, теперь книга валяется на полу, а я вишу, вцепившись в стеллаж всеми конечностями. Нет, если уж и учиться летать, то только на открытом воздухе. Поэтому делай раз — телепортируемся на пол, делай два — перемещаемся назад в комнату с глифом вместе с книгой. Где меня уже ждали Барст, пегаски из «бригады» Гармонии и почему-то Пинки Пай.

— Леди Твайлайт, вы опять сбежали?!

— Спокойно, страж, я, кажется, нашла решение одной из наших проблем, — оборвал я гневную тираду фестрала. — И очень хорошо, что вы все здесь. Для начала, Флаттершай, Рейнбоу, от вас сейчас требуется максимально быстро доставить сюда Рарити и ЭйДжей. Барст, мне нужны пять самых молодых фестралов, сойдут даже ученики, главное чтобы они уже прошли посвящение у принцессы Луны.

— А я?! — тут же влезло в разговор розовое недоразумение анархо-кондитерского толка.

— Пинки, пока поможешь мне, убирай из комнаты все, что найдёшь на полу, а я пока подготовлю глифы.

Кстати, оказалось, Блюблад помог мне даже дважды: выбитые им плитки оказались отличными заготовками для превращения их в маяк и часть поискового аркана.

Как раз к тому времени, когда я закончил с амулетами и центральным глифом, подтянулись группа стражей, и почти сразу за ними прибежали оставшиеся члены банды Гармонии.

— Девочки, — кивнула собравшимся в кучку Элементам, — стражи, я нашла способ узнать точное местонахождение принцесс, но для этого нам придётся поработать вместе.

Закончив со вступительной частью, я раздал кобылкам амулеты и для каждой подобрал в пару подходящего стража. Правда, пришлось повозиться с Рарити, которая наотрез отказывалась надевать себе на шею «этот ужасный кусок булыжника», и Пинки, которая на ровном месте умудрилась дважды потерять амулет.

— Все всё поняли? Главное — прибыть точно в указанное на карте место и держаться как можно ближе к амулету и друг к дружке. Остальное я сделаю сама.

— Оки-доки-локи, — тут же выпрыгнула вперёд Пинки, — это мы мигом, правда, красавчик? — розовая обхватила за шею своего фестрала, после чего эта парочка растаяла в воздухе. Нет, я даже знать не хочу, как она это делает, пускай местный хаосит разбирается, который крайне подозрительно испарился в неизвестном направлении.

Фестралы с парой из пегасок вылетели в окно, за ними, подхватив земных понек, двинулись их товарищи.

— Вот и всё, теперь ждём, пока они не доберутся до своих мест. Да, Барст, попроси остальных фестралов отойти подальше, чтобы не создавали наводок.

— Мне уйти?

— Не надо, ты будешь мне помогать.

— Я всё же гораздо старше, и…

— Не имеет значения — для центрального узла хватит мощности, а вот стабильность как раз будет не лишней, и твоя аура идеально подойдёт.

Я не заметила, что сделал страж, но ощущение присутствия разумных вокруг сильно уменьшилось.

— И всё-таки, я никак не пойму, почему нам помогает перевёртыш? — через пару минут молчания выдал Фестрал, простоявший всё это время у окна.

— Что?.. — поперхнулся я воздухом.

— Ты же не Твайлайт на самом деле, я хоть и не был никогда лично знаком с молодой принцессой, но со стороны за ней наблюдал, да и брат её, пока возглавлял кантерлотскую стражу, много рассказывал о маленькой сестрёнке-любительнице книг.

— Многое изменилось после того, как я стала аликорном…

Страж лишь покачал головой.

— Перемены, конечно, произошли, но настоящая Твайлайт никогда бы не стала так издеваться над советниками.

— Тяжёлые времена требуют волевых решений, — я окончательно успокоился, если он сразу не начал действовать, думаю, нам удастся найти принцесс, а там уже это будут не моими проблемами.

— Но это понимают даже не все взрослые пони, не говоря уже о детях, пусть и магически одарённых, — сказал он, внимательно смотря мне в глаза.

— Может, продолжим этот разговор позже? Судя по положению амулетов, мы почти готовы к началу ритуала.

— Начинайте, но запомните одно, — страж подошёл ко мне вплотную, — мы за вами следим.

— И это на самом деле хорошо… Встаньте сюда, пожалуйста, — указал я на круг из глифов, — мы начинаем.

Встав в центр глифа и послав волну силы, я начал отслеживать показания. Мой тандем с Барстом сразу же дал указание на положение Луны, но погрешность была слишком большой, точно можно было сказать только одно — принцесса где-то в Зебрике. Через пару минут стали приходить отклики от остальных амулетов… Всё, есть координаты. Выбежав в коридор, снова телепортировался в библиотеку, подхватил самую точную из найденных мной карт, вернулся обратно и раскатал карту по полу. Теперь немного вычислений, и вуаля — у нас есть координаты принцессы. И прочесать надо будет всего лишь круг радиусом в три километра.

— Вы нашли их?

— Почти, я знаю точно, где искать принцессу Луну.

— Зебрика — Великая пустыня… — задумчиво проговорил фестрал и поморщился, словно вспомнив что-то неприятное. — Это очень плохо, там почти никто не живёт, и добраться туда будет сложно, если вообще возможно.

— Всё настолько плохо?

— Странно, что вы не в курсе. Неужели вас…

— Не будем тратить зря время. Вопрос моего происхождения обсудим отдельно с принцессами. Сейчас надо как можно быстрее попасть туда, — прервал я размышления стража.

— Если не брать в расчёт магические способы, то быстро добраться туда невозможно.

— Точно?

— Смотрите сами: сначала нам придётся морем добраться до побережья Зебрики, что уже сопряжено с определённым риском — часть пути пройдёт неподалёку от берегов, принадлежащих грифонам.

— Это проблема? У нас же с ними не было военных конфликтов уже много лет.

— Как же не было, — фыркнул страж, ударив копытом по полу. — Да у нас на границе стычки случаются чуть ли не каждый год, это не говоря уже о грабежах торговых и почтовых поездов.

— Всё так плохо?

— На самом деле нет, они стараются не убивать никого понапрасну, но это не значит, что у них получается. Банды же, собранные из отщепенцев из совсем диких племён, вообще не знают никаких рамок. Их мы стараемся живыми не брать, — закончив мысль, он внимательно уставился на меня, явно ожидая какой-то реакции, которую я не продемонстрировал. И только чуть позже до меня дошло, в чём «штирлиц» прокололся — любого нормального жителя Эквестрии сам факт убийства должен был ужаснуть до вставшей дыбом гривы. — На побережье же живут совсем дикие племена, и договариваться с ними бесполезно. Налетят, сожгут корабль, подберут всё, что всплыло.

— Я смогу поставить щит и прикрыть корабль, так что здесь особых проблем не будет.

— Возможно, но дальше нам придётся высадиться на побережье Зебрики, и тут начнутся основные проблемы. Мало того, что там до сих водятся хищники, да и сами дикие племена зебр мало от них отличаются, так ещё и на отряды верблюдов можно нарваться. У нас, конечно, с ними мир, но захватить в плен принцессу и потом шантажировать Эквестрию… Любой местечковый наместник наплюёт на любые соглашения и договоры ради такой возможности.

— И если мы прорвёмся через все эти препятствия, нас будут ждать джунгли, дикари и хищники. И доберёмся мы в лучшем случае через пару лет, — закончил я за Барста, прикинув по карте расстояние.

— Именно. И я не позволю вам даже начать подготовку, это будет самоубийственное путешествие, а не спасательная операция.

— Нет, таких проблем нам не надо, тем более у нас нет столько времени… В теории можно построить большой портал, но взять с собой надо как минимум моих подруг и охрану, а это уже на пределе моих возможностей для такого расстояния.

— Не забывайте о том, что в пустыне никто не контролирует погоду, и с учётом климата, это очень неприятное место, особенно если поиски затянутся.

— Н-да… С другой стороны — что тянуть? Барст, подбери троих опытных стражей, желательно, участвовавших в подобных экспедициях. Кстати, у вас же есть стандартные походные наборы снаряжения и сухпайков?

— Есть, собственно, только у нас они и есть. Гвардия уже много лет не покидала пределов страны. С вами же поеду я…

— Нет, ты нужен будешь здесь. Не знаю, как сложатся обстоятельства после того, как мы покинем столицу, нужен тот, кто держит копыто на пульсе всех событий и будет действовать, а не трепать языком.

Фестрал несколько секунд внимательно меня разглядывал, потом изрёк:

— С вами пойдут мои ученики, и я отдельно проинструктирую их о вашей сущности.

— Угу, действуй, а я пока соберу банду и подготовлю портал.

С порталом я управился быстро, так как в данном случае требовался лишь материальный носитель для глифа, чтобы стабилизировать слишком мощный поток энергии, требуемый для переноса на такое расстояние.

— Ура! Мы идём в поход!.. — первой начала уже привычно появившаяся из ниоткуда Пинки, стиснув в объятьях попавшихся под копыта Рарити и ЭйДжей, та закружилась по комнате.

— Что, правда? — уточнила радужная, подлетев вплотную ко мне.

— Правда-правда, посетим родину Зекоры!

— И-ха! — добыв откуда-то маску, очень похожую на маску африканских колдунов, розовая исполнила… ну, назовём это танцем. Да и лунная походка в её исполнении смотрелась весьма органично, хотя танец на потолке не потянул бы и сам известный чёрно-белый поп-артист.

— И когда отправляемся? — уточнила усевшаяся у окна Флаттершай.

— Прямо сейчас. Вернётся Барст со снаряжением, и отсюда телепортируемся.

— Дорогуша, а разве это не опасно? — осторожно спросила Рарити. ЭйДжей энергично покивала головой, выражая полное согласие с белой единорожкой.

— Конечно опасно! Но если не мы, то кто? Я бы вас не брал и отправился со стражами, но, возможно, снова понадобится помощь Элементов Гармонии. Так, чтобы все были крайне осторожны, сразу вас не убьют, доспех выдержит многое, а там придёт помощь. Но это не значит, что можно лазить где попало и самовольно оставлять отряд. Пинкамина Диана Пай, ты меня слышала?

В ответ это чудо, встав на задние ноги и обзаведясь пионерским галстуком и пилоткой, отдала честь. Этого уже моя нервная система не выдержала, и я, повалившись на пол, банально заржал.

— Какого сена с ней сталось, а? Эй, Твайлайт, шо с тобой? — стоявшая ближе всех ко мне Эпплджек попыталась поднять меня на ноги, но не удержалась и повалилась вместе со мной на пол. Помогла прийти в себя мне Рейнбоу, умудрившаяся где-то добыть ведро холодной воды, которое благополучно было вылито на меня, ну и за компанию, на яблочную пони.

— Ща, я мигом! Ещё ведёрко — и она будет в порядке! — крикнула радужная, собираясь снова сигануть в окно.

— Стоять-бояться! — успел я крикнуть. — Всё, я уже почти в порядке, если, конечно, Пинки опять не выкинет какой-нибудь номер.

— Уверена? — спросила Флаттершай, рассматривая меня крайне подозрительным взглядом. — А мне кажется, надо повторить процедуру, какой-то слишком безумный у неё взгляд. Девочки, а вы как думаете?

— Смекаю, нам надо заняться делом. И Рейнбоу, какого сена ты намочила мне шляпу?! Не могла шоль поаккуратнее воду лить? — возмутилась вставшая с пола ЭйДжей.

— Ну, вы так близко лежали… — пробормотала радужная, отступая к окну.

— Отож ты прост шарахнула из ведра, не разбираясь! — чуть не крикнула рыжая, встав нос к носу с Рейнбоу.

— Так, ЭйДжей, Рейнбоу, спокойно — сюда уже возвращается Барст, начинаем сборы, — вмешался я в разборки двух непримиримых соперниц, высушив себя и Эпплджек заклинанием.

Сами сборы прошли тоже не без эксцессов, и если Флаттершай спокойно облачилась в модернизированный для пустыни вариант доспехов и закинула за спину седельные сумки с припасами, намекнув, что она не то чтобы бывалая туристка, но с какой стороны разводить костёр знает, то с остальными пришлось повозиться.

Рейнбоу пришлось убеждать, уговаривать, а потом и угрожать, что бы та спустилась на землю, позволила мне исправить доспех и нацепила сумки — они, кстати, и вызвали большую часть возмущений радужной пегаски, ибо закрывали всю спину и мешали крыльям. Рарити в пух и прах раскритиковала такие совершенно безвкусные и аляповатые сумки, как она заявила, и не успокоилась, пока на нашила на них по паре аппликаций. Хотя шляпу и белую защитную накидку от солнца сразу надела, сказав, мол, светлые тона сейчас в моде. Джек ни в какую не хотела менять свою шляпу, так что пришлось вешать на неё переработанное «клеевое» заклятие, этакий магический скотч, сильно ослабив аркан, чтобы шляпа всё-таки снималась. Ну а Пинки — это Пинки, выдав ей, снаряжение я даже отвернулся, так как не хочу даже знать, что это дитё анархии, правнучка порядка с ним сотворит.

— Всем внимание! Скоро отправляемся, — я дождался, когда на меня все обратят внимание. — После перемещения может заложить уши, но это не главная проблема. На той стороне мы появимся где-то в трёх метрах над землёй, я, конечно, постараюсь всех поймать, но вы всё равно сгруппируйтесь.

— Твайлайт, если вы вернётесь без принцессы, то, скорее всего, поддержки от нас больше не получишь.

— Доложил, значит… И что сказало руководство?

— Всё зависит от результатов твоей «экспедиции», но в любом случае твою судьбу решат или принцессы, или руководство ордена стражей.

— Раз такое дело, то не будем медлить, — быстро, пока остальные не опомнились, сказал я и запустил процесс перемещения.

Началось всё как по учебнику: несколько мгновений дезориентации, чувство невесомости, а потом был удар. Ощущения, как будто меня одновременно сжало со всех сторон и выбросило в какое-то очень яркое место. Следующим я осознал, что падаю, рефлекторно расправил крылья и попытался поддержать себя магией — и не смог. Сила не отзывалась и вообще практически не ощущалась, а потом был удар о раскалённый песок.

## Глава 5. Если верблюды корабли пустыни, то пони пустынные кораблики...

Глава в которой разрешаются прошлые вопросы и возникает масса новых.

— Эй, Флаттершай, с ней всё будет в порядке? — Меня привёл в чувство звонкий голос радужной пегаски. Жутко хотелось пить. Горло пересохло настолько, что вместо просьбы раздался лишь сдавленный хрип.

— Относительно. Видите, она уже приходит в себя.

— Пить…

— Сейчас, сахарок.

— Спасибо, ЭйДжей. И кто-нибудь может мне сказать, где мы находимся? — промочив горло, я всё же смог вернуться к членораздельной речи и попытался встать, но тут же был остановлен нашим штатным хирургом.

— Лежи и не дёргайся, — придавила она меня к песку, — у тебя сломана нога и как минимум трещины в рёбрах, и это я ещё осмотр не окончила. Хорошо хоть сотрясения, кажется, нет, но это, похоже, потому что нечему там сотрясаться, — усмехнулась пегаска.

— Так, стоп. Флатти, ты освоила магию? — не смог я скрыть удивления.

— Не-а, но вот в отличие от нашей гиперактивной радуги я внимательно слушала твой рассказ о телекинезе. И, кажется, нашла ему более толковое применение. Ты знаешь, что тем же образом, каким мы держим предметы возле копытца, можно ощупать, например, внутренние органы и кости? Чувствительность, кстати, потрясающая, я вот нащупала у тебя четыре небольших трещины в рёбрах и закрытый перелом на ноге. Хотя всё уже начало срастаться, но как раз сейчас я бы посоветовала тебе не двигаться, да и как можно меньше говорить, чтобы лишний раз не беспокоить рёбра.

— Принцесса? — раздался голос безымянного жеребца. — Вы можете сказать, что произошло?

— Не сразу. Господа, дайте мне немного отлежаться, заодно я попробую понять причины и последствия, ладно?

— Как скажете, только не затягивайте с этим.

Что можно сказать, я цел и почти невредим — это хорошо. Магия вне тела мне недоступна, дистанционные заклинания начинают искажаться и распадаться буквально сразу за пределами оболочки ауры. И ладно бы только это, вокруг было искажено само пространство — не настолько сильно, чтобы это было заметно на местности, но достаточно для того чтобы перестали функционировать порталы. Приподняв голову, я осмотрелся. Пони, скорее всего стражи, разбили лагерь, причём очень грамотно, на мой неискушённый взгляд — в углублении одной из скал, во множестве торчащих вокруг из песка. Здесь была какая-никакая защита от палящего солнца и хороший обзор на окружающую местность.

Представив, что бы со мной было, если бы я упал не так удачно… От такой картинки, возникшей в воображении, меня всего передёрнуло. Вряд ли бы даже лучшие местные врачи-маги смогли бы собрать в кучку получившийся фарш. Пони, конечно, живучие создания, но не настолько, чтобы пережить множественные переломы и разрывы внутренних органов.

— Рарити, на твоём месте я бы экономила воду, — сказал я поньке, которая уже в который раз прикладывалась к фляжке, — неизвестно, когда ещё мы сможем их пополнить.

— Леди, вы можете сказать, что произошло? — Стоило мне только снова заговорить, как возле меня тут же образовался старший из команды безымянных фестралов. Не помню, то ли они не представились, то ли я забыл их спросить, ну, в общем, неважно.

— Могу, чернявенький, могу. — Страж от такого обращения скривился, как будто я заставил его съесть лимон и запить уксусом, но промолчал. — В данном регионе действует магическая и, скорее всего, ещё и пространственная аномалия непонятного пока генезиса. Когда портальный канал, через который мы проходили, попал в область действия аномалии, он разрушился, выбросив нас не в расчётной точке. Магические же возмущения не дают возможности строить арканы за пределами тела мага.

Внезапно наступившая тишина заставила меня внимательно осмотреть слушателей. Н-да, картина из серии: «Твай, ну честно, мы поняли только предлоги». Из общей картины выбились только стражи, стоически державшие морды лица уставными кирпичами, и Флаттершай, застывшая в классической позе копыто-лицо.

— Твайлайт, дорогуша, ты не могла бы повторить, но чуть попроще? — попросила Рарити, оторвавшись от увлекательного для неё процесса закрепления камней на шляпе, и где она их только взяла?.. Остальные поняши согласно закивали.

— И кто меня окружает? — спросил я в пространство. — Видя такой плачевный образовательный уровень, я просто обязана провести ликбез путём регулярных занятий с вами на базе библиотеки. Думаю, четырёх часов в день нам хватит. — Видя откровенный ужас в глаза понях, особенно Рейнбоу, пришлось исправляться. — Шутка, заниматься будем по шесть часов.

— Твай, ты же не поступишь так с нами, да?! — подлетевшая вплотную радужная пегаска, судя по всему, решила давить на жалость, ибо состроила такую умилительную мордашку, что только пульсирующая боль в рёбрах помешала мне рассмеяться в голос.

— А теперь серьёзно. В этой местности мы не можем пользоваться магией и строить порталы. Связные амулеты, скорее всего, тоже будут сбоить. С другой стороны — мы прибыли практически туда, куда нужно, где-то здесь должна находиться принцесса Луна, несмотря на помехи, я всё ещё могу указать приблизительное направление. Так что, думаю, сейчас отлежимся до вечера, а весь остаток дня и ночь потратим на движение. Спать-отдыхать будем в самые жаркие часы дня. Вопросы есть? — я внимательно осмотрел всех понек. — Вопросов нет. Стражи? Тогда устраиваемся поудобнее и ждём заката. Кстати, я так понимаю, раз больше пострадавших нет, остальные вышли из портала на небольшой высоте?

— На небольшой?! Сахарок, да я чуть не опозорилась перед всеми с той верхотуры падать! Ты бы хоть предупредила, шо ль, — фермершу, судя по всему, сдерживало наличие посторонних, были бы тут только члены Гармоничной банды, быть бы мне битым вторично, вот прямо по глазам это вижу.

— Мы упали где-то с десяти-пятнадцати метров и целы только благодаря доспехам. А если учесть то, что первые полчаса здесь пегасы летать вообще не могли, сама понимаешь… — Флаттершай, подтащила к себе ЭйДжей и прикрыла своим крылом. Судя по тому, как фермершу мелко трясло, отходняк от падения начался только сейчас. — Хорошо, первыми в себя пришли стражи и помогли нам собраться вместе, они же, кстати, первыми и смогли летать, иначе тебя мы бы искали долго, если бы вообще нашли… Твай, ты хоть понимаешь, что чуть нас всех не угробила? — Под взглядом Флаттершай, мне захотелось стать маленьким, незаметным и не привлекать внимание этого жёлто-розового монстра. Пришлось приложить значительное усилие, чтобы сбросить наваждение и спокойно посмотреть ей в глаза. Я буду не я, если у Флатти кроме талантов телекинетика не найдутся способности псионика или эмпата.

— Ещё как понимаю, но кто, если не мы? Любая другая группа сюда бы не добралась, а если бы и добралась, то погибла бы, так как такую защиту сейчас могу создать только я.

Наш диалог прервал всё тот же страж, судя по всему, его выбрали переговорщиком с таким страшным мной.

— Леди Твайлайт?

— Что, чернявенький? Вопросы таки появились? — поморщившись от боли, я принял более удобное положение.

— Да, вы определили порядок движения, но не указали цель. Мы можем узнать, куда будем двигаться?

— Конечно можете. Мы пойдём в самый центр этой аномалии.

— Вы можете указать направление, чтобы мы слетали на разведку?

— Не стоит, страж. — Я лишь покачал головой. — Чем ближе к эпицентру, тем сильнее будут искажения, вы можете погибнуть в воздухе, просто попав в зону с аномальной метрикой. И если на земле оно будет заметно на фоне песка и камней, то в воздухе будет лишь лёгкое марево или вообще не будет заметно никаких внешних проявлений.

— Стоп-стоп, ты хочешь сказать, что нас занесло в «Зону»? Как в той книге? — Судя по выражению её лица, она сейчас в красках представила наш дальнейший путь.

— Не исключено, милая моя, не исключено. Ладно, давайте всё же отдохнём перед ночной прогулкой. И да, стражи, можете снимать караул, тут вокруг ни живых, ни мёртвых нет. Я, конечно, колдовать не могу, но вот чувствовать этот мир мне ничто не мешает.

И, подавая пример, я растянулся в тени, раскинув крылья в стороны — жара всё же давала о себе знать, — и через пару минут накопившаяся усталость и усиленная регенерация дала о себе знать, и я уснул.

* * *

— Пять, восемь, тринадцать, двадцать один… Здесь явно есть какая-то закономерность, — раздавался одинокий шёпот пони, висящей в чернильной пустоте.

— Всех усыпила, а сама чем-то непотребным тут занимается. Сестра ты бука! — послышался вкрадчивый голос второй пони, в котором явственно слышались ехидные нотки.

— О, предвечная ночь, ты когда-нибудь будешь серьёзной или так и останешься «древним-жеребёнком»?

— Древним?! — в пустоте раздался хлопок копыта по чьему-то крупу. — Да у нас разница в возрасте всего десять лет, «древняя-маленькая» сестрёнка!

— Тише, пускай дети спят. У них нету нашего запаса энергии, чтобы тратить его понапрасну.

— А сама-то почему не спишь?

— Ты тоже должна была это почувствовать, кто-то уже два раза провёл ритуал подъёма светил. И мы не знаем кто или что это.

— Да брось, не будь такой серьёзной. Выдалась такая шикарная возможность отдохнуть от придворных лизоблюдов… — в пустоте раздался довольный вздох.

— Не знаю, не знаю, на луне хоть не так пустынно было…

— Ох, прости, я напомнила тебе об этом, но и ты пойми меня правильно, иначе остановить то существо, в которое ты превращалась, было невозможно.

— Не стоит извиняться, солнышко, ты всё сделала правильно. Я сама виновата в том, что произошло. И вообще ты опять сбила меня с мысли. Кто, кроме Дискорда, мог провести ритуал? У Каденс был доступ?

— Нет, у неё другое призвание, да и резерв не настолько велик, поэтому доступа к аркану ей я не давала. И остаёмся только мы с тобой, Твайлайт и Дискорд.

— А значит у нас проблемы — мы не могли провести ритуал, Дискорд бы не стал… Вот опять! За нами кто-то наблюдает! ТЫ!.. Я чувствую твой взгляд! ПОКАЖИСЬ!

* * *

Последнее слово несло с собой не только всплеск силы, но и волю хозяйки снов, так что меня вынесло из сна как пушинку, снабдив ещё и фантомной головной болью. И если прошлый раз этот сон можно было списать на работу фантазии, то сейчас уже можно делать выводы. И получаются они довольно интересными, во сне моё сознание явно отправляется в гости к хозяйке тела. Причём, там же находится и вся остальная компания потеряшек, что есть очень хорошо — сразу вернём всех по местам.

Приподнявшись, я осмотрел стоянку и пересчитал на всякий случай поней. Вроде все на месте. Двое стражей бдят, третий умудрился уснуть в трещине в одной из скал, вон хвост горе-конспиратора торчит. Рарити, улёгшись в обнимку с ЭйДжей, спали. Флаттершай с Рейнбоу что-то делали, тихо переругиваясь между собой, но отсюда видно не было, что. Пинки превзошла сама себя, тихонько сидела на крупе на вершине скалы, не будем вдаваться в подробности того, как она туда забралась без альпинистского снаряжения, и, судя по всему, любовалась закатом, ну или окружающими пейзажами.

Ладно, надо начинать будить лагерь и выходить, нет смысла тратить время попусту. Попытка подняться почти удалась, боль в рёбрах практически исчезла, а вот наступать на ногу пока ещё не стоит.

— Твай, лежи пока, сейчас займёмся твоей ногой! — моё пробуждение всё-таки заметила Рейнбоу, которая тут же подлетела ко мне и снова уложила на песок. — Тут Флатти прикольную штуку сделала, должна помочь тебе с ногой.

— Угу, — сказала жёлтая пегаска, не отрываясь от того что делала, — сейчас вот тут подтянем, и будет готово.

— Даже боюсь спросить, а что это? — я не смог скрыть своего удивления. Всё же мешанина из шнурков и элементов каркаса одной из палаток вызывала у меня опасения.

— А ты не бойся, ты спрашивай, — улыбнулась Флатти, — а я тебе отвечу. Это костыль для одного болезного аликорна.

— Меня терзают смутные сомнения…

— Не бойся, Дубровский, я Маша. Давай сюда лапку, будем крепить, — заржала Флаттершай.

— Чего?!

— А, не обращай внимания, Рейнбоу, это наша с Твайлайт «шутка», посторонним не понять.

— Ну и какого сена вы тут шумите? — Ага, мы всё-таки разбудили остальных понях. Вон и страж из своего укрытия выбрался.

— Никакого сена, яблочко, только натуральные сухари с витаминно-минеральными добавками производства стражей за авторством алхимического гения принцессы Луны. Сейчас перекусим — и в путь.

При упоминании сухарей сонная ещё Рарити показательно скривилась, а один из стражей тайком хихикнул, нехороший такой. Нет, понять их можно, пахнут эти «сухпайки» довольно своеобразно, зато содержат суточную норму всех необходимых для пони веществ и немного алхимических стимуляторов, состав и способ изготовления, которых стражи наотрез отказались называть.

Вышли мы только через полчаса. Пока поели, пока все собрались, всё же тут только стражи и Флаттершай в курсе, как собирать походный лагерь. К тому же ещё пришлось повозиться, подгоняя костыль. Хорошо хоть на находящиеся вплотную к телу предметы можно было воздействовать телекинезом, так что я получил возможность хоть и медленно, но ковылять на всех четырёх, а с учётом песка и не так уж сильно замедлял движение отряда.

Так мы и шли где-то до середины ночи, построившись цепочкой. Возглавлял колонну страж, следом за ним шёл я, указывая направление, дальше шли остальные пони. Последним тоже шёл один из стражей, проверяя, не потеряли ли мы кого-нибудь. Третий фестрал разведывал местность в округе, появляясь то слева, то справа от колонны. Шли молча, окружающий пейзаж, особенно ночной, сильно давил на психику, хотелось забиться куда-нибудь в уголок, а ещё лучше побыстрее убраться из этого мрачного места.

Практически мёртвую тишину окружающего мира, если не считать шум лёгкого ветерка, прервал вопль Пинки.

— Стоять! — из середины колонны она переместилась прямо перед ведущим стражем и, встав на задние ноги, перегородила путь.

— Пинки, что случилось? — спросил я, внимательно рассматривая местность за её спиной — песок как песок, точно такой же, как тот, по которому мы только что прошли.

— Там! Дальше! Опасно! Пинки-чувство говорит мне, — она демонстративно набрала в грудь побольше воздуха и шёпотом прокричала: — там — смерть!

Дружный вздох ужаса издала вся банда Гармонии, включая и Флаттершай — умеет пирожок нагнать ужаса, не в кондитерскую ей надо было, а в театр — вот бы где она развернулась по-настоящему. Стражи подтвердили свою квалификацию, тут же собравшись и взяв под контроль окружающую местность.

— Спокойно, радость моя розовая, — как можно более уверенным голосом сказал я. — Иди сюда, будем разбираться. Во всяком случае, живых существ впереди нет.

Пытаясь одновременно удержать дёргающиеся хвост и уши, попрыгала ко мне за спину. Только я собрался шагнуть вперёд, как это чудо уцепилось за хвост и повисло якорем.

— Нельзя-нельзя дальше!

— Да не бойся ты, неугомонная, — я поморщился от боли, так как для удержания равновесия пришлось наступить на сломанную ногу, — не пойду я дальше, — ответил я и, сосредоточившись, попытался выделить какие-либо отличия местности впереди от той, по которой мы только что прошли. Хотя, если провести параллели местной аномалии с известной нам литературной зоной… — Страж, сможешь поднять маленькую песчаную бурю? — обратился я к ближайшему фестралу.

— Простите? — осторожно ответил тот, и судя по лицу, я его явно озадачил.

— Крыльями пыль сможешь поднять и прогнать её немного вперёд?

Страж, поняв, что от него хотят, несколько раз энергично взмахнул крыльями, подняв облачко песка, и даже слегка перестарался, заставив расчихаться Флаттершай и Рарити. Зато остальные смогли увидеть занимательное явление — облако пыли очертило сферу диаметром навскидку метра три, на границе которой песчинки просто ярко вспыхивали и исчезали.

— Ух ты! Красиво! — чуть ли не хором протянули поняши, а вот стражи заметно напряглись, особенно тот, что шёл первым. Ведь если бы мы шли тем же курсом, его голова попала бы аккурат в сферу.

— У кого-нибудь под копытом есть камень? — спросил я в пространство.

— Есть! — тут же синхронно отозвались Пинки и Рейнбоу.

— Можете бросить их в эту сферу?

— Да запросто! — снова хором ответили они.

Камень, брошенный радужной, был больше, но прошёл по касательной и распался на две части, одна упала на песок. Вторая часть зависла внутри аномалии и начала медленно разрушаться, поверхность как будто кто-то стачивал мелким напильником, а образовавшаяся пыль исчезала так же, как и песок. Камень Пинки попал точнее и вошёл в аномалию целиком и точно так же начал распадаться.

— Знаете, мне совершенно не хочется проверять, что будет с живым существом, если оно попадёт в область действия аномалии, — сказал я в пространство, наблюдая за исчезающими осколками породы.

— Угу, сахарок, нам тоже, — согласилась со мной ЭйДжей.

— Твайлайт, ты знаешь, что это такое? — спросила подошедшая поближе ко мне Флаттершай.

— К моему стыду, нет. Причём я даже не могу предположить, какие процессы породили вот «это» и что внутри сферы вообще происходит.

— И что будем делать?

— Двигаться дальше, но теперь примем меры предосторожности: Пинки, мы с тобой с одним из стражей идём первыми. Идём медленно и на каждый подозрительный сигнал бросаем камни или песок, как показала практика, они вполне эффективны. Остальные идут за нами след в след и смотрят, чтобы никто не отклонился от маршрута. Стражи, вы, наверное, вдвоём идёте в хвосте колонны и следите за кобылками.

— Твайлайт, дорогуша, мы уже давно не жеребята и сами способны о себе позаботиться! — тут же возмутилась гиперактивная радуга в форме пони.

— Рейнбоу, я вас сюда затащила, мне за вас и отвечать. И если с кем-то из вас случиться беда, я себе этого не прощу, — и уже про себя добавил: «А уж принцессы точно не простят и жестоко отомстят».

— Но!..

— Принцесса права, — вмешался один из до сих пор молчавших фестралов, — здесь слишком опасно. Леди Твайлайт, можно провести ещё один эксперимент?

— Ну только если сам туда не полезешь, а так почему бы и нет.

— Думаю, нам всё же стоит проверить реакцию сферы на живое, — страж продемонстрировал зелёное яблоко, извлечённое из его сумок.

— Согласна. Действуй, — кивнул я, разрешая.

Страж бросил плод в сторону сферы, камни, кстати, к этому времени уже практически распались. Все внимательно следили за полётом яблока, и, как оказалось, зря. Стоило плоду только коснуться границы аномалии, как оно взорвалось, и всех рядом стоящих обдало раскалёнными брызгами яблочного пюре. Любопытная Пинки, вылезшая дальше всех, взвизгнула и упала на круп, потирая нос. У Флаттершай, судя по всему, сработал инстинкт медика, она тут же подскочила к розовой, убрала её копытце от лица и осмотрела пострадавшую часть тела.

— Ничего страшного, просто горячий сок очень неудачно попал, а так даже ожога не будет, — сказала та, закончив осмотр.

— Пинки, теперь ты понимаешь, насколько это опасно и насколько твои способности важны сейчас для нашей группы? — спросил я поднявшуюся на ноги поню.

На её лице поселилась гримаса мыслящего кирпича, и опять неведомым образом накидка на поньке сменилась пустынным камуфляжем. Готов биться об заклад, что такого цвета форму показывали у натовцев, воевавших в пустыне. Н-да, для полного образа розово-копытного терминатора сейчас не хватает только минигана. Правда, держался этот образ всего пару мгновений, затем на лицо поняши снова вернулась улыбка.

— Конечно, я вас не подведу! — шёпотом прокричала та и пристроилась справа от меня. Мне ничего не оставалось, как обойти аномалию и двигаться дальше.

Так мы и шли, ориентируясь на подёргивающиеся конечности Пинки и собственные глаза. Аномалии, находящиеся ниже уровня песка или задевающие его, были чётко заметны по характерным воронкам и периодически возникающим вспышкам искр от распавшихся песчинок, сброшенных в сферу ветром. Так что опасность представляли только те аномалии, которые находились выше. Да к тому же я тоже научился улавливать места, где висела невидимая смерть, правда, всё сильнее болящая нога не давала толком сосредоточиться.

Легче стало только тогда, когда совсем рассвело и начали появляться восходящие потоки воздуха, которые сильно искажались, проходя через аномальные сферы, и заметны они были достаточно хорошо, чтобы и остальные пони могли ориентироваться и обходить опасность.

Где-то к девяти часам солнце стало уже серьёзно припекать, и было принято решение искать укрытие на день. Таковое нашлось возле двух удачно расположенных скал, торчащих из песка практически вплотную. Между ними мы разбили лагерь, укрывшись от солнца с помощью ткани от палаток, которую закрепили на камне на манер тентов.

После команды «привал», рефлекторно сказанной одним из стражей, но выполненной как фестралами, так и гражданской Гармоничной бандой, поньки со стонами и ахами повалились на подстилки, а кто-то так и вовсе на песок.

— Какое неприятное место, ещё нет и полудня, а уже так жарко и шарики эти пугающие… — голосом умирающего лебедя протянула Рарити, допивая последнюю воду из своей фляжки.

— Так, всем внимание! — Надо срочно брать ситуацию под контроль, пока не стало слишком поздно. — Ввиду ограниченности ресурсов, воду будем экономить, пить только по команде и по паре глотков за раз, не больше. Рарити, вот что ты будешь делать, когда закончится и вторая, а? — попенял я членам отряда. Правда, от меня тут же отвели глаза Рейнбоу и ЭйДжей, вдобавок радужная и вовсе стала смущённо ковырять копытом песок.

— Что, вы тоже по фляжке выдули?

— Ну, это…

— Рейнбоу, более членораздельно, пожалуйста, — попросил я, внимательно глядя на неё.

— Ну, у меня уже вторая заканчивается…

Твою ж бабушку, нет, я тоже хорош, не предупредил и ЦУ не выдал, но блин, неужели у них своих мозгов нет?

— Яблочко, а у тебя?

— А я вторую фляжку только распечатала. И вообще, какого сена ты прицепилась к этой воде? Закончится — наполним фляжки заново, — дёрнула головой возмущённая Эпплджек.

— А из чего мы, по-твоему, их наберём? Тут пустыня, и я почти полностью уверена, что ни рек, ни тем более колодцев мы не найдём! — под конец я чуть не перешёл на крик. Так, спокойно, виноват тут скорее только я, поэтому… — Лохматая радужка, иди сюда, — подозвал я Дэши.

— Как ты меня назвала?! — она мигом оказалась возле меня, и куда только вся показная усталость делась?

— А разве я не права? — улыбнулся я, дёрнув чуть пониже головы за цветастую гриву. — Держи, — я протянул пегаске одну из своих фляг. Смутившаяся пегаска мучительно покраснела, но флягу приняла, правда, тут же спряталась за спиной яблочной пони. Так, или я что-то сделал не так, или одно из двух… Судя по порозовевшим мордашкам остальных поней, скорее первое.

— Используйте воду разумно, а теперь всем отдыхать и заодно думать, как пополнить запасы воды или эффективнее её экономить, — сказал я понькам и, повернувшись головой в сторону пустыни, постарался улечься так, чтобы не беспокоить вконец разболевшуюся конечность.

Пони ещё долго возились, но где-то через час все спали, кроме одного из стражей, вставшего на вахту. Я же продолжал рассматривать окружающие пейзажи, спать не хотелось, да и боль давала о себе знать, так что пришлось вспоминать заброшенные когда-то медитативные техники и аккуратно войти в транс — не разум, так хоть тело отдохнёт.

Постепенно по мере отрешения от основных органов чувств окружающий мир ушёл на второй план сознания, а разум уже готов был впасть в привычное по предыдущим опытам состояния безмыслия, но не тут-то было. Ослабевшая связь с материальным миром вызвала обострение, причём лавинообразное, ощущения магической энергии мира. Сейчас даже с закрытыми глазами я видел-чувствовал лежащих неподалёку понях и токи жизненной энергии в них. Ощущал великие реки энергии земли, словно океанические течения, прокладывающие себе путь в толще породы, и мелкие ручейки, ветвящиеся от них, бегущие в песке под нами, и не менее масштабные потоки в воздухе, и в далёком отсюда океане. А также бесконечную бездну космического пространства высоко над головой. Но всё это меркло на фоне потоков энергии жизни, буквально пронизывающей этот мир. Эта сила растекалась озёрами и ручьями по поверхности планеты, проникала на самые высокие вершины и в самые глубокие расщелины, постоянно видоизменяясь: распадаясь, сливаясь и возникая вновь. Теорию о том, что планета, на которой есть жизнь, сама является живым существом, можно считать полностью доказанной.

Ещё раз «окинув взглядом» мир, погрузился в его созерцание, но что-то не давало покоя — что-то, что находится совсем рядом, та самая аномалия, в которой мы сейчас находились. В этом месте токи энергии разрушались, сливаясь в противоестественных сочетаниях и закручиваясь в огромный энергетический циклон, в центр которого мы и направлялись. Разглядеть происходящее там было невозможно, слишком плотно и быстро двигался там поток совершенно разнородных энергий. В удалении же от центра постоянно возникали локальные сгущения и вихри, которые в материальном мире как раз и проявлялись аномальными сферами, и, судя по тому, что я сейчас видел, одними сферами дело не ограничится. С другой стороны, как раз на нашем пути скоро будет небольшой поток водной энергии, идущий практически по поверхности, а значит, там, скорее всего, найдётся речка или ручей, ну или на крайний случай водоносный слой, идущий неглубоко под песком, что позволит нам решить проблемы с водой.

— Твайлайт! Твай! Да очнись же! — как будто издалека раздался голос Рейнбоу.

— Дэши, осторожнее, вдруг это опасно! — голос Флаттершай я расслышал уже чётче и, сосредоточившись, вытолкнул себя из транса обратно в горячую и такую неприятную пустыню.

— Флаттершай, ты ранишь меня до глубины души, ну разве я опасная? — осмотревшись, понял, что вокруг меня собрались все поняши, а Рейнбоу застыла с приподнятой ногой, явно хотела меня потрогать. — И по какой причине сбор?

— Это мы у тебя хотели спросить, — подозрительно глядя на меня, сказала радужка.

— А что не так-то?

— Ну хотя бы то, что ты висела в воздухе и светилась, как та гнилушка, наверное с час, а может и больше, я просто первая проснулась, — пояснила желтая пегаска, подлетая поближе. — Ну так что, нам уже стоит убегать от тебя или ты так для красоты светилась?

— Ну, если вы хотите побегать и потеряться в пустыне, то вперёд — я запрещать не буду, сами будете виноваты, а так всё в порядке. Считайте, что я сходила в магическую разведку и как минимум нашла нам источник воды.

— Сахарок, ты хоть в следующий раз предупреди что ли, а? Страшно всё же… — пристально глядя на меня, сказала яблочная пони.

— Ха, испугалась! Вот я… — тут же подхватилась Рейнбоу.

— …чуть не влетела в этот, лягать его всемером, шарик, — ЭйДжей указала копытцем на ближайшую аномалию.

— Да, может, я для разгона отлетела! — парировала радужная, но была встречена крайне скептическим выражением лица ЭйДжей.

— Так, внимание всем! У нас есть ещё какие-то проблемы? Стражи? Нет? Тогда подъём и продолжаем движение, нет смысла зря тратить время.

Поняхи со стражами начали собирать лагерь, точнее, собирали стражи, а остальная банда мешала по мере своих сил, особенно отличились Рейнбоу и ЭйДжей, тихо переругивающиеся между собой. Мою попытку поучаствовать в процессе пресекла Флаттершай, прижав копытцем к песку.

— Лежи пока, болезная, будем осмотр делать.

— Доктор, я будут жить? — вполголоса спросил я пегаску, с трудом сдерживая смех, всё же когда тебе водят по рёбрам копытцем, да ещё и активно прощупывают телекинезом, это довольно щекотно.

— Если больной хочет жить, его проще удавить, — буркнула жёлтая пегаска, заканчивая осмотр ноги. — Могу тебя поздравить — трещины в рёбрах уже заросли, а вот нога всё ещё не в порядке. Хотя перелом уже сросся, но сама костная мозоль ещё слишком мягкая, да и что-то странное с ней происходит, так что пока пользуйся костылём.

— Ох, дорогая, вы меня так обнадёжили! — Пегаска в ответ уничижительно на меня посмотрела и ткнула копытцем в живот, сбив дыхание.

— Ты хоть понимаешь, куда ты нас притащил?! — тихо прошипела Флаттершай мне на ухо, пока я возвращал себе способность нормально дышать. — И ладно мы с тобой, но они, — пегаска кивнула на остальных понек, — они же совсем как дети, и если с ними что-нибудь случится, я не знаю, что с тобой сделаю.

— А если мы ничего не сделаем, то в тартарары может полететь весь этот мир, и вполне себе, что без всех «Элементов Гармонии» мы не сможем обойтись, — так же тихо ответил я, наконец восстановив дыхание.

— Только это тебя и оправдывает.

Большая часть этой ночи прошла спокойно, все уже привыкли к темпу движения, а аномалии стали замечать не только мы с Пинки, но и остальные поньки. Так что фестралы даже пару раз летали разведать дорогу впереди, низенько, правда, но это всё же значительно быстрее, чем на четырёх копытах по песку. Пришлось слегка отклониться от маршрута, чтобы побыстрее выйти к воде, но это уже было необходимо. И если выносливые фестралы всё ещё булькали полупустыми фляжками, то самые активные кобылки снова остались без воды, да и моя, несмотря на всё экономию, уже была практически пуста.

Пустыня вокруг практически не менялась, по ходу движения аномалии стали появляться всё чаще, но на нашу скорость это повлияло не сильно. Однако мои надежды на то, что ночь пройдёт так же спокойно, как и предыдущая, были разбиты. Где-то к трём часам мы встретили ещё один тип аномалий. Прямо у нас на пути оказалась довольно глубокая воронка в песке с большим, круглым и идеально гладким дном.

— Ух ты, прикольно! Интересно, а зачем было это делать? — едва заметив новый объект, тут же заинтересовалась Рейнбоу и даже рванула, судя по всему, лично проверить, что там такое внизу. Пришлось в очередной раз ловить это чудо за радужный хвост.

— Фтоять! — выплюнув волосы изо рта, повторил: — Стоять, ядрён батон! Неужели непонятно, что всё необычное в этой пустыне опасно!

— Да ладно тебе, что тут такого? Просто полированный камень, — пошла на попятную пегаска.

— Который до сих пор не засыпало песком? Стражи, у кого-нибудь есть камень под копытом? Бросьте его на площадку.

Камень, который отколол один из фестралов от ближайшей скалы, полетев по красивой такой параболе, оказавшись над площадкой, резко ускорился и был, по сути, вдавлен в дно воронки, а ещё через пару секунд исчез даже небольшой след от его падения.

— Все видели, что произошло с подопытным? Если не хотите превратиться в собственную аппликацию, даже близко не подходите к краю таких ям.

— Думаешь, она тут такая не одна? — спросила Флаттершай.

— Практически уверена, — кивнул я, — скорее всего, дальше они будут попадаться с той же частотой, что и сферы.

Окинув взглядом поняш и проверив, все ли на месте и вняли моим словам, я вдруг понял, что у нас, похоже, проблемы: нигде не было видно Пинки. Даже следов на песке, которые бы уводили в сторону от нас — и тех не было, хотя, зная о её необычных отношениях с пространством, я этому и не удивлён.

— Леди, что-то не так? — заметив мою обеспокоенность, спросил один из стражей.

— Куда делась Пинки?

Стражи тут же переглянулись и рассредоточились вокруг группы, кобылки, судя по всему, перепугались.

— Но как же так, она же только что была тут? — молвила озадаченная Рарити, осматриваясь вокруг.

— Это ж Пинки, как исчезла — так и найдётся, — преувеличенно бодрым голосом отмахнулась Рейнбоу.

— В любом другом месте я бы с тобой согласилась, но это пустыня слишком опасна, и могло…

— Да вон же она, — Флаттершай указала в сторону, откуда мы пришли. Повернувшись в том направлении, тоже заметил бегущую к нам поняшу. Стоп. Бегущую? Она не прыгала в своей обычной манере, она от чего-то убегала. Присмотревшись, заметил какую-то довольно обширную тень, хорошо различимую в лунном свете, преследовавшую розовую поняху. Причём именно преследовала, Пинки постоянно приходилось уворачиваться от аномалий, и тень двигалась точно по её следам.

— Все внимание! Быстро проверили сумки и приготовились бежать за мной! — крикнул я, направляя поток доступной мне силы к перелому, не знаю, поможет ли, но бежать с костылём не получится всё равно. — Пинки! Беги за мной! Остальные не отстаём! — крикнул я, когда розовая подбежала поближе. Заодно убедился в реальности угрозы, с Пинки бы сталось нестись так и по совершенно пустяковому поводу, но вот от тени, которая гналась за понькой, явственно тянуло чем-то настолько жутким, что шёрстка на спине вставала дыбом и вообще хотелось рвануть, куда глаза глядят. И мы рванули.

Я никогда не был фанатом экстремальных видов спорта, да и спорта как такового, если честно, но адреналина, выделившегося за время забега, хватило бы на целый полк экстремалов. Мы неслись по песку, буквально в последний момент уворачиваясь от аномалий, выдёргивая друг дружку из опасных мест и подгоняя отстающих. Не знаю, сколько мы так бежали, не до того как-то было, главное, что водная жила была всё ближе, а возле неё всё явственнее чувствовалась область стабильного пространства, судя по всему, поток был достаточно мощным, чтобы сопротивляться местным безумным колебаниям энергетического фона.

Бежавший чуть впереди меня фестрал вдруг резко затормозил. Я уже было хотел его окрикнуть, но тут заметил причину остановки. Перед нами был каньон, довольно узкий в этом месте — метров триста шириной, а вот увидеть, что находилось на дне, не получилось, слишком темно.

— Леди, что делаем? — Фестрал помог мне удержать равновесие, оттащив немного от пропасти.

Что делаем, что делаем? Я лихорадочно пытался придумать выход из текущей ситуации. Ещё пару секунд — и тут будут все остальные пони, тень же запуталась между аномалиями и приотстала, но это ненадолго: она скоро нас нагонит. Я снова глянул на каньон, на этот раз выискивая аномалии, которые над каньоном нашлись, да в таком количестве, что перелететь эти жалкие три сотни метров не получилось бы и у Рейнбоу, даже если крутость её возрастёт на полные две сотни процентов. Хотя стоп, сам каньон был чист, на дне ощущался мерный ток водной энергии, а количество аномалий по мере погружения стремительно уменьшалось, а после определённой отметки они пропадали вовсе.

— Стражи! Хватайте пешеходов и вниз, пегасы — на своих крыльях! Быстрее! — догонявшая нас тень после блуждания в лабиринте аномалий как будто приобрела второе дыхание, так как стремительно нас нагоняла. Поэтому убедившись, что все меня слышали, подал пример и, взяв короткий разбег, прыгнул в пропасть.

## Глава 6. Экстремальная археология

Глава в которой отряд находит цель своего путешествия, а наш герой оказывается в неоднозначном положении.

Щемящее чувство свободного падения быстро сменилось чувством огромного облегчения, как будто пресс, давивший на меня всё это время, начал спадать. Хотя почему «как будто»? Так и есть. Сила стремительно возвращалась ко мне, и в какой-то момент рефлекторно расправленные в падении крылья снова стали держать в воздухе. Сориентировавшись, пошёл на разворот, чтобы не вписаться в противоположную стену, создал самый яркий светляк и, подхватив телекинезом всех понях, пошёл на снижение. Над головой раздавались восторженные крики гиперактивной радуги и паническая ругань остальной банды Гармонии. Судя по всему, полёт в полной в темноте в неизвестность изрядно всех встряхнул. Но вот в свете заклинания появился берег реки, и в кои-то веки мне удалось нормально приземлиться на все четыре копыта, расту, однако. Поставив всех понек рядом, я просто упал на песок. Резко вернувшаяся сила серьёзно ударила по энергетике, ломило всё тело, снова сильно и резко заболела сломанная нога, а рог так и вообще начал искрить.

— Юху! Круть, надо повторить! — отдышавшаяся Рейнбоу не смогла сдержать восторга.

Остальные поньки и даже фестралы, судя по взглядам, бросаемым на неё, восторгов по поводу полёта не разделяли. Флаттершай и Рарити так и вообще изрядно колотило, так что бедолаги сидели на песке, обнявшись, пытаясь сдержать дрожь. Только я хотел поздравить поняш с удачным приземлением, как снова почувствовал то самое мерзкое ощущение, которое сопровождало догонявшую нас тень, и оно быстро приближалось сверху. Долго не думая, стянул всех к себе телекинезом и укрыл группу самым мощным сферическим щитом из тех, что были известны Твайлайт.

— Ну что опять?! — на этот раз не сдержала крик души Рарити.

— Тень нас догнала, — и практически сразу, как я закончил фразу, по вершине защитного купола что-то забарабанило, а ощущение присутствия чего-то чужеродного и враждебного стало просто нестерпимым.

Увеличив яркость светляка, влив в него ещё больше силы, я всё-таки смог рассмотреть, что на нас падало. Целая толпа скорпионов и ещё каких-то огромных жуков, окружённых чёрной дымкой, копошились вокруг и продолжали падать сверху, и вся эта орава пыталась пробраться к нам. Среди них попадались скелеты змей и каких-то небольших ящериц, глазницы которых горели зелёным потусторонним огнём. Дружный визг банды Гармонии подтвердил, что и остальные поняхи рассмотрели агрессора.

Все доступные мне арканы, отпугивающие насекомых, хищников и вообще живых существ на них не подействовали, а слабые варианты заклинаний попросту гасли в странной ауре, окружавшей этих тварей. Вот оно! С трудом отловив одного из скорпионов, разорвал его на части телекинезом, но вместо ожидаемой кашицы из внутренних органов насекомых под панцирем оказалось лишь горстка пыли. Поверить в это было трудно, но других вариантов тут не оставалось: на нас напали насекомые-зомби.

Почувствовав мелкую дрожь возле своего бока, оторвался от изучения агрессора и оглянулся. Возле меня на крупе сидела Пинки и мелко-мелко дрожала, стуча зубами. Что за? Подскочив на ноги, осмотрелся: Рарити, Флаттершай и один из стражей уже лежали без сознания, остальные поняши были близки к этому, и их ауры тускнели на глазах. Ну уж нет, чтобы погибнуть от толпы жуков — никогда! Перенеся всех понек как можно ближе к себе, наслал на них сон и укрыл их крыльями и собственной аурой, связывая нашу жизненную энергию воедино. Убедившись, что в данный момент хуже им не станет, начал собирать в себе энергию водного потока. Дождавшись, когда по куполу перестали барабанить последние жуки, заключил их во второй купол, а теперь самое интересное и очень простое действие: используя весь немаленький объём собранной силы, максимально укрепил оба защитных купола и создал между ними максимально доступную в данном случае разность потенциалов. Судя по яркости вспышки и тому, что грохот от возникших разрядов пробился даже сквозь защиту, получилось никак не меньше миллиона вольт. На этом я не остановился, продолжая вливать силу в аркан, заставляя вспышки разрядов слиться в равномерный гул.

В какой-то момент я тоже потерял сознание, очнувшись, правда, первым, когда над головой уже вовсю светило полуденное солнце. Внешний щит давно распался, внутренний ещё держался, спасая нас от всё ещё пышущего жаром, кольца расплавленного песка. Н-да, знатно повеселились ночью, ничего не скажешь, да и присутствия тёмной ауры больше не ощущалось. Укрепив щит, зачерпнул из бегущего неподалёку ручья побольше воды и вылил на песок вокруг и повторял процедуру, пока песчаный расплав не остыл окончательно.

Днём на дно каньона попадало достаточно света, чтобы можно было разглядеть окрестности. Хотя осматривать было особо и нечего: отвесные серо-жёлтые стены каньона, сложенные из гранита и присыпанные вездесущей пылью, вздымались по бокам, на дне, среди песчаных дюн, весело журча, бежал то ли крупный ручей, то ли маленькая речка, а кое-где встречались даже пучки какой-то травы и мелкий кустарник.

Под боком кто-то зашевелился, затем из-под правого крыла высунулась заспанная мордочка Флаттершай.

— У-у-у, как же болит голова, — зажмурившись, пропищала пегаска и опять спрятала голову в перьях.

— Вставай, красавица, проснись, открой сомкнутый негой взор, — не удержавшись, тихо прошептал я.

— Да иди ты знаешь куда. Такое чувство, словно мы вчера всю ночь пили, причём палёную водку. Моя голова… — пегаска выбралась из кучи-малы и улеглась на живот неподалёку, сжав виски копытцами. — Что случилось-то?

— Грубо говоря, нас чуть не сожрала целая толпа членистоногих-зомби при поддержке нескольких скелетов рептилий.

— Ты же не шутишь?! — Подняв голову, пегаска внимательно посмотрела на меня.

— Нет, и с этим придётся что-то делать. Если бы не каньон, мы бы тут и остались, в этих песках, а то и пополнили коллекцию скелетов.

— Это ужасно! Твайлайт, дорогуша, надеюсь, такое больше не повториться, — из-под другого крыла, пошатываясь, выбралась Рарити.

— Чтобы такое не повторилось, придётся поработать над защитой… — скорее для себя сказал я. — От оттока жизненных сил доспехи не спасут.

Наш разговор запустил цепную реакцию пробуждения поней, которые в состоянии разной степени разбитости расползались кто куда из кучи-малы. Одним из последних из-под моего крыла выбрался очумелый страж. Бедолага стоял ближе всех к агрессору, ну и досталось ему побольше, чем остальным. Осоловело помотав головой, тот осмотрелся кругом, но увидев, откуда он только что вылез, мучительно покраснел и принялся извиняться, чем вызвал смешки начавших оживать понек.

— Да ты не тушуйся, жеребец, тут все свои. Неужели стражи все такие робкие? — не удержался от подколки я, чем вызвал новую порцию смешков. И, как оказалось, эмоциональная разрядка сглаживала ночные воспоминания и ускоряла восстановление энергетических оболочек.

Ага, вроде все ожили, теперь и мне хватит разлёживаться. Встав, я потянулся всеми конечностями и, разминаясь, махнул пару раз крыльями, после чего объявил:

— Так, банда, будем считать, что сегодня у нас банно-прачечный день.

— Чего?!

— Не перебивать старших!

— Хей, сахарок, да я старше тя ажно на два года! — вставила свои пять битов ЭйДжей.

— Зато я выше, — и показав яблочной поняше язык, продолжил: — Рейнбоу и Флаттершай, после завтрака возьмите себе в компанию понравившегося стража, — давешний бедолага подавился воздухом, — и разведайте каньон в обе стороны. Нам надо знать, насколько проходимо его дно. Лететь осторожно, но, по идее, аномалий на такой глубине быть не должно. Остальные разбивают лагерь.

— А ты, дорогуша, чем займёшься?

— А я постараюсь доработать защиту, чтобы мы могли не бояться зомби-скорпионов, а в идеале — чтобы они нас просто не замечали.

— Вы тоже обратили на это внимание? — Уточнил один из стражей.

— Да, твари шли точно по нашим следам, тут, конечно, энергетический беспредел, но следы, оставленные аурой, будут держаться пару минут. Ладно, ещё посмотрим, кто кого… Так, кто хочет посетить экспресс-душ?

Как оказалось, хотели все, включая стражей. Так что пришлось мне ещё немного поработать нянькой. Принцип работы помывочной получился такой: берётся пони, поднимается в воздух телекинезом, телекинезом же собирается шар воды. Воду чуть подогреть и уронить на подвешенную поньку, повторить необходимое число раз, в конце высушить одним из бытовых заклинаний для сушки шёрстки. Как результат получаем чистых поняш и много визга со стороны Гармоничной банды, стражи, как всегда, показали образец стойкости.

После того, как был разбит лагерь и наши разведчики разлетелись в разные стороны, я улёгся на песок подальше от воды и для начала осмотрел себя, точнее, ногу Твайлайт. Внешне никаких отличий от здоровой ноги, а парочка простых диагностических заклинаний показала, что всё в порядке. Что я вчера точно сделал с ногой сейчас уже не пойму, с другой стороны, это явно помогло, а дальше лучше к нормальному доктору обратится.

— Спишь?! — снова энергичная Пинки выскочила из-за спины.

— Думаю.

— Ну, это тоже дело, — перескочив через меня, она двинулась вверх по ущелью.

— Далеко не убегай, — только и успел крикнуть я вслед розовому вихрю. — Вот что ты с ней будешь делать, а?

— Да ладно те, сахарок, Пинки ужо большая кобылка, — сказала улёгшаяся рядом со мной ЭйДжей.

— Именно, дорогуша, мы можем о себе позаботиться, не надо обращаться с нами как с маленькими жеребятами, — с другого бока пристроилась Рарити.

— Ладно, большие кобылки, вот выйдем из опасного места и займёмся делом, — ответил я, прижав крыльями эту парочку себе с боков.

— Э, Твайлайт, а мы те не мешаем?

— Не-а, предлагаете отпустить вас и лишить себя удовольствия потискать таких видных кобылок? — прошептал я на ушко яблочной поняшке.

— Твай! Ты чаго? — резко покрасневшая ЭйДжей попыталась отскочить от меня подальше.

— Ладно-ладно, шучу я так. Посидите рядом, мне надо заняться модернизацией ваших доспехов, да и зарядить их на всякий случай.

— Ну и шуточки у тебя, — фыркнула белая единорожка.

— Да ладно, Рарити, я же любя, — не удержавшись, пощекотал я кончиками крыльев бока поняш.

— Твай! — синхронно дёрнулись те. — Щекотно же.

— Теперь всё, настроение подняли, займёмся делом.

Сначала проверил состояние доспехов, как я и думал, резерв автономной работы у них просел почти в два раза. Теперь, когда я знаю приблизительные параметры местного энергетического вихря, это можно исправить. Вот со следами, остающимися от воздействия ауры пони, справиться сложнее — слишком напряжённая аура, и чем сильнее понька, тем мощнее поток, и если Рарити можно полностью прикрыть щитами, то уже с ЭйДжей такой номер не пройдёт. Однако здесь можно попробовать применить другую методику — не преграждать поток, а искажать его.

После перебора десятка различных вариантов искажений подобрал сочетание параметров, дающее на выходе фон, очень похожий на текущий фон окружающей нас пустыни. По логике, теперь стоит только подальше отбежать — и ночные твари нас потеряют, если, конечно, они не ориентируются ещё на что-нибудь.

Вернувшиеся пегасы застали как раз момент тестирования, Рарити и ЭйДжей ходили туда-сюда предо мной, а я пытался вычленить их следы.

— И что вы тут творите? — всё же решила уточнить зависшая рядом Флаттершай.

— Конкурс! — тут же отозвалась Пинки. — ЭйДжей пока побеждает, она больше раз пробежалась туда-сюда. А мне можно, можно поучаствовать?

— Конечно, только постойте-ка все минутку спокойно. Сейчас я поправлю вашу защиту, а потом будем совещаться на предмет дальнейшего движения.

Пинки, ЭйДжей и Рейнбоу не удержались и таки устроили бег наперегонки, ну а я убедился, что защита работает. И будет работать ещё лучше после того, как мы снова поднимемся в область действия аномалии. Воздействие внешних потоков силы будет искажать следы, оставленные аурой.

— Леди Твайлайт, — привлёк внимание к себе один из стражей, — стражи были бы крайне благодарны, если бы вы передали схему заклинания нам и не публиковали его.

— А в чём, собственно, дело?

— Судя по эффекту — это очень надёжное маскирующее плетение. Я, например, уверен, что даже самые старые древесные волки не смогут взять след пони под такой защитой. Будет очень неприятно, если его схема попадёт к чужакам. Да, простите наше поведение, но у нас был приказ…

Я кивнул головой, подтверждая, что всё понимаю, что они служаки подневольные и вынуждены выполнять приказы вышестоящего командования.

— С чего бы такое доверие к такой подозрительной мне, а? — улыбнувшись, спросил я.

— У нас было достаточно времени, чтобы убедиться, что вы не перевёртыш. Да, возможно, вы не та, за кого себя выдаёте, но вы явно пони и не желаете нам зла.

— Уверен? Может, это просто очень хитрый план?

— У вас было слишком много возможностей избавиться от нас, но вы так не поступили и даже наоборот, несколько раз спасли.

— Ну раз так, давайте всё же закончим наше дело, а выяснять, кто что из себя представляет на самом деле будем в столице, ладно? А сейчас, народ, — я повысил голос, чтобы услышали все поняхи, — подойдите поближе, наши доблестные разведчики будут «доклады говорить».

Сопоставив рассказы обеих команд, решили всё же идти по каньону. Да, по направлению к нашей цели он довольно быстро сужался, и возникала опасность попасть под локальный камнепад, но зато тут не было аномалий и до воды совсем близко. Поэтому по каньону будем идти до тех пор, пока это вообще будет возможно.

Солнце здесь беспокоило не так сильно, да и наличие более-менее прохладного потока рядом делало путешествие более чем сносным. И если бы не острые камни под копытами, то вообще получилась бы загородная прогулка. Пони довольно быстро ожили и начали о чём-то переговариваться, только стражи и Пинки выпадали из общей картины. Розовое недоразумение тщательно обыскивала выбранные по только ей понятным признакам кучи камней, как она пояснила — ищет что-нибудь необычное в подарок сестре. Зачем поняхе, живущей на каменной ферме, ещё один камень мне лично понятно не было, но пускай это дитя хаоса хоть чем-то занимается и постоянно маячит перед глазами. Пегасы, правда, несколько раз порывались подбить нас на полёт, но я эти поползновения пресёк на корню. На крыльях оно, конечно, быстрее, но не факт, что не нарвёмся на что-нибудь опасное в полёте, да и стражи мне нужны свободными, чтобы в случае чего быстрее могли среагировать на опасность.

Так мы и шли, пока совсем не стемнело, и лагерь пришлось разбивать уже при магическом освещении, созданном мной и Рарити, которая достаточно восстановилась, чтобы свободно пользоваться магией. Если на поверхности луна давала достаточно света, то на дно каньона попадали сущие крохи, которых хватало, чтобы еле-еле различать землю под ногами.

В таком режиме прошли следующие два дня. Мы двигались, пока было достаточно светло, к закату устраивали привал на всю ночь. К середине третьего дня, как сказала успевшая снова заскучать Рейнбоу: «Наконец-то хоть что-то произошло». Улетевший на разведку страж вернулся буквально через пять минут, сказал, что впереди нашлось очень необычное ответвление от каньона.

— Нет, я уже не верю в такие совпадения! — не удержал я крик души, когда мы подошли и осмотрели так заинтересовавшее страже ответвление.

— А что тут такого? Ущелье ущельем, только стены очень ровные, — не разделила моего удивления Рейнбоу. — Ну и эти странные камни посередине, может, водой промыло?

— Они не просто ровные, радужка — они искусственные. Это же выкопанный ров, а посередине акведук, развалившийся уже, правда.

Мои выводы полностью подтвердились после внимательного осмотра входа в этот канал. Именно канал, ведь если поднять уровень воды в реке раза так в два, то вода как раз пойдёт по нему. Сейчас похоже, здесь сухой сезон, и река обмелела, но и на этот случай было у древних строителей было всё предусмотрено. Пинки отыскала остатки окаменевшего водяного колеса, точнее, нескольких колёс, и с учётом разрушившегося от времени акведука назначение всей конструкции становилось понятней. В дождливый сезон вода шла по каналу своим ходом, но с началом засухи река мелела, и дальше воду приходилось поднимать на акведук.

— Сахарок, мы всё понимаем — история там, археология важна, но мы вроде как принцесс идём спасать.

— А мы и спасаем. Судя по направлению, нам как раз надо сюда поворачивать или подниматься на поверхность.

Переглянувшиеся поньки припомнили, какое безобразие творится наверху, и дружно проголосовали за движение по этому каналу. Я против не был, так как сам канал — прямой как стрела, да ещё и вёл точно к нашей цели. Так что, заполнив фляги водой про запас, двинулись дальше.

Ровное дно канала, покрытое мелким слежавшимся песком, движению совершенно не мешало, и только изредка приходилось перепрыгивать через обломки рассыпавшегося акведука, что на скорость движения отряда совершенно не влияло.

Двигаясь по каналам и каньонам, мы сделали изрядный крюк, однако сейчас быстро нагоняли упущенное, выдвигаясь ещё засветло и останавливались на отдых только тогда, когда темнело настолько, что нельзя было различить песок под копытами. К полудню четвёртого дня, когда все мои чувства говорили мне, что мы практически у цели, вернувшийся с разведки страж доложил, что путь преграждает очередная аномалия, а через три часа мы лицезрели её воочию.

Наш путь преградила ревущая, вознёсшаяся в небеса, стена ветра, несущая с собой тучи песка и мелких камней. Очень странный локальный поток воздуха, дующий даже на дне каньона.

— Ничего себе! — Рейнбоу пришлось кричать, чтобы её услышали все, остальные поняхи поддержали удивление пегаски.

Мне, однако, было не до восхищений: поток, судя по всему, кольцевой, а значит, нам всё равно с какой стороны заходить к цели. О том чтобы попытать счастья наверху речи не было, на глубине пары метров под уровнем пустыни концентрация аномалий становилась просто непроходимой, в буквальном смысле. Если между ними и были промежутки, то, наверное, только мышь через них бы и пробралась.

— Леди, осторожней! — прокричал страж, как только я шагнул ближе к потоку. — Ветер сбивает с копыт метров за десять до песчаной стены.

— Принято! Разбивайте лагерь, будем думать, как пробраться внутрь! — ответил я.

Пока остальные отходили подальше от потока, где шум ветра не так мешал, я осматривал очередную преграду на нашем пути. Что можно о ней сказать? Мы практически в центре искажения, и этот поток, по сути, граница глаза бури. За ним область стабильного пространства, причём средний уровень, скажем так, «магии» там в десятки, а то и сотни раз выше чем в остальном мире. Такое чувство, что кто-то специально создал этот вихрь, чтобы концентрировать и повышать мощность магического фона. Стоп, а ведь это идея. Как удержать стены темницы, если заключённый, даже лишённый сил, будет их разрушать самим фактом своего существования. Простые сдерживающие арканы тут не помогут, каковы бы они ни были, у них есть источники энергии, которую надо восполнять. Но ни один единорог в мире на такое не способен, «мощность» магической ауры любой принцессы в разы больше. Да, можно обеспечить непрерывный поток силы путём жертвоприношений, но где найти столько жертв? Ведь ритуал придётся повторять каждые несколько часов. И вот перед нами решение этой проблемы, что-то или кто-то, намеренно исказив пространство, создал здесь этот гигантский вихрь-насос скапливающий здесь энергию, которая стягивается чуть ли не со всего полушария. И вот здесь даже принцессе не справиться — это всё равно, что пытаться плыть против течения горной реки, особенно если при похищении застать врасплох и лишить возможности получать силу напрямую от мира. Ты можешь быть сильнейшим пловцом в мире, но против массы воды, которая в тысячу раз тебя больше сделать ничего не сможешь.

— Твай! Идём в лагерь, мы обед приготовили! — прокричала подошедшая Флаттершай, возвращая меня в реальный мир. Кивнув, отправился следом за пегаской.

— Ну, что там? Как будем перебираться через эту жуть? — радужная пегаска продержалась недолго и задала вопрос, как только я оторвался от фляжки. Да и остальным тоже было любопытно.

— По сути ничего страшного здесь нет. Это не искажение пространства или гравитации, просто чрезвычайно мощный поток силы, увлекающий за собой воздух, который в свою очередь поднимает весь этот песок. Проблема в том, что магией этот вопрос не решить: ни один аркан из тех, что я смогу создать не проживёт в этом потоке и секунды, а телепортироваться здесь и сейчас рискнёт только желающий крайне мучительно самоубиться. Подкопы и другие попытки построить коридор бесполезны, сила пройдёт сквозь практически любой материальный объект. Даже наши доспехи протянут максимум минуты две-три, ну четыре от силы, а потом защита рухнет.

— И что мы будем делать? — продолжила допрос неугомонная пегаска.

— Не знаю…

— Замечатель… То есть, как не знаешь?

— Ну не могу же я в самом деле знать всё, правда? — ответил я, раздражённо дёрнув крыльями.

Идей не было никаких, даже самых безумных. Если просто сунуться в поток, тебя банально сдует и выбросит из вихря через некоторое время, но если выбросит в сторону пустыни — это гарантированная смерть, слишком много аномалий в воздухе. Нет, есть, конечно, вероятность вылететь и внутрь аномалии, но в любом случае щиты столько не протянут, а выжить в этой круговерти без полного доспеха не сможет и самый сильный земнопони.

— И что дальше, дорогуша, мы же не можем тут вечно сидеть? — судя по её голосу, лимит походной жизни модельерши исчерпался.

— Попробую прорваться сквозь поток, что ещё делать. Я дольше вас всех смогу поддерживать щиты…

— Леди Твайлайт, поправьте, если я не прав, — в диалог вмешался один из стражей, который раньше отмалчивался, — главную угрозу тут представляет ветер и камни, что он несёт?

— Именно, задерживаться внутри потока силы я бы не рекомендовала, но сразу он не убьёт — это точно.

— Тогда, может, пройдём по стене?

— Это как, сахарок, я вот совсем не единорог, что по стенам ходить? — выразила общее мнение ЭйДжей.

— А ведь страж в чём-то прав… — справившись с удивлением, я ещё раз осмотрел преграду.

— Ветер, дующий внутри каньона, не разбивает о стену, и поток воздуха движется параллельно ей, но не вверх. Если продержаться достаточно долго, то можно будет пройти, а стена не даст улететь в сторону.

— Боюсь, не все кобылки справятся с этой задачей…

— Мы пройдём первыми, — вступил в диалог второй страж, — протащим за собой верёвку и закрепим её на стене с двух сторон потока.

— А это уже план, причём не такой безумный, какой хотела предложить я. Действуем! Как раз до темноты нам должно хватить времени.

На то чтобы собрать и подготовить снаряжение: обвязку, карабины, точнее, верёвочные петли и саму верёвку (я зачаровал концы так, чтобы при касании камня верёвка намертво в него вплавлялась), ушёл неполный час. Дальше обвязали страховочной верёвкой стража на случай, если его всё же потащит вверх. После небольшого обсуждения решили, что нечего первый раз рисковать двоим.

Первые метры страж просто шёл, затем его прижало потоком ветра к стене. Извернувшись, он распластался на стене канала и пополз, его силуэт довольно быстро растворился в клубах пыли. А я только сейчас сообразил, как можно дополнительно запитать щиты стража. Страховочная верёвка, которую мы все сейчас держали, прямой проводник! Да, большая часть силы будет рассеяна, но хоть часть дойдёт. Я уже было приготовил подходящий аркан, но тут за верёвку дёрнули три условных раза подряд, а значит, не такой уж большой путь надо пройти.

Дальше решили двигаться парами: следом за первым стражем двинулись второй фестрал и Флаттершай, затем последний страж, подхватив Рарити, пока она окончательно не ударилась в панику, быстро двинулся на ту сторону. ЭйДжей и Пинки вообще перебрались как-то удивительно быстро, но гадать, что опять сотворил этот розовый кусочек хаоса, просто бесполезно.

— Ну, Радужка, вперёд! Давай ты первая, я подстрахую.

— Вот ещё! — фыркнула та, отвернувшись. И, обвязавшись страховкой, полезла вперёд.

— Куда?! А общую связку?! — Но, блин, удержать я её уже не успевал. Вот же засранка, пришлось срочно лезть следом. Сам, конечно, виноват, но и голову на плечах иметь надо — ну куда она сунулась, не проверив страховку, а?

Накачка тела силой помогла сопротивляться потоку ветра, а от камней и песка прикрывал щит, но всё равно как будто идёшь под водопадом. Был лет пять назад на отдыхе в Крыму и неудачно свалился прямо под водопад. Как ни странно, остался цел, ну, кроме синяков по всему телу. Тут по ощущениям, было так же, только раз в десять сильнее.

Вскоре я нагнал Рейнбоу, точнее, уткнулся носом ей в круп. Ну что же ты тормозишь, защита же скоро не выдержит. Подтолкнул её сильнее, но вместо того чтобы ускориться она лишь безвольно перекатилась выше по стене, а потом тело пегаски сдёрнуло вверх потоком ветра.

Нет! Только не это, не сейчас, когда мы почти у цели. Резким импульсом сжёг верёвки и бросился в поток. Если бы не приобретённая возможность чувствовать токи силы, я бы сразу же потерялся в этой круговерти, но я не чувствовал нигде пегаску. С каждой секундой времени становилось всё меньше: сейчас, пока щиты её в деле, можно надеяться на благополучный исход, но если они не выдержат… Незащищённое тело тут же измолотит в труху.

Всё, ждать больше нельзя, сконцентрировав как можно больше силы, послал её конусом вперёд, стараясь не перебороть поток, а влить в него дополнительный ручеёк… Всё же чудеса в этом мире бывают, иначе как объяснить то, что я, хоть и самым краем, зацепил доспех пегаски и смог установить связь с ним. Дольше пары мгновений она здесь не продержится, но мне больше и не надо. Делай раз: построить портал с принудительно отключённой защитой. Делай два: пока связь не распалась, переместиться к пегаске, схватить её и снова переместиться, но уже за пределы вихря и молиться о том, чтобы не перепутать сторону, с которой надо выйти. И здесь, скорее всего, опять мне кто-то помог, ведь я всё-таки не потерял сознания от боли, когда после первого прыжка с нарушением всевозможных правил и мер предосторожности в организме материализовались пару десятков камней разного размера, не говоря уже о том, сколько мелкой пыли попало внутрь.

Падение на песок встряхнуло организм, и я всё-таки успел активировать свёрнутое в доспехах пегаски плетение первой помощи, уцелевшее, собственно говоря, только потому, что было неактивно. Дальнейшие несколько минут начисто выпали из памяти, боль полностью поглотила сознание, лишая возможности не только что-то делать, но и вообще сосредоточиться на чём-то.

Возвращение в реальность прошло довольно буднично, в какой-то момент я понял, что, собственно, нет причин висеть где-то и дрожать, тем более что и тела-то не ощущалось. Перед глазами, после того как я таки догадался их открыть, разворачивалась уже знакомая панорама энергетической картины мира. Неужели, спасаясь от боли, я провалился в медитативный транс? С другой стороны сейчас я могу что-то сделать, чтобы подлечиться.

Сосредоточившись на материальном плане, попытался отыскать моё, ну точнее, пока хозяйки нет — моё, тело и не нашёл. Вот пустыня, вот вихрь силы, с этой точки зрения ещё более масштабный, а вот и Рейнбоу. Кстати, как она там? Лечащее плетение отработало как надо, судя по ауре, восстановление организма идёт полным ходом, а вот без сознания она ещё поваляется, всё же сотрясение так быстро не вылечить. Я, конечно, не медик, но самая большая травма у пегаски как раз на затылке, и судя по рваным краям, ей досталось особо острым и быстро летящим камнем, который всё же смог не только пробить защиту, но и серьёзно ударить пегаску.

Всё бы хорошо, но моего-то тела нигде нет. Ни рядом с Рейнбоу, ни вокруг и даже под песком никаких следов. Хотя если обратить взгляд на себя, то вот он, энергетический каркас, только какой-то бледноватый. Последствия травмы? Может быть… Только почему мне кажется, что он становиться всё больше и бледнее? Нет, не кажется, меня раздувало как шарик и растягивало по окружающему пространству. И это мне категорически не нравилось, хотя и стало более понятно, что же всё-таки произошло. Стремясь избавиться от боли, на рефлексах я, или скорее тело Твайлайт, сбросило материальную оболочку. Так вот откуда ощущения дежавю! Почти такое же чувство вызывают воспоминания о превращении в аликорна, и ясно, что случилось с телом, но не понятно, что происходит сейчас и главное — почему. С другой стороны, в тот раз рядом с единорожкой была принцесса, и она, скорее всего, контролировала процесс. Сейчас я нахожусь в свободном плавании, и кто сказал, что это вообще безопасно?

С обратным воплощением помогли смутные воспоминания Твайлайт, всё же со стороны в них было разобраться чуть проще, чем самой хозяйке. Сам процесс чем-то напоминал перетягивание каната, только вместо противника тут само пространство, и канатов сотни или даже тысячи. Они тянутся со всех сторон, и за каждый из них необходимо тянуть, сосредоточившись на нём. Когда же я снова ощутил тело и удушающую жару пустыни, то по субъективному мнению прошло, наверно, пару суток, хотя в материальном мире, судя по положению солнца, не так уж и много времени.

Подойдя на подрагивающих ногах к пегаске, снова проверил её состояние и, убедившись, что самолечение идёт полным ходом, положил её к себе на спину и двинулся в сторону остальной компании, благо маячки тут ощущались в несколько раз чётче, чем в том же Кантерлоте — из-за слишком высокой плотности собранной здесь силы их сигнал практически не рассеивался.

Жаль доспехи пришлось бросить. Мало того, что большая часть арканов в них превратилось в какую-то жуткую кашу, так ещё и сам металл оказался нашпигован мелкими камушками и песком, превратившими его в аналог наждачной бумаги. В общем, одевать доспех типа «радость мазохиста» категорически не хотелось, да и с энергетикой тут вроде всё в порядке, так что можно и без дополнительной защиты обойтись.

Где-то через час, когда я взобрался на очередной высокий бархан, пытаясь всё же получше рассмотреть местность, я понял, что меня смущало. Расположение этих песчаных дюн было слишком равномерным и упорядоченным. А здесь, на вершине, вообще, видна каменная крыша какой-то постройки. Длинные, очень точно подогнанные блоки известняка, явно искусственного происхождения. Ну и в довершении всего вдали, где-то километрах в двух от меня и, судя по всему, в геометрическом центре местного комплекса построек возвышалась довольно высокая пирамида. И если присмотреться, то вон те два песчаных холмика, это какие-то постройки на углах пирамиды. А все те барханы, которые сейчас возвышались вокруг меня, это, скорее всего, крыши регулярной застройки. Что называется, почувствуй себя археологом, нашедшим древний храм. Ну или, с учётом приключений, с какими мы сюда добирались — можно смело считать себя Индианой Джонсом.

— Ух ты! Прям как в книгах про Дэринг Ду! — раздался со спины голос Рейнбоу. Довольно бодрый голос.

— Лежи и молчи, неверная! Ты вообще хоть иногда думаешь, прежде чем что-то делать, а?!

— Ну… э… Твай, а в чём собственно дело? — радужка завозилась, пытаясь слезть с меня.

— Во-первых! На месте Твайлайт я бы тебя выпорол, раз уже родители этим не занимались, а если подумать, то я сейчас как раз на её месте, так что просто так ты у меня не отделаешься! — ответил я, спеленав посильнее пегаску и усадив её на место.

— Да что такого-то случилось?!

— Да то, что мы с тобой чуть копыта не двинули, в буквальном смысле! И живы только благодаря просто астрономическому везению. Вот чем ты думала, когда лезла в вихрь, не проверив страховку?

— Ауч, больно. Так это был не сон? — судя по всему, пегаска таки нащупала ссадину на затылке. Надо было ещё и обезболивание отключить, чтоб прочувствовала, но, к сожалению, влезть в сложное лечебное заклинания с наскока не получится. Так что будем действовать методами попроще.

Следующие два часа пегаска выслушивала нравоучения и ценные указания о безопасности жизнедеятельности в моём исполнении, сопровождающиеся лёгкими бодрящими ударами током. Больно, обидно, но не смертельно.

— Не, я знала, что Твайлайт та ещё зануда, но ты её переплюнул по всем статьям! — всё-таки высказалась Рейнбоу, когда я спустил её со спины на вершине очередного бархана-здания. Остальной отряд был где-то внизу, так что сейчас придётся заняться архитектурным вандализмом. Разгребать весь этот песок слишком долго, проще поднять пару блоков из крыши и так спуститься внутрь.

— Я очень надеюсь, что ты не забудешь всё то, о чём я тебе сказал, — ответил я, повернувшись и подхватив пегаску телекинезом. Сотрясение всё же давало о себе знать, ноги радужки заплетались, да и выглядела так, как будто сейчас в обморок упадёт.

Уложив старательно отворачивающуюся от меня пегаску на песок, принялся за расчистку крыши. Когда же на крыше освободилось достаточно большое пространство, применил модернизированное заклятье для заточки ножей, всего лишь изменив векторы действия и влив раз так в десять больше силы. В результате получился аркан для работы с горными породами. Во всяком случае, все шестьдесят сантиметров камня аркан прошёл за пару минут. Выпиленные куски отнёс телекинезом подальше от здания, а то мало ли что.

— Прикольно, только тут же ничего нет… — Разочарованно протянула пегаска, заглянув в пролом. Вот же неугомонная, всё-таки приползла и вниз заглянула.

— Аккуратнее, тут метров шесть, наверное, до пола, а ты не в том состоянии, чтобы заниматься воздушной акробатикой.

— Фе, да я через такие щели пролетала!

— Что я буквально полчаса назад говорил тебе об осторожности, а?

— Бука ты, — а затем значительно тише, практически шёпотом пробормотала: — Скорей бы Твай вернулась — та хоть не такая зануда.

— Ты что-то сказала?

— Не-не, тебе послышалось! — тут же ответила Рейнбоу, а глаза такие честные-честные!

— Ну, будем считать, я поверил или поверила, в общем, ты меня поняла. Посиди пока тут, сейчас всех остальных наверх поднимем.

Спрыгнув в проём, внимательно осмотрелся вокруг. Живых, кроме нашего отряда, находящегося где-то ещё глубже под землёй, не ощущалось. Мёртвых тоже, да и следов каких-либо арканов сходу заметно не было, но их могло смести, когда тут началось всё это мракобесие с аномалиями. В комнате, по сути, практически ничего не было, кроме мелкого каменного мусора и слоя пыли на полу. С одной стороны помещения, которая была лицом к пирамидам, был засыпанный песком дверной проём, возле противоположной стены — колодец с невысоким бортиком из каменной кладки, цемент который, кстати, крошился с трудом. Не знаю, чьи это постройки, но в строительном деле они знали толк. Заглянув в колодец, встретился взглядом с Пинки, вокруг которой летало заклинание-светлячок.

— Твайлайт! Ты жива! — выкрикнув это, розовая понька неведомыми путями оказалась наверху и обняла меня. — Ой, постой тут, я сейчас остальным расскажу! — не успел я и глазом моргнуть, как Пинки вновь оказалась на дне и куда-то целенаправленно поскакала.

— Брр… Не, ну всё-таки, как она это делает? — спросил я в пространство.

— Да брось ты, это ж Пинки Пай — она и не такое может вытворить, — ответил мне глас свыше голосом Рейнбоу.

Нет, всё-таки иногда я просто не могу понять логику, которой руководствуются поняхи. На их глазах творится что-то почти противоестественное, а им всё равно. Хотя привычка страшная сила, и чудо, ставшее обыденностью — чудом быть перестаёт, а эти кобылки знают друг дружку довольно давно.

Через пару минут внизу раздался топот копыт маленького табунчика нашего отряда, а затем показались и сами поньки.

— Твайлайт, где Рейнбоу? Ты в порядке? Как вы там? — тут же загомонила Гармоничная банда.

— Тише-тише, всё в порядке, ну, почти. Лучше давайте достанем вас оттуда. Пегасы, вы сможете своим ходом подняться?

— Нет, леди, колодец слишком узкий, — ответил один из стражей.

— Ну, тогда обойдёмся уже привычными методами, — сказал я, подхватив ЭйДжей, стоявшую ближе всех к устью колодца, телекинезом.

За пару минут я поднял всех поняш и груз сначала в комнату, а потом и на крышу. После дружной серии ахов и вздохов по поводу окружающей местности и пирамиды всё-таки решили разбить лагерь. И пока окончательно не стемнело, подробнее осмотреть местность с воздуха. Уходить далеко не стали, на пару с Рарити мы магией расчистили вход к зданию, выкинули весь мусор с пола и прикрыли тканью от палатки проделанное мной в потолке отверстие.

— Кстати, насчёт Рейнбоу, — начала Флаттершай, закончив со своей порцией сухпайка. — Я, конечно, не специалист по физиологии пони, но все признаки сотрясения на лицо.

— Это вообще опасно? — Уточнил я.

— Так же, как и любая другая травма. Сейчас ей необходим полный покой и, в идеале, осмотр нормального специалиста.

— И в чём тогда проблема?

— Да в самой… как ты там её обозвал? Радужкой? — Я кивнул в ответ. Сама виновница старательно отворачивалась и делала вид, что её тут нет. — Так вот, пока вы там внизу возились, я трижды ловила эту дурёху, вылезшую на солнцепёк. Она даже улететь от меня пыталась!.. Твайлайт, делай, что хочешь, но заставь её отлежаться хотя бы сутки, от побочных явлений никто не застрахован. Я, конечно, верю в магическое лечение, но нельзя же так наплевательски относиться к себе! — последнюю фразу она произнесла прямо в лицо Рейнбоу, повернув его копытцами в нашу сторону.

— Понятно… Рейнбоу, слышала, что сказал наш походный врач? — Та только кивнула. — Так вот сегодня лежишь тут в теньке на пенке и выздоравливаешь, а чтобы я была уверена в том, что ты не будешь лазить куда зря, сделаем вот так, — закончив фразу, наложил на пегаску заранее подготовленный аркан, который применяется при растяжениях и переломах. Ни летать, ни быстро двигаться, пока заклинание действует, она не сможет.

— Эй, ты, что творишь! — тут же возмутилась радужка.

— Провожу разъяснительно-лечебную работу. Так, слушать меня внимательно, — я ткнул копытцем в нос пегаске, заставив ту собрать глаза в кучку. — Сегодня сидишь здесь с Рарити, охраняете лагерь, пока мы будем прочёсывать местность.

— Но…

— Никаких «но». Пока я не буду уверена, что с тобой всё в порядке, будешь выполнять всё, что скажет Флаттершай.

— Леди, разве мы не достигли цели? О каких ещё поисках идёт речь? — Спросил ближайший ко мне страж.

— Да, мы на месте, наша цель находится где-то здесь, на этом клочке пустыни. Однако сейчас мы слишком близко к искомому, и аркан начинает сбоить из-за сильного сигнала. Да и энергетика тут не способствует точности работы поисковых заклинаний. Так что придётся искать, так сказать, традиционными способами.

— Для начала осмотрим местность с воздуха? — уточнил фестрал, мне осталось только кивнуть в ответ.

— Да, ищем всё необычное или просто свежие следы чьего-нибудь присутствия. Посторонних здесь нет, опасность я почувствую заранее, так что разобьём территорию на сектора и поодиночке их прочешем. Рарити, как я уже сказал, останешься с Рейнбоу. ЭйДжей и Пинки?

— Да, сахарок?

— Вы осмотрите окрестности лагеря, ладно? И Пинки, пожалуйста, осторожнее, одна пострадавшая у нас уже есть.

— Без проблем, Твай. Да я буду сама осторожность! Как тень в темноте.

— Только не надо чёрного костюма, жарко же. Лучше песочного цвета накидку, и для яблочка нашего тоже что-нибудь подбери.

— Да?.. — протянула розовая понька, успевшая за то время пока я говорил облачиться во взятый непонятно откуда чёрный облегающий костюм.

— Ладно, разбирайтесь тут, мы полетели. Флаттершай, поняла, что нужно искать?

— Ну, ты уж совсем меня за дурочку не держи? Конечно поняла! — возмутилась жёлтая пегаска. Упс, это я увлёкся. Ну почему остальные подруги Твайлайт не могут вести себя более серьёзно? Вроде же большие кобылки? Хотя с учётом продолжительности жизни местного населения — подростковая банда это, а не команда Гармонии.

К тому времени как стало совсем темно, мы все собрались в лагере. Сама комната претерпела кардинальные изменения и выглядела, как только что отстроенная. Как оказалось, осмотрев всё вокруг и не найдя ничего интересного, поньки вернулись в лагерь и, чтобы убить время, привели помещение в почти идеальное состояние. Обменявшись информацией и убедившись, что никто, к сожалению, не нашёл ничего интересного, легли спать.

Утром, едва взошло солнце, я поднял всю банду, и после завтрака отправились к пирамиде. Поиски начнём с неё, а дальше пойдём по спирали. Фестралы идею одобрили, и мы выдвинулись к центральной части комплекса. Решили идти всей толпой — больше шансов, что ничего не пропустим. Только Рарити оказалась недовольной, мол:

— Опять таскаться по пескам? У меня уже все ноги сбиты! — возмутилась белая единорожка, показав несколько глубоких царапин на поверхности копытца.

— Да ладно тебе, Рарити, — сказала Флаттершай, приобняв крылом единорожку, — зато представь, как будет хорошо, когда вернёшься в Понивиль и посетишь салон Лотус.

— Это… да… — белая поняша мечтательно закатила глаза.

— Вот-вот, — встрял я, — давайте не будем отвлекаться. Быстрее начнём — быстрее вернёмся домой.

Перед выходом я влил энергии в доспехи всех поней и наложил на них дополнительные заклинания для защиты от солнца вообще и комфортной температуры воздуха вокруг тела в частности.

— Всегда бы так… — ЭйДжей, довольно прищурившись, посмотрела на небо. — Слухай, Твай, а ты не могёшь сделать эту свою магию постоянной, а? С таким на ферме бу’т работать одно удовольствие.

— Хороший вопрос… Но ответить на него смогу только, когда выберемся отсюда.

— А чаго так?

— Тут слишком сильный энергетический фон. Даже самые слабые единороги могут тут колдовать весь день напролёт и почти не уставать. А вот в остальной Эквестрии, наверное, только принцессы смогут наложить такой аркан, да ещё и на стольких пони сразу.

— Жаль…

— Не унывай. В теории можно создать стационарное плетение, которое накроет куполом какой-нибудь из ваших садов. И тут уже можно будет подумать о локальном климат-контроле, особенно если с пегасами о правильной поливке договоришься.

— Так, сахарок, уже…

— Ага, — раздался довольный голос Рейнбоу. — Я сама помогала организовать встречу Эпплджек с начальником погодных пегасов. Брр, суровый пегас, но медленный как незнамо что, — радужная пегаска прямо лучилась энергией. — Кстати, Твай, а мне уже можно летать, а? — и глазки состроила, коту из известного мультфильма с ней не тягаться.

— Можешь.

— Ура!

— Но только как крокодил, — сбил я радостный настрой с пегаски. Судя по ауре, с организмом у неё уже всё в порядке, но лучше перестраховаться.

— Это как? — через пару секунд общего молчания задала вопрос сильно озадаченная Пинки.

— А низенько-низенько, так, что и не поймёшь — летит он или по земле идёт, — ответил я розовой поняхе под тихий смех Флаттершай.

— Издеваешься? — уточнила Рейнбоу, подозрительно глядя на меня.

— Просто сегодня ещё денёк воздержись от сильных нагрузок, ладно?

— Ну, Твайлайт?

— А я что, вон у нашего доктора спрашивай, — кивнул я на розовогривую пегаску, та кивнула, подтверждая мои слова. — Кстати, стражи, а кто мне расскажет, как вы очутились в этом колодце?

— После обрыва страховочного троса мы выждали полчаса и двинулись дальше по маршруту, — судя по ауре, фестрал был чем-то взволнован.

— Что-то не так?

— Леди, простите, но вся вина на мне, и я готов принять всю полноту…

— Брр, ничего не понимаю, — я помотал головой. — Давай ещё раз сначала и по порядку. В чём ты виноват?

— Я не стал пытаться найти вас и запретил это делать остальным. Спасение принцесс важнее, чем бессмысленная гибель в попытке вытащить вас из аномалии… Я готов понести…

— Да я уже поняла. — Всё же стражи серьёзные ребята, хотя тут скорее чувствуется копыто принцессы Луны, которая нашла правильный подход к воспитанию командного состава своих стражей. — Раз готов понести, понесёшь — повышение.

— Как скажете, принцесса… Что?! — волнуется, бедолага, сильно, раз не сразу доходит смысл.

— Напомните мне, если я забуду намекнуть Барсту на то, что вот этого стража надо повысить или хотя бы как-то наградить. Здравый смысл — он во все времена цениться должен. Но ты не отвлекайся, рассказывай, мне же интересно.

— Как скажете, леди. Мы, несмотря на некоторое сопротивление ваших подруг, двинулись дальше по каналу. Который закончился тремя тоннелями в вертикальной стене. Два из них обвалились, а вот в третьем завал оказался небольшим, и мы смогли его быстро разобрать. Я принял решение разведать тоннели и лишь потом пытаться подняться на поверхности. Сами проходы несколько раз ветвились, но большая часть проходов также оказалось заваленной. Ну а дальше Пинки нашла колодец, где и встретила вас.

— Что ж, всё хорошо, что хорошо кончается. Ладно, идём к пирамиде, а дальше по спирали будем прочёсывать местность.

— Сахарок, а что мы ищем-то? Осмотрели мы тогда всё вокруг лагеря, ну, песок да дома какие-то засыпанные.

— Если честно, понятия не имею, что мы ищем… Поэтому подойдёт всё необычное.

— Да? А если тут всё вокруг попадает под это определение? — фыркнула Рарити.

— Тогда ищем что-то совсем уже безумное.

На вершину пирамиды взлетели я со стражем, ну и Пинки в очередной раз показала свою способности быть вездесущей. На уступе, который был вершиной пирамиды, нашёлся длинный перекрытый решёткой колодец, ведущий куда-то вниз. Однако в глубине токов силы не ощущалось, а поисковое заклинание показало, что на дне лишь пустое помещение без дверей.

Поняв, что тут ничего интересного нет, осмотрел с высоты пирамиды окрестности. И всё же тут красиво. В голове приятно шумело, и внезапно захотелось сотворить что-нибудь этакое. Недолго думая подхватил Пинки и сиганул вниз, планируя на раскрытых во всю ширь крыльях вдоль одной из граней пирамиды. Почти возле самой земли координация почему-то оставила меня, и я, выронив поняшку, влетел в бархан вверх тормашками.

* * *

— Что это с ней? — спросила озадаченная Пинки, пытаясь поставить Твайлайт на ноги. Та глупо хихикала и норовила обнять розовую поньку.

— Эй, Твайлайт, ты что творишь? Сама же говорила, что делать… — сказала прибывшая первой на место приземления Рейнбоу, приземлившись прямо перед носом аликорна.

— О, радужка, и ты тут! Дай я тебя… — ноги у говорившей снова заплелись, и она упала на песок, повалив с собой пегаску.

— Оу, сахарок, да тыжно пьяная в зюзю, — протянула ЭйДжей, помогая болезной снова подняться на ноги.

Через пару минут все убедились, что приходить в себя Твайлайт ни в какую не желает.

— И что нам теперь делать? Вот так всё бросить на полпути? Это ужасно! И я так больше не могу! Эта пустыня, неправильная Твайлайт и всякие зомби! Я решительно не хочу участвовать в этом безобразии дальше!

Истерику Рарити прервал смачный шлепок копытом по крупу, мастерски исполненный старшим из фестралов. Та от неожиданности даже возмутиться не успела.

— Отставить панику! Я наблюдал за принцессой — она не ела и не пила ничего подозрительного. Так что остаётся только один вариант — опьянение магией.

— Эт как так? — спросила яблочная поня, вернув на голову шляпу, которую только что пыталась стянуть Твайлайт.

— Всем младшим стражам, неважно, единорогам или нет сама принцесса Луна читает лекции о практической магии.

— Ты давай сразу к делу переходи, а то мы тут рискуем вообще надолго застрять, — Флаттершай повалила невменяемую принцессу на песок и умудрилась связать её своей накидкой.

— Если кратко: неопытный маг может зачерпнуть слишком много силы и потерять над ней контроль. В результате он впадает в состояние, похожее на воздействие наркотических веществ.

— Но она же уже сколько лет занимается магией? — спросил желтая пегаска.

— Однако не прошло ещё и года, как она стала аликорном, может, в этом всё и дело? — предположил второй страж.

— А нам, сахарок, шо терь делать?

— Продолжим поиски, когда обнаружим что-нибудь необычное, думаю, мы сможем на некоторое время привести принцессу во вменяемое состояние. Леди Рарити, вы знаете какие-либо лечебные заклинания?

— Ну, я, конечно, не Твайлайт, но парочку самых простых и надёжных могу применить. Правда, я никогда не лечила других пони, только себя…

— Это неважно, думаю, вряд ли вы сможете навредить аликорну неправильным заклинанием.

— А зачем тогда?..

— Есть несколько способов вернуть пострадавшему единорогу ясность мыслей. И самый простой — положить на пострадавшего лечебное заклинание, работающее за счёт сил самого больного.

— Ой, хватит занудствовать, что нам делать? И вообще, я бы на вашем месте взяла руководство отрядом в свои копыта, — бросила Флаттершай, пытаясь вырвать свой хвост изо рта Твайлайт.

— Возражения есть? — Остальные пони промолчали. — Значит, действуем так: леди Флаттершай, присмотрите за принцессой, остальные продолжаем поиски.

Возражений не последовало, и поньки разбрелись по окружающей местности, выискивая всё необычное. Флаттершай оттащила вяло сопротивляющуюся принцессу в тень от пирамиды и улеглась на неё сверху, благо компактная пегаска могла комфортно разместиться на боку аликорна. Это оказалось единственным действенным способом заставить Влада лежать спокойно и не пытаться гоняться за песчаными вихрями.

Их поиски завершились довольно необычным способом. Рарити, последний час просто ходившая кругами вокруг засыпанных строений, решила всё же забраться повыше и выбрать, куда же двигаться дальше.

— Ох, один песок вокруг и камни, — она раздражённо топнула копытцем по каменной плите под ногами. Это оказалось последней каплей, камень не выдержал, и кусок плиты провалился внутрь помещения.

Крик падающей единорожки услышала Пинки, и та буквально перетащила к пролому всех поней. Рарити не пострадала и к этому времени успела осмотреться внизу и найти лестницу, ведущую куда-то глубже под землю.

Длинная припорошенная песком и пылью лестница вывела поисковый табунчик в не менее длинный прямой коридор. Который, как сказал один фестралов, вёл куда-то в сторону пирамиды, а с учётом глубины, на которую пони спустились, скорее куда-то под пирамиду. Преодолев в конце этого коридора ещё один небольшой подъём, отряд оказался в просто огромной комнате, стены который терялись в непроглядной черноте. Казалось бы, сам воздух здесь слегка светился, да и шёрстка самих поняш через пару минут приобрела слабое свечение, подобное неоновому, однако этого не хватало для того чтобы развеять мрак.

— Ого! Да сюда же весь Понивиль поместится и ещё место останется! — не сдержала восторга Рейнбоу.

— Пожалуйста, тише, мы не знаем, что может здесь таиться, — прошипел старший фестрал, одёргивая радужную пегаску. — Леди Рарити, вы не могли бы создать светляк и послать его вперёд?

— Ох, сейчас соберусь с силами, — и через пару секунд яркая вспышка ослепила всех вокруг.

— Эй, сахарок, ты это, осторожнее, так же и зрения можно лишиться! — попросила ЭйДжей, проморгавшись.

— Оу, простите, они у меня никогда не получались такими яркими, — вспышка сбила концентрацию единорожки, и аркан рассеялся в воздух. — Я сейчас ещё раз попробую…

— Вы не могли бы постараться вложить как можно меньше силы в заклинание? — попросил младший из стражей.

— Вы думаете?

— Да, здесь просто слишком много магии, так что не стоит сильно напрягаться.

— О, тогда я сделаю проще. Меня когда-то Твайлайт учила одному заклинанию, но в Понивиле у меня оно так ни разу и не получалось… Сейчас…

Единорожка немного постояла, собираясь с мыслями, её рог засветился и выпустил в воздух целую тучу маленьких светлячков, которые тут же разлетелись вокруг, освещая местность.

— Лягните меня нежно! Это шо ещё за такое?! — не смогла сдержать удивления Эпплджек.

— Круть, но жуткая какая! — присоединилась к ней Рейнбоу, остальные пони с ней полностью согласились.

В свете заклинания они смогли увидеть огромный антрацитово-чёрный шар, паривший в центре помещения. Неосторожные светлячки, приблизившиеся к нему, гасли, ярко вспыхивая, вызывая небольшие волны на поверхности шара, которые так же быстро гасли.

— Знаете, если это не то «самое здесь необычное», то я уже не знаю, что там хотела искать Твайлайт…

— Угу, и я с Рарити полностью согласна. А ты, Пинки? Э-э-э, Пинки? — снова позвала Рейнбоу. — Она же только что тут была…

— Я слышал топот копыт в коридоре… — начал было один из стражей, но был перебит младшим коллегой.

— Мать здесь, я чувствую… — сказал он, приблизившись к сфере пока остальные отвлеклись на поиски Пинки.

— Это, сахарок, тебе тоже плохо?

— Нет, но я чувствую тёмную мать, она здесь рядом. Принцесса не обманула! Я иду! — прокричав последнюю фразу во весь голос, фестрал галопом понёсся к сфере, но остальные стражи отреагировали раньше, сбили младшего с ног и оглушили.

— Господа, вы не хотите объясниться? — Рарити, когда хотела, могла быть очень убедительной и властной.

— Он слишком молод и прошёл посвящение уже у самой принцессы Луны. Слишком сильная связь и ещё неокрепший разум… А я говорил, что без серьёзных тренировок стажёров нельзя выпускать в поле.

— Но кто ж знал-то? — парировал второй фестрал.

— Хотя бы предположить и заранее подготовиться к этому они должны были.

— А ну обратили на нас внимание! — не выдержала Рейнбоу. — У нас тут Селестия его знает что творится, а вы тут о какой-то фигне спорите!

— А что это с ним? Ему тоже плохо стало? — только было разгоревшийся спор прервал голос Флаттершай. Пегаска склонилась над бессознательным стражем, уже привычно проводя диагностику. — Кто стукнул бедолагу по голове?

— Уф, тяжёлые какие аликорны пошли, — ответить пегаске не дала Пинки, притащившая на спине Твайлайт. — А что это тут у вас творится?

— Да уже ничего, — ответила Рарити. — Ты зачем, кстати, её сюда принесла?

— Как так зачем? Твай сама сказала принести её поближе.

— Брр, но она же была там, — единорожка показал копытцем куда-то вверх, — а ты тут, с нами.

— А, так это она мне позже сказала, или раньше? — задумалась розовая поняха. — А, неважно… Главное — сказала.

— Но как же…

— Да брось, Рарити, это же Пинки, — махнула копытцем радужная пегаска. — Вот только что нам дальше делать?

Взгляды всех пони скрестились на лежащей у входа Твайлайт, та валялась на спине копытцами вверх, как её уложила на пол Пинки, и пыталась поймать что-то невидимое в воздухе.

— Леди Рейнбоу, где её доспехи? — спросил старший фестрал.

— Не знаю. Я когда очнулась, Твайлайт уже без них была.

— Думаешь, поможет? — уточнил второй фестрал, переводя взгляд с младшего стража на принцессу и обратно.

— Попытка не пытка. Вот только с размерами придётся повозиться.

Где-то через полчаса на Твайлайт всё же смогли подогнать и закрепить доспехи и даже активировать их. Рарити же за это время несколько раз накладывала на принцессу лечащие заклинания.

— А… Что? От…отпустите, — подала та признаки жизни почти сразу после того как защиту доспехов активировали.

— Влад! Влад, ты меня понимаешь? — Флаттершай несколько раз чувствительно встряхнула поняшу.

— Леди, с вами всё в порядке? — озабоченно спросил страж.

— Так, все вопросы потом. Сейчас этого мага недоделанного надо вернуть в реальность, — бросила жёлтая пегаска, продолжая своё дело.

— О, Флаттершай… — Твайлайт, наконец, открыла глаза.

— Да ты не на меня смотри, ты туда смотри! Сможешь сказать, что это такое?

Глаза принцессы собрались в кучку, она пару раз мигнула и сфокусировала взгляд на чёрной сфере.

— Большая…

— Я вижу, что большая. Дальше что?

— Надо проверить, убедиться… — Влад в теле Твайлайт наконец-то смог кое-как подняться на ноги.

— Считай, уже убедились, вон тот, — пегаска показала копытцем на лежащего без сознания фестрала, — полез в этот шарик с криком: «Луна, я иду к тебе!».

— Флатти, так ведь не так он кричал, — вмешалась подлетевшая поближе Рейнбоу.

— Да какая разница! Луна гарантированно там, внутри. Да стой же ты! — жёлтой пегаске пришлось снова ловить потерявшего равновесия аликорна. — Ну всё, сам напросился.

Флаттершай обхватила мордочку Твайлайт и, внимательно смотря ей в глаза, проговорила слегка вибрирующим голосом:

— Как. Освободить. Принцесс?

— Э-э-э, Флаттершай, дорогуша, думаешь, подействует? — решила уточнить Рарити, узнавшая характерный «взгляд» пегаски.

— А, что? — спросила та, повернув голову к белой единорожке, так и не выпустив голову Твайлайт из копытец.

— Ну она всё же аликорн?..

— Здесь нарушена мировая гармония и насильно насажен иной порядок, — кристально чистым голосом проговорила принцесса, вырываясь из хватки желтой пегаски и поднимаясь на ноги. — Искажение… крайне неприятное, но стабильное. Надо исправить… — продолжила она же. — Посторонние? — Аликорн внимательно осмотрела стражей. — Здесь не нужны, вероятность помехи, — всполох силы, возникший по завершению фразы, вышвырнул фестралов в коридор.

— Ой, сейчас что-то будет. Пинки-чувство проснулось!

— Помолчи, хаотический компонент понадобится, но не сейчас, — возникшая перед розовой понькой принцесса наложила на неё какое-то заклинание, заставившее ту замолчать.

Снова переместившись, на этот раз поближе к сфере, Твайлайт выжгла на камне пола огромную гексаграмму, в центре которой и оказался аномальный шар. После чего, встав на одной из вершин глифа, перенесла остальных пони к другим вершинам. Через пару мгновений пространство затопила ярчайшая вспышка света.

* * *

Очередное пробуждение назвал бы приятным только самый закоренелый оптимист. Казалось, в организме ныли все до единой мышцы, а на любую попытку движения судороги прокатывались по всему телу. Открытые с энной попытки глаза тоже подводили, категорически отказываясь фокусироваться на чём-либо — картинка мало того что двоилась, так ещё и через раз становилась мутной, как будто смотришь через матовое стекло. Одно можно было сказать точно: вокруг меня находится что-то тёмное, а вот где-то впереди есть очень яркое пятно.

В памяти чётко отложились последние моменты перед потерей сознания. Яркая сильная эйфория, охватившая меня, и безумный полёт над гранью пирамиды. Дальше темнота и лишь какие-то смутные образы чего-то большого и тёмного. Неужели я умудрился так сильно разбиться? Хотя высота большая, и скорость можно было набрать изрядную. Пинки! Она же была у меня на спине! Снова неудачно дёрнувшись, упал, по-видимому, на пол, явно с какой-то лежанки или носилок, нормальная кровать была бы повыше. На звук падения отреагировали, послышались шаги, затем шелест отодвигаемой ткани, и вокруг стало значительно ярче. Я попытался всё же разглядеть вошедшего, но из-за ставшего слишком ярким света картинка расплылась ещё сильнее.

— Uwar rana! Mahaifiyar da watã! Ta farka[1], — раздался поблизости детский голосок, мальчик или девочка, так сразу и не скажешь.

— Zauna a nan. Ina gudu zuwa ga tara su[2], — ответила ему уже явно молодая девушка. В помещении, теперь я в этом уверен точно, снова стало темнее. А судя по дробному топоту, кто-то куда-то побежал, причём быстро. Ну, будем надеяться, что за врачом.

Минут через пять по субъективным ощущениям в помещение вошли двое, судя по оттенкам, кто-то светлый и тёмный, а нет, ещё одна тёмная тень была у них под ногами.

— Ta farka kuma ya fadi. Ba mu taba shi, kamar yadda ka ce, da zarar ka kira[3], — сказал всё тот же девичий голос, ещё бы знать, на каком это языке.

— Ka yi duk abin da dama. Run yaro, dõmin ka yi gargaɗi game da kaka gaya cewa yamma muna son magana da ita[4], — ответила ребёнку одна из вошедших. Вот это голос: глубокий, мягкий, грудной, он, казалось, обволакивал сознание и уносил все тревоги прочь.

— Kamar yadda ka ce, mai haske uwa[5]. — Ага, судя по топоту, курьера отпустили или снова куда-то послали.

— И что мы будем с ним делать, сестра?

— Только давай без драматического надрыва, как в прошлый раз, — так, в диалог вступила вторая из вошедших. В голосе её, более резком и «громком», что ли, явственно прослеживались властные нотки.

— О чём ты?

— О том, как ты меня в ссылку отправляла! Решилась? Делай, а не разводи слёзы на ровном месте. Я же могла и снова вырваться, а сил на продолжение сражения у тебя тогда уже не было.

Кажется, я начинаю догадываться, кто это сейчас стоит здесь. И это не есть хорошо, если они тут, то почему мы не вернулись обратно? Нет, я понимаю, что изначальное предположение было целиком ничем не подтверждённой теорией, но в неё укладывались все странности и нелогичные моменты. Я попытался, так сказать, начать диалог, но из горла вырвались только странный писк и хрип. В тот же момент чувство равновесия меня оставило, и я понял, что вишу в воздухе, ан нет — уже не вишу, а лежу на чём-то мягком.

— Но я не могла вот так взять и отправить тебя туда. Я до последнего надеялась, что смогу справиться с твоим безумием.

— Угу, но даже тысячелетие ссылки нам не помогло. Но сейчас не об этом.

— Я ужасно не хочу это делать, он всё же спас нас…

— Его, кстати, зовут Владислав или Влад, там, правда, ещё несколько имён проскакивали, но так и не поняла, как их правильно интерпретировать.

— Откуда?

— Пока ты общалась с племенем, я заглянула в разум Твайлайт. Кстати, ты в курсе, что их память частично смешалась? Теперь тебе будет сложнее манипулировать фиолетовой «крохой». Память чужого мира поможет ей очень быстро повзрослеть…

— Ох, думаю, нам придётся с ней о многом поговорить. Но мы опять отвлеклись. Влад опасен, и он уже почувствовал вкус этой силы, от неё добровольно не отказываются… Ты же помнишь, что случилось со Старсвирлом? Если бы не помощь матери, он бы уничтожил сначала нас, а потом и весь мир. И это случилось с умудрённым и опытным единорогом. Влад по сравнению с ним — младенец.

— Для начала, Старсвирл, кем бы он ни стал, изначально даже не единорог, а земнопони. Ты же знаешь их высокую чувствительность к ментальной магии. И он был частью этого мира…

— К чему ты клонишь?

— Влад чужак, как и та сила, с которой ему придётся совладать.

— Это не аргумент.

— Я не закончила. Пришелец из другого мира, к тому же не чуждый магии и имеет достаточно стабильное ядро личности. В противном случае он бы не пережил опьянения силой.

— И всё же…

— Сестра, нас же теперь четверо, да к тому же мир обрёл Элементы Гармонии, если что, мы справимся с безумцем.

Раздался тяжёлый вздох.

— Сестра, пойми, миру нужен подобный хранитель, иначе новое воплощение Найтмер будет лишь вопросом времени.

— Ладно, уговорила. Но учти — при первых же признаках подступающего безумия мы должны будем избавиться от него.

— Несомненно. Думаю, я возьму его в ученики… И не надо на меня так смотреть! У тебя, сестрёнка, уже есть ученица и целый выводок чиновников, так что вешать на тебя ещё одну обузу будет кощунством.

— Уверена, что справишься?

— Ну совсем уж за жеребёнка меня не держи! Мой орден, между прочим, даже без меня просуществовал целую тысячу лет, и причём увеличил свою численность.

— Ох, будь по-твоему, но чувствует моё сердце, что случится… Кстати, а что будем делать с его текущим состоянием?

— А ничего. И не надо на меня так смотреть. Если справится с тем, что ему предстоит — облик уже не будет иметь решающего значения, а не справиться — его это уже не будет волновать.

— Сестра, нельзя же так!

— Только так и можно, — резко отрезал второй голос.

— Mother rana! Game da kaka ne shirye ka sadu da kai a faɗuwar rana[6]. — Такой интересный диалог — я даже дышать забывал, слушая — прервал всё тот же детский голос.

— Kyau. A kai ni gidan dattawa[7]. Луна, и всё же?

— Беги уже, солнцекрупая, решай политические вопросы, а я позабочусь об остальном.

— Ну, хоть снова начала шутить, а я уже боялась, что ты никогда не станешь прежней.

— И не мечтай, Селестия! Всё-всё идите, мне надо заняться подоп… то есть, пациентом.

После того как затихли шаги уходивших поней, у меня над самым ухом раздался тихий вкрадчивый голос принцессы:

— Ну что, дорогой, нас с тобой ждут весёлые деньки, но пока надо привести тебя в форму. Теперь спи, набирайся сил… — И я уснул, неспособный противостоять гипнотическому голосу Луны.

Конец первой части

* * *

[1] — Мать солнце! Мать луна! Она проснулась. (здесь и далее — яз. хауса (Google translate))

[2] — Стой здесь. Я сбегаю, позову их.

[3] — Она очнулась и упала. Мы не стали её трогать, как вы говорили, сразу вас позвали.

[4] — Вы всё сделали правильно. Беги дитя, предупреди прабабушку, скажи что вечером мы хотели бы с ней поговорить.

[5] — Как скажете, светлая мать.

[6] — Мать солнце! Прабабушка будет готова ко встречи с вами на закате.

[7] — Прекрасно. Проводите меня к дому старейшины.

## Глава 7. Если ты пони, то это надолго

Глава, в которой герой заново начинает знакомиться с собой и окружающим миром.

Обычно говорят: «утро добрым не бывает», и чаще всего говорящие так абсолютно правы. Сегодняшнее пробуждение было на удивление мирным поначалу — отвернувшись от разбудившего меня солнечного луча, я попытался привычно потянуться, упёршись ладонями в стену. Однако, повозившись, я так и не нашёл привычного упора, ну да ладно, надо вставать. На работу я явно проспал, да и Спайк наверняка опять не завтракал… Спайк! Поняши!

Воспоминания нахлынули волной, заставляя подхватиться и куда-то бежать — что было очень некстати, потому как, окончательно запутавшись в огромном одеяле, я свалился с кровати, причём довольно высокой — падать было больно. Моё барахтанье в попытках выбраться из плена прервал весьма мелодичный смех.

— Зря Селестия беспокоилась, так активно барахтаться больной не сможет.

А ведь голос-то знакомый… Перестав дёргаться, я наконец-то смог высвободить из одеяльного плена голову и руку. А нет, не руку, реальность оказалась более суровой. Из белоснежного одеяла торчало милое копытце, продолжавшееся не менее изящной ножкой, покрытой антрацитово-чёрной шёрсткой, явно принадлежавшей мне. Дальнейшая ревизия показала, что и все остальные части тела на месте: уши дёргаются, хвост тоже. И судя по уже привычным ощущениям и отсутствию крыльев — я нахожусь в теле единорожки. Вздохнув ещё раз, всё-таки повернул голову к находящейся в комнате пони. Точнее, к аликорну, а ещё точнее — к Принцессе Луне. Именно так, с большой буквы, не больше и не меньше. Ведь даже память Твайлайт, достаточно близко общавшейся с принцессами, не передавала полностью тех ощущений, которые вызывала принцесса, просто находясь рядом. Буквально всем нутром чувствуешь — возле тебя находится существо, которое неизмеримо старше и сильнее. Самая близкая аналогия — как будто находишься рядом с мощным высоковольтным трансформатором, только напряжение здесь метафизического плана. Привыкнуть можно, но забыть это чувство не получится никогда.

— Э… Доброе утро, ваше величество. Простите, не могу поприветствовать Вас как положено… — хм, а голос-то мой очень похож на… Мою мысль прервала принцесса, повалившаяся от смеха на кровать.

— Ой, не могу!.. Такая забавная, — сквозь смех выдавила из себя принцесса. Перевернувшись на живот, она подползла к краю кровати и, смотря на меня сверху, продолжила. — Кстати, правильнее будет ко мне обращаться «ваше высочество», официально я всё-таки принцесса, как и Селестия. Да, не вздумай называть её королевой, она этого не любит, и я тоже. Слишком печальные воспоминания связаны у неё с этим титулом. Хотя и я тогда поступила не лучшим образом…

— Ваше выс…

— Луна, просто Луна, когда наедине, можешь звать меня так. Как-никак ты мой первый ученик, ну, точнее, первая моя ученица за последнюю тысячу лет, — снова улыбнулась Луна явно в ответ на гримасу, пробежавшую по моему лицу. Нет, я ничего не имею против местных кобылок, но тело жеребца было бы как-то роднее, что ли. Ладно, в сторону рефлексию, сейчас главное убедиться, что из-за меня никто больше не пострадал.

— Принцесса, а остальные мои спутники?

— Да не волнуйся ты так, все целы и здоровы. Это только с тобой я и Селестия почти целую неделю провозились. Ты, Владислав, с такой настойчивостью пытался уйти за грань, но мы не могли позволить так бездарно погибнуть нашему спасителю.

— А Флаттершай, то есть та, что была в её теле? Как она? Да и я сейчас чьё-то тело занимаю — с этим проблем не будет?

— Флаттершай с её близняшкой Марией сейчас в Понивиле вместе с остальными кобылками. Насчёт тела не беспокойся, у тебя теперь есть своё собственное… Кстати, я когда увидела тот глиф в храме, чуть тебя окончательно не прибила, одна малейшая ошибка — и там бы всё прахом рассыпалось. Но не будем об этом сейчас, придёшь в себя, потом проведём разбор, — принцесса хмыкнула, — полётов.

— В каком храме?.. Хотя… — в памяти всплыли какие-то обрывки: огромный тёмный зал, кобылки и почему-то побитый страж. И последнее чётко отложившееся воспоминание — пронзительный взгляд Флаттершай.

— Так-так-так, а вот это нехорошо, — скорее для себя пробормотала Луна, телекинезом поднимая меня в воздух и выпутывая из одеяла, — давай-ка ещё раз посмотрим…

— Э… Принцесса, вы не могли бы опустить меня на пол? — осторожно спросил я через несколько минут бултыхания в воздухе. Взгляд Луны снова сфокусировался на мне.

— Ах да, прости, задумалась, — аликорн развернула меня копытами к земле и поставила перед ростовым зеркалом, висевшим напротив кровати. — В общем, привыкай пока к новому телу, скоро сюда придут мои фрейлины и помогут тебе привести себя в порядок. Там и Селестия освободится от своих архиважных государственных забот. Я пока в библиотеке посижу, надо всё же разобраться с тем, что случилось с твоей памятью. Да, Владислав, сам понимаешь, не стоит придавать огласке все подробности произошедших событий. Для всех остальных пони ты — моя ученица, которую мы с Селестией нашли на диких равнинах Зебрики, и зовут тебя Найтфол Мист.

— П-почему?.. — только и смог выдавить я, поняв, что это имя удивительным образом гармонирует с моей сутью, что оно действительно моё…

— Я так решила, — Луна показала мне язык и быстро покинула комнату, прикрыв за собой дверь.

Ну вот, без меня меня женили, точнее переименовали. И что самое страшное, мне новое имя нравится.

Вздохнув, переключил внимание на отражение в зеркале. Из него на меня смотрела чёрно-белая копия Твайлайт, какой она была до превращения в аликорна. Отличия только в цвете: антрацитово-чёрная шубка, темно-серые грива и хвост с ярко-белой прядью и зелёные глаза. Хотя нет, рог цвета кости темно-серого оттенка, что странно. Если это тело было создано недавно, то по идее главная гордость единорога должна быть похожа на панты северных оленей — покрыта тонкой кожей с короткой шёрсткой. И только если единорог активно и долго занимается магией, этот чехол начинает отмирать, а сама костная ткань замещается частично материализованной аурой. Покрутившись пару минут перед зеркалом, всячески себя рассматривая на предмет чего-либо необычного, всё же обратил внимание на достаточно важную для поней деталь, упущенную мной. На моём крупе отсутствовала характерная понячья метка. Или мутантам-попаданцам она не положена? С другой стороны, это косвенно подтверждает, что это тело, скажем так, никому не принадлежало. Что порождает другой вопрос: а откуда тогда оно взялось?

Опёршись передними копытцами о зеркальную поверхность и уставившись в глаза собственному отражению, попытался привести мысли в порядок. Хотя как это сделаешь, когда каждый новый вопрос порождает ещё один, а то и два? Взять то же отражение, ведь я сейчас чётко ассоциирую себя с ним, как и с именем. Милая понячья мордочка, строящая гримасы зеркалу, моя родная и никакого отторжения она не вызывает. Наоборот, при попытках вспомнить свой человеческий облик получался лишь какой-то расплывчатый образ, почти лишённый деталей.

— Ну, Найтфол, — не удержавшись, фыркнул, — что ты будешь делать теперь?

— Я бы порекомендовала для начала привести хвост и гриву в порядок. — От неожиданности я дёрнулся, попытался отстраниться от зеркала и, не удержав равновесия, упал на спину. Надо же, настолько ушёл в себя, что не заметил вошедших в комнату пони.

— Да-да, — подтвердила вторая понька-единорожка, подойдя ко мне, — да и копытца не мешало бы отполировать, — продолжила она, придирчиво осмотрев мои смотрящие в потолок конечности.

Н-да, кого ещё могла прислать Луна, как не уже знакомых мне фрейлин?

— Давай, дорогуша, вставай, пол жёсткий, холодный и неудобный, — улыбнулась земная понька.

— А времени у нас мало, — единорожка подхватила меня телекинезом и поставила на ноги. Да сегодня просто день полётов… Ладно, надо хотя бы что-то ответить, нельзя подрывать авторитет Луны.

— Ну простите, Зебрика — дикое место, не додумались там ещё до салонов красоты. Да и мне, наверное, только причесаться надо…

— Что значит «причесаться»?! — земная пони чуть не поперхнулась от возмущения. — Шёрстка пыльная вся, вместо гривы не пойми что! Да нас леди Луна… не знаю, что сделает, если её ученица будет выглядеть неподобающим образом!

— Ученица?

— Ага, леди Луна нам по большому секрету рассказала, куда и зачем они с леди Селестией летали, — ответила единорожка из-за двери, предположительно ведущей в ванную комнату.

— То есть уже весь замок, а то и Кантерлот знает?.. — решил уточнить я, предчувствуя худшее, но мои опасения не оправдались.

— Нет-нет, что ты, дорогуша, — всплеснула копытцами земная поняша. — Мы не эти сплетницы из солнечного крыла. Раз леди Луна сказала, что это пока секрет, значит, будем молчать. Слышала, Файc, и, не дай Луна, растреплешь обо всём этой балаболке Рокси!

— Да-да, Эрия, я всё слышала, буду молчать как могила, ты же меня знаешь, — ответила единорожка, высунув голову из ванной. — Ну где вы там? У меня уже всё готово.

За следующие полчаса меня несколько раз выкупали, вычесали, отполировали копытца, и даже для рога нашёлся какой-то состав. В общем, жуть и тихий ужас, но было видно, что поньки заняты своим любимым делом. Они и дальше бы продолжили свои косметические ритуалы, но в комнату заявились гвардеец со стражем и в категорической форме потребовали от меня проследовать за ними. Пришлось извиняться перед фрейлинами Луны и отправиться вместе с провожатыми.

В коридоре меня взяли в аккуратные клещи и повели по замку. Как оказалось, комната, в которой я очнулся, находилась на нижних уровнях башни Луны. Мы спустились на первый уровень замка, прошли мимо тронного зала в сторону башни Селестии, но вместо того чтобы подняться наверх свернули в неприметный тупичок и начали спускаться на подземные уровни. Проплутав немного по пустым коридорам и, в отличие от верхних этажей, не встретив вообще ни души, мы, наконец, остановились перед монументально выглядящими двустворчатыми дверьми. Растительный орнамент, покрывавший двери, сплетался в схематичное изображение принцесс: на левой створке Луна, обнимающая ночное светило, на правой — Селестия, державшая Солнце над головой на вытянутых копытцах. Гвардеец и страж тут же заняли места почётного караула, каждый со своей стороны от двери. Я уже было хотел спросить, а что дальше-то? Но голос Луны, раздавшийся в голове и пригласивший заходить, а не топтаться на пороге, развеял мои сомнения.

Створки дверей распахнулись сами, стоило мне только подойти поближе, и тут же захлопнулись, чуть не прищемив хвост, как только я вошёл внутрь. Что можно сказать — это помещение на схемах точно должно называться малым тронным залом. Подземное расположение, видимо, накладывало свои ограничения на размеры, но вот оформление… Пол был вымощен чёрным и белым камнем, очень похожим на полированный мрамор, только с золотыми прожилками, образующими сложный узор. Покрытые растительным орнаментом стены, витражи-светильники, имитирующие дневной свет, и два трона на другом конце зала, на которых восседали, по-другому и не скажешь, принцессы.

Однако всё меркло перед давящим ощущением силы, исходящей от солнечной принцессы. Белоснежный аликорн, значительно крупнее своей тоже немаленькой сестры, производил незабываемое впечатление. Так вот ты какая на самом деле — принцесса Селестия. Твайлайт явно не была знакома с этой ипостасью своей наставницы. Во всяком случае, её образ — всеобщей матери, почерпнутый из памяти Спаркл, явно не вязался с тем, что я видел сейчас. На троне сидела… да какая к лешему принцесса — Императрица, именно так, с большой буквы, и она точно знала меру своей власти в этом мире.

— Дитя, подойди к нам, — голос Селестии заставил меня вынырнуть из созерцательной нирваны. Упс, кажется, я довольно долго простоял, глазея на принцесс.

— Ваше величество, — сказал я, остановившись за несколько шагов до тронного возвышения, церемониальный поклон тело исполнило просто на не пойми откуда взявшихся рефлексах.

— Сестра моя, ты объяснила ситуацию Владиславу? — обратилась она к Луне.

— Нет, я решила, что мы это сделаем вместе. И вообще, может, хватит изображать из себя «владычицу мира»? — ответила ей Луна, под конец явно пытаясь кого-то спародировать.

— Он должен полностью осознать, в каком положении оказался, — отрезала солнечная принцесса.

— Ваше высочество, тогда мне бы очень хотелось узнать об этом «положении». Ведь судя по тому, что я всё ещё здесь, моё изначальное предположение о том, что послужило поводом к нашему перемещению, оказалось неверным, — сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Тогда внемли мне… — начала было Селестия, но её прервала Луна:

— Сестра, да брось ты! В нашей паре мне положено придерживаться старых традиций. Я была в сознании Влада и видела сны о том мире, из которого пришёл он с Марией. Уверяю тебя, ты уже заставила его проникнуться важностью момента, — повернувшись ко мне, она продолжила: — Владислав, вы стали жертвами обстоятельств, хотя именно ты всё же косвенно виноват в произошедшем.

— В чём я, например, совершенно не уверена, — Селестия неуловимо изменилась, куда-то пропала аура власти, витавшая вокруг неё всё это время, вот теперь она похожа на ту наставницу, что знает Твайлайт, — поэтому учти, я буду следить за твоими ответами, и если попытаешься соврать — пеняй на себя.

— Как скажете, ваше высочество. Однако я не представляю, как мог повлиять или поучаствовать в вашем пленении.

— Ну, здесь как раз твоей вины нет, а вот условия для вашего перемещения создал именно ты.

— Я? Но ведь…

В памяти с трудом всплывали последние земные воспоминания. Где я уснул? Точно не у себя в кровати. Я куда-то ехал? Ну точно, поезд! Я пытался уснуть под окружающий галдёж и начал одну из неопробованных медитативных техник, простой и в то же время достаточно логичный метод. И всё, дальше я проснулся уже в этом мире.

— О, вижу, ты вспомнил, — голос Луны вырвал меня из воспоминаний.

— Но ведь я сотни раз использовал разные техники и приёмы, и никакого эффекта чаще всего не было, а тот что был, был скорее результатом самовнушения. И почему тогда то же самое случилось с Марией?

— На этот вопрос одновременно и просто, и сложно ответить. Ритуал подобный тому, что ты пытался выполнить и, кстати, выполнил почти идеально, использовали древние единороги-шаманы, чтобы попасть в мир духов. Он бесполезен, если у тебя нет достаточно энергонасыщенной ауры или внешнего источника силы.

— Но в моём мире нет магии.

— В нашем случае это не важно, — продолжила пояснение Селестия, от её взгляда у меня по загривку пробежался табун мурашек. — Важно то, что в нужный момент ты получил энергии даже больше, чем нужно было. Из-за этого тебя просто выкинуло в межмировое пространство. Обычно естественная защита организма не даёт так легко покинуть тело, но напор силы, скорее всего, был очень мощным, и тебя из него просто вырвало, а попытка остаться в своём мире, уцепившись за ближайшего к тебе человека, тоже не удалась, его, а точнее её — Марию — утянуло следом за тобой.

— А вот дальше началось самое интересное, — Луна подхватила нить повествования. — Вы смогли выжить потому, что оба имели более чем стабильные ядра разума, а ты вдобавок ещё и немного приучил себя к такого рода экспериментам. Поэтому вы не только не растворились в великом потоке, но и не привлекли внимания местных обитателей, очень неприятных по большей части существ, для которых такая парочка была бы лакомой закуской. Благодаря этому ваш тандем продержался достаточно долго, чтобы вас зацепил эгрегор нашего мира, повреждённый в тот момент, когда нас с Селестией и остальными кобылками затянуло в пространственный пузырь.

— Природа не терпит пустоты… — ошарашенно протянул я.

— Очень хорошая фраза, достаточно хорошо отражающая суть произошедших процессов, — согласилась со мной Селестия. — И если нас с Луной запечатало полностью, то Твайлайт и Флаттершай лишились только ментальной составляющей, и ты, Владислав, с Марией заполнили лакуну, как наиболее подходящие и легкодоступные заменители, оторванные от своего мира и оболочек.

Пока я пытался переварить сказанное принцессами, Селестия обратилась к Луне:

— Скажи мне, сестра, откуда ты знаешь такие подробности о междумирье? Ведь ещё Лорен предупреждала: тебе не стоит даже пытаться проникнуть в изнанку миров! Сама суть твоих способностей делает тебя уязвимой перед иными существами!

— А что мне ещё было делать на луне, а?! В междумирье Найтмер не могла на меня влиять, так что я, как только освобождалась от её внимания, ныряла в поток и держалась там сколько могла. И кстати, теперь я знаю о нём побольше тебя, сестрица. Да и не все сущности там агрессивны, с некоторыми вполне можно пообщаться, а то и почерпнуть много нового. Одни беседы с Архитектором уже заставили во многом пересмотреть мои знания о вселенной…

— Луна!

— Я за неё, — ответила принцесса, задорно подмигнула мне.

— Но это же очень опасно!

— Конечно опасно, но я должна была исправить свои ошибки. Как ты думаешь, почему Найтмер не свела с ума твою любимую ученицу и её друзей? И вообще, вернулась в мир именно в тот момент, когда наши поданные максимально защищены от влияния потустороннего благодаря следованию древним традициям?

— Ты смогла одолеть её?! — Селестия явно была ошарашена, даже проблема в моем лице отошла на второй план.

— Нет, к сожалению, победить и подчинить себе эту сущность не смогу ни я, ни ты. Однако я научилась внушать ей мысли и частично контролировать настроение.

Кажется, я сейчас увидел то, что мне могут не простить — ошарашенную солнечную принцессу. Крылья, судя по всему, непроизвольно хлопнули, раскрываясь во всю ширь и опять складываясь, по эфемерным гриве и хвосту как будто прошли волны, оставляющие после себя вихри «циклонов», медленно тающих в перламутровом сиянии.

— Да-да, моя дорогая сестрица. В памяти Владислава я подсмотрела очень интересное выражение: всё, что ни делается, всё к лучшему. Заключение на луне позволило мне окончательно понять суть моей силы и моё предназначение. Лорен была права, тогда я бы сразу же потерялась в потоке, но опыт пребывания на луне в такой приятной компании сказался крайне положительно на устойчивости моего разума. Так что, дорогая моя Селестия, — Луна явно подразнила солнечную принцессу, — ученица мне нужна так же, как и тебе. И лучшей кандидатуры, чем Найтфол я сейчас не вижу.

— Кхм! — я решил всё же привлечь к себе внимание, пока не услышал ещё больше деталей, о которых мне, возможно, знать не следует. — Ваши величества, а ничего, что я всё ещё здесь?

— Думаю, это даже хорошо, чем лучше ты будешь знать нас, тем проще будет принять и понять некоторые вещи, — ответила Луна, проигнорировав возмущённо фыркнувшую Селестию.

— Луна, мы же решили…

— Да-да, я помню. Некоторые вещи ты всё же должна понять сама.

— Брр, — помотал я головой и беззастенчиво плюхнулся на круп прямо там, где стоял, — пока я мало что понимаю, — чем вызвал лишь недовольный взгляд солнечной принцессы и улыбку лунной. — Может, мы для начала определимся — я Найтфол или всё же Владислав?

— Очень хороший вопрос, а главное — актуальный. Селестия, дорогая, давай мы свои проблемы обсудим чуть позже? Тем более мы так и не поблагодарили Владислава за столь оперативно проведённую спасательную операцию, предотвратившего весь тот хаос, который мог возникнуть из-за свар между старшими семьями.

— Луна, если ты думала отвертеться от серьёзного разговора, то ты ошиблась… — шикнула на сестру Селестия.

— Ну-у, здесь я скорее действовал в собственных интересах… — памятуя о предупреждении солнечной принцессы, я решил быть предельно откровенным.

— Возможно, но это не отменяет того факта, что ты быстро и оперативно поставил на место зарвавшихся чинуш и провёл хоть и крайне опасный, но действенный ритуал, позволивший нам выбраться из ловушки. К сожалению, мои стражи не имеют достаточного влияния при дворе, а гвардию Селестия превратила в аморфное образование — подстилку под старшими семьями.

— Луна!

— Что — «Луна»? Ты же сама видела, что тут творилось после нашего исчезновения. В общем, знай, Найтфол, мы в неоплатном долгу перед тобой. Та ловушка была слишком хорошо продумана. Мы бы выбрались из неё и сами, но сколько бы это заняло времени?.. Боюсь, Эквестрия как таковая уже бы перестала существовать к тому моменту.

— Думаю, каждый разумный поступил бы так же на моём месте…

— Ох, далеко не каждый… Далеко, — вздохнула солнечная принцесса. — Поверь моему опыту.

— В любом случае ситуация хотя бы для вашего мира разрешилась благополучно, что само по себе хорошо.

— И здесь ты тоже не совсем прав, — прокомментировала на этот раз Луна.

— Я всё-таки где-то сильно напортачил?

— На самом деле, нет. В данных обстоятельствах всё получилось почти идеально. Вот только ты лишь отсрочил наши проблемы. Сила, из-за которой они начались, лишь отброшена, но не уничтожена. Но сейчас, я думаю, тебя больше волнуют другие вопросы…

— Кто я такая? — фраза слетела с языка абсолютно рефлекторно, раньше, чем я осознал сказанное. Неужели пребывание в чужом теле так сильно может сказаться на психике? По спине снова пробежал табун мурашек. — Или такой?

— Ох, ты вся дрожишь, — Луна подтянула меня к себе телекинезом и, усадив рядом с собой, прикрыла крылом. — Видишь, Селестия, я же говорила, что сейчас бесполезно на неё давить, Найтфол ещё не полностью восстановилась.

— Луна!

— Я за неё. Да и вообще, она моя ученица, что хочу, то и делаю, — лица принцессы я не видел, но хвост бы дал на отсечение, она показала Селестии язык. — Владислав, Найтфол, сейчас попытайся осознать то, что я тебе расскажу. Произошедшее с вами бывает настолько редко, что даже у нас с Селестией нет полностью верных ответов.

Заметив, что я все-таки смог унять дрожь, Луна продолжила:

— С высокой долей вероятности, когда вы освободили нас, сознания Твайлайт и Флаттершай вернулись на свои места, как имеющие всё же более сильную связь с этим миром. Однако вы сюда попали не случайно, а заняв недостающие места в гармонии мира. В итоге получился очень интересный эффект. Вас с Марией выдавило из мира по самому простому пути — связи с вашими старыми телами, но вы уже были достаточно сильно связаны с эгрегором нашего мира и в момент перехода стали частью другого колеса перерождений. Думаю, тебе знакомо такое понятие как реинкарнация?

Я лишь слабо кивнул в ответ.

— Ну так вот, вы с Марией одновременно переродились в этом мире и вернулись в свои тела.

— Но я же…

— Дальше произошло ещё одно уже не слишком приятное событие. Вы были едины в этот момент: Ты и Твайлайт, Мария и Флаттершай, найти связь душ теснее — сложно, если вообще возможно. В итоге при возрождении ваши личности немного смешались. Ты сейчас на некоторую долю являешься Твайлайт, как и она получила кусочек твоей личности и памяти.

Знаете, впервые я попал в состояние полного всепоглощающего ступора, раз за разом пытаясь осознать то, что сейчас рассказала Луна, и понимая, что общая картина произошедшего никак не хочет укладываться в голове.

— А как же…

— Из-за той же тесной связи вновь созданные оболочки строились по наиболее подходящему для мира образцу. Так что могу тебя поздравить. В каком-то смысле ты теперь являешься сестрой-близняшкой Твайлайт, и в тоже время мы с ней являемся твоими матерями. Всё же ты в какой-то мере родилась из её и моей силы. И пускай Селестия завидует, ей-то в дочери досталась простая пегаска.

— Это ещё неизвестно, кому больше повезло, — ответила Селестия. — Мария обладает удивительным даром к бесконтактному телекинезу и уже умудрилась как-то обучить своим приёмам некоторых других пегасов и земных пони из Понивильской больницы.

— Ха, да Найтфол на голой интуиции провела сложнейший ритуал, а что если заняться её обучением? — возразила Луна.

Пока сёстры банально перемывали косточки, хвастаясь достижениями своих «подопечных», у меня было время на то, чтобы собраться с мыслями. Тем более что сейчас, когда я буквально нахожусь под крылом у Луны, единственным источником опасности может быть только сама принцесса. Так что глубокий вдох, выдох, а теперь надо взять в себя в руки… точнее, в копыта, судя по тому, что сказали принцессы, к ним придётся привыкнуть, ибо бегать на четырёх мне теперь придётся до конца жизни. С другой стороны, какой смысл дёргаться сейчас? Мне выпал абсолютно уникальный шанс прожить две жизни вместо одной, и надо им воспользоваться так, чтобы потомкам не было стыдно рассказать. Тем более кобылка из меня получилась довольно-таки симпатичная, и любой жеребец… н-да… Спокойствие, только спокойствие, привыкнуть можно ко всему. Ещё пара глубоких вдохов позволила оттеснить на периферию сознания образы семейной жизни и её последствий в новой для меня роли.

От самокопания меня отвлекла тишина, установившаяся в комнате. Осторожно выглянув из-под крыла Луны, я встретился с внимательным взглядом Селестии. Сглотнув появившийся в горле ком, я спросил принцессу:

— Ваше высочество, если я всё правильно понял, то ситуация с вашим пленением и нашим возвращением в свой мир разрешилась благополучно, а против пары дополнительных пони, появившихся в мире, вы ничего не имеете против?

— В общем и целом — да, — ответила Селестия, слегка улыбнувшись. — Наш долг заботиться о каждом пони, живущем в нашем мире, вне зависимости от его происхождения.

— Ох, тогда мне ничего другого и не остаётся, — ответил я, аккуратно выбираясь из-под крыла и снова становясь перед принцессами. Ноги всё ещё подрагивали да и общая слабость никуда не делась, но, спасибо анатомии пони, четыре конечности в такой ситуации гораздо удобнее двух.

— Принцесса Луна, для меня огромная честь быть вашей ученицей. Принцесса Селестия, я приложу все усилия для того, чтобы стать достойным подданным и полезным членом общества, — продолжил я, преклонив колени перед правительницами.

— Вот видишь, я же говорила — она сильная и сможет принять новые реалии, — сказала Луна, на миг переглянувшись с сестрой.

— Встань, дитя, — продолжила Селестия. — Да будет так. С этого момента ты являешься полноправной жительницей Эквестрии.

— Могу я задать один нескромный вопрос, ваше высочество?

— Конечно, можешь.

— Почему вы лично занялись нами? С точки зрения жителя Земли, это выглядит как минимум странно.

— Найтфол… — начала было Луна, но её остановила сестра.

— Владислав, — принцесса поднялась со своего трона и подошла ко мне вплотную. Мне пришлось задрать голову вверх, настолько она была выше остальных пони и даже своей сестры, — ты показал свою выдержку, да и благодарность для нас не пустой звук. Но знай же, ты со своей спутницей смогли стать частью этого мира. Мира, за стабильность которого я боролась тысячелетиями! И если Мария уже стала частью мировой гармонии, то ты сейчас находишься в неопределённом положении. Твои неосторожные действия могут привести к глобальным и крайне печальным событиям. Найди своё место в этом мире и гармонию с ним, найди свою судьбу. И я с радостью приму нового члена общества. Оступишься, — принцесса, наклонившись, посмотрела мне в глаза, — я тебя уничтожу, — холода в голосе Селестии хватило бы на то, чтобы заморозить океан и ещё осталось бы.

Повернувшись к Луне, она продолжила:

— Сестра, я жду тебе после захода солнца в моей комнате, нам о многом ещё предстоит поговорить, — сказав это, она покинула комнату. И только тогда я позволил себе расслабиться и просто в очередной раз растянулся на полу.

— Она слишком долго была совершенно одна… — вздохнула лунная принцесса. — Ну что, ты как там, живая? Селя в гневе, помнится, и раньше была страшна, а сейчас так и вообще. До сих пор помню того мелкого дворянчика, крупно насолившего ей, бедолага умер от разрыва сердца после подобного разговора, — продолжила она и, подойдя ко мне и подняв телекинезом, поставила на ноги.

— И снова я ничего не понял… Зачем было тогда лечить, не проще ли было сразу избавиться от возможных проблем?

— Так бы и было, если бы вы не стали частью мировой гармонии. Причём в теории то, что вы можете привнести в мир, может существенно повлиять на всех в нём живущих, и влияние это не обязательно будет положительным.

— То есть мы просто по незнанию можем сделать что-то опасное для всех или имеющее далеко идущие последствия?

— Ох, Влад, мы с сестрой десятки раз брали себе учеников и учениц, наставляли их, обучали, но все наши предыдущие попытки оканчивались крахом, несмотря на всю нашу опеку. Они сходили с ума, гибли в результате неудачных экспериментов, кто-то даже пытался свергнуть нас. Большая сила налагает и большую ответственность…

— Но ведь у Селестии всё же получилось, её ученица стала не просто сильнейшим магом, но и аликорном.

— Только потому, что жила и росла в идеальных условиях центральной Эквестрии, — покачала головой Луна, — мы не знаем, что бы она стала делать, когда бы получше узнала наш мир, в особенности жизнь в пограничье или в других странах. Именно поэтому я считаю, что твоё появление в этом мире стало большой удачей. Твоя память поможет укрепить личность и разум нашей маленькой принцессы. Но, как мне кажется, мы всё-таки нашли идеальный вариант. Селестия лишь немного опекала Твайлайт и подкидывала нужные книги. Всего остального она добилась сама благодаря своему неуёмному любопытству и страсти к экспериментам. Понимаешь, к чему я веду?

— Не совсем, но, кажется, начинаю догадываться, — осторожно ответил я.

— Мы не будем тебе мешать и помыкать. Сможешь достичь тех же высот, что и Твайлайт — честь тебе и хвала. Сойдёшь с пути, нарушив мировую гармонию — будь уверен, мы устраним угрозу самым радикальным способом.

— Звучит как вызов, ваше высочество, — усмехнувшись, ответил я, посмотрев принцессе в глаза.

— Считай, это он и есть, — сказала Луна, подталкивая меня крылом в сторону выхода. — Я подсмотрела у тебя интересную фразу: пан или пропал. Она прекрасно описывает твоё положение, хотя некая фора у тебя будет — совсем уж без поддержки не останешься. Кое-какие ресурсы и доступ в закрытую секцию библиотеки, как моя ученица, ты получишь, да и королевскую стипендию никто не отменял. А сейчас пойдём, я провожу тебя до комнаты. Считай, на ближайшие два дня твой лечащий врач, то есть я, назначила тебе строгий постельный режим — организм ещё до конца не восстановился, а тут такая встряска.

— Ну, встряска — не встряска, а ноги всё равно подрагивают.

Обратный путь занял гораздо больше времени. Мы с Луной медленно прошлись по нескольким длинным галереям, в которых вместо окон были очень красивые витражи, демонстрирующее разные исторические события и личности. Со слов принцессы, эскизы для витражей рисовала сама Селестия — это было её маленьким хобби. Прошлись по тронному залу, который в этот момент целый табунчик кобылок всех рас подготавливал к какому-то мероприятию. На мой немой вопрос Луна ответила, что скоро должен прибыть посол от одного из самых сильных грифоньих кланов, а эти «пернатые кошки», как сказала сама принцесса, любят торжественную атмосферу.

— Судя по всему, отсутствие метки у взрослой кобылки вызывает нездоровое оживление, — скорее для себя проговорил я, когда мы шли по пустому коридору башни.

— Не скажи. Да, обычно мы находим своё призвание ещё в детстве, но бывает, что процесс затягивается и случается это не настолько редко.

— Значит эти… «взгляды» были предназначены новой ученице принцессы? — предположил я.

— И опять не угадала, — улыбнулась Луна. — Ты же видела себя в зеркало? Ножки, грива, хвост, фигура, а уж какой изгиб шеи… И колер я сама подобрала. Так что готовься к осаде, — продолжила принцесса, подмигнув мне, — половина гвардейцев сочтёт своим долгом попытаться тебя охмурить, да и о пегасках из обслуги не забывай, те ещё шаловливки.

— Э… Вы шутите? — вопрос всё же прозвучал не слишком убедительно. Так как сама предполагаемая картина соблазнения не только не вызвала отторжения, но и пробудила какие-то смутные воспоминания об ощущениях удовольствия, замешанных на крайнем смущении.

— Почти. Так развлекается в основном молодёжь из незнатных семей. Старшие роды за своими отпрысками следят, дабы те не уронили семейную честь. Остальным же никто не запрещает, да и почти бесполезно это. Попробуй что-то запретить пегасьей молодёжи…

— А как же… ну, последствия?

— Ого, уже начинаешь строить такие далеко идущие планы?..

Так, считаем до десяти и не думаем о белой обезьяне. Кажется, я всё-таки покраснел, хотя под шёрсткой этого не должно быть видно, но, если судить по ехидному выражению мордочки принцессы, явно пребывающей в хорошем настроении, она всё прекрасно поняла.

— Не то чтобы планы, но во избежание эксцессов придётся ликвидировать безграмотность в этой области. Не расскажете хотя бы в общих чертах?

Однако. Похоже, мне только что удалось смутить принцессу.

— Ну не посредине же коридора такие вещи обсуждать?! И вообще, это неприлично такие вопросы задавать.

— Э, Луна, прости, но вопрос этот, в общем-то, важный, а в моем случае ещё и крайне деликатный, — да что со мной такое?

Вздохнув, принцесса подтолкнула меня телекинезом в сторону лестницы:

— Идём уже. Ты сейчас на ногах еле держишься, так что ответы немного потерпят. Я поговорю с Файс, она тебе поможет, как-никак уже двоих жеребят вырастила.

Я хотел было уточнить насколько можно будет открыться этой единорожке, но заднее копытце предательски соскользнуло со ступеньки, и я бы явно пересчитал все уже пройдённые ступени лестницы, если бы не поймавшая меня телекинезом принцесса.

— Знаешь дорогуша, постельный режим я тебе продлю, и не спорь. С учётом твоей энергетики, будь ты обычной единорожкой, уже вовсю бы бегала по дворцу, но у тебя, собственно, именно она и не восстановилась ещё. Так что пока не перестанет появляться резко накатывающая слабость, потемнение в глазах и другие симптомы, будешь соблюдать постельный режим.

Ответить я снова не смог, ибо как раз в этот момент то самое потемнение в глазах меня и настигло. Судя по всему, я на пару минут потерял сознание, а когда снова открыл глаза, оказалось, что я лежу на кровати в уже знакомой комнате.

— Вот же непоседа, — сказала принцесса, встретившись со мной взглядом. — Ну-ка давай засыпай, — голосу Луны невозможно было сопротивляться, и моё сознание благополучно отправилось в страну грёз.

## Глава 8. И снова: то же место, те же пони

Глава, в которой наш герой переезжает в новый дом, заново знакомится с жителями Понивиля и попадает под дружественный огонь.

Очередное утро началось без эксцессов — проснулся я ближе к полудню, и солнце уверенно приближалось к зениту. Несмотря на общую слабость, как-то мучительно хотелось жить и трудиться, ну и посетить комнату с белым «троном» не помешало бы. Да и желудок, раздразнённый запахами, плавающими по комнате, тонко намекал, что не отказался бы от завтрака и двойного обеда. Как оказалось, о болезной кобылке, то есть обо мне, позаботились. Столик возле окна был заставлен аппетитно пахнущими мисочками, рядом с которыми примостился большой пузатый чайник, судя по лёгкому парку, поднимающемуся из носика, ещё горячий.

Утренний моцион занял у меня немного больше времени, чем я рассчитывал. Всё же копытца, пусть и с телекинезом — это не руки, а попытки поднять им ту же расчёску или зубную щётку привели чуть ли не к потере сознания. Наверное, именно об этом меня и предупреждала Луна. Да и «копытокинез» тоже давался тяжело, приходилось отдыхать каждые пару минут, чтобы не свалиться в обморок. Зато смог внимательно себя рассмотреть со всех сторон, благо размеры зеркал в ванной позволяли, да и пока расчесал немаленьких размеров хвост и гриву, пришлось поизгибаться всячески. Местные пони всё же лишь похожи фенотипом на земных, наши лошадки так изогнуться не смогут точно.

Интересно всё же, это результат работы принцесс или просто одна из граней приспособляемости человеческой психики? Новое тело воспринималось как родное, отражение в зеркале мне, откровенно говоря, тоже понравилось — очень симпатичная кобылка. «Так недолго и нарциссизм подцепить» — подумал я, поймав себя на том, что уже минут пять сижу и разглядываю своё отражение в зеркале, встряхнулся и прогарцевал к столу.

— Ну, чем нас порадуют местные повара? — спросил я сам себя, усевшись за стол.

Порадовали они двумя большими тарелками с салатами. И если первый был классическим — просто порезанные овощи, среди которых виднелись и родные огурцы с помидорчиками, сдобренные маслом, то второй оказался очень похожим на вполне себе известный оливье с тщательно замаскированными соусом кусочками курицы. Специально даже вытащил один и разжевал, ну точно курятина, хотя на вкус воспринимается совершенно по-другому, но тут уж скорее виновато другое строение органов чувств, придётся привыкать, что поделать. К двум главным блюдам прилагались сандвичи с сыром и цветами и большой пучок сена в кляре, к которому прилагалось несколько блюдечек с разными соусами. Зажмурившись, откусил кусок бутерброда и зажевал пучком сена — вкусно, ядрёна кочерыжка, а подсознанию, привыкшему не воспринимать такие «блюда» за еду, придётся потерпеть, ибо, распробовав содержимое тарелок, остановиться уже не смог и начал методично их подчищать.

Вилку, как и зубную щётку, держать было всё ещё тяжело, так что, не мудрствуя лукаво, залез мордочкой прямо в тарелку — и проще и вкуснее. За этим занятием, которое поглотило моё внимание без остатка, меня и застала Файс.

— Ну, как малый жеребёнок! Дорогуша, тебе никто не говорил, что так делать за столом неприлично? — сказала она, подойдя к столу.

— Ну вкусно же, — попытался ответить я с набитым ртом, одновременно попробовав состроить виноватую мордашку.

— Ладно, больная, на первый раз прощаю, но от уроков этикета ты у меня не отвертишься, — пригрозила она, устраиваясь на соседнем стуле.

— Я уже большая кобылка, думаю, хватит и соответствующей литературы, — попытался отвертеться я от сомнительной участи. Слово «этикет» у меня всегда ассоциировалось с чем-то очень скучным и занудным.

— Большая она, как же, — Файс потрепала меня копытцем по гриве. — Луна мне всё рассказала, что, несмотря на то, что ты выглядишь как взрослая кобылка, на самом деле ты ещё жеребёнок. Так что никуда не денешься, будем учиться уму-разуму, а то ещё опозоришь принцессу в самый неподходящий момент.

Ну Луна, ну нехорошая принцесса, меня теперь ещё и жеребёнком считать будут… С другой стороны, это самое простое объяснение тому, что я плохо ориентируюсь в местной жизни.

— Да ладно тебе, я своих двоих сорванцов всему научила — ни разу не жаловались, — судя по всему, она по-своему восприняла ту гримасу, что я неосознанно скорчил. — Давай, милая, доедай, а я пока за кое-какими книгами схожу.

Продолжение беседы, правда, несколько затянулось, после сытного обеда меня хватило только на то, чтобы доковылять до кровати, где я снова уснул до вечера, когда меня и разбудили запахи, принесённого в комнату ужина. В этот раз меня так не срубило, и Файс смогла продемонстрировать свои педагогические таланты. И уже к заходу солнца я знал всё, что должна знать уважающая себя кобылка о гигиене, этикете и продолжении рода. Рассказывала она хоть и в достаточно обтекаемой форме, но подробно и обстоятельно, используя для наглядности иллюстрации из школьного учебника биологии, совмещая с простыми иллюзиями. И если с первыми двумя пунктами и так в общих чертах всё было ясно, исходя из здравого смысла и воспоминаний Твайлайт, то последний пункт действительно обогатил новыми знаниями.

Как оказалось, овуляция у пони случалась от одного до шести-семи раз в год в зависимости от множества факторов. У пегасов и земных поняш обычно чаще, чем у единорожек, причём чем сильнее в магическом плане кобылка-единорог была, тем реже она случалась. Кобылка обычно чувствует приближение овуляции где-то за три-четыре дня, и длится «охота» около недели.

В такие дни кобылка более возбудима, чем в обычное время, и, главное, у неё меняется запах, на что реагируют все жеребцы в окрестности вне зависимости от возраста. Так что поньки, у которых нет постоянного партнёра, в такие дни обычно собираются в укромном месте с подругами. Тем более что циклы у поней часто синхронизируются, особенно если они живут этаким маленьким табунчиком. Кто посмелее, затариваются средствами контрацепции, в основном производства местных алхимиков, и ищут приключений кто где. Особенно этим отличаются молодые пегаски, которые могут собраться в небольшую стаю и отловить где-нибудь незадачливого жеребца.

Если же случайно или намеренно кобылка всё же забеременела, то роды будут через восемь-одиннадцать месяцев в зависимости от расы пони. Быстрее всего разрожались пегаски, укладываясь иногда даже в семь месяцев, затем шли земные пони, беременность у которых длилась восемь-девять месяцев, ну и замыкали единорожки — до одиннадцати месяцев беременности. Однако это был показатель магической силы жеребёнка: чем дольше длилась беременность, тем сильнее в магическом плане он мог стать. Точной корреляции тут не было, скорее это была народная примета, но пони неоднократно встречали тому подтверждения. Такой большой разброс в средних показателях оказывается ещё и потому, что длительность беременности сильно варьируется, если раса жеребёнка отлична от расы матери, и ещё сильнее, если она отлична от расы обоих родителей. Вполне возможно событие, когда, например, в семье земных пони рождался пегас, или у двух единорогов вполне мог родиться жеребёнок земной пони, а уж если пара принадлежит к разным расам, то даже лучшие акушеры не брались делать предсказания о том, кто может родиться и в какие сроки.

Слушать Файс было интересно, но усталость всё же взяла своё. Это заметила единорожка и решила на сегодня закругляться. Видя, что я слабо реагирую на окружающий мир, она пролевитировала меня в ванну, помогла совершить вечерний моцион, а как меня уложили в кровать уже не помню, всё же уснул по дороге.

Таким же образом прошли следующие два дня, моё состояние постепенно улучшалось, тянущая усталость уходила. Наутро четвёртого дня я уже бодро вскочил с постели вместе с восходом солнца, с трудом подавив желание выскочить из замка и побегать-поваляться на зелёной парковой лужайке, краешек которой был виден из окна комнаты. Пришлось ограничиться утренней гимнастикой. Утверждение «движение — это жизнь» верно не только для людей, так что часто ведущие малоактивный образ жизни единороги разработали целый комплекс упражнений для всех рас и возрастов. Им, как сказала Файс, даже пегасы не брезговали, несмотря на то, что волей-неволей ведут активный летучий образ жизни. Они, чтобы сохранять общий тонус, частенько практиковали забеги с препятствиями со связанными крыльями. Полёты — это хорошо, но развивать надо все группы мышц.

Ближе к обеду, когда я дочитывал одну из книг, что принесла мне Файс, я услышал очень знакомые голоса в коридоре, постепенно приближающиеся к моей комнате.

— Не волнуйся, Селестия одобрила моё предложение, ты уже достаточно опытная, чтобы брать себе учеников, — узнал я голос Луны.

— Но я ведь сама ещё ученица? А вдруг я не справлюсь? Или не услежу?

— Не волнуйся, одна из твоих будущих учениц тебе поможет, да и глядишь, сама чему-нибудь научит.

В этот момент дверь в комнату распахнулась, и в помещение, как я и думал, вошли два аликорна.

— Принцесса Луна, принцесса Твайлайт, — поприветствовал я вошедших кобылок. Соответствующий моменту поклон Файс заставила меня заучить, дабы не попадать в неудобные ситуации при дворе.

— Э-э… добрый день…

— Ну что ты, Твайлайт, тушуешься, смелее надо быть перед своими учениками, — подколола фиолетовую кобылку Луна.

— Но… — пробормотала та, внимательно меня осмотрела, помотала головой и снова уставилась на меня. Луна рассматривала эту пантомиму, тщательно скрывая улыбку.

— Владислав? — настороженно спросила Твай.

— Он самый собственной теперь уже понячекобылковой персоной, — улыбнувшись, ответил я.

Знаете, я ожидал чего угодно, но только не того, что меня притянут телекинезом и начнут неумело пытаться придушить копытцами, приговаривая:

— Так это из-за тебя от меня теперь пол-Кантерлота шарахается, из-за тебя?!..

— Луна! Спасайте свою ученицу, — сумел-таки прохрипеть я, когда хватка Твайлайт немного ослабла.

— Ой, да брось, пускай выпустит немного пар, — всё с той же улыбкой ответила принцесса ночи.

— Что за шум у меня во дворце, да ещё и без моего на то дозволения?

Вот теперь почти все аликорны в сборе — пока мы, скажем так, были заняты делом, в комнату вошла Селестия.

— Принцесса, — Твайлайт явно растерялась и выпустила меня из захвата, а потом, похоже, она поняла, что сейчас делала. — Ой, я… я не хотела, но он… она…

Теперь уже Твайлайт была помещена в телекинетическое поле и была спрятана под крылом Селестии. Кстати, сейчас от неё исходил ровный и мощный очень приятный поток силы, не такой, как был при прошлой встрече, когда от этой же силы хотелось зарыться в грунт и не отсвечивать.

— Это всё-таки моя вина? — спросил я у Луны.

— Что, прости?

— Ну… эмоциональная нестабильность Твайлайт.

— Скажем так, и твоя в том числе. Ей просто надо немного времени прийти в себя и заняться чем-то новым. Обычные проблемы молодого аликорна, которые наслоились на последние события. Ладно, пока Селя нянчит свою подопечную, дай-ка я тебя осмотрю, — ответила мне Луна, после чего я опять был бесцеремонно вздёрнут в воздух телекинезом.

Луна покрутила меня в воздухе перед собой, разглядывая слегка расфокусированным взглядом, судя по всему, изучала, как там дела у меня с энергетикой. Хорошо хоть на этот раз процедура прошла быстро, а то боюсь, завтрак решил бы покинуть меня и посмотреть мир.

— Как и ожидалось от моей работы, всё очень даже хорошо и идёт как надо. Где-то через месяц будешь уже совсем как новенькая, а сейчас надо начинать укреплять организм. Файс показала тебе упражнения?

— Показала, и я их уже даже начал выполнять.

— Замечательно! Так, что ещё?.. А, вот, держи.

Принцесса материализовала в воздухе небольшое кольцо с символикой в виде её кьютимарки и водрузила мне на рог.

— Считай это твоим пропуском и документами, такие раньше носили все единороги-ученики стражей до их принятия в полноправные члены. Стипендию сможешь получить или в замковом казначействе, или у мэра Понивиля. Теперь дерзай, сейчас Селестия Твайлайт в порядок приведёт, и тебе всё расскажут, — сказав это, Луна просто исчезла, однако через мгновение снова материализовалась в комнате. — Да, скажем, раз в месяц… да, раз в месяц я жду от тебя отчётов о проделанной работе. Буду их Селестии показывать, — подмигнув мне, она снова растворилась в воздухе.

Твайлайт с Селестией сейчас сидели на кровати, солнечная принцесса что-то нашёптывала ей, прикрыв ту крылом. И с лавандовым аликорном было что-то не так, это воспринималось на уровне подсознания, жаль больше не могу видеть потоки магии, можно было бы хоть понять, что не так. Хотя если подумать… Я не, мудрствуя лукаво, забрался на кровать и уселся с другой стороны от Твайлайт.

Минут через десять то ощущение неправильности прошло, подопечная солнечной принцессы перестала всхлипывать, даже визуально успокоилась.

— Принцесса Селестия, простите, я… я не знаю, что на меня нашло, — принялась извиняться она.

— Ох, не стоит извиняться. Тут, скорее, виновата я, что не предупредила тебя о возможных, скажем так, побочных эффектах, пройдёт немного времени, и ты освоишься с новыми силами, и Найтфол тебе в этом поможет.

— Принцесса, я всё ещё считаю, что не готова к такой ответственности. Я же сама ещё ученица, — возразила Твайлайт, в голосе которой снова появились панические нотки.

— Но ведь не попробуешь — не узнаешь, правда? Да и разве ты не хочешь помочь своим знакомым жеребятам из Понивиля поступить в академию?

— Но…

— Найтфол, ты же не оставишь свою сестрёнку в беде?

— После всего, что с нами произошло? Конечно, не оставлю, да и опыт предков нам поможет.

— Предков? — настороженно уточнила солнечная принцесса.

— Ага. Я из семьи потомственных преподавателей, если можно так сказать. Родители в школе в старших и младших классах ребятню учили. А бабушки с дедушками до сих пор преподают в вузе.

— Видишь, помощники будут. И не стесняйся обращаться к Чирли, у этой кобылки явный талант к преподаванию.

С этими словами принцесса поднялась и степенно покинула комнату, видимо, ради разнообразия — через дверь. Мы с Твайлайт посидели ещё какое-то время бок о бок, а потом практически синхронно повернули мордочки друг к другу.

— Твайлайт.

— Владислав.

— Э…

— Э…

— Как ты мог!

— Прости меня!

Все фразы мы произносили совершенно синхронно, под конец я не выдержал и банально заржал, повалившись на кровать.

— Владислав!

— Найтфол, — успокоиться удалось далеко не сразу, наверное, не только молодые аликорны подвержены резким перепадам настроения, но и свежеиспечённые единороги. — Найтфол Мист. Принцесса Луна вполне себе официально меня переименовала.

— Так, стоп, — Твай спрыгнула на пол и прошлась туда-сюда по комнате. — То есть ты, как и Мария, остался в этом мире?

— Ну… скорее «осталась», но да, так и есть. Она, кстати, имя менять не стала?

— Не-а, такое экзотичное имя… Многим понравилось. И не сбивай меня с мысли, — кобылка снова прошлась по комнате, слегка подбрасывая себя крыльями в воздух. — Два, два крайне маловероятных события за один раз — это же почти невозможно!

— Угу, как и тот факт, что мы с Машей довольно долго пробыли в ваших телах, да ещё и раздвоились, вернувшись назад в свой мир, — добавил я фактов в копилку.

— Уверена?

— Нет, но так считают Селестия и Луна.

— А-а… — возопила Твайлайт, плюхнувшись на пятую точку прямо посреди комнаты. — Это надо изучить, замеры сделать там, где всё это началось, так далеко очень. И экспедицию организовывать принцесса, скорее всего, запретит.

— В чём проблемае? Ты же аликорн, читай — воплощённая магия. С учётом масштабов той катавасии, что произошла в пустыне, ты отсюда сможешь ощутить произошедшее. Да и потоки издалека будут лучше видны.

— Издеваешься? — тут же возмутились кобылка. — Да даже у Старсвирла не было таких заклинаний, чтобы через полмира замеры делать.

— Брр, — теперь была моя очередь озадачено тряхнуть гривой. — Ты же аликорн, так?

— Я не специально!

— Принцесса с талантом к магии?

— Угу.

— И…

— Я об этом Селестии и твердила! Я ещё слишком мало знаю заклинаний, да и множество явлений требует более тщательного изучения! Такое чувство, что теоретическая магия последнюю тысячу лет стояла на месте.

Так, или я чего-то не понимаю, или одно из двух, но лучше будет уточнить у принцесс. Может быть, она сама просто ещё не восстановилась, но это же почти инстинктивные возможности. Может, спросить у неё?.. Нет, не стоит, сначала осведомиться у принцесс, а то опять напортачу где-нибудь.

— Ладно, не будем о грустном. Давай начнём сначала, — я спрыгнул с кровати и встал перед Твай. — Позволь представиться: Найтфол Мист. На сегодняшний день — первая и единственная ученица Луны. Ну а теперь ещё и твоя ученица, — улыбнулся я. — Прошу любить и жаловать.

— Твайлайт Спаркл, к вашим услугам, — лавандовая понька поддержала игру.

— Не-не, неправильно, — раскритиковал я её ответ. — Встань, — ответил я на её немой вопрос, — немного расправь крылья, голову выше, — кобылка послушалась. — Вот теперь верю, что передо мной аликорн, а не растерянная единорожка.

— Все теперь видят во мне аликорна, — единорожка снова поникла, — даже лучшие подруги иногда… А я не знаю, как им быть!

— Отставить панику! — проверенный на лохматой радужке способ привлечения внимания методом «копытцем в нос» сработал и тут. — Просто будь собой, и всё уладится. Так какие наши дальнейшие действия?

— Возвращаемся в Понивиль, мне ещё кучу дел надо спланировать и помещение обустроить.

— Прямо сейчас?

— Конечно, не будем терять время.

— А как в Понивиле с магазинами? — уточнил я. — А то, сама понимаешь, у меня даже зубной щётки своей нет…

— Нет проблем, Понивиль в последнее время изрядно разросся, так что многие Кантерлотские торговцы открыли у нас свои магазинчики.

— Замечательно! Заглянем в казначейство и на вокзал?

— Не стоит, вечерний поезд ещё нескоро.

— Может, устроим тогда небольшую экскурсию по столице? Да и вдруг мы сможем заглянуть в гости к твоим родителям, мне хотелось бы извиниться за ту встречу, ну, пока я тебя изображал.

— Сегодня, наверное, не получится. У меня ещё столько дел, столько дел. И к принцессе Селестии надо ещё разок заглянуть, и в библиотеку, давай в другой раз, а? — Твайлайт чуть ли не скороговоркой проговорила последнюю фразу, медленно отступая при этом к двери.

Не понял, с чего бы это она стушевалась? Хотя… а-а, кажется, понял.

— Стоять-бояться! — крикнул я, прежде чем Твай успела выскользнуть из комнаты. — Дорогая моя, ты когда последний раз навещала своих родителей, а?

После моей фразы уши поняшки прижались к голове, а сама она поникла и, кажется, снова готова была разрыдаться. Нет, нам такого и даром не надо. Быстро подскочив к Твай, приобнял кобылку и начал нашёптывать ей на ухо какие-то успокаивающие глупости.

— Ну что опять случилось? — когда она снова более-менее успокоилась. — Я же помню, у вас замечательная семья.

— Я боюсь, — всё же ответила мне она. — Я же теперь даже не пони толком, а какое-то магическое создание, а вдруг они меня не примут такую? Да ещё и ты постарался, — поняша подёргала себя за эфемерную гриву, — я теперь сама на себя не похожа!

— Твайлайт, дурашка, — я встретился с ней взглядом. — У меня ближе тебя в этом мире нет никого, если не считать принцесс, и мой долг как твоей пусть и такой необычной, но всё же сестрёнки — помочь тебе. Веришь?

— Знаешь… тебе — верю, — понька выдавила из себя улыбку. — Кстати, а почему сестрёнка-то? В мире есть много в чём-то похожих пони.

— А моё тело создали Луна с Селестией по твоему образу и подобию, — подмигнул я ей. — Так когда твои родители будут дома?

— Ну… Мама будет дома часам к четырём, отец обычно к шести возвращается…

— А самый последний поезд на Понивиль?

— В девять вечера.

— Вот. У нас ещё куча времени, успеем сделать всё.

И мы действительно всё успели, правда, побегать по дворцу пришлось изрядно. В казначействе я познакомился с местной бюрократией, которая оказалась демоном межмирового уровня. Сначала пришлось доказывать, что я не верблюд, то есть, что я являюсь эквестрийской подданной и ученицей принцессы Луны. Пока суд да дело, Твайлайт успела слетать в город и вернулась с новыми перемётными сумками для себя, а меня одарила своими старыми, которые остались в её комнате во дворце. После окончания войны с бумагомарателями и получения горстки симпатичных жёлтых кругляшей-битов мы отправились в библиотеку. Точнее, в библиотеки, их, как оказалось, во дворце не одна и не две, книг оказалась не просто много, а очень много, и их разместили целыми тематическими секциями. Твайлайт сама набрала и ещё на меня нагрузила целую кучу литературы, связанной с преподавательской деятельностью, с твёрдым намерением в ближайшие дни все эти книги прочитать. А я себе поставил задачу доказать и показать на практике, что книги — это очень хорошо, но не стоит рассматривать их как истину в последней инстанции.

Закончив с библиотеками, мы убежали в город за бытовыми мелочами. Твайлайт, как оказалась, сама плохо ориентировалась в местных магазинчиках, так что пришлось тоже побегать и даже разок поторговаться, правда, не особо удачно.

И вот где-то в двадцать минут седьмого мы стояли в жилом районе Кантерлота возле дома родителей Твайлайт. Пока мы сюда шли, я о многом успел расспросить Твайлайт. Единорожка охотно делилась информацией, подробно и доходчиво обо всём рассказывая. Единственное, иногда слишком подробно, но в моём случае это было скорее плюсом. Зря она беспокоится, немного практики — и из неё получится почти идеальный преподаватель для усидчивых учеников.

Узнал, например, почему в столице, да и вообще в Эквестрии практически нет многоэтажных жилых домов. Только в некоторых городах на юге и в местном индустриальном центре Сталлионграде в связи с нехваткой места под жилые дома строились небоскрёбы. Ответ оказался просто элементарен — пони «не дружат» с лестницами, да и пандусы не жалуют, а места под застройку очень много. Вот и строят вокруг двух, ну, максимум — трёхэтажные разноцветные домики. Кстати о красках, они здесь практически все производятся кустарным способом и являются не привычными нам ядрёными растворами красителя в чём-то не особо приятно пахнущем, а вытяжками из растений, яркость и долговечность которым обеспечивают или алхимические добавки, или магия. Первым занимаются в основном земные пони, ну а вторым, соответственно, единороги. И результат тоже немного отличается: творения алхимиков очень долго держатся на окрашенной поверхности, но вот оттенков не так много, магические же «закрепители» нужно регулярно подновлять, зато цвета и их яркость в итоге могут быть любыми и даже меняться в течение дня. В магазинах ещё можно было найти краску, привезённую из Зебрики, некоторые племена зебр продавали свои алхимические составы, но пони относятся к ним с предубеждением, да и цветовая гамма подкачала — сплошь естественные оттенки зелёного и жёлтого.

Как такового чёткого разделения на районы в Кантерлоте я не заметил: в центре преобладали магазины и административные здания, по мере приближения к окраине становилось всё больше жилых домов. В конце концов, окраина плавно переходила в, скажем так, сельскую местность, по которой то тут, то там были разбросаны фермерские хутора. Климат в столичной долине всячески этому способствовал.

— Ну, с Богом, — глубоко вздохнув, сказала Твайлайт, открывая калитку во двор родительского дома. Я от такого заявления чуть не споткнулся, и не упал только благодаря четырём ногам. Похоже, наши приключения на кобылку повлияли ничуть не меньше, чем на меня.

— С каким из двенадцати мне известных? — шутливо спросил я, пока мы шли к дому.

— Ну вот, я опять сказала что-то не то, — вздохнула кобылка.

— Нет богини кроме Селестии, и Твайлайт Спаркл — пророчица её, — хихикнув, продекламировал я. За что тут же был наказан щелчком хвоста по носу, а это, чтоб вы знали, достаточно больно.

— Ты, главное, при пони такое не ляпни, не поймут же, — шикнула Твай. — И вообще, теперь будет моя очередь расспрашивать, я столько всего нахваталась из твоей памяти, но и вопросов возникло немало. Вернёмся в Понивиль — уже ты будешь рассказывать, у меня целый свиток вопросов накопился, — повернув ко мне голову, она показала язык.

«Нет, положительно, я на неё всё-таки отрицательно повлиял» — усмехнулся я про себя.

— Мам, пап, есть кто дома? — позвала Твайлайт, войдя в дом.

Практически сразу послышался дробный перестук копыт, и, судя по всему, из кухни, выбежала уже знакомая мне по первой встрече Вельвет, тут же заключившая дочь в объятия. Найт Лайт степенно вышел и аккуратно присоединился к жене, хотя по глазам вижу, сдерживал он себя только для поддержания репутации серьёзного жеребца.

Ну вот, а Твайлайт ещё жаловалась на новую внешность, да если бы не её новые аликорньи габариты, её бы сейчас совсем затискали. Когда первые впечатления от встречи прошли, хозяйка дома всё же заметила, что в доме есть ещё одна кобылка.

— Твайлайт, ну что ж ты не предупредила, что будешь с подругой? — спросила Вельвет.

— И как же зовут такую очаровательную кобылку? — обратился ко мне Найт Лайт.

— Найтфол Мист, к вашим услугам, — представилась я, слегка поклонившись. — Приказом принцессы Селестии направлена на стажировку и обучение к принцессе Твайлайт.

Всё же этикет великая сила, всегда подскажет как себя вести. Откровенно говоря, я сам всегда теряюсь в таких ситуациях, особенно при встречах с незнакомыми людьми.

— Совсем наша фиолетовая малышка выросла, вон, уже и своими ученицами обзавелась, — вздохнула Вельвет. — Так, что же мы на пороге-то стоим, ну-ка прячьте-ка свои сумки и давайте за стол. Вы как раз к ужину подоспели.

Вечер прошёл просто великолепно. Родители Твайлайт оказались просто замечательными пони, хоть и въедливыми. Пришлось серьёзно напрягать фантазию и память, чтобы не запутаться в той лапше, что вынужденно пришлось развешивать у них на ушах. Сославшись на усталость, отправился в выделенную мне гостевую комнату, Твайлайт же с родителями болтали ещё глубоко за полночь. И чего она боялась, спрашивается?

Наутро нас разбудили, накормили, всучили по кульку с какими-то сладостями и проводили прямо до поезда.

Всю дорогу я рассматривал проплывающую мимо окна местность, а Твай с отсутствующим выражением мордочки сидела на диванчике, погрузившись в свои мысли. Ехали мы где-то часов восемь. Понивиль, судя по всему, расположен на равнине, а столица на склоне горной долины, и перепад высот между ними довольно большой. Так что поезд постоянно петлял, да и остановки были достаточно долгими. Где-то в середине пути стояли почти час, ждали, пока четвёрка земных пони при поддержке единорога загрузят новую порцию угля и наполнят бак водой. Да, состав приводил в движение классический такой паровоз, у меня в родном городе что-то подобное на железнодорожном вокзале стояло как памятник. И народ поговаривал, что тот монстр паровой был ещё на ходу.

Эквестрийский паровоз оказался монстриком поменьше, да и сама чугунка скорее была узкоколейкой по человеческим меркам. Паровой котёл, кабина машиниста, труба дымохода и даже угольный бункер были украшены замысловатыми металлическими барельефами, раскрашены в яркие цвета. Так что поезд выглядел скорее как детская игрушка, нежели серьёзный механизм. Пока мы ждали загрузки угля, я успел погулять по то ли маленькому городу, то ли большой деревеньке, в котором находилась заправочная станция. Заодно купил маленькую корзинку пирожков. Каюсь, не удержался, но запах от них стоял такой, что я почувствовал его за две улицы. Пирожки оказались с несколькими начинками. Те, что с вареньем уплетал сам, цветочные варианты были скормлены всё ещё витающей где-то в облаках Твайлайт. Ну не вязались у меня на подсознательном уровне цветы и еда между собой.

Твайлайт вернулась в наш бренный мир как раз к безвременной кончине последнего одуванчикового пирожка.

— Уф, вкусно, но в меня больше не влезет.

— А больше и нету.

— Жаль, — вздохнула лавандовая поняша.

— Ну, не так всё и плохо — у тебя ещё домашние гостинцы есть, — подмигнул я ей. — Прибудем на место — в спокойной обстановке с чаем их употребишь.

— В спокойной обстановке не получится, — с нотками беспокойства в голосе протянула кобылка. — Сейчас придётся приводить библиотеку в порядок. Спайк, конечно, присмотрит, но наши понивильцы очень любят возвращать книги не на свои места. Потом придётся переписывать все планы и как-то уложиться и успеть потом всё запланированное.

— По уставу будешь жить — заколебёшься ты служить, — буркнул я себе под нос.

— Что, прости?

— Твайлайт, скажи честно, когда ты в последний раз вот так просто не по плану взяла и пошла прогуляться или к подружкам заглянула на чаёк?

— Да как раз перед всей этой катавасией я была на вечеринке у Пинки, а до этого в гостях у Флаттершай.

— Угу, и сколько ты выделила на всё про всё времени? — Твайлайт только фыркнула в ответ. — Но ничего, я тебя ещё научу «безобразия нарушать», а ты меня планировать, вот как усредним показатели, так и получим идеальный подход.

— Это мы ещё посмотрим, кто кого чему научит, — улыбнулась моя спутница. — И вообще, из нас двоих преподаватель я.

— А я твой зам, — ответил я, показав лавандовому аликорну язык.

— Кстати, язык тебе придётся всё же подучить. Хотя… поработаешь в библиотеке — подтянешь словарный запас.

— Это почему же?

— А если бы у меня не было твоих воспоминаний, я бы и не поняла, что это за «зам» такой. Ты это слово на родном языке произнёс.

— Однако…

— Угу, и я с тобой займусь тем же, а то чужие слова неосознанно лезут на язык, а собеседнику приходится объяснять их значение. Вот, кстати, что значит слово «девайс»?

За разговором время летит незаметно, и, увлёкшись беседой, мы чуть не проехали нужную остановку. Поезд в Понивиль прибыл по расписанию, но мы, заговорившись, выскочили из вагона в последний момент перед отправлением. И не успели даже спуститься с платформы, как рядом откуда ни возьмись появилась Пинки с таким видом, будто она уже пару часов тут туда-сюда гуляет. Не успел я сказать «привет», как тут же был ею атакован:

— Привет Твайлайт, Найтфол! Мист, классно выглядишь! Значит, ты у Твайлайт будешь жить? Вот Мария будет рада!

Выдав всё это в пулемётном темпе, эта розовенькая посланница хаоса неделимого упрыгала куда-то в сторону Сахарного Уголка.

— Э… Твайлайт, а ты разве рассказывала?

— Нет, я и сама узнала только вчера, а вызвала меня Селестия три дня назад, — ответила лавандовая кобылка. — Но это же Пинки…

— Только не говори, что ты не пыталась изучить её способности? — уточнил я, на что Твай только поморщилась. — Как ей это всё удаётся?

— Увы, пыталась. Неделя попыток получить хоть какие-то стабильные результаты ушла впустую. А уже после того, как нас чуть не сожрала гидра с Дальних Болот… В общем, я таких всплесков магии, как выдала тогда, ни до, ни после не выдавала, когда поняла, что все предыдущие мучения были напрасны и я так никакой информации и не собрала. Спасибо принцессе за её уроки — я смогла быстро взять себя в копыта, а то сожгла бы всех вокруг, — сокрушённо вздохнула Твайлайт. — Ладно, пошли домой, нам ещё надо к мэру заглянуть — кое-какие документы передать.

В библиотеке было пусто и темно. Судя по оставленной Спайком записке, драконыш честно завершил все дела и убежал в бутик к Рарити с чем-то там ей помогать. Так что, оставив вещи в выделенной мне Твайлайт комнате на третьем ярусе этого чудо-дерева, поспешил за молодой принцессой к мэрии. Где мы благополучно пробыли ещё час, пока меня внесли в официальные списки местных жителей — одна минута на запись в книгу и три — на официальную речь мэра. Остальное время они с Твайлайт дотошно перебирали все принесённые ей бумаги — как оказалось, население Понивиля наконец-то превысило определённую планку, и поселению был присвоен статус города, маленького пока, но города.

Ответ на вопрос «почему бумажную работу поручили целой принцессе» нашёлся не сразу, но, кажется, причину я понял. Твай сейчас даже помыслить не может о том, чтобы ослушаться принцессы. И если бы Селестия прямо попросила Твайлайт заняться административной работой, та бы выполнила поручение, но без «огонька», скорее просто бы вооружилась своим любимым чеклистом, выполнила всё порученное, а потом опять вернулась к любимому занятию — изучению магии. А тут скорее была просьба: «Помоги мэру и Понивилю получить статус города». И выполнит она эту просьбу с удовольствием, заодно получит необходимый опыт. Во всяком случае, несколько нестыковок в документах она уже нашла и пообещала тщательно разобраться с эквестрийским аналогом нашего жилищного кодекса. Вот так элегантным движением копытца Селестия, скорее всего, обеспечила начало реформ в этой области.

— Знаешь, Твайлайт, с библиотекой что-то не так, — сказал я, когда мы вышли на площадь, где росло это удивительное дерево. Когда мы покидали его час назад, энергетика была совершенно другой, чётко определить, что именно не так, я не смог, но то, что отличия точно были — факт.

— О, не стоит беспокоиться, — ответила она улыбнувшись. Нет, на моё предостережение она отреагировала, но потом по мордочке её проскользнуло что-то похожее на озарение. — Всё в порядке, я бы даже сказала — всё в порядке вещей, — улыбнулась она, явно подражая своей наставнице. У меня от такого сходства табун мурашек по спине пробежался.

Как-то незаметно оказалось, что возле двери в библиотеку я оказался первым и, соответственно, первым вошёл внутрь. Чтобы тут же плюхнуться на круп, оглушённо тряся головой, пытаясь прогнать из ушей звон от дружного залпа пати-пушек и хорового крика «Сюрприз!». И как я мог забыть об этой милой привычке Пинки? С другой стороны, собрать за час целую вечеринку с таким количеством пони — это надо иметь соответствующий талант.

Долго сидеть на полу мне не дали — розовый комок веселья поднял меня на копыта и вихрем протащил по комнатам и перезнакомил с присутствующими здесь пони. Хорошо если хотя бы десятую часть имён я запомнил. Долго принимать участие в этом веселье у меня не получилось, так что уже через полчаса я сидел на кресле в уголке, потягивал яблочный сидр и наблюдал за веселящимися поняхами.

Наблюдал и понимал, что пока мы носились по столице и пустыне, я упустил множество мелких, но очень важных деталей. Вот взять, например, язык тела: наличие подвижных ушек и хвостов делали невербальные жесты понек гораздо более разнообразными, чем у людей, всё это вкупе с развитой мимикой позволяло использовать невербальные жесты как ещё один полноценный язык, дополняющий речь. Вроде шум-гам стоит, а нет — все друг друга понимают.

На самом деле даже жалко, что мы так тесно «пообщались» с Твайлайт, со стороны такие вещи были бы более заметны, а так я сейчас уже и не пойму, откуда что знаю: то ли это личные наблюдения, то ли память молодой принцессы, то ли вообще уроки Файс. Но вернёмся к нашим поняшкам. Как показало натуральное наблюдение, поньки — существа социальные и в основном очень общительные, и различные прикосновения даже между не вполне знакомыми понями — норма. Сейчас, снова вспоминая последние дни, отметил: мы с Твай бегали по городу практически всегда вплотную друг к дружке, постоянно касаясь крупами. Вот Пинки устроила танец кучу-малу, все сбились в одну большую пони-толпу, насколько хватило размеров главного зала библиотеки. Всё это действо почему-то напоминало мне то, как играют друг с дружкой маленькие котята. Так что я сидел, мелкими глотками пил замечательный сидр, бочку которого явно притащил Биг Мак, ну или Эпплджек, и отдыхал душой.

«Хотя спокойно посидеть мне всё же не дадут» — подумал я, когда заметил знакомую розовогривую пегаску, уверенно движущуюся в мою сторону. Хотя стоп, Флаттершай сидит в другом уголке и о чём-то беседует с Биг Маком, вон краешек её метки виднеется, а значит — упс.

— Ну, Владушка, — прошипела пегаска мне на ухо, приобняв меня в чуть ли не удушающем захвате, — что ты мне хочешь рассказать, а?

— Простите, гражданочка… разве мы встречались?.. — мою попытку включить дурачка тут же оборвали сжавшиеся ещё сильнее объятия.

— Вот не надо мне тут, я это твоё «одухотворённое» выражение мордочки ни с чем не перепутаю. Ну?

— Тут слишком много посторонних, — тихо выдавил из себя я, — может, всё же отпустишь, а?

— Какие же вы, единорожки, хлипкие все, — уже в голос ответила она, выпуская меня из объятий. Воздух, сладкий мой воздух.

— Эй, я, может быть, только из больнички, считай, сюда, можно сказать, на реабилитацию прибыла.

— Ладно, на этот раз прощаю, но не думай слинять куда-нибудь после вечеринки, — Маша растрепала мне гриву копытцем и ускакала к двум единорогам, с которыми тут же вступила в дискуссию.

Кстати, о понячьих метках. На крупе Марии красовалась метка в виде схематично изображённого классического кадуцея, правда, в розовых тонах. С другой стороны, оно и неудивительно — хирург, который учился в нашей стране, точно пришёл в профессию по призванию, а не за деньгами или просто от балды.

* * *

— Тсс, девочки не шумите, пожалуйста, — разбудил меня голос Флаттершай. Похоже, я всё-таки уснул на кресле, хорошо хоть кружку не уронил.

— Дорогуша, а ты уверена, что это и правда Влад? — спросила Рарити у кого-то.

— Да вы посмотрите на эту смазливую мордочку, это выражение ни с чем не перепутаешь. Он, кстати, уже во всём признался и пообещал, что после вечеринки мне кое-что расскажет, а сам взял и уснул.

— Бедному жеребцу опять не повезло, хе-хе, — раздался ехидный смешок откуда-то сверху. Так вот откуда этот ветерок — лохматая радужка зависла в воздухе надо мной.

— Ну эт да, сахарок, как-то непонятно получается и с кобылками, и с жеребцами. С другой стороны, кобылка из него получилась симпатичная, мож, какой жеребец правды и не испужается, — ЭйДжей добавила своё мнение в общую копилку.

— Ой, даже если ему… ей сейчас будут нравиться кобылки, одинокой она не останется, — парировала Рарити, а над моей головой возмущённо фыркнула Рейнбоу. — Может, её всё-таки разбудим?

— А зачем будить, Найтфол уже давно проснулась, — раздался из-за кресла голос Пинки. Стоп, там же стена! Хотя какая разница-то откуда, главное, что для меня притворяться больше нет смысла.

— Угу, такая толпа симпатичных кобылок — и на одну бедную меня, как тут поспишь, — улыбнувшись, сказал я, сползая с кресла и потягиваясь.

— Ой, да ладно… Кому ты такая пустобокая нужна! — воскликнула Рейнбоу, показав мне язык.

За что тут же поплатилась. Висела она в воздухе невысоко, так что я смог ухватить её за хвост и уронить на кресло. Дальнейшую «мстю» бесцеремонно прервала Маша, вытащив меня на середину комнаты.

— Так, всем ша, я говорить буду, — такой командный рык у пегаски-близняшки Флаттершай вызвал небольшой когнитивный диссонанс. И судя по притихшим кобылкам, не у одного меня.

— И?

— Что и?

— Кто-то мне что-то обещал, как там с выполнением этого обещания, а? Меня родные ждут и пациенты вообще-то.

— Ну… Как бы тебе сказать…

— Как есть, так и скажи!

— Луна точно тебе ничего не рассказывала?

— Да я её и видела всего один или два раза. Вот как в себя пришла и потом, когда нас в Понивиль перенесли, и всё.

— Хм… Ты соберись, что ли. В общем, у меня был долгий разговор с принцессами…

— И?.. Давай, не тяни!

— В общем, мы уже, вроде как, назад вернулись, — думай, голова, мало того, что непонятно, как всё объяснить, так ещё и спросонья торможу.

— Это как так? — удивлённо воскликнула Твайлайт. — Вы же вроде как здесь, а не там.

— Ну, скажем так, наши человеческие части вернулись домой. Однако когда принцессы создавали наши тела, мы с тобой соприкоснулись с настоящими хозяевами тел, в которых находились. Короче, за точными подробностями обращайтесь к принцессам, а, в общем, суть состоит в следующем — мы с тобой, Маша, вернулись на Землю и одновременно родились в Эквестрии как пони.

— Это… ну, это… — Мария, покачнувшись, просто плюхнулась на круп там, где стояла.

— Очень-очень интересно, надо будет потом расспросить принцессу Селестию, я о таких событиях вообще нигде не встречала упоминаний, — в глазах Твайлайт вспыхнули огоньки благородного научного безумия, а я, кажется, понял, в какое положение попал — заизучают же сейчас насмерть.

— Да ладно тебе, Маша, возможность прожить две жизни в разных мирах представляется не так часто, — улыбнулся я, усевшись рядом с растерянной пегаской, и приобнял её. — Тем более что призвание ты своё уже нашла, да и тот табунчик единорогов, что вокруг тебя крутился, скорее всего, не только поклонники, но и коллеги. А Эквестрия даже лучше Земли, тут и климат лучше, и крупных войн уже тысячу лет как не было.

— Хорошо… — вздохнула пегаска, — но ты мне скажи, почему вообще это с нами произошло?

— Ну…

— В глаза мне смотри!

— В общих чертах…

— То есть во всех наших приключениях виноват ты, — категорически заявила она, выслушав мои сбивчивые пояснения. — Убью!

От печальной участи меня спасла Твайлайт, просто поднявшая разъярённую пегаску в воздух телекинезом, да и остальные поняхи дружно бросились её успокаивать. Через пару минут Маша всё же остыла и потребовала более подробных объяснений. Пришлось вкратце пересказать все события и объяснить их причины. Пони тоже с интересом слушали, а Твайлайт ещё и конспектировала сказанное.

— То есть если бы ты не медитировал у меня под боком, то ничего бы вообще не произошло?

— Свою вину не отрицаю, но на Земле мои способности были… Да, считай, их и не было, и только внешняя волна силы вызвала такой глобальный эффект.

— И ты ещё предлагаешь мне не беспокоиться о родных? А если на Земле какой-нибудь магический апокалипсис начался, а?

— Я постараюсь связаться с собою, как бы странно это ни звучало. Несмотря на произошедшее, мы должны быть всё ещё очень близки, а если я, то есть он… Короче, если я, который на Земле, сохранил воспоминания о произошедших событиях, то тоже обязательно попытается попасть в Эквестрию хотя бы методами сноходцев, а если Луна даст мне пару уроков, то я сам отсюда попытаюсь во снах попасть на Землю.

— Чисто теоретически ничего невозможного тут нет, — добавила Твайлайт, — только такие эксперименты нельзя проводить в одиночку. Найтфол, пока не изучишь всю теоретическую базу — никаких экспериментов.

— Эх, ну вот надо же было так попасть… — печально вздохнула Маша.

— Да ладно тебе! — выкрикнула подлетевшая к пегаске Рейнбоу. — Зачем тебе твой страшный мир, сама же рассказывала, какие ужасы у вас бывают. Да и хотеть променять потрясные крылья на двуногость — это же уму непостижимо!

— Действительно, дорогуша, неужели мы все так тебе не нравимся? — поддержала Рейнбоу Рарити. — О родных, конечно, забывать нельзя, но пускай этим займутся специалисты, а ты лучше сосредоточься на подготовке. Такой талант в землю нельзя зарывать, а если провалишься сейчас — целый год потеряешь.

— А меня не посвятите, о подготовке к чему идёт речь? — не удержался я от вопроса.

— В отличие от всяких пустобоких, — Маша показала мне язык, — если сдам экзамен, меня возьмёт в ученики один из врачей-единорогов, пару лет ученичества и практики — и смогу поступить в медакадемию Кантерлота.

— Ну вот, она ещё и жалуется на что-то, только прибыла, а уже себе карьеру нашла и стабильное будущее обеспечила, — притворно возмутился я.

— А кое-кого сама принцесса Луна взяла в ученицы, — сказала Твайлайт. — Так что нечего тут возмущаться.

— Правда? — тут же оживилась Рарити.

— Правда-правда, дорогуша, — сказал я, подражая голосу белой единорожки. — Можешь теперь столичным модницам нос утереть, у них в знакомых нет целого аликорна и целых двух личных учениц принцесс, — под конец фразы смеялись уже все находившееся в комнате кроме Спайка. Детёныша дракона всё же утомила шумная вечеринка, и он, свернувшись калачиком, спал на диване.

— Ладно, девочки, поздно уже. Давайте тише, а то Спайка разбудим, — шикнула на нас Твайлайт.

— Действительно, пора по домам, — поддержала её Маша. — Флат, крылья к полёту приготовить и за мной!

— А может, не надо? — попыталась возразить застенчивая пегаска.

— Надо, Флат, надо. Тебя же скоро бабочки смогут забороть, — хихикнула Маша, вытаскивая Флаттершай из дома.

Пинки ушла «по-английски», потом вернулась, пожелала спокойной ночи всем и опять пропала, Рейнбоу, как обычно, вылетела в окно, а Рарити с ЭйДжей степенно вышли через дверь.

— Завтра будет тяжёлый день, — сказал я, оглядев разгром, оставшийся после вечеринки.

— Угу, — кивнула Твай.

После чего мы с ней дружно зевнули и решительно перенесли уборку на утро.

## Глава 9. Учиться, учиться и ещё раз учиться. В.И. Ленин

Глава, в которой наш герой обустраивается на новом месте в новой роли и вступает на тернистый путь самосовершенствования, а также заводит интересные знакомства и понимает, что темнее всего под пламенем свечи.

И снова утро и новый незнакомый потолок. Сознание, памятуя о старых привычках, требовало снова свернуться калачиком, укрыть мордочку хвостом, прячась от лучей рассветного солнца, и подремать ещё часиков надцать. Однако организм с сознанием был категорически не согласен — привычной мне утренней сонливости не было ни в одном глазу, а раз так, нечего тянуть в новую жизнь старые вредные привычки!

Спрыгнув с тахты, всячески потянулся, вытянув передние ноги вперёд, выгнув спину и вытянув шею. Хорошо… Я теперь понимаю наших мурок, так потянуться поутру — оно самое то. Улыбнувшись своим мыслям, процокал к окну, открыл его настежь, впуская в комнату бодрящий утренний ветерок, шум листвы и звуки потихоньку просыпающейся деревни. Никогда не любил больших городов и душой отдыхал только у родителей в деревне, а Понивиль, по моим меркам, всё же крупная деревенька.

Поскрипывая колёсами небольшой тележки, гружёной морковью, мимо библиотечного дерева прорысила кобылка с оранжевой гривой и с рисунком морковки на крупе — Кэррот Топ. Спасибо пинки-вечеринке, перезнакомившей с новенькой мной большую часть Понивильских старожилов, и понячьим клеймушкам, помогающим вспомнить имя. Заметив к себе внимание, она остановилась и приветственно помахала копытцем, ответив на приветствие и пожелав мне доброго утра.

Ещё немного понаблюдав за Понивилем, вышел в центр комнаты — теперь зарядка и лечебные упражнения в одном флаконе. Благо, место позволяло. В гостевых комнатах царил минимализм, тахта — она же спальное место, прикроватная тумбочка и зеркало со столиком. На полу лежал большой круглый ковёр, плетёный из тканевых лент всех цветов радуги, составляющих слегка психоделический спиральный узор.

Всего на втором этаже комнат было четыре, как раз по сторонам света. Сам ствол дерева был не идеально цилиндрическим, так что все комнаты получились разного размера — совсем маленькая, две побольше и одна совсем большая. Твайлайт обосновалась в одной из тех, что «побольше», я выбрал себе такую же по размеру. Маленькая всё же не совсем удобна, а в большой можно и потеряться.

Уже собравшись спускаться на первый этаж, откуда доносилось негромкое позвякивание посудой, не сдержал любопытства и сунул нос в приоткрытую дверь комнаты Твайлайт. Лавандовая кобылка сопела в две сопелки и вовсю «давила» подушку, схитрив и спрятав голову от наглого солнечного луча, пробивавшегося сквозь листву, под крылом. Осторожно прикрыв дверь — пускай отдыхает, слишком много впечатлений у неё в последние два дня — я продолжил экскурсию по дому-дереву. Винтовая лестница, идущая по центру ствола, начиная со второго этажа, позволяла подняться ещё выше. На третьем этаже нашлись три маленькие комнатки, откуда можно было попасть на довольно просторные балконы, полом которым служили самые толстые ветви дерева. Один из них, судя по телескопу и сопутствующим инструментам, Твайлайт превратила в свою мини-обсерваторию, на другом балконе примостилось кресло-качалка, на третьем — кофейный столик и пара больших подушек-сидушек.

Лестница позволяла подняться ещё выше в совсем маленькую комнату — мансарду с четырьмя круглыми окошками, где всё пространство между окнами занимали книжные полки. Судя по небольшому слою пыли, тут собрались самые невостребованные книги. А нет, пробежавшись по корешкам книг и пролистав пару-тройку, расчихавшись от поднятой пыли, убедился — тут хранились книги, написанные не на эквестрийском языке. Одна из книг была написана клинописью, классической такой, как из учебника истории, причём книга явно была отпечатана если не в типографии, то на станке точно. На другом стеллаже нашёлся томик, написанный рунами, классическими скандинавскими рунами, я их даже заучивал, когда увлёкся мифологией северных народов. Сама форма рун немного отличалась от привычной мне, но тот же «дагаз» или «альгиз» сложно с чем-то спутать. Текст из парочки рукописных томов я всё же смог разобрать: «В год семь тысяч трёхсот первый от сотворения мира пришло на стольный град крыло грифонье, в силах тяжких…»

— То ли наши миры очень близки, то ли в развитии обществ разумных существ прослеживается много общего, — пробормотал я, возвращая книгу на полку.

Сюда надо будет вернуться, как только плотно займусь эквестрийской историей. В летописях можно найти много такого, о чём в учебнике могут и умолчать. Мурлыкая себе под нос какой-то прилипчивый мотив, спустился в «читальный зал» на первом этаже. Так, направо пойдёшь — в ванну и спуск в подвал попадёшь, налево пойдёшь — на кухню зайдёшь.

— Всяческие приветствия труженикам кулинарного фронта, — поприветствовал я Спайка, стоявшего на табуретке возле плиты. Тихо напевая какую-то песенку, драконыш увлечённо жарил оладьи.

— Утра, Твайлайт, — не оборачиваясь, ответил он.

— А вот и не угадал!

— Найтфол? — спросил Спайк, таки повернувшись ко мне.

— Ну, если у вас других квартирантов нет, то она самая. Тебе помочь?

— А, не надо. Я почти закончил, — ответил дракончик, перекладывая очередную партию румяных кругляшей со сковородки на тарелку. — Как там Твайлайт, проснулась уже?

— Не-а, изображает из себя понячий бублик и нагло так спит ещё.

— Опять будет ворчать и ругать дурацкие вечеринки, сбивающие график.

— Ну ничего, мы её научим «правильно» графики составлять, — подмигнул я Спайку. — Слушай, как местный житель, не подскажешь, где тут пробежку устроить, да так, чтобы никому не мешать и самой слалом меж поней не устраивать?

— Хм, — задумавшись, драконыш уставился в потолок, — а вот как выйдешь из дома, так налево поверни и беги по прямой, никуда не сворачивая, доберёшься до окраины Понивиля, а там прямая дорога как раз до озера, мимо садов Эпплов. Пони там редко бывают, только ЭйДжей да Биг Мак с тележкой могут встретиться.

— Спасибки, Спайк, побежала я тогда выполнять завет «в здоровом теле — здоровый дух».

Заглянув в ванну и к себе в комнату, взял перемётные сумки и немного наличности, чтобы чего-нибудь к завтраку прикупить, и отправился намеченным маршрутом. Степенно прогарцевал до окраины и, когда последние дома скрылись за кустами, рванул с места в карьер.

Свои физические кондиции я всё же переоценил, первую минуту, ну две минуты бежал галопом, потом перешёл на рысь, до берега озера уже еле дотащился шагом. Скинув сумки, растянулся на траве и закрыл глаза, пытаясь унять одышку.

Просто полежать мне не дали, не успел я перевести дух, как меня обдало порывом ветра, хлопнули складывающиеся крылья.

— Ха, и это всё, на что ты способен? Слабак! — прозвучал у меня над ухом такой знакомый голос.

— Утра лохматым радужкам, — вяло буркнул я, открыв глаза и встретившись нос к носу с Рейнбоу Дэш. — А я сейчас болезная кобылка, мне можно. И вообще, вот попрошу Твай меня телепортации обучить, и тогда посмотрим кто кого.

— Фыр, читер! Долго только сегодня не бегай, после четырёх часов запланирована гроза, — сказала пегаска и, снова обдав меня порывом ветра, свечой ушла в зенит, сделала бочку и улетела куда-то в сторону Кантерлота, быстро затерявшись среди облаков.

— Спасибо за предупреждение, — крикнул я вслед, наблюдая, как в воздухе тает лёгкий радужный след, оставленный шебутной пегаской.

Окончательно потеряв взглядом Дэш, вздохнул, собрал себя в кучу и поднялся на ноги. И всё-таки красиво тут — сад, небольшая рощица, полянка, небольшой пляж и озеро. Большое, кстати. Навскидку, с полкилометра шириной и длиной, ну, пусть будет с километр, насколько я вообще могу сейчас судить о размерах. И явно искусственное, я не я буду, если вон те виднеющиеся вдали сооружения не часть дамбы.

За озером снова поляна и лес, уже самый настоящий — стволы огромных деревьев были видны даже отсюда, и если сосредоточиться, давящую ауру этого места вполне себе можно уловить. Понятно, почему местные жители это место недолюбливают и обозвали Вечнодиким. Со стороны хижины Зекоры и замка принцесс такой атмосферы не ощущалось, там всё же более обжитые места. Глубоко вздохнув и прикрыв глаза, попытался сосредоточиться на энергетике леса. Ведь он не такой уж и враждебный — просто другой. Чужд пасторальной гармонии селения пони, а живёт по своим законам и несёт свою гармонию взаимосвязанного биогеоценоза. Надо будет приходить сюда почаще, это очень хорошее место для медитации. Найти гармонию с собой и этим местом не такая уж и простая задача, зато гибкость сознания должна хорошо развиваться.

Ладно, сюда можно ещё вернуться, а пока продолжим разминку. Надо перейти к силовым упражнениям. Прыжки на разных конечностях, понячьи отжимания с чередованием ног и другие рекомендованные упражнения. Под конец, войдя в раж, взбрыкнул и лягнул воздух, подражая Эпплджек.

— Ха! — воскликнул я, вернув все конечности на землю.

— Ноуп, — раздался позади меня знакомый голос. Надо же, так увлёкся, что не заметил, подошедшего Биг Мака, причём тащившего за собой пустую тележку, позвякивание которой я тоже не услышал. Н-да, диагноз — ушёл в себя и заблудился.

— Думаешь, не смогу сбить яблок? — спросил я красного жеребца. — Утра, кстати!

— Йеп, — кивнул он головой.

— Но ничего, это я не в форме. Вот потренируюсь и смогу…

— Ноуп, — улыбнулся Мак, качнув головой.

— Это потому, что я единорог?

— Йеп, — кивнул он, тряхнув гривой.

— Это дискриминация! Вот выучу страшное землетрясущее заклинание и буду круче вас яблоки стрясать, — улыбнулся я, показав Маку язык. — Давно, кстати, наблюдаешь?

— Йеп, — хохотнул жеребец, махнул копытом и потащил тележку дальше по дороге, изгибавшейся вдоль берега озера.

* * *

Обратно я возвращался «волчьим скоком», чередуя шаг и лёгкую рысь, на большее меня уже не хватало. К библиотечному дереву вернулся по другому пути, заглянув на местный рынок. Попал туда совершенно случайно, просто заинтересовавшись, куда это поньки идут от окраинных домов?

Что можно про него сказать — классический сельский рынок, ни больше, ни меньше. Все лотки колёсные, на самой площади чисто, судя по всему, пони собирались, закупались-распродавали и расходились, освобождая место. Ассортимент товаров тоже оказался классическим с поправкой на физиологию местных жителей. Знакомые мне «земные» фрукты, овощи, те же картошка, морковь. Вон лоток с цитрусовыми. И тут же несколько видов незнакомой мне зелени, травы и каких-то длинных листьев, лоток с сеном. Дальше всё ещё рвущие мне шаблон лотки со съедобными цветами, целый длинный такой ряд. На втором заходе встретил Эпплджек, уже почти распродавшую свою тележку яблок.

— Утра, сахарок, — махнула мне копытом яблочная понька. — За продуктами послали? Твайлайт вот ленится прийти с самого утра, потом бегает по лавкам, а там уже не то.

— Доброе, да вот решила после пробежки чего-нибудь вкусного прикупить.

Поговорив ещё пару минут о «погоде и птичках» и затарившись яблоками, поспешил к библиотеке, Твайлайт наверняка уже проснулась.

К слову, о местных жителях. Не попавшие на пинки-вечеринку на меня косились, но не так, чтобы очень сильно, а заметив, как я приветствую уже «официально» знакомых после вечеринки пони, косо посматривать переставали. Всё же Понивиль хоть и городок, но большая деревня, и «чужак» будет сильно выделяться, пока не приживётся. Ну или это говорит мне моя паранойя, а косились поняхи на мой пустой круп, что тоже не исключено.

Дома меня встретил Спайк, честно выполнивший кулинарную повинность и сейчас развалившийся в своей корзинке и читавший, судя по обложке, какой-то комикс. Сгрузив яблоки на кухне, а сумки в комнате, спросил у Спайка:

— А где наша принцесса, проснулась?

— Угу, — вяло махнул лапкой дракон, — в ванной уже. На тебя, кстати, ругается.

— Ого, это в чём я так провинилась? Пойду выяснять, — подмигнул я дракончику и направился к Твайлайт.

— Осторожнее там, она метко швыряется щёткой и мылом, — предупредил меня вдогонку Спайк.

— Ваше высочест…

Я, приоткрыв дверь, просунул в образовавшуюся щель только голову и зря. Дверь помешала мне быстро уклониться от прилетевшей по носу щётки для волос.

— Спайк, я же просила стучаться, а если бы я мокрая была?!

— Ты совсем мелкого затерроризировала походу, — хмыкнул я, осмотрев сидевшую напротив зеркала Твайлайт. Она тщетно пыталась нанести на эфемерное нечто, заменяющее ей гриву, какой-то алхимический состав. Во всяком случае, пузырёк с чем-то мерзко пахнущим стоял на столике перед зеркалом.

— А, Найтфол, это ты… Хотя ты тоже виноват. Или виновата? — щётка для волос, поднятая телекинетическим полем принцессы, ткнула меня в нос.

— Не-а, пришествие Дискорда в мир точно не я устроила.

— Да ну тебя, — махнула она копытцем. — Но вот эта ежеутренняя возня меня утомляет, — Твай печально вздохнула, глядя на себя в зеркало. — Казалось бы, у меня вместо гривы сейчас частично материализованная аура, но почему по утрам она выглядит растрёпанной, а?

— А принцесс спрашивать не пробовала?

— Из-за такой ерунды беспокоить наставницу?

— Это не ерунда, — ответил я, полностью заходя в комнату и прикрыв за собою дверь. — Ты принцесса, одна из первых лиц государства, и должна выглядеть соответствующе.

— Если бы кое-кто, — щётка снова ткнулась в меня, на этот раз в бок, — не колдовал с перегрузкой, этого безобразия не получилось.

Грива и хвост Твайлайт действительно выглядели растрёпанными, характерные полосы были размыты и перекручены, создавая тот самый эффект непричёсанности.

— Хм, фрейлины Луны, помнится, с этим довольно быстро справились…

— Это когда это ты успел у них побывать?

— Лучше всё же говорить «успела». Я это переживу, а оговориться при посторонних не хотелось бы, а успела я, когда тебя подменяла при ваших поисках. Ну-ка, дай расчёску.

Если вспомнить, причёску делала не единорожка, а земная поняша и держала она щётку в копытцах. Так… Подняв расчёску телекинезом, провёл по гриве Твай — нет эффекта, а если?.. Повторил то же самое, удерживая расчёску копытцем — ага, есть контакт, теперь по гриве прошлись характерные волны. И шли они не от самой расчёски, а скорее от копытца. Так, а если теперь попытаться расширить собственную ауру чуть дальше?.. Вот теперь процесс пошёл, и в десяток движений я привёл гриву Твайлайт в порядок.

— Скажи мне кто год назад, что я в самой что ни на есть интимной обстановке буду помогать наводить марафет принцессе из другого мира… Не знаю, куда бы я послал такого товарища, — улыбнувшись, сказал я, отойдя на несколько шагов, чтобы осмотреть дело копыт своих.

— Если бы мне кто сказал, что неосторожные эксперименты с магией могут привести к «таким» последствиям, — Твай печально вздохнула. — И я, кажется, поняла, как ты это сделал…а. Дай-ка сюда щётку, — левитируя оную, она также быстро расчесала хвост.

— Ха, а ведь действительно, чем ещё воздействовать на ауру, как не другой аурой? И зелье на расчёске работало, так как несло в себе толику концентрированной растительной энергии. Вот только концентрация эта слишком мала… Надо это записать и ещё пару экспериментов поставить. Интересно, а на гривы принцесс это зелье подействует, или слишком маленькая концентрация? Надо будет попросить у Зекоры несколько разных вариантов… — Твайлайт ушла в себя, наверное, мысленно уже проводила какие-то эксперименты.

— Земля, то есть, Эквестрия вызывает ваше высочество, — помахал я копытцем у Твай перед носом. — Может, эксперименты будем проводить где-то в другом месте? Мне бы ещё и по назначению комнатой воспользоваться.

— Угу, ладно, надо не забыть добавить в список поэкспериментировать с зельем. Ты почему в такую рань подхватился?

— Да вот проснулась и поняла — нечего тащить в новую жизнь старые привычки. Форму восстанавливать надо, надоедает от любой нагрузки чуть ли не в обморок падать. Так что после подъёма разведала маршрут для пробежек в сторону озера и нашла замечательное место для медитации.

— Озеро, это которое…

— За садами Эпплов.

— Так там же Вечнодикий лес рядом!

— Именно, попытка настроиться на его энергетику — очень эффективное упражнение.

— Это мы с тобой потом отдельно обсудим. О Селестия, сколько дел скопилось, — встряхнула гривой Твай. — Я же так и за год всё не разгребу!

— О Селестия, сколько ещё не сделано, а сколько ещё предстоит не сделать!

— Юмористка, — фыркнула аликорна. — Завтракать идём?

— Угу, только искупаюсь. Это мёртвый пингвин не потеет, а я только что с пробежки.

— Давай помогу, — предложила аликорна и, не дожидаясь ответа, подняла меня в воздух телекинезом.

По-моему, это карма — чуть что оказываться в чьём-то телекинетическом захвате. Хотя процесс действительно ускорился, сам бы я возился гораздо дольше. В копытцах держать мочалку не особо удобно, да и спину у основания шеи вымыть без телекинеза, несмотря на всю понячью гибкость, задача нетривиальная. С помощью Твайлайт удалось помыться быстро, она даже высушила мне шёрстку каким-то заклинанием. Правда, окинув меня взглядом, она отвернулась, явно сдерживая смех, и быстро покинула ванную. Подозревая худшее — рванул к зеркалу, в котором увидел свою пушистую версию. Вся шёрстка встопорщилась, а хвост и грива, по которым периодически пробегали искры, торчали султанчиками. Пересушенный заклинанием волос сразу же наэлектризовался. Ещё через десять минут вода и расчёска помогли вернуть облик к более привычному. Мстя моя будет страшна! Торжественно пообещав придумать что-нибудь не менее забавное и применить на фиолетовом аликорне, отправился на кухню.

* * *

До обеда мы занимались приведением библиотеки в порядок, который был нарушен приветственной вечеринкой, а потом разбрелись заниматься своими делами. Твайлайт — штудировать педагогическую литературу, а я занялся самообразованием, решив начать с литературы для жеребят — надо же узнать, какие сказки тут читают детям. Спайк убежал куда-то, хотя готов поставить яблоко против камня, если поискать, найдётся он в бутике Рарити.

В следующие дни как-то сам собой сложился распорядок дня: побудка, разминка в виде пробежки до озера, совместное наведение порядка в библиотеке, если это требовалось, занятия, обед, снова занятия, вечером вытаскивал Твайлайт посидеть на балконе и поговорить. Хотя последнее получалось далеко не всегда, молодая аликорн ответственно отнеслась к задаче, поставленной Селестией, и большую часть времени проводила за чтением и составлением списков и расписаний, которые рвались и переписывались заново после прочтения очередного учебника. Мои попытки как-то вернуть Твайлайт в реальность успехом не увенчались. Спайк лишь махнул лапкой, когда я попытался привлечь его к этому делу, объяснив это тем, что у хозяйки библиотеки бывают исследовательские запои, и в такие моменты взывать к ней бесполезно, пока она сама не успокоится.

Правда, в ожидании возвращения принцессы в реальность, я сам увлёкся. В результате иногда Спайк «тащил за хвосты ужинать» уже двух кобылок. Окончательно уйти в изучение понячей культуры мне не позволяли ежедневные разминки. Как оказалось, на календаре сейчас было начало лета, что гарантировало прекрасную погоду, а погодный патруль, как объяснила лохматая радужка, старался перенести все осадки на ночное время. Так что заставить себя полностью уйти в книги я не мог, и частенько по утрам устраивал себе длительные прогулки по Понивилю и окрестностям или оставался медитировать у озера после утренней разминки. Вечнодикий лес не спешил открывать мне свои тайны, но и постоянные занятия довольно быстро начали давать свои плоды — переход на полностью магическое восприятие мира стал получаться практически мгновенно. Теперь следующей целью для меня стало одновременное применение как обычных, так и магических органов чувств, что было задачей уже нетривиальной.

Собственно, сами прогулки начались с похода в гости к Флаттершай. Как оказалось, Маша, когда узнала, что её робкая близняшка живёт одна на отшибе возле леса, решительно взяла быка за рога, то есть ситуацию в свои копыта. Наша попаданка объявила Флатти «своей младшей сестрой» и взяла над ней шефство, ну и в итоге осталась у неё жить. Ну а счастливая мордочка хозяйки домика, полного живности, говорила, что она сама не против такого соседства. Во всяком случае, когда с утра заглянул к ней в гости, обе пегаски-близняшки выглядели довольными и счастливыми, совместно занимаясь домашними делами. Флаттершай, похоже, получила так не хватавшего ей живого общения, а Маше просто нравилось возиться с «сестрёнкой».

Я, кстати, с удивлением узнал, что робкую пегаску задирала только понячья молодёжь, и то пока не получала втык от взрослых. В городке тихоню ценили как лучшего, хоть и не дипломированного ветеринара и как поставщика самых крупных куриных яиц. Что и не удивительно, так за своей живностью ухаживать — это надо уметь. Да и всякие дары леса в виде редких видов сушёных грибов или лесных ягод тоже можно было купить только у Флаттершай. Лучше пегаски окрестные леса знала только Зекора, но она, по слухам, росла в Зебрике рядом с крупнейшим тропическим лесом планеты. Так что её опыт не всегда подходил к местным условиям, да и специализировалась дочь джунглей и саванны на лекарственных растениях и зельях из них.

То, что позволяло Флатти спокойно чувствовать себя в лесу, меня поначалу напугало почти до неловкого положения. Засмотревшись на дружно работающих во дворе пегасок, я не заметил, как ко мне подкрался один из прирученных Флаттершай «зверьков». Ну как, зверьков… Услышав позади себя странный гулкий фырк, я обернулся… В общем, не удивлюсь, если мой совершенно девчачий визг слышали даже в Понивиле. В себя пришёл внутри дома под столом, когда услышал дружный смех пегасок с улицы. Как оказалось, я влетел внутрь, захлопнул за собой дверь и спрятался, где пришлось. С другой стороны, кто бы не испугался, увидев за спиной натурального медведя, который выше меня раза так в два с половиной и весом, наверное, как у десятка понях. Имея такое сопровождение, в лесу Флаттершай совершенно некого бояться, скорее это её надо опасаться местным хищникам, если таковых ещё не повывели полностью.

Меня, правда, очень настораживало поведение всех этих животных — на удивление разумное, но только когда сама Флаттершай была рядом. Из этого правила выбивался белый кролик Энджел, постоянно хвостиком бегающий за пегаской, он мог демонстрировать «разумность» даже в отсутствии хозяйки. Надо будет спросить у Твайлайт, может она знает причину такого поведения. Нет, я помню про способность Флатти гипнотизировать взглядом, тут же было что-то похожее на роевой разум, ядром которого была пегаска. Ну или это у меня паранойя разыгралась. Хотя как тут успокоить паранойю, когда птичий хор под управлением жёлтой так синхронно пел и не фальшивил.

Маша вытащила меня на улицу знакомиться с косолапым, который оказался вполне себе дружелюбным и даже потыкался в меня носом, извиняясь, а его бурчание Флаттершай перевела, как жалобы на мой очень громкий голос. Тут уж пришлось извиняться мне. Правда, медведь свою обиду тут же забыл, стоило Флаттершай позвать его за собой, чтобы выдать порцию его медвежьих вкусняшек.

Разговор с Машей после того, как мы остались наедине — Флаттершай ушла с мишкой и остальной звериной бандой в лес — дался тяжелее. В спокойной обстановке подробно рассказал Маше о том, что с нами приключилось и ещё раз извинился, всё-таки я виноват в её попадании в этот мир.

— Знаешь… Я даже не сержусь на тебя… Пока не задумываюсь о прошлом, так и вообще хорошо, природа тут замечательная и жители хорошие.

— Но?.. — спросил я, почувствовав неуверенность в последней фразе.

— Но пальцев не хватает.

— В смысле?..

— Что «в смысле»? — пегаска продемонстрировала мне своё копытце. — Думаешь, я от хорошей жизни освоила копытокинез так, как не всякий земной пони может?

— Ну… Думаю, потеря пальцев — адекватная цена за возможность полёта, — подмигнул я Маше.

— Это да, — она мечтательно зажмурилась. — Я всегда мечтала летать, веришь, нет, даже с парашютом пыталась прыгать, но учёба поглотила потом всё свободное время, да и дорогое это очень удовольствие у нас.

— Сбылась мечта твоя теперь, но смятение в тебе всё равно вижу я.

— Иди лесом, Йода доморощенный, — Маша стукнула меня крылом. — Не для всех из нас творящееся вокруг оказалось в пределах нормы. Но знаешь, даже если мне предложить сейчас вернуться, я бы всё же отказалась.

— Однако… Я, кажется, всё равно тебя не понимаю.

— Флаттершай — сущий ребёнок, снова оставить её жить в одиночку будет преступлением, а я привыкну, всегда долго привыкала к новым местам…

— Маш, я всё же чувствую себя обязанным тебе помочь.

— Беги уже к Твайлайт, помогатель, — улыбнулась пегаска. — Это я так: ворчу — сама не знаю, чего хочу.

— Влад, — тихо позвала она меня уже возле самой двери. — Если сможешь, узнай, всё ли в порядке со мной-человеком, ладно?

— Обязательно, как только…

— Не-не, не надо мне тут лекций, — встряхнулась пегаска-попаданка. — Кыш, мне уже на работу собираться пора.

* * *

Следующая прогулка началась с подачи Эпплджек, которой я пожаловался на отсутствие на рынке мясного ассортимента. Нет, я всё понимаю, но тот салат с курицей организм до сих пор вспоминает с ностальгией. Не знаю, выверт ли это подсознания, или организм действительно требовал белковой пищи, причём настойчиво так, до того, что однажды ночью мне приснилась сковородка котлет, которая летала по дому и в копытца никак не давалась.

Встретил я яблочную поню на своём обычном маршруте, когда возвращался с пробежки. ЭйДжей, напевая себе под нос какую-то песенку, тянула тележку, груженную копной сена.

— Ну эт, сахарок, — кобылка явно смутилась, — мы же не хищники. Говорят, на севере, там, где зимы не чета нашим, эти едят всё… Дикие пони…

— Уф, ничего не могу с собой поделать — организм требует разнообразить диету.

— Не, на рынке у нас ты только рыбу найдёшь, есть один пони — любитель речной живности, себе ловит и на продажу немного.

— Тоже неплохо.

— Ещё говорят, Стил Ир — пони, что держит скобяную лавку, тот, что ещё и писчие принадлежности продаёт. Говорят, у него можно купить… Но сама понимаешь, в город он ничего, ну, такого не привозит, а живёт он со своей семьёй на дальнем хуторе.

Этого единорога-кузнеца я уже знал, приходилось покупать перья, да и бумагу он же продавал, заказывая партии из Кантерлота, где, по слухам, держал лавку его троюродный брат. Опять же, по слухам, он переехал сюда с женой и детьми из-за ссоры с родителями, считавшими, что единорогам не пристало заниматься кузнечным делом, но тут уж за что купил, за то и продаю…

— Спасибо ЭйДжей, ты меня спасла.

— Да ладно, сахарок, мне-то несложно, — ответила поняша, остановившись и поправив съехавшую на глаза шляпу. — Ты лучш мне скажи, у вас там все такие? Вон Маша тож какие-то «сосиски» вспоминала…

— Не абсолютно все, но подавляющие большинство. Люди, они ведь всеядные: и зелень едят, и живность, да и есть места, где и насекомыми не брезгуют. Ой, прости, — извинился, заметив, как яблочную поньку заметно передёрнуло. — А пони едят сено в кляре и цветы, что уже достаточно, чтобы поплохело уже человеку, — улыбнулся я.

— А яблоки?

— Вот этот фрукт, похоже, вообще ничем в наших мирах не отличается, да и не только он. Яблочный сидр и люди делают и пьют, но у тебя всё равно лучший из тех, что я когда-либо пробовала.

Так за беседой мы с ЭйДжей дошли до поворота на их ферму, где и распрощались. Я поскакал дальше к библиотеке, надо успеть привести себя в порядок и захватить с собой подходящую сумку. Ир открывал свою лавку довольно поздно, так что были все шансы встретить его на хуторе.

Пополнив кошелёк битами из своеобразного сундука-сейфа, где мы с Твайлайт держали наши сбережения, порысил по дороге, ведущей из Понивиля в сторону горной цепи, видневшейся на горизонте. В этой части долины крупных поселений больше не было, но отдельных хуторов и ферм было довольно много. Их и раньше было прилично, всё же Кантерлот поблизости, а такой крупный город и еду потребляет «по-крупному», но когда неподалёку пегасы припарковали Клаудсдейл, начался настоящий фермерский бум. Благодаря пегасьему городу Понивиль получил стимул к развитию, летучих понек много, и все любят хорошо покушать. В таких условиях слаженная работа всех понячьих рас складывается сама собой: фермеры довольны идеальной погодой, пегасы довольны тем, что выращивают фермеры, а услуги магов-единорогов и врачей нужны всем.

Твайлайт в делах денежных оказалась на удивление беспечной, как и положено учёной. Сначала её поддерживали родители, потом королевская стипендия, сейчас же она вдобавок получала зарплату библиотекаря. Да и Селестия приглядывала за своей ученицей. Судя по банковским выпискам, которые я видел, разбирая почту, оплату за научное оборудование, что Спаркл заказывала, оплачивая со своего счёта, уходя в глубокий минус, компенсировали выплаты из казны. Сама Твайлайт полностью оправдывала оказанное доверие, ни бита не тратилось не по делу. С другой стороны, она, скорее всего, просто не обращала внимания на состояние счёта.

С эквестрийской банковской системой я познакомился, когда выяснял насчёт своей стипендии и заодно пытался разобраться с экономической системой. Чем был немало озадачен… Банк в стране был один — Королевский Эквестрийский Банк, но для частных клиентов он выступал скорее как хранилище денег, тех самых битов. Их можно было держать в копилке, как поступали, похоже, подавляющее большинство пони, или можно было положить на счёт в банк, причём буквально. Как оказалось, когда Твайлайт привезла документы о присвоении городского статуса Понивилю, через пару дней был открыт филиал банка. В свободной комнате ратуши посадили единорога, который управлял артефактом, позволяющим телепортировать твои деньги в центральное хранилище и обратно. Система проста как мычание, в плане использования, конечно. Какая магия легла в основу, надо будет ещё узнать. Личность подтверждалась по ауре: достаточно приложить копыто к специальной пластине и набрать на клавиатуре (кнопки довольно большие и расположены в ряд) нужную сумму, услышать звяк и, открыв дверцу, забрать свои биты. Натуральный банкомат, как он есть, да и сотрудник там нужен был только для подключения новых клиентов и для ответов на вопросы.

Углубившись дальше, понял, насколько идеальную систему выстроила за последнее тысячелетие Селестия. Инфляции в стране, считай, не было, кредиты брались только крупными предприятиями, для простых пони они были просто не востребованы. В сельской местности финансовые проблемы решала взаимовыручка среди пони, в городах нуждающийся мог получить рассрочку или беспроцентную ссуду. Казалось бы, мошенничество на ниве финансов должно было цвести бурным цветом, но нет, среди пони очень редко встречались такие несознательные личности, а на приезжих из других рас всегда находилась управа в лице гвардейцев. В том же Понивиле самым крупным преступлением за последние годы было похищение тыквы на Ночь Кошмаров. Так что криминогенную обстановку в стране тоже можно считать очень низкой.

Так, предаваясь размышлениям о высоком и не очень, продолжал рысить всё дальше от Понивиля. Вокруг расстилался пасторальный сельский пейзаж, аккуратные огороды сменялись садами. Потом дорога свернула и пошла по краю большого пшеничного поля. Снова потянулись сады… О, пасека!

Засмотревшись на работу пони-пчеловода, полностью укутанного в защитную экипировку, делавшую его чем-то похожим на космонавта в скафандре, перестал следить за дорогой и закономерно врезался в кого-то, идущего навстречу, судя по ощущениям от удара — очень массивного. В итоге не удержал равновесие и плюхнулся на круп в дорожную пыль.

— И куда ты так летишь — по сторонам не глядишь, а? — голос жеребца, в которого я врезался, показался очень знакомым.

Так и есть. Подняв голову, я встретился взглядом со Стил Иром, впрягшимся в монументального вида тележку. Я его видел в основном за прилавком в полутьме магазина и особо не обращал внимания, да и не задерживался я там надолго — закупился и убежал. Тёмно-серый единорог с чёрной гривой и кьютимаркой в виде молота. Что может быть странного? На поверку Ир оказался «монументальным» единорогом под стать своей тележке. С таким «корпусом» ему с Биг Маком запросто можно бороться, и в этом случае я даже не знаю, на кого делать ставку. Мак, может, и земнопони, но магия Ира может оказаться решающим фактором.

— Ну, налюбовалась, а то мне некогда стоять тут?

— Ой, простите, засмотрелась, — застенчивую улыбку изображать почти не пришлось, сама собой выползла на мордашку.

— Эх, молодёжь, — подал голос пони-пчеловод, всё это время наблюдавший за разворачивающимся представлением, — носятся как угорелые туда-сюда, нет бы делом заняться. Утра доброго, Стил, ты сегодня припозднился.

— И тебе всяческие приветствия, Биг Би. Всё гоняешь своих жужжалок? — ответил единорог.

— А я по делу бежала, а не просто так, и как раз к вам, Ир.

— Ко мне лучше в лавку забегать, — фыркнул единорог, подняв меня телекинезом и поставив на копыта. Похоже, это карма, и чем я так прогневал небеса?

— Спасибки, — поблагодарил я, отряхнувшись от пыли. — По слухам, у вас можно купить… — сбился я с фразы, покосившись в сторону пчеловода.

— Ох уж эти застенчивые южане, — демонстративно тряхнул гривой Ир, — мясом я торгую, мясом. Точнее не я, а моя жена.

— Всё никак не свернёшь богопротивное дело, а? — ворчливо протянул Би. — Сама Селестия завещала — мы не хищники и не должны им уподобляться.

— Ох, не начинай — природа завещала нам есть всё, что зеленеет или шевелится и не ядовито, — парировал Стил, подмигнув мне.

— И куда только богини смотрят, — пробурчал Би и, демонстративно отвернувшись, ушёл куда-то вглубь пасеки.

— Не обращай внимания, он всегда бурчит, когда этот вопрос поднимается. Попробовал бы он пожить на севере, где девять месяцев зима, и ближе к весне единственной едой частенько остаётся строганина с ягелем.

— Я б попробовала… — интересно было бы сравнить местный ягель с земным.

— Ага, вкус занимательный, только если с охотки, а не целый месяц им одним желудок набивать, — фыркнул он. — Ладно, дорогуша, давай ко мне на хутор, там найдёшь мою жену Аврору, с ней и договаривайтесь. Всё, беги-беги, я уже опаздываю… — продолжил он, направившись в сторону Понивиля.

И снова в путь. Пропылила мимо вишнёвого сада, задела хвостом краешек ржаного поля и пробежала мимо высоченных стеблей кукурузы, выстроившихся по обеим сторонам дороги. Местность потихоньку поднималась вверх, встретилось несколько глубоких оврагов-распадков, через которые были переброшены деревянные мостки. Дробное эхо от моих копыт замирало где-то внизу в туманной дымке, эти расщелины были пугающе глубокими.

Дом, точнее, кузню Стил Ира я заметил ещё издали. Кузня стояла на вершине холма возле очередного распадка, по дну которого журчала хорошая такая речка. И похоже, не просто так стояла, изгиб дороги приоткрыл вид на кузню сбоку. Из стены выдавался вал с большим деревянным шкивом на конце, лента, наброшенная на него, уходила куда-то вниз. Похоже, меха у Стила в кузне с приводом от водяного колеса, а может, даже и молот. Хотя такой здоровый единорог, применяя телекинез, выдохнется ой как нескоро просто за счёт общей выносливости организма.

Уже на другом склоне холма нашёлся и дом Ира, который ввёл меня на несколько минут в ступор. Это был натуральный двухэтажный терем, сложенный из массивных брёвен, поставленный на высокий каменный фундамент. С резными наличниками вокруг окон и мощными ставнями, резными же балясинами на перилах лестницы дома, дверь в который, похоже, открывалась внутрь, что очень характерно для северных построек. Высокая печная труба была прикрыта металлическим колпаком, на вершине которого крутился флюгер-петушок.

В общем классический северный вариант, похоже, после переезда Ир не изменил традициям родных мест. Созерцая этот шедевр деревянного зодчества, не сразу обратил внимания на окликнувшую меня кобылку, вышедшую на крыльцо:

— Заблудилась, малышка?

— Ой, простите, засмотрелась на эту красоту. Утро доброе, — ответил я, рассматривая хозяйку дома.

Миниатюрная земная пони с белоснежной шёрсткой и радужной гривой, если пряди нашей лохматой радужки были чёткими и ярких цветов спектра, то волосы Авроры были мягких пастельных оттенков, которые плавно перетекали друг в друга, что делало причёску чем-то похожей на гриву Селестии.

— Доброе, малышка.

— Простите, вы Аврора?

— Аврора, Аврора Борелис, — действительно подходящее для этой кобылки имя.

— Ну, тогда я не заблудилась, а очень даже туда, куда нужно прискакала, — улыбнулся я.

— Тогда забегай в дом, перекрикиваться через порог не будем, — улыбнулась она в ответ. — Чаю попьём, нечасто у нас бывают в гостях новые пони.

Чай у хозяйки оказался с липовым цветом и мятой, а сама Аврора вытянула из меня все понивильские новости и мою «историю» в официальном её виде. Ух, я так долго безостановочно не говорил… да, наверно, никогда. Сама Борелис поведала мне почти классическую историю Ромео и Джульетты. В отличие от сопливой истории Шекспира, принадлежавшие к разным кланам Стил и Аврора познакомились на ярмарке и через несколько лет свиданий втихаря поженились, потом объявили своим семьям об этом событии и, не дожидаясь начала межклановых «разборок», помахали родным копытцами и были таковы. Ещё несколько лет они искали новое место для жизни, пока не осели здесь, неподалёку от Понивиля, место им подсказал тот самый дальний родич, живущий в Кантерлоте.

— Видишь ли, малышка, наши кланы не просто так одни из самых уважаемых на севере. Да, в копытах кланов сосредоточены большие ресурсы и земли, но и ответственность на наших воинах лежит немалая. Они охраняют земли Эквестрии от виндиго, которые в самые суровые месяцы зимы пытаются прорваться дальше на юг. Вот и сидят воины наших кланов посменно на дальних заставах, окружённых бескрайней снежной пустыней…

Нашу беседу прервал дружный дробный топот маленьких копытец двух жеребят, единорожки и пегаски, скатившихся с лестницы, ведущей на второй этаж. Малыши занимательно переняли масть родителей: тёмно-серая единорожка с перламутровой гривой и белоснежная пегаска с густо-чёрной гривой, точно будущая гроза жеребячьих сердец. Малышки затормозили, заметив постороннего в доме, и настороженно посмотрели на меня. Более смелая пегаска рванулась с места изо всех сил, споткнулась и на пузике приехала к ногам Авроры. Осторожная единорожка прошмыгнула следом, обогнув меня по крутой дуге.

— Проснулись, мои дорогие, — мать обняла жеребят, — пойдёмте искупаемся и завтракать!

— Знакомься, Найтфол, Снежинка и Дымок, наши крошки.

— Какие хорошенькие… Неужели двойняшки?

— Ага, Снежинка, наша пегаска-непоседа — старшенькая.

— А…

— Для взрослых имён они маленькие ещё. Тут все спрашивают об этом, — пояснила она в ответ на мой недоуменный взгляд. — Вот станут малышки постарше, и как только сами смогут выполнять обряд защиты от духов, так и получат взрослые имена.

— Снова северные традиции?

— Не традиции, насущная необходимость — одержимость мелкими духами зимы не слишком уж редкая угроза. Волю взрослого пони сложно сломать, да и защиту все знают, а вот жеребята всегда под угрозой, но, слава Богине, защититься достаточно просто — духу надо знать Имя, чтобы попытаться напасть, а пока нет принятого имени, сама понимаешь, опасность не так велика… Ладно, время идёт, Найтфол, помоги-ка мне, — попросила Аврора.

— Э… Боюсь, я с жеребятами…

— Да брось, надо же когда-то учиться, правда? А у кого учиться, как не у старших подруг? — подмигнула она и бесцеремонно устроила жеребят у меня на спине.

Детвора «кататься» явно умела и любила, жеребята надёжно устроились на мне, уцепившись всеми копытцами, можно было не бояться, что свалятся. Аврора закинула себе на спину пару больших махровых полотенец и кастрюльку с мисками. И как только пони умудряются удерживать всё это на спинах и не ронять? Нет, если придерживать всё телекинезом — то без вопросов, но Аврора-то земная пони. Похоже, всё же это частное проявление копытокинеза и долгая практика. Н-да, список вопросов к Твайлайт продолжает расти.

Дальше мы вышли через вторую дверь на задний двор, в центре которого стоял колодец, классический такой, со сложенными из камня стенами, двускатной крышей и воротом. Сам ствол колодца поднимался довольно высоко от земли, и для удобства доступа к вороту была пристроена деревянная лестница, рядом с которой стоял небольшой столик.

— Ну-ка ставь проказниц сюда, — попросила Аврора, подняв из колодца объёмистую бадью воды, указав копытом на обильно поросший травой участок.

Подхватив жеребят телекинезом, поставил их на землю. Если пегаска твёрдо встала на копытца, расправив крылышки, то единорожку пришлось от спины отрывать, да и на земле она вся сжалась в комочек. Как оказалась, не просто так. Плюх — и на жеребят была вылита та самая бадейка очень холодной воды, брызгами и меня хорошо так обдало.

— А не заболеют? — спросила я, когда мы на пару стали вытирать жеребят. Пегаска от такой процедуры только довольно пофыркивала, расправив крылышки, а вот на единорожку было больно смотреть. Завернув бедолагу в полотенце, старался побыстрее её высушить. — Вода ж ледяная.

— Вот ещё, это понивильские неженки могут заболеть, а наши дети только здоровее будут, правда? — ответила Аврора, уткнувшись носом в носик единорожки.

— В здоровом теле, конечно, дух здоровый, но жеребят жалко.

— Ничего, потом только спасибо скажут.

После сеанса сушки мы пошли к столу возле летней кухни, в кастрюльке, что вынесла Аврора, как раз был завтрак для малышек — овсяная каша с кусочками яблока и груши.

— Найтфол, прости, я тебя заболтала совсем, ты ж по делу-то пришла? — спросила Аврора, устроив жеребят на специальной лавочке за столом. Малышки уже уверенно держали ложки, роняли, правда, их частенько, так что приходилось присматривать, чтобы завтрак или посуда всё же не оказались на земле.

— Да ничего страшного, очень интересная беседа вышла, а я как раз занимаюсь изучением культур разных народов, но пришла я действительно по делу — мне бы курочку.

— Это можно, могу даже индюшку организовать.

— Не стоит, мне и так придётся аккуратно готовить, чтобы соседей не смущать.

— Ох, уж эти понивильцы… Ладно, присмотри пока за малышками, — сказала Аврора, направившись куда-то в сторону дворовых построек.

Хозяйка дома обернулась относительно быстро, как раз жеребята успели доесть свою кашу. Мне достался небольшой свёрток из мешковины, перевязанный бечевой, с тушкой довольно упитанной птицы внутри.

— Я потрошки внутри тушки оставила, кто-то не любит, но я всё равно рекомендую, та же печень очень для крови полезной будет.

Как оказалось, клиентов у Авроры было не так уж и мало, да и местный ресторанчик готовил и для залётных грифонов, плюс пегасы-спортсмены появлялись тут регулярно. Куры шли по цене в десять битов, но мне была скидка до пяти, мотивируя это тем, что такую худющую единорожку сначала откормить надо, а то смотреть больно.

Обратно в библиотеку я вернулся уже ближе к обеду, довольный новым знакомством и наличием основного ингредиента для салата и супа. Надо будет разделать на порции и заморозить. Холодильник, правда, в библиотеке был оригинальным. Когда-то для очередного эксперимента Твайлайт зачаровала большой чемодан. Наложенный аркан стабильно охлаждал стенки и воздух внутри чемодана до хорошего такого минуса, а так как стенки ни разу не теплоизолированы, получился этакий источник холода. Чемодан поставили в самую маленькую комнатку в подвале, которая и стала холодильником, а он сам исполнял роль морозильной камеры, нужно было только раз в полгода подзаряжать его.

* * *

— Ну согласись, магия — это просто ещё один инструмент влияния на реальность, только более гибкий. Возьмём самый примитивный вариант — аркан для нагрева воды. Заклятье передаст жидкости объём энергии, необходимый для её разогрева, но ведь можно нагреть воду и на огне, тоже передача эквивалентного объёма энергии, просто в другой форме, — вот уже полчаса я пытаюсь донести до Твайлайт своё видение устройства мира в общем и магии в частности.

Сегодня наша лавандовая принцесса решила-таки сделать перерыв в своём учебном марафоне, и я к ней присоединился. Так что с утра мы шустро навели порядок в библиотеке, коллективно приготовили целый противень пирожков с разными начинками и сейчас, устроившись на одном из балконов, методично их уничтожали, запивая малиновым чаем.

— Как можно приводить такие грубые сравнения?! Магия… Магия — это искусство, душевный порыв. Да, она меняет мир так, как хочет маг, но это изменение гармонично и отражает степень сродства колдующего с миром. Взять ту же песенную магию, когда в древности простые земные пони могли вызвать дождь, дружно спев подходящую песню.

— Тут спорить не буду, но меня учили подходить к таким вопросам системно и предварять всякую практику теорией. Давай попробуем просто классифицировать магию и магов как таковых.

— Я тоже читала трактат «Сто и один способ классификации» за авторством Гемд Гривза и Акса Каменного, они во многом ошибаются, да и слишком много в их работе суеверий и никем не проверенных предположений.

— И я пролистала, очень похоже на наших философов: много-много пространных рассуждений никак не связанных с действительностью. Я хочу рассмотреть вопрос с другой стороны. Обобщив те знания, что почерпнула на Земле и в Эквестрии, можно выделить несколько способов деления магии на отдельные области, — ответил я, откусив от пирожка, который все это время левитировал в воздухе. — Первый — по способу контроля. Можно выделить прямое управление потоками сил — на Земле такое называли волшбой. В Эквестрии такого понятия я не встречал, но самым явным его примером будет копытокинез, когда колдующий напрямую управляет потоками сил. И, собственно, магию — когда колдующий создаёт некий энергетический конструкт, который и выполняет нужное действие.

— Вполне логичный подход, — согласилась Твайлайт, — но сюда не вписывается песенная магия…

— Почему не вписывается? Она как раз очень характерное проявление групповой волшбы, табун пони напрямую меняет потоки сил, вызывая тот же дождь. Согласись, что волшбой, если не брать групповой случай, очень сложно сильно повлиять на окружающий мир, но, с другой стороны, это влияние будет оказано практически мгновенно. Тогда как маг может оперировать почти произвольными объёмами энергии, но ему необходимо время для подготовки аркана или построения плетения с нуля или вообще проведения ритуала.

— Если смотреть с такой точки зрения… — Твайлайт задумчиво помахала опустевшей чашкой в воздухе на манер указки, — то чистому волшебнику будет очень сложно использовать заёмные силы, все воздействия пойдут за счёт личных резервов.

— Зато волшебнику можно провести воздействие на одной силе воли и концентрации. У меня, конечно, мало статистики, но мне кажется, что так колдуют большинство единорогов, которые специально не учились магии.

— Ну… Если обобщить на всех пони, то так и есть. Те, кто не учились в академии обычно подражают родителям или другим пони, просто повторяя воздействие на ощущениях. Давай запишем для ясности на случай, если будем возвращаться к этой теме, — Твайлайт, прикрыв для концентрации на мгновение глаза, телепортировала на столик чистый лист бумаги с грифелем и сноровисто начертила первую схему.

— В общем, ты со мной согласна?

— Противоречий я не вижу, так что, думаю, такая классификация имеет место быть, хоть и выглядит она странно, на мой взгляд.

— Тогда давай рассмотрим следующий способ деления магии — по типу контроля. Все магические методы можно разделить на две большие фундаментальные группы: рациональную магию и иррациональную. То есть или ты действуешь, чётко понимая, что и как ты делаешь и что в конечном итоге хочешь получить, или полагаешься на интуицию и фантазию. У рационального подхода есть свои недостатки, но они перевешиваются главным достоинством — чётким контролем процесса.

— Но второй способ значительно проще.

— Да? А кто мне рассказывал, какие безобразия творились, когда ты пыталась превратить яблоко в апельсин?.. Если бы ты применила аркан, то результат был бы сразу без этих странных побочных эффектов, да и птичка бы не пострадала. Согласись, неправильно построенный аркан скорее не сработает, ну максимум, что будет из последствий — это выброс сырой силы.

— Соглашусь, но ты не учла, что этот «иррациональный» подход проще в обучении — на ощущениях, интуиции, на вдохновении можно сделать такое, для чего заклинаний ещё не придумали.

— Ага, но ведь чем сложнее задача, тем больше шансов получить совершенно дикие побочные эффекты, да и много ты знаешь пони, способных нафантазировать нечто совершенно новое? Опытный арканный маг обладает преимуществом — он может гарантировать результат, когда на чистой волшбе может получиться что угодно. Вспомним ту апельсиновую птичку, — не удержался я от подкола.

— Да оставь ты в покое бедную птицу, тем более я её потом расколдовала!

— Но ведь в этом суть. Да, ты научилась делать это превращение, но поняла ли ты, что конкретно и как изменилось, какие физические процессы при этом произошли? Например, я хочу, чтобы яблоко превратилось не в апельсин, а в грушу, аркан пришлось бы изменить только в части, отвечающей за форму, и всё — новое заклинание готово. Чистый же волшебник будет вынужден учиться заново, ведь превращение в грушу будет совсем не таким, каким было превращение в апельсин.

— И всё-таки я с тобой не полностью согласна… — Твайлайт явно задумалась над этим вопросом, — но сейчас аргументов я не подберу. Вернёмся к этому вопросу позже?

— Обязательно. Третий вариант классификации будем рассматривать?

— Конечно! Можно я попробую угадать ход твоих мыслей?

— Давай, удиви меня.

— Так, способ у нас был, тип был тоже. Следующий подход должен быть по направлению: светлая и тёмная магия.

— Недаром ты у нас лучшая ученица принцессы Селестии, — постучал я передними копытцами друг о дружку, изображая понячью версию аплодисментов. — Но я бы немного по-другому разделил: на магию созидания и разрушения. Просто и светлая, и тёмная магия способны как разрушать, так и созидать.

— А если я применю в одном действии все эти подходы, совместив волшбу, аркан и созидание с разрушением? Такие заклинания тоже очень часто встречаются и у медиков, и у строителей.

— Назовём такую магию синкретической, ну или гармонической. Я вообще к чему всё это начала. Не надо учить жеребят конкретным волшебным действиям и конкретным заклинаниям. Мы должны научить их думать, анализировать, изобретать!.. Учить стоит не готовым арканам и волшебным превращениям, а кирпичикам — элементарным действиям, которые помогут жеребятам в освоении более сложных комплексных действий. И мы не должны замыкаться только на магии, ведь это излишне подтолкнёт учеников к непредсказуемой волшбе. Кроме магии, стоит преподавать и физику с математикой, и инженерные дисциплины, логику и упражнения на развитие фантазии, в конце концов.

— Знаешь, в твоих мыслях есть здравое зерно…

— Эй, конечно есть! — притворно возмутился я.

— Но мне надо будет посоветоваться с принцессой Селестией.

— Думаю, она одобрит такой подход. Ведь…

— Твайлайт, — прервал нашу беседу прибежавший снизу Спайк, — там к тебе мэр пришла.

— Мэр? Странно, у нас вроде ничего не было запланировано… Сейчас мы спустимся.

* * *

В холле библиотеки нас ждала уже знакомая мне бежевая кобылка земнопони с пепельной гривой и кьютимаркой в виде перевязанного лентой свитка. Судя по метке, кобылка, рождённая творить особую бюрократическую магию.

— Принцесса Твайлайт, мисс Найтфол, добрый день, — поприветствовала нас гостья. — Принцесса, мне прямо неловко к вам обращаться, но случилось ЧП с этими жуткими сталлионградскими электрическими машинами на дамбе.

— Машинами? — невольно вырвался у меня вопрос.

— Ах да, вы же переехали в наш город позже и не застали это шумное и грязное строительство, — всплеснула копытцами мэр. — Потребовалось целых три генеральных уборки, чтобы ликвидировать все последствия.

— Да-да, Рарити мне рассказывала про ту волну пыли, которую вызвали неосторожные пегасы, повернувшие поток ветра со стройки в сторону Понивиля.

— Похоже, что-то случилось на дамбе, у меня с утра побывал целый табун пони, жалующихся на пропавшую электрическую магию — многие привыкли к этим удобным светильникам. Но это полбеды, у Кейков и ещё в нескольких магазинах перестали работать холодильные шкафы. Конечно, ничего страшного, многие единороги, знающие морозильные чары, не откажутся помочь, но их мало, да и стоят их услуги всё же дороже, чем электрическая магия. Сами понимаете, поднимутся цены, а у нас на носу встреча комиссии из столицы.

— Я, конечно, могу посмотреть, в чём дело, но сталлионградская магия мне практически неизвестна…

— Моя невнимательность меня погубит! — воскликнул я, постучавшись головой о ближайшую книжную полку.

— Найтфол, с тобой всё в порядке?

— Угу, я только что поняла, что в упор не заметила электрическое освещение в городе! Ну да, — сказал я скорее сам себе, раздосадованный своей оплошностью, — подвесной проводки тут не будет, ведь в ней могут запутаться пегасы, но ведь подземные линии никто не отменял!

— Действительно, сталлионградские мастера как раз жаловались, что прокладывать подземный «кабель», — мэр с трудом выговорила это слово, — очень сложно.

— Простите, а вы не припомните название той машины, что стоит на дамбе?

— Кажется, МГЭС-2М… — мэр по буквам произнесла эту аббревиатуру. — Да, в документах эта машина так и числится.

— Ты знаешь, что эти буквы означают? — спросила у меня Твайлайт.

— Похоже, что да. Эту аббревиатуру можно расшифровать как малая гидроэлектростанция два, скорее всего, модернизированная. Ну что, Твайлайт, поможем мэру?

— Подожди, машина из твоего…

— Так и есть, — перебил я почти проговорившуюся принцессу.

— Уверена, что знаешь, как их ремонтировать?

— Нет, конечно, но оценить масштаб ЧП смогу, да и мелкие неисправности починю, — кивнул я. — Кстати, леди мэр, а почему бы не вызвать бригаду из Cталлионграда? Они же должны регулярно обслуживать дамбу?

— Так я и вызвала, но, к сожалению, у них какие-то проблемы с их заводами, и все свободные бригады были переброшены туда, а к нам они смогут прибыть только через три-четыре недели, — мэр печально вздохнула.

— Тогда нам понадобятся каучуковые накопытники и пробковые шлемы. «Магия» эта опасная, — тут я с трудом сдержал смешливый фырк, — так что лучше перестраховаться.

* * *

До дамбы мы добирались почти час: пока нашли накопытники (в лаборатории Твайлайт хорошо ориентируется только она сама, и то не всегда), пока я бегал к строителям одолжить каски. Да и если не нестись галопом, как это обычно я делаю по утрам на пробежке, до дамбы шагом полчаса идти.

В этом месте я ещё не был, так что с удивлением рассматривал практически незаметное на фоне зелени сооружение. Всё, что можно, обсажено кустами или прикрыто дёрном, вокруг никаких следов того, что здесь была масштабная стройка — земным строителям не помешало поучиться у пони, как надо облагораживать территорию. Даже спуск к двери в машинный зал был скрыт за кустами, не зная, где он находится, так сразу и не найдёшь. Сама входная дверь оказалась металлической, закрытой на массивный, размером с три копыта жеребца, амбарный замок.

— Мы попросили надёжно всё закрыть на случай, если внутрь попытаются пробраться жеребята, — ответила на мой немой вопрос мэр. — Но мне кажется, что строители немного перестарались.

— Да уж, действительно, — я взвесил замок в телекинетическом захвате, — да в нём килограмма три, наверное.

— Ого, — воскликнула Твайлайт, уже заглянувшая внутрь, пока мы с мэром рассматривали замок.

— Ага, — согласился я, заглянув следом.

Техническое помещение тянулось подо всей дамбой, шириной метра три и четыре в высоту. Внутри располагались пять генераторов, трансформатор стоял на противоположном конце зала, щитовая здесь, возле входа. Под потолком над генераторами висели металлические мостки, к которым можно было забраться по скобам-ступенькам, вделанным в бетон стен. С них, похоже, поднимали генераторы, и там же, в стене, несколько люков со стороны пруда, ведущих ещё куда-то.

Ух, полное впечатление, что попал на землю в какой-нибудь цех… Было бы, если бы не щитовая: провода подходили к светящимся красным кристаллам и, судя по цвету, медным рунным табличкам, а рядом с силовыми изолированными проводами шли такие же медные плоские ленты, покрытые теми же рунами. Рядом находились пять здоровых рычагов-переключателей, судя по надписям, находящихся в положение «выключено».

Сейчас в помещении было относительно тихо, слышен был шум воды, текущей по переливу. Ни вибраций, ни характерного гула — похоже, гидроагрегаты были выключены. В помещении ничем не пахло, не было следов разрушений, очень похоже на то, что сработала какая-то автоматика, отключив все системы. Тем более что у рычагов-выключателей явно есть автоматический привод — слишком большие кожухи прикрывали точки их крепления.

— Очень интересно, — Твайлайт вошла первой и сразу начала рассматривать распределительный щит. — Какая-то необычная магия и рунические печати грифонов…

— Твай! — пришлось забежать следом и оттащить принцессу от щита, она же туда чуть ли не носом залезла. — То, что всё выключено, ещё не значит, что проводка не под напряжением. Вот долбанёт током, и будет у нас жареная принцесса магии!

— Всё в порядке? — спросила мэр, заглянув в дверной проём.

— С нами да, с дамбой сейчас будем посмотреть. Твайлайт, можешь попробовать разобраться в схеме? — кивнул в сторону щита, — а я пока пробегусь, посмотрю, нет ли где видимых поломок.

— Это будет сложно, но, думаю, справлюсь, — кивнула принцесса, телекинезом доставая из седельных сумок лист бумаги и карандаш.

Пока аликорн увлечённо что-то чертила, я пробежался по всему машинному залу. Нигде палёной проводкой не пахло, трещин в бетоне тоже не было, да и не тот тут напор воды для таких повреждений. Только возле одного агрегата слышалось слабое течение воды, чего не было слышно возле остальных.

Дошёл до трансформатора — масло не вытекло, проводка в порядке. Осталось последнее место, куда можно заглянуть.

— Твай! Я наверх слажу! — крикнул я принцессе.

— А? Да, конечно, — ответила она, даже не повернув в мою сторону голову, похоже, действительно увлеклась.

Теперь самое сложное, что, будучи пони, я ещё не делал — как забраться-то по таким скобам?.. Нет, с передними ногами все понятно — перекладину можно зажать между копытом и бабкой, а вот с задними ногами непонятно. Ладно, попытка не пытка, да и не так уж высоко тут падать.

Взобраться наверх всё же получилось, хотя задние копытца постоянно норовили соскользнуть с гладкой металлической скобы, но помогал копытокинез, хотя всё равно было сложновато. Похоже, у земных пони есть какие-то приспособления для подъёма по таким лестницам.

Места сверху было немного, так что пришлось пригнуть голову, чтобы не биться о потолок. Хорошо хоть, идти до ближайшего люка было недалеко. Сам он был похож на корабельный герметичный затвор, открывающийся наружу, с запором, приводимым в движение штурвалом. Пришлось сделать почти десять оборотов, пока все ригели не убрались в пазы, дав возможность открыть люк.

Оригинально, так вот куда спрятали всю шлюзовые механизмы. Люк вывел в такое же низкое помещение под бетонной крышей, испещрённой замысловатыми узорами, выходящее прямо в пруд. И ведь, посмотрев со стороны и не скажешь, что здесь что-то есть, хотя от поверхности воды до крыши почти два метра. С другой стороны, магией тут фонило сильно, возможно, снаружи проход был прикрыт иллюзией. Ладно, в плетениях пускай Твай пока разбирается, а я займусь механикой, коей визуально не так уж и много. Пять шлюзовых механизмов, по количеству генераторов, с автоматическим приводом и ручным управлением, судя по рычагам возле каждого из них.

Четыре шлюза были полностью закрыты, а вот пятый был закрыт не до конца, как раз тот шлюз, у генератора которого было слышно течение воды. Так-так, неужели просто переклинило механику? Попробовал дёрнуть рычаг телекинезом, чтобы закрыть шлюз полностью. Не получилось. Упёршись копытами, налёг на него всем телом — не получилось сдвинуть, от слова совсем. Н-да, если тут всё так плохо, без бригады из Сталлионграда не обойтись… Хотя, дёрнув рычаг в другую сторону, чуть не упал в воду, так как механизм легко поддался. Над водой показалась часть запорного устройства, в котором запутались какие-то ветки. Похоже, не всё так плохо, повозившись ещё минут пять, я таки смог выпутать весь этот куст из запорных пластин и штатно закрыть шлюз.

— Твайлайт, я, кажется, нашла, в чём была причина! — крикнул я, уронив с мостков злосчастный пучок мокрых веток на пол. — Ваше высочество, не соблаговолите ли вы уделить мне немного внимания?! — почти крикнул я, задраив за собой люк и спустившись вниз к лавандовому аликорну.

— Ой, Найтфол, прости, я слишком увлеклась… Но тут такие интересные решения. Сталлионградские пони — земнопони и очень недоверчиво относятся к магии единорогов, они даже полив у себя на полях делали механическим. И тут они тоже показали мастер-класс в создании артефактов. Нет, конечно, без единорогов не обошлось, но они, похоже, заказывали только отдельные узкоспециализированные амулеты, а остальное собирали сами на основе глифов. Ты не смотри, что они похожи на грифонье магическое письмо, от него тут только сами символы. А уж сколько разных амулетов они заставили работать слаженно, аж дух захватывает, вот смотри…

От лекции Твайлайт меня отвлекла магическая вспышка и рычание за спиной, а ещё интуиция завопила об опасности. Честно, не знаю, чтобы я сделал, но помогли понячьи рефлексы. Опасность сзади, что надо сделать? Правильно, лягнуть. Желательно с двух ног и посильнее, что я и проделал. После чего резко развернулся, срывая с себя телекинезом каску, хрупкая, конечно, но разок стукнуть можно.

Перед глазами открылась сюрреалистичная картина — куст оживал, расправляясь в гротескное подобие волка, собранного из веток, с листвой вместо шерсти и двух горящих зелёным огнём глаз. Убиться веником, какая живучая тварь, столько времени провести в воде и прямо на глазах восстановиться.

Над головой пролетела белая вспышка, это Твайлайт сообразила, что происходит и послала в древесного волка какое-то заклятье. Оказавшееся достаточно эффективным, после его попадания зелёное свечение померкло, и зверь опять стал кучей веток.

После того как я понял, что опасность миновала, без сил плюхнулся на круп прямо там, где стоял, уронив каску на пол. В глазах плясали огоньки, голова сильно кружилась. Адреналиновый всплеск показал, что я всё-таки ещё не до конца восстановился.

— Найт! С тобой всё в порядке?! — обеспокоенная Твайлайт подбежала ко мне.

— Да, просто испугалась. Сейчас, минутку, в себя приду…

— А, бывает… У древесных волков естественная способность распространять вокруг себя ауру страха. После того, как нас эти волки погоняли в Вечнодиком лесу, решение проблемы я обнаружила в библиотеке — заклятие изгнания. Оно выбрасывает духов из их древесных тел, а без материальной оболочки этот лесной дух безвреден. И где ты его только нашла?

— Он застрял в шлюзе и, похоже, вызвал срабатывание защитной автоматики, — ответил я, пытаясь подняться на ноги. — Зверёк точно больше не встанет?

— Точно, теперь это просто кучка веток. И я, кстати, уже поняла, что вообще тут произошло.

— Успела разобраться с этим произведением абстрактного искусства? — спросил я, указав копытцем на распределительный щит.

— Ну, тут ещё очень много работы… Если с нуля со всем разбираться, но главное я поняла. Там же наверху тоже амулеты?

— Ага, весь потолок исписан глифами.

— Так я и думала. Там система защиты, если в шлюз начнёт затягивать кого-нибудь живого, сработает заклинание, и животное или пони вынесет потоком воды на берег, а вот растения уже классифицируются по размеру. Бревно тоже будет отброшено от шлюза, а вот на мелкую растительность защита не среагирует.

— Однако… Дай угадаю, на древесном волке систему переклинило?

— Совершенно верно. Древесные волки для установленных тут амулетов дадут отклик сразу как животное и растение, а этого Сталлионградские мастера не предусмотрели, всё же вид этот редкий и водится только в Вечнодиком лесу. В общем, сработало контролирующее плетение, и всё выключилось.

— Н-да… Надо будет для мэра инструкцию написать — что такое древесные волки и с чем их едят, — хихикнул я. — Пускай мастеров напряжёт на доработку плетений.

— Хорошая идея.

— Вернём электрическую магию пони?

— Думаешь, можно?

— Так всё в порядке, даже в шлюзовом механизме никаких поломок, несмотря на удивительную прочность этого хищного куста.

Подойдя к щиту, навалился копытцами на главный рубильник, который не без усилия провернулся. Красные огоньки на щите мигнули, по очереди загорелись зелёным. Вместе с этим сами провернулись отдельные переключатели, также по очереди запуская генераторы. В помещении сразу стало очень шумно, уши рефлекторно прижались к голове. После тишины последних минут шум работающих механизмов оглушал.

— Пойдём отсюда! — крикнул я.

Твайлайт не возражала и, захватив с собой остатки древесного волка, вышла из машинного зала, я юркнул за ней следом и захлопнул за собой дверь. И про звукоизоляцию мастера не забыли, шум как отрезало.

— Эх, инженерия явно не мой талант… Похоже, придётся записываться в клуб к метконосцам, — наигранно вздохнул я, демонстративно осмотрев свой безметочный круп.

— Ничего-ничего, у тебя ещё все впереди, — вздрогнув, ответила мэр, — но я крайне не рекомендую поддерживать авантюры, что затевает эта банда. Твайлайт, повлияй на них, иначе, боюсь, однажды мы проснёмся в развалинах Понивиля, если вообще проснёмся.

— Мы постараемся, — ответила Твай, — и Найтфол поможет своим примером, правда?

— Правда-правда…

— Так что там с этой электрической магией?

— По идее, всё заработало, но бригаду ремонтников надо всё равно вызывать, при проектировании они упустили один момент…

— Мы вам напишем отчёт с нашими действиями и рекомендациями, — подхватила фразу Твайлайт.

— Ох, спасибо вам огромное от лица города, побегу успокою жителей, — поблагодарила нас мэр и бодрой рысью двинулась в сторону городка.

— Ну, раз наш отдых прервали — устроим пикник? — предложила Твайлайт.

Я демонстративно осмотрел молодую принцессу:

— Вы кто такая и куда дели яйцеголовую Твайлайт?

— Да ну тебя, — копытце аликорна ткнулось мне в бок, — раз уже договорились, что сегодня у нас перерыв, значит, перерыв.

— Ладно-ладно, но я бы всё же прошёлся по тому берегу, — кивнул я на другую сторону пруда, — откуда-то же взялся в воде древесный волк?

— Ты думаешь?..

— Да, вдруг он за кем-то гнался?

— Тогда давай поспешим! Да и вернувшись в город, стоит сказать мэру: пусть проверит, не пропадал ли какой пони, — поддержала моё начинание Спаркл.

Перейдя по дамбе на другой берег, неспешным шагом пошли вдоль берега, внимательно осматриваясь. Следов здесь почти не было, дикая живность приходила на водопой подальше от Понивиля, а сами пони тут бывали редко, как-никак тут же рядом «страшный» Вечнодикий лес.

Следы мы действительно нашли. Уже ближе к концу пруда я заметил цепочку характерных отметин на мягкой земле метра за три от берега, причём, судя по последним отпечаткам, где были вырваны целые комья земли, волк просто прыгнул в пруд. Собирался перелететь водную преграду, что ли? Твайлайт обратила внимание на сломанные ветки в густом кустарнике, растущем в этом месте достаточно близко от пруда.

— Да, это следы древесного волка, — подтвердила моя спутница.

— И, судя по кустам, он ломился напрямую, причём сам, я что-то не вижу тут следов того, кого волк догонял. Или эти создания даже минимальным интеллектом обделены?

— Вот ещё, это умные и хитрые хищники. Добровольно ломиться через эти ветки… Может, он сам от кого-то убегал?

— Ну… У нас ты знаток местной живности, я вот сходу не могу представить того, кто может напугать эту древесную зверюгу. Причём заметь — он шёл точно по прямой, и если бы не пруд, то попал бы в Понивиль. Думаю, стоит углубиться немного в лес.

— Это уже попахивает паранойей, — фыркнула Твай.

— Это попахивает разумной осторожностью. Если нормальный древесный волк так себя вести не будет, то возникает вопрос, что же заставило его так сделать?.. Тебе напомнить, как кое-какой молодой аликорн с наставницами и подругой попал в астрономических масштабов приключения? — Спаркл нахмурилась и согласилась, что если на ситуацию смотреть под таким углом, то проверить, что да как, не помешает.

Прогулка по лесу в тот день результатов не дала, я с Твайлайт явно не следопыты. В густом подлеске очень быстро потеряли следы и ничего необычного по дороге не застали. По возвращении в Понивиль, специально зашли к мэру уточнить, не сообщал ли кто-нибудь о пропаже пони. Таких тоже не было, как и любых других серьёзных происшествий. Так что случай с древесным волком я занёс в отдельный список необъяснимых событий, специально для этого заведённый, вторым пунктом. Первым там шло наше попадание в этот мир и пленение принцесс.

* * *

— Дорогая принцесса Луна, в первых строках своего письма спешу сообщить вам… — написал я на куске свитка, перечитал и со вздохом скастовал заклятье удаления чернил, тёмно-серое свечение на мгновение охватило мой рог и пергамент, после чего чернила с поверхности куда-то исчезли.

Насколько я предвзято отношусь к волшбе, но не признать её удобство не могу. Телекинез, чары света, поиска и многие другие элементарные действия, которым с энтузиазмом обучила меня Твайлайт, были очень удобны, а иногда и незаменимы. Заодно они сглаживают иногда накатывающее раздражение по поводу отсутствия пальцев. Надо будет всё-таки поймать Машу и расспросить, как она справляется с этим, но задача эта сложная. Встав на крыло, жёлтая близняшка Флаттершай стала неуловимой. Особенно после того, как уговорила лохматую радужку потренировать её и свою названную сестрёнку. Флатти, правда, так и летает как крокодил Пинки — низенько так, низенько, но летает она теперь гораздо чаще, чем ходит пешком. Что лично меня радует, значит, проводимая Машей работа по выведению излишней закомплексованности из Флаттершай не проходит даром.

Я же с коллегой-попаданкой за этот месяц практически и не встречался, встречалась… Эта амбивалентность меня, несмотря на всю показную невозмутимость, раздражает. Да, я научилась следить за собой, как и всякая уважающая себя кобылка, за этим строго проследила Рарити, которая однажды увидела меня на пробежке в состоянии «поднять — подняли, а разбудить забыли». Проспал, поэтому с утренним моционом решил не заморачиваться, подобрал гриву с хвостом прикупленными недавно лентами и так и рванул до озера, а на обратном пути встретил владелицу самого модного понивильского бутика.

Завидев меня, она, издав полный ужаса вздох, потащила к себе в мастерскую, где привела мой облик к положенному для кобылки со столь высоким статусом. Мол, её не волнует, что я был вроде как жеребцом, если говорить на местный манер, раз сейчас я кобылка и ученица самой принцессы Луны, то ни в коем случае не должна ронять монарший авторитет своим неприглядным видом. Вдобавок потребовала регулярно к ней заглядывать, в противном случае обещала пожаловаться принцессам, сразу всем трём. Учитывая её хорошие отношения со Спайком, дракончик Рарити чуть ли не боготворил, послать письма монаршим особам она сможет без проблем. Пришлось смириться со своей судьбой и регулярно добровольно подвергаться косметическим процедурам. И хуже того, мне это начало нравиться, да и у зеркала стал залипать с завидным постоянством. Так и нарциссизм недолго подцепить, но Луна действительно постаралась на славу, сделав из меня действительно симпатичную поняшку.

— Ладно, хватит отвлекаться, — буркнул я себе под нос, возвращаясь к отчёту. Месяц для меня пролетел совершенно незаметно, и вроде как пришло время отправить обещанное письмо.

Вот только со стилистикой у меня возникли проблемы… Как написать отчёт, как официальный документ или как письмо любимой наставнице? Которую я, кстати, за этот месяц и не видел ни разу.

— Её Высочеству принцессе Луне Эквестрийской, пишет вам… — и с разочарованным фырком стёр написанное. Обидно, сейчас так хочется постучаться головой обо что-то твёрдое, но рог мешает, а стукнуть им не то чтобы больно, но очень неприятно.

Хорошо хоть начал писать сразу по возвращении с пробежки, так, чувствую, до вечера и провожусь. В нагрузку ещё и почерк у меня как был неразборчивым, так от получения копыт лучше не стал. Нет, писать на эквестрийском пришлось учиться с нуля, но процесс пошёл быстро, особенно с учётом огромного количества заметок, что я делал.

Кстати, об эквестрийской письменности, несмотря на личные особенности почерка, в зависимости от метода, каким писался текст, можно попробовать угадать, кто и как писал. Птичье перо, новомодное по местным меркам металлическое перо или карандаш, которые в принципе ничем почти не отличались от земных, ну разве что только ручка для металлического пера и корпус карандаша изготавливались плоскими или эллипсоидными, в противовес земным цилиндрическим формам. Это делалось для тех пони, кто привык брать письменные принадлежности в рот, в этом случае, по сути, пишешь движениями шеи. Наибольшей популярностью этот метод пользуется у земных пони, да и вообще у тех, кто работает вкопытную, хороший слой пыли и грязи с помощью копытокинеза уже не счистить.

Конечно, можно писать, зажав карандаш между бабкой и копытом или удерживая его с помощью копытокинеза — метод чиновников и прочих интеллигентов не единорожьей наружности, которые вынуждены много и долго писать. Зажав перо в зубах, монографию не напишешь, мышцы шеи будут категорически против. Для тех, у кого с копытокинезом было не очень, даже продавали специальные манжеты, надевающиеся на копыто, с зажимным креплением.

Ну и последний метод для единорогов — удерживать перо телекинезом, но он требует недюжинной точности и самоконтроля, во всяком случае, первое время. Опытный работник пера — Твайлайт, та может писать, похоже, в любом положении и вообще с закрытыми глазами.

Каждый из способов даёт свои характерные особенности начертания букв, по которым и можно угадать, кто писал текст. Я же остановился на методе единорогов, им овладеть получилось быстрее всего, а то, что у меня получалось, если писать, зажав карандаш в зубах или в копытцах, даже лучшие земные повелители стетоскопа и клизмы прочитать не смогут. Да и у меня чтение собственных каракуль удавалось далеко не с первого раза. Так что пришлось осваивать точный телекинез.

Вздохнув, отложил перо и чернильницу, потянулся и уставился взглядом в окно своей комнаты, бесцельно блуждая взглядом по домам напротив и пробегающим по библиотечной площади пони. За делами не заметил, как уже целый месяц пролетел в чужом мире.

Как показала практика, человек — тварь такая, привыкнуть может ко всему. И к копытам вместо рук, и к повышенному вниманию со стороны некоторых жеребчиков и многих кобылок, и к проживанию внутри живого дерева. Да и некогда было рефлексировать: самообучение, занятия с Твайлайт, восстановление физических кондиций. В общем, можно сказать «жизнь хороша, и жить — хорошо».

Надо бы ещё коллегу-попаданку отловить для беседы, но вряд ли получится, она плотно погрузилась в учёбу, повергая местных врачей в шок методами немагической медицины. В последний раз, когда она забегала к нам в библиотеку, поставила мне задачу срочно «изобрести» пенициллин, потому как ей, цитируя дословно: «надо убедить пару однорогих упрямых козлов», что не только зелья могут подавлять рост бактерий. Задачу я принял, но вот сколько займёт времени реализация проекта сказать не возьмусь. Идею одобрила и Твайлайт, так что в лаборатории уже с десяток чашек Петри набралось с различными видами плесени.

С магией пока всё не так бодро, как мне хотелось бы, мой потолок сейчас — простейшие арканы и волшба, но опыт дело наживное. Так что практика, практика и ещё раз практика и параллельно теория. Точнее, разработка непротиворечивой теории магии. Твай идею не одобрила, но и мешать не стала, так что, думаю, через пару лет можно будет смотреть на магию сквозь призму натурфилософии. Физик из меня, конечно, аховый, однако и предмет изучения своеобразный.

Вот с развитием и адаптацией сознания к магическому восприятию мира всё более чем хорошо. Попытки войти в контакт с духом Вечнодикого леса дали свои плоды. Ну и тот факт, что в Эквестрии медитация стала для меня не самовнушением, а действительно практикой восприятия духовных и энергетических сущностей, а для этого требуется более чем гибкое сознание. Ведь те же духи частенько непросто структурированная энергия, они многомерны, причём не только в пространстве, но и во времени!

К тому же дух леса просто самый сильный в округе, а кроме него вокруг нас существует множество другой энергетической живности, которые за малую толику переданной добровольно силы могут выполнить какое-нибудь простое поручение, надо лишь наладить с ними контакт.

Результатом тренировок стало то, что я уже сейчас могу одновременно удерживать внимание на двадцати-двадцати пяти объектах или процессах, тогда как среднестатистический пони только от пяти до восьми. Для людей, насколько я помню, числа отличаются не сильно. Казалось бы, мелочь, просто трюк. Ну можешь ты уследить за метаниями шарика не между тремя, а между двадцатью напёрстками? Однако такие способности существенно облегчают построение любых арканных заклинаний и волшбу. При желании можно записать заученный текст сразу десятком перьев, разделив его на десять частей. Или же создавать аркан не последовательно, тратя силу на поддержание уже собранной конструкции, а параллельно, при этом ещё и соразмерно ускоряя создание заклинаний. В общем, очень и очень полезный навык. Твайлайт, когда я поделился с ней своими успехами на этом поприще, тоже заинтересовалась вопросом. Как оказалась, она никогда и не уделяла времени именно упражнениям на разделение внимания, но как показал эксперимент, даже самые сложные созданные ею магические конструкты возникали почти мгновенно. Так что моя радость немного увяла, но я теперь знаю, к чему надо стремиться.

Неспешный поток моих мыслей прервал магический всплеск, пришедший со стороны фермы Эпплов. Следом за ним раздался громкий хлопок. Так, ничего хорошего это явно не означает. Подорвавшись с места, сиганул в окно, кое-как свалился с дерева и галопом рванул в сторону взрыва. На ходу поймал мелкого духа воздуха и передал с ним сообщение для Твайлайт.

Тут стоит немного отвлечься и рассказать о том, как такой способ появился. Мне, как существу развращённому миром, где мобильная связь наличествует почти повсеместно, было очень неприятно отсутствие быстрой связи. Ну не с помощью же Спайка переписываться? Привыкшая к размеренной понивильской жизни Твайлайт проблемы тут не видела, но моё стремление обзавестись возможностью быстро доставлять сообщение поддержала. Ведь это новый эксперимент, как-никак. Однако, как показала практика, подходящих готовых арканов не нашлось, а те, что нашлись, могла исполнить только сама хозяйка библиотеки. Вот тут-то я и вспомнил о шаманских методиках. Даже мелкому духу найти Твай с её ярчайшей аурой проблем не составляло, а сама аликорн хоть и никогда с такими сущностями не общалась, но прекрасно их слышала. Так что пейджером, работающим в окрестностях Понивиля, мы с ней обзавелись, с моей стороны в виде духа, а с её в виде свитка с посланием, которые Твайлайт могла отправлять почти тем же методом, что и Спайк. Свитки эти, правда, почему-то норовили появиться у меня над головой и стукнуть по макушке.

Скакать пришлось неожиданно далеко, остаточный след от магической волны привёл меня к границе садов Эпплов. По дороге наткнулся на ЭйДжей, озадаченно стоявшую возле домика на дереве, построенного на огромной старой яблоне. Домик ухоженный, заботливо отремонтированный, даже с настоящими окнами и занавесками, и, кажется, я знаю, кому он служит штабом.

— Привет яблочным пони! — остановилась я возле хозяйки сада.

— Найтфол, хорошо, что ты здесь! Слыхала, как бабахнуло? Сахарок, я боюсь, как бы эта неугомонная троица в беду не попала, но где их искать?!

— Отставить панику, за мной, пока след не рассеялся!

Бежать далеко не пришлось, буквально, в минуте бега мы нашли искомую троицу. Жеребята устроились на большой поляне сразу за садом, через которую, весело журча, тёк ручеёк. Из пасторальной картины выбивались: натуральный требушет и свежая двухметровая воронка прямо на берегу ручья, метрах так в пятидесяти от требушета, которую уже залила вода. Жеребята нас не заметили, сгрудившись возле места взрыва. Оно и неудивительно, с учётом того, что они переговаривались криком, оглушило их знатно. Слава принцессам, судя по живости их обсуждения, серьёзных ранений никто не получил.

— Эпплблум, Свити Белль и Скуталу, вы чего это тут сотворили, а?!

Троица жеребят, наконец-то заметив, что они на поляне не одни, сначала было попыталась сбежать, но передумали и понуро собрались перед ЭйДжей. В этот момент на поляне с яркой вспышкой материализовалась Твайлайт, державшая в телекинетическом захвате Редхарт, кобылку с белой шёрсткой и розовой гривой, старшую медсестру Понивильской больницы.

Пока старшие кобылки осматривали жеребят на предмет травм и наперебой читали им нотации, я изучил, так сказать, место преступления. Ничего необычного, кроме снарядов, которые запускали жеребята, я не нашёл. Ну, если не считать за необычное сам требушет. И где они только чертежи достали? Снарядами оказались драгоценные камни, точнее, их магический эквестрийский аналог. В подробности их возникновения я пока не вдавался, но вот то, что они, по сути, кристаллизованный сгусток магической энергии уже знаю. Вот только я ни разу не слышал, чтобы такие кристаллы взрывались, да ещё так сильно. Похоже, меткоискатели использовали какой-то другой снаряд. Хотя…

Плюхнувшись на круп, закрыл глаза и сосредоточился на окружающем магическом фоне. Через пару минут голоса поняш окончательно ушли на второй план, а я смог оценить, что же тут происходило в магическом плане. Самое удивительное, что эхо от взрыва несло в себе следы энергетики сестры Рарити. Такое чувство, что именно она выдала этот всплеск, но жеребёнок физически не смог бы выдать столько энергии за раз. Углубиться в вопрос дальше мне не дали, сквозь медитативную отрешённость до меня донеслись голоса подошедших вплотную понях:

— Эй, Твайлайт, похоже, Найтфол сломалась!

Ага, значит, вплотную ко мне сейчас стоит Скуталу и машет копытцем перед моим носом. Надо будет с Твай переговорить, что-то у этой мелкой пегаски не то с аурой, а вот что конкретно — непонятно.

Говорила кобылка, повернув голову к Твай, а потом снова посмотрела на меня… Всё, пускай меня считают извращенкой, но, не удержавшись, я сцапал в копытца мелкий сгусток милоты с целью потискать:

— Скажи мне, милое дитя, — Скуталу, похоже, смирившись с судьбой, вырываться из объятий не стала, несмотря на хихиканье подруг, которых позабавила открывшаяся им картина, — откуда вы достали такие интересные камушки? Спрашивать, как вы нашли чертежи метательной машины, я не буду…

— Это я скажу, — вставила Твайлайт. — Спайк недавно выдавал на копыта книгу «История древних сражений», том, кажется, второй.

— Ага, а откуда достали такие чудесные камни? — продолжил я спрашивать, отпустив нахохлившуюся кобылку.

— А что с ними не так? — спросила Твайлайт, пролеветировав к себе один из кучки, лежащей возле требушета.

— Ты уже поняла, что здесь рвануло?

— Нуу, кобылки, наверное, утащили какой-нибудь старый амулет из замка двух сестёр.

— Не-а, не угадала.

— То есть как?

— А ты приглядись сама, я хочу идею проверить, а то вдруг как ошибаюсь просто, — предложил я Твайлайт, поднимаясь на ноги.

Твайлайт озадаченно огляделась, прикрыла глаза и снова огляделась:

— Ничего не понимаю, — озадаченный лавандовый аликорн тряхнула гривой. — Свити, но как?

— Резонанс же!

— Но ведь ещё надо найти такой, чтобы без дополнительных ухищрений просто влить чуть больше силы, ведь ни камни, ни магия единорогов неоднородны и даже не линейны! — воскликнула Твай.

— А теперь посмотри на эту симпатичную кучку. Свитти достаточно было бы подержать каждый камушек отдельно в телекинетическом захвате, а потом один из них неосторожно стукнуть…

Все поняши судорожно вздрогнули, даже малышня, которая, похоже, тоже сообразила, что если один из камушков рванул так, что в Понивиле услышали, то вся эта кучка бабахнула бы, как пару кило тротила.

— В общем, Твайлайт, я настаиваю на введение в расписание занятий по естественным наукам и основам безопасности жизнедеятельности, а вам, малышня, придётся все занятия посетить. Иначе, боюсь, в следующий раз Понивиль не уцелеет. Яблочная душа моя, — обратился я к ЭйДжей, — отведёшь кобылок по домам, мы тут с Твай пока осмотримся, а?

— Конечно, сахарок! — согласилась земная поняша. — Вы там заодно, — она стрельнула глазами в сторону требушета, — ну сами понимаете.

— Ага, конечно!

Понуро опустившие головы жеребята потянулись за ЭйДжей.

— Так мы никогда не получим свои кьютимарки, — печально протянула Скуталу.

— Ага, вон Найтфол уже какая большая, а свою не получила, — поддержала пегаску Эппл Блум.

— Выше нос! — подбодрила жеребят ЭйДжей, — У вас ещё всё впереди, а Найтфол просто… — земная кобылка задумалась, подбирая подходящее слово, — необычная пони, да, просто необычная пони.

— И не забудьте вернуть книгу в библиотеку! — крикнула Твайлайт им вслед.

Кстати, я действительно глубоко ушёл в себя, даже не заметил, как ушла медсестра. Похоже, убедившись, что пострадавших нет, она убежала к своим пациентам.

Дождавшись, когда кобылки отошли подальше, попробовал приподнять телекинезом весь требушет. Увы, но нет, дохловатый пока из меня телекинетик. Хозяйка библиотеки фыркнула, скастовала какой-то сложный аркан, и требушет исчез. На мой недоумённый взгляд она ответила:

— Отправила его в замок двух принцесс в старую оружейную комнату, там ему самое место. Ну так о чём ты хотела поговорить?

— Надо аккуратно расспросить Свити и Рарити, откуда взялись эти камни.

— Брось, скорее всего, или Рарити со Спайком нашли, или в лавке купили.

— Двадцать «одинаковых» камней с идеальным резонансом под магическую силу Свити Белль?! Какова вероятность того, что всё это получилось «случайно»?

Твайлайт вздрогнула и рефлекторно хлопнула крыльями:

— Ты думаешь?

— Я не думаю, я знаю. Принцесса Луна предупреждала меня, что тварь, напавшая на вас, лишь изгнана, но не уничтожена.

— Найтфол, мне кажется, что у тебя просто приступ паранойи.

— Давай так, я тут всё в округе тщательно обыщу, а ты пока выясни, откуда жеребята достали эти чудесные камушки.

Твай хотела возразить, но, встретившись со мной взглядом, почему-то вздрогнула и всё же уступила. Подхватив с собой оставшиеся камни, она развернулась и пошла в сторону города, потом фыркнула, взлетела и уже в полёте телепортировалась.

Вздохнув, принялся прочёсывать окрестности, даже обнюхал всё мало-мальски интересное. Пони, конечно, не ищейки, но обоняние всё же будет получше человеческого. Нашёл и книгу, взятую в библиотеке, её жеребята бросили рядом с местом, где собирали части требушета. Видел, откуда они притащили обрезки досок и верёвки. И всё, ничего необычного, никакого постороннего присутствия или странных отпечатков ауры. Пришлось признать тщетность поисков и вернуться домой.

В библиотеке меня ждала озадаченная Твайлайт. Как я и предполагал, Рарити таких камней не находила и не покупала и вообще понятия не имела об их существовании. Свити же говорила, что взяла их в корзинке для некондиционных камней, куда её сестра складывала бракованные или чем-то не понравившиеся ей варианты.

— Вот видишь, всё это очень странно. Сначала странные следы древесных волков. Потом это покушение на жеребят.

— Покушение?

— Твайлайт, а если бы Свити подольше подержала в телекинетическом захвате все камушки, а потом случайно один бы уронила в общую кучу?! Да от малышек мокрое место осталось бы!

— Но, как же…

— Расскажи обо всём принцессе Селестии, твоему рассказу она точно поверит. Я тоже отправлю письмо наставнице.

— Обязательно, но всё же мне кажется, ты немного сгущаешь краски. У Свити бы просто не хватило силы, чтобы зарядить такую кучу камней за один раз.

— Но вопрос, откуда они взялись и почему идеально подогнаны под магическую силу сестры Рарити, владелицы одного из Элементов Гармонии, остаётся открытым.

— Если так ставить вопрос…

— Ну а кто ещё мог бы проделать такое? Ты знаешь единорогов, способных на такие манипуляции?

— Дискорд?

— А где он? Я уже столько слышала про ходячий кусочек хаоса, что просто интересно было бы с ним познакомиться.

— Его не видели с самого нашего исчезновения, — задумчиво протянула Твайлайт, — но Дискорд и раньше мог надолго пропасть и потом совершенно внезапно появиться.

* * *

«Принцесса Луна, сегодня произошло крайне обеспокоившее меня событие…

…В завершение хочу сказать, что предварительную подготовку считаю оконченной и с начала учебного года перейду на режим регулярных занятий. С уважением, ваша ученица Найтфол Мист»

Закончив с письмом, свернул свиток. Хм, надо будет свою печатку с подписью завести. Ну, а за неимением печати поставил оттиск на сургуче, которым запечатал свиток, ученическим кольцом, выданным мне Луной, и уже было хотел позвать Спайка, как вдруг отпечаток лунного серпа засветился мягким серебряным светом, а затем свиток исчез. Однако! Я озадаченно почесал нос кончиком пера, чихнул и уставился на с виду невзрачное серебряное кольцо. Интересно, какие ещё секреты оно в себе хранит?..

Не знаю, сколько я ещё так просидел, разглядывая кольцо, как вдруг стены комнаты пошли волной и стали резко расходиться в разные стороны. От неожиданности я вцепился руками в столешницу. Стоп, руками? Озадаченно ощупал всего себя, я снова человек? Ничего не понимаю… Я озадаченно опустил копытце на столешницу. Брр, тряхнул головой. Да что здесь происходит?

— Успокойся, — раздался вдруг откуда-то из-за спины знакомый вкрадчивый голос принцессы Луны, — просто сосредоточься на том облике, который тебе сейчас ближе.

Как тут успокоиться-то, когда мир решительно не желает оставаться на месте. Ладно, раз, два, зажмуриться, глубоко вздохнуть. Мой человеческий облик с трудом возник в памяти, и то лишь общий образ без мелких деталей. В упор не помню свой цвет глаз и волос, помню только, что они были длинными и собирались в хвост на затылке. Хвост, сейчас это слово прочно ассоциировалось-таки с конечностью, а не причёской. Тёмно-серые грива и хвост, расчесывание которых уже превратилось в неотъемлемую часть ритуала поклонения утру.

Яркий образ моего понячьего отражения снова вернул уверенность в себе и окружающем мире, во всяком случае, все четыре копыта теперь на месте и стою я на чём-то твёрдом. Да и ощущение «вращающегося мира» пропало. Осторожно открыв один глаз и убедившись, что так оно и есть — стены и пол больше не колышутся как желе, я огляделся и с трудом задавил удивлённый вскрик. Вокруг было «ничто» в буквальном смысле, кажущаяся бесконечной пустота, заполненная тёмно-синими переходящими в бирюзу и обратно аморфными облаками. Под копытами ничего нет, хотя такое чувство, что стою я на чем-то очень гладком и твёрдом. Слева и справа от меня — уходящие в бесконечность ряды разноцветных дверей, висящих в пустоте. Если присмотреться, каждая дверь из находящихся в поле зрения была уникальной, разная форма украшений и дверных ручек. Какие-то покрыты вычурной резьбой, другие — собраны из простых досок, покрытых лаком. Встряхнув головой, повернулся к стоявшей за моей спиной Луне, не стоит заставлять ждать принцессу.

— Здравствуйте, наставница, — я поклонился, изображая один из вариантов приветствия, которые заставила заучить меня Файс. Не знаешь, что делать? Следуй протоколу и этикету.

— Ой, не надо официоза, — отмахнулась копытцем Луна. — Я, можно сказать, только-только вернулась из ссылки, а современный дворцовый этикет меня уже начинает раздражать. Для начала постой спокойно.

Обойдя меня пару раз по кругу, принцесса, похоже, проделала попутно какой-то осмотр, во всяком случае от «электрических» касаний заклинаний, то и дело проходивших сквозь меня, по спине бегали табуны мурашек.

— Что можно сказать, — сказала Луна, закончив осмотр, — энергетика уже восстановилась. Конечно, до пиковой формы тебе ещё придётся поработать над собой, но прогресс хороший. Я, если честно, ожидала меньшего.

— Я всего лишь выполняю все предписания…

— Мало выполнять, надо ещё и стремиться к нужному результату, потому как для пони как не для какой другой расы важно равновесие душевное, которое во многом определяет состояние здоровья, чтобы ты знал. Вот что меня смущает, так это твой новый облик…

— А что с ним не так?.. — настороженно спросил я.

— С ним всё в порядке, и вот это-то как раз странно. В этом мире, по идее, ты должен был принять наиболее привычный тебе человеческий облик.

— Откровенно говоря, с трудом вспоминаю свой мир… — ответил я, задумавшись. — Всё же слишком много новых впечатлений, да и ощущение, что я, наконец, живу, а не существую.

— Ну что ж, время покажет, — на секунду мне стало неуютно под внимательным взглядом Луны. — Ладно, пойдём, покажешь, как у тебя с магией дела обстоят, — сказала Луна и двинулась вперёд по коридору. Замешкавшись на мгновение, я двинулся следом за принцессой.

— Луна, если не секрет, где это мы сейчас?

— Никакого секрета тут нет, а как моя ученица ты даже обязана знать, где мы. Сама догадаешься?

— Хм… — я сосредоточился на последних воспоминаниях перед тем, как оказался здесь. — Мы в мире снов?

— Именно.

— Мне, правда, показалось, что это всё некая абстракция, а не реально существующее пространство.

— А что есть реальность?

— Представление об окружающем нас мире, данное нам в ощущениях, — предположил я.

— Разве всё вокруг нас нереально? Ты, я… — остановившись, она постучала по косяку ближайшей двери, — вот эти двери.

— Выглядит вполне убедительно… Для меня. Я точно знаю, что так называемый «мир духов» вполне можно выделить в отдельное пространство, хотя он и сильно связан с материальным миром. Ноосферу нашего мира, обеспечивающую связь миллиардов людей между собой, принципиально можно отнести к тому же классу сущностей. Возможно ли существование планов с большим отрывом от реального мира? Пространств, в которых мысль и идея главенствуют над материей?..

Луна в ответ только улыбнулась мне.

— Если же они существуют, то почему бы не существовать граням нереальности, пространству хаоса и другим подобным планам. И если взглянуть на текущую ситуацию беспристрастно и принять как данность, что окружающее это не просто сон или реалистичная галлюцинация, то получается, мы сейчас находимся в Мире снов. И даже можно попробовать экспериментально доказать это!

— Ну-ка, ну-ка. Это было бы интересно, — оживилась Луна.

— Сейчас, — закрыв глаза, я уже привычно соскользнул в медитативное состояние и попытался представить себе металлический куб. Ничего лишнего просто небольшой блестящий кубик, висящий в воздухе.

Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент я услышал металлический звук от упавшего на то, что здесь заменяло пол, предмета. Открыв глаза, убедился, что получилось собственно то, что и задумывалось, у меня перед передними ногами лежал тот самый кубик. Толкнув его копытцем, убедился в материальности кубика. Поднял его в воздух телекинезом, убедился в наличии массы, увесистая получилась штука.

— Что и требовалось доказать, — сказал я, усилием воли просто стирая куб из реальности, — в материальном мире такое я бы проделать не смог, на прямую материализацию силы у меня точно не хватит.

Раздавшийся клацающий стук накопытников вывел меня из созерцательного медитативного состояния. Как оказалось, это Луна, скажем так, «похлопала в ладоши», если это применимо к пони.

— Честно говоря, я приятно удивлена, как пришелец из сугубо материального мира, ты очень быстро адаптируешься к новым условиям. Не ожидала я такого быстрого прогресса.

— Э… Разве это не должно быть чем-то, ну, элементарным? — спросил я, снова материализуя в воздухе на этот раз такой же металлический шарик.

— Поверь, у нас был опыт общения с существами из миров, подобных твоему, мало кто из них мог спустя всего месяц повторить такой трюк. Мир снов порождается совокупностью всех разумов пони и их верой в существование этого пространства, а я своей волей удерживаю его, скажем так, форму. И даже такая элементарная материализация для того, кто не принадлежит нашему миру, задача нетривиальная. Надо ведь «убедить» окружающий тебя мир в реальности, порождённого твоим воображением предмета, а это не всегда так просто, — ответила Луна, снова двинувшись дальше по коридору. Я поспешил следом.

— А можно узнать, все эти изменения — для меня это хороший признак или медицина тут бессильна?

— Зависит от точки зрения, — задумчиво ответила Луна.

— Хм, ну, моё мнение, я думаю, всё ещё никому не интересно, — принцесса только фыркнула, — а по-вашему — это нормально?

— Ты всё больше и больше становишься настоящей пони. Так что это даже хорошо, у тебя довольно гибкая психика, и процесс вживания проходит на удивление гладко. Но…

— Наставница? — позвал я замолчавшую Луну.

— Если бы ты остался жеребцом, я бы сказала, всё замечательно… — она вздохнула, — но сами обстоятельства твоего воплощения, моё влияние и твоё частичное слияние с Твайлайт сделали из тебя гораздо в большей степени кобылку, чем ты думаешь.

— Даже смерть для высокоорганизованного разума — всего лишь ещё одно приключение, а уж про смену видовой принадлежности и… сопутствующие обстоятельства я, думаю, как-нибудь переживу, — нарочито бодро ответил я, хотя, признаться честно, весь последний месяц я просто старался не задумываться об этом моменте.

— Так то для высокоорганизованного, — фыркнула Луна, — а вот ты всё ещё слишком молод. Хотя это тебе и поможет, чем старше разум, тем больше требуется усилий для пересмотра своего взгляда на окружающий мир. Поверь мне, я знаю, о чём говорю… Ты уже давно не жеребёнок, но всё ещё способен меняться, подстраиваясь под окружающий мир. Однако на уровне подсознательного мало кто может управлять собой, и о внутреннем конфликте ты можешь даже не подозревать, пока он не выльется в нервный срыв.

Луна остановилась, посмотрела мне в глаза:

— Найтфол, Влад, если поймёшь, что не справляешься с этим, я всегда готова тебе помочь. Не держи это в себе, иногда, для того чтобы вернуть себе душевный покой, достаточно просто выговориться.

— Э… Луна, а ваша сестра против не будет?..

— Скажем так, в отличие от Селестии я знаю, как можно взглянуть на паутину вероятностей будущего. И твоё, и Марии влияние может быть по большей части положительным. Так что, думаю, сестре необязательно знать о том, что происходит между нами.

— А разве?..

— Селестия всегда была против общения с надмировыми сущностями — да, это уменьшает опасность, скажем так, «заражения» чуждыми нашему миру идеями, но это же ограничивает её поле зрения. При взгляде со стороны всегда видно чуть больше. О, мы, кстати, пришли.

Увлечённый разговором, я не заметил, как мы подошли к двери, сильно выбивающейся из привычной уже картины бесконечного коридора. Даже не двери, а висящего в воздухе камня с прорубленным в нём проходом, внутри которого клубилась белёсая туманная дымка. Луна, пригнув голову, проход всё же был довольно низкий, зашла внутрь. Зачем-то задержав дыхание, я шагнул следом.

И через несколько шагов через туман я вышел на каменную площадку, расположенную где-то в горах. Над головой светила полная луна, её яркий серебристый свет озарял довольно большое, размером, наверное, с футбольное поле, каменное плато. Относительно ровное, оно было покрыто лежащими то тут, то там обломками камней, местами виднелись пучки чахлой травы. За спиной пролом, из которого я вышел. Небольшая щель в почти отвесном склоне горы, вершина которой поблескивала ледниками очень высоко надо мной.

— Давай-давай, проходи, — поторопила меня Луна, — ещё успеешь налюбоваться местными пейзажами.

— Где мы? — спросил я, подойдя к принцессе, стоявшей посреди довольно большой расчищенной от каменных обломков площадки.

— Там, где мы никому не помешаем. Я смотрю, ты разобрался с функциями моего кольца?

— Как бы сказать. Я просто искал, чем бы запечатать свиток, ну и не нашёл ничего более подходящего…

— Доверять своей интуиции тоже надо уметь, — хмыкнула Луна. — И вообще, считай это домашним заданием — к следующей нашей встрече найди ещё как минимум три «опции», заложенных в этот амулет. Ну да ладно, у нас с тобой не так уж и много времени, покажи мне, чему тебя научила Твайлайт.

Следующие, наверное, пару часов меня сбили с небес на землю и лишили всяческих иллюзий относительно моего уровня владения магией. Луна одобрила уже достигнутый прогресс, однако указала мне на множество мелочей, упущенных мною или, скажем, недостаточно очевидных для того, чтобы посчитать такие моменты важными.

— В общем и целом, — начала наставница, расхаживая передо мной, сидящим на крупе. Честно говоря, я совершенно выбился из сил несмотря на то, что мы вроде как в мире снов находимся. — Да, в общем и целом ты на верном пути, твои огрехи и техники построения арканов на таких занятиях мы тебе поправим. Одного не могу понять, почему ты так упорно цепляешься к чётко определённым формам, тебе было бы гораздо проще, отпусти ты свою фантазию на волю. Я же вижу, ты можешь и даже периодически неосознанно выполняешь так некоторые элементы…

— Я верю в теормаг.

— Прости?

— Возможно, я неправ, но сейчас я уверен, что контроль гораздо более важен, чем простота выполнения. Да, я могу отдаться на волю чувств и «творить», но что делать, если мне придётся творить заклинания в панике? В раздрае чувств? Формально подходя к задаче, я гарантирую, что в каком бы я ни был состоянии, если я смог сотворить заклинание, то получу именно тот результат, который предполагался, а не нечто непонятное.

— Магия суть творение, искажение и изменение реальности…

— Но даже для хаотических и вероятностных систем можно выстроить стройный математический и логический аппарат. Я, конечно, не профессор-математик, но всё же достаточно теоретически подкован для того, чтобы пользоваться подобными методами.

— Даже так, — Луна внимательно посмотрела на меня. — Знаешь, я могла бы с тобой поспорить, привести в пример единорогов, которые потерпели фиаско на этом пути, но не буду. Свежий взгляд на магию никогда не повредит, так что у тебя есть все шансы всё-таки стать основательницей новой школы магии, но о волшбе всё же не забывай. В любом случае на сегодня хватит, тебе стоит отдохнуть, и да, забеги в ванну, а то засохшие чернила очень плохо отмываются с шёрстки.

Я в недоумении посмотрел на Луну, моргнул и понял, что вижу перед собой уже почти догоревшую свечу. Поднял голову со стола и тряхнул ею, разминая шею — я, похоже, уснул прямо там, где писал принцессе письмо. И уснул я практически мгновенно, раз не заметил, как рогом сбил чернильницу, чернила из которой растеклись по столу, испачкав мне нос и скулу. Да и на столе теперь красовалась здоровенная клякса, которую венчал отпечаток моего носа. Н-да, поставил чернильницу на место и, поморщившись от тянущего чувства в роге, скастовал заклинание, удаляющее чернила — всё же похождения в мире снов были более чем реальны. Во всяком случае, магическая усталость передалась мне в полной мере. На часах было уже за три ночи, так что надо бы и в кровать отправиться, хотя наутро состояние всё равно будет как с похмелья. Магическое переутомление, оно своеобразное.

Прибравшись на столе, уже было решил отправиться спать, но, вспомнив о совете Луны, заглянул в ванну. И правильно сделал, заклинание удалило разлившиеся чернила отовсюду кроме шёрстки. Пришлось потратить ещё с полчаса на то, чтобы вымыть лицо. Уверен, правда, что часть чернил на фоне тёмного меха осталась незамеченной.

* * *

Утром, когда я в очередной раз порадовался четвероногости — на двух ногах меня знатно шатало бы — отвратительно бодрая Твайлайт объявила, что изучила весь требуемый материал и тоже готова выступить в роли наставницы для жеребят и одной кобылки-переростка. Пришлось проявить волю и настоять на переносе обсуждения этого момента на обед, сам же, взяв себя в копыта, вышел на пробежку размяться, что, как ни странно, помогло. Особенно помог час медитации на уже привычном берегу пруда, похоже, лес ко мне перестал относиться враждебно, и после такой медитации силы даже прибавилось немного.

— А, Найтфол, — воскликнула Твайлайт, когда я вошёл в библиотеку, — ну где ты ходишь, мне нужна помощь!

— Нужна, — согласился я, глядя на разгром, созданный принцессой, в главном холле библиотеки. Повсюду валялись раскрытые книги и свитки, часть из них была даже подвешенная в воздухе каким-то вариантом левитационного заклинания.

— Смотри, — почти под нос мне подлетел свиток, — я набросала основной список тем, которые надо будет рассмотреть на занятиях. Теперь надо расписать подробно учебные материалы по каждому пункту. Думаю, вдвоём мы за сегодня справимся, — добрый, но немного «маньячный» взгляд Твайлайт не сулил ничего хорошего любому, кто воспротивится этому безумному учёному.

— Тут же больше трёх сотен пунктов… — ужаснулся я, глянув в конец списка.

— Именно! Я выбрала самое основное, что нужно знать молодому единорогу, — хозяйка библиотеки пробежалась среди груд свитков, периодически подбрасывая себя в воздух взмахами крыльев. — Собрала рекомендации самых именитых преподавателей.

Плюхнувшись на круп, я как прилежный ученик поднял вверх копытце:

— Можно вопрос?

— Конечно, — кивнула будущая гроза всех молодых единорогов.

— Твайлайт, я жил и учился под присмотром семьи потомственных преподавателей. Как ты думаешь, в твоём случае стоит ли выслушать мой совет?

— С определённой точки зрения…

Закончить её не дала резко открывшаяся входная дверь и влетевший следом Спайк, который, заметив разгром, учинённый его опекуншей, замер на середине шага, по-армейски чётко развернулся на сто восемьдесят градусов и вылетел наружу, прокричав что-то про Рарити и её бутик.

— Вот видишь, одного ученика ты уже напугала, — фыркнул я.

Твайлайт закатила глаза к потолку, покачала головой, буркнув что-то про ленивых пони и драконов:

— И что ты предлагаешь?

— Я предлагаю для начала составить учебный план с учётом возрастных групп, — ответил я, поднимаясь с пола на все четыре копыта. — И думаю, стоит учесть ещё и то, что не все единороги захотят заниматься магией, а кое-кто из земных пони может заинтересоваться зельеварением. Та же Эппл Блум вроде же как раз и проявляла интерес в этой области.

— Хм, — Твайлайт одним взмахом расчистила место на столе и положила перед собой чистый свиток. — Значит, предлагаешь разделить материал для каждой расы отдельно?

— Нет-нет, предлагаю выделить отдельные направления — магическое, естественнонаучное, общеобразовательное, например. Затем выделим в каждом направлении темы, интересные для разных возрастных групп. Например, для совсем жеребят, которые ещё не ходят в школу, школьников и старших школьников, отдельно даже для взрослых пони…

В общем и целом работа закипела, на следующий месяц увеличив количество «безумных преподавателей» в дереве библиотеке до двух. Спайк, похоже, уже давно смирился с такими всплесками активности, появлялся дома в основном на поспать и силой накормить двух увлечённых кобылок.

После того как мы составили учебные планы и прикинули расписание, началось прояснение мелких деталей, в которых, как известно, и кроется дьявол. Твайлайт плотно занялась магическими аспектами, я же взялся за проработку естественнонаучной части, для чего пришлось перелопатить библиотеку на предмет того, а что пони известно о физике, химии и биологии. Заодно привыкнуть к необычным для меня обозначениям и символам, да и единицы измерения хоть и были очень похожи на привычные мне, но вот назывались частенько по-другому. Хотя оно и неудивительно, пони с именами Ампер и Уатт в Эквестрии точно не существовали.

Апофеозом этой деятельности стала подготовка к большому открытому уроку. Моё предложение провести перед началом учебного года такое мероприятие Твайлайт всецело одобрила. Вот только, как известно, согласно народной мудрости, инициатива напрямую «воздействует» на инициатора, так что пришлось выискивать в книгах и вспоминать самые эффектные и занимательные физические опыты. Чем, кстати, изрядно удивил Стил Ира, когда вместо обычного заказа на чернила, чистый свитки и перья показал ему чертёж электрофорной машины.

Большую часть экспериментов можно было провести за счёт подручных материалов, но часть пришлось изготавливать специально. В чём Ир очень сильно помог, сам бы я очень долго с этим возился. Заодно появился повод выбраться из библиотеки и Твайлайт вытащить, я-то честно продолжал физические упражнения, а вот одну увлечённую фиолетовую аликорну удалось вытащить из дома только под предлогом помочь магией в кузне. Сам я поход в гости к Стилу воспринимал как возможность развеяться, да и жеребят потискать. Примелькавшегося меня эта парочка непосед бояться перестала и стала воспринимать как приходящую игрушку и источник сладостей. Да, повозиться с детьми мне было в радость.

Правда, когда я первый раз таки смог заманить Твайлайт с собой в гости к Иру, невольно навёл паники в их доме. Мне, привычному к близкому общению с принцессами-аликорнами, было очень странно видеть нарочито подобострастное отношение семьи Ира к Твайлайт. Когда же Аврора плотно отвлекла её жеребятами, Стил утащил меня в «тёмный» уголок и пообещал в следующий раз выпороть за то, что не предупредила о прибытии венценосной особы. Мои попытки объяснить, что молодая аликорна очень смущается подобному отношению к себе были проигнорированы, а для верности мне был продемонстрирован широченный с огромной пряжкой ремень от его седельных сумок.

Правда, сама Твайлайт тоже малость была шокирована семейным бизнесом Ира и Авроры, хотя из чисто научного интереса всё же решила понаблюдать за процессом, скажем так, получения белкового продукта. Пару дней потом она, правда, ходила немного пришибленной, всё же несколько лет жизни в Понивиле не вытравили из неё сугубо столичного жителя, но философский созерцательный взгляд на мир всё же победил. Раз есть пони, для которых это нормально — значит, это нормально, но лично она долго ещё осуждающе смотрела на меня, употребляющего блюда из «тех самых» ингредиентов.

В общем и целом весь массив запланированных для демонстрации экспериментов я подготовил. Осталась самая сложная часть, требующая привлечения подрядчика — Зекоры. Даже я мог провести несложную алхимическую реакцию, да и Твайлайт в этом была совсем не дилетантом, но учить кого-то серьёзно все же лучше специалисту. Так что в один из дней, с утра пораньше я направил свои копыта в сторону Вечнодикого леса и хижины зебры. Как минимум надо было прикупить у неё каучука, который, по слухам, она собирала где-то в глубинах леса, и крахмала для неньютоновской жидкости, тоже внезапно редкого в Понивиле ингредиента.

День, как обычно в это время года, был солнечный и малооблачный, за что отдельное спасибо погодному патрулю. Хотя, судя по мелькающим где-то высоко в небе радужным всполохам, облака некая лохматая радужка скоро разгонит. Тёплый ветерок перебирал пряди в гриве, а я лёгкой рысью продвигался к дому Зекоры.

Заодно и посмотрю лес с этой стороны, а то я всё в другой стороне в основном бываю. Понивильцы избегают Вечнодикого, так что тропинка, которая начиналась на одном из лугов за границей нашего уже городка — мэр, кстати, оформила с помощью Твайлайт все бумаги — была протоптана скорее самой зеброй и нечастыми её клиентами.

Я уже минут пятнадцать шёл по самому Вечнодикому лесу, как внезапно налетевший резкий порыв ледяного ветра вывел меня из состояния мечтательно-созерцательного состояния. Буквально за секунды у меня на глазах небо затянуло грозовыми тучами, и послышались первые раскаты грома.

Уже было рванулся со всех копыт, но почти сразу остановился, когда первые капли дождя ударили по спине, а одна самая удачливая попала на кончик носа. Фыркнув, я остановился и огляделся в поисках какого-нибудь куста с кроной погуще. Заметив подходящие заросли, забрался в них поглубже, листва прикроет от дождя, а окружающие деревья побудут молниеотводами. Сделал я это очень вовремя, ветер усилился настолько, что его свист заглушал почти все звуки, а порывы были настолько сильными, что прямо у меня на глазах повалили несколько деревьев.

Буря закончилась так же внезапно, как и началась, оставив меня с мокрой шёрсткой, усыпанной мелкими сучками и листвой. Благо, перемётные сумки уцелели, предусмотрительная Твайлайт наложила на них водоотталкивающее заклятие. Выбравшись из кустов, огляделся, повернул голову, осмотрел спину и бока, раздражённо дёрнул хвостом, сбрасывая особо прилипчивый лист. После чего громко и с выражением обматерил сам себя — не единорог, а какое-то недоразумение, в панике забился в нору и даже не подумал прикрыться от дождя заклинанием.

Ещё раз обозвав себя идиотом, двинулся уже намеченным маршрутом. Правда, прошедшая внезапная буря повалила немало деревьев, и часть из них — прямо на тропу. Так что периодически приходилось перепрыгивать или обходить препятствия.

В одном месте пришлось лезть прямо через мокрую крону упавшего дерева, с одной стороны, мешал обойти густой и колючий кустарник, с другой — довольно глубокий распадок, по дну которого бежал ручей, после ливня превратившийся в бурный грязный поток. С трудом уже пробравшись через все эти ветки, а вы попробуйте с копытами, пусть и при поддержке копытокинеза, по деревьям полазить, услышал слабый писк и заметил шевеление под одной из тонких веток. Немного магии — и вот передо мной предстал небольшой алый зверёк, наверное, чуть больше Совелия. Заднюю лапку бедолаги придавило довольно большой веткой к земле, и зверёк активно барахтался, пытаясь вырваться.

Я бы назвал существо белкой, характерные лапки и пушистый хвост располагали к тому, но явно не беличий цвет меха, по-кошачьи острые когти на лапках и внушительный такой набор клыков в пасти, которым и Вайнона позавидует, однозначно говорили, что передо мной хищник. Раздосадованный зверёк, заметив меня, угрожающе зашипел, а потом вгрызся в ветку.

Отойдя чуть-чуть в сторону, чтобы не мешать себе, поднял ветку телекинезом. Белко-зверь, назовём его пока так, было рванулся на свободу, но придавленная лапа подвела, и он с громким писком упал на землю.

— Ну что с тобой будешь делать? — спросил я зверька, в ответ получив лишь угрожающее шипение, от которого и кобра бы узлом завязалась от зависти. — Ладно, уговорил, пойдём к Зекоре, она с лапкой поможет, наверное, — сказал я белке, подхватывая шипящий комок меха телекинезом.

Через пару минут ему, точнее всё же ей, надоело барахтаться в воздухе, и я рискнул посадить белку себе на спину. Успокоившийся зверь, на удивление, не стал пытаться сбежать, а перебрался ближе к шее и уцепился лапками за гриву.

Такой колоритной парой мы и добрались до места обитания штатного понивильского шамана. Я пересекался с Зекорой на рынке, она тоже предпочитала закупаться поутру, пока всё самое свежее и самый богатый выбор. Ну и пару раз как-то сталкивались в лавке у Стила. Соблюдая конспирацию, я вида не подавал, всё же мы виделись, только когда я был ИО Твайлайт. Ну да не столь суть важно, более интересно то, где жила зебра. Её домом тоже оказалось дерево, но в отличие от понивильской библиотеки, сам ствол был, так сказать, необитаем, а жилые помещения располагались между огромными воздушными корнями. Пространство между ними было закрыто глиняными стенами, армированными плетёными из эквестрийского аналога тальника панелями, в которых были встроены обычные круглые окошки, какие и в Понивиле попадаются. Похоже, хозяйка не стала мудрить и заказала себе готовые окна.

Располагалось жилище зебры на довольно большой поляне, окружённой плотным и колючим кустарником. Тропинка как раз привела меня к довольно узкому проходу, ведущему внутрь. Сам двор тоже показателен — то тут, то там лежали необычные, явно вручную изготовленные инструменты. С одной стороны были разложены круглые, тоже плетёные из тальника, подносы, на которых сушились травы. На другом конце двора лежала узкая длинная маска, явно ритуального назначения, возле неё на своеобразном плетёном верстаке стояла корзинка с набором резцов по дереву. С десяток таких готовых масок были развешаны по стволу и веткам дерева. Рядом с масками на длинных нитях были подвешены множество стеклянных бутыльков. Не удивлюсь, если они ещё и светиться будут ночью. В общем и целом — место обитания если не шамана, то знахарки точно.

— Визит неожиданный, стоит признаться. Ведь пони меня обычно боятся, — голос с характерным акцентом, раздавшийся у меня за спиной, заставил меня вздрогнуть. — Но добрых гостей видеть рада всегда я. Недавно ты здесь, как я понимаю.

— Мисс Зекора, добрый день, — поприветствовал я зебру, повернувшись к ней, — извините за вторжение, — и, заметив, что её грива с хвостом тоже усыпаны мелкими сучками и листвой, тут же уточнил: — Вы не пострадали? Эта странная буря началась слишком внезапно.

— Живёт Вечнодикий своими законами, и пони ему не указ. Но бури внезапной такой не припомню я, как та, что случилась сейчас… Ну, не стой на пороге, скорей пойдём в дом, обсохнем, в порядок себя приведём.

Проходя мимо меня, Зекора притормозила и с удивлением спросила:

— Что за алый зверь такой, необычный с виду?

— А… Это ещё одна пострадавшая, бедолагу зажало под упавшим деревом, пришлось спасать.

Зекора наклонилась было поближе, чтобы рассмотреть белку, но была встречена клацаньем клыков и раздражённым шипением.

Зебра непонятно ругнулась, видимо, на своём зебрикийском, и, что удивительно, даже не в рифму, но тут же поправилась под моим удивлённым взглядом:

— Такого зверька я ещё не встречала, хотя в лесу прожила уж немало.

— Да и буря эта на ровном месте. Ну да ладно, я к вам всё же, так сказать, с несколькими деловыми предложениями заглянула, мне тут подсказали, что у вас можно разжиться каучуком-сырцом…

— Сок древесный у меня найдётся, но сначала, чтоб простуду изгнать, декокт особый тебе испить придётся, иначе беды сей не миновать.

— Не думаю, что я уже успела заболеть…

— Я Зекора, шаман, духов шёпот я слышу, и мне скажут они, коль здоровьем кто пышет. Злой дух поселиться решил в твоём теле, но помочь я могу в этом каверзном деле. Дух зловредный болезнь принести тебе может, и его отогнать отвар особый поможет. Пойдём-ка мы в скромное зебры жилище, смогу я тебе дать то, что ты ищешь. Там, наконец, сможешь мне рассказать, зачем шаманку лесную пришла повидать.

Нужные ингредиенты у Зекоры нашлись, так что после того как мы помогли друг дружке вычистить гривы и хвосты, я рассказал о своей идее с опытом для демонстрации электростатических сил. Зебра заинтересовалась и предложила изготовить эрзац-эбонит прямо у неё, благо достаточно чистая сера также нашлась в сумрачных закромах зебры.

Белка, пока мы занимались подготовкой, была оставлена на одном из столов, стоявших в большой комнате дома-дерева, одновременно являвшейся, похоже, и кухней, и гостиной, и лабораторией. По причине больной лапки убежать отсюда она не могла, но и сидеть на месте тоже не стала, тщательно обнюхав все корзинки и банки. Блюдце с обезболивающим отваром, которое оставила зебра, алый зверь проигнорировал, зато увлечённо сгрыз какой-то корешок, забытый хозяйкой дома между корзинок.

— Ага, всё есть, но сам опыт лучше проводить на улице, серные пары они для здоровья ни разу не полезные, — сказал я, когда мы закончили с подготовкой всех ингредиентов и посуды.

— В зелье, чтобы носом не течь, добавляла огненной горы я желчь.

— Однако… Хотя яд от лекарства иногда отличается только дозировкой, — ответил я, подхватывая корзинки телекинезом, — но продукты сгорания серы точно ядовиты, так что лучше не рисковать.

Заметив, что мы выходим из дома, притихший было алый зверёк заметался по столу, потом с громким писком прыгнул на круп стоявшей ближе Зекоры, заставив ту взбрыкнуть от неожиданности, а потом перепрыгнул мне на спину и затаился на шее в гриве. Зебре, грозно посмотревшей на белку, белка ответила, клянусь, ехидным шипением.

— Эй, мелочь, только когти не выпускай!

— Вижу, спутницей духи тебя одарили.

— С моим образом жизни? Она сбежит в первую же неделю от бескормицы, — фыркнул я в ответ. — Я живу с Твайлайт и учусь у неё, и живём мы душа в душу, — ответил я на вопросительный взгляд зебры.

— Аликорн принцесса молодая, но пони с волею великой — не каждому под силу обуздать дракона норов дикий.

— Но слишком увлекающаяся, без помощи Спайка была бы у нас не принцесса, а скелет пони, обтянутый бледным фиолетовым мехом, — улыбнулся я.

Пока растапливали очаг, расположенный с другой стороны дерева, краем глаза наблюдал за зеброй. Если серьги куда ни шло, то вот кольца, которые постоянно позвякивали в такт её движениям… В конце концов я не удержался и спросил:

— Зекора, а тебе твои украшения не мешают? Ну, они не выглядят слишком практичными. Да и в лесу звон может привлечь ненужное внимание.

— Отличия знаки это мои и маяк для духов.

— Пять колец… Четыре стихии и разум? — сделал я предположение.

— Мало кто из пони понимает, — кивнула Зекора, — но вижу я, что ты иная. Зришь вглубь и с тайн сбиваешь пыль, не так, как без забот живущий Понивиль.

— Я тоже очень издалека, — осторожно ответил я, повернувшись к плошкам с каучуком, стоявшим на очаге, и начав помешивать их содержимое. Под пристальным потусторонним взглядом Зекоры мне вдруг стало очень неуютно.

— Понивильцы говорили, с Зебрики ты родом, но сухой саванны ветер незнаком твоей породе, — шаманка присоединилась ко мне, усевшись вплотную.

— То, что Луна привезла меня оттуда не значит, что я там долго прожила…

— Духи шепчут — ты чужая, не отсюда ты, иная, — почти шёпотом произнесла зебра.

— Зекора? — спросил я, повернув голову и встретившись взглядом с зеброй.

— Пришла я к пони, духов следуя советам, и шепчут мне они искать ответы. Сломался мир, и рушатся опоры, зла древнего плоды здесь прорастут уж скоро.

— Я чувствую это в воде. Чувствую это в земле. Да и в воздухе тоже чем-то попахивает, — пробормотал я, задумчиво глядя на зебру, та почему-то отшатнулась. — Зекора, есть секреты, которые должны остаться секретами, но вот в то, что мир мог быть сломан, я верю. Даже не так, я знаю, что с миром что-то случилось.

— Духи предков нашептали о событиях грядущих: судьба творится здесь, в стране за солнцем и луной идущих.

— Хм… В последнее время с лесом что-то не в порядке?..

— Из дома пришлось мне бежать лишь однажды — Дискорда проказы потерпит не каждый. Был лес безмятежен, но всё чаще бывает, что некая сила покой нарушает.

— Ты пробовала говорить об этом принцессам?

— Была дочь солнца в гостях у меня, но даже она мне помочь не смогла. Лес аликорна явленье смирило, словно покоем дубраву укрыло.

— Может тогда вернуться на родину или поближе к городу перебраться?

Зебра лишь возмущённо фыркнула в ответ.

— Понятно, предки волю высказали однозначно… Тогда прошу следи за изменениями и обо всём необычном сообщай Твайлайт и мне. Потому что сейчас совершенно непонятно, кто виноват и что с этим делать. Да и с принцессой Луной я постараюсь поговорить на этот счёт.

— Не тяни уже с вопросом, а скорее расскажи, чему зелье странное такое может послужить?

— Будет наглядным образцом, — хмыкнул я, аккуратно переливая расплавленный каучук в цилиндрические формы из сырой глины и опуская их в ведро с охлаждённой заклинанием водой. — Ну, давай посмотрим, что получилось, — сказал я через минуту, извлекая остывшую массу из форм и раскладывая на столике. — Правда, химик из меня не очень…

Образец с минимальным количеством серы остался липким и растекался как лизун, второй по консистенции напоминал застывший силиконовый герметик, третий — уже прочную резину, с четвёртым мне всё же повезло, почти эбонит получился, а вот пятый был настолько хрупким, что просто раскололся на части.

Подхватив третий образец копытцем с торца, Зекора посмотрела на его упругие покачивания в воздухе, потом повернулась ко мне и спросила:

— О природе появления новой жизни будет твой рассказ? Для таких историй глине форму надо бы придать другую…

О чём речь я понял не сразу, несколько секунд переводил глаза с Зекоры на резиновый стек, пока сообразил, о чём вообще речь. Н-да, тут же разыгравшееся воображение и эхо памяти Твайлайт заставили меня стремительно покраснеть. Вот не знаю как, под шёрсткой же ничего не видно, но пони смущение определяют же как-то, и даже я наловчился.

— Нет-нет! — я судорожно покрутил головой и только сейчас заметил плескавшийся в глазах зебры смех. Даже как-то неожиданно для вечно серьёзной Зекоры.

— Для чего ж они тогда?

— Ну, первый и последний варианты лучше сжечь, совсем резиновые, наверное, можно на пробки пустить для бутылок, а вот оставшийся… Смотри.

Я вытащил из левой перемётной сумки кусок бумаги, нарвал её мелкими клочками, потёр получившуюся эбонитовую палочку о гриву до появления характерного потрескивания статики. Теперь провести палочкой надо кусками бумаги и вуаля — кусочки прилипают к стеку.

Заинтересовавшись, зебра наклонила мордочку к висящему в воздухе стеку, по-моему, даже понюхала, постучала копытцем, наблюдая, как часть бумажных обрывков осыпалась на землю.

— Магии запаха не чувствую я… — постановила она, закончив осмотр.

— Никакой магии, сплошная натурфилософия, — ответил я, — мы скоро будем давать открытый урок, так что приходи, будет интересно, наверное. Кстати, Зекора, не хочешь попробовать себя в роли наставницы? Например, вести факультатив? Оклад Твайлайт поможет организовать хороший. Лучше тебя в округе никто в зельях всё равно никто не разбирается.

— Из города пони меня сторонятся, а жеребята и вовсе боятся.

— Брось, на мой пустой бок тоже до сих пор смотрят косо, но, думаю, тут дело привычки. Заодно расширишь клиентскую базу, — улыбнулся я.

— Знания эти опасны для жеребят неразумных…

— Действительно опасные зелья жеребятам не нужны, а вот основные травы и их свойства жеребятам было бы полезно знать. Как минимум как они выглядят и пахнут.

— Ты озадачила меня, — задумчиво произнесла зебра, потерев подбородок копытцем, заставив звякнуть свои украшения, — духов я порасспрошу, ритуалы проведу, и отвечу вам тогда.

— Если согласишься, приходи в библиотеку. Ну а мне бежать пора.

От денег зебра отказалась, сославшись на всё тех же духов и то, что я поделился с ней новым знанием, что само по себе уже ценно. Предложив зебре обращаться по любым вопросам, чем сможем, тем поможем, я откланялся и двинулся в сторону Понивиля и домика Флаттершай, сделав себе заметку попросить Твайлайт помочь с организацией расчистки тропы, а то тут шаг влево — болото, шаг вправо — овраг. Притихшая алая белка, как оказалось, банально уснула, завернувшись в мою гриву — ох, чую, понаделала она мне там колтунов, но ничего, жёлто-розовый доктор-пегас Айболит наведёт там порядок и за меня отомстит. Н-да, общение с зеброй даром не проходит — я тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивого желания рифмовать фразы.

* * *

Выбравшись из леса, я бодрой рысью двинулся в сторону домика Флаттершай, на всякий случай обойдя Понивиль по большой дуге; неизвестно, как притихший алый зверь отреагирует на большое скопление пони. У домика было оживлённо, время уже очень даже обеденное, и все мохнатые и пернатые твари, находящиеся у пегаски на попечении, настойчиво требовали есть, некоторые, судя по громкости воплей и визгов, очень даже «жрать». Бочком обошёл медведя, культурно притворившегося большой меховой няшкой у большой миски с какими-то ягодами, которые он увлечённо поглощал, слабо реагируя на окружающий мир.

Сама хозяйка нашлась в центре толпы мелких грызунов, окруживших пегаску серо-чёрным ковром. Напевая какую-то незамысловатую песенку, весьма мелодично, стоит отметить, жёлто-розовая пони наделяла зверьё порциями снеди. Некоторые особо наглые мыши пытались забраться по ногам Флаттершай к ней на спину, где разместилась пара тазиков с едой, но белый кроль бдительно следил за пищевыми диверсантами и сбивал их на землю. Подозреваю, не потому, что он любит хозяйку, а скорее защищая свою порцию моркови.

— Мои приветствия труженикам ветеринарного фронта! — поприветствовал я хозяйку.

— Ох! — пегаска вздрогнула и перевела взгляд на меня. — А, Найтфол, прости, я тебя не заметила…

Закончить фразу пегаске не дал алый зверь, который выбрался мне на макушку и уцепился лапками за рог. Белка, похоже, оглядев окрестности, грозно на всех прошипела.

— Ой, какая прелесть! А как его зовут? А это самец или самочка? А какого он вида? — затараторила Флатти аки Пинки, нарезая круги вокруг меня, пытаясь получше рассмотреть зверя, который, в свою очередь, спрятался в гриву и старался максимально далеко отодвинуться от пегаски.

— Так, ну-ка ша! — не выдержал я, схватив белку телекинезом и подняв её в воздух. — Как зверя зовут, не знаю, какого она вида — тоже. Могу сказать, что это самочка.

— Никогда не видела никого похожего на неё, — сказала Флаттершай, наконец, сумевшая внимательно рассмотреть белку, которая яростно махала в воздухе лапками с выпущенными когтями, явно возмущённая таким бесцеремонным обращением.

— Зекора, кстати, тоже. Я зачем пришла-то, можешь глянуть, что у неё с лапой?

— Бедолага! Пойдём скорее в дом! — пегаска, совсем не опасаясь когтей, подхватила белку и закинула её себе на спину.

— Ну, подлечишь — отпусти зверя обратно в лес! — крикнул я вслед пегаске. — А я побежала в библиотеку, Твайлайт ждёт! — однако Флат, всё внимание которой было сосредоточено на внезапном пациенте, похоже, меня проигнорировала.

* * *

В библиотеке меня уже ждала Твайлайт, нервно расхаживающая по главному холлу и что-то бормочущая про себя. Совелий, сидящий на своей жёрдочке, периодически поухивал в такт метаниям принцессы. Кстати, а ведь я этого птица знаю только заочно, по отрывкам из памяти Твайлайт, и последнее время его точно не видел.

— О, наконец-то, Найтфолл, ты где пропадала? У нас ЧП!

— Э… Большая медведица собирается погулять по Понивилю? Разверзлись врата в Тартар?

— Хуже! К нам на открытый урок записалось чуть ли не половина города! И ещё откуда-то в Кантерлоте узнали и будут журналисты! Что нам делать?! Что делать?! — ответила фиолетовая аликорна, не прекращая метаться туда-сюда по комнате.

— Внезапно… Ну да, урок всё равно открытый, пускай приходят. В чём проблема-то? — спросил я, проходя в комнату и устраиваясь на одном из кресел, по пути кивнув Совелию, ответившему энергичным «Уху!» на моё приветствие.

— А где мы их всех разместим?!

— Хм… Это проблема, — ответил я, окинув взглядом самую большую комнату в библиотеке. — Хотя… мне кажется, у меня есть идея! — добавил я, остановив взгляд на зеркале, так и висевшем на одной из стен. Том самом, на котором я тестировал заклинания аликорнового калибра. Эх, нескоро я теперь снова приближусь к такому же уровню…

Твайлайт замерла и, такое чувство, телепортировалась на одной силе воли. Раз! — и она переместилась с другого конца комнаты к креслу, где я сидел, и смотрит внимательно так, вытянув шею, а из её глаз на меня смотрит бездна. Б-р-р, что бы кто ни говорил, но моя названная сестрёнка меня иногда пугает. Не удержавшись, фыркнул и тряхнул гривой, прогоняя наваждение.

— Вон из того зеркала даже я, пока был тобой, смог сделать дополнительную комнату. А если мы рассчитаем всё точнее и сразу продумаем универсальную архитектуру для аркана? Сможем получить лекционный зал любых размеров.

— Но ведь дерево живое!

— Именно! Поэтому зал может быть переменных размеров. Если мы правильно свяжем аркан с деревом…

— Заклинание будет самоподдерживающимся.

Мы с Твайлайт переглянулись, и, подозреваю, на моём лице сейчас играла такая же маниакальная ухмылка. Торжественность момента испортили подопечные хозяйки библиотеки: Совелий, издав свой коронный «Уху!», вылетел в окно, и почти одновременно с ним хлопнула дверь — это от нас сбежал Спайк. Ну да меньше будет отвлекающих факторов!

Повесив на двери табличку «Закрыто», мы расчистили холл и принялись за работу. Твайлайт начала разучивать аркан, а я занялся его структурой, чтобы понять, как бы нам так его модифицировать для получения не отражения, а любого пространства, и желательно — параметрически. Однако по результатам исследования оказалось, что это просто невозможно. Из положительных моментов — Твай вычленила часть, отвечающую за создание подпространственного кармана и тут же продемонстрировала, как оно работает. Характерное свечение рога и вуаля — в воздухе возникла круглая дыра, видимая только с одного направления, а внутри — небольшая сфера с идеально гладкими стенками, на ощупь, во всяком случае.

Пришлось углубиться в дебри специализированной литературы, от чего уже через полдня мне хотелось древесным волком выть. Никакой системы, даже обозначения в формулах — и те разные у разных авторов. Теормаг? Но все более-менее старые книги даже близко не содержали хоть как-нибудь унифицированной информации.

— Спайк, ты чудо! — поблагодарила я драконыша, притащившего нам с Твайлайт ужин и здоровый бидончик с местным аналогом кофе, хотя на вкус — кофе кофем и бодрит почти так же. — Твайлайт, выпиши дракону премию! Там, за спасение от голодной смерти принцессы и всяких там учениц, — предложил я малость потерявшейся где-то в мыслях аликорне.

— А, что? — Твай подняла голову от свитка с черновиком заклинания. — Ой, Спайк, прости, спасибо за ужин.

Дракон в ответ только вздохнул и укоризненно помотал головой:

— До утра только не зависайте, — сказал он, направившись к груде книг, куда мы сгрузили всё, что не относилось к нужной нам тематике, и, выкопав оттуда какой-то комикс, ушёл к себе в комнату.

— Мы всё делаем неправильно, — сказал я, дожевав последний сенбургер, — и по этой же причине я всегда ратовала за системный подход!

— Заклинание Старсвирла уже делает всё, что нам надо, нужно только понять, как его изменить, — парировала Твайлайт.

— Угу, и потом медитировать часами для каждой новой конфигурации?

— Значит, другого способа просто нет! — отрезала аликорн.

— Бла-бла, этого не может быть потому, что не может быть никогда, — буркнул я, поморщившись. — Терпеть ненавижу фанатиков и ультимативные высказывания. И вообще, магия — это искусство невозможного!

— Да? Ну тогда предложи рабочий вариант, — возмущённо ответила Твай.

— А вот и предложу. Для начала декомпилируем задачу и прикинем возможные алгоритмы решения…

В общем и целом, мы опять просидели за свитками до глубокой ночи, и я, надеюсь-таки, убедил принцессу в удобстве и функциональности модульного подхода и использования обобщённых интерфейсов. Ближе к утру у нас были схемы генерации комнаты любого разумного размера и заполнения её сиденьями и столами. К ней же было добавлено создание сцены, кафедры и технического помещения за сценой. Мы даже придумали, как обеспечить естественное освещение! Путём создания небольших пространственных проколов в кроне дуба, связанных с панорамными «окнами» внутри свёрнутого пространства. Остался вопрос только с управляющей всем этим делом схемой. Настраивать модули под каждый конкретный случай оказалось не менее утомительным, чем в предложенном Твайлайт варианте.

* * *

Утром (ну, как «утром» — время уже близилось к обеду), когда я сидел на кухне и вдумчиво пил уже третью чашку бодрящего отвара, удерживая чашку в копытцах — пытаться сконцентрироваться на телекинезе сейчас бы я не рискнул, — передо мной возникла Пинки. Я моргнул, тряхнул гривой. Стоявшая напротив Пинки переместилась за стол рядом со мной и тоже обзавелась чашкой с отваром, на столе возникла корзинка с печеньем. Опасливо покосившись на розовое порождение хаоса, зажмурился и снова открыл глаза, но розовая пони никуда не делась.

— Допивай чай и пошли, — сказала она, отхлебнув отвара, и, ловко подбросив копытцем в воздух три печеньки, поймала их ртом одну за другой и аппетитно так ими захрустела.

— Куда? — сдавленно спросил я.

— Со мной, — с видом «Какая глупенькая пони!» ответила Пинки.

— Зачем?

— Как это «зачем»? — моя собеседница возмущённо взмахнула копытцами. — Тебя же ждёт Зумки!

— Кто?

— Зумки, — ответила кобылка, подбрасывая в воздух ещё три печеньки.

— Какие такие зумки?

— Глупенький, — во взгляде пони явственно читалось «и вот с такими пони мне приходится работать», — твоя Зумки.

— У меня нет никаких Зумок.

— Как нет, когда есть?

— А… — воскликнул я и еле удержался от удара лбом о крышку стола. Лоб-то крепкий, а вот ударяться обо что-то рогом неприятно. — Ничего не понимаю! Давай сначала.

— Давай, — кивнула Пинки, отставив чашку и поудобнее устраиваясь на стуле.

— У меня есть кто-то по имени Зумки?

— Ага!

— И куда за ней надо идти?

— Как куда? К Флатти, конечно.

— Хм, — кажется, я начинаю понимать, что ничего не понимаю. — Ладно, пошли, всё равно, если я продолжу размышлять над этим заклинанием, я сойду с ума и устрою что-нибудь жуткое, — ответил я, поднимаясь из-за стола.

— А что сделаешь? — от любопытства Пинки даже подпрыгнула на стуле.

— Ну… — я сделал вид, что задумался.

— И-и-и?.. — протянула розовая посланница хаоса.

— Сделаю так, чтобы всё мороженое стало солёным, а не сладким!

— Нет!

Я даже моргнуть не успел, как понял, что мы выходим из Понивиля и направляемся в сторону домика Флаттершай. Пинки прыгала рядом, напевая какую-то простенькую мелодию и активно радовалась жизни.

— Знаешь, а ведь это интересная идея, — сказала Пинки, внезапно остановившись.

— Какая?

— Солёное мороженое… — судя по растерянному взгляду, розовая пони ушла в себя и заблудилась.

— Угу, с чесночно-огуречным вкусом, — предложил я.

Это, похоже, оказалось перебором: по всему телу Пинки прошла волна дрожи, а грива и хвост встали на мгновение дыбом. Затем она энергично потрясла головой и, высунув язык, энергично протёрла его бабкой правой передней ноги.

— Ужасная идея и вкус! Напомни мне никогда не пускать тебя в кондитерскую, — сказала она, серьёзно так посмотрев мне в глаза, и тут же снова пустилась вприпрыжку по дороге, напевая всё тот же простенький мотивчик.

Уточнить «почему» я так и не смог — прыгающая пони умудрялась как-то совершенно особым образом двигаться в пространстве так, что для того чтобы не отстать мне приходилось чуть ли не на галоп срываться.

Остановилась Пинки уже на заднем дворе Флаттершай перед рядом клеток, пустых по большей части, и только в одной из них сидела уже знакомая мне белка.

— Стой… — раздался из окна домика слабый вскрик, — …те, — но было уже поздно. Пинки открыла дверцу клетки, и белка, несмотря на перевязанную лапу, мгновенно затерялась в гриве розовой кондитерши.

— Ну и наф… зачем вы это сделали? — раздражённо спросила нас Маша, судя по порыву ветра, только что приземлившаяся позади.

— Все вопросы к ней, — я ткнул копытцем в Пинки.

— Но Зумки было очень скучно! — как бы подтверждая её слова, из розовой гривы, как суслик из норки, показалась голова белки. Заметив грозный взгляд Маши, она зашипела и опять скрылась где-то в причёске Пинки.

— Да знаешь ты, сколько мы эту тва… белку ловили?! Я битых два часа пыталась помочь этой… этой… — похоже, Машу реально допекли до малого петровского загиба, но прискакавшая на шум Флаттершай, похоже, вынудила её сдержаться.

— Ей же скучно! — ответила Пинки, запустив копытца в гриву. Порывшись там, достала: пучок надутых шариков, корзинку кексов, крокодила. — Ой, Гамми, так вот ты где!

Следом за крокодилом из розовой гривы была извлечена алая белка, судя по мордочке, скопом ненавидящая весь мир и соседние вселенные. Несмотря на активные попытки вырваться, покинуть цепкую хватку Пинки у неё не получилось.

— Гамми, знакомься — это Зумки, — розовая земнопони сунула белку к пасти крокодила, — Зумки — это Гамми, — флегматичный крокодил никак не отреагировал на представление, белка дежурно обшипела рептилию. Завершив представление, Пинки усадила белку мне на спину, а сама упрыгала в сторону Понивиля.

— Н-да, в общем, так, Влад или Найт, неважно кто ты там, — буркнула Маша, — я на работу, а ты чтобы помогла порядок навести в доме! — кивнула мне, потискала Флаттершай и свечой ушла в зенит. Очень характерный такой старт, прямо как у одной радужной пегаски.

— Я очень извиняюсь, что отвлекаю…

— Брось, я притащила, мне и исправлять! — махнул я копытцем. — Пойдём смотреть на масштабы проблем. А ты слезай с гривы! — прикрикнул я, тряхнув головой. В ответ раздалось уже привычное шипение. Любая кобра от зависти удавится.

Правда, сразу, как только мы вошли в дом, Зумки перебралась на самый высокий шкаф и, заметив кролика, стала корчить ему рожи. Н-да, какое-то очень подозрительное зверьё живёт в Вечнодиком. И относительно разумно ведут себя только те, на ком есть отпечаток ауры леса, а всё зверьё Флаттершай просто «светится» такой аурой. С другой стороны, эта белка тоже демонстрирует поведение, далеко выходящее за инстинктивное, но вот характерного следа в энергетике у неё нет. И надо будет взять на заметку саму Флаттершай. Её энергетика настолько сильно переплетена с лесной, что я, если брать только магические чувства, просто не замечу её в лесу, настолько сильно она отличается от обычных пони.

Бардак в доме, конечно, знатный получился, не думал, что такой мелкий зверь может учинить столько разрушений. Пришлось поднимать все шкафы, выносить побитую посуду и вазы — вкопытную всё это, конечно, можно сделать, но единорожий телекинез очень сильно помогает. Зумки, кстати, тоже стала помогать, взяв на себя обязанность бегать к колодцу и полоскать тряпку, которой протирали пыль. Я сначала хотел было белку ловить, когда она просто спрыгнула и утащила грязную ветошь, но она довольно быстро вернулась, положила тряпку возле моих копыт и опять влезла на шкаф. И это всё несмотря на то, что она бегала на трёх лапах, какая-то белка-Шумахер.

Хоть и на пару, мы с Флатти провозились почти до трёх часов, и пегаска уговорила меня остаться на перекус. Пока пили чай с печеньем, осторожно расспросил пегаску о её живности. Робкая кобылка, которая во время уборки по большей части молчала, тут же разговорилась и поведала истории почти всего её зверинца. Если подытожить, всё они или были найдены в Вечнодиком или сами пришли оттуда, часть после выздоровления уходила, некоторые так и оставались. Тот же медведь, которого я мысленно переименовал в Михалыча, в лес хоть и уходил, но всегда возвращался, да и вообще держался рядом. В общем и целом, несмотря на то, что Флаттершай жила на отшибе, ей тут, похоже, безопаснее, чем в центре Понивиля.

Зумки всё время уже дежурно пряталась у меня в гриве, периодически грозно шипя на кроля, когда тот подходил ко мне поближе. Правда, когда белка спрыгнула на стол, сцапала печенье и снова попыталась спрятаться в гриве, я её осадил и ткнул копытцем в стул, мол, нечего крошки в гриву тащить. Повторить пришлось, правда, пару раз — когда я отвлекался, Зумки пыталась втихую вернуться ко мне на шею, но я эти попытки пресекал.

— Ну, удачного дня, пойду я в библиотеку, если она, конечно, всё ещё уцелела, — кивнул я Флаттершай, прощаясь.

— Какой ужас! — всплеснула копытцами жёлтая кобылка. — Надо ей помочь.

— Остановить увлёкшуюся экспериментами Твайку сможет только Селестия, — улыбнулся я, — остальным пони лучше даже туда не подходить.

— Ох, да… Не стоит.

— Ладно, труба зовёт, — сказал я и только было повернулся к двери, как почувствовал, что в спину впились крохотные мелкие, но острые когти. Зумки, которая последние десять минут старательно уничтожала печенье, снова самым беспардонным образом устроилась у меня в гриве.

— Не понял? — спросил я, грозно глядя на выдернутую телекинезом из гривы белку. — Лечиться, Флатти проблем не доставлять, Вечнодикий тут под боком.

В ответ белка лишь яростно помотала головой.

— Хороший питомец должен дополнять своего хозяина, — прервал мою с белкой игру в гляделки голос Флаттершай.

— Питомец? Да если бы не Спайк, мы с Твайлайт уже бы давно превратились в модели скелета пони в натуральную, так сказать, величину. Эта белка от бескормицы сбежит на третий день, — возмущённо ответил я.

— Не сбежит, — подошедшая ко мне Флаттершай погладила висящую в воздухе белку. — Я всегда знаю, какой питомец подойдёт пони. Вы подружитесь.

— Уверена? — спросил я, задумчиво глядя на притихшую белку.

— Конечно…

— Короче, безобразия не учинять, книги не портить, Совелия не обижать. Ферштейн? — в ответ Зумки часто-часто закивала головой, и глаза такие — даже у кота из того мультика не такие убедительные были. — Ох, не кончится это добром…

Усадив белку обратно на спину, двинулся в библиотеку. Проблемы будем решать по мере поступления. Сейчас на повестке дня доработка заклинания, а это значит снова много испорченных черновиков и потраченных нервных клеток. Однако, вернувшись в библиотеку, я встретил довольную Твайлайт, она как раз заканчивала прибираться в холле.

— Хм. Мы бросили эту безнадёжную идею?

— Не-а! Смотри, — Твайлайт подскочила ко мне и подтащила к зеркалу. Зумки благоразумно спрыгнула и затаилась на полке среди книг, — зал на пятьсот пони, только сидячие места. Сцена и кафедра. Пожалуйста.

Через секунду по дереву прошла лёгкая дрожь, а зеркальная поверхность втянулась сама в себя, формируя проход. В возникшем тёмном провале слышались громкие щелчки и треск. Через пару минут свет из сформировавшихся окон озарил помещение. Я вот где стоял, там и сел на круп.

— Но как?! — воскликнул, озадаченно глядя на лавандового аликорна.

— Гораздо проще, чем твои запутанные алгоритмы, — ответила Твайлайт. И озорно показала мне язык.

— О сиятельнейшая принцесса, не поделитесь мудростью со своею верной ученицей? — я шутливо склонился в глубоком поклоне к копытцам аликорна.

— Думаю, достойна ты знания сего, — поддержала мою игру Твайлайт, — внемли мне.

Как оказалось, всё просто до смешного. Не можешь создать достаточно интеллектуальную систему с нуля? Возьми уже готовую и обучи. Воспользовавшись одним из древних заклинаний, составленных ещё Старсвирлом, она просто оживила дерево. Дух живого существа у него и так был, но теперь он ещё был самосознанием в достаточной мере, чтобы выполнять абстрактные команды, ну и следить за порядком в библиотеке. Разобраться с «интерфейсом» аркана для создания дополнительного пространства он тоже смог, не без помощи Твайлайт, правда.

Погуляли внутри и на всякий случай проверили стабильность этого новосозданного кусочка пространства. Оказаться отрезанным от мира в этом пузыре нам не грозило — схлопываясь, пузырь просто выдавил бы все материальные объекты обратно в библиотеку. Но вот если полтысячи пони внезапно окажутся в не такой уж и большой библиотеке, будут жертвы.

Ну и заодно повздыхал над собственной оплошностью, благо картина получилась более чем занимательной. Когда я продумывал систему освещения, самым логичным вариантом решения была сеть динамических проколов в пространстве, ведущих куда-нибудь наружу. Так как таким проколам нужен материальный объект для привязки, все они находятся возле ветвей и листьев самого дуба, а внутри помещения выходят там, где сформированы «окна». Вот только я не учёл поворот и их взаимное расположение. В итоге окна смотрелись фантасмагорично, как витраж, созданный из случайных кусочков неба и кроны дерева, ещё и повёрнутых под разными углами. Да и ветер через них неплохо так задувал. Проблему с ветром в частности и вообще с вентиляцией и отоплением на зимний период пообещала решить Твайлайт с помощью шаблонных заклинаний. Что-что, а бытовая магия в Эквестрии всё же решает большую часть проблем, для решения которых люди напридумывали кучу всякой техники.

В общем и целом получилось всё так, как и было задумано, да и к тому же ничто не мешает сделать ещё одну точку привязки и получить уже две подобных аудитории или три. В общем, пока у дерева хватит источника силы, а с учётом того, что корни дуба, по ощущениям, протянулись под всем Понивилем и идут чуть ли не до Вечнодикого леса, резерв «по мощности» был огромный.

* * *

— Свитки один-два?

— Есть!

— Три-четыре?

— Есть!..

До начала открытого урока оставалось уже меньше двух часов, даже начали подтягиваться первые зрители. Мы с Твайлайт и всем реквизитом сейчас сидели в комнате за кафедрой и проводили последние проверки. Ну как проводили, я уже всё проверил, а вот принцесса уже третий или четвёртый раз перепроверяла свои чеклисты. Бедный Спайк. В глазах дракончика уже плескалась вся безнадёжность мира, и если его опекунша пойдёт проверять ещё по одному кругу, боюсь, будут жертвы.

Как быстро летит время, казалось бы, мы только-только попали по самое не могу, а уже два месяца прошло. С другой стороны, событий за это время произошло чуть ли не больше чем за пол моей земной жизни. Вздохнув, выглянул в зал, разноцветная понячья толпа всё прибывала: жеребята, их родители, все местные журналисты, целая свора их коллег, прибывших утренним поездом. Хорошо, их Пинки технично отвлекла, а то бы они мешались под копытами с самого утра.

На первом ряду устроилась вся гармоничная банда. Даже Рейнбоу прилетела, но тут скорее виновата моя подначка. Я обещал рассказать про то, что летать может каждый, главное хорошо знать «натурфилософию». Пегаска только возмущённо фыркнула, пообещала прибыть лично и всячески раскритиковать мои идеи. Селестия и Луна, кстати, отклонили приглашения, сославшись на занятость. С другой стороны, это даже хорошо. Если бы в зале присутствовала наставница, Твайлайт вообще бы на нет изошла.

От мыслей меня отвлёк Совелий, влетевший в помещение и пролетевший пару кругов по залу. Похоже, все, кто получил наши приглашения или записался сам, уже прибыли. Значит, можем начинать.

— Твайлайт! Пора.

— Что, уже?!

— Да, — кивнул я. — Давай, не дрейфь. Принцесса должна иметь вид внушительный и всем своим обликом излучать пафос и величие!

Аликорн нервно улыбнулась, встряхнулась, расправила и сложила крылья и двинулась на сцену, а я уже в который раз снял Зумки с гривы Твайлайт. Почему-то именно сейчас белка с завидным упорством пыталась зайцем пробраться на сцену.

— Ну, что ты скажешь в своё оправдание? — спросил я, глядя на это алое недоразумение. Зверёк коротко шикнул и отвернулся. — В клетку посажу, если будешь вредничать! — в ответ она только грозно, насколько могла, оскалила свой внушительный набор клыков. — Эй! У меня таких внушительный клыков нет, но укусить тоже могу. — Зумки окинула меня скептическим взглядом. — Что смотришь? Могу-могу. Ладно, некогда мне с тобой возиться, иди вон Пинки терроризируй, тем более что она откуда-то попкорна добыла. Ну, а ты, Спайк, чего притих? — повернулся я к пристроившемуся в углу дракону, отпуская белку на пол.

— Ой, да ну вас, — махнул он лапкой, — что одна, что другая, два комка нервов.

— Эй! Я спокойна как… как…

— Растревоженный улей, — предложил дракончик.

— Враки это всё твои!

— Кто бы говорила, ты волнуешься вот один в один как Твайлайт.

— Что, правда?

— Вот как будто Твайлайт опять применила то копирующее заклинание, — важно ответил дракончик.

— А может, это так оно и есть, а?

Спайк окинул меня внимательным взглядом, что-то прикинул на пальцах:

— Не, ты только похожа. Твайлайт добровольно не стала бы тратить время на «бессмысленные физические упражнения», — ответил дракончик, под конец достаточно точно спародировав свою опекуншу.

— Ничего, перевоспитаем, — кивнул я.

— Ну-ну…

— Ты в меня совсем не веришь.

— Кое-кто, не будем показывать пальцем, недавно ночами зависал с Твайлайт, — драконыш ехидно хмыкнул.

— Но-но! Всё для пользы дела!

Спайк только махнул лапкой, мол, «знаю я вас» и вернулся к чтению очередного комикса. Долго посидеть драконыш, правда, не смог, Твайлайт закончила со вступительной частью и потребовала ассистента на сцену.

Аккуратно выглянув, осмотрел зал. Поньки по большей части увлечённо следили за происходящим, зря принцесса волновалась — внимание зала она удерживает практически как опытный шоумен. И это несмотря на отвлекающий фактор в виде алой мордочки. Зумки буквально последовала моему совету и курсировала по гриве и хвосту Пинки, периодически выскакивая наружу как тот суслик, чтобы покорчить Твайке рожи или ухватить очередное зёрнышко попкорна из, казалось бы, бездонного стакана, который розовая поняха притащила с собой. Рейнбоу, сидевшая рядом, усиленно делала вид, что ей всё происходящее на сцене по барабану и она пришла сюда только чтобы поддержать подругу.

— Важность развития магического искусства для Эквестрии сложно переоценить, однако, развитие естественнонаучного направления также позволяет изменить нашу жизнь к лучшему. Ярким примером тому может служить свободное общество пони Сталлионграда, отказавшееся от магического прогресса в пользу развития техники. Все мы уже успели оценить те преимущества, которые даёт использование электрической энергии. О том, что лежит в основе «электрической магии» и других технических аспектах вам расскажет первая ученица Принцессы Луны и моя ассистентка Найтфол Мист, — закончила свою часть выступления Твайлайт.

Вздохнув и тряхнув гривою, под цокот копытец я вышел на сцену. Честно признаюсь, выступления перед большим скоплением людей меня всегда пугали до дрожи в коленях. Однако как ученица самой Луны, выглядеть неубедительно или напортачить я себе позволить не могла. Сосредоточив всё внимание на выступлении, старалась не реагировать на посторонние раздражители. Хотя Зумки, эта алая мелочь, сделала всё, чтобы меня отвлечь. С такими гримасами её в цирк надо отдать, в группу мимов.

Более-менее в себя пришёл уже в конце, когда пони начали расходиться. Пока Твайлайт на сцене отвечала на вопросы журналистов, я провожал выходящих, раздавал флаеры с предварительным расписанием занятий, ну и записывал тех, кто уже решил посещать наши курсы.

В какой-то момент меня настигло уже знакомое ощущение, которое я испытывал, находясь рядом с принцессами. Неужели? Оглянулся вокруг, стражи не видно, да и Селестия на две головы выше среднестатистического пони, так что незаметно приблизиться ей сложно. Однако нет никакого ажиотажа вокруг, как и других свидетельств присутствия венценосных особ. Что в совокупности само по себе уже может означать возможную угрозу. Подобравшись, я внимательно вгляделся в толпу, пытаясь понять, откуда тянет «силой». Через пару секунд обратил внимание на двух «подозрительных» кобылок, стоявших в очереди неподалёку от меня. Оглядев их более пристально, не удержался от улыбки.

Две кобылки, обе единорожки. Одна белой масти, с пышной розовой гривой и подсолнухом на крупе, другая светло-синей масти, с тёмной гривой и кьютимаркой в виде большой белой тучки. От которых шибает силой так, что я решительно не понимаю, как остальные пони этого не ощущают. Даже не знаю, сказать ли Твайлайт, что правительницы всё же посетили наше представление или не стоит?

— Как вам наше выступление? — спросил я, обозначив церемониальный поклон, когда пришла очередь этих кобылок. — Расписание? Желаете записаться на занятия?

— Ой, это было так интересно! — воскликнула явно очень довольная жизнью белая кобылка. — Правда, дорогая? — розовогривая легонько толкнула крупом свою «подругу».

— Действительно. Однако позднее хотелось бы некоторые моменты обсудить, — ответила более спокойная товарка розовогривой, подмигнув мне, явно давая понять: они знают, что я знаю.

— В любой момент, интересным собеседникам мы всегда рады, — улыбнувшись, ответил я.

— Лулу, потом поговоришь! Пойдём скорее, пока в кафешке Кейков ещё есть свободные места! — белая единорожка подтолкнула подругу в сторону выхода. Луна демонстративно закатила глаза, буркнула что-то про толстокрупых кобылок, но всё же пошла следом за белой единорожкой.

Мимо прошла Зекора, выступавшая сегодня последней. Пришла она аккурат к началу её части урока, обставив своё появление туманной завесой и «мистическим шёпотом». Поняхи прониклись. Ну оно и понятно, резкий переход от точных наук к откровенной мистике… Очень своеобразные ощущения он вызвал и у меня. Резкий переход от формул теплового двигателя к зельеварению многих пони не оставил равнодушными.

— Зекора! — окликнул я зебру. — Останешься на чай?

— Извинить меня прошу, но сегодня я спешу.

— Какие-то проблемы?

— Хоть интересны зебре вопросы прогресса, но не спокойны духи леса. Назад мне должно поспешить, чтоб проблемы не нажить.

— Минутку подождёшь? Спайк! Замени-ка меня, — окликнул я дракончика.

Пускай это паранойя, но она — залог здоровья параноика. Я метнулся в свою комнату, там должен был оставаться свиток «одноразовая смска», как про себя прозвал я заклинание.

— Вот, возьми, — протянул я зебре свиток, — если что случится, напиши и брось в огонь, мы с Твайлайт почти мгновенно получим сообщение.

Потом снова завертелось. Выпроводить пони, распрощаться пару раз с журналистами. Некоторые папарацци пытались, скажем так, остаться незамеченными для получения эксклюзивных кадров, но прятаться внутри ожившего дуба от его хозяйки задача сложнореализуема даже для архимага, не говоря уже о простом пегасе. Пока прибрались, благо подруги помогли, пока погоняли чай, отмечая удачное выступление, уже наступила глубокая ночь. Спайк нас оставил ещё в начале чаепития, мотивируя это тем, что ему глупые разговоры кобылок неинтересны, и вообще недочитанный комикс ждёт. Даже гиперактивная белка, покинув всё же маскировочную гриву Пинки, сгрызла пару печенек и уснула на диванчике, свернувшись в мохнатый алый шар, прикрыв голову хвостом.

Проводив подруг, мы с Твайлайт дружно посмотрели на ванну, на лестницу, ведущую к комнатам, так же почти синхронно вздохнули и отправились спать. Однако когда у тебя в наставницах «богиня снов», нельзя так просто отправиться в мир грёз. Казалось бы, только-только коснулся головой подушки, как оказался на уже знакомом каменном плато, стоя на самом краю обрыва.

— Хорошее выступление, — сказала подошедшая сзади и вставшая рядом со мной Луна.

— Наставница, — поприветствовал я аликорна. — Ну, мы с Твайлайт всё же не просто так потратили почти месяц.

— Брось, я успела хорошо узнать манеру Твайлайт. Именно ты не дал ей углубиться в теоретические дебри.

— Открытый урок должен не преподнести материал, а скорее привлечь и заинтересовать. Так что больше шоу, меньше теории, — хмыкнул я.

— Вот как раз о теории я и хотела бы тебя предупредить.

— Э…

— Земные пони Сталлионграда очень ревностно относятся к своим наработкам в области машиностроения. В будущих выступлениях постарайся не делать на этом акцент. В идеале лучше вообще не упоминать Сталлионград.

— Политические причины?

— Именно.

— Как скажете, — я слегка склонил голову. — Я скорректирую учебные планы.

— Что за?! — внезапно воскликнула Луна, резко оборачиваясь.

Повернув голову в ту же сторону, я увидел облако тумана, внутри которого двигалась Зумки. Белка шла медленно и тяжело, как будто двигалась против мощного потока воды. Встретившись со мной взглядом, она резко ускорилась и, уцепившись за мой хвост, дёрнула назад. Я ожидал чего угодно, но не того, что окружающий мир «сомнётся». Казалось, что мои копытца были приклеены к «бумажным» листам, на которых было нарисовано окружение, и рывок скомкал эту «бумагу». Резко заболела голова, я зажмурился, сжимая виски копытцами, и понял, что покинул мир снов, вернувшись в реальный мир и свою кровать. Белка шипела, бегала то к окну, то ко мне, кусая меня и дёргая то за гриву, то за хвост.

— Зумки, грызть тебя блохами, чего тебе не спится? — душераздирающе зевнув, я сполз с кровати и подошёл к окну.

На подоконник тут же запрыгнула белка, громко чирикая, она начала яростно скрести раму. Всё также не понимая, с чего так обеспокоилась Зумки, сосредоточился на телекинезе, но боль, прострелившая в висках, тут же разрушила концентрацию. Пришлось повозиться, открывая шпингалеты вкопытную. Белка тут же выскочила наружу и продолжила шипеть уже где-то в ветвях дуба.

Свежий ночной ветер, несущий запахи недавно прошедшего ночного дождя, ворвался в комнату. Почти полнолуние, редкие облачка, оставшиеся в небе, постепенно рассеивались. Пегасы — молодцы, расписание дождей выдерживают почти идеально, и промахи с ливнями днём были всего несколько раз, и то о них предупреждали заранее. Вздохнув поглубже, прикрыл глаза и постарался сосредоточиться на энергетике Вечнодикого леса. Отсюда, конечно, далековато, но практика — великая сила, так что при должной концентрации установить минимальный контакт я смогу.

Уже было приготовился окунуться в глубокое спокойствие ауры огромного лесного массива, как получил очередной удар по нервам. В лесу царил раздрай, я практически «увидел» ту безумную хаотическую круговерть энергий, царившую сейчас там. И кроме этого, по чувствам били потоки враждебных всему живому энергий, такие же ощущения были, когда мы в пустыне убегали от некротического тумана. Вот только сейчас вместо энергии смерти это возмущение было полно жизни. Жизни агрессивной, хищной, жаждущей крови.

Вдруг среди этой какофонии пробился отчётливый образ поняши, которой грозит опасность. Моей жёлто-розовой кобылке грозит опасность! Стоп, моей? Эта мысль явно пришла извне…

— Флаттершай! — вскрикнул я и рванул со всех копыт на улицу. Уже на крыльце мне на голову свалилась Зумки, но я сбросил её на землю, попросив разбудить Твайлайт. Сам же галопом понёсся в сторону дома нашей робкой пегаски.

— Сахарок, осторожно, древесные волки взбесились! — уже на границе Понивиля меня окликнула Эпплджек. Они вместе с Биг Маком как раз бежали в город.

— Справлюсь. Флаттершай! В опасности! — выдавил я из себя, пытаясь восстановить дыхание.

— Мак, давай к мэру, пускай набат бьют. Мы к Флатти! — скомандовала Эпплджек.

— Йеп! — кивнул жеребец, а мы на пару с яблочной пони уже рванули дальше.

Чем ближе мы подбирались к цели, тем громче были слышны громкие крики, писк, грозное рычание медведя и довольно противные трескучие рыки древесных волков.

— Мать моя кобыла… — вырвалось у меня, когда мы вылетели из-за поворота дороги на мосток через ручей, ведущий к дому пегаски. Весь двор был заполнен ожившими кустами, принявшими волкоподобную форму. Сотни их зелёных глаз кружились в темноте как светлячки. В центре двора собрались, наверное, все зверушки Флаттершай, среди которых горой стоял размахивающий лапами и громко ревущий медведь. Бил он не прицельно, но попавшие под удар волки просто разлетались в стороны, сбивая своих собратьев. На земле за спиной медведя угадывалось светлое пятно, скорее всего, сама Флаттершай.

Над головой летала и громко материлась на русском Маша, приземлиться и подхватить свою названную сестру ей не давали волки. Пару раз она пыталась спикировать, но чудом уворачивалась от челюстей хищников. Я сначала растерялся. В отличие от меня, Эпплджек с криком «Йеха» с разбегу кинулась в драку. Удар её переднего копыта просто сбивал волка с ног, потом разворот и коронное лягание разрывали оживший куст на мелкие ошмётки.

Такой подвиг я не потяну, но назвался единорогом — твори магию. Окружив себя телекинетическим полем, стал кастовать то самое заклинание, что ещё на дамбе применила Твайлайт, стараясь максимально растянуть область его действия. Честно говоря, не знаю сколько продолжалась драка, после того как мне пару раз чуть не вцепились деревянными щепками-клыками в горло, я перестал пытаться вникать в происходящее и просто старался уничтожить как можно больше тварей.

Остановила побоище прибывшая во вспышке телепортации Твайлайт, от которой сферической волной разошлось всё то же заклинание, что применял против волков я. Вот только силы в него было вложено немеряно, от напряжения энергий у меня даже в глазах помутилось, а по телу пробежали табуны мурашек. Волки же просто рассыпались кучками уже не опасных веток. Судя по силе, вложенной в заклинание, в радиусе километров пяти древесных волков и других подобных тварей развоплотило с гарантией, всерьёз и надолго, возможно, даже навсегда.

— Быстро разбежались! — в наступившей после заклинания Твайлайт оглушительной тишине раздался громкий голос Маши. — Флат!

— Что случилось? — а это уже почти хором спросила прибывшая остальная часть гармоничной банды.

— … случился! — грязно выругалась Маша. — Миша свали к … отсюда! — оттолкнув медведя, пегаска-попаданка пробилась к Флаттершай.

— Мария? — окликнула пегаску Твайлайт.

— В душе не знаю! — огрызнулась Маша. — Начали верещать зверушки Флат, она рванулась на их защиту, а тут эти твари! «Супервзгляд» Флат их не взял, и они успели изрядно потрепать сестрёнку. Спасибо медведю, смог отогнать тварей, — продолжила та, не отрываясь от осмотра пегаски.

— Твою ж! Нет! Твайлайт, ты должна знать лечащие заклинания, тут пробита артерия, и я не смогу её долго держать телекинезом.

— Мы должны отправить её в больницу. Сейчас я нас телепортирую!

— Стой! Как только я выпущу её из захвата, через пару секунд она погибнет от кровопотери. Я знаю, на что способны местные врачи-единороги, с такими повреждениями они не справятся, — до окружающих кобылок, похоже, только дошла серьёзность ситуации. Рарити, которая осознала, что эти тёмные пятна на мехе Флат — кровь, просто потеряла сознание.

— Но-но… Я же не врач! — воскликнула Твайлайт.

— Ты долбаный аликорн! Мать твою, принцесса магии! — рявкнула в ответ Маша.

Криками здесь не поможешь. Собравшись с духом, я буквально провалился в медитативное состояние. Долой эмоции, сейчас они помеха. Угроза? Тёмная тварь рядом, чувствую её дыхание, но мы лишили её марионеток, пока не опасна. Задача? Исцелить Флаттершай. Решение? Твайлайт — не вариант. Маша и единороги из больницы не справятся, но я, кажется, чувствую того, кто сможет помочь.

— Внимание всем! — мой голос, искажённый медитацией, наполненный реверберациями, порождаемыми потоками магии, пущенными на ускорение мышления, разнёсся по двору. — Маша, держи Флатти дальше. Твайлайт — кастуй все известные тебе укрепляющие и исцеляющие заклинания на раненую.

— Найт, что за?..

— Я знаю, где мы быстро сможем получить помощь. Сейчас все тихо!

Прикрыв глаза, я обратился к Вечнодикому лесу, передавая образ раненой пегаски. И дух леса откликнулся сразу. На мгновение я почувствовал всю жизнь в округе и сложные связи, объединяющие разных существ, живущих здесь. Увидел звериные тропы, расположение ручьёв и болот, ярчайшее пятно огромного магического источника, который оберегал лес. И, главное — мою текущую цель, огромный дуб — материальное воплощение духа леса — и уверенность, что пегаску надо доставить туда. Такое всезнание продержалось мгновение и схлынуло, оставив в памяти лишь кратчайший путь и знание о том, как открыть проход на тропу, ведущую сквозь искажённое пространство.

— Хватай пегасок и за мной! — крикнул я Твайлайт и двинулся в сторону лесной опушки.

— Одни в Вечнодикий ночью?! Всепони, за ней следом! — звонкий голос Рейнбоу разбил ступор, охвативший присутствующих пони.

И мы в едином порыве рванули в лес. В этот момент я краем сознания отметил причину, почему пони доминируют в этом мире. Сейчас мы образовали табун, ведомый общей идеей. Я, став временным лидером, повёл табун за собой, взамен получил поддержку всех бегущих рядом. Пони в едином порыве стремятся к цели и делятся силами для её достижения. И неважно, какие преграды на пути, разогнавшийся табун стопчет даже архидемона.

Разделение сил очень даже кстати, сам бы я вряд ли смог открыть путь на лесные тропы. Однако я знал, как его открыть, а у Твайлайт более чем достаточно энергии для этого. Объединённый же разум табуна способен с лёгкостью контролировать стабильность пути. Перед глазами пронеслись густой лес, болотце, кажется, мы проскакали по шее гигантской гидры. Перебрались через широкую реку, буквально пробежав по поверхности воды. Игры с пространством и временем могут творить головоломные чудеса. По ощущениям, в реальном мире мы прошли километров так пятьдесят, чтобы остановиться посреди огромной дубравы, сердцем которой было поистине монументальное дерево. Гигантский Дуб возносился своей кроной над всем окружающим лесом. И, похоже, только магия делала его невидимым для наблюдателя извне.

Когда мы приблизились к стволу, из-под земли начали с огромной скоростью прорастать мелкие белёсые корешки, формируя кокон как раз по размеру пони, а мне пришёл чёткий образ пегаски, которая уложена в него. Здесь и сейчас сила Духа леса была настолько велика, что он просто перехватил управление моим телом. И за дальнейшими событиями я наблюдал, как сторонний наблюдатель.

Вот я аккуратно перехватываю телекинетическое воздействие Маши и заклинания Твайлайт. Укладываю Флаттершай в кокон, ожидаю, пока её оплетут корни, которые дадут целебную влагу и жизнь. Последнее моё чёткое воспоминание — кокон с пегаской внутри смыкается и уходит под землю, а ко мне приходит образ, который можно интерпретировать так: «Молодец, смышлёная кобылка, всё правильно сделала». Собственно, дальше моё сознание начало уплывать во тьму. Карма моя такая, похоже — в самый интересный момент терять сознание.

## Глава 10. Путь в тысячу вёрст начинается с одного шага (Часть 1)

Глава, в которой наш герой встречается с поняхой, обладающей хтоническими силами, узнаёт много нового о новом себе и познаёт силу «начальственного посыла» в командировку на крайний север.

Знаете, тот, кто говорит о прелестях жизни в крупном городе, никогда не просыпался поутру на сеновале под громкий петушиный крик или, вот как сейчас, от переливчатого пения птиц. Нет, минусы, конечно, тоже есть, вот, например, дурацкий жук, севший мне прямо на нос и вынудивший подхватиться на копыта, громко чихнуть и поймать выпавшую из гривы белку. Зверёк и ухом не повёл, оказавшись подвешенным в телекинетическом поле, лишь свернулся калачиком и продолжил спать, тихонько посапывая. Уложив белку рядом с дубом на своеобразную постель из очень густой травы, присыпанную сухим листом, которую, скорее всего, организовал для меня дух леса, огляделся. Судя по положению светила, Селестия только-только провела обряд по подъёму солнца, и в его лучах поляна вокруг Великого дуба не выглядела такой мистически мрачной. Мирный широколиственный лес средней полосы с довольно густым подлеском. Рядом за кустами весело журчит ручеёк, а может, и ключи бьют.

Выбивался из пасторальной картины только большой кокон из белёсых, довольно толстых полупрозрачных нитей, внутри которого угадывался силуэт пони. Кокон «дышал», похоже, в такт дыханию заключённой в нём Флатти. От нахлынувших воспоминаний о вчерашних приключениях по спине пробежался табун мурашек — по краю же прошли, по самому краешку… Встряхнувшись, несколько раз глубоко вздохнул и попробовал снова настроиться на связь с духом леса. Как оказалось, очень зря — острая боль прострелила виски, и я снова отключился.

Снова вернулся в бренный мир уже ближе к обеду, о чём говорило и солнце, и тонко намекающий на то, что пора бы закинуть чего-нибудь в топку, бурчащий живот. Вместе с тем в голову пришла совершенно неожиданная мысль: «Глупая маленькая пони должна была отлежаться, прежде чем снова говорить с вечным». Я покосился на дуб, буркнул:

— Развелось тут вечных…

— «Я был, когда мир только возник, и пребуду до его гибели».

— А что с Флаттершай?

Вместо ответа в голове возник образ вечернего леса и раскрывающегося кокона.

— С малышкой всё в порядке же?

— «Малышка-жрица здорова, сильна и станет ещё сильнее», — прошуршал ветер в кронах деревьев.

Внезапно с громким чириканьем по поляне пронеслась алая комета, взлетела мне на круп, пошипела, спрыгнула обратно на землю. Побежала в сторону кустов, потом вернулась и чирикнула, мол, чего стоишь, идём за мной. Тут же в голове возник образ полянки, поросшей клевером, рядом с которой росли кусты с какими-то ягодами, вместе с пожеланием свалить куда подальше с поляны до вечера.

Выбора мне, в общем, не оставили, пришлось пробираться сквозь густой кустарник, растущий вокруг поляны дуба, и бежать за Зумкой, которая, как заправский Сусанин, повела меня куда-то. И привела куда надо. Похоже, на ту самую полянку, обещанную духом леса. Белка чирикнула, мол, для всяких травоядных поляна накрыта, сама же взлетела на нижнюю ветку одного из деревьев, где на развилке была пристроена тушка довольно крупной птички. Оторвал дух леса мелкого хищника от обеда, скорее всего. Ну да не мне возмущаться по поводу поведения Зумки.

Ягоды оказались вполне знакомыми и съедобными — натуральная чёрная смородина, чтоб мне на месте провалиться. Осмотрел и куст, и листву и ягоды продегустировал, один в один как земные. Хотя ягоды, конечно, хорошо, но маловато будет… Наклонился к клеверу, понюхал, поднял голову, снова наклонился, отщипнул зелени и задумчиво пожевал. Примат во мне, похоже, окончательно скончался в муках, я же, отпустив на волю дремучие понячьи инстинкты, ещё с полчаса, наверное, пасся на полянке под, зуб даю, ехидным взглядом Зумки, которая всё это время методично доедала пернатого неустановленного вида.

Набив живот и подремав на солнышке, я отправился бесцельно бродить по округе. Заблудиться не боялся, в какой-то момент понял, что направление на тот самый дуб ощущается почти физически, а места красивые, растительность и живность тоже интересные. Периодически встречалась знакомая земная растительность, но по большей части зелень и живность мне были незнакомы. Наткнулся на гигантский муравейник, хотел было подойти поближе, но, увидев размер тех муравьёв, обошёл колонию десятой дорогой. Ничего хорошего от близкого знакомства с муравьём-стражем размером с воробья я лично не ждал. Прогулка получилась не только для убийства времени, но и очень даже с пользой. Сама местная энергетика позволяла очень быстро восстанавливаться, а если ещё и перекусывать зеленью, которая от магической энергии чуть ли не светится… Тут, главное, не переборщить с дозировкой. Зумки тоже носилась по округе, распугивая птиц, периодически отдыхая у меня в гриве.

Уже к закату пришло чёткое ощущение — пора возвращаться к дубу. Пора — значит пора, взяв курс на сердце леса, двинулся лёгкой рысью. Десяток минут бега, и вот мы с белкой на месте. Кокон к этому времени уже сдулся, а нити начали втягиваться в землю, оставив после себя жёлтую пегаску, всю измазанную в… Хм, амниотической слизи, что ли? Надо же как-то назвать эту субстанцию.

Понька осоловело моргала и неуверенно пыталась подняться на ноги.

— Флатти? Ты в порядке? — спросил я, подбегая к пегаске и поддерживая её телекинезом.

— Найтфол… Я… да…

— Ну, слава богиням, — по кронам деревьев пролетел резкий порыв ветра. — Да-да, и духу леса особая благодарность.

— Где мы?

— В самом безопасном сейчас месте, — улыбнулся я, — безопаснее только под крылом у принцесс.

Флаттершай оглядела себя, поморщилась. Да, вся испачканная в слизи шубка и грива приятных ощущений не добавляют. Пегаска попыталась встряхнуться. Безуспешно. Провела копытцем по шее, там, где была самая опасная рана, и, похоже, окончательно придя в себя, вспомнила о событиях прошлой ночи. Всхлипнув, поняша упала на землю, свернулась калачиком и банально разревелась. Прижав её к себе, стал успокаивать, как мог:

— Ну, тише-тише. Всё обошлось. Наша лавандовая принцесса всех разогнала и защиты там понавертела, небось, как у крепости.

Затем к делу подключился сам великий дух. Уловить, о чём шла речь, я не мог, но вот само присутствие духа ощущалась чётко. Понька перестала всхлипывать, прислушавшись. Затем и дрожать перестала.

— Вернёмся домой? — спросила она, подняв на меня взгляд.

— Обязательно. Только давай тебя чутка почистим, ладно? — Флатти кивнула, а я, подхватив поняху, устроил у себя на спине.

— Ой!

— Не «ой», а мыться пошли, тут ручей недалеко.

Снова пробравшись сквозь кустарник, отнёс Флатти к ручью и по уже отработанной в пустыне методике почистил себя и пегаску от слизи. Правда, действовать пришлось мелкими порциями, это пусть архимаги поней купают сразу целиком. Потом то самое бытовое заклинание для сушки, мной доработанное, пришлось добавить возможность действовать порционно, чтобы шёрстку не пересушить. Пегаска спокойно дала привести себя в порядок, да и лес продолжал с ней всё это время обращаться.

— Зачем? — вдруг сказала она вслух. — А это обязательно? Может, не надо?

— Что — «не надо»?

— Лес хочет, чтобы ты отошла в сторону, но не говорит зачем.

— Ну, раз хочет — значит, для дела, — ответил я, отступив на пару метров от пегаски и ручья.

И почти сразу же раздался характерный вой, а на другом берегу возник древесный волк. Я, чертыхнувшись, кинул в хищника изгоняющий аркан и бросился было к Флатти, но замер при виде метаморфоз, случившихся с поняшей. Бедолага свернулась в клубок и мелко дрожала, но вот внешность. Крылья на глазах втягивали перья, превращаясь в подобие крыльев фестралов, тело становилось крупнее, рельефнее проступали мускулы.

— Всё-всё волка больше нет, — сказал я, осторожно приобняв пегаску, наблюдая, как растворяется иллюзия, наведённая духом леса. — Это дух так шутит, сволочь.

— Правда? — спросила поняша, поднимая голову и осматриваясь. Я же обратил внимание на чёткий вертикальный зрачок в глазах пегаски и явно не понячий набор клыков во рту.

— Правда-правда.

— Лес говорит, что я должна быть сильной. И что Маша мне поможет с тренировками, но я же никогда… — конец предложения Флатти произнесла почти шёпотом и снова попыталась свернуться в клубок.

— Ну-ка давай, дорогуша, вставай. Надо тебе кое-что показать интересное.

— Интересное? — пегаска насторожённо вскинула голову.

— Ага. Маша точно будет довольна, — ответил я. И, прикрыв глаза, поднял из ручья водяную плоскость, теперь охладить и наложить чары укрепления и аркан, которому меня научила Твайлайт при подготовке опытов с зеркалами.

— Посмотри, какая красавица получилась.

— Ой, кто это? — спросила было удивлённая пегаска, потом до неё дошло, что смотрит она на отражение. — Как же так! Я же не смогу вернуться в Понивиль!

— Тихо-тихо, — поймал я было взлетевшую поняшу. — Думаю, дух учёл этот момент. С другой стороны, ты теперь, небось, и яблочко переплюнешь по силе лягания, — улыбнулся я.

— Но…

— Давай-давай, привыкай к новой себе, — я подтолкнул пегаску к зеркалу.

Флаттершай, уже ведомая любопытством, осмотрела свой новый облик, который по мере того, как пегаска успокаивалась, менялся к данному поньке от рождения. Взмахнувшую было крыльями пегаску подбросило почти на три её роста вверх, правда, бедолага тут же сложила крылья и бухнулась на землю. Маше надо будет обязательно рассказать, а уж она всячески убедит Флатти заняться полётами.

Ну и уверенности в себе добавит. На снова зашуршавшие кусты пегаска отреагировала мгновенно. Не успел я и глазом моргнуть, как она уже спряталась за мной. Однако вместо очередного монстра к нам вышел медведь.

— Гарри, ты пришёл, — счастливая поняша снова «телепортировалась», на этот раз уже к мишке, который осторожно сграбастал пегаску в объятия. От духа же леса пришло ощущение, что он доволен своей «работой», мол, никто теперь не посмеет тронуть его любимую пони и уйти целым. Мне же он тонко намекнул, мол, «гости дорогие, валите-ка вы к родным пенатам». Это же сообщение, похоже, получил и мишка, который усадил пискнувшую пегаску себе на спину и двинулся куда-то в чащу. Я раздражать местного хозяина тоже не стал лишний раз, двинулся следом за медведем, по пути мне на спину «припонилась» Зумки и сразу же спряталась в гриве.

* * *

— Значит, Великий дух что-то сделал с Флаттершай, и она теперь оборотень? Уверена? — уточнила Твайлайт.

— Угу, — ответил я, прихлёбывая мятный чай.

Вернулись в Понивиль мы довольно быстро, и, сдав с копыт на копыта Флаттершай взбудораженной Маше, я рысью вернулся в библиотеку. Как минимум надо всё обдумать и по свежей памяти послать отчёт Луне. С Флаттершай всё должно быть в порядке, но пусть принцессы тоже посмотрят. То, что дух леса был очень даже добр к нам ещё ничего не значит. В архивах библиотеки есть записи о тех временах, когда не каждый пони отваживался подойти к опушке Вечнодикого, не то что зайти в чащу.

В дверях дуба я был перехвачен книжной хозяйкой и допрошен с пристрастием. Спас меня Спайк. Дракончик — молодец, притащил плюшки и чай, укоризненно посмотрев на нас, попенял Твайке о том, что режим питания надо бы соблюдать. Совелий поддержал первого помощника согласным «Угу!». Пока накрывали на стол, мне удалось расспросить Твайлайт о том, что было после того, как я отрубился. Как оказалось, я какое-то время ещё был под контролем духа: следил за формированием кокона, подготовил себе кровать и спровадил всех пони в обратную дорогу. Шестёрка, конечно, возмущалась, как так бросить Флатти тут одну, но внезапно прилетевшее прямо в Твайлайт письмо от Селестии убедило всех вернуться в Понивиль.

— И это тот самый дух, с кем ты всё это время пытался наладить связь? — продолжила допрос Твайлайт, левитируя перед собой плюшку.

— Ага, — кивнул я.

— И он взял над тобой контроль…

— Угу…

— Это может быть опасно.

— Ага. Я поговорю с Луной на этот счёт. Возможно, даже сегодня ночью.

— Хорошо, но Флаттершай обязательно надо обследовать.

— Не сейчас, — я помотал головой, — пускай в себя придёт и успокоится. Не думаю, что Великий дух навредил бы ей. Скорее, он всё это время присматривал за Флатти. Не просто так же он назвал её жрицей? Да и её живность, скорее всего, одержима или самим Великим духом, или его миньонами.

— Ух, сколько интересных исследований можно начать, — мечтательно протянула Твайлайт, смотря куда-то в сторону созвездия Андромеды.

— Угу… Кстати, кто-нибудь ещё пострадал?

— Нет, — Твайлайт отрицательно качнула головой, — пострадала только Флаттершай и часть огородов, через которые бежали волки. Главное сейчас — предотвратить подобные нападения и выяснить их причину. Я уже подготовила список с возможными виновниками и набор защитных заклинаний!

— С причиной всё более-менее ясно.

— А вот с этого момента поподробнее, — оживилась принцесса магии.

— Ты помнишь, как мы убегали от некротических тварей в пустыне?

— Нет, — она покачала головой, — мне пару раз снилась пустыня, но не более того.

— В общем, та самая сущность, что натравила на нас в пустыне некротварей, пригнала волков вчера.

— Уверена?..

Я прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания о вчерашнем бое. Аура страха, что создавали хищники, мешала сосредоточиться, но когда сегодня мы вернулись во двор дома Флатти, то самое ощущение пробрало меня до костей.

— Да. Рог даю на отсечение, тут поработала та же сущность…

Твайлайт поднялась со стула, прошлась туда-сюда по кухне:

— Это плохо. Надо поискать в книгах. Такое существо не могло быть незамеченным.

— Угу. Я пока напишу наставнице…

Не успел я закончить фразу, как возникший надо мной в воздухе свиток больно ударил по носу и шмякнулся на стол. Свиток, запечатанный личной королевской печатью принцессы Луны. Сковырнув печать и развернув свиток, прочитал: «Расскажешь всё лично. Завтра первым поездом отправляйся в Кантерлот». Подписано просто «Луна».

— Похоже, принцессы уже всё знают.

* * *

Утром, оставив Зумки спать в её гнезде, что зверёк свила из утащенного откуда-то шерстяного платка, я отправился на вокзал. Хищную белку лучше в столицу не брать, ещё покусает какого министра, а прилетит люлей мне. Пока цветастый поезд, бодро постукивая колёсными парами на стыках рельс, вёз меня в сторону Кантерлота, я продолжал обдумывать произошедшее. И чем больше думал, тем ниже падало настроение, и в какой-то момент оно уже расчехлило сапёрную лопатку, чтобы зарыться ниже плинтуса.

Тварь, которая напала на Флаттершай, не смогла достать пегаску только чудом. Ещё бы чуть-чуть, и нас бы покинул один из Элементов Гармонии, а как на это отреагировали бы остальные подруги, даже представить боюсь. С другой стороны, не удивлюсь, если всё произошедшее было спланировано самими принцессами. Элементы уязвимы, а та же робко-пони даже после школы Марии вряд ли стала бы заниматься самообороной. Тут же, под шумок, её сделали и сильнее, и прочнее. Стимул расти над собой опять же обеспечили. Подозреваю, что сейчас после всех модернизаций испуганная Флаттершай сама бы порвала всех тех волков и ещё табун бешеных мишек в нагрузку и не вспотела.

Ближе к полудню я уже был в столице. На всякий пожарный нацепил ученическое кольцо на рог и двинулся в сторону замка. Двадцать минут лёгкой рыси среди толп снующих туда-сюда поней, двух грифонов, минотавра. Последнего встретил ещё на вокзале.

На «проходной» резиденции принцесс стража пропустила меня безо всяких вопросов. Надо будет выяснить — это профессионализм или разгильдяйство? Не моё, конечно, дело, но в свете последних событий свою паранойю я буду холить и лелеять. Главное её не перекармливать, ведь здоровая паранойя — она, как известно, залог здоровья параноика.

Оказавшись в замке, я, было, растерялся, ведь в прошлый раз я везде бегал за Твайлайт и особо не запомнил маршруты, но по здравому размышлению спросил у ближайшего гвардейца маршрут до приёмной принцессы Луны. И был закономерно направлен в сторону башни принцессы, где в небольшой комнатке возле самой лестницы, ведущей в башню, дремал за столом пожилой земной пони. Табличка на столе гласила, что здесь ведётся запись на приём к Её Высочеству Луне, принцессе Эквестрийской. Не удержавшись, пробежался до башни Селестии, где в такой же конторе сидели две пегаски и единорог, которые с трудом справлялись с длинной вереницей посетителей.

По здравому размышлению не стал будить пони на «ресепшене», уселся на ближайшей банкетке в коридоре и сосредоточился на выданном кольце. Должна же быть в нём какая-то система связи? Каковая нашлась почти сразу, стоило мне только потянуться к «образу» принцессы, сосредоточив магию на кольце:

— Найтфол? — раздался голос принцессы у меня в голове.

— Да, ваше высочество. Прибыла по вашему приказу…

— Во имя архитектора времени, хоть ты не начинай. Я только вернулась из ссылки, но уже хочу обратно… — ответила принцесса.

— Наставница, я в замке, доклад о ЧП готов.

— Вот, другое дело. Разбуди моего ключника, пусть подберёт тебе комнату. До обеда свободна, к часу рысью к моим фрейлинам, пусть подберут платье и проинструктируют на предмет этикета на королевском обеде. Надо тебя представить публике. Мне главный распорядитель скоро плешь проест, а сегодня как раз у нас в гостях названная племянница сестры. Поняла?

— Полностью.

— Тогда действуй, — ответила Луна, и связь прервалась.

Ну, раз послали, так пойдём. Всё же растолкав пони в приёмной, передал ему начальственный приказ. «Ключник» усомнился было в моих полномочиях, но был убеждён посредством того же кольца. После чего, кряхтя, земной пони достал из тумбочки стола какой-то монструозного вида аппарат, оказавшийся на поверку аналогом телефона. Долго листал справочник, извлечённый из той же тумбочки, после чего всё же набрал какой-то номер и долго втолковывал кому-то на том конце провода, что требуется сделать. Наконец-то положив трубку, объявил, что, дескать, скоро за мной явятся и проводят, а пока надо уладить формальности и бухнул на стол толстенную тетрадь, которую достал из другого ящика. Дальше я расписался за «постановку на довольствие» во дворце, как ученица «Самой». За выделенную комнату и горничных, прикреплённых для её уборки. И даже за почётный караул из целых двух гвардейцев у дверей. В общем, тридцать три бумажки, и все надо внимательно прочитать, расписаться и поставить печать всё тем же кольцом. В итоге мне вменялось в обязанности следить за работой горничных и гвардейцев и докладывать куда следует, а также отмечаться в бухгалтерии, подтверждая перевод всем этим пони жалования. В общем, я в очередной раз убедился, что бюрократы — само зло во плоти, куда там библейским монстрам до них.

Хотя, не успел я покинуть кабинет «ключника», как меня встретили те самые обещанные два гвардейца из почётного караула — пегас и земной пони. Они же взялись проводить меня до казначейства и выделенной комнаты. Земной пони-гвардеец шёл первым, пегас замыкал процессию. И, рог даю на отсечение, этот самый пегас всю дорогу самым наглым образом пялился на мой круп.

Уже покидая обитель бухгалтеров и прочих повелителей пера и гроссбуха, я встретился с последним из эквестрийских аликорнов, с кем доселе ещё не пересекался — принцессой Ми Аморе Каденс. Розовая аликорн шла нам навстречу, пригарцовывая и тихонько напевая какую-то мелодию, явно пребывая в отличном настроении. Поравнявшись с принцессой, гвардейцы изобразили свой вариант воинского приветствия, как-никак, принцесса — правитель союзного государства. Я же изобразил, очень надеюсь что правильно, соответствующий случаю поклон:

— Доброго дня, ваше высочество.

Ответив на приветствие, принцесса уже было двинулась дальше, но замерла, вернулась назад и внимательно меня осмотрела.

— Ну-ка подожди, ты же новая ученица тётушки! — радостно воскликнула она. — Найтфол, правильно?

— Найтфол Мист, к вашим услугам, ваше высочество, — снова изобразил поклон я.

— Ой, какая официальная, — жизнерадостно улыбнулась розовый аликорн, — наверно тётушка загоняла? Надо же, действительно вылитая Твайлайт, — продолжила она, внимательно меня оглядев, — только больше на Луну похожа, наверное, и спортом занимаешься?

— Ежедневно, в порядке терапии, — подтвердил я, почему-то испытывая иррациональное желание убежать от милого розового аликорна куда подальше.

— Эх, а Твайлайт всё в книги, да в книги. И ты, я смотрю, какая-то замученная. Ну-ка, — закончив фразу, Каденс сплела какое-то заклинание, розовое свечение окутало её рог, меня и гвардейцев, вызвав прилив сил и небольшую эйфорию. — Ладно, бегите, не буду отвлекать, мне вот тоже ещё с бумагами возиться.

— Доброго дня, ваше высочество.

— Пока-пока, — махнула она копытцем. — До вечера, Найтфол, — ответила принцесса и, всё так же пригарцовывая, двинулась дальше по коридору.

— Давайте кратчайшим путём ко мне в комнату, а? — произнёс я в пространство, когда принцесса скрылась за углом.

Гвардейцы переглянулись, дружно кивнули и повели меня через подсобные помещения. Срезав путь, мы сразу оказались на лестнице в башне Луны. Как оказалось, мне выделили комнату на два этажа ниже, так что по лестнице пришлось подниматься довольно-таки долго. И снова я буквально кожей чувствовал взгляд пегаса, гуляющий по моему крупу, даже приятно такое внимание. Стоп! Нет-нет. Изгнать все посторонние мысли, тут дел невпроворот.

Закинув вещи в комнату, я отправился в библиотеку — надо будет выполнить просьбу Твайлайт и заказать доставку в Понивильскую библиотеку целого набора учебников, как водится, по списку. Библиотека снимет копии с имеющихся экземпляров, закажет печать и доставку за счёт бюджета, так сказать. Ибо денег на образование в Эквестрии не жалели, ну или Селя ничего не жалела для любимой ученицы.

Пока бегал туда-сюда, подошло обеденное время, так что пришлось вернуться в комнату, где меня уже ждали знакомые мне Файс и Эрия.

— Какие пони! — воскликнула Файс, когда я ввалилась в помещение, проскользнув в дверь мимо стражей. — Гляди-ка, Эрия, вот уже не тощий жеребёнок, все, что надо кобылка себе наела, да и за шёрсткой явно правильно следит.

— Ага, — откликнулась облетевшая меня по кругу Эрия, — наела. Мы ж теперь замучаемся платья подбирать.

— Не, я знаю пару вариантов, что точно подойдут, — отмахнулась Файс.

Дальше начался «одёжный ад». За следующие сорок минут меня десять раз переодели и поменяли укладку гривы, пока поньки не признали мой внешний облик соответствующим занимаемому высокому положению. Параллельно шёл непрерывный инструктаж, как себя вести за столом и вообще. Где и как идти, нос в тарелку не совать, соус с тарелки не слизывать. Какими пользоваться вилками. И что телекинезом издалека ничего хватать нельзя. Алкоголь ни-ни, хотя по этикету мне таки нальют, но пить нельзя, ибо мала ещё, и вообще, ученице не положено до тех пор, пока иного не решит наставница. Хотелось воскликнуть: «И за каким чёртом меня занесло на эту галеру!», но нельзя подрывать авторитет Луны. О Селестии не беспокоюсь. Подозреваю, если сильно её расстрою, испарюсь раньше, чем успею осознать, что случилось.

В общем, приведя меня к виду, по мнению фрейлин, удовлетворительному, чтобы не распугать гостей, кобылки оставили меня одного. Пройдясь по комнате к трюмо, уставился на своё отражение в зеркале. По дороге пытаясь привыкнуть к платью, если так можно было назвать кусок ажурной ткани, закреплённый на шее ажурной фибулой, прикрывающий спину и шлейфом спадающий по крупу почти до самого пола, чем жутко мешал задним ногам. Ощущение, что ещё шаг и наступлю на, хм, подол, не отпускало. Да и если подумать, за последние месяцы на меня пыталась нацепить что-то подобное только Рарити, и то ненадолго. Я вовремя сбегал.

С другой стороны, наверное, всё же частичка Твайлайт в подсознании была крайне довольна внешним видом. Покрутившись, рассмотрела себя со всех сторон, кобылка хоть куда, и два бравых жеребца совсем рядом, только дурацкое платье будет мешать… Прокрутив последнюю мысль пару раз, грустно вздохнула, под хвостом уже мокро, а тут скоро этот дурацкий обед. Придётся потерпеть до вечера, да и понидром надо бы поискать пошире, чем в этой комнате.

И только в ванной, пока приводила себя в порядок, до меня дошло, о чём последние пару минут предавался фантазиям. Японские боги и их родня! Выброс адреналина от осознания получился такой, какой не обеспечила стая древесных волков. Мать его растак, кусочек памяти Твайлайт, да, Луна? Да тут, походу, полноценная кобыла, и даже не в подсознании спрятанная!

К моменту, когда один из гвардейцев заглянул в комнату, я всё же взял себя в копыта и очень тщательно старался не думать о белой обезьяне. Прокручивал все детали нападения на Флаттершай, пытался выудить какие-нибудь упущенные мелочи.

Сама дорога к большому обеденному залу запомнилась урывками. Окончательно в себя пришёл, только семеня за Луной, входящей в зал, после того как о ней объявил герольд. Аура принцессы так же подходила для медитации, как и энергетика Вечнодикого леса. Даже ещё лучше, ведь принцесса создавала моё тело, и сродство энергетики должно быть почти таким же, как у матери и дочери. Так что, двигаясь за Луной строго по левое плечо, нос не дальше крупа принцессы, я приводил мысли в порядок. Благо зал очень длинный, а шла принцесса неспешно.

Все три венценосные особы расположились на тронном возвышении с отдельным столом для VIP-персон, так сказать. Мне, как ученице Самого Лунного Диарха, полагалось место у копыт принцесс, за столом, расположенным параллельно королевскому, но стоящем на ступеньку ниже, рядом с табунчиком министров и прочих чрезвычайно важных и бесполезных персон. Кстати, надо будет выяснить, почему, несмотря на почти официальный матриархат, среди министров не было ни одной кобылы. Сплошь жеребцы всех рас разной степени преклонного возраста.

Перпендикулярно «министерскому» столу тянулись пять длинных, почти до самых парадных дверей зала, столов для пони попроще. Вот тут уже кого только ни было, пони всех возрастов и социальных групп — похоже, сейчас обедали практически все кантерлотские чиновники, их помощники, секретари. В общем, цвет госаппарата.

На меня, совершенную пигалицу по местным меркам, да ещё и пустобокую, внимания практически не обращали. Так что убедившись, что ничего интересного за столом я не услышу, всё то же привычное перемывание костей, обсуждение рабочих вопросов и семейных проблем, сосредоточился на дегустации предлагаемых блюд. Надо отдать должное королевским поварам — ни одного неудачного рецепта, на каждый пункт мне хотелось требовать добавки. Не-не, долго зависать в столицах нельзя, если так питаться, я разъемся в колобка, и уж точно ни один жеребец на меня потом… Ну вот опять, мысли уехали в не пойми какую сторону.

Благо обед уже подходил к концу, и венценосные аликорны покидали залу первыми. Ну и я следом за Луной. Уже на выходе из зала наставница дала команду привести себя в порядок и через два часа быть в том самом подземном зале, в котором я впервые общался с принцессами. Однако на этот раз выполнить поручение мне было не суждено.

Пока с гвардейцами поднимались по лестнице, уже я не могла оторвать взгляда от крупа впереди идущего земного пони. Под хвостом предательски теплело, и, рог даю на отсечение, идущий сзади страж пегас нет-нет да втягивал носом воздух. В общем, пока мы поднялись до комнаты, я себя уже не контролировала. У дверей мои спутники переглянулись, и вместе со мной в комнату влетел пегас. Дальнейшее я помню смутно, кто и как сорвал платье не скажу, да и несколько минут какой-то прелюдии точно было. В самый ответственный момент мою девственность и, возможно, рассудок спасло кольцо Луны, немного прояснившее сознание. Осознав, что я сейчас делаю, взбрыкнул, заехав, похоже, бедному жеребцу по шарам копытом и с визгом вылетел из комнаты. Точнее, попытался, ибо сразу за дверью стояла Луна. В ноги которой и влетел, растянувшись на полу. Принцесса бросила взгляд на меня, потом на стража. Набрала в грудь воздуха и по замку пронеслось громогласное:

— ПРИНЦЕССА МИ АМОРЕ КАДЕНЦИЯ, МОЁ ВЫСОЧЕСТВО ЖЕЛАЕТ ВИДЕТЬ ТЕБЯ!

Мощь голоса Луны заставила звякнуть стёкла в окнах, а у меня зазвенело в ушах, и судя по тому, как поморщились стражи, не только у меня. Принцесса тем временем подняла меня в воздух телекинезом и перенесла на кровать. На мои слабые попытки пошевелиться ответила таким взглядом, что я решил лежать и лишний раз не шевелится. Жеребцы стражи, крупом чувствуя неприятности, попытались технично покинуть комнату, но были остановлены таким грозным окриком:

— СТОЯТЬ! ПОСТРОИТЬСЯ У СТЕНЫ! — звуковой удар снова заставил звякнуть стёкла и пустить табун мурашек маршировать у меня по спине. Дисциплинированные стражи приказ выполнили и, судя по выражению морд, ничего хорошего уже не ждали, бедный пегас ещё и с трудом сдерживал гримасу боли, а у меня снова начало предательски теплеть под хвостом.

— Тётушка? — позвала Каденс, осторожно просунув голову в мою комнату по пришествию минут десяти.

— Ага, ты-то мне и нужна! Стража! Занять пост у дверей. Покидать караул запрещаю до моего особого распоряжения! Выполнять! Каденс, зайди.

— Ой, Найтфол, а что случилось? — спросила розовая аликорн, когда за стражами закрылась дверь.

— С НЕЙ СЛУЧИЛАСЬ ОДНА НЕ КОНТРОЛИРУЮЩАЯ СЕБЯ ПРИНЦЕССА! — рявкнула Луна. — Неужели моя драгоценная сестра не учила тебя контролю?

— А что случилось?

— Внимательно посмотри на мою ученицу и стражей и сама скажи мне, — потребовала Луна, чуть ли не нависая над Каденс.

Осмотрев меня, принцесса зажмурилась и замерла на пару мгновений.

— Ой… — пискнула она.

— Стража! Зайти внутрь и построиться у стены! — и уже обращаясь к племяннице: — Значит так, снимай своё заклинание.

Розовый аликорн засветила рогом, и магическое свечение снова охватила меня и стражей.

— Молодец. Стражи, свободны. Ты, доставь сослуживца к медпони.

— Есть! — рявкнул земной пони за себя и коллегу и быстро покинул комнату, утаскивая за собой пегаса.

— Ну вот, всё в порядке же, — жизнерадостно улыбнулась Каденс.

Улыбка, правда, тут же померкла, когда младшая принцесса встретилась взглядом с Луной.

— Значит так, дорогуша, такой безответственности я уже давно не встречала… — начала Луна и продолжила распекать сжавшуюся в комочек племянницу.

За следующий час я понял, что до сих пор ни разу не видел настоящего начальственного разноса. Наставница паровым катком прошлась по уровню подготовки и Каденс, и моему. Битый час нас втаптывали в грязь копытами, но стоит отдать Луне должное. Она не только, так сказать, донесла политику партии, но и целую лекцию прочитала о ментальной магии и последствиях её применения на пони и не только. Я под конец уже жалел, что под копытом нет свитка и пера, такую информацию надо тщательно конспектировать, желательно в двух экземплярах.

— Ну, всё поняла, горе ты моё луковое? — уже подобревшим голосом спросила Луна у Каденс.

— Да, тётушка.

— Молодец, давай беги, но чтобы больше такого не повторялось.

— Конечно, тётушка.

— Всё, брысь отсюда, — Луна махнула копытом, поворачиваясь уже ко мне. Каденс тут же технично покинула комнату, чувствуется большой опыт.

— Ну, пришла в себя?

— Кажется, да, — ответил я, спрыгивая с кровати, — странных неконтролируемых желаний точно больше нет.

— Молодец, кстати. Я, конечно, поработала над твоей ментальной защитой, но сама по себе она работать не будет. Нужно, чтобы ты осознанно боролся с вмешательством. И тот факт, что ты столько времени продержался под заклинанием аликорна — специалиста по менталу уже о многом говорит, но от дополнительных занятий это тебя не спасёт.

— Как скажете, наставница.

— Хотя, если бы не физиология, ты, возможно, полностью смог бы проигнорировать воздействие Каденс.

— Э?..

— Эх, и почему у нас не было времени сделать тебе более подходящую оболочку?..

— А как оно связано? Ведь ментальная магия, насколько я понял, работает только с высшими сферами и разумом напрямую.

— Именно, но на разум смертных большое влияние имеет тело и гормональный баланс.

— Вы хотите сказать?.. — я, кажется, начал понимать, что всё же произошло.

— Именно, у тебя начинаются «те самые дни», а первый раз у кобылки всегда вызывает очень большой выброс гормонов.

— Блин… — только и смог выдавить я из себя. — Ой, простите. Но ведь прошло всего ничего времени, я ждал чего-то подобного через полгода минимум.

— Ждал он, — поджала губы Луна, — скорее тщательно отгонял от себя мысли об этом аспекте жизни кобылки.

— Не скажите, если рассуждать логически, моё тело вы создавали по образцу Твайлайт — значит, и циклы наши должны совпадать. С другой стороны, физиология аликорна…

— Пока Твайлайт не исполнится хотя бы триста лет, никакой разницы в физиологии между ней и сверстницами-единорожками не будет.

— Понятно, — кивнул я, — точнее, непонятно. Мой образ жизни вообще-то должен был оттянуть начало цикла. Я ведь нагружал себя по полной, да и магическое утомление регулярно получал.

— За знание теории зачёт, — кивнула Луна, усмехнувшись. — Практику пересдавать будешь.

— И что я упустил?

— А если подумать?

— Подумать-то можно… — пробормотал я, пытаясь понять, что же я упустил.

Я вроде уже озвучил все варианты, которые могут повлиять на организм. Заклинание Каденс тут, похоже, ни при чём. Это ни Луна, ни Каденс, ни Твайлайт, ни я сам, а больше на меня повлиять не мог никто…

— Ядрёна кочерыжка, — ругнулся я, хлопнув себя копытом по лбу, о чём сразу пожалел — больно. — Дух леса поработал, да?

— Кто виноват, понял — молодец, а вот что не проверил сам себя после такого плотного контакта с духом — это большое упущение. Над этим моментом мы ещё поработаем…

— Хм, но каких-либо кардинальных изменений я не заметил.

— Просто не успел. Старый корень на свой лад сказал спасибо. Ему, пню трухлявому, что одну такую соплюху, как ты или Флаттершай подлатать, что дюжину разницы нет. Так что поздравляю, твоё лечение официально закончено, дух леса полностью восстановил твою энергетику и поправил все проблемы с физиологией. Ты теперь полностью здоровая единорожка в самом расцвете сил.

— Вы знакомы?

— Ещё бы. Мы с ним, было дело, воевали. Этот трухлявый пень был старым ещё до нашего с сестрой рождения и просто так делиться территорией не хотел. После разрухи, которую устроил Дискорд, нужна была стабильная область, на которую можно было бы опираться при построении очищающих от эманацией хаоса арканов. Да и некий символ возрождающегося порядка тоже был бы не лишним. Так и появилась идея построить замок. Вот только единственное подходящее место на тот момент располагалось на территории, которую охранял Старый корень. И делиться своими владениями он категорически не хотел, пришлось убеждать, — принцесса прикрыла глаза и мечтательно улыбнулась. — Хорошие времена были. В общем, так, — оборвала она сама себя. Вокруг рога наставницы появилось свечение, и в воздухе с характерным хлопком возник небольшой стеклянный пузырёк, наполненный опалесцирующей ядовито-фиолетовой жидкостью. — Выпей весь пузырёк.

Я подхватил склянку, вытащил довольно туго сидящую пробку. В нос сразу же ударил насыщенный травяной запах. Тут же вспомнилась хижина зебры, вся пропитанная подобным ароматами. Вздохнув, одним глотком проглотил предложенное зелье. По пищеводу пробежала волна тепла, по телу, почти сразу, волна жара, и всё стихло. Я прислушался к себе, но никаких посторонних ощущений больше не возникло.

— В жар не бросает, блевать не тянет? — участливо спросила Луна.

Отрицательно помотав головой, я поставил склянку на тумбочку.

— Замечательно, это оттянет начало цикла где-то на сутки, и, что особенно важно в твоём случае, зелье работает мягко и не бьёт так по эндокринным железам, как действие заклинаний. Теперь пойдём, поговорим с Селестией.

По глазам ударила яркая вспышка, и мы оказались в том самом зале, где я впервые общался с аликорнами. На этот раз в центре комнаты стоял большой круглый стол, на котором находился чайный сервиз. Селестия с племянницей, сидевшие рядом, пили чай, и наше появление, похоже, прервало их беседу.

— СЕСТРА-ПРАВИТЕЛЬНИЦА, — начала Луна, подойдя к паре аликорнов, снова применив свой любимый Кантерлотский глас, — НАДЕЮСЬ, ТЫ ОБЪЯСНИЛА СВОЕЙ ПОДОПЕЧНОЙ, ПОЧЕМУ НЕ СТОИТ ТАК БЕЗРАССУДНО РАЗБРАСЫВАТЬСЯ СТОЛЬ МОЩНЫМИ ЗАКЛИНАНИЯМИ?

— Конечно, сестра-правительница, — столь же согласно кивнула Селестия, тоже придерживаясь официального тона. — Ми Аморе поняла всю тяжесть своего поступка.

Розовая аликорн поднялась со своего места, подошла ко мне и начала было:

— Найтфол Мист, прошу простить… — произнесла она, подойдя почти вплотную.

И в этот момент из моей гривы выскочила алая комета. С рычанием полоснула по мордочке Каденс когтями и, приземлившись на пол, обшипела взвизгнувшую от неожиданности принцессу. Зумки, которая непонятно как пряталась в моей гриве всё это время, явно встала между мной и Каденс.

Я в панике пытался сообразить, что делать-то? Обстановка, вроде как, неофициальная, но это же вполне можно трактовать как нападение на правительницу союзного государства!

— Хм, интересно, — задумчиво произнесла Луна, подхватывая Зумки телекинезом. — Селестия, посмотри, это не тот ли самый зверёк, что доставил нам столько проблем на стройке?

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересованная принцесса подошла поближе, мимоходом наложив лечебное заклинание на Каденс. — Знаешь, а ведь похож. Помнишь…

Пока старшие аликорны увлечённо обсуждали дела минувшие, я аккуратно подошёл к розовому аликорну и на ушко прошептал:

— Простите, я была уверена, что оставила белку дома.

— Ой, да брось. Мне тётушка всё рассказала. Так что, похоже, я сегодня тоже сильно накосячила. Мир?

— Как скажете, принцесса.

— Для сестрёнки Твайлайт я просто Каденс, ладно?

— Найтфол, где ты взяла этого зверя? — прервала наше перешептывание Луна.

— По дороге к хижине Зекоры подобрала. Во внезапно разразившейся буре её придавило деревом. Я думала подлечить белку и отпустить, но уходить она отказалась.

— Зверёк, в общем-то, довольно опасный, но может оказаться и полезным, — раздался голос Селестии. Как оказалось, пока мы перешёптывались, старшие аликорны консилиум завершили и уселись пить чай. — Не стойте столбом, садитесь за стол, нас ждёт долгий разговор.

— Можно узнать, насколько белка опасна? А то, может, мне уже стоит искать бронеклетку? — спросил я, покосившись на белку. Ту уронили на стол, но Зумки не растерялась, тут же сцапала из вазочки по печеньке в каждую лапку и теперь сидела грызла поочерёдно то одну, то другую вкусняшку.

— Ну… — задумчиво протянула Луна, — такая же белка и тоже, помнится, самочка довела до заикания первого эквестрийского главного архитектора.

— Это как?.. — удивлённо спросила Каденс.

— Она смотрела… — поддержала Луну Селестия.

— Именно. Белка очень внимательно смотрела на бедного земнопони, — продолжила Луна.

— Архитектор страдал… хм, белкофобией? — предположил я.

— Нет, просто эта пакостница оказывалась везде, где бы ни оказывался архитектор, и смотрела. Неважно, как бы тщательно ни закрывался он. Белка умудрялась проникнуть даже в магически защищённые подземные казематы, предназначенные сдерживать самых опасных тварей Тартара.

— Однако… — протянул я, по-новому глядя на Зумки. Та, будто понимая о чём речь, приняла горделивую позу, мол, правильно, хвалите меня.

— Так что, если сможешь приручить милашку, — сказала Селестия, ехидно улыбнувшись мне, — получишь идеального шпиона.

Зумки в ответ посмотрела на меня, в мгновение ока догрызла остатки печенья и в пару прыжков скрылась в гриве Каденс. Та успела только ойкнуть.

— Похоже, белка нашла себе новую хозяйку, — сказал я, взглянув на ошарашенного младшего аликорна.

— Ладно, вернёмся к делу, — дала команду, вмиг посерьёзнев, Селестия. — О том, что произошло в Понивиле мне уже доложили, так что свой вариант оформишь в виде свитка и отдашь моему секретарю. Сейчас я хотела бы услышать твои соображения по поводу случившегося.

— Нападение организовала та же сила, что натравила на нас некротических тварей в пустыне. У меня нет доказательств, только голые догадки и ощущения. Однако прошу меня простить, крупом чую — это была та же… Сущность. Тем более что Старый корень явно непричастен к нападению, а другие существа, которые смогли бы подчинить такое количество лесных тварей, мне неизвестны. Нет, это, конечно, могла быть и ваша затея, — внутренне сжавшись, сказал я, глядя в глаза Селестии.

— Моя? — кажется, я умудрился удивить солнечного диарха.

— Из всей Шестёрки Флаттершай самая беззащитная. Её личность и характер уже сформировались, так что любые изменения возможны теперь только через личностный кризис или смертельную опасность. Сейчас же… Я не знаю, что с пегаской сотворил дух леса, но тем же крупом чую — вкопытную сейчас с Флаттершай я бы не справилась.

Упс, кажется, меня унесло немного не туда. Аликорны в тишине смотрели на меня: Селестия с печалью во взгляде, Луна явно одобряла мои выводы, Каденс растерянно переводила между нами взгляд.

— Найтфол, — с печалью в голосе ответила мне Селестия, — я понимаю, что волей-неволей оставила у тебя вполне определённое впечатление, но я бы никогда, ни при каких обстоятельствах не подвергла бы опасности жизни моих маленьких пони.

— Даже если выбор будет между жизнью одного пони и жизнями миллионов? — я понимал, что нарываюсь, но остановиться уже не мог.

Селестия не ответила, лишь отвела взгляд в сторону. Луна бросила на меня взгляд, в котором читались все казни египетские разом, так что я решил рот закрыть и шибко умного больше из себя не строить.

— Прошу простить мне мою дерзость, ваше высочество, — я извинился, склонив голову.

— Не стоит извиняться, моя маленькая пони, — снова ехидно улыбнувшись ответила Селестия. — Да, когда речь пойдёт о выживании вида, я не буду считаться ни с какими потерями. Сейчас же? Я бы ни в коем случае не допустила бы ситуации, когда мои подданные оказываются в смертельной опасности.

— Значит, есть скрытая угроза… И если вся текущая ситуация не есть урок для Шестёрки Гармонии, то угроза действительно велика, раз вы её не устранили.

— Ты переоцениваешь возможности аликорнов, — покачала головой Луна.

— Я, конечно, могу заблуждаться, однако, пусть и совсем недолго, я была аликорном, — со стороны Каденс раздался удивлённый фырк. Даже Зумки — и та вылезла из гривы розовенького аликорна и уставилась на меня. — Скажем там, временно исполняющей обязанности Твайлайт. И точно знаю, что, имея сейчас те же возможности и образец ауры твари, на голой силе и интуиции смогла бы локализовать угрозу…

— Зная, насколько близки вы оказались с моей ученицей — верю, — кивнула Селестия. — Проблема в том, что ни я, ни сестра не можем уловить никаких следов, которые могли бы привести к врагу.

— Это как? — теперь была уже моя очередь склеивать пошедший трещинами шаблон.

— То, что угрожает гармонии, является неотъемлемой частью мира. Да, аликорны сильнейшие в магическом плане существа, но проблема требует взгляда со стороны, а не магической мощи.

— Со стороны, говорите… Могу ли я быть источником этих самых проблем?

— Нет, — покачала головой Луна. — Не обижайся, но этот вариант мы проверили в первую очередь и в свете последних событий перепроверили ещё раз. Однако и ты, и, возможно, Твайлайт имели очень близкое знакомство с тварью, так что, возможно, сможете её отслеживать.

— Это будет основным вашим занятием помимо учёбы. Найти и устранить угрозу, — поддержала сестру Селестия. — Я подготовила комплект литературы из запретной секции библиотеки.

Рог принцессы засветился, а я ощутил, как поток магии окутал мой рог и ученическое кольцо.

— Пропуск у тебя будет. Подготовьте схему, артефакты или аркан, который позволит отслеживать угрозу.

— А…

— Часть леса вместе с десятком атаковавших Флаттершай древесных волков сейчас находится под чарами стазиса. Так что необходимые образцы вы сможете получить.

— Хм… А мы могли бы получить доступ в пустыню?

— К сожалению, после нашего освобождения ток потоков сил был нарушен, что породило сильнейшее магическое возмущение за последние тысячелетия. Теперь там магически нейтральное озеро расплавленного песка, которое будет остывать ещё не одну сотню лет, — сказала Луна, скривившись.

— В общем, задача ясна? — спросила у меня Селестия.

— Целиком и полностью, ваше высочество. Мне слишком сильно понравилась эта страна и её население, чтобы я позволил каким-либо тварям вредить милым маленьким пони, — ну вот, опять меня куда-то не туда понесло.

— Молодец. Через неделю и займёшься, — довольно кивнул солнечный диарх.

— Разве не стоит приступить немедленно?

— Не-не, в ближайшую неделю ты будешь заниматься тем, чем положено молоденькой кобылке в твоём положении, — и снова этот ехидный прищур. Такое чувство, что только поддержание монаршего авторитета не позволяет Селестии троллить окружающих.

— Тётушка, а ничего, что я слышала весь ваш разговор? — наконец-то решилась подать голос Каденс.

— Дорогуша, ты у нас правитель целого государства и должна быть в курсе возможного источника проблем. И пока гостишь у нас, мы с Луной подтянем твою магическую подготовку.

— Опять единорожьи дела, — печально протянула Ми Аморе.

— Не «опять», а «снова». Если уже заделалась единорогом — будь добра соответствовать, — отрезала Селестия.

— У-у-у… — печально вздохнула Каденс, — малышке Твайлайт повезло больше. Всего-то и надо — научиться летать.

Снова печально вздохнув, Ми Аморе пошуршала копытцами в гриве и вытащила на свет божий Зумки. После чего прижала ту к груди как плюшевую игрушку. Белка, судя по мордочке, была категорически против, но ничего не могла противопоставить обнимашкам от розовой аликорны.

В какой-то момент хватка ослабла, и зверёк смог вырваться на свободу. Победно чирикнув, алая комета на трёх лапах метнулась ко мне. Судя по характерному розовому блеску, Зумки отомстила-таки «мучительнице», выдрав клок волос из гривы Ми Аморе.

— Раз больше обсуждать пока нечего, все свободны, — дала команду Селестия. — А вас, Ми Аморе, я прошу задержаться, — сказала она, когда довольная Каденс, вырвавшаяся вперёд нас с Луной, уже была у двери.

За дверью нас ждал целый табун лунных стражей. Среди них ярким пятном золотых доспехов выделялись двое гвардейцев — уже знакомый мне земной пони, похоже, с новым напарником.

— Найтфол, загляни в библиотеку и рысью на каретный двор, возьмёшь колесницу и в Понивиль, поняла?

— Конечно, наставница, — кивнул я.

— Стражи, проследите за моей подопечной. И чтобы такого как сегодня больше не повторилось, — Луна грозно посмотрела на бедного земного пони. Тот взгляд выдержал и звонко стукнул копытом по нагрудной пластине брони, мол, будет исполнено.

Дальше был забег по дворцу, только по закоулкам и техническим коридорам от греха подальше — вдруг ещё кого «опасного» встречу. По дороге всё же познакомился со стражами. Тот самый земной пони — Мистик Хаз — очень-очень извинялся. И был полностью прощён, все проблемы нам устроил самый опасный в мире розовый аликорн. С такой характеристикой оба гвардейца были полностью согласны. Они хоть и не попадали до сих пор под горячее копыто Каденс, но от сослуживцев наслушались о самых причудливых отношениях, что умудрялась создавать Ми Аморе. Второй страж — Берри Страйк — рассказал о том, что буквально в прошлом году гвардейцы потеряли своего лейтенанта, а администрация — начальницу отдела кадров. Пробегавшая мимо Каденс одарила идущую рядом парочку, лейтенант пегас помогал единорожке тащить стопку документов, своей «живительной» магией. Как итог — через полгода сыграли свадьбу, и счастливая парочка покинула Кантерлот, перебравшись в родной город жены.

В библиотеке меня «порадовали» дважды, и только один раз — приятно. Заказ по учебникам обещали прислать с почтовыми пегасами через неделю. Второй раз — когда я сунулся в закрытую секцию, защитные системы не пропустили внутрь никого кроме меня. Да и я смог пройти только в центральный зал, где меня ждал здоровенный сундук. Попытка подойти к закрытым дверям, вызывала появление на этих самых дверях незнакомых мне светящихся алым рун. Сундук без ножек и каких-либо колёсиков. Зачарованный так, что телекинезом его сдвинуть было невозможно. Как и открыть. На печати значилось «Твайлайт лично в копыта». Все мои попытки открыть этого монстра были тщетны. Пришлось хватать зубами за боковую ручку и, упираясь всеми копытами в пол, тащить хранилище запретных знаний. Радует одно: мои матерные сентенции мир услышать не мог — неудобного ругаться, когда во рту ручка сундука.

Снаружи мне уже помогли стражи. Берри на раз-два закинул сундук на спину Хазу, а тот, словно и не замечая немалого такого веса, бодро скакал рядом по дороге к каретному двору. Тут меня уже ждала обычная такая колесница, золочёная, как и броня гвардейцев, в которую уже впряглась четвёрка стражей-пегасов. В таких же золочёных доспехах. Сверкать в лучах солнца будем, как те яйца кота. Хаз поставил сундук на колесницу, после чего охранники распрощались со мной.

Всю дорогу до Понивиля я провёл, вцепившись всеми копытами в борт колесницы. Я не то чтобы боюсь высоты… Я, похоже, до мокрого хвоста боюсь. Лететь вот так на открытой всем ветрам платформе со скоростью кукурузника… Нет, я никогда не смогу понять любовь пегасов к полётам, а вот Зумки, наоборот, понравилось. Она всю дорогу просидела на переднем борту колесницы. Не скажу, правда, точно любовалась ли хищная белка окружающими видами или косилась на мясистые крупы пегасов. Не удивлюсь, если совмещала оба занятия.

У дверей библиотечного дуба меня уже ждала Твайлайт. Поблагодарив пегасов за доставку, сцапала магией сундук и утащила внутрь. Похоже, нечасто Селестия баловала свою подопечную такой интересной литературой. На деревянных ногах сполз на землю и тоже пошёл внутрь, кивнув по дороге пегасам. Те дружно фыркнули и свечой стартовали в зенит. Н-да, это же как бы они летели, если нужна срочная доставка…

По дороге в свою комнату встретил спешащего куда-то дракона. Тот только махнул лапкой и был таков. Я же завалился в комнату и рухнул в кровать — день был каким-то избыточным на впечатления. И заканчиваться просто так он и не думал. Уже ближе к ночи меня разбудил громкий «Тссс», исполненный в мистическом пинки-стиле. Проморгавшись, нос к носу столкнулся с самой пати-пони. Гуляющий по комнате сквозняк тонко так намекнул на то, что зашла сюда розовая явно не через дверь.

— Проснулась?

Я осоловело кивнул.

— Тогда начинаем подбор, — с этими словами Пинки нырнула куда-то под кровать и вытащила оттуда здоровенный чемодан, обклеенный блёстками и воздушными шарами, повторяющими кьютимарку Пинки.

Раскрыв чемодан, она чуть ли не целиком туда нырнула. Потом высунулась обратно, оценивающе на меня посмотрела, залезла обратно и начала извлекать… Скажем так, предметы первой необходимости для кобылки в моём состоянии. Разных цветов, форм, размеров и материалов.

— Вот эти тебе точно подойдут! — тихо прокричала Пинки. — Выбирай! Лично я рекомендую модель «SmallBigMac» самое то для единорожки. Я вот предпочитаю вариант «BigBigMac», но он только для земных кобылок, — улыбнулась гиперактивная поняша. Я же судорожно сглотнул и попытался отползти подальше. — Ну куда ты, глупенькая, — подскочившая ко мне Пай приобняла за шею и чуть ли не носом ткнула в предлагаемый товар. — Не сомневайся, у меня лучший выбор. Все кобылки Понивиля и окрестностей закупаются только в мастерской Пинки Пай! Слушай, а может, у тебе нестандартные предпочтения? Так, подожди, у меня тут есть вариант MinotaurXXL и CrazyDiamond. Сейчас найду!

Пока Пинки копалась в чемодане, раздался стук в дверь:

— Найтфол, не спишь? — позвала из-за двери Твайлайт.

— Нет, заходи, — ответил я в надежде на то, что Твай отвлечёт увлекающуюся Пинки.

— Пинки, привет! Ты уже пришла? А я почему тебя внизу не видела? — поздоровалась вошедшая в комнату принцесса. Окинув взглядом комнату, заметила «выставку» у меня на кровати и смущённо передёрнула ушами.

— Твайли, — выскочившая из сундука Пинки, продолжая держать в копытцах обещанные минотавра и алмаза, обняла лавандового аликорна, заставив ту мучительно покраснеть, — опять зарылась в книги, а с подругами общаться? Во, гляди, у меня новая коллекция! Будешь себе на замену что подбирать? И помоги Найтфол, у неё явно муки выбора.

— Давай посмотрим…

В общем, совместными усилиями кобылки решили, что лучше всего подойдёт вышеозначенный «SmallBigMac». Оставив «его» на кровати и получив от меня пять бит, «Вообще-то десять, но для своих у меня постоянные скидки» — заявила Пинки, после чего утащила чемодан и Твайлайт на первый этаж «обмывать» покупки. Принцесса тоже обновила «гардероб». Я же, спихнув задней ногой покупку на пол, завернулся в одеяло, твёрдо намереваясь проспать до обеда и убить всех и каждого, кто посмеет мне помешать.

Помешал организм, разбудивший меня на рассвете с требованием посетить фаянсового друга. На столе обнаружил записку от Твайлайт: вся шестёрка собиралась сегодня у Флаттершай помогать пегаске осваивать новые возможности. И, в общем, дружески поддержать. Спайк, увязался следом, а библиотеку просто закрыли. Так что остался я один на хозяйстве.

Несмотря на тишину, снова уснуть мне так и не удалось. Под хвостом предательски теплело, похоже, зелье Луны прекращало своё действие. Ощущения, конечно, не столь интенсивные, как под воздействием магии Каденс, но сосредоточиться на чём-то кроме тех самых мыслей с каждой минутой становилось всё сложней. Попытки читать или заняться чем-то полезным успеха не приносили. Даже на простейшем телекинезе сосредоточиться было проблематично. Хоть немного облегчения приносила ходьба. Туда-сюда по комнате и обратно. Зумки, клыкастая предательница, ехидно скалилась из своего гнезда, которое та свила в углу комнаты. Судя по характерному розовом пятну, к шерсти из шарфа добавились волоски из гривы розового аликорна.

Вот так меня и застала влетевшая в открытое окно Маша.

— Так-так, кто тут у нас такая красивая и уже на всё готовая, а? — отвратительно жизнерадостно поинтересовалась окончательно опегасившаяся Мария.

— Хоть ты не издевайся, — буркнул я.

— Да ладно… Владислава, где тут твой жеребец? — спросила Маша, оглядываясь. — Да вот же он. Ну, сама хвост задерёшь, или насиловать будем?

— Чего?

— Мне Луна целое официальное письмо прислала с рекомендациями. Так что, «больная», будем рекомендации выполнять или?..

— Я в порядке…

— Угу, оно и видно. Вон весь пол закапала.

— Где? — я отвлёкся, а Маша могла быть очень резвой когда надо.

Схватила меня и уронила на кровать. Противопоставить физическую силу против начавшей активные тренировки пегаски я не смог, а магия чем дальше, тем хуже слушалась.

Дальше… Дальше Маша показала на мне, как пользоваться презентом Пинки. Причём несколькими разными способами. Хотелось бы сказать, что это было жутко, неприятно или как-то не так. Однако молодой кобылий организм крайне энергично отреагировал на «воздействие». Так что следующие полдня я спокойно мог изучать содержимое сундука с секретными материалами. Так прошли оставшиеся дни «недели». Подлечиться несколько раз в день и штудировать книги по магической криминалистике, натуральной некромантии и тауматургии. Причём такой, которая позволяет с минимум средств и энергии, например, вырвать сердце жертве. Достаточно знать как и подгадать ритуал под сильную грозу.

* * *

— Найтфол, готова? — спросила висевшая в воздухе Твайлайт.

— Как пионер! Давай, по команде снимай стазис с этого участка, — дал отмашку я.

Когда меня отпустило, мы первым делом рванули изучать, что там оставила Луна в стазисе. Твай и раньше бы отправилась, но Селестия недвусмысленно дала понять — работать только в паре, присматривая друг за другом. И вот, наконец-то собрав в седельные сумки целую гору приборов и ингредиентов, мы вышли к домику Флаттершай.

Лес за домом сейчас представлял собой фантасмагорическое зрелище. Представьте себе светлый широколиственный лес. Берёзки там, осинки, по опушке кусты сирени и акации. Вырывающиеся из кустов древесные волки, кто на земле, кто в воздухе. И всё это абсолютно неподвижно. Вокруг шуршит листва, под порывами ветра колышется трава, а для части пейзажа включили стоп-кадр. Очень своеобразное зрелище. Плюс Луна наложила пониотвращающее заклинание, отпугивающие от этого места зевак и прочих любопытствующих. Твайлайт наложила на нас контрзаклинание, но как против лома нет приёма, так и против заклинания Луны у лавандового аликорна пока опыта маловато. По чистой магической силе Твай, возможно, превзойдёт и Луну, и Селестию, но превосходство по мощности всё же легко нивелируется разницей в опыте.

Так что постоянно подавляя в себя желание сбежать подальше, мы начали подготовку к снятию параметров магического фона. Так как нападавшие волки точно были под чьим-то контролем — решили начать с них. Облетев по кругу область стазиса, Твай насчитала два десятка потенциальных подопытных волков. Должно хватить и на эксперименты, и на чистовое снятия спектра сил.

И вот теперь Твай, всё таки получившая высочайшее дозволение на пространственно-временную магию, готовилась освободить из плена пузыря остановленного времени одного из волков. Моей же задачей на данном этапе было обездвижить тварюшку и подготовить к препарированию и снятию магического спектра. Для чего мы и притащили кучу оборудования.

Дав отмашку Твай, сцапал в телекинетический захват рванувшуюся было вперёд агрессивную кучу веток. Потом усмиряющий аркан — идея моя, реализация общая. Заклинание на стыке биомантии и друидизма просто срастило все ветви волка в единое целое, лишив того подвижности. Дальше — дело техники. Развернуть шесть свитков, на которых мы заранее нанесли все печати. Разложить по ячейкам магические камни, которые будут выступать и источником энергии, и, собственно, хранилищем результатов.

Пять волков и двое суток обработки показали, что хотя отрицательный результат — тоже результат, но легче от этого не становится. Твайлайт, впавшая в исследовательский азарт, не спала ночами, сидя за расчётами. Я, энергетическими резервами аликорна не обладая, таки выделял пару часов на покемарить.

Мы выяснили и как устроен древесный волк, и как он вообще приводит в движение свою материальную основу, как и откуда берёт энергию и как её хранит. В общем, всё что угодно кроме следов чего-то постороннего и совершенно враждебного. На пятый день волки всё же кончились, остался только довольно большой участок стабилизированного леса.

Тем временем с переменным успехом шло обучение Флаттершай. Маша всё же проявила достаточно настойчивости, изобретательности и находчивости, чтобы убедить Флатти освоить навык самостоятельного превращения. Лохматая радужка как увидела новый облик подруги, так совсем потеряла покой. Сначала прожужжала нам все уши восхищёнными описаниями Флатти-мышки, но мы были слегка в исследованиях и на внешние раздражители не реагировали. Остальные подруги отреагировали не так активно. Яблочко посмотрела, поцокала языком и сказала так держать. Пинки закатила маленькую вечеринку только для своих. Рарити сначала «испуганно» потеряла сознание. Потом присмотрелась внимательнее. В общем, ждёт Флаттершай целая коллекция платьев специально для нового облика, а Рарити усиленно начала готовить, как она выразилась, «новую совершенно уникальную коллекцию вечерних платьев».

Мы с Твайлайт, пребывая в творческом кризисе, наблюдали за всем этим процессом, забредая к Флаттершай на чай с плюшками, которые по пинкиному велению неизменно появлялись вместе с самой Пинки, как только все садились за стол. Здесь же яблочко подала здравую идею поискать всё же место, откуда пришла волчья волна. Флатти надо будет предупредить, что при малейшем испуге она теперь приобретает очень характерный вытянутый зрачок и заострённые ушки. Пугалась же она от одного упоминания тех же хищников.

Поболтать с Флаттершай, а то и потискать жёлтенькую пегаску не дала Твайлайт, мотивируя это тем, что поручение-то не выполнено, а выдали его, вообще-то, мне. Так что пришлось возвращаться к работе. На этот раз на подготовку потратили полдня, зато потом, пользуясь целым каскадом усиливающих заклинаний, шли по следу волчьей стаи, как будто след был вчерашним. Пришли мы, правда, совсем не туда, куда ожидали, по крайней мере, я. Расчёт был на то, что след уведёт куда-нибудь в Вечнодикий лес, где можно было бы убедить духа поделиться информацией, мотивируя защитой его жрицы.

След же привёл нас к развалинам замка двух сестёр, точнее, на его западное крыло, где когда-то располагался большой крытый балкон, переходящий в террасу, полукольцом окружающую лужайку в центре, на которой лежали остатки большого газебо. Именно сюда стекались волки со всех окрестных лесов и, судя по плотности следов, покрутившись какое-то время вокруг обломков крыши, убегали в сторону домика пегаски.

Твайлайт не унывала и уже начала разворачивать весь комплекс приборов уже здесь. Я же, психанув, расшвырял осколки черепицы, которая когда-то покрывала крышу беседки, уселся медитировать прямо в центре полянки. Не знаю, сколько я так просидел, обычно за временем слежу, но тут, пытаясь уловить неуловимый след той самой чернильной дымки, увлёкся. Стоило только открыть глаза, как меня остановил окрик Твай:

— Тихо! Что бы ты сейчас ни делала, продолжай!

Я продолжал, продолжал и продолжал до фантомного отклика и отсиженного на холодных камнях крупа. Пока наконец-то лавандовый безумный учёный не дал отмашку, мол, всё.

— И? — я вопросительно посмотрел на Твайлайт.

— Всё! — довольно кивнула она, разглядывая ажурную конструкцию из десятка магических камней, подвешенных в пространстве на витках серебряной проволоки, густо обмотанной… Ну да, густо обмотанной волосами из моего хвоста.

— Что — «всё»?

— Я наконец-то поняла пользу от твоих увлечений созерцательными практиками. Убедилась, что мы с тобой действительно почти как родные сёстры. И да, я смогла понять, о какой такой враждебной дымке ты постоянно твердила!

— А это? — я ткнул в сторону шаткой конструкции копытом.

— Это резонатор Старсвирла-Тандера, ты ещё не успела добраться до книг со дна сундука, там как раз был свиток с описанием. Потом почитаешь, главное, что с помощью прибора можно уловить те самые эманации, на которые настраиваешься ты! Теперь осталось только создать заклинание-усилитель, чтобы накрыть всю Эквестрию, а лучше весь мир.

— Так за чем дело стало?

— Ты что! Я не стану использовать такое мощное заклинание, а если что-то пойдёт не так?

— Сказала аликорна, пару раз чуть не взорвавшая нас и лабораторию, — фыркнул я.

— Это было всего один раз, и всё было под контролем, — ответила Твай, нервно тряхнув гривой и поведя ушами. Н-да, тогда получилось очень громко, в замкнутом помещении-то.

— Ладно. Или я чего-то не понимаю, или одно из двух… — буркнул я, раздражённо глядя на миленькое лавандовое существо, способное охватить мистическим взглядом весь мир, но почему-то упорно не желающее это делать. — Перепроверить работу прибора, упаковать и отвезти принцессам?

— Я уже, — отмахнулась Твай. — Вечером из Кантерлота прибудет курьер. Как раз пригодится тот самый экранированный сундук. Книги Селестия всё равно разрешила оставить. Давай-давай, собирайся, у нас ещё куча дел!

— Какая ещё куча-то? — ответил я, со стоном расправляя затёкшие конечности и шею. — Экстренных дел вроде больше нет.

— Ах да, пока тебя не было, забегала Мария. Передавала, кстати, что очень на тебя обижена.

— Это ещё почему?!

— Сказала, что у нас в программе очень мало выделено времени на БЖД, что бы это ни значило, и первую немагическую медицинскую помощь.

— БЖД — безопасность жизнедеятельности, — ответил я, вспоминая университетские дни. — Наш преподаватель по этому самому БЖД любил приговаривать — учебник по его предмету самый важный, ибо писан кровью.

— Что, прямо-таки кровью?! — воскликнула Твайлайт.

— Нет, конечно. Просто несоблюдение техники безопасности, особенно на производстве, оно чревато смертями… Маша что ли сама хочет лекции почитать?

— Ей некогда, готовится к экзаменам, но обещала, что её наставник выделит единорога-интерна. Молодой, но опытный медпони. Ему надо только помочь с подготовкой лекционного материала и расписание утрясти.

— Сделаем… куда ж мы денемся из Эквестрии-то? — вздохнул я, начиная собирать мелочёвку, что увлёкшаяся Твайлайт разбросала по всей поляне.

* * *

Дальше дни покатились своим чередом: учёба, занятия с Луной в мире грёз, занятия с Твайлайт, работа над собственным проектом по созданию ОМТ — общей магической теории. Незаметно, во всяком случае, для меня, началась осень и учебный год для понивильских школяров. Тут пришлось поднапрячься — к расписанию добавились вечерние лекции по натурфилософии, что читал по вторникам и пятницам.

Размеренный порядок дел был нарушен высоким повелением наставницы. Точнее, посылом — посылом в командировку. Да не куда-нибудь, а на Крайний Север, на дальние заставы, хранившие остальную Эквестрию от набегов виндиго. Целый королевский указ на этот раз доставил сам главный ключник лунного диарха. Прибывший на уже знакомой мне колеснице, с собой он притащил собственно указ, целую стопку разрешительных документов, пачку незаполненных подорожных и полный мешок бит — на экспедиционные расходы. Как и в прошлую нашу встречу, ключник заставил расписаться в куче документов и в той самой толстенной тетради. После чего отбыл, оставив меня стоять посреди комнаты и растерянно чесать копытом затылок.

Связавшись с Луной через кольцо, получил подтверждение, что всё верно, меня отправляют на ревизию северных застав. Время самое подходящее, как раз, как я закончу подготовку и соберу свиту, на крупных реках встанет лёд. Ибо по-другому туда просто так не добраться. На мой намёк о том, что есть же порталы, мне менее тонко намекнули — это путешествие из тех, что я должен совершить лично, да и посмотреть на Эквестрию поближе мне совершенно не помешает и даже очень необходимо.

— О чём задумалась? — спросила меня Твайлайт, поднявшаяся из лабораторного этажа.

— Похоже, придётся тебе найти мне замену на лекциях…

— Как так-то, а график?!

— Вот, — я показал младшей принцессе гербовый свиток с высочайшим повелением. — Дан приказ, ему на север, ей в другую сторону.

— Вот же… И что мне теперь делать?!

— Звать помощь со стороны.

— Кого? Кроме тебя в округе механической магией никто так плотно не занимался.

— А Доктор Хувз? Не просто так же его зовут. Он, помнится, живо интересовался механизмами на выставке.

— Доктор, доктор…

— Жеребец бежевой масти с тёмно-коричневой гривой и кьютимаркой — песочными часами.

— А, помню-помню… Но он же в Кантерлоте живёт.

— Если верить почтовой пони, он перебрался к нам. Пинки должна точно знать, где он живёт. А я пока пойду беспокоить другого пони.

— Кого?

— Стил Ир родом как раз из тех краёв, куда меня послали. Так что, думаю получить у него консультацию для начала.

— Сейчас идёшь? Тогда я с тобой. Спайк! Присмотри за библиотекой.

На ярмарочной площади мы разделились. Сахарный уголок дальше по дороге, а лавка Ира на противоположном конце площади.

— Какие кобылки и без охраны! — улыбнувшись, поприветствовал меня Стил. — Предчувствую необычный заказ, оптовую партию чернил и бумаги Твайлайт, вроде, недавно забирала.

— Бобрый день, — не удержался от улыбки я. Пообщавшись с этим жеребцом, я убедился, что, несмотря на суровый внешний вид, пони он позитивный и чувством юмора не обделён.

— Бобры все на речке, плотину строят. По мордочке вижу, что-то случилось. Давай рассказывай. Опять со здоровьем проблемы? Аврора говорила, что ты совсем редко стала к ней забегать.

— Нет, со здоровьем как раз всё устаканилось, нужна ваша консультация в смежной с профессиональной областью.

— Хм, считай, что заинтересовала.

— Разговор предстоит долгий, когда можно будет вас отвлечь?

— Малышка, постоянные клиенты могут обращаться ко мне на «ты». Так что давай расскажи, что у тебя за проблемы, а там решим.

— Мне нужна, хм… Мне нужен… Подробный рассказ о твоей родине. Желательно о том, чего ждать, как добраться, погодные условия и тому подобное.

— Так-так… — единорог склонил голову набок, внимательно на меня посмотрел. — Вопрос теоретический?

— Сугубо практический. Её высочество принцесса Луна наделила меня полномочиями инспектора и поставила задачу проверить состояние северных сторожевых укреплений. Так что консультации я прошу вполне официально и с соответствующим вознаграждением.

— Кто ещё кроме тебя в партии?

— Пока никого. Набор свиты также полностью на мне.

— Вот даже как… — он немного помолчал и продолжил: — Принцесса не могла не знать о нашем с тобой знакомстве.

Я согласно кивнул:

— Приказ составлен однозначно, и, чтобы уложиться в срок, мне волей-неволей надо организовать походную партию в самое ближайшее время. Если я сейчас даже лично отправлюсь в Кантерлотские архивы… Там можно месяцами пропадать.

— А если сильно задержаться, окажешься посреди нигде в снегах во время, когда виндиго особенно сильны…

Жеребец поднялся из-за конторки, прошёлся по магазину туда-сюда вдоль витрин. Тряхнул гривой и тихо выругался. Снова прошёлся туда-сюда. Вернулся на своё место за кассой. Внимательно посмотрел на меня взглядом, от которого по спине пробежался табун мурашек. Вздохнул:

— Значит так, завтра утром чтобы была у меня дома. На рассвете. Опоздаешь — выпорю.

— Э…

— Тебе в любом случае нужен тот, кто возглавит партию на маршруте, а в дороге старшего все обязаны слушаться беспрекословно.

— Стил, ты совершенно не обязан ввязываться в это мероприятие.

— Найтфол, ты думаешь, это тебя послали на Север? Нет, Луна послала туда нас!

Хм, Ир всегда относился к венценосным особам с верноподданнический пиететом, а тут такое. Крупом чую — добром это всё не кончится.