# Сказка об изгнанном Принце

Dim

Продолжение рассказа "Сказка о Городе". По большей части это записи из дневника изгнанного из своего Города Принца земли. Эта история о поиске.

Краткая предыстория.

Герой, от лица которого идет описание, является уроженцем скрытного города-государства, находящегося в Вечносвободном лесу. Будучи одним из будущих соправителей, попытался выступить против практикуемой правительством работорговли, за что был обвинен в измене Родине. Пытаясь избежать неминуемого приговора, Принц решился на отчаянное мероприятие, завершившееся трагически — Дракон сжег его сестру и опалил самого героя.

Итогом стало изгнание.

Я постараюсь показать независимую точку зрения на некоторые события, происходящие в Эквестрии, а также увидеть глазами нового персонажа иные грани этого мира.

## Форпост.

Новая жизнь. Новый дом. Новая цель. https://www.youtube.com/watch?v=AeFwEnyMl8A

Не знаю, сколько пробыл в лесу. Может неделю, может месяц или больше. Мое сознание будто выключили. Я рвался сквозь заросли, переплывал реки, бежал по пещерам. Иногда на меня нападали лесные твари – и тогда трусливый, слабый пони, никогда и за ворота Города не выходивший в одиночку, просто убивал их. Не убегал, не старался выжить и не колебался. Не чувствовал боли, не ведал страха. Становился зверем, страшнее любого из тех, что вставали у него на пути.

Боль жгла мне душу, рождая злобу. К использующим нас единорогам, порабощающим своих земных собратьев пегасам, неспособным защитить собственную Родину от Дракона Лордам, тянущей все соки из моей Родины огнедышащей твари…

Но более всего Принц ненавидел себя.

Он не спас Сили. Не выполнил свой долг.

И потому Родина отвергла его.

Не знаю, сколько бы мне еще удавалось вести столь странное и дикое животное существование, кабы не та яма, куда я провалился во время погони за спасающимся от меня бегством и уже потерявшим в драке половину глаз и несколько конечностей гигантским пауком. Мой полет продолжался лишь несколько секунд – и завершился на огромной, высотой в трехэтажный дом, горе сокровищ. Даже моему затуманенному в тот момент разуму не понадобилось много времени для того, чтобы сложить два и два и понять, ЧТО за существо является владельцем пещеры.

В тот миг жизнь изуродованного драконьим пламенем пони вновь обрела цель.

В течение последующих двух суток бывший домашний мальчик делал ловушки – никогда прежде мое воображение не хлестало столь обильно, а копыта не работали настолько умело.

Из таинственных глубин разума всплыли вроде бы давно и прочно забытые уроки взрывотехники, породив в совмещении с данными мне в дорогу реагентами несколько кустарных бомб, которые после нескольких неудачных попыток удалось закрепить на свисающие над кучей золота сталактиты. Из найденного в пещере драгоценного оружия на свет родилось множество капканов, тщательно смазанных ядом из разоренного гнезда приведшего меня сюда многоногого, а оставшиеся в наличии химикаты пошли на сырую и пористую взрывную массу, коя пошла на минирование потолка над выходом.

Большего, увы или к счастью, сделать не удалось – в какой-то момент безумец вдруг ощутил иррациональную уверенность в скором возвращении хозяина и поспешил спрятаться в заранее подготовленное место за выступом, вооружившись отравленным копьем.

Ничего прежде не хотелось мне столь страстно, как смерти этого, случайно попавшегося на моем пути дракона – и это пламя буквально сжигало меня, заставляя забыв про сон и еду работать ради заменившей Высшее Благо мести.

Однако никакой огонь не горит вечно, особенно без топлива. И сколь бы не рвались в бой сердца, на поле их всё равно несут несклонные к подпитке от высоких материй ноги. Поэтому нет ничего удивительного в том факте, что постояв какое-то время в засаде, мое тело просто-напросто отключилось.

Сей случайный, вынужденный многочасовой сон будто бы пробудил сына Города от длящегося с самой гибели Сили смертного забытья — Принц внезапно ощутил боль во всем теле. В мышцах, уставших от постоянной работы на износ, в судорожно пытавшихся переварить нечто лишь отдаленно напоминавшее пищу внутренностях, во множестве ран, некоторые из которых уже успели воспалиться.

Но терзавшая душу тоска внезапно утихла, а с ней ушла и ненависть.

И вместо них измученный разум посетило осознание простого и очевидного любому факта: сестренка вообще-то пожертвовала собой не просто так. Она не могла не знать, что я, в полном соответствии с принятым на себя долгом, пожертвую собой ради нее и более того — сама очень не хотела умирать. Однако желание уберечь меня оказалось сильнее жажды спастись. Именно оно, а не какая-нибудь там иллюзорная слава или отсутствующая у нее обязанность заставили моего единственного истинного друга выйти вперед.

Дар, при всем желании не могущий быть возвращенным.

Который я в этот самый момент растаптываю в прах, отвергая данную мне такой дорогой ценой жизнь.

Так пришло раскаянье, а с ним – слезы.

Не плакал с того самого дня, как меня признали наследником Лордов. Тогда ничтожный земной пони боялся ответственности и сестренка его успокоила, напомнив в необходимости смиряьтся перед выбором высших сил и с честью принимать снисходящие на тебя обязанности.

Однако теперь, когда пишущий сие подвел и Город и Сили, у него больше нет ни долга, ни цели.

Но я всё еще Принц – жеребец, являющийся вершиной и целью умопомрачительной в своем величии горы сил и знаний, взращенный для единственной цели – служения. И до сих пор способный совершить хоть что-то если не для отвергнувшей его Родины, то хотя бы для нашего общего мира.

Изгнанник ушел из пещеры, прихватив на память пару сувениров. Но не стал разбирать ловушки. Практически не сомневаюсь в своей будущей готовности избавить мир от пары-другой огнедышащих тварей, если вдруг выпадет подходящая оказия.

Не знаю ни куда идти, ни чего делать.

Нашел “Слово Единого”. Сили всегда верила этой книги и Ферос тоже. Наверное, он и положил ее в спинной карман перед изгнанием.

Может быть она расскажет мне о моем новом долге.

Провел инвентаризацию.

На прощанье мне подарили стандартный “набор исследователя” для земных пони, в который по идее входит всё потребное для длительного похода по Вечному лесу: карты, продукты, медикаменты, реагенты, антидоты, необходимые инструменты, навес, запасные подковы, куски кожи для ремонта одежды и еще целый ворох мелочей. Из оружия по традиции выдается только длинный нож – предполагалось, что исследователи будут путешествовать большими группами, в которых роль защитников, как обычно, исполняют крылатые.

Также у меня с собой четыре книги: ты, дорогой дневник, “Слово”, моя магическая книга истории и “Заметки Выжившего”. Последняя представляет собой довольно толстый томик воспоминаний Сурва Краста – пегаса, в результате гибели своего отряда во время дальней экспедиции (имевшей целью найти новых торговых партнеров) вынужденного в течение нескольких лет жить в этих убивающих всё чуждое им зарослях. Данное произведение содержит весьма обширную и разностороннюю информацию об особенностях местной флоры и фауны, способах нахождения и приготовления пищи, взрывчатых составов и противоядий, а также кучу общих советов по выживанию.

Я одет в походную куртку из кожи бирера, очень сложного в обработке и дорогого материала, обладающего множеством положительных свойств и отличающегося редкой прочностью. Плюс, на мне маска из того же материала, скрывающая ожоги на морде и спине, а также защищающая их от грязи.

Северная часть Вечного леса практически не исследована по причине изобилия таящихся в ней опасностей, поэтому карты мало чем могут помочь. Тем более учитывая, сколько времени я не отслеживал своего местоположения и даже не задумывался куда иду. Медикаменты на исходе, особенно мазь для никак не желающих полностью заживать ожогов и противовоспалительный бальзам. Реагенты по большей части израсходовал на ловушки в драконьей пещере, но многие из них можно собрать заново.

Хуже всего дело обстоит с продуктами. Данные мне в Городе кончились столь давно, что о них и вспоминать-то смысла нет, а поглощаемое мной в последние дни я бы не стал называть едой в полном смысле сего слова. Впрочем, вряд ли это станет большой проблемой – ваш покорный слуга, как и все современные жители Города, вполне адаптирован к лесной пище, хотя и не могу сказать, будто она мне по вкусу.

В числе трофеев из пещеры помимо обычных сувениров — кучки монет, пары побрякушек и ярко-красной драконьей чешуйки – имеется пара очень интересных предметов. Первый — немногим больше копыта размером белоснежный шар, использованный мной в качестве подушки во время вынужденного сна. При взгляде на него возникает ассоциация с мрамором, однако поверхность мягкая на ощупь и способна к весьма значимой упругой деформации, а вес прямо-таки неприлично мал. Ни материал, ни назначение изделия не известно.

Второй – очень необычное древковое оружие, скорее смахивающее на древний двусторонний гладий с неприлично длинной рукояткой и без перекладины, чем на наши трехгранные копья или алебарды. Рискну предположить, что его предполагается закреплять над плечом и таранить противников с разбега, а затем вырывать из тела врага, разрезая плоть боковым лезвием – то есть как бы делать именно то, для чего тонкое и широкое лезвие ну никак не предназначено. Однако иных путей закрепления найденной вместе с ним сбруи я не вижу. Впрочем, с этого странности данного инструмента лишь начинаются.

Сей предмет, сколь бы дико оно не звучало, является разборным: само лезвие с короткой рукояткой для захвата и три части древка. Каждая деталь скрепляется друг с другом штифтом с канавками, который затем закрепляется эластичными, но весьма прочными лентами – мне так и не удалось оторвать от нее ни кусочка. Надо ли указывать, что материал подобного чуда вашему покорному слуге неведом? Само лезвие со стержнями также хоть и выглядят стальными, явно скрывают в себе что-то еще – как минимум значительный объем легирующих элементов, иначе бы просто-напросто заржавели в сыром климате пещеры.

Ну и последнее: обмундирование для этого копья-меча явно не предназначалась для крылатых пони – хотя конечно глупо рассчитывать, что чужие общества столь же дифференцированы по профессиям, как в Городе.

В общем, жить вполне можно. Осталось только найти укрытие.

-

Уже несколько недель иду строго на север, а лес и не думает кончаться. Может он и правда “Вечный”? Впрочем, как известно «всякий ветер попутен, когда не знаешь, куда хочешь прийти» – раз всё равно брожу без цели, то хоть по теоретически знакомой местности. Тем более чудовищ стало встречаться на порядок меньше и после моих бешеных драк с их предшественниками они как-то не кажутся такими уж пугающими.

На рожон в любом случае лезть не стоит. Еды, пусть мерзкой, у меня в изобилии, с водой и прежде особых проблем не наблюдалось. Да и от информационного голода не страдаю – “Слово Единого” и “Заметки” дают мне предостаточно пищи для размышлений.

Скучаю по Сили, Городу, уверенности в завтрашнем дне и ощущению полезности себя для общества. Надеюсь когда-нибудь посмеяться над нынешними ощущениями.

Записки Сурва действительно очень помогли – в числе прочего научился отыскивать входы в разбросанные повсюду тоннели. “Выживший” рекомендовал разбивать лагерь именно в них, а заодно подробно описал процессы производства и наиболее рационального применения специальных растяжек – шумовух, способных предупредить о приходе незваных гостей. В случае же, если ближе к ночи не успеваешь найти пещеры, книга советовала спать на деревьях, лучше всего – в дуплах, закрыв отверстие за собой куском дерева или кожи. По счастью, в мой “набор” входят и специальные крючья для альпинизма, могущие также неплохо использоваться для древолазания.

За последнее время смог набрать немало полезных веществ, включая семена голубого мага и кору каменного дерева. Жаль я не алхимик.

-

Наконец дошел до видневшихся еще месяц назад гор и одна из них преподнесла мне немалый сюрприз. Устраиваясь, как обычно, на ночлег в одном из испещривших склон тоннелей нашел надпись на нескольких языках, в том числе и городском. Старая и нечеткая она, тем не менее, смогла донести до меня информацию о неком объекте, находящемся внутри сего скального массива и принадлежащем моей Родине. Будучи заинтригован и помятуя, что вынесенный приговор запрещал Принцу приближаться лишь к самому Городу, решил проверить пещеру.

В пяти минутах ходьбы от входа стоят двери. Лишь слегка обтесанные и наверняка очень толстые доски, грубо сколоченные друг с другом и надежно врезанные в на века поставленный косяк. Наверняка сделано при помощи магии. Вопреки всем моим ожиданием, сей вратообразный монстр оказался открыт – заплесневелый засов лежал на полу с внутренней стороны. Метрах в двадцати от входа пещера разветвляется. Попытался несколько раз позвать местных жителей, но никакого отзыва не получил плюс, насколько можно судить в темноте, по использованной мной дороге давным-давно никто не ходил. Решил не рисковать на ночь глядя и вернулся в лагерь.

Кажется, у моего блуждания появилась по крайней мере временная цель.

-

Воистину странные вещи порой мы находим там, где ничего не искали.

Внутри расположенной в нескольких месяцах пути от Города горы я обнаружил ни много ни мало, а целую факторию или даже колонию моей Родины. Десятки помещений: спальни, столовые, зачатки шахты, маленькая плавильня, грибная ферма с подземной речкой, и в довершение – целый цех с несколькими выглядящими как новые станками моделей полувековой давности, покрытыми единорожьим маслом. Сомневаюсь, что за ними вообще когда-либо работали. В том же зале обнаружилось несколько ящиков с инструментом и оснасткой, а также кучка разнокалиберных заготовок — всё также в консервационной смеси, которую судя по всему и стоит благодарить за факт лицезрения мной сего богатства – остальное оборудование, кровати, плита на кухне несли на себе следы тяжких ударов времени и сырости.

И никого. Даже мертвых с косами.

Нет ни костей, ни следов борьбы. Будто местные обитатели, затратив несколько лет жизни и огромное количество труда на обустройства в этих диких и негостеприимных землях, однажды просто собрались и ушли, унеся с собой всякую бытовую мелочь и оставив тяжелые предметы умирать без цели и смысла.

Самая необычная находка меня ждала на “втором этаже”, соединенным с основной пещерой вертикальным отверстием и развалившейся к моему приходу лестницей. Два дня потребовалось, чтобы построить и установить ей замену, но результат определенно того стоил. Я нашел еще одну небольшую комнату, а в ней — телескоп! Большой медный инструмент для наблюдения за небом, установленный у здоровенного разлома в стене через который открывается живописный вид на лес по ту сторону хребта. Время не пощадило и его – на поверхности множество царапин и пятен, сочления застопорились и ножки уже едва держатся. Но главное – линзы – каким-то чудом уцелели.

Само помещение выглядит достаточно мило. В останках постели свили себе гнезда какие-то мелкие птички. Здесь относительно сухо и довольно уютно, а если отчистить следы жизнедеятельности вышеупомянутых пернатых, то вполне можно устроить постоянную базу. По крайней мере, до первой зимы.

Так изгнанный Принц земли стал хозяином собственного маленького форта. И телескопа, причем довольно большого.

Пришло время подумать о будущем.

Кажется уже знаю, чем займусь.

-

Последние несколько недель посвятил обживанию на новом месте, восстановлению запасов, обработке реагентов, изготовлению бомб и ловушек на будущее, а также подготовкой к осуществлению своей новой идеи.

Ваш покорный слуга принял решение стать картографом – произведения сего ремесла всегда очень ценились жителями Города и, если Лорды когда-нибудь разрешат мне вернуться, то я приду домой не с пустыми копытами. В качестве точки отсчета пришлось принять этот форпост – надеюсь, он отмечен на какой-нибудь “Секретной Карте Бывших Колоний”. Конечно сия профессия – совсем не то, к чему меня готовили, однако и такая цель безусловно лучше полного ее отсутствия.

Бумаги хватит месяцев на пять, а там возможно перейду на кожу или кору, писчих принадлежностей также пока навалом, инструмент для определения на местности какой-никакой есть, тем более что астролябией я так и так пользоваться не умею, а главное – древесная Бездна давно уже перестал пугать. Хотя конечно еда там отвратительна, но местная безобразно разросшаяся грибная плантация определенно поможет мне решить данную проблему.

Форт станет опорной базой, а также местом складирования будущих трофеев – судя по всему эта часть Леса практически не имела счастья общения с цивилизованным копытом, а значит редкие в наших краях растения с минералами тут могут валяться чуть ли не на каждом углу.

Удалось починить телескоп. Вернее переделать, так как многие его части ремонту не подлежат. Он стал значительно слабее, но звезды вашего покорного слугу никогда и не интересовали – в отличие от давно терзавшего мое любопытства городка на северо-западе.

Читатель, наверное, здесь воскликнул: “почему же ты еще не там?!”. Хотя нет, прости меня, уважаемый зритель моих похождений – скорее всего ты всё же не настолько наивен и понимаешь, сколь далек наш мир от места, состоящего лишь из бабочек и радуг. Еще на ранних этапах нашего обучения, почти-Принцам чуть ли не каждый день вдалбливали ту простую истину, что настоящий враг – это не молчаливый хищник, чьи помыслы всегда открыты и честны, а очень даже говорящий всеядный, намеренья которого могут быть тайной и спустя десятки лет тесного знакомства.

И моя предосторожность вполне себя оправдала – судя по увиденному, данное поселение принадлежит Эквестрии.

Помню, в свое время Мирак, как глава курирующих внешнюю торговлю Города единорогов, так инструктировал меня перед будущей сделкой с представителями сего государства:

«Эти, внешне очень похожие на нас пони, кардинально отличаются своими традициями, общественным устройством и менталитетом. Первое, по чему их всегда можно узнать – это отсутствие одежды. Вижу вопрос в твоих глазах и сразу отвечаю: да, ты легко сможешь увидеть Знак и более того – никто из них своей наготы не стесняется. Ни к чему скрывать свое недоверие – я и сам долгое время не мог поверить, даже когда сам увидел это…»

Кажется, в тот момент ваш покорный слуга немного отвлекся и он легонько стукнул меня по носу – обычно чопорный единорог не опускался до подобной фамильярности, но тогда на него видимо нашло хорошее настроение.

«Второе – с тобой, более чем вероятно, будет разговаривать кобыла. Насколько нам известно, у них не наблюдается недостатка в жеребцах, просто так сложилось, что правят “представительницы прекрасного пола”, – Лорд магии насмешливо фыркнул. – Третий, единственный рациональный и правильный признак Эквестрии: ведущая переговоры дама скорее всего будет магом. Представители моего народа ценятся очень высоко и большая часть дворянства – единороги. В отличие от нашего Города, там волшебников не заставляют растрачивать свои таланты на строительство или копание в земле…»

Тут с моей стороны сама собой произнеслась какая-то очередная глупость, навеянная прищемленным патриотизмом.

«Оставь этот сарказм, я не переехал туда по более чем достойной причине, – поморщился единорог от юношеской ремарки, – и она же является четвертым отличием сего государства. Все жители той страны, независимо от своего вида, рода или положения, являются слугами своей правительницы – Принцессы Целестии. Она – нечто вроде дракона в обличии пони, приправленного просто невероятным количеством магии. Это чудовище правит Эквестрией больше тысячи лет и воистину печальна судьба любого, осмелившегося противостоять ее мощи, будь то хоть спустившаяся с небес скала или сам хаос во плоти. Своих же рабов она держит в узде столь долго, что уже и в подобии нашего чая нужды не имеет – жители сами боготворят ее и учат тому же своих детей. Не могу не признать, что та земля кажется хорошим местом – даже Вечный лес, входящий в ее границы, практически не представляет угрозы для мирных жителей, но я, как наверняка и ты, не собираюсь менять свою свободу на безопасность.»

«Свободу». Ну-ну.

Хотя, в тот момент меня куда больше заботила собственная неприкосновенность, однако признаваться в этом юнец не спешил. Впрочем, в официальных заявлениях и нужды не было — Мирак всегда отличался исключительной проницательностью.

«Не беспокойся: разумеется мы приняли меры во избежание впадения наших торговцев под контроль Целестии — сделки проходят в Вечном лесу, в нескольких днях пути от сей забавной страны. Ты ее и не увидишь. Можешь идти.»

Лорд так и не рассказал, откуда он всё это знает, заявив лишь сакраментальное “земному пони не понять”. Но как ни странно, ныне я склонен согласится с его описанием – Эквестрия действительно выглядит “забавной”.

Городок состоит в основном из множества красочных одно- и двухэтажных домиков (с соломенными! крышами), палаток, и пары капитальных строений. Большое (думаю, трехэтажное) здание в центре – явно местная администрация. Но окраине, видимо дабы не мешать взрослым пони, расположена школа (не уверен, может детский сад). О назначении еще нескольких строений судить не берусь, но подозреваю в сих цветастых сооружениях магазины.

Никаких стен, валов, башен – как будто им в принципе никто и ничто не угрожает. Будто бы это не Вечный лес буквально в сотни шагов от крайнего коттеджа. К тому же совершенно непонятно, за счет чего существует данное поселение. Вокруг него расположено несколько ферм, одна даже очень большая, я видел огороды внутри города, мельницу. Но никаких фабрик, плантаций или каких-либо других предприятий, способных давать достаточное количество рабочих мест. Может местные жители живут охотой и собирательством в Вечном лесу? Откровенно говоря, не больно-то верится.

Сложилось впечатление, что кобылок значительно больше, чем жеребцов, хотя возможно представители сильного пола днем находятся на какой-то не замеченной мной работе или вовсе ушли на войну.

И действительно, подавляющее большинство пони ходят по улицам совершенно голые.

-

Имел сомнительное счастье лицезреть интересную сцену – в городок, уже несколько дней явно готовившийся к некому торжественному мероприятию, прибыла запряженная одоспешенными пегаса раззолоченная летающая колесница, привезя с собой единорога (или, скорее единорожку) и какую-то здоровенную большеголовую ящерицу фиолетово – зеленой расцветки, держащую в лапах свиток. Вероятно, это просто неизвестный мне вид или даже скорее мутант.

Я когда-то читал, что наши маги давным-давно также пытались искусственно вывести новые типы существ, в частности, для работы под водой, но ничего путного у них не вышло. Эквестрийские же волшебники видимо смогли создать себе секретарей, а может еще и ходячие библиотеки – голова-то большая. Действительно: чего ради важным рогоносцам лично утруждаться и снисходить до писанины? Да и до нормального общения, судя по тут же сбежавшей от новоприбывшей первой же встреченной земной кобылке, сии персоны опускаться не привыкли.

Ну или ее просто сильно бояться, что впрочем ни в коей мере не противоречит предыдущему предположению.

Заинтриговавшись, ваш покорный слуга проследил за сей странной единорожкой. Пошатавшись немного по поселению, магичка отправилась на крупнейшую ферму в округе, где представила моему взору еще одну мерзкую сцену: всего через пару минут после ее прихода во двор десятки моих сородичей, до того мирно работавших по всей территории хозяйства, бросили все свои дела и стремглав бросились угощать нагрянувшую гостью. Ни разу за всю свою жизнь мне не доводилось видеть такой степени подхалимства.

Искренне рад, что в свое время принял волевое решение и не пошел в этот город, а то бы сейчас тоже небось несся, вывалив язык, по первому кивку никогда прежде не виденного мной рогоносца.

Отвратительность наблюдаемого действа заставила меня на какое-то время оставить свой пост и попытаться успокоить нервы грибным рагу. Вернувшись через пару часов я почти сразу снова нашел давешнюю волшебницу, на этот раз общавшейся с желтой пегаской и, судя по аж сжавшейся от страха собеседнице, их беседу никто бы не назвал равной или дружелюбной. Сие зрелище настолько расстроило вашего покорного слугу, что тот предпочел более не смотреть в тот день на происходящее Эквестрии безобразие.

Хотя пожалуй не стоит считать, будто в рассматриваемой стране дела настолько плохи: вполне можно предположить, что новоприбывшая фиолетовая пони является каким-то инспектором Целестии и потому пользуется особым отношением у населения – ведь прежде я как-то не замечал, чтобы местные настолько боялись не то чтобы редких в городке единорогов. Надеюсь завтра эта магичка уедет и горожане смогут вернуться в свое нормальное состояние.

-

Проснулся ночью от нескольких подземных толчков. Вслед за ними со стороны того жуткого ответвления послышался устрашающий не то всхлип не то скрежет, окончательно меня разбудивший. Порядочно струхнув со сна, я начал лихорадочно баррикадировать выход – однако звук исчез уже через пару минут. Данное обстоятельство однако не помешало мне простоять в ожидании неведомых врагов еще около часа, прежде чем Принц решился спуститься в основную пещеру и проверить дверь. С ней всё оказалось в порядке. Все еще сильно нервничая (и, чего скрывать, труся) решил подстраховаться и разложить в проходе несколько дополнительных ловушек. Под утро вновь начались колебания и те же звуки, окончательно развеявшие сомнения касательно их источника.

С сожалением вынужден признать, что первым порывом вашего покорного слуги стало жгучее желание бежать и как можно дальше. По счастью сия уже совершенно недостойная сына Города мысль наконец отрезвила меня и заставила-таки начать вести себя по-мужски — то есть всего-навсего спрятаться за углом со связкой гранат и подождать неведомого противника во всеоружии.

Четверть часа спустя всё это время набиравшие силу толчки и скрежет вдруг сменились грохотом и из-под порога в тоннель просочилась пара язычков пыли…

И всё.

Не знаю даже, чего получилось больше – радости от отсутствия чудовищ или огорчения из-за собственной дурости – весь ведь издергался из-за какого-то дурацкого обвала.

Но как оказалось, сюрпризы на том не закончились – по возвращении в «свою» комнаты ваш покорный слуга стал свидетелем на порядок более странного зрелища: шар, взятый из логова дракона и использовавшийся с тех пор в качестве подушки, с чего-то решил поизображать из себя разноцветный и весьма шумный фонарик.

Почему-то решив, что он вот-вот взорвется, я вновь нырнул в лаз — но время шло, а детонации как-то не наблюдалось. В итоге набравшись храбрости напополам с откровенным раздражением, изгнанник рискнул-таки высунуться обратно и уже спокойно попытаться изучить странный сувенир. Увы, мое промедление лишило вас радости узнать причину переполоха: к тому моменту сфера уже возвращалась в обычное состояние.

Я успел лишь рассмотреть на ее поверхности изображение двух странных пони, обладающих и крыльями и рогами — одна черная, другая белая. После этого шар вновь стал имитировать мрамор.

-

Поздравь меня, дневник, с почином: только что закончил свою первую карту, а именно местность между форпостом и эквестрийским городком, который, как мне посчастливилось узнать у одной местной зебры, зовется Понивилль.

Да именно «зебры». Понимаю, что вероятности встречи с представительницей сего народа так далеко на севере стремится к нулю, однако факт есть факт. Мы познакомились при не самых приятных обстоятельствах: внимательно просматривая окружающее пространство в поисках монстров и топографических ориентиров ваш покорный слуга вновь не заметил дыры у себя под ногами. В этот раз посадка оказалась помягче, так как приземлился я точно на спину моей будущей знакомой.

Полосатая кобыла лишилась чувств, не иначе как от сильного удара об нее неопознанного падающего объекта, который не сразу осознал на чем лежит, а поняв — жутко испугался, что “поверхность” не пережила контакта. По счастью, Принц переоценил свою весомость — по окончании быстрого и не очень-то скромного осмотра южанка оказалась диагностирована как живая и даже, насколько хватает квалификации, почти невредимая. Слава Создателю, совесть не позволила мне оставить жертву просто так, поэтому дитя Города аккуратно вывезло ее из пещерки, организовало костер и село терпеливо ждать пробуждения зебры – в том числе и подсознательно тщась в кои-то веки пообщаться хоть с кем-нибудь кроме тебя, уважаемый кусок переработанной древесины.

Воистину неисповедимы пути Единого, ибо подобное несчастье скорее всего являлось единственным возможным для нас путем знакомства — в любом ином случае я бы постарался его избежать, как минимум потому, что всё мое знание о культуре зебр ограничивалось парой общих фраз Мирака и воспоминаниях о работорговцах. Скажу сразу: исполнившая обязанность моей подушки безопасности кобыла оказалась несравненно более достойной персоной, причем проявила сие с самого начала – практически не разгневавшись на жеребца, не только упавшего на нее, но еще и неслабо напугавшего по возвращении из мира грез.

За время одиночества ваш покорный слуга как-то забыл, что его маска и куртка, вкупе со следованием пословице “больше грязи в походе – меньше паразитов в народе” мягко говоря, не способствуют конструктивному общению. Не то чтобы у меня имелась возможность как-то это исправить – покажи Принц свое истинное лицо, она вероятно вовсе бы решила поспать еще немного.

Глупо ожидать, что случайно встреченная за тридевять земель от Города полосатая личность вдруг проявит знание имевшего хождение в нем языка – но некогда наложенное на меня заклятие всё еще действовало и, пока мы оба смотрели друг другу на губы, в полной мере обеспечивало нам шанс на нормальную беседу. Естественно чуть ли не первой темой стали вопросы в стиле «откуда вы?» да «как тут оказались?», но ни один из нас не хотел делиться собственным прошлым, проявив должное понимание и к чужому отказу откровенничать.

В ходе дальнейшего разговора Зекора заметила, что хоть и довольно давно живет в окрестностях Понивилля, но до сих пор не смогла завести ни одного знакомства или хотя бы встретиться с местными пони. Я оказался вынужден разочаровать ее, честно признавшись в своем также иноземном происхождении, заодно с полным отсутствием желания идти на контакт.

Где-то через час зебра попросила меня помочь ей добраться до дома – последствия обстоятельств нашей встречи всё еще чувствовались – естественно получив положительный ответ, в итоге переросший в согласие зайти в гости.

Моя новая знакомая оказалась заботливой хозяйкой и замечательным алхимиком, разумеется сразу заинтересовавшимся моим арсеналом, впрочем конечно больше всего нас друг в друге интересовала сама возможности наконец пообщаться хоть с кем-то. Наш разговор затянулся до глубокой ночи и результатом его стал своеобразный пакт о сотрудничестве, подкрепленный вполне конкретной сделкой: Принц обязался поставлять ей не встречающиеся в ближайшей округе ингредиенты, а она пообещала изготавливать мне зелья и в качестве бонуса попытаться научить меня приготовлению некоторых снадобий.

Ушел я от Зекоры в на редкость приподнятом настроении и снабженный приглашением заходить еще.

-

Стал свидетелем нескольких небезынтересных событий. Первое — представление приезжей единорожки-фокусницы, при виде которой мне почему-то вспомнилось овсяное печенье, подгоревший чай и моя детская коллекция ночников. Помимо самого представления, кстати довольно неплохого, очень заинтересовала реакция той фиолетовой магички, о чьем приезде в Понивилль писалось ранее. Она последовательно выставила против гостьи города трех своих прихлебательниц, а затем ретировалась, не приняв очевидный даже для меня вызов. В тот момент ваш покорный слуга просто решил списать всё на нерешительность или же нежелание рисковать опозорить свой высокий пост проигрышем какой-то циркачке.

Однако второе событие заставило Принца пересмотреть это суждение. Уже вечером, перед отходом ко сну, я невооруженным глазом заметил некое шевеление близ Понивилля, и это учитывая, что расстояние между форпостом и городком следует мерить в километрах. На поселение напал огромный, больше местного дома, полупрозрачный медведь, напоминающий показанную фокусницей иллюзию. Приезжая единорожка попыталась помешать ему, но силы были явно не равны. И тут на сцену вышла фиолетовая, за несколько минут с помощью успокоившая и перенесшая зверя куда-то в Вечный лес. За тем последовал короткий разговор, по результатам которого синяя сбежала, бросив свой сценический инвентарь.

В итоге единственной потерей городка от нападения чудовища стал караван-сарай несчастной представительницы циркового искусства.

Если связать эти два события, то получается интересная картина. Днем новоприбывшая унизила так и не уехавшую представительницу власти и уже вечером на мирный (и в принципе не ожидающий какой-либо опасности) городок нападает гигантский и явно волшебный монстр. Для «местной» всё сложилось на редкость удачно: она практически мгновенно расправилась с оказавшемся сопернице не по зубам монстром, по пути лишившем ту крова и всех сбережений. Фокусница с позором изгнана, понивилльцы получили еще один повод бояться инспекторши.

Мне одному кажется, что все подстроено?

Впрочем, имелось и еще одно событие: когда пони стали расходиться и ваш покорный слуга тоже решил лечь спать и обнаружил, что шар вновь светиться. Увы, снова опоздал – изображение почти пропало. Но, по-моему он показывал целующихся друг с другом синюю и фиолетовую единорожек. Брр…

-

За последние полтора месяца не происходило ничего интересного. Я исследовал окрестности своей горы и нашел еще один перевал в Эквестрию, но там оказалась чересчур много ползучек – весьма неприятных сухопутных пиявок, имеющих привычку пребольно вцепляться в ноги и яростно сопротивляться любым попыткам себя оттуда изъять. Пришлось оставить пока неисследованным – приду сюда еще раз зимой. Пару раз ходил в гости к Зекоре, нашел полянку голубого мага и прочие мелочи.

-

Всю последнюю неделю пытался избавиться от неизвестно каким образом наводнивших форпост паразитов. Сначала они мне даже понравились – маленькие разноцветные крылатые шарики, премило хлопающие огромными глазищами и пищащие. Но когда ваш покорный слуга увидел, ЧТО они сделали с моей грибной фермой, то оказался готов загрызть их живьем. Тем более эти твари и выбора-то мне особого не предоставили, съев практически все имевшиеся в горе продукты, включая и кое-какие лишь теоретически съедобные реагенты.

Я пытался их ловить, травить, глушить, собирать и выбрасывать, даже взрывать горючие порошок в воздухе, однако ни одна из предпринятых мер не привели к желаемому избавлению. Отчаявшись, Принц решил попробовать нетрадиционное для земного пони средство – магию – спрятав для начала всего одно зерно голубого мага в героически спасенном кусочке гриба и скормив его первому попавшемуся проглоту.

Результат превзошел все ожидания – маленький монстр не просто взорвался сам, но еще и выделил в воздух облачко едкого дыма, приводящего к детонации и новому атмосферному выбросу любого крылатого паразита, коему посчастливиться его вдохнуть. Мой дом освободился меньше, чем за час, пусть и безмерно провоняв в процессе сей химической реставрации понической власти. Можно наконец заняться восстановлением своей продовольственной безопасности. Да и к зиме пора готовиться.

-

Недавно вновь ходил в эквестрийскую часть леса – обменяться реагентами с зеброй — и чуть сам не лопнул от увиденного. По долине будто бы пронесся ураган, начисто уничтоживший всё съестное от желудей и до травы с корой. Более того – очень многие несъедобные (на мой взгляд) объекты также имели на себе отпечатки маленьких зубов.

Никогда прежде мне не встречалась столь жуткая по своим масштабам экологическая катастрофа.

По счастью, опустошение не достигло обжитой Зекорой части массива и моя единственная собеседница нисколько не пострадала. Более того – со времени нашей последней встречи южанка успела выйти на контакт с жителями Понивилля, вылечив фиолетовую единорожку и ее подруг от какой-то “ядовитой шутки”.

Полосатая кобыла стала настоящим кладезем информации, однако ее отзыв о новых «друзьях» показался мне уж чересчур восторженным и преисполненным определенно лишней положительности. Я не решился заострять на этом внимание, однако вы, уважаемый читатель, наверняка так же как и ваш покорный слуга поняли, что наша ныне общая знакомая уже попала под влияние местных чар. Видимо «инспектор» является заодно и мобильным излучателем воли Целестии. Отсюда вывод – лучше держаться как можно дальше от магички и следующей за ней свиты. Зебра назвала мне их имена, но я не счел нужным их запоминать.

Самым главным результатом из прошедшей беседы для меня стало приглашение пользоваться ее новооткрывшемся доступом к понивилльским магазинам. Собеседница оказалась столь любезна, что даже согласилась сделать для меня несколько стратегически важных покупок в кредит.

Наконец-то удастся поесть хоть немного шоколаду.

Впрочем, варенье тоже сойдет.

-

Зима, принесшая мне неожиданно мало хлопот вследствие своей мягкости (хотя и всё равно оставившая далеко не лучшие воспоминания), наконец подходит к концу. На вечнолесской стороне гор уже месяц идет процесс таянья (заливший мне все нижние уровни) и вроде бы сегодня мои глаза углядели первые зеленые пятна на склоне, дарующие обещания скорой поросли изголодавшемуся по родной пищевой группе жеребцу – в конце концов, сколько же можно есть одни грибы?

В Эквестрии же снег сошел за один день – причем силами самих пони. Конечно, мы в Городе тоже стараемся ускорить приход весны и предотвратить такие неприятные явления, как размывание почвы или подтопления домов. Вот только обычно сие неблагодарное занятие возлагается на единорогов — ведь для них это практически минутное дело.

Но в целестинской Эквестрии, как и сказал Мирак, “магов не заставляют растрачивать свои таланты на строительство или копание в земле”, вместо этого просто принуждая волшебников копать землю и убирать снег непосредственно копытами. Причем угадайте, кто является погонщиком?

Правильно – некая фиолетовая кобыла.

Это особенно забавно, если учесть, что у городка как бы есть собственное руководство, во всяком случае у меня с чего-то сложилось впечатление будто серая кобыла, периодически произносящая речи с трибуны перед администрацией, таки является мэром. Впрочем, к чему это я? Она же земная пони.

На редкость странное наблюдение: понивилльцы зачем-то БУДЯТ и КОРМЯТ лесных зверей, заодно строя гнезда для птиц. Неужели у них настолько много ресурсов и времени, что они тратят их на не приносящих ровным счетом никакой пользы существ? Или это просто очередной приказ свыше? Очень похоже.

Кстати, нашел неизвестно какую по счету причину не любить сие поселение: дома некоторых жителей, например сами-знаете-кого и ее желтой подруги – пегаски, на самом деле являются вполне себе зеленеющими к весне деревьями. Зачем они так издеваются над в конце концов тоже чувствующими существами? Да, Город постоянно занимается вырубкой леса, но живьем вырезать сердцевину несчастного растения и затем поселяться в его истекающей соком оболочке у нас, к счастью, еще никто не додумался.

Решил пойти в поход как только сойдет снег – и так слишком долго пренебрегал своими обязанностями картографа. Собираюсь идти на восток.

## Унаследованные противоречия.

Судьбоносные знакомства и поворотные моменты. https://www.youtube.com/watch?v=HvvZ1TEQRB8

Третью неделю иду в сторону восхода солнца. В качестве цели взял небольшую гору, как кинжал выступающую из окружающего океана зелени, до которой по моим прикидкам смогу дойти уже в конце месяца. Пока изготовление карты задерживается – надежных и внятных ориентиров катастрофически не хватает (например, хотел тут взять один забавной формы валун, так он, зараза, оказался гигантской улиткой и уже к вечеру сместился на несколько метров к югу).

Чем дальше от границ Эквестрии, тем опаснее.

Нашел немаленький шмат «зелени» на одном из деревьев. Сурв так описывал ее в своих “Заметках”: широкие и длинные полотна очень гладкой на ощупь ткани всех оттенков давшего ей название цвета, обладающие различающимися от куска к куску параметрами вязкости, клейкости, прочности и тому подобное, таким образом являясь чрезвычайно ценным и многофункциональным материалом. Увы, встречается сие сокровище довольно редко.

“Выживший” высказывает предположение, что характеристики каждого отдельного фрагмента зависят от времени, проведенного рассматриваемой субстанцией на открытом воздухе – чем дольше, тем менее активно он взаимодействует с окружающей средой, сперва теряя липкость, затем затвердевая, а в конце концов вовсе распадаясь на составляющие. Найденный мной лоскут явно довольно долго висит без дела – обработал его парой замедляющих процесс старения препаратов и сделал отличный плащ от дождя.

-

Послезавтра дойду до скалы. Взятая с собой еда давно кончилось, а съедобная лесная флора почему-то находиться в явном дефиците, в большинстве своем предпочитая уступать место всякой ядовитой гнили. Меньшинство же радует меня своей неизменной недозрелостью — в следующий раз пойду в поход позже. Зато производственной зелени становиться все больше. Смею изъявить надежду, что ваш покорный слуга вот-вот произведет важное научное открытие, обнаружив создающих сей удивительный материал существ, с моим везением наверняка являющихся каким-нибудь совсем уж смертельно ядовитым видом популярных в наших местах гигантских пауков или вовсе гипнотизирующих взглядом жаб.

Следует подготовиться.

-

Воистину правду говорят: всё самое запоминающееся падает на тебя, когда ты того не ждешь.

В этот раз меня – не имевшего никаких зацепок, предсказаний или карт исследователя, выбравшим гору всего-навсего удобным топографическим ориентиром на время малоосмысленного похода на восток — почтил своим внезапным существованием ни много ни мало, а целый ГОРОД…

Пардон, по порядку.

Во-первых: передо мной явно не новострой – на ум приходит словечко «древний» — чем-то ну очень шибко напоминающий мне о Родине. Хотя бы своим расположением в сердце совсем не гостеприимного Вечного у подножья единственной в округе горы. Ну и стратегией застройки конечно же.

Невысокий полуразвалившийся деревянный частокол защищает от леса то, что рационально поименовать бедными кварталами. Вернее их едва различимые останки. Поля за ними практически исчезли под натиском деревьев, причем в глаза сразу бросается их совершенно невозможная малость – они в принципе не способны прокормить крупное поселение. Видимо тут также имеют место подземные фермы. Или постепенное вымирание с постоянным ремонтом оставшегося от предков.

Вторая стена представляет собой уже довольно внушительное каменное сооружение, созданное по всем приходящим на ум вашему покорному слуге законам фортификации, хотя и очевидно давно не использующееся по назначению – если ее вообще когда-либо штурмовали. Архитектура жмущихся к ней кучки неплохо сохранившихся домиков отлична и от эквестрийской и от стиля Города – по крайней мере, большей его части — но при этом кажется странно знакомой.

По мере приближения к городу популяция чудищ уменьшалась – со вторника мне на глаза не попадалось ни одной твари крупнее меня — а за вчерашний день и немногочисленные «мирные» обитатели Вечного в большинстве своем сгинули. Единственным значимым исключением являются скрибы – крупные насекомые-падальщики не представляющие опасности для взрослого пони. Повсюду очень много “зелени”.

Надо ли упоминать, что ни одного жителя не видно? Кстати, памятников, могущих дать представление о местном населении также нема. Вероятно, за второй линией укреплений.

Мне кажется, будто пару раз из центра города чего-то отсвечивало.

Намерен продолжить исследование утром.

-

Обошел город по периметру, не заходя за частокол. Каменная стена кажется целой, хотя теперь уже определенно видела лучшие дни. Удалось разглядеть несколько пещер и ряд довольно интересно выглядящих зданий. Больше, увы, ничего – решил соблюдать осторожность и не выходить на открытые места.

Пришел к выводу, что будет разумно сперва набрать пищи и только потом углубляться в неизведанное.

Жаль шоколад весь кончился.

-

В бедных кварталах не обнаружилось ничего интересного – в смысле, могущего объяснить произошедшее. Внешние признаки смахивают не имевшиеся в форпосте: сгнившая мебель, отсутствие мелких предметов, трупов, следов борьбы, однако здешние жители ушли уже как минимум лет сорок назад – из ставшей плодородным слоем фурнитуры вовсю росли довольно приличные по размеру деревья.

Почти всё разрушено — видимо от старости.

Опять ощущение, будто местные провели грамотную и неспешную эвакуацию с внезапно ставших им ненужных территорий. Или спокойное мародерство.

Периодически чудится, будто зелень расположена не хаотично. В одном месте как навес, в другом – в качестве стяжки для грозящей обрушиться и завалить относительно свободную дорогу стены, в третьем заполняет собой крупную трещину и так далее.

Иду дальше.

-

Ворота заперты – не знаю, радоваться ли или печалится сему факту. Впрочем, препятствием для меня он не стал, ибо кладка давно не ремонтировалась, тем самым превратившись в легкий и даже отчасти приятный маршрут для опытного древолаза. Разве только периодически вляпывался в уже упомянутый универсальный материал, использованный в качестве палочки-выручалочки и в сокрытии дефектов фортификации.

В надвратной башне обнаружил остатки еды и огарки свечей – старые, но все же определенно намного моложе, чем мебель в нижнем городе. Хороший знак.

Внутреннее поселение сохранилось на порядок лучше – причем явно не только по причине своей преимущественно каменной натуры. Впрочем, мостовая всё равно представляет из себя тихий ужас, созданный с одной стороны полнейшим пренебрежением при строительстве, а с другой – не менее трепетным наплевательством в эксплуатации.

Зато здания выглядят неплохо, хотя конечно пишущий это никак не считай сей странный стиль удобным или хотя бы красивым – ощущение, будто тут живут исключительно пытающиеся что-то доказать всему миру пегасы со склонностью к элитизму и шипастости. К тому же большинству строений необходим как минимум мелкий ремонт. Как и в Городе, самое большое сооружение располагается внутри здоровенной пещеры в конце верхнего квартала, к которой сходятся все пути.

Уверен: в нем чего-то светилось.

Перед спуском внимательно оглядел поверхность и не зря – в траве обнаружилось некоторое количество ларв: здоровенных медлительных гусениц с острыми зубами, представляющие опасность в первую очередь своей способностью резко выпрыгивать из засады и одним движением башки вырывать из тебя кусок размером с копыто. Мерзкое насекомое.

-

В домах верхнего квартала наличествует посуда, подсвечники и другие мелкие предметы. Заметны признаки консервации мебели какой-то совсем тонкой и прозрачной разновидностью зелени. Но запустение всё также правит бал.

Кстати, заметил странность – минимум фауны. То есть, вообще ее практически нет. Ни паутины, ни мух, разве только какие-то мелкие червячки да букашки, причем в совершенно неприлично малом количестве.

Иногда встречаются пятна чего-то, похожего на разложившуюся ткань.

Иду к главному зданию.

-

— Мы схватили Шпиона! – без спроса ввалились в кабинет двое младших.

Собравшаяся уже выразить им свое высочайшее неудовольствие столь неподобающим поведением Оставшаяся осознала сказанное и запнулась, удивленно воззрившись на подчиненных – как-то с трудом верилось, что давным-давно не интересовавшийся Убежищем внешний мир вдруг ни с того ни с сего решил себя проявить, да еще и в ее «смену».

— Кто? – голос не дрогнул – отлично.

— Пони, — перебивая друг друга кинулись отвечать светящиеся возбуждением стражи. – Один. В маске. С оружием.

Руководительница мысленно смахнула несуществующий пот со лба – впрочем, разве бы какая армия или хотя бы отряд смог пробраться сюда незамеченным? Да и у самого лучшего лазутчика-одиночки нет никаких шансов скрыться от них.

— В клетку. Я сама им займусь, — отошедшая от первоначального, вызванного исключительно внезапностью, легкого испуга приближенная Ее Величества широко улыбнулась вслед понесшимся выполнять приказ младшим.

Наконец хоть какое-то разнообразие.

-

Мне страшно.

Я в какой-то большой, сильно заржавленной клетке. Стены покрыты зеленью. Через окно на дальней стене видно ночное небо. Свет идет откуда-то с потолка. Копья и ножа нет.

Главное: сюда приходила СИЛИ. Увидел ее сразу, стоило открыть глаза. Она просто стояла с той стороны решетки и смотрела на меня.

Сперва обрадовался, затем осознал происходящее и чуть не упал в обморок от охватившего всё мое нутро панического страха, до сих пор отказывающегося отпустить меня.

Принц земли как животное забился в самый дальний угол и попытался спрятать свой ужас за воем.

Сестренка пыталась что-то сказать, но до моего сознания не дошло ни слова.

Когда очнулся – никого.

Я схожу с ума?

-

— Он боится, — сыграла заместительница в очевидность, зачем-то мельком глянув в темницу. — Вы уверены, что выбрали правильно?

— Конечно,– досадливо щелкнула на нее зубами категорически недовольная развитием событий Оставшаяся. – Или ты сомневаешься в моих способностях?

— Разумеется нет, — сделала та легкий реверанс. – Вас бы не назначили на сей ответственный пост, не обладай наша благодетельница полной уверенностью в ваших талантах.

— То-то же, — кивнула руководительница, не найдя в словах издевки. – Я устала – попробуйте пока других. О результатах доложите.

-

ЭТО продолжается.

Ко мне являются братья-предатели, Ситта, Ферос, другие тени из прошлой жизни. Пытаются заговорить.

Неправильно. Невозможно. Разум обманывает. Нельзя слушать.

Да смилуется надо мной Спаситель.

-

— Таким образом ни одна из предпринятых нами попыток не увенчалась успехом, — спокойно доложила явно стыдящаяся говоримого заместительница. – Он непробиваем.

— Неужели? – усмехнулась Оставшаяся, искренне радующаяся виду своей зачастую чрезмерно много о себе думающей подчиненной. – А по-моему вы просто разучились. Ну ничего – после завтрака я вновь навещу его и продемонстрирую вам, как надо работать.

-

Видения наконец перестали мучить меня и позволили заснуть. Очнулся утром. И устыдился своего страха, коим буквально дышат предыдущие строки.

Принц Города и последовать Единого дрожит и сходит с ума от ужаса из-за какого-то жалкого морока. Простейшей иллюзии. Или даже обычного отравления галлюциногенами. Да и типичный бред отрицать тоже не стоит.

Я позорю жертву Сили.

Клетка на самом деле является камерой три на три метра и полтора в высоту. Моя – первая в ряде, остальные пять свободны. На потолке растут люминесцентные грибы. Зелень на стенах положена ровными и аккуратными рядами уже однозначно указывая на свою производственную природу. Относительно чисто. В общем, никак не смахивает на местопребывание душ.

Раз отобрали оружие – значит, боятся его.

Ран на теле нет. Изъяты только нож и копье.

-

Как раз прятал дневник, когда в комнату с камерами зашла «Сили». Поначалу вновь шокированный, Принц быстро смог прийти в себя и внимательнее рассмотреть осмелившееся побеспокоить его существо.

Увы, придраться можно разве только к совершенству – а именно стоящая передо мной пони являло собой прямо-таки идеальное изображение почившей сестренки, коя, надо признать, порой не чуралась некоторой неаккуратности и зачастую не желала тратить чересчур много времени на расчесывание гривы. И взгляд еще другой. Совсем.

— Изображаемая вами кобылка давно мертва – из-за меня, — решился для разнообразия начать разговор первым Принц. — У меня нет никаких враждебных намерений по отношению к вам, я просто исследователь.

Собеседница моргнула, с минуту постояла неподвижно, смотря мне в глаза, после чего отозвалась на языке Города:

— Ты не похож на исследователя. Скорее диверсант. Или шпион.

Ни акцента, ни просторечия. Будто с Мираком общаешься. Голос тоже как у Сили.

— Моя цель — составление карты Вечного леса, а он, как вы и сами наверняка понимаете, весьма недружелюбен к любого рода посетителям. Следовательно, мне нужно оружие, — пояснил пленник, пытаясь понять внезапное исчезновение всякого выражения с лица оппонента. — Маска же служит для сокрытия ран, а не для запугивания или скрытия личности.

«Она» хищно усмехнулась:

— Тогда почему ты один? Где твоя охрана или спутники? Откуда ты пришел?

— У меня произошла размолвка с властями и ныне мне приходиться заниматься картографией, дабы заслужить прощение, — секундная заминка и решение, что правда – лучшая политика. Во всяком случае со знающими твое наречие странными чудищами. — Я шел к этому месту с запада – из Эквестрии, но моей родиной является огромный город расположенный к югу отсюда.

— Опиши свою родину, — вдруг чуть дрогнул голос собеседницы.

Принц постарался дать исчерпывающую информацию о месте своего рождения, разумно взяв направление на минимум точных ориентиров и данных о ее системах обороны – на всякий случай. По мере рассказа вновь закрывшаяся “Сили” не проявляла никаких эмоций, разве только в конце попытавшись уточнить местоположение моего дома, на что получила максимально туманный и запутанный ответ.

Тем не менее, появившаяся спустя пару секунд раздумий улыбка хозяйки показалась мне на редкость зловещей:

— Последний вопрос: кого ты любишь?

Неожиданный вопрос. И прямо скажем, лишний. Однако в чужую Общину со своим уставом не ходят и однажды взятую политику нужно вести до конца. Поэтому ответ получился предельно четкий и честный:

— Не могу сказать, будто в данный момент кого-либо люблю. Изображаемая вами кобылка мертва, братья предали меня, а другие демонстрируемые вами пони, откровенно говоря, никогда не были настолько дороги для меня. Если же вы спрашиваете про абстракции, то могу с уверенностью сказать лишь, что имею обязанности перед своей Родиной, — нехороший прищур и кивок. — И поскольку вы задали последний вопрос, то не могли бы ответить на пару моих?

Спрашивал Принц уже спину уходящей тюремщицы.

-

— Демон Кладбища, – Оставшаяся с удовлетворением отметила про себя, как ее подчиненные отпрянули. Будто она не слышала, как эти лентяи шушукались о бесполезности караульной службы.

Хотя конечно эту устаревшую терминологию ласкающей слух никак не назовешь.

— Значит и правда Шпион? – вякнул один из младших.

— А разве вы не сами заявили мне об этом всего пару дней назад? – притворно удивилась начальница.

Вопрошавший пристыженно потупился. В разговор вступила заместительница:

— Поступим с ним как с остальными – Королева будет рада.

— Демон Кладбища, – с нажимом повторила руководительница. – Не стоит лишний раз рисковать. Тем более этот враг бесполезен – он никого не любит. Я завтра сама отведу его на встречу с Вдохновителем. Ты, – она указала на все еще смотрящего в пол подчиненного, – пойдешь со мной. Думаю этот пони оценит, если в последний путь его проводят братья.

-

Результаты общения определенно можно назвать положительными – вряд ли потерянные души интересуются географией, и тем более беспокоятся по поводу шпионов. Хотя, конечно же, облик местных жителей — как в смысле способности мимикрировать, так и неизвестность естественного — сильно беспокоит, да и зловещая улыбка на губах “Сили” почему-то не спешит выходить у меня из головы (надо будет тоже так попробовать – вкупе с маской эффект наверняка получится потрясающий). Подозреваю, что в этом деле не обошлось без магии, а ваш покорный слуга знает не так много вещей, на которые эта палочка-выручалочка единорогов не способна.

Впрочем, надежда на цивилизованное и мирное разрешение данного недоразумения всё еще имеется. Вот только мне в нее почему-то не верится. А значит стоит подготовиться.

Так или иначе, на все воля Единого.

-

Воистину правильно говорят: планирование и подготовка – ключи к победе. И не важно, кто и когда придет за тобой – даже сама Смерть порой склонна отступить перед готовым к ее явлению индивидом. Впрочем, куда эффективнее ей противостоят коллективы высокопрофессиональных и опытных врачей, но это уже частности.

И разве имеется нечто плохое в эксплуатации невежества явно нежелающих мне ничего хорошего дикарей?

Хотя конечно к настолько безалаберному отношению к коммуникациям подготовится трудно. Откровенно говоря, и смотреть на этот мост тяжело — дыра на дыре, а в конце самая большая, но зато под аркой.

Не суть.

План давно готов, осталось только сказать чего-нибудь героическое, прежде чем рвануть запал. А на уме, как назло, лишь мысль о том, что я “подкладываю им свинью”.

-

Оставшаяся злорадно предвкушала намечающуюся “беседу” шпиона со Стариком, уже воображая себе грядущие впечатления от представления их друг другу. Сам бескрылый и безрогий пони ее радости явно не разделял: шел понурившись, всё время спотыкаясь и периодически покусывая свою грязную переднюю конечность — хорошо она решила увести его сегодня же, а то бы он еще напустил в замок своих паразитов. Удивительно, как только такая уродливая тушка может состоять в родстве с красавцем – пегасом, в облике которого она сейчас находилась. Его второй брат – единорог, ныне изображаемый младшим — тоже довольно неплох, но весь как-то прилизан и слащав – ей такие не нравятся.

Дорога к “дому” Вдохновителя скоро совсем развалиться: все-таки даже пещеры иногда нуждаются в ремонте. Впрочем, как будто Народу есть до того дело – пусть низшие твари заботятся о земле под ногами.

— Вот мы и пришли, дорогой братец, – насмешливо произнесла руководительница, останавливаясь перед чернеющим под аркой провалом и даже сквозь ставшую привычной заглушку ощущая эмоции заранее предупрежденного о внеплановом кормлении Старика. – Последнее слово?

— Хрю, – вдруг выдал шпион.

— Не поняла? – аж отступила на шаг опешившая начальница.

— Случается, – дружелюбно отозвался вторженец, делая какое-то резкое движение.

И грянул гром, обдавший ее волной крошки и режущих осколков, забарабанивших о доспехи, а камни под копытами внезапно приказали долго жить.

Переборов первоначальный шок, она попыталась набрать высоту. К счастью, у этого облика имелись крылья и Оставшейся не пришлось тратить усилия на уже не шибко привычную даже несмотря на еженедельные упражнения перестройку – всё же без практики и врожденные умения склонны ржаветь.

Однако секунду назад казавшееся почти штатной ситуация внезапно перешла в категорию очень опасных – пролетавший мимо наглец вцепился в нее мертвой хваткой. Видимо рассчитывал, что довольно крупный на вид пегас сможет вынести заодно и его, не учитывая реальные размеры Оставшейся – итогом стало лишь ненамного отличающееся по скорости от падения движение по наклонной дуге вниз.

Краем глаза пытающаяся одновременно удержаться в воздухе, увернуться от падающих сверху объектов и скинуть прилипшего к ней типа руководительница заметила, как уже успевший превратиться младший продемонстрировал свою полную профнепригодность, получив камнем по голове и ныне стремится ближе пообщаться с как раз начавшим шевелиться полом.

Последний факт заставил Оставшуюся резко сменить доктрину поведения со сбалансированной на «линять, срочно!» в рамках которой кобылка предприняла довольно рискованный кувырок, успешно даровавший ей частичное освобождение от “наездника”…вот только она не учла при этом инерции его тела и собственной реакции на резкое снижение веса, следствием чего стала потеря управления.

“Дыхание Вдохновителя” спасло ее от встречи с камнем. Враг, и без того уже едва цеплявшийся, не удержался и наконец отпустил ее, прорвав более тонкое полотно снизу и кубарем вкатившись в коридор. Однако начальница не спешила радоваться – потому как попавшие в паутину мухи вообще не склонны уже думать о чем-либо, кроме выпутывания.

Причем чем дольше она пыталась выкрутиться из этой липкой ловушки, тем ближе ощущала себя к упомянутому насекомому.

А пока руководительница извивалась злодей, кряхтя и постанывая, встал на ноги и обернулся к только что покинутому залу. И застыл, уставившись куда-то ей за спину.

-

Надо же, бирер. Очень, очень большой – втрое больше любого представителя своего вида. Одно только покрытое панцирем тело могло бы стать многоквартирным домом, а вместе с щупальцами так и вовсе выглядит как целая гора. Хотя скорее он похож на гигантский продолговатый гриб, с чего-то решивший полевитировать.

Зачем тюремщики привели меня сюда? Всем ведь известно, что эти летучие аномалии отнюдь не хищники и, несмотря на свою очень прочную шкуру и длинные мощные щупальца, в случае опасности всегда пытаются сбежать. Некоторую угрозу представляют лишь их симбионты — или паразиты — выбрасываемые гигантом в минуту опасности. У них и рта-то в общем-то нет.

Мои размышления оказались прерваны истошным визгом второго, менее удачливого противника. Нависшая над ним почти вплотную к земле зверюга шумно выпустил воздух. А затем резко втянула, заодно с воздухом затянув в себя и орущего “Рефела”.

Итак у ЭТОГО бирера рот есть. А также намерение использовать его по назначению.

Принц не сдержался и бросил на “Хэилста” сочувственный взгляд – после чего развернулся и как мог быстро зашагал в тоннель.

В конце концов, не он же пытался скормить случайного прохожего первому попавшемуся мутанту?

И притворявшаяся пегасом тварь определенно не является моим ближним…

-

Начавшая отчаиваться Оставшаяся попыталась успокоить себя мыслью, что Вдохновитель никогда не тронет Принявшего, но визг младшего, сопровождавшийся громким всасывающем звуком, оставил сему доводу очень мало шансов. А уж когда пустой пони глянул на нее с жалостью – вовсе задрожала всем телом, тут же зачем-то попытавшись рассмотреть, что происходит сзади, но увидев лишь кусок завешанной «Дыханием» балюстрады.

А затем где-то совсем близко раздался очень хорошо знакомый шум, а в спину ударил поток теплого воздуха.

С губ сам собой сорвался отчаянный крик – однако разве он мог чем-то ей помочь?

Старик снова начал всасывать. Биться нет смысла. Сейчас она оторвется от полотна и присоединиться к младшему.

Краем глаза всё еще для чего-то старающаяся встретить смерть лицом Оставшаяся заметила, как нечто светящееся пролетело мимо и, подхваченное ветром, устремилось в пасть Вдохновителя.

Грянул взрыв и волна жара опалила ей крылья, заставив взвыть. “Дыхание” вспыхнуло.

Внезапно оказавшись в центре стены пламени, кобылка снова забилась – уже не думая об освобождении. Вдруг на ноге сомкнулись челюсти – рывок – и горящее полотно наконец выпустило ее.

Появившийся перед глазами шпион что-то крикнул, но расслышать слова за воем Старика оказалось невозможно. Тогда он просто потащил дезориентированную кобылку за собой, почти сразу перейдя на бег.

Как раз вовремя – спустя всего пару секунд на анфиладу обрушились удары щупалец. Стены задрожали.

Храм рушился. Вдохновитель вопил. Они изо всех сил перебирали копытами.

Сил как раз хватило, чтобы шум позади затих прежде, чем Оставшаяся свалилась в изнеможении на пол.

Меньше минуты спустя рядом остановился слегка отставший враг, тут же привалившись к стене. Какое-то время они лишь шумно отдувались, пытаясь восстановить дыхание, а затем этот урод вдруг с улыбкой посмотрел на нее и протянул копыто…

-

Вопреки всем ожиданиям, существо свалилось с одного удара. Видно они куда хлипче, чем кажется на первый взгляд.

Я жив. Даже почти цел.

Однако несравненно большее счастье наполняет меня при мысли о том, что я выполнил свой долг. Смог таки заставить себя сделать шаг навстречу Творцу. Сили гордилась бы мной.

До чего же хочется отдохнуть. Но сперва необходимо связать «спасенного». И обработать раны. И развести костер. И понять собственное местоположение. В общем, куча дел.

-

Судя по всему, это какой-то жилой комплекс или дворец, только давно не используемый. Причем, если глаза и уши меня не обманывают, тянущийся чуть ли не на километры, хотя сие утверждение еще нуждается в проверке.

Вряд ли бы тюремщики стали тащить схваченного «шпиона» куда-то совсем уж далеко от места поимки и ни одно из виденных мной в городе зданий не тянет на обладание подобными площадями. Следовательно, наиболее разумным вариантом будет предположить, что меня в данным момент окружает толща горы либо за, либо под «Верхним кварталом».

В качестве топлива для костра решил использовать в изобилии разбросанный вокруг мусор – ну или сложенные по чуждой моему разуму схеме и слегка подпорченные временем драгоценные, для другой культуры, произведения искусства. Впрочем, скорее всё же эти шпалеры, останки мебели и обоев, двери и ковры действительно являются обыкновенным, не представляющим для аборигенов никакой ценности хламом, брошенным гнить в сих влажных тоннелях десятилетия назад.

Припасов кот наплакал – хозяева не сочли нужным кормить пленника, видимо сразу взяв курс на использование его в качестве фуража для питомцев. Хорошо быть параноиком – не набери некий перестраховщик перед входом в город двойной запас пищи, сейчас бы уже бурчал животом на всё подземелье.

Я связал своего неудавшегося палача и постарался оказать ему медицинскую помощь. По счастью, в наличии лишь ожоги по большей части первой и в паре мест — второй степени тяжести к тому же пришедшиеся в основном на спину и конечности – в общем, ничего такого, с чем моя самодельная мазь по идее не должна справиться. Впрочем, имеются некоторые сомнения по поводу того, что рассчитанные на меня лекарства помогут этой твари. Впрочем, обо всем по порядку.

Лежащее передо мной существо теоретически имеет право претендовать на звание пониойда – то есть обладает сходной структурой тела, из которой в первую очередь следует отметить горизонтальная направленность туловища и наличие четырех опорных, вроде бы даже копытных, конечностей.

Первая ассоциация, посетившая меня при более детальном осмотре, указала на сохранившиеся в памяти описания дикарей, в незапамятные времена живших на месте Города: оно действительно изящней нормального пони (хотя в целом пропорции несколько искревлены), а также обладает одновременно и рогом и крыльями – оба расоопределителя выглядят неразвитыми. Однако вряд ли наши предки забыли упомянуть о таких несущественных мелочах, как здоровенные и явно намекающие на отнюдь не растительную диету клыки, инсектойдные полупрозрачные крылья, гребни вместо ушей, скорее смахивающую на густо растущие вибриссы шерсть, навевающую воспоминания о хитине при ощупывании кожу, глаза без зрачков (вероятно неверно – могли закатиться), более похожий на ткань, чем на волосы, хвост и, самое странное, дыры в теле.

Честное слово – я не сдержался и ткнул в одно из отверстий иглой, почти спокойно прошедшей насквозь. Не знаю, что вызвало помеху – моя ли дрожь или какая-нибудь неразличимая в полутьме тонкая пленка. Больше экспериментировать почему-то не хочется.

В целом, возникает ощущение, будто сие несчастное создание кто-то слегка пожевал и выплюнул.

Ну и, конечно, никак нельзя забывать про способность к перевоплощению – хотя тут, разумеется, самым реальным ответом будет обыкновенная магия.

Последнее: доспехи. Латы для верхней части туловища с видимо отсоединяемым нагрудником, довольно толстые и длинные поножи, также кирасоподобный накрупник, плоский шлем – на мой взгляд, всё какое-то недоделанное и малофункциональное. Впрочем, откуда мне знать, какая именно у этих тварей боевая доктрина – те же совершенно бессмысленные с точки зрения бронников Города дыры для «ушей» могут иметь решающее значение, скажем, при обеспечении ориентации в пространстве. К тому же, как минимум от пламени они его по большей части спасли.

Так или иначе, передо мной вполне разумный и определенно недружелюбный вид, о котором у меня нет никаких сведений. И я, скорее всего, посреди их цитадели.

Следовательно, нужна информация.

Кажется, тот обязательный полугодовой курс пыточного мастерства таки вот-вот понадобиться мне в реальной жизни. Кто бы мог подумать.

-

Оставшаяся очнулась. Голова болит, особенно правая сторона, причем явно от физического воздействия. Но думать можно – и это главное.

Оценка обстановки принесла неожиданно радующие результаты: пусть на ногах явно стянутые со знанием дела веревки, однако все конечности на месте, да и обгорела она далеко не так сильно, как можно было ожидать. Выпитая “Дыханием Вдохновителя” энергия практически не восстановилась — но зато сей факт наглядно демонстрирует, что и дня еще не прошло.

Шпион лежит у костра и смотрит на нее. Стоило таки постараться удержаться от потягиваний и стонов – может удалось бы застать его врасплох.

Ладно.

Чуть поднапрягшись, ей удалось превратиться в уже неоднократно использованный образ подружки – слишком непривычно начинать разговор с чужаком в настоящем обличье. Но сказать пленнице ничего не дали:

— Я отлично понимаю желание скрыть доставшийся от судьбы уродливый облик, но, ради вашего же собственного блага, искренне рекомендую выбрать другую пони для имитирования, – напряженным голосом заявил враг, приподнимаясь.

Оставшаяся скрипнула зубами и превратилась в пегаса.

— Урод здесь ты, – само собой вырвалось.

Жеребец вдруг рассмеялся.

— Не могу спорить с очевидным, особенно когда слышу это из уст Хэйлста, – он хихикнул еще раз, – однако не кажется ли вам, что в современном положении неразумно вот так открыто говорить правду?

— Я не боюсь тебя, – вскинула голову наследница одного из величайших родов Убежища.

— Дело ваше, – демонстративное пожатие плечами, – а теперь ответьте-ка мне на пару вопросов.

— Ты ничего от меня не узнаешь.

Новый смешок.

— Вы находитесь в связанном состоянии посреди давным-давно покинутого своими сородичами подземелье, один на один с пони, успешно сочтенного вами убийцей и обладающего как минимум одной весьма веской причиной не желать вам благополучия и долгих лет, — враг издевательски изогнул брови. – Вас не волнует, что я могу рассердиться?

— Ты!? Идиот, который рискнул жизнью ради своего палача? – усмехнулась в ответ Оставшаяся — Да еще и судя по ощущениям смазал мне полученные в процессе собственной казни ожоги мазью. Удивительно, как у тебя вообще хватило решимости хотя бы обвить меня веревками.

Шпион встал и неспешно подошел к ней вплотную:

— Сей жеребец спас вас исключительно потому, что счел данное действие своим долгом, выполнение коего есть суть и цель моего существования, – он наклонил голову почти вплотную к ее носу. – И смею уверить: если ради Высшего Блага мне придется вас немножко попытать, затем чуточку убить и в довершение слегка съесть, причмокивая и сыто цыкая зубом — то я это сделаю.

Жуткая морда расплылась в сладострастной улыбке, от которой по телу Оставшейся прошла дрожь – ей в лицо будто оскалилась сама Смерть. Причем очень любящая свою работу.

— Надеюсь, вы будете вести себя хорошо, – зловеще произнес враг. – И не заставите меня прервать наше душевное общение прежде, чем оно будет совершенно необходимо.

Она, находясь под впечатлением, кивнула.

— Рад, что мы достигли взаимопонимания, – страшила отвернулся и начал тушить костер.

-

Существо оказалось неожиданно легким (видимо сказывается пористая натура) и даже иногда изволило отвечать на задаваемые вопросы, выдав, например, информацию, что мы прошли «преддверье» и сейчас направляемся в «старую часть» — без каких-либо пояснений, разумеется.

Вопросы типа “где выход?” задавать бессмысленно – несомый индивид уже неоднократно и весьма четко продемонстрировал свое искреннее нежелание моего благополучия и периодически напоминает мне о том фразами вроде «ты обречен» и «тебе никогда отсюда не выйти».

В общем, пока решил ограничиться чисто экскурсионными запросами об окружающем нас пространстве – как-то нет пока настроения применять полученные во время учебы знания на практике.

Тем более посмотреть тут действительно есть на что: величественные, хотя зачастую и несколько непонятные статуи, замечательные разноцветные фрески, изящные витые колонны, слаборазличимые останки картин, сложные каменные мозаики и прочие произведения искусства, вопреки всем ожиданиям в большинстве своем так или иначе изображающие существ, куда более похожих на пони, чем мой «спутник». Версия о военных трофеях опровергалась пленником, время от времени неохотно называвшим непонятные имена и неизвестно к чему привязанные даты создания того или иного творения. Хорошо хоть названия вроде «сбор урожая» не нуждаются в рассмотрении через призму местных культурных особенностей, хотя конечно конкретно сей идентификатор, на мой взгляд, довольно слабо отражал содержание неоправданно хорошо сохранившейся картины, заставившее меня устремить взгляд в пол и под презрительно-насмешливое хмыканье груза пройти мимо.

Честно говоря, мне может понравиться подобная жизнь. Я будто в книге про Названного-В-Честь-Собаки Йонса, по прозвищу “Тихий” (или я чего-то перепутал? Не важно): иные цивилизации, забытые произведения, тайные дворцы, набитые сокровищами подземелья, а также адреналин, жуткие монстры, погони и красочные взрывы. Спутник только подкачал – это клыкастое средоточие недовольства никак не назовешь даже верным оруженосцем, не то что прекрасной кобылкой.

-

Где-то на второй час после подъема дошли до комнаты, представленной как “Зал истории”. Мой воспрянувший было при мысли о длинных стеллажах с фолиантами дух почти сразу вколотило в землю осознание невозможности их прочитать – всё ж таки вряд ли их родное чириканье пишется нормальным городским алфавитом – однако реальность в итоге оказалась куда интереснее и в кои-то веки дружелюбнее, чем ожидалось.

Хотя поначалу меня ждало вовсе откровенное разочарование – местное хранилище воспоминаний о былых веках явилось не величественной библиотекой, чьи стены теряются вдали, а всего-навсего маленьким круглым помещением с единственной колонной посредине при полном отсутствии книжных шкафов, сундуков, карт или другого привычного инвентаря для исторических хранилищ. Пребывавший в особо зловредном состоянии палач нагло ухмыльнулся и отказался отвечать на расспросы. Но и просто уйти из столь многообещающего места мне не позволяла совесть (ну или как минимум жадность).

Поскольку ничего необычного, кроме центрального столба, поблизости не имелось, исследование началось именно с него – и тут же дало результат в виде нескольких рядов маленьких, но глубоких дырочек где-то на уроне моих плеч. Быстро совместив имеющиеся факты, я без колебаний всунул наличествующего аборигена рогом в отверстие. И он подошел.

Перед нашими глазами предстал призрак. Точнее бледно-зеленый образ немолодой уже кобылы с вычурным и массивным украшением на шее. У нее также имелись неразвитые рог с крыльями и телосложением она казалась похлипче, но в остальном никаких по-настоящему существенных отличий от нормальных пони я не обнаружил. Самое же приятно заключалось в том, что у этого сгустка энергии имелись губы и он использовал их по назначению, тем самым позволив бывшему торговому представителю Города понять рассказ.

Их предки называли себя просто и без изысков – «живые». Они обитали в “Доме мечтаний” под управлением обожествляемых повелителей – “Детей Великого”, на протяжении сотен лет мирно сосуществуя с опасным и непредсказуемым, но при этом щедрым и богатым “Дающим и Берущим” – вероятно, имеется в виду Вечный лес.

Видимо раннее бытие сего народа заключена в других дырочках – потому как едва закончив крошечное вступление, учительница начала говорить о «демонах с запада», выглядевших как лишенные рогов местные жители. С явным страданием и печалью призрак поведал подозрительно знакомую историю о том, как принятые в качестве друзей и почетных гостей монстры обманом убили почти всех Детей Великого в одну ночь и, «начертав на знаменах смерть», ввергли несчастных аборигенов в пучину рабства и мук, продолжавшуюся целое поколение.

Но божественные правители не бросили своих подданных – после десятков лет мучений последние из них вывели оставшихся верными живых из Дома, ставшего Кладбищем, и повели их тайными тропами Берущего в долгий и страшный путь, которого многие не пережили.

Однако цель оправдала заплаченную цену, ибо благословенная гора даровала выжившим новое место для жизни и радости. Почву, в которой «Народ» смог укорениться и вновь расцвести. Убежище.

Далее (в следующем отверстии) следовало длинное перечисление различных строительных, военных и агрокультурных свершений, завершившееся демонстрацией вида с высоты птичьего полета на уже знакомый мне город, хотя и поменьше современного – «выселков» и частокола не наблюдалось, а пристенное строительство только-только намечалось. Затем речь пошла о множестве потерь за годы страданий и расколе четверки властителей на пары, одна из которых отправилась на поиски «ушедших до срока» детей, так никогда («до сих дней») и не вернувшись. Оставшиеся переразвитые правили долго и мудро, вновь приведя своих подданных к счастью и процветанию, со временем позволившим «дикарям» вовсе позабыть о годах лишений и просто наслаждаться дарованным им существованием, посвящая бытие совершенствованию и приближению к некой «Цели».

Но мир отказался отпустить местных жителей с миром, как не собирались делать сего и не ведающие покоя древние демоны, некогда разрушившие Дом и вновь, спустя сотни лет поисков, нашедшие былых рабов в Убежище. Вот только на сей раз их притворство и лицемерие не помогло – живые не повторили ошибок своих предков и истребили пытавшихся вновь притвориться друзьями вторгшихся.

Но цена победы оказалась велика — один из божественных повелителей пал ради спасения своих подданных и с его смертью Народ ослабел…

Знакомая история, не правда ли? Хотя конечно о втором походе “демонов” мне до сих пор никаких упоминаний не встречалось. Надо будет посмотреть в магической книге.

Приведенный выше рассказ продолжался по моим прикидкам не менее трех часов. Прочитанный вами текст – лишь выжимка из весьма обильного, подробного и созданного явно со знанием дела повествования. В общем-то единственной причиной, заставившей меня оторваться от столь любезного сердцу процесса познания, стало совсем уж странное поведение энергоресурса.

Первые полтора часа пленник всё время дергался и пытался чего-то сказать (заткнул ему рот еще в самом начале урока — дабы не мешал слушать), потом где-то минут семьдесят лишь постепенно затихающе стонал, а затем вовсе замолчал. К моменту, когда ваш покорный слуга наконец отвлекся ради краткого перекуса, абориген уже не подавал признаков жизни.

Должен признать: я перепугался – всё-таки несколько неудобно ощущать себя убийцей, да еще и собственноножно спасенного. Тем более, если он к тому же является единственным источником информации о современном положении вещей.

Тонкая бесплотная нить, соединившая отверстие с рогом после оттаскивания существа от колонны, не поддавалась физическому воздействию. Не видя выхода и, откровенно говоря, слегка паникуя, Принц просто взвалил своего палача на спину и совершил маневр номер четыре – т.е. побежал, без особого внимания к направлению, как можно дальше от опасности.

В итоге, слава Единому, едва заметная черточка всё же оборвалась и жертва моего любопытства выжила.

Вряд ли мне теперь удастся найти тот зал.

И на подсказки рассчитывать не приходиться.

-

Не знаю, сколько уже длится это путешествие по подземелью.

Я видел аборигенов — все как две капли воды похожи на пленника: такие же черные, рогато-крылатые и покусанные. Но одеты похуже – надеюсь в силу низшего звания.

А еще здесь есть рабы. Десятки нормальных пони – земные, единороги и пегасы, трудящиеся на подземных плантациях и чинящие никому не нужные здания.

Их никто не охраняет. Они смотрят сквозь меня и не реагируют даже на пощечины, всё так же механически поднимая и опуская мотыги. Никакого выражения. Зрачок каждого обрамляет зеленое пламя.

Мой план не назовешь иначе как идиотизмом. Но я просто не имею права бросить их.

-

Наследница бредила. Колонна Истории выпила все оставшиеся после Старика силы. Странно, что она все еще жива.

Иногда сознание выплывало из дремоты и открывающиеся глаза показывали потолок со стенами, а тело ощущало мерный шаг несущего ее существа. Периодически приближенная чувствовала, как кто-то пытается влить ей в горло воду и даже иногда умудрялась сглатывать. И каждый раз волна беспамятства вновь накрывала едва живую представительницу Народа с головой.

Вот сейчас мерещится тронный зал. Подчиненные, столпившиеся вокруг нервничающей заместительницы. Крики, взрывы, цоканье копыт…

Стоп.

Веки поднялись выше, а взгляд сфокусировался на одной знакомой с детства вещи.

Трон.

А перед ним чьи-то копыта.

-…смотри мне в глаза, — однозначное требование.

Она все еще бредит? Каким образом они оказались в зале? Что происходит?

— Ты уверен в сказанном? – звенящее напряжение.

Оставшаяся едва слышно застонала от боли вернувшегося сознания.

— Да, милостивый государь, – знакомый голос откуда-то сзади.

— Но почему? Как вам может нравиться эта жизнь? Неужели никто из вас действительно не жаждет свободы? – с искренним непониманием и возмущением спросил первый.

— Потому как мы счастливы, – кажется это один из рабов–пегасов.- И потому, что у нас больше ничего нет.

Несколько секунд шумного дыхания и ощутимая даже сквозь почти непрошибаемую пелену волна эмоций:

— Да будет так, – процедил враг сквозь зубы и возвысил голос. – Вокс попули – Дэус вульт. Раз они так хотят остаться в рабстве, то кто я такой, чтобы их переубеждать?

Отдаляющееся цоканье копыт.

— Мы выполнили свою часть сделки, теперь ты выполни свою, — заместительница. – Отпусти пленника!

— Я сказал лишь, что убью его в случае невыполнения моего приказа. И это все еще может произойти, если вы не приведете мне остальных, – насмешливо отозвался враг.

— У нас больше нет работников, – в тоне послышалось откровенное раздражение. — И от одного твоего неверия в него сей факт никуда не денется.

— Значит, скажите своему командиру “пока”,– он вырвал что-то из лежащего на копыте красного шарика.

Подчиненные вскрикнули.

Постояв пару секунд, и видно не дождавшись ожидаемой реакции, шпион вставил закорючку обратно в сферу. Затем произнес:

— Ну ладно, допущу, будто сказанное является правдой. Принесите вещи, отобранные у меня при захвате — и золота. Побольше! – краткая пауза. — И нечего на меня так смотреть – надо же на что-то покупать шоколад.

-

Бескрылый и безрогий пони бросил Оставшуюся у самой кромки леса. Разумеется, предварительно потребовав, чтобы никто из стражей даже носу не казал из города.

Посланные за ним отряды, естественно, ничего не нашли.

Ничего удивительного, что поставленная во главе обороны их общего дома юная аристократка, смогшая самостоятельно встать только через несколько дней после бегства врага, впала в отчаянье.

Шпион Кладбища смог выбраться из Убежища, используя ее, Защитника Короны, в качестве заложницы. И убил Вдохновителя: всосанный Стариком младший оказался цел и почти невредим – его просто не успели переварить.

В довершение всего, этот выродок еще и утащил с собой целую кучу золота.

Выбора нет. Скоро демоны узнают местоположение их дома. И нападут.

Из-за нее.

Оставшаяся отдала приказ о начале подготовки к досрочному Пробуждению.

Ей предстоял разговор с Королевой.

-

Мой последний поход можно смело назвать провальным – карта практически пуста (спасибо вам, дорогие отсутствующие, перемещающиеся или, еще того хлеще, склонные к метаморфозам ориентиры), рабы не освобождены, история не узнана.

И сувениров набрал слишком мало: правильно говорят, будто от избытка героизма в крови пони тупеют. Но зато теперь смогу накупить себе (через Зекору, разумеется) достаточное количество шоколада, чтобы не беспокоиться о нем хотя бы до весны.

Интересно, кем же настолько важным являлся мой таинственный пленник, что в обмен на него аборигены были готовы отдать всех своих «работников»? Впрочем они, скорее всего, и так знали или по крайней мере предполагали отказ своих несчастных жертв от предложенного мною дара.

До сих пор с трудом заставляю себя верить в произошедшее: разве возможно, чтобы никто из десятков пони не принял возможность обменять иллюзорное счастье на в любом случае не намного худшую, чем рабский труд, свободу. И это несмотря на то, что ваш покорный слуга лично опросил дюжину индивидуумов, попутно проверяя им зрачки и пытаясь расшевелить воспоминания о былой жизни. Всё впустую.

Должен признаться: глубоко внутри, где-то уже под Принцем, свила гнездо животная радость – я ведь, откровенно говоря, и не собирался отпускать пленника. Идея проста: дать беглецам как можно больше времени, а затем взорвать то место, похоронив под обломками максимально возможное количество противников. Мне всё равно бы не удалось провести такую большую группу сородичей по лесу не замеченной. И даже намного более умелый и опытный боец не смог бы отбиться от стаи этих крылатых тварей в чистом поле. Получается, что своей покорностью эти несчастные сохранили жизнь и мне и многим своим хозяевам.

Но всё-таки пишущий это предпочел бы видеть иной результат. Чтобы все эти пони вернулись к своим близким, воссоединились бы с семьями, нарожали детей.

В конце концов, разве возможно сравнить меня с жизнями десятков?

Ладно, назад пути нет.

По крайней мере, я смог дать им выбор.

## Бытие.

А ведь могло бы быть и житие. https://www.youtube.com/watch?v=N7VH1ihtNIs

Стал свидетелем попытки убийства фиолетовой единорожки – видимо, сия персона окончательно истощила чашу терпения жителей Пинивилля.

Предпосылкой сего знаменательного события стала длившаяся несколько часов слежка обычно не опускавшейся до подобной работы магички за одной из своих прихлебательниц, да еще и проводимое в относительно одетом виде – т.е. каске. Если не ошибаюсь, то данный явно не вполне обычный для местных обитателей предмет обихода стал третьим головным убором, виденным мною на эквестрийцах – первые два носили оранжевой земная пони из свиты инспектора и столь нелюбезно принятая горожанами фокусница.

Собственно акт произошел ближе к полудню – на рогоносицу (к тому времени уже вернувшуюся в обычное голое состояние) последовательно сбросили наковальню, затем тачку с сеном и в довершение какую-то полированную мебель. В общем, очевидно заранее спланированное и проведенное четко по схеме действо, долженствующее завершиться кончиной возомнившей о себе не пойми чего тиранши. Вероятно, именно подозрение в попытке покушения на свою драгоценную персону со стороны ближнего круга и заставило ее опуститься до банального подглядывания (и одевания).

Впрочем, уже к концу дня выяснилось, что волшебница не только жива, но еще и невредима. Причем объяснения в стиле «ой, телескоп запотел и я всё перепутал» вряд ли соответствуют истине – готов поклясться: я видел, как на нее приземлилась могшая превратить кого угодно в лепешку гора домашнего скарба. К тому же и помимо ошибки вариантов возможно по крайней мере два: чрезвычайно могучая магия местных целителей – и двойники.

Вторая версия совсем скоро получила себе подтверждение: фиолетовая пони совершила совершенно неподходящий к ее натуре поступок – рискуя собственной жизнью прикрыла бегство своих прихлебательниц с внезапно оказавшегося очень опасным болота – по результатам которого получилось так, что магичка проявила себя настоящим героем, спася драгоценных подруг и лишь чудом выбравшись сама.

В общем, всё живы, счастливы и наверняка никто никого убивать больше не собирается.

Вот только в виденном мной доблестном поступке имеется парочка спорных моментов.

Первое: вельможа неоднократно показывала себя на редкость могучим магом, но во время битвы с монстром даже не пыталась использовать долженствующую быть для нее естественнее дыхания волшбу. Причем после события она изволила сотворить заклятие столь мощное, что от вспышки у меня до вечера болели глаза.

Второе: откуда взялся этот монстр? Насколько я понимаю, топь находится на территории Эквестрии, а значит не представляет опасности для подданных Целестии.

Да и с чего вообще эти пони пошли на болото?

А если вспомнить про ее удивительную живучесть, то картина вовсе выстраивается довольно четко. Итак, версия:

Первая, попавшая под необычный дождь, единорожка – двойник, допустим, один из жителей Убежища. Или вовсе иллюзия. Так или иначе «живец». Весьма разумный ход с одной стороны позволяющий выйти на охотника, а с другой – обезопасить собственную драгоценную тушку.

Сцена же на болоте подстроена. Рогоносица сама призвала монстра и проявляла чудеса героизма строго по сценарию. Цель вполне прозаична – обрести хотя какую-то популярность среди понивилльцев и предотвратить будущие покушения. А в завершение продемонстрировать эффектный магический трюк, дабы лишний раз напомнить смердам о собственной силе.

Конечно, выглядит несколько натянуто и параноидально. Но в ином случае уважаемые читатели должны будут поверить, будто эта любящая покомандовать волшебница способна пережить падение наковальни, почти мгновенно излечиваться от очень тяжелых ран, рискнуть собой ради своих друзей, в минуту опасности забыть обо всей своей магии, дабы после оной продемонстрировать себя во всей пламенной красе.

-

Докладывать, в общем-то, нечего. Всё путем. Разве только забыл вовремя сообщить, что недавно видел очень странную радугу и слышал отголоски взрыва. Видно Эквестрия всё же не столь мирная, как пытается изобразить ее Целестия.

-

Уже две недели как вернулся из похода, но так до сих пор и не удалось встретиться с Зекорой – ее избушка пуста, а прочесть надпись на приколотой к двери бумажке у вашего покорного слуги не хватает образования. А ведь она единственный путь, через который возможно организовать встречу между томящимися друг по другу желудком и понивилльским шоколадом.

Но у меня созрел план.

Уже довольно давно заметил, что во время дождя некоторое местные пони облачаются в полупрозрачные накидки. И ныне, благодаря последнему путешествию, пишущий сие обладает объемом материала, пригодного для имитации этой весьма прельстивой своей скрытностью одежды. Осталось только сделать плащ достаточной длины и непрозрачности, дабы обеспечить одному сходящему с ума по сахару сладкоежке возможность проскользнуть в город во время очередного ливня.

-

Вчера, во время похода за дровами, обнаружил весьма искусно сделанную статую медведя. Ни малейшего следа резца, четко очерченные контуры, в большинстве своем отличные друг от друга детально проработанные когти, раскрытая не то в испуге, не то угрожающе пасть с уже умопомрачительно искусно вырезанной капелькой слюны на тоненькой полосочке камня…

Стоящую прямо посреди леса.

И ни души вокруг.

Причем непонятно даже, как ее туда притащили – листва над ней в порядке, трава вокруг не имеет никаких признаков волочения, да и вообще ни одного следа, кроме как от довольно толстой змеи, вряд ли могущей быть заподозренной в занятиях скульптурой.

Впрочем, поскольку иных зацепок не имелось, проследил за рептилией вплоть до границы Эквестрии, найдя по пути еще несколько произведений искусства. Увы, к тому времени уже стемнело, поэтому я почел за лучшее отложить исследование на утро.

Однако, вопреки всем ожиданиям, стоило мне вернуться сегодня на место аномалии, как внезапно ни одной статуи не обнаружилось. И разумеется никакой смятой почвы, поломанных ветвей и прочих последствий транспортировки.

Какая прелесть.

-

Загубил всю принесенную из похода ткань, в итоге оказавшись вынужден еще разок сходить в Вечный. Понимаю, насколько это глупо, но идея о посещении Понивилля слишком уж глубоко засела у меня в мозгах, чтобы отступать. По счастью, получилось собрать более чем достаточно зелени без приближения к Убежищу ближе, чем на две недели пути. Заодно дополнил свою карту, взяв в качестве ориентира кучку удивительно подозрительных валунов – причем даже понять, чем именно эти скальные образования подозрительны мне так и не удалось. Ну разве только небольшая вероятность ноготворности сей замысловатой геометрической фигуры.

В любом случае, каменюки очень странные — а значит приметные.

Итак, снова за портняжьи работы.

-

Имел счастье лицезреть школьную самодеятельность по-понивилльски.

В целом, неплохо, особенно в смысле обилия уделяемого сему событию внимания со стороны взрослых. Впрочем, у них тут вроде особых развлечений-то и нет.

Особенно мне понравились три поняши, исполнившие песню о, насколько ваш покорный слуга смог понять, некой древней битве или стихийном бедствии (может даже Откровении). Детишки настолько стремились к реализму, что в конце представления переломали все сделанные наверняка собственными копытами декорации еще и набив при этом немало шишек.

Подобная целеустремленность и жертвенность определенно заслуживает общественного одобрения и эквестрийцы в кои-то веки оказались со мной согласны – организаторы наградили артисток какой-то золотой блямбой, а аудитория – дружными аплодисментами.

В общем, вероятность наличия у понивилльцев подобия художественного вкуса слегка увеличилась.

-

Поздравь меня, о мой бумажный друг, ибо долгий и тяжкий труд по превращению куска твердой слизи в подобие одежды наконец завершен – причем героически. Ухожу в эквестрийскую часть леса, дабы не упустить следующий ливень и надеюсь уже через пару дней осуществить внедрение.

Если я не вернусь — считайте меня ушедшим за шоколадом.

-

Можно вешать на грудь медаль — операция прошла успешно, несмотря на то, что вашего покорного слугу дважды чуть не раскрыли. Эти дикари видимо в принципе не понимают идею личного пространства. Да и к нежеланию индивида общаться с окружающими могли бы проявить большее уважение.

В общем, не могу сказать, будто имею желание когда-либо воспроизводить данный опыт.

Но сладости, увы, не вечны – а значит повторять сей подвиг придётся еще на раз.

-

Ночью видел огромного дракона. В Эквестрии. И бегущую от него пони. Судя по составлявшей ей компанию здоровенной ящерице, марафонцем являлась наверняка успевшая приестся уважаемым читателям фиолетовая единорожка. Впрочем, кого еще я ожидал увидеть рядом с неизвестно откуда появившимся в стране Целестии чудищем?

И тем более нет ничего удивительного в том, что, несмотря на все приложенные усилия, мне так и не удалось найти ни звероящера, ни сокровищ.

-

Хорошенько подумав, пришел к выводу о нерациональности долгих походов вглубь Леса — по крайней мере пока не заимею достаточно опыта в ориентировании и описании. Для этой цели отлично подойдут и окрестности моей горы, где-нибудь в неделю хода.

Кстати, надо бы привести «готовые» карты в товарный вид.

-

Очередная странность Понивилля: новый этап взаимного шпионажа, на сей раз в исполнении (весьма своеобразном) розовой прихлебательницы. Слежке последовательно подверглись сама фиолетовая единорожка и все представительницы ее свиты, а на последнем этапе – разноцветной крылатой – даже имела место открытая погоня. Причем на таких скоростях, что ваш покорный слуга просто диву давался – потерял их уже где-то на второй минуте. Видно жизнь на обладающей куда меньшим количеством естественных препятствий равнине заметно развила способность эквестрийцев к бегу.

В итоге стал наблюдать за остальными, кои, явно по договоренности, собрались в самом крупном здании местной фермы. Вскоре туда же шмыгнула и пегаска, а вот прискакавшую вслед за ней земную пони запустить к себе «бомонд» не захотел. Той не оставалось ничего иного, кроме как уйти восвояси с весьма недовольным видом…а через несколько часов несчастную уже притащили туда насильно.

Откровенно говоря, при виде столь же старательных, сколь и безнадежных попыток розовой спастись я было решил, будто никогда более не увижу сию представительницу родного вида.

По счастью, оказался неправ – на следующий же день она как ни в чем ни бывало занималась ерундой на улице. Впрочем, так оно только возникло больше вопросов.

-

Мою родную и любимую грибную ферму поразила новая напасть – на редкость омерзительная мошка, склонная откладывать яйца в шляпках. По счастью, дыма паразит не любит – нарубил можжевельника, организовал яму, и оставил тлеть. Авось улетят.

Наслаждаюсь пропитавшим весь форпост ароматом копченостей.

-

Вновь лицезрел могущество фиолетовой магички – материализация экипажа заодно с четырьмя мутантами практически из ничего. Но, как и у наших магов, ничего путного из затеи с измененными живыми существами не вышло: те отказались подчиняться и сбежали. Надеюсь, конструктов поймали прежде, чем несчастные твари успели кого-нибудь покалечить.

Ну а история с каретой завершилась тривиально — белая единорожка из ее свиты просто приказала впрячься в оглобли паре земных пони. Идите мимо, граждане, это просто обычные картины эквестрийской жизни.

-

Пережил самое бредовое приключение в своей жизни.

Взбрело мне тут пару дней назад взять и навестить Зекору – всё-таки тяжеловато жить без возможности общаться хоть с кем-либо способным отвечать. Да и повод имелся достойный: во время последней экспедиции нашел целую пачку довольно редких и ценных растений, парочку из которых зебра просила искать особо. Премило пообщавшись вплоть до глубоких сумерек, ваш покорный слуга счел за лучшее не идти на ночь глядя в форпост, а заночевать в Эквестрии, использовав в качестве крыши над головой небольшую пещерку – быть может ту самую, где когда-то встретил свою полосатую собеседницу.

А наутро мир официально сошел с ума. «Спальня» без всякого предупреждения, но с отчетливо слышимым ругательством, изрыгнула квартиранта из своих недр, после чего зевнула, облизала зубы и начала храпеть. Стволы окружавших Принца деревьев превратились в зеркала, демонстрируя его со всех возможных ракурсов и почему-то сосредоточенно ковыряющим в носу. Стремительно налетевший из ниоткуда грозовой фронт пролился на редкость болезненным дождем из яростно щелкающих створками рассерженных устриц, после чего собрался в жуткую зеленую морду, коя в течении почти часа преследовала меня, пытаясь сказать нечто про «свиную тушенку» и периодически оплевывая меня клейкими листами с размазанной по ним краской.

В попытке сбежать от взбесившегося метеорологического объекта, ваш покорный слуга налетел на полную желтых цветов поляну, кои оказались неожиданно пружинистыми и мгновенно отправили немаленького жеребца на вершину ближайшей сосны, коя тут же отвинтилась от корня и стала нарезать круги в воздухе. Разумно опасаясь следующего акта сего театра абсурда, нелетающий пони предпринял на редкость опасный и вполне могший окончится трагически прыжок. Однако когда я уже прощался с жизнью, долженствовавшая свернуть мне шею почва неожиданно разошлась, дав упасть в гигантский подземный пудинг с ароматом малины, в коем обитали довольно дружелюбные ластоногие крабы, любезно помогшие пишущему сие выбраться из сладкой могилы.

Потом, к счастью, жизнь подарила своей жертве пару часов отдыха – за время хождения по пещере единственной аномалией, причем безопасной и весьма красивой, стала встреча с несколькими разноцветными кристаллами размером с меня, кои, вальсируя под издаваемое собственными телами мелодичное скрипение, рисовали на полу картинки про влюбленных пони. Увы, в полной мере насладиться изысканнейшим зрелищем помешала внезапно объявившая забастовку гравитация, сперва шмякнувшая вашего покорного слугу о потолок, а затем неожиданно безболезненно ввинтив в него.

Так начался новый забег против жаждущего пообщаться с единственным зрителем свихнувшимся лесом, завершившийся торжественным воспарением немалого куска массива прямо с камнями и комьями земли под мощное музыкальное сопровождение в исполнении невидимого оркестра.

Буквально полчаса назад какой-то большой и толстый хомяк с золотистой шкуркой пытался заставить меня подчиняться ему, мотивируя данное требование утверждением, будто он – Гигантский Космический Хомяк в Миниатюре. И ведь почти убедил, да оратора вовремя отвлек мимопроходящий сырный куст, давший Принцу шанс сбежать.

В итоге пишущему сие всё же удалось добежать до границы Эквестрии, оказавшейся под охраной пинающегося и с использованием обсцененной лекции призывающего вернуться в некую очередь воздухом. Как ни странно, важный вид и с апломбом поднятая вверх карточка (эквестрийский местный алфавит от Зекоры) оказали нужное воздействие, позволив мне выйти за пределы сошедшей с ума страны.

Факт эмиграции на лицо — хвост, до того под угрозой забастовки требовавшего улучшения жилищных условий и свою долю шоколада, вновь стал всего-навсего лишенным права голоса придатком. Да и оставшиеся после эпичной битвы с пытавшемся засосать меня яблочным леденцом также внезапно исчезли.

-

В общем, всё закончилось благополучно – для всех. Эквестрия вернулась в первоначальное состояние и вроде бы пытается жить по-старому.

Касательно же причины столь странных явлений смею предположить, что заклятье Целестии, обеспечивающее безопасность подчиненной ей страны, с чего-то дало сбой, обрушив на невезучих подданных всю мощь дикой магии. Причем никто бы, наверное, не смог гарантировать сохранности их жизней в случае продолжения сего волшебного буйства.

Вот она, цена обмена ведра свободы на чашку стабильности. То ли еще будет.

Впрочем, не могу сказать, будто в моем положении удобно злорадствовать – как-никак теперь-то они снова в тепле и уюте, а Принц Города – внутри неотапливаемой горы без удобств.

Честно говоря, даже немного жаль, что план экстренной эвакуации понивилльцев не пришлось приводить в исполнение – в кои-то веки у отшельника появилась бы постоянная компания.

Ладно – это всё лирика. Хотя и рассказать, как собственно всё пришло в норму ваш покорный слуга также не способен: разве только упоминанием о странной, явно неестественной радуге, виденной мной во время обхода горы по дороге домой. К моменту наложения копыт на телескоп близлежащее государство уже пришло в полный порядок.

А еще мой шар светился. Довольно долго.

В его глубине мои глаза узрели разноцветный водоворот, из которого периодически поднимались выглядящие удивительно…живо картины. Множество разных пони, странное, состоящее из кусков случайных созданий, существо, пейзажи, механизмы, битвы, толщи воды. Будто перебираемые кем-то долго пожившим воспоминания.

Особенно запомнился огромный дракон, сидевший в окружении нисколько не выглядевших испуганными моих сородичей, от которого к звездам возносился ворох разноцветных искр, сформировавших в ночном небе некий силуэт…

К сожалению, не успел его рассмотреть – сфера вновь стала белой.

-

Сегодня, во время чистового переписывания карты северо-западных предгорий, вашего покорного слугу отвлек звук взрыва. С эквестрийской стороны. А уж поднявшееся к небесам разноцветное пылевое облако вовсе выбило у него из головы все эти бумажки, заставив буквально прилипнуть к телескопу.

Увы, полученные от первичного наблюдения данные оказались ничтожны. Удалось лишь локализовать место детонации – крупнейшая ферма Понивилля – и ее результаты – всего-навсего одно двухэтажное здание. То самое, куда в свое время затягивали розовую. Впрочем, подозреваю, что у сего сооружения имелись подземные помещения.

Причина инцидента не установлена, но из-под обломков вылезла состоящая в свите инспектора пегаска, а сама источник всяких несчастий для городка явно в момент реакции околачивалась неподалеку: видел ее уходящей прочь несколько минут спустя.

Дальнейшие наблюдения не дали никаких результатов — вплоть до вечера, когда ни с того ни с сего в якобы тихом и мирном поселении верных слуг короны не начались массовые волнения – рядом с которыми, разумеется, увивалась сами-знаете-кто. Их завершение оказалось откровенно неожиданным: стоило закатиться солнцу, как в его последнем луче проявилось и спустилось на землю на диво странное и откровенно пугающее существо, более всего похожего на «известных» мне по описаниям “Детей Великого”.

Сия кобыла вдвое крупнее нормального эквестрийца и значительно изящнее любого из них, обладает обоими расовыми атрибутами, но, в отличие от «живых», в остальном выглядит вполне нормально. Пожалуй, рационально будет использовать слова «красивая» или даже «прекрасная», вот только у меня при одном взгляде на нее мороз по коже пробегает – не могу выразить почему.

Чуждость. Неправильность. Мощь.

И немалый авторитет — одного ее появления оказалось достаточно для прекращения до того лишь набиравшей силы драки. Рискну предположить, будто мои глаза лицезрели саму Принцессу Целестию или, по крайней мере, кого-то из числа особо приближенных.

Новоприбывшая сразу устремилась к склонившейся перед ней вместе со своими слугами в глубоком поклоне фиолетовой единорожке и после короткого разговора вся компания отправилась в дом магички.

Существо покинуло Понивилль ночью – вновь во вспышке света.

Честно говоря, не знаю чего и думать – столь необычно виденное мной сегодня. Особенно то царственное чудовище. Впрочем, имеется пара предположений: неудавшееся восстание – ну или скорее его малая часть — и акция протеста против оружейных экспериментов.

В любом случае: вряд ли взрыв на ферме и гражданские волнения в один день – это совпадение.

Да и сам факт наличия скрытых подземных лабораторий по разработке взрывчатых веществ как-то не вяжется с «мирной Эквестрией».

-

Хандра. Многодневный дождь, периодически переходящий в отвратительнейшую морось. Тоска.

В форпосте достойных внимания занятий нет и как-то так вышло, что нелюбящие лежать без дела ноги сконструировали себе из мха, дерева и кусков шерсти котозаменитель. В тот же вечер сжег – не теплый, не мурчит, не смотрит на тебя с выражением полнейшего презрения и чувством собственной вселенской важности – в общем, никак не способен сымитировать оригинал.

Такими темпами скоро сделаю себе ящик куколок и буду разыгрывать сам с собой сцену убийства второго Кона.

-

Ночью понивилльцы устроили празднество, причем весьма красочное и наверняка затратное: все эти аттракционы, танцы, таинственная подсветка, оркестр стоят, наверное, небольшого состояния. Хотя куда более значимым пишущему сие показался другой факт — обозреваемые варвары наконец изволили облачиться в одежду, лишний раз подтвердив мои подозрения о таки существовании у них понятия приличий – и полном их игнорировании. Впрочем, необходимо признать: одеяния, пусть и карнавальные, эквестрийцы делать умеют. Вашего покорного слугу даже подмывало присоединиться – костюмчик как раз для пришелся бы ко двору – но я в любом случае бы не успел.

Впрочем, самое интересное началось позже – в город приехало начальство, нисколько не чурающееся театральных эффектов и возможности попугать низших тварей.

Насколько Принц способен судить, горожанам явился еще один из «ребеночек». Вновь женского пола, но зато в полтора раза меньше предыдущей и, как бы парадоксально сие не звучало, выглядящая почти мило. Однако если той аборигены лишь поклонились, то на новоприбывшую боялись и глаза поднять, вместо этого предпочтя лежать лицом вниз.

На мостовой лежали все — кроме одной пони в синем костюме, чем-то напоминающем парадные одеяния наших магов, оказавшейся явно не прочь пообщаться с представительницей высшего класса. Судя по первоначальному сопровождению в виде ящерицы – наша старая знакомица. Кто ж еще, право слово?

Порой возникает ощущение, будто всё происходящее в Понивилле всегда связано с этой магичкой.

С другой стороны, если ее действительно назначили надзирать за местными, то нет ничего удивительного в наличии сего индивида рядом с каждым значимым событием.

В целом по результатам визита у пишущего данный текст жеребца сложилось впечатление, будто синяя “дочка” посетила городок ради наслаждения от страха аборигенов. И фиолетовая естественно подвизалась помочь ей в этом, для начала отведя гостя к домику своей пугливой подружки – пегаски. Далее произошла на редкость отвратительная сцена магического вытаскивания бедняжки наружу и старательное запугивание несчастной до обморочного состояния.

Данное невинное развлечение властьпредержащих чуть не заставила вашего покорного слугу вовсе отказаться от наблюдения – уж больно сильно оно смахивало на ментальное изнасилование не могущей ничего противопоставить двум рогоносцам беспомощной крылатой. Вообще, ей повезло: эти уроды ограничились лишь страхом – но уж я-то знаю, на что склонны идти опьяненные своей проклятой силой маги…

Простите, отвлекся.

После измывательства над в итоге потерявшей сознание желтой жертвой, сладкая парочка вернулась на основное мероприятие. Видно простое преклонение уже не веселило гостью и потому она, наверняка по совету магички, попыталась втереться понивилльцам в доверие – ведь нож в спину всегда веселее топора палача. Покидалась чем-то в паутину, запустила из катапульты тыкву и, когда местные по глупости уверились в ее добрых намерениях, нанесла удар.

Должен признать: “Дети Великого” (если конечно это действительно одна из них) – весьма могущественные существа. Новоприбывшая легко и непринужденно вызывала молнии и анимировала объекты – вряд ли кто-нибудь из наших магов справился бы с подобным в одиночку. Результат получился выше всяких похвал: хаос, самое натуральное паническое столпотворение, в процессе которого несчастные пони успешно разгромили половину собственной площади.

По крайней мере пострадавших вроде бы не имелось. Доподлинно утверждать впрочем не берусь – в порыве чувств снес несчастному телескопу одну детальку, на лихорадочный поиск и реинсталляцию коей ушло минут сорок – как раз успел починить инструмент, чтобы увидеть замечательное зрелище запугивания гостьей местных детишек, видимо в попытке спрятаться от нее сбежавших из города к лесной опушке со статуей. Кстати, в процессе доченька продемонстрировала еще одну впечатляющую способность – умение менять форму и размеры.

В общем-то на этом мои наблюдения и закончились бы – всё-таки и научному любопытству положен предел – если бы одна из жертв вдруг не решился бы вступить в переговоры с грозной пришелицей. Наверное, попросил больше не пугать их. И та, как ни странно, согласилась – остаток ночи страшила вела себя вполне прилично, во всяком случае без продолжения массовых издевательств, что определенно заслуживает как минимум дарования ей шанса на бытие хоть немного достойной своего существования персоной.

Вынужден признать: происходящее периодически казалось некоторой части меня забавным – когда не было противным. И понимаю: подобное признание не делает мне чести.

В общем, слава Спасителю, что в итоге всё закончилось хорошо.

Надеюсь еще увидеть эту необыкновенную ночную гостью.

-

Решил устроить поход на запад вдоль гор. А то я что-то вконец обленился.

## Побочное задание.

Отделаться от надоедливого попутчика. https://www.youtube.com/watch?v=S-b66QYMTWM

Рейнбоу Даш медленно и мучительно приходила в себя.

Видно идея попросить Твайлайт наложить на нее заклятье для запуска фейерверков оказалась не такой уж и фантастической. И хоть поначалу всё шло потрясно – почти мгновенный разгон без каких-либо усилий и покрытие огромного расстояния всего за несколько минут – однако стоило Даш достичь гор и попытаться развернуться, как у чар внезапно обнаружился явственный недостаток – собственное мнение.

Одна Селестия знает, каким образом ей удалось не вмазаться ни в один из пиков и пообщаться только с весьма широкой и чрезвычайно неудобно стоящей одинокой скалой на другой стороне хребта. По счастью, к тому моменту магия почти истощилась и пегаске удалось притормозить и повернуться боком перед ударом.

Но все равно вышло очень больно. И сейчас всё тело ноет, пусть и чуть слабее прогнозируемого.

Хотя нет – значительнее слабее.

Лучшая летунья Эквестрии рискнула открыть глаза.

Она лежит на траве чуть в стороне от злополучной каменюки, которая кстати тоже получила свое – Рейнбоу с гордостью оглядела множество трещин вокруг своего довольно хорошо различимого силуэта и кучку свежеотколотых камней у подножья. Впрочем, почти сразу за самодовольством пришел страх последствий столь значимого подвига.

Повязки. И пятна какой-то мази.

Забавно: она и не знала, что за горами кто-то живет.

— Эй! – позвала пегаска неведомого доброхота. – Спасибо за медицинскую помощь – я тут слегка переборщила с…

— Миырц! – вдруг как-то странно раздалось сзади.

Даш повернула голову и узрела удерживаемый двумя грязными копытами кусок зеленой переливающейся ткани, коей говоривший видимо скрывал свое лицо.

— Ээээ, привет? – спустя пару секунд удивленно поздоровалась Даш.

— Готовзь. Зтрашн! – произнес тот же голос.

Пегаска хмыкнула, но на всякий случай приготовилась.

Незнакомец медленно опустил тряпку и перед Рейнбоу предстал земной пони в кожаной куртке и маске на лице. Всё не занимаемое одеждой пространство покрывала грязь – причем настолько густая, что понять какого он цвета не представлялось возможным. Нога указала рот:

— Пожалуйста, смотрите на мои губы. Тогда вы сможете понять меня.

Лучшая летунья Эквестрии удивленно моргнула: она слышала звуки какого-то неизвестного ей языка, но при этом в ее голове появлялись как бы вовсе не связанные с ним вполне понятные слова и предложения. У нее само собой вырвалось:

— Как ты это делаешь?

Земной пони, все это время пристально смотревший на ее губы, отозвался почти мгновенно:

— Магия единорогов. Большего, к сожалению, не знаю. Я постарался обработать ваши ранения, но у меня мало знаний о крыльях. Рекомендую проверить.

Пегаска последовала “рекомендации”. Правое вывихнуто. Наложенная жеребцом повязка не то что бесполезна, а скорее только ухудшает положение. Хорошо хоть сказал сразу – можно перевязаться без откладывания в долгий ящик.

Сказано – сделано.

С ней всё будет в порядке – через пару дней.

-

И вновь самые странные находки поджидают в совершенно обычнейших местах и обстоятельствах: возвращаясь из похода обнаружил раненую эквестрийку. Вроде бы даже отчасти знакомую – во всяком случае такой щедрой расцветки я ни у кого в Понивилле больше не видел.

Попытался оказать ей медицинскую помощь (неудачно – опять ошибся с крыльями) и после в прямом смысле слова навязался в попутчики. Пусть коммуникативные способности вашего покорного слуги и весьма ограничены, но судя по таки дошедшему, данный индивид в принципе не допускает, будто ей что-то способно угрожать.

В Вечном лесу.

Нелетающему пегасу.

Ну-ну.

-

Этот странный тип зачем-то решил пойти за ней. Наверное, просто жаждет погреться в лучах ее славы – ведь наверняка же знает, кто она такая. Вон как на гриву смотрит. Да и вообще, вроде бы глаза от нее отводит лишь когда кобылка на него оборачивается. Хотя с другой стороны бормотание о какой-то опасности явно опровергает мнение о его знакомстве с ее репутацией.

Ха! Рейнбоу Даш ест опасность на завтрак. Кстати…

— Не знаешь, где можно достать чего-нибудь съедобное? – обратилась она к спутнику.

Тот дернулся и повернулся к ней. Показал на губы. Ах да…

— Есть поблизости какая-нибудь еда?– слегка раздраженно повторила лучшая летунья Эквестрии.

Жеребец задумался. Надолго. Пегаска уже сама наметила себе цели, когда собеседник наконец изволил ответить:

— Вы ведь из Понивилля? – еще более недовольный чужой тупостью кивок. – Тогда вынужден вас разочаровать: ближайшее доступное место произрастания известных вам растений в дне пути отсюда.

Неверно истолковав ее взгляд, он добавил:

— Небольшое болотце – сможете поесть тамошнюю траву.

— Ты прикалываешься? Вокруг нас куча зелени. Что мне мешает подкрепиться, к примеру, воооон тем? – Даш указала на стоящий в отдалении раскидистый куст с аппетитно выглядящими лиловыми ягодами на нем. – Или оно ядовитое?

— Нет, данные плоды пригодны в пищу. Мне и таким как я — мы можем питаться ими по причине наличия привычки, но у вас еще не выработана толерантность… — успевшая неслабо проголодаться Рейнбоу прервала его:

— Хватит заниматься ерундой. Толерантность-политкорректность — кому всё это надо? Зачем усложнять простое? Раз не ядовитое – значит можно есть, – не ратя более времени на разговоры, Рейнбоу схватила зубами ближайшую гроздь и начала с удовольствием ее пережевывать.

Спутник приложил копыто к маске.

-

Сей доблестный и показательный представитель крылатого племени пренебрег моим советом не есть ранее не встречавшиеся растения и накинулся на шлиффовку с таким пылом и страстностью, что ваш покорный слуга даже решил присоединиться, хотя обычно избегает сих приторно-сладких лиловых шариков (не уверен, но кажется обладают слабовыраженным наркотическим эффектом). Вдвоем мы быстро ободрали кустик и пошли дальше, при этом я периодически ловил на себе горделиво-насмешливый взгляд.

Вынужден признать: моя новая знакомая обладает удивительно быстрым обменом веществ – растение еще не исчезло из виду, когда флора нанесла ответный удар.

Тошнило ее долго и счастливо.

В итоге пегаска едва не вывернулась наизнанку и копытами передвигала чисто номинально, теперь уже точно потеряв последнюю надежду на дачу отпора чему-либо больше червяка. Разумеется, Принц поспешил воспользоваться беспомощным положением дамы и – в лучших традициях сказочных злодеев проигнорировав яростные возражения и отчаянное сопротивление — взвалил ее на спину. Иначе бы вообще никуда не успели.

Тащил до самого вечера — “груз” даже успел вздремнуть.

Из-за задержек и снижения скорости (всё-таки не пушинка, хотя и далеко не столь тяжелая, как воображалось) нам уже не получалось достичь намеченной на сегодня в качестве ночлега пещеры. Потому пришлось изменить курс и принести непрошенную спутницу к замеченному по пути туда дереву со здоровенным – как раз для пони — дуплом. Подобных отверстий в Вечном лесу имеется множество и ни я, ни Сурв, ни школяры Города так и не обнаружили их производителей.

Хотя в одном можно быть уверенным точно: кто бы или что бы их не создавало, оно делало это на совесть и с немалой смекалкой. Причем не стесняясь использовать огонь для обжига стенок. Убил бы паразита, имеющего наглость так злобно издеваться над растениями.

Конкретно в попавшемся нам тогда творении неведомой твари, как обычно, никого не имелось. Места на двоих кстати тоже. Впрочем, последний факт, пожалуй, только к лучшему – можно будет избежать ряда неудобных ситуаций. Но это также значит, что мне нынче предстоит немало работы…

-

Рейнбоу Даш в прескверном настроении наблюдала за странным поведением попутчика. Мазь видимо выдохлась или синяки растравились во время рвоты – так или иначе, а ныне она чувствовала себя еще более голодной и больной, чем до того злосчастного кустика. Тем не менее повторять опыт с местной растительностью почему-то желания не имелось.

Впрочем, куда более неловким являлось то неоспоримое обстоятельство, что ее — атлета мирового класса и лучшую летунью Эквестрии, прямо-таки обреченную стать командиром Вандерболтов в рекордно короткие сроки – в течение нескольких часов нес будто какую-то раскисшую под солнцем сахарную барышню некий длинный заморыш в накидке аля «пугало огородное».

Причем жеребец не ограничился работой в качестве грузчика – его нынешняя деятельность лишь еще больше раздражала Даш своей непонятностью. Он зачем-то слазил в близлежащее здоровенное дупло, продемонстрировав при этом неслабые такие альпинистские навыки, выгреб оттуда на землю мусор, после чего слез обратно, развел костер и начал бегать вокруг дерева, расставляя подозрительные колышки, веревочки, пластины и постоянно бормоча про себя нечто невнятное.

Странная манера общения и то, как нежеланные спутник постоянно пытался спрятать от нее глаза, также не добавляла сему общению шарма.

Наконец земной присел у костра. И тут же начал старательно глядеть в сторону, будто Рэрити при встрече с эпплджековыми удобрениями. Это уже чересчур:

— У меня чего-то прилипло к лицу? – воинственно поинтересовалась кобылка, предварительно легонько ткнув собеседника веточкой. – Или ты просто настолько окосел от моей неимоверной крутости, что уж и смотреть на меня не можешь?

Тот лишь удивленно поднял бровь и неуверенно покачал головой.

— Тогда почему кое-кто постоянно отворачивается от меня, будто от кучи несвежих яблок?

Собеседник как-то неловко отодвинулся, задумался, почесал копытом маску, и только после этого с явственным нежеланием произнес:

— С моей точки зрения вы несколько неодеты.

Даш непонимающе взглянула на него:

— А ты ожидал бального платья?

— Уверяю вас, что не имел в виду ничего предосудительного, – как-то чересчур торопливо заявил жеребец. – Видите ли, на мой Родине пони почти всегда одеты хоть во что-то…

— Так ты не из Эквестрии! – заинтересовалась пегаска. – А откуда?

— Я не хочу об этом говорить.

Наступило неудобное молчание. Радужогривая решила начать заново:

— Мы как-то не успели познакомиться: я – Рейнбоу Даш, единственная и неповторимая. Ты наверняка слышал обо мне…- намекающее движение бровями.

Еще одна пауза.

— Ясно, – сказал земной пони.

Снова период тишины.

— Возможно слышал, но точно не помню.

— Может тебе всё же стоит представиться? – саркастически подсказала еще более разочаровывающаяся в собеседнике крылатая, когда с начала «разговора» прошло минут десять.

— А на что вам мое имя? – последовал неожиданно резкий отзыв. – Нас здесь всего двое и вряд ли мы собираемся продлить сие общение на сколь-либо серьезный срок. Следовательно и специальные идентификаторы нам не нужны, – большая часть фразы выглядела как попытка смягчить впечатление от первого взрыва. – Предлагаю завершить на том официальное общение. Мне бы хотелось дать вам некоторые рекомендации…

-

— Я. Не. Намерена. Лезть в дупло, – отрезала пегаска.

Принц чуть слышно застонал – осуществлять помощь ближним оказалось куда более сложной и комплексной задачей, чем он предполагал. Хотя разве кто-то говорил, будто выполнение своего долга – это легко?

— Да: там тесно, темно и пахнет подгнившей листвой, – собрав всё свое смирение в кулак, снова пошел жеребец в атаку. – Однако позвольте уверить вас: в Вечном лесу положено спать именно так. Тут так принято…

— А в свинарнике принято лежать в грязи – вот только я же не тамошняя обитательница,- злобно сверкнула глазами собеседница. – Мне плевать на ваши традиции – отвали.

О Единый, дай сил терпеть, как Сам терпишь:

— Данная «традиция» возникла не из пустоты и имеет под собой вполне объективные причины…– он запнулся – нечто подсказывало ему, что о безопасности рассуждать не следует.

«Его высочество» уже начал понимать, с кем имеет дело.

— Вот сам и лезь в него, – окончательным тоном припечатала крылатая.

Земной пони вздохнул. Ладно: настоящие герои всегда идут в обход.

— Неужели все эквестрийцы такие трусы! – как-бы в сердцах выдохнул он.

— Что!? – взвилась радужная.

— Вы даже не можете провести одну ночь в дупле, – с наглой ухмылкой произнес Принц. – Боитесь темноты? Грязи? Может вам неуютно в закрытых пространствах? Да вы хотя бы залезть в него сможете? – надо же, сколь убедительный издевательский тон, сопровожденный ехиднейшим взглядом на ныне бесполезное забинтованное крыло.

Который она, разумеется заметила.

— Эй! Да я могу хоть поселиться в этом дупле! – сколь оскорбленного достоинства-то.

— Докажи, – отлично выдержанная наглая ухмылка.

Честно: сперва показалось, будто его сейчас будут бить. Причем определенно ногами. Однако вместо этого обозлившийся нелетающий пегас рванул к дереву.

Кучка минут сосредоточенного пыхтения и отчаянного упорства, несколько сползаний – и эквестрийка самодовольно обращается к нему из указанного отверстия.

— Ха! Что я говорила?

Впечатленный земной пони также взобрался к дуплу, пусть и с куда меньшей скоростью и проворностью – и начал по-быстрому закрывать вход.

— Эй! Ты чего делаешь!? – слегка обеспокоенно спросили с той стороны полотна.

— А вдруг вы ночью “случайно” выйдете подышать свежим воздухом, а утром “случайно” забудете сказать мне об этом? – тем же издевательским голосом сказал земной пони и вбил последний гвоздь.

— Отлично! Встретимся утром! – глухо откликнулась кобылка.

Ей сейчас наверняка очень неуютно.

-

Чувствую, как надуваюсь от гордости за свои манипуляторные способности – а заодно с трудом верю, что моя новая знакомая купилась на столь примитивное представление. Откровенно говоря, немного совестно – будто ребенка обманул. Впрочем, оно для ее же блага.

Ради благой цели доказать первому попавшемуся пони свою неизмеримую крутость эта крылатая наверняка просидит внутри до самого утра. Я наконец могу отдохнуть. А завтра может успею сходить к тому островку на болоте, где вроде росли эквестрийские цветы.

-

Рейнбоу недовольно всматривалась в темноту.

Конечно, ей и раньше доводилось спать на деревьях – но на открытом воздухе, а между ней и деревом в почти обязательном порядке имелась подушка. Сейчас же даже непонятно, наступило ли там, снаружи, утро или еще – спасибо куску ткани на входе. И ведь порвать нельзя – этот наглец, естественно, воспользуется случаем и заявит, будто она не выдержала.

Самое же неприятное заключалось в том, что Даш действительно было на редкость не по себе от пребывания в этом темном, тесном и будто бы сжимающимся с каждым часом всё плотнее деревянном убежище…тем больше причин оставаться на месте.

К счастью, ждать долго не пришлось. Сперва до нее донесся скрежет, затем стук вытаскиваемого крепежа – и в лицо ударили солнечные лучи.

— Вынужден признать: эквестрийцы действительно способны провести ночь в дупле, – широко улыбаясь, сказал ее спутник. – Большое до…пардон. Доброе утро.

Земной пони начал торопливо спускаться, чуть не сверзившись в процессе. Пегаска также заземлилась – разумеется так медленно и неохотно, как только возможно — и огляделась. Вокруг дерева не наблюдалось ни одного колышка или веревки, зато жеребец оказался покрыт свежей грязью и некой болотного вида тиной, а за его спиной на земле лежал какой-то большой белый сверток. В общем, ничего такого уж интересного.

Зевнув и потянувшись, Рейнбоу отошла привести себя в порядок к близлежащему ручью.

-

Принц находился в прекрасном расположении духа, причем отнюдь не по одной лишь причине спокойно прошедшей ночи — он выспался и встал достаточно рано, чтобы не только сбегать к болоту и принести провизии для своей спутницы, но и убрать все ловушки до того, как не шибко аккуратная спутница проснется. Ну и конечно после такого достижения мир казался ему на порядок более красивым и приятным. Даже напало игривое настроение.

Пока крылатая приводила себя в порядок, жеребец собрал из лучше всего переживших сбор и транспортировку цветов скромный, в меру красивый букет, который и попытался с приличествующим моменту поклоном презентовать вернувшейся спустя десять минут пегаске.

Вот только та не спешила его брать. Или вообще хоть как-то реагировать.

То есть совсем.

Сцена затягивалась.

Наконец земной пони поднял на пегаску покаянный глаза и произнес:

— Прошу прощения: я думал, вы едите эти растения…- но договорить не успел — радужногривая, облегченно вздохнув, с явно демонстрируемым удовольствием схряпала букетик.

— Спасибо! – радостно поблагодарила пегаска. – Еще есть?

Принц облегченно выдохнул и широким жестом показал ей на оставшуюся кучу павших смертью храбрых представителей флоры, лежащих на последней оставшейся в его распоряжении белой подстилке.

-

Удалось узнать много интересного во время завтрака.

Оказывается, эквестрийцы верят, будто солнце и луна восходит усилиями их Принцесс, деревья растут исключительно благодаря старанию земных пони, погода без пегасов превратится в настоящий кошмар, а животные нуждаются в постоянном уходе и заботе…

Со стыдом признаю — на последнем утверждении не смог сдержаться и таки расхохотался, чем сильно обидел рассказчицу, только-только нашедшую через желудочную удовлетворенность гармонию с миром. Сейчас она с надутым видом сидит на бревне передо мной и делает вид, будто никаких невежливых уроженцев Города в округе не наблюдается. Вроде бы даже тихонько ворчит.

Мои подозрения касательно принадлежности новой знакомой к свите фиолетовой магички нашли еще пару подтверждений — увы, лишь косвенных. Несколько раз предпринимал попытки расставить все точки над «i», однако крылатая неизменно сводила их к очередной довольно неуклюжей попытке саморекламы. Хотя если рассказанные ею истории – правда, то ваш покорный слуга повстречался с настоящей героиней, вполне достойной прижизненного внесения в легенды.

Вот только мне как-то не верится.

Нет, ну сами подумайте: повелительница ночи, запертая какое-то совершенно несуразное количество времени назад вдруг вернулась и попыталась без лишних объяснений или завтрака погасить солнце – чтобы быть побежденной шестеркой меньше суток как знакомых заклятых друзей с помощью хрен знает сколько лет лежавшего в брошенном замке сборного артефакта невероятной силы.

Как говорится, чего-то тут не сходится.

Впрочем, сказка про дракона, которого сперва зверски избила лично рассказчица, а потом усовестила ее боящаяся всего на свете подруга мне лично понравилась несколько больше.

Хотя описание последнего якобы побежденного ими существа, именуемого Дискордом, мне кого-то смутно напомнило…

Не важно. Пора идти. До перевала еще пара дней.

Не забыть бы еще спросить у нее на следующем привале главный вопрос: а чемпри таком раскладе в их обществе занимаются единороги?

-

Рейнбоу Даш злилась. Очень сильно.

Во-первых: из-за фактической прикованности к земле – ограничении самой ее природы, могущей вывести из себя и Флаттершай, не то что лучшую летунью Эквестрии. И почему нельзя просто взять и плюнуть на гравитацию?

Второе, как ни странно, даже более эффективно портящее ей настроение обстоятельство, заключалось в полной неприспособленности окружающего мира к удовлетворению ее естественных нужд. Кто бы знал, НАСКОЛЬКО бесит лицезреть какую-нибудь всю из себя налитую и готовую к употреблению ягоду и при этом не иметь возможности ее схомячить. Причем даже не по причине ядовитости – это еще куда ни шло – а из-за ее «неместности». Расисты.

Но самым раздражающим аспектом нынешнего бытия являлось наличие навязавшегося ей в попутчики и принимающего не пойми за кого земного пони. Как будто она сказала что-то смешное! Да кто он такой, чтобы сомневаться в словах самой…

— Ахтцзунг! – вдруг раздался оглушительный крик сзади. А через пару секунд – хруст снизу и на правое копыто брызнуло чем-то теплым.

Пегаска отскочила и инстинктивно попыталась расправить крылья, чуть не сбросив явственно захрустевшую повязку. Рядом с местом, где она только что стояла в траве дергалась, разбрызгивая вокруг мерзкого вида жидкость, какая-то здоровенная гусеница. Из “головы” насекомого торчала рукоятка ножа. Подбежавший же жеребец вместо помощи несчастной животине начал безжалостно избивать ее копытами.

Рейнбоу на пару минут буквально окаменела от этого жуткого зрелища, в итоге протолкнув негодующий крик лишь когда жертва уже превратилось в затихшее месиво. Убийца с непонимающим видом оглянулся на нее и показал окровавленной конечностью на губы.

— С ума сошел?! – закричала она на спутника – Ты же убил ее!

Жеребец оглянулся на погибшее создание и с тем же недоумевающим видом произнес:

— Да. А в чем проблема? – и с какой-то ироничной усмешкой осведомился. — Вы сами хотели это сделать?

— Что!? – аж подпрыгнула Даш – Как ты мог так поступить – убить живое существо!?

Земной пони какое-то время молча смотрел на нее с нарастающим в глазах недоверием, после чего подошел к гусенице и продемонстрировал Рейнбоу остатки непропорционально крупных челюстей.

— Если бы ваш покорный слуга не сделал этого, – в первый раз за время знакомства смотря ей прямо в глаза, начал спутник, – то данная тварь сейчас бы уже жевала здоровенный кусок вашей плоти, так как вы оказались столь беспечны, чтобы подойти к ней на достаточное для броска расстояние. Удивлен, что вообще успел.

От появившегося в голове образа – и вида превращенной в кашицы головы насекомого — пегаску замутило.

— Предлагаю вам пройти немного вперед и отдышаться, – между тем продолжил иноземец. – И не рекомендую смотреть сюда – картина вам, скорее всего, не понравиться, — из сумки появился короткий, закругленный у кончика нож.

Кобылка поспешно последовала данному совету, на негнущихся ногах продолжив путь и с новорожденной паранойей вопреки воле вглядываясь в невысокую траву. Через пару минут он нагнал ее и пошел в паре шагов сбоку. Разговор начинать никто не спешил.

-

Сделал удивительное открытие. Моя спутница, физически развитая взрослая пегаска с непростым, склонным к задиристости, самолюбованию и откровенному мальчишеству характером, не допускает и мысли об “убийстве живого существа”!

Будто можно убивать мертвых существ.

И ведь самое главное, ни в коей мере не лукавит – даже мне оно очевидно.

Каким образом Целестии удалось настолько “умиротворить” пегасов? Да и зачем? Неужели она считает, будто в случае нужды сама сможет в одиночку защитить целую страну? Или в Эквестрии военные функции также переложены на единорогов и теперь рогатый вид пони обладает всей полнотой власти?

Слишком много вопросов и вряд ли кто-либо из моих знакомых знает на них ответы.

А уж при мысли о методе бетризации меня продирает дрожь. И огорчение, что постеснялся провести над радужногривой полное обследование, пока имел такую возможность.

-

Недружелюбная атмосфера не развеялась и на привале. После перекуса Принц развернул одну из своих собственноножно произведенных карт и в качестве почвы для диалога попытался дать представление о предстоящем маршруте. Зря. Очень зря.

— Зачем нам обходить гору? – возмущенная крылатая беззастенчиво ткнула в почти чистый лист грязным копытом. – Можно же пройти через вон тот перевал, – конечность указала на виднеющийся уже отсюда разлом в скалах.

— Нет, – со вздохом ответил уроженец Города, печально разглядывая оставшееся пятно.

— Почему? – не меняя тона, поинтересовалась собеседница.

— Он не разведан, – признался земной пони и, витая в облаках размышлений о щадящих очистителях, ляпнул, – там может быть опасно…

Слово – не воробей. И слух у собеседницы на сей раз оказался как на зло хорошим.

— Вот и разведаем, – заявила она, как-бы ставя точку в еще не начавшемся споре.

— Нам не стоит подвергаться такому риску, – уже ощущая неприятное сосущее чувство внутри, попытался выправить ситуацию жеребец. – Тем более…

— Да «риск» –мое второе имя! – гордо заявила пегаска. – Но не волнуйся – я умею снисходить к чужим слабостям. Можешь держаться позади.

«Если трусишь» — буквально читалось в ее взгляде. И эта фраза, вернее использованный при ее произнесении апломб, смешалась с не успевшим усвоиться впечатлением от недавнего шокирующего открытия, вылившись в совершенно нехарактерную для него потерю духовного равновесия. Кое в свою очередь, привело к еще большей ошибке:

— Какая чудесная новость, — на лицо вылезла кривая ухмылка. – Особенно из уст пони, не способной защитить себя даже от ларвы, не то что… — Принц опомнился и замолчал.

Вот только поздно.

— Зачем ты увязался за мной? – сузила глаза пристально смотрящая на него крылатая.

— Чтобы помочь, – обречённо отозвался еще надеющийся на лучшее земной пони.

— Почему? – почти дружеским голосом спросила она.

“Такова воля Единого” – чуть не честно ответить жаждущий быть Последователем, но решил перефразировать:

— Потому как, если бы я вдруг оказался на вашем месте, то хотел бы, чтобы мне помогли.

— Неужели? Что ж, тогда у меня для тебя есть новость…– начала пегаска с широкой улыбкой, делая шаг вперед. – Я не просила твоей помощи, не хотела твоей помощи и мне НЕ НУЖНА твоя помощь! – почти крик. – Просто оставь меня в покое, убийца.

Обозначив тем самым свою позицию, крылатая развернулась и, печатая шаг, направилась в сторону перевала. Принц же остался сидеть на стоянке, придавленный не столько ее словами, сколько сознанием собственной глупости.

Ну и раздражением, естественно.

-

Рейнбоу Даш злилась. Нет не так. Она ЗЛИЛАСЬ. Да за кого он ЕЕ принимает? Что этот не-эквестриец о себе возомнил…

Погруженная в свои прямо скажем, не очень мирные или доброжелательные размышления, пегаска совершенно не смотрела по сторонам – просто неслась вперед, сбрасывая напряжение если не полетом, так хотя бы пробегом. Впрочем, сейчас кобылку бы вряд ли и вся ее невеликая осторожность.

На голову вдруг упало нечто теплое и широкое, а какая-то тонкая и явно непонячья конечность подрезала ей ноги, мигом затем перевернув вверх тормашками. Летунья внезапно обнаружила себя в каком-то мешке. А затем начала задыхаться…

-

Оглушительный грохот. Тряска. Боль в боку. Слабость во всем теле. Даш окружена какой-то скользкой и гладкой тканью. Она не знала, сколько провела без сознания или кто на нее напал. Еще грохот. Что-то маленькое забарабанило с той стороны по уже пострадавшей части тела.

К Рейнбоу вплотную подступила паника...

Перед глазами что-то сверкнуло. Ощущение падения — и удар спиной о землю. Располагавшиеся сверху завязки с треском порвались.

Над ней стоял попутчик в залитой чем-то сине-зеленым одежде и с гигантским ножом над плечом. Не говоря ни слова, он вцепился зубами ей в загривок и резко рванул вверх, поставив на ноги – но нахлынувшая слабость вновь бросила Даш на колени.

Еще один громкий «ГРААММ» и волна мелких камешков вперемешку с запорошившей глаза пылью.

Перед лицом разбился пузырек, обдав осколками и брызгами. Копыто опустилось ей на макушку, ткнув носом в образовавшуюся лужу. Она рефлекторно втянула носом воздух и тут же почувствовала просто нереальный прилив сил, мгновенно вскочив и ощутив жгучее желание действовать.

Губы. Приказ “беги”. Пегаску развернули и ударили.

В более подробных инструкциях нужды не имелось.

-

Принц удачно раскроил смахивавшую на летучую мышь мелкую тварь и на секунду отвлекся. Отлично, крылатая делает ноги. Но такой темп долго поддерживать не сможет. Более того – скоро зелье выветрится и «муха» свалится, неизбежно затем вернувшись в паутину. А с ней на спине обогнать местных жителей не получиться. Ну что же…

Жеребец мельком проверил закрепление копья и нацелился на ближайшего паучьего подручного.

— Во славу Одного! – надо же как-то оправдать идиотизм.

На разгон.

-

Рейнбоу очнулась.

Всё тело ноет.

Под копытами трава, камни, корни.

Вокруг деревья.

Она лежит на тропинке в лесу.

Сжав зубы в напряжении, кобылка приподнялась. Голова закружилась, окрасив всё вокруг разноцветными пятнами, через которые впрочем возможно различить пейзаж.

Предгорье. Далеко-далеко, на много часов полета, виднеется Понивилль. Истрепанная повязка на крыле с тихим треском порвалась окончательно и соскользнула вниз. Ветер тут же понес тряпочку куда-то назад.

Даш проследила за ней взглядом и увидела уходящее вглубь горы ущелье…

Перевал – поправило ее просыпающееся сознание и, без предупреждения, вывалило на пегаску всю запоздавшую память о произошедшем.

О том, как элемент Верности сбежала. Бросила его.

Краска стыда залила лицо.

И жуткие твари…

— Арх, — виски захлестнула странная мигрень, а ноги явственно задрожали под ставшим невообразимо тяжелым телом.

В таком состоянии боец из нее никудышный.

Глаза сами собой попытались вернуться к городку. Быть может, она успеет…

Но мгновение слабости прошло также быстро, как и пришло.

Кобылка собралась с силами и как могла быстро поскакала обратно – на встречу с чего бы ни готовившей ей судьбой.

-

Принц устал.

Уже несколько часов он лежит, придавленный трупом, из которого торчит копье. Ни повернуться, ни подняться – сил отвалить гигантского паукокраба ему бы не хватило и в лучшие времена, а ведь сейчас и упереться нормально не получится – проклятая сбруя намертво его заклинила.

Остается только ждать, когда друзья почившего заинтересуются торчащими из-под него копытами. И держать гранату наготове.

Однако они всё не шли и не шли…

Но вот туша дернулась. А затем еще и еще. Уроженец Города простился с миром – и стоило лунному лучу коснуться лица, как чека покинула гнездо.

Увы, сколько бы жеребец не настраивался, а веки всё же зажмурились.

Первая секунда, вторая, третья. Никаких вонзающихся в плоть гигантских челюстей.

Данный факт настолько удивил его, что даже смог пробиться сквозь завесу героизма и заставил-таки раскрыть глаза.

Крылатая. Стоит. Улыбается…

Принца пронзил дикий ужас, но – слава Создателю, не иначе как лично направившему дернувшиеся в отчаянной попытке зубы – тонкая белая пластиночка вошла точно в выемку, отделив один порошок от другого и предотвратив вот-вот долженствовавшую произойти детонацию.

-

Последние сутки оказались на диво насыщенными. Я едва не погиб, чуть не затащив в Бездну заодно и эту безголовую. Вернее, наоборот. Но обо всем по порядку.

В общем, вследствие моей болтливости сия взбалмошная особа узнала о втором, ближнем проходе в Эквестрию и разумеется поперлась именно через этот, непроверенный и потому опасный перевал, предварительно напрочь отказавшись от какой-либо помощи с моей стороны и обвинив в зверском убийстве покусившейся на ее ножки гусеницы. Ну и естественно попала в ловушку.

Слава Единому, что Он послал мне обличение к следованию за ней и мудрость, чтобы не бросится за этой одаренной персоной сразу, но нормально подготовиться. Иначе бы мы оба сейчас висели в мешках.

Сразу не понравился проход – уже хотя бы полным отсутствием некогда столь многочисленных ползучек. Также очевидно весьма активное присутствие ларв – их слизистые, лишенные всякого намека на пощаду к флоре следы повсюду. Впрочем, еще когда я убил одну из них на глазах крылатой мне стало ясно: с моей горой чего-то не так – прежде здесь гигантскими гусеницами и не пахло.

Однако реальность вновь изволила превзойти все ожидания – в ущелье обитал монстр, коего я вряд ли смогу даже достаточно правильно описать. Скажу лишь, что тварь в несколько раз превосходила меня размерами и имела великое множество разнообразных отростков, шипов и клешней. А также плела нечто весьма смахивающее на паутину, только с производительностью небольшой ткацкой мануфактуры.

И он жил не один – вместе с ним на небольшой площадке перед пещерой, уходящей вглубь моего скального массива, ползало несколько до безобразия раздувшихся ларв в компании с лингом – чрезвычайно быстрого, редкого и опасного создания величиной с половину медведя, неким таинственным образом связанная с многоногими – вроде как муравей для тли. Сурв в своих “Заметках” писал, что если обмазаться производимой гусеницами жидкостью, то и пастухи и стадо перестанут на тебя реагировать. Слава Создателю, мне хватило ума последовать сему совету (а также хозяйственности потрошить каждую убитую «корову» на предмет ингредиентов) – и охрана действительно пропустила вашего покорного слугу, приняв за своего.

В глубине перевала располагался небольшой пяточек, прежде наверняка выглядевший на редкость пасторально – имелись следы травы, останки птичьих гнезд и кучка деревьев разной степени обглоданности. И вот на самом целом из них и свисала моя цель в виде нескольких серебристых мешков размером от барсука до пони.

Увы, местный сложноописуемый заводила оказался не столь прост, как его подчиненные, проигнорировав союзнический аромат и атаковав вторженца плевками, на удивление метко поймав ими же брошенные в ответ гранаты. Вот только результат противостояния взрывчатки и склизкой версии паутины вышел явно не в пользу второй, даровав мне возможность пробиться к работающему вешалкой представителю флоры под прикрытием дождя из каменной крошки и небольшого обвала.

Внутри самого большого кокона действительно лежала крылатая, видимо отравленная то ли испарениями материала, то ли введенным во время захвата ядом – в принципе без разницы, потому как пегаска в любом случае и встать самостоятельно не могла. К счастью, ваш покорный слуга предусмотрел подобный поворот событий и заранее подготовил пузырек с возбудителем. Вопреки опасениям, эквестрийка не только не выпала от его аромата в осадок, но еще и пришла в полную физическую готовность к побегу – увы, без прояснения сознания. Пришлось мануально разворачивать ее в сторону Эквестрии и слегка распустить копыта для придания ускорения.

Впрочем, не стоило ожидать, будто обычно травяное (ну и не только) варево сможет сотворить чудо и с одного нюха поставит нелетающего крылатого на ноги. Добавьте к этому полнейшее отсутствие на ней ларвавой жидкости и получите очевидный результат: шансов уйти от «муравьев» у моей невольной спутницы не имелось.

А значит кое-кому в любом случае пришлось бы стать героем.

Удивительно, но факт – драконье копье с одного удара пробило пусть не каменную, но все же по идее весьма крепкую лобовую пластину попытавшегося начать преследование линга. И не надеялся на подобный эффект – максимум думал помешать животине взять разгон. Почти же свободный боковой выход орудия из почившего вовсе на пару мгновений вогнал меня в ступор.

К тому моменту главная тварь еще не выбралась из-под небольшого завала, зато из пещеры показался новый пастух, по какой-то причине также замешкавшийся – вероятно, моя обмазка все еще мешала им воспринять мир должным образом. Задержка стоила зверюге жизни – я размахнулся и забросил в отверстие весь запасной лоток взрывчатки. Детонация удалась на славу: пещеру завалило, что впрочем, по словам Сурва, способно лишь замедлить этих тварей – заодно лишив меня выхода в Вечный лес сошедшим на перевал оползнем.

После решения проблемы лингов в продолжение иррационально — героической деятельности пропал смысл и ваш покорный слуга уже попытался проявить себя в обыном качестве разумного пони, как внезапно обнаружил перед носом последнюю, самую весомую представительницу улья. Чудища весьма удачно перегораживало ставшим очень узким выход, тем самым кстати лишний раз подтвердив у себя наличие какого-никакого, а интеллекта. Брошенные вперед гранаты оказались сбиты еще на полпути, а сразу за тем на земного пони обрушился настоящий дождь из мелких, но очень липких комков паутины, угрожающих если не сбить, то хотя бы отяжелить меня до полной неспособности двигаться в самое ближайшее время. Пришлось плюнуть на попытки обойти врага по насыпи и идти на таран.

Результаты оказались крайне неожиданными – и вновь по вине копья, вопреки всем ожиданиям легко распоровшим долженствующую по идее быть невероятно прочной (и выглядевшую соответственно) грудную броню и пошедшим вверх, образовав в итоге глубокую и длинную рану в теле чудовища. Вроде бы здорово, вот только план заключался в проскальзывании между ног твари, в то время как вставшее стоймя оружие спутало мне все карты, даровав врагу критически важные секунды задержки.

Агония была краткой и очень болезненной – особенно для оказавшегося под шипастой и буквально заливавшей его кровью тушей жеребца.

А затем потянулись часы лежания под медленно остывающим трупом в крайне неудобной позе, с кучей ноющих болячек и вдохновляющим ощущением скорой гибели от клыков и когтей раскопавшихся лингов. И чекой от предпоследней гранаты в зубах.

Но, слава Единому, мне не пришлось тогда умереть. Сюрприз.

Вернувшаяся спутница нашла меня раньше «муравьев», не только отвалив паука, но еще и несмотря на неслабый побочный эффект лекарства оказав помощь в обыске площадки. Ни других пони, ни их останков, к счастью, обнаружить не удалось, зато вашему покорному слуге повезло собрать неплохое количество трофеев. Более всего меня поразила паутина – но об этом позже.

Мы скакали, пока не свалились. Хорошо хоть в Эквестрии нет нужды в поиске пропитания для крылатой. Могу спокойно поразмышлять.

А еще мне стыдно.

-

Рейнбоу грустно вздохнула и съела лишившийся последнего листочка клевер.

Всё-таки как ни крути, а в Понивилль возвращается другая пони.

Конечно, внешне она осталась почти такой же – чуточка грязи и новых царапин не в счет. Но лицезрение происходящего за границей Эквестрии, буквально в нескольких днях от Понивилля, поразило ее до глубины души. В тех местах пони не живут – они выживают. Там растения, которые нельзя есть и монстры, жаждущие слопать тебя.

Картина перевала, со всеми ее ужасающими подробностями, всё еще стояла перед глазами.

Неужели она и правда столь слаба? Если бы не этот земной пони, Даш бы никогда не смогла…

От невеселых мыслей ее отвлек также доселе о чем-то сосредоточенно думавший спутник:

— От чего вы столь грустны? – вежливая улыбка. – Печалитесь, что спасли меня?

— Это ты спас меня. А я сбежала, – выразила главную причину своего страдания пегаска.

Он как-то странно взглянул на нее и поднял копыто вверх:

— По моему указанию, – пауза, – и позвольте заметить: вы вернулись.

— Но сперва я сбежала, – с нажимом повторила Даш, – и даже если бы мне хватило храбрости остаться– то чем «лучшая летунья Эквестрии» смогла бы помочь? Ведь и ларва может победить меня, – с откровенной горечью повесила кобылка голову.

Спутник встал и, подойдя вплотную, аккуратно приподнял ее лицо за подбородок.

— Подготовьтесь. Сейчас будет монолог, – с иронией заметил жеребец, убедившись в наличие контакта.

Несколько мгновений на сбор сил, мощный вдох и:

— Хочу извиниться перед вами. За свое отношение, которое, надеюсь, осталось незамеченным. С самого начала говорящий сие жеребец рассматривал вас исключительно как проблему – очередное препятствие, вставшее на моем пути и потребовавшее к себе внимания. И дело не только в том, что вы эквестрийка, попавшая в дикую часть Вечного леса – нет ничего зазорного в неприспособленности к незнакомой, да и не предназначенной для вас среде. Куда более негативную реакцию во мне вызвал факт вашей крылатости. Видите ли, я не люблю пегасов, — тяжелый, явно имеющий за собой немало эмоций вздох. – Однако польза от них, а вернее от данной им с рождения способности летать, неоспорима. Однако вы оказались лишены данной возможности в момент нашего знакомства и, с моей точки зрения, стали бесполезны. В результате, ваш покорный слуга стал вести себя, будто вы — капризный жеребенок, от которого не ожидают ничего хорошего.

Земной пони перевел дух, попереминался с ноги на ногу и продолжил:

— Вот только вы не вредный ребенок и не бездушная система доставки с дополнительной функцией управления погодой. Я настолько привык смотреть на крылья…или рога…что перестал замечать под ними пони, — земной поклонился ей. — И потому Принц просит прощения за свое отношение и благодарит вас – не только за свое спасение, но и за преподанный ему урок, коий, будучи правильно усвоен, сделает меня совершенней.

От прочувственности отповеди у Даш ком подкатил к горлу, а спутник все еще продолжал:

— Честно говоря, ваш покорный слуга хранил это для себя, но ныне хочу отдать его вам, – он протянул ей маленький фиолетовый флакон на веревочке. – Пожалуйста, вдохните. И знайте: я благодарю Создателя за дарованную мне встречу с вами, госпожа Рейнбоу Даш.

Находясь под впечатлением от речи своего спутника, а также испытывая смутное ощущение, будто пропустила нечто важное, пегаска безропотно приняла сосуд, выкусила пробку и втянула воздух.

Мир закружился перед глазами.

А затем случился удар по голове.

-

В дверь постучали.

Тихонько так. Узнаваемо.

Уже легшая в постель зебра с легкой неохотой встала и направилась ко входу – судя по всему, у него действительно что-то очень важное, раз обычно до крайности вежливый чужеземец решился побеспокоить ее в такой час.

Ну да: под козырьком стоял тот самый странный жеребец в жутковатого вида маске, что некогда столь своеобразно с ней познакомился и с тех пор периодически заглядывает в гости.

— Прошу прощения, госпожа Зекора, но не могли бы вы быть столь любезны, чтобы последовать за мной,– явно нервничая, поклонился пони, даже не став тратить обычные пять минут на расшаркивания. – Здесь недалеко.

Кобыла слегка удивилась – что само по себе немалое достижение – однако же спорить не стала и лишь поинтересовалась, надо ли чего с собой брать, тут же получив отрицательный ответ. В голове уже начали формироваться забавные идеи касательно цели визита, вплоть да самых фантастических…но вид спящей и перемазанной с головы до копыт в грязи Рейнбоу Даш практически в двух шагах от ее дома всё равно стал неожиданностью.

— Не волнуйтесь, — замахал копытами в ответ на ее вопросительный взгляд иноземец. – Я вам всё объясню. Вы не будете против занесения пегаски в дом?

Зебра тут же кивнула и помогла с погрузкой радужногривой ему на спину.

В целом, ничего серьезного: несколько ушибов, множество царапин, почти выздоровевшее крыло и стремительно набухающая шишка на голове. Однако сам факт наличия травм и столь своеобразной компании в любом случае требует объяснений.

Нельзя сказать, будто рассказ ее порадовал. Присутствие столь опасных чудовищ на самой границе вроде бы совершенно спокойной и в принципе не ожидающей нападения Эквестрии беспокоило. Впрочем, всё же закончилось хорошо…

Пардон, почти закончилось: к рассказу приложили просьбу не рассказывать пациентке или ее друзьям о произошедшем – по легенде, она просто нашла пегаску рядом со своим домом в бессознательном состоянии. Сама же Рейнбоу якобы ударилась о какую-нибудь деревяшку по пути от гор. И испытывает некоторые проблемы с памятью в результате упомянутого чрезмерно близкого общения с природой.

Надо признать: парень действительно всё просчитал, пусть сама рациональность подобного спектакля лично ей кажется как минимум сомнительной. Даже просьба выйти из дома перед началом беседы являлась уловкой, дабы Зекоре “не пришлось врать”. Вероятно, и всё остальное – чистая правда, насколько подобное вообще возможно при столь странных понятиях о чести.

А еще весь мнущийся и явно считающий себя вконец обнаглевшим жеребец попросил сварить ему несколько зелий, включая эликсир забвения…

-

Знал бы ты, дневник, до чего приятно вернуться домой.

Я дотащил мою спутницу до известной нам обоим полосатой личности, предварительно воплотив в жизнь хитрый план по избавлению ее от лишних воспоминаний. Вернее, блокированию, но думаю в данном случае сии явления тождественны — зебра утверждала, будто без магии заставить пони забыть что-либо практически невозможно, однако примененная микстура сделает события последних нескольких дней расплывчатыми и, со временем, вдохнувший ее просто перестанет думать о них. Пришлось также для правдоподобности (и закрепления результата) треснуть пегаску веткой. Увы.

Зато теперь происшедшее не будет омрачать ей жизнь – в Эквестрию вернулся полноценный, ничем особо не отличающийся от прочих гражданин. Разве что очень красивый.

Впрочем, на доставке тела моя нервотрепка не закончилась – не успел ваш покорный слуга покинуть гостеприимное жилище Зекоры, как в дверь постучали. С ее молчаливого разрешения я поспешил спрятаться за ширмой, где располагался небольшой складик тенелюбивых зелья и реагентов. Ночными гостями оказались друзья крылатой.

Впервые вижу их вблизи. Пять гладких ухоженных кобылок, представляющих в совокупности забавный пример равенства разных рас пони – по крайней мере, численного. Хоть и не понимаю их речи, но чувствую в голосах ту самую искреннюю радость, коя возникает при счастливом разрешении беспокоившей ситуации. Как и предрекала Рейнбоу Даш. Даже фиолетовая единорожка не скрывает своего облегчения – ну или хотя бы тратит силы на его разыгрывание. Впрочем, и инспекторша ныне кажется вовсе не такой грозной и самовлюбленной, как через телескоп.

Поскорей бы уже ушли, а то спать охота…

-

— Значит, «чувства зебры»? – уточнил Принц и, не удержавшись, зевнул.

Хозяйка помещения чуть насмешливо вскинула бровь и щедро предложила переночевать у нее.

— Благодарю вас, однако на подобную наглость ваш покорный слуга пойти не может – вы и без того уже помогли мне сверх всякой меры, — к тому же тут вроде бы только одна постель. – Кстати, а ведь вы тоже живете в дереве. И не носите одежды.

Взгляд стал удивленным. Откровенно говоря, он сам и не знал, чего ради произнес последнюю ремарку, а потому во избежание каких-либо могущих затянуть пребывание в сем излишне гостеприимном доме проблем извинился и выскользнул за дверь.

Предутренняя морось, какая прелесть. Зато взбодрило и даровало возможность поразмыслить насчет предубеждения и двойных стандартов, коими «его высочество» судя по всему страдает.

Впрочем нет – ныне существует куда более важная тема для разговора с самим собой. Конечно, возможно это всё еще не подтвердится и на самом деле волноваться не о чем…

Ой, да ладно: естественно всё настолько плохо, насколько возможно. Во всяком случае именно к такому следует готовиться.

А значит паутина действительно та самая. В прямом смысле слова чудесный материал, использовавшийся рогоносцами Города для самых ценных артефактов и экспериментов, ценящийся дороже золота и драгоценностей.

— Так почему же эти тряпочки настолько дороги? – всплыла в памяти оставшаяся в былой жизни сцена. — Неужели мы не можем просто добыть еще?

Как раз тогда с чего-то растолстевший Ферос отложил в сторону инструменты и пару минут смотрел в потолок:

— Не можем: существа, производившее ее, исчезли давным-давно – пауза и чуть ли не впервые услышанные в его голосе нотки ужаса. — И я молю Единого, чтобы они никогда больше не вернулись.

## О пользе драконов.

И ремесле земных пони. www.youtube.com/watch?v=_mj769WP2co

Ни разу не открывал свою книгу истории с момента изгнания. Какая-то странная фобия поразила прежде охочего до практически любого печатного слова школяра внутри меня. Возможно, причиной стала ставшая с чего-то противной для вашего покорного слуги магическая природа сего великолепного источника знаний или же тот неоспоримый факт, что подаривший мне данное сокровище единорог на пару с моими братьями и во всем ему подчиняющимся Лордом воздуха изгнали меня из Города. А может это терзания по покинутой Родине память и моем невыполненном долге?

Или воспоминания о Сили.

В любом случае – ныне всем этим сантиментам места нет. У меня накопилось слишком вопросов.

-

Вновь и вновь с ужасом убеждаюсь, что наше прошлое буквально до краев полнится насилием и несправедливостью. Причем как внутренними, вроде бунтов, массовых репрессий, гражданских войн и дискриминации, так и идущих извне, например нашествия лесных страшилищ и эпидемии с голодом. Причем последний, как оказалось, вполне может быть и создан искусственно – дабы плебс поменьше возникал по поводу всякой ерунды вроде расширения прав и сконцентрировался на действительно важном и нужном для своего положения.

И ведь мне стали известны лишь те данные, кои наши правители сочли нужным занести в свои дневники и хроники — а сколько за это время произошло “маленьких” трагедий? Кто способен понять и исчислить нужду семейств, оставшихся без крова из-за алчности магната? Или осознать боль и отчаянье жеребят, потерявших родителей при “восстановлении законности” во взбунтовавшемся районе?

Хотя чего еще можно ожидать от поселения, построенного на крови гостеприимных аборигенов и тысячелетнем угнетении искавших лучшей доли земных пони?

Воистину «Кладбище Мечтаний», в котором правители занимаются работорговлей…

Довольно самобичеваний – мы хотя бы не находимся всю жизнь под ментальным контролем вечной Принцессы, коя движет светила и чьих эмиссаров бояться как огня. Да и глупо рассчитывать, будто в мире существуют места без несчастья – ведь мы сами и являемся источником всего зла и несправедливости в мире.

Впрочем, кто знает? А вдруг Чужие Небеса возможны и на сей бренной земле? Вот только нас туда в любом случае не пустят – а то еще надышим злобных бактерий…

Прошу прощения у уважаемых читателей – просто новое столкновение с нашими замечательными традициями и обычаями вызвало у меня очередной культурный шок.

Самое печальное, что все мои страдания были напрасны, ибо Принц по сию пору не нашел никакого упоминания ни о паутине, ни об ее производителях. Причем пропускать даже самые насыщенные малоприятными деталями моменты вашему покорному слуге никак нельзя – ведь наверняка именно там, в полном соответствии с законом подлости, и будет сокрыт ответ на поставленный вопрос. Если он вообще имеется в пределах досягаемости – как-никак в подаренной мне книжице далеко не все городская библиотека.

Периодически становится совсем невмоготу от описания «славных» деяний собственных предков и тогда изгнанник занимается обычной деятельностью, неизменно являющейся самым успокаивающим и умиротворяющим занятием из возможных. Да еще и на порядок более вознаграждающим – под моим чутким руководством грибы полностью оправились от разорительных набегов прожорливой мелочевки и разрослись пуще прежнего. Видно всё же не зря земным так активно удобряли мозги бессветным земледелием.

Видел знакомую пегаску. Во всяком случае надеюсь, что это она. Насколько мне удалось понять, госпожа Рейнбоу Даш предприняла попытку создать цирковую труппу из разных летающих существ и одного самодвижущегося зеленого камня. Весьма удивила их послушность – возможно эквестрийцы обладают какими-то особыми способностями по общению с животными.

Наблюдение за ее таинственными экзерсисами привело к внезапному обнаружению мной прежде как-то не замеченного здоровенного ущелья (не представляю, каким образом его ранее не замечал), где пишущий это имел счастье обнаружить хиринов – гигантских подземных змей – давненько уже считавшимися вымершим видом. Есть мнение, будто именно благодаря данным в прямом смысле слова чудовищным созданиям появилась разветвлённая сеть тоннелей под Вечным лесом, ныне используемая огромным количеством разнообразнейших тварей, включая и вашего покорного слугу. Примечательно: понивилльские пони не проявляют ни малейшего следа страха по отношению к ним, да и само наличие этих монстров на территории Эквестрии свидетельствует об их по крайней мере относительной безобидности.

Подозреваю, что тут не обошлось без влияния Целестии – в конце концов, лишенных интеллекта существ преобразовать еще проще, чем эквестрийцев. Тем более, когда они настолько полезны.

-

Вновь видел ларву. На шляпу уже смахивала, зараза отъевшаяся.

Лес в пригорье пустеет. Ни животных, ни периодически разнообразивших мой рацион насекомых, ни дикорастущих грибов – даже птицы куда-то пропали, порой вместе с гнездами и скорлупой.

Растения также стали исчезать – нечто сжирает их одно за другим, причем чрезвычайно быстро. Недели не проходит после появления первых укусов, как от дерева остаются лишь щепки да остатки корневой системы. О траве и кустах можно говорить вровень с мифами. Таинственный враг Вечного явно идет как минимум к локальному успеху.

Подозреваю, что процесс идет уже довольно давно – я просто не обращал внимания.

Предпринял дополнительные меры по защите убежища.

-

Внезапно заметил за собой склонность уделять своей знакомой крылатой значительно большее внимание, чем прежде. Все-таки ее поступки ваш покорный слуга еще как-то может объяснить. Надеюсь.

Сложилось впечатление, будто радужногривая с чего-то задалась целью заменить собой все экстренные спасательные службы Понивилля – причем судя по восторженным толпам, занимается сим неблагодарным занятием бесплатно. И тем самым тормозит развитие местной системы предотвращения несчастных случаев, вселяя в местных жителей ложное ощущение безопасности.

Впрочем, аборигены тоже хороши — я конечно всего-навсего дикий горожанин (да еще и изгнанный), но даже при всем моем зверстве идея просто-напросто поставить на опасных участках заграждения не кажется мне такой уж бессмысленной. Ну или там ремонтные работы бы вовремя производить. Хотя бы за жеребятами пусть одним глазком поглядывать бы.

Так или иначе, а вскоре у пегаски появился помощник, примечательный уже как минимум наличием одежды. Однако на порядок более стоящим внимание фактором являлась его подозрительная универсальность, бросающая тень и на самую его видовую принадлежность – всё же вряд ли на свете существует пони, способный одновременно и летать и использовать явно не последние по мощи заклятья. Быть может это один из их повелителей, только совсем молодой и потому невеликий размером? Или один из потомков «живых»?

Увы, сия тайна так и осталась неразгаданной – через пару дней активной работы на публику персона в плаще просто исчезла, будто ее никогда и не существовало. Такие дела.

Как грится, туда ему и дорога — меня куда сильнее взволновало и опечалило иное событие — а именно разрушение каркаса первого четырехэтажного (а может и больше) здания Понивилля. Признаться честно, ваш покорный слуга неоднократно с замиранием сердца глазел на неожиданно высокотехнологичное производство, определенно не являвшееся для местных жителей чем-то выдающимся и не вносил сведения о нем в журнал исключительно по причине желания продемонстрировать вам полные впечатления, включающие и конечные результаты деятельности.

Более всего пишущего сие поразила самостоятельно движущаяся лебедка для доставки стальных балок на строящийся этаж, причем являвшаяся далеко не единственной представительницей машинного племени на этой явно заурядной стройке. Такое обилие металла заставляет поверить в наличие эффективно работающей добывающей и металлургической промышленности, а довольно компактные и наверняка не шибко дорогие механизмы – в высокий уровень машиностроения.

Мы в Городе, разумеется, тоже не щи лаптем хлебаем, но наши подъемники, за редким исключением, стационарные или рельсовые, а для их перемещения и питания используется магия единорогов, коих, с содроганием признаю, на понивилльской производственной площадке я как-то не заметил. Остается утешаться только заметно меньшей скоростью и уровнем безотказности местной разработки – откровенно говоря, слабовато по сравнению с немагическим приводом.

В целом, Эквестрия представляется настоящей загадкой, причем с любой стороны – будь то политическая, социальная или технологическая. Присутствие чуть ли не обожествленных правителей и их ставленников, один вид которых повергает горожан на колени или обращает в бегство, сочетается с отказом от полиции или армии. Явное главенство единорогов – с отсутствием видимой постороннему глазу сегрегации и явной дискриминации. Наличие редких наукоемких агрегатов, вроде автоматической лебедки или железной дороги – с минимализмом, преобладанием ручного труда и повсеместном использовании натуральных и, как следствие, малоэффективных материалов.

Не знаю, как всё это объяснить. Возможно, механизмы закупаются у других стран? Тот же поезд давно известен и уже которое поколение используется Городом на всеразличных внутренних маршрутах, пусть и практически не развиваясь (нам просто некуда прокладывать пути – Вечный лес поглотит любые постройки). Или Понивилль просто является далекой провинцией, куда достижения эквестрийской цивилизации доходят с большим опозданием и только в виде особой милости их высочеств?

Так или иначе, Принц получил множество знаний из одного только наблюдения за сим городком через телескоп, а сколь многое открылось бы мне, стань я частью этой страны? Но вряд ли бы в таком случае изгнаннику позволили бы поделиться своими находками с Родиной.

-

Наконец обнаружил искомое в личном дневнике седьмого Лорда земли: четкое и недвусмысленное описание паутины в списке полученных по результатам “Тайной войны” трофеев. А заодно и историю о произошедшем в те страшные годы, кою хочу донести до вас, будущие пони. Потому как такое следует помнить.

Город переживал очередной, неизвестно какой по счету период упадка и социального напряжения. Всё как обычно: предшествующее материальное процветание и пап десятков лет отсутствия сколь-либо значимых проблем привели к росту самосознания и переключению внимания с первичных нужд на более высокие, а значит — очередной попытке уравнения моих сородичей в правах с остальными обитателями Родины. Предложенные правительством отписки и пара брошенных костей вроде разрешения селиться в Верхней части при наличии определенного (почти невероятного) уровня дохода не удовлетворили, а скорее даже раззадорили народное недовольство, чем воспользовались радикалы, на чье счастье (хотя скорей уж беду) пришелся развязавший им копыта случай – уничтоживший большую часть чайного урожая пожар. Заодно и использовали закономерный скачок цен на сей «народообразующий» продукт в качестве повода.

Восстание подавили, а «недоросших до свобод» бескрылых и безрогих пони сурово ущемили, включая и практически полный запрет для представителей нашего вида на посещение правительственных и просто богатых кварталов. Разумеется, за попыткой бунта последовала полицейская реакция, вылившаяся в зачастую неоправданную жестокость и настоящий дождь из наказаний за любое проявление неповиновения: Лорд пишет, будто чуть ли не все работы в Нижней выполнялись штрафниками и заключенными, но и несмотря на это тюрьма находилась в состоянии перманентного переполнения.

И вот в данное, по большому счету, довольно обычное для Родины время до властьпредержащих начали доходить известия о странных тварях, замеченных у противоположной стороны горы и массовой миграции животных оттуда же. Поначалу информации не придали особого значения – Вечный лес велик и кто знает, какие опасности могут скрываться в его глубинах? Да и не всё ли равно? Стены выдержали прошлых монстров — справятся и с новыми желающими попробовать их на зуб.

Но в один “прекрасный” день случилось нечто, заставившее наших наибольших насторожиться – а именно прилетевший к ним одинокий пегас, оказавшийся единственным выжившим с дальней заставы. Ночью на их башню напали существа, по описанию весьма сильно смахивающие на известных мне лингов, и практически без потерь истребили весь находившийся внутри гарнизон. Он сам спасся исключительно потому, что в момент атаки осуществлял с товарищем патрульный облет. Напарник устремился в уже безнадежный тогда бой, не оставив ему иного выбора, кроме как выполнить свой печальный и, по воззрениям «повелителей небес», позорный долг.

Весть повлекла за собой логичные последствия – к оставленному сторожевому посту направили крупный отряд крылатых, вскоре подтвердивших рассказ спасшегося и сообщивших о намерении командира продвинутся вглубь леса ради локализации источника заразы. Через какое-то время прибыл еще один пернатый со срочной просьбой о помощи и извещением об обнаружении логова тварей – крупной пещеры в неделе лета от Города. В первую же очередь авангард нуждался во взрывчатке.

Насколько пишущий сей текст жеребец смог понять, в те времена наши бомбы были далеки от нынешнего совершенства – иначе запрошенного количества хватило бы на уничтожение всей Дворцовой пещеры. Хотя мало ли – может их цель и правда не уступала размерами нашему символу величия?

Так или иначе, через несколько недель посланцы вернулись и доложили о ликвидации потенциальной угрозы для Города путем подрыва всех соединявших гнездо с поверхностью тоннелей. Правительство успокоилось и снова обратило внимание на внутренние неурядицы.

Однако проблему, естественно, так просто решить не удалось: меньше месяца спустя никем не охраняемые Драконьи ворота оказались буквально разорваны в клочья и крупный отряд тех самых лесных созданий вторгся в Нижнюю часть. Его разбили с большими потерями и привлечением немалых подкреплений – рассказчик пишет, что лишь помощь рогатого персонала из почти случайно оказавшейся поблизости научной инсталляции спасла не приученных к сражениям под землей крылатых солдат от разгрома и смогла удержать тварей в пещерах. По счастью, данный инцидент случился ранним утром, когда заключенных еще не вывели на работы и потому никто из моих скованных сородичей не погиб.

Но и столь явное доказательство серьезности угрозы не впечатлило Лордов магии и воздуха – они всё еще боялись земных пони больше, чем традиционно принимаемых за обычных безмозглых животных внешних врагов. Все материалы о произошедшем засекретили, трупы списали как погибших под обвалом, а ворота восстановили, укрепили магией и выставили постоянную охрану из магов и пегасов, успешно отразивших последовавшие несколько попыток прорыва.

Мне неизвестно, сколько времени прошло с первого нападения – Лорд оказался увлечен борьбой за облегчение гнета над своими подданными и делал лишь нерегулярные, полные горечи заметки о постоянных отказах и полнейшем отсутствии у «братьев» и Совета желания идти на компромисс. А потому следующий акт сей драмы мог произойти и год спустя — на сей раз враг самостоятельно прокопал себе проход в толще скалы, пусть и весьма узкий. Защитникам вновь повезло: тоннель также вышел в Нижнюю часть и потому его удалось быстро ликвидировать, но сам факт наличия у «зверей» горнопроходческих способностей уже не на шутку встревожил правителей, заставив их таки прийти к мнению о неизбежности проведения наступательной операции за Драконьи врата.

Кратко: она провалилась. С треском. Войска понесли значительные потери и оказались остановлены буквально в паре часов хода от нашей части подземелий. Причин указано как минимум две: совершенно невообразимое обилие противников и еще более неожиданное их видовое разнообразие: если линги и ларвы это «пастухи» с «овцами», то новые чудища имели полное право именоваться «воинами» и «громилами». В итоге горожане приняли решение остановиться и занять оборону в первой же крупной пещере до тех пор, пока не удастся собрать хотя бы минимум информации о противнике и выработать сколь-либо адекватную стратегию.

Так прошло несколько месяцев. И без того немало дискредитировавшие себя в качестве основной ударной силы пегасы показали уже полную неэффективность и оказались в большинстве своем отозваны на поверхность — таким образом, почти вся тяжесть военных действий легла на единорогов. Враг более не пытался или не мог рыть новые тоннели, однако даже при атаке из одного и того же сотни раз изученного и со всей возможной смекалкой подготовленного места он раз за разом уносил с собой чьи-то жизни. Совет использовал взрывчатку – завалы разбирались, гигантскую мясорубку – ее забивали до заклинивания и поломки, вырывал ров – он заполнялся телами доверху и тем самым переставал существовать. Причем твари раз от разу становились всё разнообразнее и в конце концов буквально пропитанный смертью зал посетило существо, ликвидировавшее последнее явное преимущество оборонявшихся – волшебство.

Тот самый паукокраб, плюющийся препятствующей магии паутиной. Тот день стал последним для многих и лишь ценой огромных усилий горожанам удалось удержать укрепления. Немалое количество пони просто испарилось – видимо чудища утащили их с собой.

У правителей не осталось выбора: они либо допустят земных пони до оружия либо проиграют. Однако рогоносцы и крылатые все еще слишком боялись нас и стремились во что бы то ни стало сохранить войну в тайне. Причина очевидна и сокрыта в самом типе их мышления: демонстрация слабости правительства через просьбу о помощи + выдача ненадежным гражданам средств уничтожения = новая попытка переворота, могущая стать концом всего. Честно говоря, ваш покорный слуга вполне понимает их опасения – как минимум за счет постановки себя на место нормального сородича, коему наконец-то дали возможность отыграться за все издевательства вышестоящих. Главный рогоносец предложил более “безопасное” для Города решение и лишь тяжесть ситуации заставила моего рассказчика согласиться с ним. Не бесплатно, разумеется – а именно взамен сей пытавшийся быть достойным сын нашего рода потребовал всеобщей амнистии и таки весомого уравнения в правах.

Тут автор дневника со смаком повествует о перекошенных рожах своих братьев и внезапном прорезании жажды поиска компромиссного решения, разбившейся об уже его ослиное упрямство.

В общем, им пришлось пойти на уступки и как результат во Внешней части и выселках открылись десятки призывных пунктов, предоставляющих любому желающему право записаться на “смертельно опасное, но высокооплачиваемое и чрезвычайно важное для Родины задание”. В тюрьме же не стали заморачиваться со всей этой имитацией выбора и просто преподнесли каждому сколь-либо здоровому заключенному “особый черный чай” в качестве поздравления на свежесозданный праздник «Народного единства» — умели эти древние Лорды пошутить. Впрочем, тот же подарок получал и любой «свободный» пони, который пытался отказаться от задания по выяснению деталей, что наглядно демонстрирует Значимость самоопределения каждого отдельного индивида для руководителей Города.

Так формировалось чуть ли не первое в истории про-правительственное ополчение бескрылых пони – из магически порабощенных заключенных и не успевших вовремя сбежать «добровольцев». Подавляющий волю контроль не прошел бесследно — лимитирование сознания серьезно ограничило умственный потенциал, что малоприятно даже при рассмотрении смазки для мечей. Поэтому над ними поставили офицеров – тех молодцов, кои не отказывались от своей записи на героизм после объяснения задачи и обстоятельств.

В их ряды вливались очень разные индивиды: одни мечтали об обещанных в награду за верную службу славе и богатстве, другие понимали свой долг перед Отчизной и готовились умереть ради ее блага, третьи жаждали вырваться из душащих их оков расовой сегрегации и встать вровень с более многоконечными согражданами…ну и естественно, имелись и те, кто истекал слюнями при одной мысли об обладании абсолютной властью над своими менее везучими или решительными соратниками. В войска брали всех – ибо они в любом случае являлись не более чем мясом в глазах собственных наибольших. Просто разного сорта.

Однако наличие пони – это одно, а превращение толпы в армию – нечто совсем другое. Кузницы и мастерские магов работали днем и ночью, в то время как новобранцы тренировались до изнеможения под надзором окончательно раздавленных и озлобленных на весь мир пегасов, не упускающих случая смешать «штрейкбрехеров» с грязью.

Именно тогда начались столь печально описываемые Лордом единорожьи прогулки по улицам в поисках тяжелобольных и калек – якобы для бесплатного использования на них новых, революционных методов лечения. Как будто у них имелось на то время или желание. Практически никто из “пациентов” не возвращался, как не покидали стен исследовательских центров и изначально находившиеся в ведении рогоносцев тяжелораненные с фронта. Немногие таки проявившиеся после госпитализации оказывались здоровы, но никаких деталей касательно своего пребывания в лапах «врачей» открыть не могли.

Попытка автора дневника чуть глубже проникнуть в эту тайну натолкнулась на категорический отказ от его магического коллеги и пожелание не лезть не в свое дело: «всё совершаемое мною, делается ради блага Города».

В любом случае, чего бы там не творилось, а совсем скоро на передовую поступил первый полностью подготовленный и экипированный отряд из «перевоспитанных» головорезов во главе с опытным охотником – и сразу же доказал свою высочайшую эффективность почти бескровной победой над превосходящими силами противника.

Лорд пишет, что лично встретился с ними сразу после сражения. Сытый и здоровый вид, отличные кольчуги, первоклассные копья – и пустота в глазах. «Боялся увидеть там заключенного в клетку зверя. Может они и правда ничего не осознают?». Впрочем, он почти тут же свернул на описание особо привлекшего его внимание офицерского оружия: легкого и прочного изделия из неизвестного даже ему материала, дополнительно зачарованного на износостойкость и пробивную силу и снабженного чем-то уже совершенно невероятным из тайных закромов волшебников – на погибель тварям. В общем, я узнал в нем «свое» копье.

Мои сородичи всё прибывали, ситуация выравнивалась вместе с потихоньку стягивающимся на первичные позиции фронтом. Ощутив возвращение инициативы, правительство постановило провести новую наступательную акцию – на сей раз из единорогов и земных пони, с пегасами лишь в качестве связистов и вспомогательных войск. Потери вновь оказались весьма велики, но командование котировало ополченцев куда ниже регулярных войск и потому операция продолжалось до тех пор, пока не удалось добраться до следующей гигантской пещеры, бывшей своеобразным транспортным узлом тварей. Там построили новый оборонительный рубеж — из-за обилия проходов военные не имели возможности немедленно определить направление дальнейшего движения.

Меж тем в тылах начались проблемы. Друзья и родственники тайных солдат стали устраивать забастовки, бойкоты и марши с очевидными для всех требованиями. Вопреки ожиданиям лидирующую роль в движении заняли кобылы — в основном жены пропавших. Разумеется, позволить народному самосознанию зреть во время требующей всего внимания борьбы за выживание было бы смерти подобно и потому государство не замедлило дать ответ – в виде жестокого и не санкционированного «моим» Лордом разгона особо крупного шествия. Толпу щедро угостили дубинками преизрядно соскучившихся по возможности доказать свою компетентность пегасов, а зачинщиц схватили и напоили особым черным, дабы они указали на своих сподвижников и активных единомышленников. К ним также заглянули единороги с тем же напитком.

Автор как обычно стерпел столь наплевательское отношение к принципам разделения власти в Городе и лишь немного опосля поинтересовался судьбой задержанных. «Бунтовщики направлены на фронт в качестве вспомогательного персонала» — уже не внушающий особых надежд на их благополучие ответ, вот только со ссылкой на собственные каналы рассказчик сообщает еще более забавный вариант – а именно о наблюдении значимого количества молодых бескрылых и безрогих кобылок уходящих с торговыми караванами. А еще он отмечает, что маги на какое-то время прекратили поиск новых “пациентов”, тем не менее высказывая надежду на «совпадение»

Не знаю даже, чего мне в тот момент хотелось больше – задушить Мирака за восстановление как оказалось имеющей давние корни традиции или пнуть через века этого «защитника интересов земных пони», в итоге ограничившегося лишь требованием бесплатного обучения отпрысков всех «защитников Города» по программе Принцев. Впрочем, ни первое, ни второе не в моих силах – поэтому продолжим о делах старины глубокой.

На десятый месяц войны наступил новый перелом – противник выдвинул вперед чудовищ, чья шкура чрезвычайно хорошо сопротивлялась как магии, так и стали. Лишь офицерские копья всё еще проявляли себя как абсолютное оружие – вот только редко кто из имеющих разум мог и хотел подобраться к твари на расстояние удара. Враг смял позиции защитников и погнал их в тыл.

Но на всякое действие найдется противодействие: когда пони сражались уже почти у Драконьих ворот в ход пошел новый козырь – первые бомбы в современном понимании сего слова. Несовершенные, склонные к произвольной детонации, тяжелые, неудобные и куда более требовательные как в смысле сырья и технологии, так и по времени изготовлении. Однако всё же достаточные для того, чтобы остановить катящийся на горожан вал, а затем и отбросить его. Вот только очередного оборонительного рубежа никто обустраивать не стал — командование уже поняло, что на всякий их трюк твари выдадут свой. И в борьбе на истощение у Города шансов нет.

Так началось последнее, самое славное и драматическое наступление той войны. Тысячи моих сограждан легли костьми, метр за метром выбивая и не думавших мельчать существ из занятых ими тоннелей, в итоге ценой ужасающих жертв прорвавшись-таки к сердцу напавшей на Родину орды.

Огромная подземная зала, почти сравнимая с Дворцовой, на треть заполненное существом, которое Лорду удалось описать лишь с третьей попытки. «Гигантское, покрытое множеством струпьев и пузырей дерево, чьи ветви обвивают стены, «листва» закрывает потолок, а толстенные голые корни без остановки рождают новых страшилищ».

Защитники Города смогли укрепиться у входа, однако все их попытки навредить «колоссу» не принесли сколь-либо значимого результата – ибо как убить настоящую гору плоти? Потрепыхавшись еще немного, пони возложили свои ожидания на новейшее, чрезвычайно дорогое и опасное изобретение, последнюю надежду Города — магические гранаты…

Вот только их не успели доставить: на девятый день осады с противоположной стороны пещеры раздался ужасающий рык и внутрь ворвался язык пламени, увлекая за собой обугливающихся чудовищ. А затем внутри начали заползать бившие хвостами и рвущие всё вокруг лапами драконы. Семеро. И даже сотни роящихся тварей ничего не могли им противопоставить – пока в дело не вступил сам хозяин зверинца, почти мгновенно задушивший своими щупальцами одного из звероящеров и какое-то время в одиночку сдерживавший прочих, но на исход сражения его буйство уже повлиять не могло. Лорд наблюдал за гибелью монстра из глубины тоннеля, куда горожане организованно отступили, стоило им понять свою избыточность в сем наполненным красным цветом спектакле.

Так чудовище нашло свой конец – и с его смертью фактически завершилась «Тайная война». И пусть не наши предки нанесли ему последний удар, это именно им современные горожане обязаны за факт собственного существования.

И пусть маги с пегасами держали фронт в первых битвах, а потом тренировали бойцов и зачаровывали оружие, но Город бы не выжил без моих сородичей – столетиями угнетаемых, унижаемых, зачастую лишаемых даже права называться разумными существами и гражданами нашей общей Родины земных пони. Это бескрылые жеребцы и кобылы не дали врагу преодолеть Драконьи Врата и они же создавали наши гранаты и мины, не говоря уже о ковке доспехов, добыче топлива, выращивании грибов и сотнях других дел, всегда бывших нашим ремеслом.

И именно оно позволило выстоять против тварей.

-

Лорд не мог сказать наверняка, кто первым инициировал переговоры — он вообще с трудом верил в саму возможность их осуществления и, судя по насмешливому тону записей, до самого конца не сомневался в шутливости предложений «брата». Однако беседа таки состоялась – и ему, как проспорившему, пришлось съесть книгу об этикете раннегородского периода («слегка солоновата – видно от слез прежде пытавшихся осилить весь этот бред школяров»).

Представителем Города стал добровольно вызвавшийся владыка пегасов. Фиолетово-красный дракон назвался Кировагром.

Сражавшиеся с горожанами существа являлись древними врагами рода звероящеров. Казалось бы абсурдное сочетание – ибо разве что-то способно противостоять этим повелителям пламени и небес, да еще и всем сразу – однако и несмотря на бесчисленное количество сражений, жертв и побед «нидах» («мерзость») всегда таинственным образом уходила от полного уничтожения, неизменно затем возрождаясь в самых непредсказуемых местах и обстоятельствах, вновь, как и тысячи лет назад, пытаясь уничтожить весь мир.

Парламентер заявил, будто доволен мужеством защитников Города сумевших столь долго отвлекать врага и тем самым замедлить их на достаточное для его народа время, чтобы успеть сорганизоваться и нанести удар. Наградой же стало обещание рассказать о природе противостоявших им созданий, а также помочь раненным. Правда последнее только при условии, что все пострадавшие соберутся в некогда бывшей домом колосса пещере – якобы он намерен использовать редкое одноразовое средство.

“Моему” Лорду подобное предложение, да и вся ситуация, сильно не понравились («до заворота кишок»), однако его рогатый коллега настоял на принятии предложения – как минимум в качестве жеста доверия к «союзникам». И пока в ставшую гигантским крематорием залу доставляли раненых, дракон доносил до владык сведения о павшем противнике.

Происхождение мерзости неизвестно – они могли быть порождением Тартара, творением безумного мага или даже пришельцами из иного мира. Да и вообще об этих тварях очень сложно говорить с уверенностью, ибо постоянное изменение – постоянная часть их природы. И это первая из трех вещей, которые известны точно. Две другие тривиальней: эти существа опасны и стремятся пожрать всё, до чего смогут дотянуться.

Тысячи лет назад, во время первого контакта звероящеров с их будущими смертельными врагами, вид последних был совершенно иным, как и поведение. Тогда твари не прятались, не убегали, не пытались адаптироваться, а лишь перли нескончаемым потоком во все стороны. Вскоре ситуация стала настолько катастрофична, что заставила драконов — вечных индивидуалистов и одиночек – впервые в истории объединиться, но и при столь великом достижении победа над «Ордой» досталась им лишь ценой огромных усилий и жертв.

Но гибель того, первого Источника не стала концом противостояния – из столетия в столетие звероящеры продолжали искать новые гнезда тварей от одного края подвластного им мира до другого не имея возможности обрести покой, ибо некогда шедшие напролом монстры превратились в мастеров скрытности и маскировки, вечно ждущих удобного момента и никогда не чурающихся нападать исподтишка. Однако никакие их увертки не могли спасти колоссов от пламени, а по прошествии тысяч лет борьбы некоторые представители огненных ящериц научились чувствовать присутствие своих врагов, тем самым лишив их и возможности прятаться. Тем не менее, и этим «избранным» далеко не всегда удавалось обнаружить логова существ достаточно рано и твари успевали пожрать очень многое — а чем больше они поглощают, тем сильнее становятся. И порой уже мерзость начинала охотиться на драконов.

Уничтоженный в результате “Тайной войны” колосс к концу существования почти достиг нужного возраста и мощи для порождения исполинов, способных чуть ли не на равных сражаться с огнедышащими, однако благодаря сопротивлению Города занялся, по словам Кировагра, “всякой мелюзгой" — но даже несмотря на это смог сломать шею одному из его сородичей и немало изранить еще нескольких.

Потому очень важно пытаться выследить – и ликвидировать — их на начальной стадии.

Появлению тварей всегда предшествуют магические выбросы. Любой природы. Первое порождение нового гнезда – это множество мельчайших разноцветных шариков, питающихся плодами земли и размножающихся с ужасающей скоростью. Звероящер предполагал, будто благодаря им нидах проводит разведку, а затем используют в качестве пищи. Потом в округе появляются ларвы, также скорее всего являющиеся не более чем фуражирами будущей орды. Следом за ними приходят линги, уже целенаправленно охотящиеся и уничтожающие потенциальных противников. Происходящее же после того пони имели несчастье лицезреть собственными глазами – и тогда лишь драконы способны совладать с жаждущими пожрать всё на свете монстрами.

И редко когда такая битва обходится без жертв со стороны звероящеров. В то время как существа зачастую выживают, пусть и в весьма малых количествах — лишенные направляющей воли родителя они дичают и разбредаются в произвольных направлениях. Однако стоит им найти другого колосса или хотя бы его начаток и их жизни вновь обретают цель – в служении стражами нового ростка гибели.

Шансы на подобный исход, увы, весьма велики — семена мерзости каким-то образом еще в незапамятные времена расселились по всему миру и находятся в могущей продолжаться сотни и тысячи лет “спячке”, доколе их не потревожит магия. Чем больше волшебства они воспримут, тем агрессивнее становятся.

И потому он остается здесь: пусть зло способно поднять голову в любой точке карты, однако более всего шанс на подобный исход именно у тех мест, что некогда уже испытали на себе его тлетворное влияние – сколь бы «очищенными» они не казались.

Нельзя сказать, будто Лорды образовались подобному соседству – у них успели сформироваться планы по присоединению неожиданно обширной системы пещер за Драконьими воротами к Нижней части с последующим ее заселением и окультуриванием. Однако мнения пони никто не спрашивал. Тогда правители попытались не упустить по крайней мере сиюминутной выгоды – в виде просьбы о разрешении на сбор трофеев: сколь бы ужасными не являлись чуть не сожравшие Родину создания, а тела монстров представляли из себя настоящий клад редких материалов. Звероящер ответил отказом – «его» зал стал неприкосновенным с момента гибели предыдущего хозяина, однако Кировагр ничего не имел против очищения ведущих к Городу тоннелей от остатков тварей. При условии, чтобы впредь пони вовсе не посещали данную часть подземелий.

В целом, автор счел сии переговоры плодотворными – знания, разрешение на утилизацию трупов плюс получение пусть и не вызывающего особого доверия, однако весьма могучего союзника в борьбе с могущими вернуться противниками. Жилого пространства конечно жаль, однако это уже «альтернативные издержки».

В общем, успех. Оставалось лишь воспользоваться предложенной помощью в лечении раненых и можно с триумфом возвращаться в Город. Их кстати оказалось не так много – всего лишь около двух сотен солдат и офицеров. Продолжавшийся неделями яростный натиск вообще не способствует выживаемости. По команде дракона они выстроились перед ним в несколько рядов и закрыли глаза.

«Спаситель» сжег их. Всех до единого:

“Любой из них мог нести в себе семя. Я не могу допустить, чтобы гибель моего собрата оказалась бессмысленна”.

Подобное обращение с героями, не жалевшими своих жизней в борьбе против мерзости, взбесило Лордов воздуха и земли, чуть не бросивших на ждущего того убийцу оставшиеся войска. Но глава единорогов не дал им совершить никаких глупостей, просто усыпив “братьев” и единолично уведя армию за Драконьи ворота.

Таков стал последний аккорд «Тайной войны». Однако ее эхо и не думало затихать…

Потом – необходимо отдохнуть.

-

Со стыдом вынужден признаться: я таки сделал это. Три куколки из веточек, соломы и бересты – точь-в-точь, как на оставшемся в другой жизни уроке труда. И даже поиграл с ними в казнь. Следующим пунктом будут увеселительные прогулки на гигантском жуке и жалобы трупам по поводу недостаточной комфортности моего подземного жилища…

Простите – имел нужду как-то сбросить пар. Окунемся-ка снова в историю.

Несмотря на вмешавшуюся в планы «наших защитников» драконью жадность, обилие полученных трофеев оказалось слишком велико, чтобы его прятать. Количество же потерь вовсе невозможно было скрыть. И если первое досталось в основном единорогам, то второе по большей части пришлось на долю моих сородичей. От таинственности “Тайной войны” осталось только первое слово в названии. Как результат, произошло именно то, чего всё это время боялись Лорды и их приближенные – восстание. Кровавое, беспощадное и массовое.

За оружие взялись не только бескрылые и безрогие «недограждане». Против учиненной правительством несправедливости выступили и многие их более везучие на телесные придатки собратья, коих однако в рядах революционеров всё равно присутствовало меньшинство. Казалось бы, владыкам нечего бояться: у них прекрасно оснащенная, опытная, закаленная в боях и полностью подконтрольная армия, буквально вчера лезшая на многократно превосходящего ее численностью врага как сумасшедшая. Но пони, даже земные – не вещи. И глупо ожидать что, будучи однажды положены на полку, они будут спокойно и безропотно лежать там, покуда ты не соблаговолишь воспользоваться ими снова.

В офицерской среде имел место заговор. Из захваченных антимагических трофеев – “паучьего шелка” и “чихания бирера” мои сородичи тайно изготовляли подшлемники, затем надевавшиеся на подчиненных им солдат. Через какое-то время несчастные освобождались от контроля со стороны магов и, по большей части, вливались в ряды «освободителей». Отказавшиеся (например, просто хотевшие домой), лишались защиты и вновь попадали в ментальное рабство. К моменту окончания войны больше половины солдат уже получили возможность мыслить самостоятельно и в полной мере сознательно сражались за Родину. И уж кто-кто, а сии ветераны и герои точно знали, насколько их страна нуждается в наведении порядка – а потому нет ничего удивительного в присоединении большей части армии земных пони к повстанцам.

Увы – или к счастью – и это весьма солидное подспорье не перевесило чашу весов на сторону справедливости. Потому как власти Города все еще обладали весомыми силами: не такой уж ничтожный корпус оставшихся верными «добровольцев», в том числе и действительно свободных, большинство единорогов, крепость Главной части и большая часть стратегических запасов. Но главное – на их стороне стояли пегасы.

Крылатые, показав свою полную беспомощность вне небес, практически не участвовали в войне и потому понесли наименьшие потери в живой силе — чего нельзя сказать о буквально обливавшейся кровью гордости: прирожденные воины, сотни лет практически в одиночку защищавшие Город от всего ненавидящего его мира, оказались бесполезны для своей Отчизны в час величайшей нужды. Потеряли саму суть и смысл бытия – единственное оправдание для жизни и дыхания общим воздухом…

Могу себе представить, насколько наши дорогие братья обрадовались «бунту неблагодарной черни», давшим «повелителям небес» долгожданный шанс “восстановить свою честь”, продемонстрировав оттачиваемое из поколения в поколение умение “наводить законность”. И уж на открытом пространстве с ними не могли соперничать даже прошедшие войну былые товарищи.

Периодически переходящие в откровенную резню вооруженные столкновения продолжались несколько месяцев и поглотили немалое количество душ как сражавшихся, таки просто пытавшихся выжить в воцарившемся хаосе мирных жителей. Революционеры проигрывали, однако и не собирались сдаваться – в немалой степени благодаря объявленной государством непримиримой политики по отношению к «предателям Родины». Но вечно подобное положение длиться не могло и в конце концов земным пони – офицерам из противоборствующих лагерей удалось инициировать переговоры, неожиданно завершившиеся успехом.

Правительство пошло на многие уступки – пусть и по большей части уже бывшие обещанными Лорду земли за его сотрудничество. Самой же радикальной и непримиримой части восставших, категорически отвергавшей возможность мира без казни виновных в преступлениях против понячности (т.е. всего высшего руководства страны), предложили покинуть Город. После воистину последнего, закончившегося провалом и чуть не вылившегося в отвратительную бойню наступления, они оказались вынуждены согласиться, забрав с собой чуть ли не половину всех городских запасов продовольствия и вобрав в свой исход многих бойцов и командиров спасшей Отчизну от тварей армии.

Итоги. “Особый черный чай” попал под официальный и абсолютный запрет, а технику магического контроля объявили вне закона. Земные пони наконец получили долгожданное уравнение в правах со своими собратьями и частичное перераспределение обязанностей заодно с некоторой частью оставшейся после гражданской войны собственности. Кое-какие “пациенты” вернулись к родным. На центральной площади Главной части установили памятник моим сородичам — солдатам “Тайной войны”, а имена всех погибших занесли на каменные таблички и выставили на всеобщее обозрение в Музее.

Здорово, не так ли? Как грится, все счастливы и вместе обитают в самом замечательном месте на планете. Вон даже те никак не хотевшие жить дружно дурачки из радикалов тоже всего-то через годик одумалась и вернулась домой – вернее маленькая их кучка, типа все, кого удалось собрать после устроенного какими-то рогато-крылатыми варварами из огромного поселения на севере побоища. А вот нечего пытаться вступать со всяким лесным зверьем в торговые отношения и тем более глупо спрашивать у них, где бы тут имеет смысл поселиться.

В общем, мораль проста: сиди дома, выполняй приказы и не рыпайся, а то от тарелки отлучат…

Вновь прошу простить мою клоунаду. Просто слишком уж тяжело читать всё это.

Почему?

Возможно в вашем времени, уважаемые будущие читатели, всё будет по-другому, но лично я никогда и не слышал ни о «Тайной войне», ни о столь героически проявивших себя в ней сородичах. И симптомы от ”особого черного” очень похожи на виденное мной у продаваемых земных кобылок. Но это, естественно, лишь домыслы и вообще пропаганда обозлившегося на РОДИНУ изгнанника – как-никак сей напиток был официально запрещен.

К тому же таблички с именами ваш покорный слуга видел собственными глазами — в закрытом архиве единорогов, куда не пускают даже Принцев. Да и статуя тоже на месте — только теперь изображает Кона Тоната – как-никак чего добро выбрасывать? Всего-то ведь и надо, что приделать крылышки и Основатель готов.

Интересно: а существует ли вообще граница для нашей неблагодарности? Или дно у цинизма политиков?

Хотя будто бы предатель интересов Города способен чего-то сказать об этом.

Извините меня.

Очень интересная и поучительная история. Заставляет о многом задуматься.

Хочу только добавить пару маленьких деталей: уцелевших после встречи с «живыми» поставили на испытательный срок, а позже амнистировали. Лидер же оставшейся горстки «радикалов» — герой войны и высший офицер — вскоре ушел в Лес и так никогда из него и не вернулся.

## В гостях у чудовища.

Пили. Закусывали. Стреляли по паразитам. https://www.youtube.com/watch?v=3tkcu-tJzDc

Наконец отошел от последствий погружения в славные дела предков и смог трезво оценить собственное положение в настоящем. И надо сказать, результаты анализа меня не радуют.

Разноцветные жрущие всё подряд шарики уже были. Ларвы много месяцев ползают как у себя дома. Появились линги и охотники. И весь этот зоопарк лезет из пещеры под моей горой. Сомнениям по поводу природы соседей за той самой Дверью не осталось места (хотя отпугнувшее меня в первый раз ощущение ЖУТИ всё еще остается неизвестной переменной – не хотелось бы верить, будто эти чудовища являются еще и менталистами) — слава Единому, что я не полез исследовать ее при заселении в мой новый дом. Однако на этом поводы для восхваления временно заканчиваются, потому как ответа на главный вопрос почему-то до сих пор не прослеживается.

Я изгнан и не имею права даже приближаться к Городу. И он в любом случае слишком далек.

Можно предупредить эквестрийцев – не верю, что все они столь же безобидны и бетризованы, как моя знакомая пегаска. Но кто мне поверит? Да и насколько серьезно воспримут эти беззаботные варвары весть о всепожирающих чудовищах на самой границы своей страны? По некой таинственной причине мне не улыбается вести на смерть полдюжины сельских кобылок…

Тварей же с каждым днем становится больше. И беззащитный Понивилль у них прямо под носом. С ужасом убеждаюсь в неизбежности становления героем и спасти меня от сей чаши способно лишь вмешательства самого ненавидимого существа во вселенной. Вот только проклятые звероящеры вполне могут не прилететь вовсе или же обратить на творящееся здесь внимание лишь когда тут камня на камне не останется.

Ладно, без паники. В любом случае, следует подготовиться.

-

Прошел целый месяц – и никто не пришел. Эквестрия будто бы не видит творящейся у самых ее пределов подготовки а маршу ужаса.

Перед горой уже образовалась начавшая плесневеть пустошь без единого следа зелени. Несколько раз видел вроде бы тащивших кого-то лингов.

Боюсь выходить наружу. Закупорился так, что без клещей не выдерешь. Но меня вряд ли защитит и целый склад ловушек.

Время истекает и возможности выбора почти иссякли.

Уже неделю не могу нормально спать. Страх не дает – и осознание, что вот-вот настанет ТОТ САМЫЙ момент.

-

Обмундирование вычищено, смазано, перебрано, починено и закреплено. В полном соответствии с сотни лет как неиспользовавшейся традицией «служителей земли» — наемников, преизрядно поубивавших народу в смутные времена между Крылатой демократией и Реставрацией Лордов –разоделся в бой как на парад, хорошо хоть без буфов и разрезов.

Припасы собраны. Еду приготовил заранее – гора не настолько большая, чтобы беспокоиться о сроке годности, хотя на всякий случай взял трехдневный НЗ сушеных грибов. Из вспомогательного только самое необходимое – вряд ли у меня будет возможность и желание чинить одежду ТАМ.

Гранаты изготовлены, причем в избытке – обвешан как крыжовник. Даже в попытке отсрочить героизм расщедрился на создание кустарной волшебной бомбы – за рецепт спасибо «братику», тогда еще звавшемуся Хорном. Именно она когда-то спасла нашу жаждущую стать Принцами тройку от змея – гигантская рептилия проглотила брошенную в нее шарик и в результате частично кристаллизовалась во фруктовый леденец. Мы ели ее несколько недель…

Это всё лирика лишь бы выиграть еще несколько минут перед отбытием.

Кто бы знал, до чего же мне страшно. За стеной зло, некогда едва не одолевшее весь Город – чего ему может противопоставить всего-навсего один изгнанник?

Однако в делах долга результат не столь уж и важен.

-

Помню, кто-то сказал: “первый шаг – самый трудный, а дальше само пойдет” (вроде бы про грибы). Необходимо признать, потерявшийся в славном прошлом доброжелатель абсолютно прав: на втором всё действительно сразу стало очень просто и очевидно – Дверь захлопнулась.

Пытался вскрыть ее несколько часов, весь обливаясь потом от ужаса и сквозь зубы молясь, чтобы местные жители оказались глухи как пробки. Судя потому, что даже с переставшими дрожать копытами результата ваш покорный слуга так и не достиг, сей вратообразный монстр до сих пор несет на себе оставшиеся от прежних обитателей колонии чары. Впрочем, обо всем по порядку.

Итак, безуспешно посребшись об отрезавшую путь к отступлению преграду и немного придя в себя, пишущий сие таки начал очень медленно и осторожно двигаться вглубь многообещающего тоннеля. В первой же пещере меня ожидал поистине великолепный урожай знания – в виде множества разбросанных по полу предметов понического производства, перемешанных с небольшим количеством также принадлежащих представителям моего вида костей. Вдохновляющая находка для чуть не падающего в обморок от страха Принца, не правда ли? Среди прочего, я обнаружил неожиданно хорошо сохранившийся в позеленевшем от времени бронзовом футляре дневник, проливший свет на уже заброшенную мной тайну покинутого форпоста.

Вопреки всем моим знаниям об истории и доктрине нашей Родины, оказывается в недавнем прошлом у нее имелся период территориальной экспансии. Вернее попытки. Причина тривиальна: горожан в очередной раз стало слишком много для уже полторы сотни лет (со времен создания внешней стены) не расширявшегося жизненного пространства. И, что куда важнее, поголовье недовольных проводимой правительством политики увеличивалось даже быстрее общей популяции. Ну а поскольку мы всё же хоть немного учимся на ошибках прошлого, традиционным методам исправления общественного сознания предпочли беспрецедентный, но определенно менее кровавый и сулящий немалые выгоды вариант – создание колоний.

Автор найденного послания потомкам, бывший комендантом ныне занимаемой мной фактории, не указал количество новых поселений, тем не менее утверждая возможность свободного расселения в них тысяч граждан. Каждая из инсталляций предполагалась как полностью самообеспечивающийся, надежно защищенный и полностью подчиненной Совету и Лордам Город в миниатюре. С последним пунктом, как и следовало ожидать, вышел прокол. Составлявшие львиную долю переселенцев диссиденты, преступники и просто несогласные, внезапно, не видели особого смысла в подчинении властям по сути дела изгнавшей их Отчизны. Начался парад суверенитетов, неизменно насильственный и кое-где успешный. Владыки направили в оставшиеся форпосты дополнительные силы и одновременно попытались отбить перешедшие под управление повстанцев колонии — тем самым ослабив гарнизон Города, чем не замедлили воспользоваться еще не выселенные возмутители спокойствия. В ответ на начавшиеся волнения государство отозвало часть войск из факторий в метрополию — с понятным результатом.

Подобная канитель продолжалась несколько лет. В итоге проект признали бесперспективным и вредным для Родины, а оставшихся лояльными колонистов отозвали. О судьбе же повстанцев в дневнике нет ни слова, кроме стенаний по поводу преждевременности использования «плода бесчестья», чего бы оно не значило.

Причиной же обнаружения мною данного дневника послужило любопытство его владельца. И гордыня. Сей жеребец являлся не первым комендантом этой крепости — всю первоначальную “администрацию” перевели на более опасные участки и когда он со своим отрядом прибыл сюда Дверь уже стояла — и никто из отъезжающих не удосужился объяснить ему, чего ради ее установили, передав лишь четкий и недвусмысленный приказ: ради безопасности колонии ни при каких обстоятельствах не открывать сего архитектурного монстра. Слушать же “вздор копошащегося в грязи бескрылого сброда”, как новый командир отзывался о большей части населения колонии, виделось ему ниже своего достоинства.

Но вот пришла директива об оставлении форпоста. Первой же партией отправив в Город всех единорогов и почти всё сколь-либо важное оборудование, автор решил, будто теперь ничто уже не мешает удовлетворению его любопытства. К походу сей самодовольный индюк подготовился с той же грацией и проницательностью, кою проявлял и в руководстве – а именно взяв в качестве дополнительной боевой единицы значительную часть заключенных разумеется и не подумав поинтересоваться их мнением. И, оставив десяток солдат в полупустом форте, двинулся в неизвестность.

В общем, отличная возможность для моего обычного нытья о “моих белых и пушистых сородичах, которых погнали на смерть ради удовлетворения своих личных интересов жестокие крылатые угнетатели ”. Можно прикладывать платочки к лицам и бить себя в грудь.

Вот только в изобилии разбросанные по пещера пегасьи доспехи имеют явно указывавшие на кирки отверстия. Причем судя по решетообразности большинства из них, избивали «повелителей небес» долго и весело. И вот после такого-то праздника духа бывшие каторжники внезапно обнаружили невозможность открыть дверь со своей стороны – хоть об этом безголовый комендант сумел позаботиться.

Вряд ли беглецам удалось уйти далеко. Потому как Стражи наверняка уже тогда стояли на посту и вполне могли справится хоть с сотней бедолаг и без помощи определенно совсем еще юного улья – главной, пусть и вполне ожидаемой новости, коя ждала меня чуть дальше по тоннелю в крупной подземной зале, ныне более всего напоминавшей муравейник только с куда более разнообразными обитателями.

В центре пещеры на покрытом каким-то наверняка не вполне естественным мхом холмике располагается колосс. Во всяком случае, именно так я себе его представлял – с поправкой на возраст. Создание размером с очень широкий двухэтажный дом, выглядящее как дерево с тонкими безлистыми ветвями, толстым коротким стволом и непропорционально большими отростками-корнями, состовляющими большую часть туши. И в полутьме видно, как он постоянно пульсирует и едва заметно шатается взад-вперед. Из вершины периодически выпускается высокая струя едва различимого на глаз газа, а из пор в нижней части туловища – сироп, служащий пищей крупным обитателям гнезда.

Столь малое количество костей по сравнению с обилием вещей в месте обнаружения дневника объясняется деятельностью скрибов: эти здоровенные жуки занимают в данном обществе роль утилизаторов – перерабатывают твердые ткани и прочие части тел добытых существ, кои не способны переварить другие жители, на выходе производя полужидкую фиолетово-розовую массу. Причем мусорщики специально тащат свою еду ближе к центру колонии для создания сплошного покрова. Таким образом создается питательная среда, позволяющая растить требующуюся для жизни органики прямо внутри улья – в основном совершенно не знакомые мне грибы.

К настоящему моменту весь пол залы покрыт сей жижей, что говорит о немалом количестве сырья за которое, вероятнее всего, стоит благодарить других постоянных обитателей пещеры, поименованных мною Стражами. Они подобны вставшим вертикально и выросшим в десятки раз скрибам. Их задние ножки уже не могли держать огромные туши и перемещаются они прямо на брюхе, передние же отросли и превратились в устрашающего размера орудия убийства. Головная треугольная пластина стала относительно остальных вдвое больше, а челюсти, весьма развитые и у падальщиков, без проблем откусили бы мне голову. Даже отсюда на броне видны множество царапин с выбоинами, да и в целом охранники выглядят сильно побитыми жизнью. Выскажу предположение, что вокруг колосса несет службу трио ветеранов какого-то ранее павшего улья.

Периодически в пещеру заглядывают линги, каждый раз таща с собой покрытую полупрозрачной пленкой добычу. Вся она доставалась колоссу, целиком заглатывавшему ее своими корнями. Его рацион оказался весьма разнообразен: птицы, ящерицы, крупные насекомые, небольшие животные — видел и как несколько субординатов притащили ему целого медведя, тоже, как ни странно бывшего проглоченным целиком, хоть и с немалыми трудностями (аж понадеялся, что чудище лопнет с натуги). Непереваренные кости выбрасываются утилизаторам.

Самая же незавидная роль досталась ларвам. Видимо гусеницы действительно служат самоходными фабриками для переработки любой органики в пригодную для главного пищу — и этой пищей являются они сами. Некоторые раздувшиеся до совершенно невозможных объемов насекомые сами вползают в разверстые пасти монстра — других приносят линги. Теперь понятно, почему чем больше особь, тем меньше в ней защитной жидкости – со временем ее предполагается употребить и, следовательно, когда гусеница становиться слишком большой и медлительной, «пастухи» должны воспринять «овцу» за добычу и отнести в логово.

Перечисленными местное видовое разнообразие никак не ограничивается. Здесь имеются толстые, смахивающие на блюдца жуки — собиратели урожая. Стрекозы, покрывавшие слюной стены и потолок, вероятно ради укрепления породы и теплоизоляции. Пауки, уничтожавшие чуждые сообществу растения и грибы. Обеспечивающие освещение слизни. И множество других, еще более непонятных по функции и виду создания, вместе образовавших превосходно организованный и по-своему прекрасный мир.

Даже попытался сделать несколько зарисовок особенно впечатляющих особей – вроде шибко напомнившей мне своей дырявостью «живых» многоножки, видимо занимавшейся фертилизацией почвы. С понятным результатом – «легче удавиться, чем научить это думающее шестеренками юное дарование рисованию».

Грустно думать, будто всё это великолепие существует лишь для разрушения.

-

Откровенно говоря, пишущий сие начинает сожалеть о необходимости уничтожения сего чудесного сообщества, что впрочем ни в коей мере не облегчает поставленной задачи. Пусть использованная перед открытием двери ларвовая жидкость делает меня невидимым для большинства местных обитателей: рабочие, охотники, фермеры – все больше доверяют обонянию, нежели зрению — однако я искренне сомневаюсь в эффективности подобного трюка против Стражей, особенно если вспомнить неподверженность сей слабости «паука». Кстати, если тут есть другие плеватели, то моя песенка считай спета.

Хотя в открытом бою у меня шансов нет и так и так – любой ветеран наверняка сможет почти без усилий размазать вашего покорного слугу по стеночке, а ведь они никогда не дежурят в одиночестве.

-

Имел сомнительное удовольствие наблюдать рождение ларв: несколько маленьких ярко-зеленых гусениц вылезло из расположенного в дальней части залы кокона. Прежде принимал их за камни.

Новорожденные вопреки ожиданиям не отправились сразу наружу за пищей, а начали ползать по полу пещеры и поедать грибы. Для пробы бросил камень в одну из гусениц. Видно их панцирь еще не окреп – она расплескалась с первого же попадания. Дежуривший у колосса Страж как-то почуял ее гибель и тут же бросился проверять “место преступления”, после чего зарыскал по зале, демонстрируя при этом немалую скорость и отличные скалолазные способности, окончательно убедив меня в бесперспективности прямого противостояния.

-

Уже четыре дня, как я прячусь на этих скалах и до сих пор не могу найти решения. Потолок слишком высоко и к тому же практически ровный – обрушить скорее всего не удастся. Выйти из пещеры невозможно – единственный проход на отлично виден местными правоохранителями. Отравить также не получится – даже будь у меня достаточное количество самого действенного яда, пищу всё равно тащат через вход на противоположной стороне залы. Героизм не принесет никаких результатов – просто не добегу на расстояние броска и не факт, что моя волшебная граната убьет колосса, а об обычных и заикаться наверное не стоит. Положение начинает казаться безнадежным.

Но страха нет. Единый со мной.

Недавно в голову пришла в меру бредовая мысль – раз на копытах нет ничего, могущего помочь победить тварей, то почему бы не попытаться сделать чего-нибудь новое? В конце концов, материалов вокруг полно, главное – уметь их заметить.

-

Поздравь меня, дневник, с лицезрением истинного Чуда — я жив и ныне перевожу дух у самого выхода из пещеры, а колосс мертв.

К концу недели вашему покорному слуге удалось сделать из обломков оружия крылатых и некой эластичной полузатвердевшей слизи примитивную баллисту. Воодушевленный успешно проведенными испытаниями (запускал из нее камни в противоположную стену пещеры), построил еще несколько подобных орудий. Однако после этого перед поническим техническим гением встала новая проблема – чековые гранаты, которые первоначально рассчитывалось использовать в качестве снарядов, не годились для поставленной цели – они бы банально не долетели до цели, а фитильные слишком ненадежны – огонь мог погаснуть как при соприкосновении с влажным противником, так и в полете. Возлагать же все свои надежды на единственную волшебную у пишущего сие не имелось ни малейшего желания.

Но мне таки пришлось довериться провидению, потому как пришедшие на второй день моих мучительных сомнений охотники притащили папочке подарочки от “паука”. И в одном из мешков отчетливо виделся силуэт пони.

Не буду расписывать охватившие меня в тот момент эмоции – скажу лишь, что самой приличной формулировкой будет «фрустрация». Тем не менее, Принцу удалось совладать с собой и таки выполнить возложенный на него долг – начав с запуска неположенного мне по безрогости козыря, удачно приземлившегося прямо в один из ртов как раз заглатывавшего ларву монстра. Раздался приглушенный взрыв, корень вздулся…

… и ничего не произошло.

Кляня себя за неудачную поделку и пережив новый приступ недостойной горожанина трусости, я уже начал лихорадочно готовиться к бомбардировке успевших обернуться в мою сторону Стражей. Однако колосс внезапно нарушил свое обычное расписание и досрочно выпустил клуб пара – да еще и вместо обычного сгустка белесого газа к потолку с оглушительным грохотом устремился целый зеленоватый столб, разбившийся о камни и начавший стремительно оседать на скрибов-переростков, которых неожиданно начало корежить.

Они топорщили чешую, извивались, махали лезвиями, катались по полу и выли. А затем без всякого предупреждения напали на своего подопечного. Линги, тут же бросив груз, атаковали бунтовщиков, а колосс начал отмахиваться “ветками”. К становящейся всё менее осмысленной драке присоединились и некоторые другие жители улья, а затем в кучу-малу полетели и гроздья моих гранат

В итоге невыполнимая миссия оказалась завершена буквально минут за сорок – а счастливчик поспешил к мешку. Внутри действительно оказался пони: жеребец-земной салатового цвета, причем без сомнения являющийся жителем Города. Еще дышавший и продолжающий сие одобряемое обществом занятие и по сию пору.

Необходимо дотащить его до форпоста – в любой момент могут вернуться линги или ларвы. Сбор трофеев придется оставить на потом.

-

Как ни странно, на теле пациента практически нет ран — несколько ушибов и царапин не в счет. Состояние стабильное, симптомы недомогания схожи с демонстрируемыми после захвата Рейнбоу Даш, разве только в более экстремальной форме. Вероятно, догадка насчет испарений таки верна. На всякий случай вколол ему пару общих стимуляторов – сейчас уже корю себя за это последними словами: никто ж не знает, как они могут среагировать с ядом тварей.

Ладно, будем надеяться, что парень оклемается – помочь всё равно не знаю как. Но пока вроде всё путем.

Забавно: у меня с чего-то складывается ощущение, будто этот пони “какой-то не такой” — видно я настолько привык к внешнему виду наших эквестрийских сородичей, что стал воспринимать его за норму. Таким образом вашему покорному слуге представилась редкая возможность посмотреть на привычные с детства черты со стороны.

Надо признать, результат осмотра оставил у меня исключительно приятные впечатления: широкая грудь, мощные передние копыта, пропорциональное тело – во всем чувствуется некая внутренняя основательность – пухлые эквестрийцы выглядели бы слабовато на фоне моего соотечественника. Жаль обо мне подобного не скажешь. Ну и ношение одежды также способствует внушительности.

Жеребец, как и пишущий сие, одет в кожаную куртку – многокарманницу, хотя и не из биреровой кожи. Судя по некоторым найденным при поверхностном обыске вещам, он работает исследователем или разведчиком. Из оружия нашел только ножны от длинного ножа – вероятно, остальное потерялось во время боя или транспортировки. В целом, обмундирование вполне знакомое, за исключением одного крайне интересного предмета – чего-то вроде широкой немного изогнутой у конца трубки, напоминающей музыкальный инструмент, но явственно пахнущей чем-то очень едким и смутно знакомым. Жаль, не могу изучить попристальнее – будет уж слишком бесцеремонно.

-

Не смог удержаться и оставил-таки своего бессознательного гостя в одиночестве. В оправдание скажу лишь одно — здоровяк спал здоровым и беспробудным сном младенца. Хотя подозреваю, что даже будь у него жар и горячечный бред, ваш покорный слуга всё равно бы не смог устоять перед искушением — жадность влекла меня как на колесиках.

Не могу передать, КАКИЕ эмоция я испытал, оценив масштабы доставшейся мне добычи. Наверное лучше всего пишущего данный текст понял бы хомяк, на которого снизошел арбуз. То есть с одной стороны плавно переходящий в экстаз внеземной счастье, а с другой – дикое, рвущее нутро горе вперемешку с разочарованием от осознания своей невозможности утащить всё.

Впрочем, через пару часов лихорадочных скачек и тщетных попыток взвалить на себя вдвое превышающую пони размерами кучу самых ценных вещей, сознание наконец начало проясняться. В конце концов, об этом месте ведь никто кроме «героя» и оставшихся тварей не знает. Требуется всего-навсего установить ловушки на входе на случай возвращения жителей погибшей колонии и в будущем Принцу наверняка хватит времени, чтобы должным образом распорядиться свалившимся на голову богатством.

-

Опять забыл о непрезентабельности своего внешнего вида.

К чести моего гостя должен заметить, что он не вскрикнул и не отпрыгнул, когда из коридора на него накинулся непонятный тип в устрашающей маске – ваш покорный слуга всё еще мысленно перебирал добычу и просто не заметил вставшего пациента за маячившей перед глазами горой сокровищ. Собрат лишь направил мне в грудь закреплённую на правой ноге трубку, чем еще более меня заинтриговал.

Увы, на сей раз разговора не состоялось – узнав об отсутствии опасности гость снова свалился. Обидно: я-то уже решил, будто в кои-то веки попавшийся собеседник уже вполне здоров и готов быстренько поделиться вестями с Родины, после чего радостно согласиться помочь с сортировкой трофеев.

-

Спасенный оказался удивительно назойливой личностью.

Безусловно, в обычное время изгнанник буквально сгорал бы от жажды пообщаться хоть с кем-то, тем более с соотечественником. Однако в данный момент, когда на расстоянии пары часов хода от моего дома в буквальном смысле слова гниют ценнейшие материалы, сама мысль о потере времени даже на краткую беседу вызывает лишь жгучее раздражение. Тем более, что мой бывший пациент является редким конспиратором: изо всех сил пытается увильнуть от любых вопросов, как-либо касающихся его жизни, дома или направления деятельности. Пришлось ставить вопрос ребром, но и тогда ответ ограничился фразой: “не имею права об этом рассказывать”.

А я-то себя считал параноиком.

Выяснив же, кто перед ним, жеребец прям таки с ума сошел чуть ли не насильно начав тянуть Принца куда-то в лес.

-

Прости за вырванные страницы, дорогой дневник. Положа ногу на сердце: сие соделано не из желания скрыть от тебя или “будущих пони” что-либо порочащее. Просто с меня взяли обещание: никому не рассказывать о виденном и слышанном в последнем путешествии.

Скажу лишь одно: оно дало мне преизрядно пищи для размышлений и, не менее приятно, наконец-то предоставило возможность заново подковаться.

-

По счастью, перед походом успел собрать и законсервировать большую часть склонных к гниению и представлявших из себя хоть какую-то ценность трофеев. Впрочем, кто знает – вполне вероятно из-за нехватки образования ваш покорный слуга растратил все свои время и силы на безделушки, упустив в итоге настоящие сокровища.

Так или иначе, в данный момент мне предстоит воистину захватывающее действо – обработка не подверженной быстрому разложению добычи, переоценка имеющихся ресурсов, транспортировка, складирование и прочая наполняющие сердце любого скряги теплом и радостью активность, во время которой мне представиться отличная возможность как следует поразмыслить над сделанным предложением. Плюс давно пора готовиться к зиме – уже подмораживать начинает.

-

До чего печально смотреть на мертвый улей – некогда вместилище кипящей и бьющей через край от радости бытия жизни, готовившееся к великим свершениям царство порядка и гармонии ныне представляет собой лишь гору гниющих распотрошенных останков, в которых шевелятся несколько чудом выживших мелких обитателей, несмотря на обстоятельства продолжающих заниматься бессмысленной работой.

И сегодня в сей Дом Мечтаний, ставший Кладбищем, зашел мародер, уничтоживший целое общество ради мнимого благополучия кучки своих не умеющих даже носить одежду варварских сородичей. По чести говоря, не всё ли им равно, как именно несуществовать – в счастливом и вечном рабстве у «высшей расы» или в качестве пищи для чего-то быть может более великого…

Пардон, глупость сморозил. Но кто бы знал, насколько же мне жаль всего этого исчезнувшего великолепия!

Вероятно, банально надышался каких-то местных миазмов в изобилии наполняющих пещеру — увлекшись мыслями об очередной разделке трупов, ваш покорный слуга совершенно забыл о паре неприятных явлений традиционно сопутствующих массовому забою бродящей там и сям в органическом виде материи. И если смрад еще теоретически возможно перенести, то отвратная жижа с обильным и весьма деятельным населением под ногами окончательно отбила у меня охоту к работе.

Ничего удивительного: сколь бы совершенной и замечательной ни была искусственная среда, а без поддерживающих ее производительных сил она обречена в любом случае. Скоро от былого величия не останется и следа.

Приду сюда после заморозков.

-

Принц закрыл дневник и привычным жестом положил его в боковой карман. Бросил последний грустный взгляд на в прямом смысле слова погасшее вместилище жизни – и развернулся в обратный путь, погрузившись в невеселые мысли.

У самого выхода из пещеры изгнанник остановился – счистить с копыт налипшую грязь – и ему на глаза попался скриб. Эти маленькие трудолюбивые жуки также пытались защитить колосса и, как казалось при осмотре места битвы, все пали смертью храбрых. Конкретно же данный представитель утилизаторской профессии видимо на момент революции находился в командировке.

С чего-то заинтересовавшись, земной пони подошел поближе. Вероятно, предположение о неучастии насекомого в битве является преждевременным – у него не хватает ножки, а на панцире имеются две здоровенные борозды – наверное кто-то пытался его съесть. Транспортируемая им кость провалилась в небольшую сужающуюся у концов трещину и застряла там, а несчастный бедолага никак не мог ее вытащить.

Перед мысленным взором жеребца вдруг с чего-то возникла Родина, каковой она снилась ему в кошмарных снах – разрушенная проклятым драконом. И выбирающийся из обугленных вонючих руин пони, весь в шрамах и подпалинах, но всё же живой. Какой-нибудь простой работяга: пекарь, строитель, ткач или один из сотен других «обычных» граждан, на каждодневном труде которых лежит благополучие величественного Города.

Что чувствует этот несчастный? О чем думает, глядя на свое павший жертвой безжалостного врага обиталище? Когда видит все мечты и идеалы растоптанными в прах, а тех, на кого возлагались его надежды и кому он доверял, не выдержавшими возложенной на них ответственности?

Чего же сему горожанину остается делать, стоя на развалинах его мира?

Вариантов, в общем-то, немного: умереть, будучи не в силах пережить крушение своей вселенной или уйти, тщась вновь обрести счастье где-то еще. Но разве возможно вот так просто взять и бросить дом?

Думаю, сначала сей безвестный «счастливчик» попытался бы хоть как-то обмануться, точь-в-точь как скриб — воскресить, пусть и иллюзорно, Отчизну, коей он и многие поколения его предки посвящали бытие, вложив в ее будущее столько сил и средств. Небось попытался бы собрать стенку здания или совершить ставший за годы ритуалом поход на превращенный в черное пятно рынок….

А может и не из шока, но в знак почета и памяти к навеки ушедшей главе своей жизни.

Когда у него имелось место — его место.

И ожидания. И смысл.

Ничего уже нет.

Принц закрыл глаза, успокаиваясь. Вроде бы у края глаза даже появилась слезинка. Ох уж это живое воображение – расклеился при виде какого-то безмозглого жучка, до сих пор с ослиным упрямством пытающегося вытянуть чьи-то останки из мельчайшей расселины в полу.

Изгнанник не смог сдержать ухмылки и, действую скорее по наитию, нежели велению рассудка, аккуратно вытащил никому уже не могущий помочь груз из трещины. Кажется скриб пискнул в ответ…

Не сходи с ума – велел себе земной пони, глядя вслед потерявшему всё насекомому – они не знают благодарности, да и вообще вряд ли осознают твое существование. Просто животные.

Пора «домой».

-

После возвращения из пещеры колосса на меня с чего-то напала хандра, напрочь лишившая желания делать вообще что-либо. Увы или к счастью, жизнь всегда сможет заставить.

Спасибо ларвам, съевшим все деревья на несколько часов хода вокруг горы, моя топливозаготовительная деятельность превратилась в весьма растянутый по времени и расстоянию кошмар с алгоритмом собрать-взвалить-тащить-вывалить-забрать мусор-вынести-заново. Дрова сырые, да и вообще со всех сторон малопригодные для полноценного сугреву, но зато хоть форпост слегка подрасчистился.

Та же беда с лесной пищей, да к тому же еще наложились последствия миграции: бегущие от тварей животные объели каждый кустик в радиусе нескольких километров, поэтому ради нямки пришлось предпринять полноценную экспедицию – и вернуться практически ни с чем, ибо и обычные конкуренты не дремлют, а сезон уже кончается. Придется всю зиму питаться грибами.

Не знаю даже, радоваться ли мне или печалиться, что вчера морось наконец сменилась снегом. Пожалуй, всё же второе – ибо под ногами теперь омерзительная скользкая слякоть. А дел ведь еще так много…

-

Странно: вроде и зима не особо суровая и год закончился неплохо (не каждый же день удается спасти мир) и заняться есть чем – до сих пор разгребаю, чищу и сортирую трофеи – а на душе так муторно, будто всё мое существование…не суть.

Видно так на меня повлияла «прогулка». Ведь казалось, вот-вот – и я вновь буду окружен сотнями подобных мне и получу возможность снова служить Высшему Благу. Воистину, язык мой-враг мой. Да и эти конспираторы тоже хороши – не могли разве поупрашивать Принца хоть чуть-чуть подольше?

Дожилися – еще и брюзжу в тебя, дорогой дневник.

И с Зекорой не пообщаться – она на зиму куда-то съехала.

Скоро подвывать от одиночества начну. Во всяком случае одно безумство, изошедшее из страстного желания общения я уже задумал – а именно наведаться в Понивилль. Там как раз кажется собираются организовать некое празднество и вроде бы намечается театральное представление.

Намерен посмотреть его. Незаметно, разумеется.

-

Не перестаю удивляться беззаботности понивилльцев: они так озабочены своими приготовлениями и настолько уверены в отсутствии даже минимальной угрозы, что не замечают и происходящего прямо под носом. Или это на них холодная погода действует? В любом случае, проникнуть в город и залезть на самый балкон мэрии оказалось до безобразия легко.

Аж появилось желание бросить внутрь бомбочку, дабы хоть немного разворошить этих возомнивших реальность прекрасным сном эквестрийцев — ради их же блага. Увы, ваш покорный слуга совершенно бессовестным образом сдержал сей благородный порыв из эгоистичного желания посмотреть-таки пьесу. Ничего – совершу предупредительный террористический акт в следующий раз. Потому как представление определенно стоило того.

Благодаря новой подзорной трубе (три слова: налаженное промышленное производство – это вам не моя кустарщина из спичек и желудей) удалось четко разглядеть губы рассказчика – светло-сиреневой кобылки с полосатой розово-белой гривой – и, спасибо старому подарочку магов, понять по крайней мере часть постановки.

Аборигены разыгрывали сцены рождения своей Отчизны.

Признаюсь, прежде как-то не задумывался о том, откуда пришли предки нынешних жителей Эквестрии. Ответ оказался в общем-то ожидаемым, но от того не менее приятным: у нас с ними одни корни – древняя Родина, до сих пор скорее всего представляющая из себя припорошенный снегом кусок вечной мерзлоты. Целестия правит потомками тех пони, что остались верны законным правителям – командиру Хурри Каину, канцлеру Пуду Ингхеду и принцессе Платине (никогда о ней не слышал – вероятно от того, что интересовался). Эти вожди прошлого, осознав невозможность борьбы с Долгой Зимой, в итоге решили последовать примеру незадолго до того сбежавшего в Лес Основателя и направили собственные экспедиции на поиски нового дома для населения гибнущей страны.

И внезапно нашли Эквестрию, где их подстерегло наказание за бесчисленные раздоры в виде вморозившей их в ледяные глыбы сверхъестественной силы. Та же участь ожидала и их запертых в морозной тюрьме подчиненных, однако стоявшие на краю пропасти субординаты нашли в себе силы отбросить былые обиды и гордыню, сплотившись вокруг мага. Некая быстрая фраза – не успел углядеть – и вознесшаяся к потолку вспышка, распустившаяся поглотившем несущих кару существ алым сердечком.

Короче, все спаслись благодаря рогоносцу. Кто бы сомневался.

В завершение та же магия освободила трех лидеров и очистила новую землю от снега. Не вполне понимаю – что мешало волшебникам сделать это раньше? До собственно признания их высшей расой и спасителями? Рассказчик только как заведенный говорил чего-то про разогревание «дружбы» — по частоте использования сие слово смахивало на мантру. Вероятно, маг не мог совершить нужное чудо без некой энергии, могущей быть добытой лишь из других пони? Жутковатая мысль…

Впрочем, не буду переливать из пустого в порожнее и делать далеко идущие выводы – ведь ваш покорный слуга воспринял лишь часть постановки. Но определенные полезные мысли мне все же удалось почерпнуть.

Во-первых: эквестрийцы еще сотни лет назад знали о такой вещи, как ежедневно носимая одежда и помнят о сем признаке цивилизованности и по сию пору. Но почему-то игнорируют его. Они также в курсе, что их предки не считали приличным выставление своего Знак напоказ.

Во-вторых: дружба для местных жителей явно имеет какое-то сакральное значение. Может даже столь же важное и основополагающее, как Долг для жителей Города. Хотя подобный вывод несколько поспешен.

В-третьих: показанная история отлично объясняет и поддерживает легальность превосходства единорогов в их обществе.

Однако в любом случае должен признать: чего бы не произошло во времена основания Эквестрии, результат сложно не назвать успехом. Хоть мне и неприятно это писать, но страна Целестии действительно во многом превосходит Город.

Почему так вышло?

Не хочется думать, будто пони банально не приспособлены для самоуправления и нуждаются в представителе “высшей расы” на троне. Тем более вечном и заставляющем себе поклоняться.

Скорей уж Кону и Ликви просто не стоило предавать своих лидеров и строить счастье собственных народов на эксплуатации моего? Ведь как дело начнешь, так оно и пойдет.

Ладно – это всё лирика.

В общем, я не жалею о своем решении посмотреть сию постановку.

-

Мои сильно осложненные превратившейся в каток жижей и приобретшей почти каменную твердость грудой плоти (вот тебе и «подожду до зимы») раскопки дали просто потрясающие результаты. Причем не в самом хорошем смысле данного слова.

Использовавшийся колоссом в качестве постамента холм посреди пещеры, будучи очищенным от останков, замерзшей слизи и прочих наслоений, оказался горой сокровищ. Поэтому пишущий сие не слишком удивился, обнаружив под остатками корней почившего хозяина пещеры драконий скелет. Часть костей растворена, многие поломаны, хвоста и крыльев не наблюдается (видимо самые легкоусвояемые – на будущее запомню). Но судя по черепу, в чьей пасти я мог бы поместиться целиком, звероящер являлся как минимум вполне сформировавшимся представителем своего вида, никак не могущим пасть от когтей и клыков даже сотни Стражей.

Самое же забавное состояло в том, что основания родителя тварей в прямом смысле слова срощены со хребтом их гонителя. Первый вырос из второго. Смею предположить, рассматриваемая огнедышащая ящерица получила в какой-нибудь битве с нидах серьезное ранение и, либо не заметив его, либо, помятуя о принятых в их обществе методах лечения, предпочтя скрыть, вернулась в родное логово неся в своей плоти зачаток нового улья.

На сем месте вашему покорному слуге впервые в жизни предстояло испытать жалость к этой крылатой смерти: страшно и представить, какие ощущения наполнили носителя, когда колосс начал расти внутри него. Причем мучения не ограничивались лишь физической болью – ведь дракон не мог не осознавать, что умирает. И кто через него получает жизнь.

Видимо это Кировагр и имел в виду, говоря о семени.

Видимо так твари и распространились по миру – в телах сотен и тысяч раненых убийц первого Источника, тогда еще не знавших об угрозе внутри собственных тел. «Защитники мира» сами заразили его, да еще и создали будущим росткам гибели идеальные условия для существования: гигантские расстояния, дикие местности с угрожающей репутацией, уверенность, хотя бы на первых порах, в отсутствии не любящих тревожить друг друга звероящеров, да еще и их же плоть в качестве “стартового капитала”.

Слов нет – остается только поаплодировать неведомому создателю сих великолепных, в прямом смысле оседлавших собственную смерть, чудовищ. Впрочем, у них скорее всего имеются и другие пути, ибо разве ж настолько рачительный хозяин положит все яйца в одну корзину? Однако этот определенно самый ироничный.

В районе грудной клетки находиться нечто вроде затвердевшего от времени проросшего зерна с так и не поддавшейся моей новоприобретённой кирке (видимо прорабская – в отличие от остальных не заржавела) оболочкой. Придется использовать взрывчатку.

-

Внутри “яйца” находился крупный угольно-черный камень-тетраэдр с неправдоподобно гладкими гранями, подобие которым ваш покорный слуга видел лишь после нашей самой тонкой шлифовки. Колосс явно очень ценил данный предмет – под толстенной окаменевшей скорлупой его дополнительно обвивали давно сгнившие щупальца вперемешку с чем-то, оставившим после себя лишь красноватую жижу. Когда же я коснулся поверхности, последние сомнения в важности объекта исчезли.

Не знаю, как объяснить…разве только одним словом: «сила». Будто бы сверкающий водоворот из драгоценных камней, заключенный в бьющееся живое сердце.

Сколь же великая мощь заключена в этом булыжнике, если и земной пони смог ощутить ее?

Откуда здесь такое сокровище? Добыча звероящера? Но тогда как оно оказалось у него внутри?

Несколько часов пытался решить сию проблему, заодно аккуратно выворачивая артефакт из проросшей грудной клетки. И как-то у меня создалось впечатление, будто камешек изначально находился здесь. Неужели и правда сердце?

Почему нет? Как-никак драконы – магические существа. И мягкосердечием отродясь не отличались.

Причем сей находкой можно объяснить практически все поразительные черты колосса, начиная от чудовищных темпов роста и заканчивая “разумностью” – магия обожает искажать реальность.

Нечасто по жизни жалел об отсутствии рога на лбу, но сейчас определенно один из таких случаев – не-магу при всем желании вряд ли получится даже понять природу данной каменюки. А уж об использовании остается только мечтать.

Однако попробовать всё же стоит.

-

Дневник.

Не знаю что сказать.

Понятия не имею, сколько времени прошло с последней записи, но судя по погоде за окном…вернее сезону…несколько месяцев, не меньше, будто вычеркнуты из моей жизни.

Всё началось в тот вечер, когда я вернулся домой после вскрытия ростка и обнаружения камня. Странная находка взбудоражила меня превыше всякого разумения, однако как не бился над нею пишущий сие, тайна и не собиралась раскрываться, не откликаясь ни на какие используемые мной методы познания.

В итоге ваш покорный слуга провозился чуть ли не до рассвета и наконец решил лечь спать, случайно взяв камень с собой в постель. Стоило черной поверхности коснуться до сих пор используемого в качестве подушки белого шара и драконьей пещеры, как последний вспыхнул режущим глаза светом. В моей постели появилось маленькое солнце, вскоре пошедшее радужными волнами, которые затянули меня в свои глубины.

Они открыли мне невозможное. И даровали чужие глаза, чтобы смотреть на иные миры.

Некоторые были прекрасны и подобны моему — порой даже казалось, будто Принцу видятся знакомые места и почти родные лица…

Другие ужасны. Одни полнились жаждущим пожрать тебя мраком, вторые казались Бездной, третьи выглядели бесконечным полем боя…

Так или иначе, везде присутствовали существа, по крайней мере отдаленно подобные нам.

Впрочем, не только мои сородичи населяли те пространства. Среди драконов, грифонов, зебр и прочих знакомых мне существ частенько мелькали неведомые твари. А одна – так чуть ли не в каждом втором. Один из тех редких случаев, когда даже мне легче нарисовать, чем описать. Пожалуй, более всего они смахивали на чрезвычайно худых, вставших на задние лапы, плоскомордых и почти лысых медведей. Эти твари зачастую носили одежду и разговаривали с пони. Вероятно, какая-то неведомая мне раса, живущая вдали от Города…

Пардон, отвлекся. Право слово – и жизни не хватит на описание всего, увиденного мной в шаре.

Этот артефакт буквально приворожил меня, заставляя не отрываясь поглощать историю за историей, зачастую забывая про сон и еду. Сотни сказок больших и малых прошли перед моими глазами за это время и не знаю, сколько бы оно еще могло так продолжаться, если бы вчера вечером артефакт не показал бы мне особую картину.

Главным героем оказалась моя знакомая понивилльская пегаска. Ее подруга – та самая розовая земная пони, с коей они столь невежливо обошлись, затащила крылатую в…

Не буду описывать, что с ней сделали. Меня вырвало.

Это была очень длинная ночь – я с трудом дождался утра и тут же начал высматривать в телескоп радужногривую. Слава Единому: она жива. Сложно представить, какой камень с души свалился в тот момент лицезрения занимавшейся какими-то строительными работами у порушенной ратуши целой и невредимой пегаски.

Данный эпизод нанес тяжелый удар моему душевному здоровью, однако он же наконец очистил мой разум, освободив его от власти шара. Вместо бездумного просмотра показываемых разноцветных изображений ваш покорный слуга наконец задумался над тем, ЧТО артефакт мне демонстрирует.

Итак, это не настоящее и не прошлое. Будущее? Действительно иные миры? Альтернативы?

Или же просто чьи-то сны?

В любом случае, нельзя настолько бездумно отдаваться во власть грез – ибо неведома ни цель их, ни само ее наличие. Пока результат в основном негативный: за время умопомрачения пишущий сие совсем отощал и осунулся, не говоря уже о прямо-таки безднах потерянного времени. А ведь у него есть и кое-какие обязанности.

-

— Командир, мы нашли его! – разнеслись над поляной голоса разведчиков.

Волькен поморщился – сколько недель уже рыскают по Вечному лесу, а эти безголовые до сих пор не научилась вести себя тихо.

— Докладывайте, — махнул он копытом. В походе нет смысла соблюдать все формальности.

А наказать их, если что, можно и дома.

— Мы нашли пещеру, в которой он скрывается, – подстраиваясь под голос начальства, почти шепотом отрапортовал спустившийся сине-зеленый пегас – главный в паре.

— Откуда такая уверенность? – поднял бровь глава экспедиции.

— Вокруг горы расположена обширная проплешина в зеленом покрове без явных к тому предпосылок, тем самым четко идентифицируя наличие как минимум одного чрезвычайно активного и чуждого среде консумента, – нарушая субординацию, протараторил младший – видимо подготавливал речь по дороге к лагерю.

— Еще у входа в одну из пещер лежит здоровенная куча всякого гнилья, – по-простецки докончил старший, с некоторым злорадством глядя, как напарник сжался под взглядом командира.

— Всё? – убедившись в достаточности раскаянья решившего поумничать субордината, уточнил черный пегас.

— Так точно! – хором ударили в грудь разведчики.

Итак, проанализируем…а впрочем зачем? Всё очевидно.

— Передайте по построению: выдвигаемся через час, — на лицо сама собой выползла предвкушающая усмешка.– Всем готовиться к бою.

-

На мою голову свалился настоящий подарок небес, причем в прямо смысле – в виде сотни вооруженных до зубов соотечественников-пегасов. К счастью для всех присутствующих, у новоприбывших не имелось враждебных намерений по отношению к нынешнему хозяину форпоста. Вдвойне удачно, что сие обнадеживающее обстоятельство выяснилось до того как инцидент привел к каким-либо жертвам. Так что сейчас я принимаю гостей.

Командиром у них некий на редкость подозрительный и недружелюбный черный жеребец, смогший тем не менее опознать в тощем и грязном дикаре Принц и даже снизошел по этому поводу до объяснений. Их отряд послан Городом для обнаружения и уничтожения гнезда «некой мерзости”, информации о которой дано ровно два пункта: в какую сторону лететь и что цель чрезвычайно опасна. Плюс несколько основных ориентиров, указавшим в итоге на занимаемую мной пещеру – нечего мусор прямо перед входом выбрасывать (экология наносит ответный удар).

По словам крылатого, направление предоставлено лично засевшим в глубине горы звероящером – памятуя об обстоятельствах моего изгнания, предводитель не стал скрывать наличие «нашей маленькой проблемки» — а столь полную информацию о противнике поведал Лорд Магии.

Заинтересовавшись вроде бы не самым обычным контактом со звероящером, я попросил поделиться деталями. Командир лишь пожал плечами и заявил, будто не обладает полной информацией, однако по слухам требование отправиться за «хрен-знает-чем» донеслось из глубины тоннеля во время очередной доставки дани. Лишь общее указание – северо-восток – и угроза в случае неподчинения расплатиться своими жизнями. Пренебрегать драконьим приказом в любом случае чревато, но и просто посылать войска в неизвестность правители не собирались и потому приказали единорогам поднять архив. В итоге вместо одного подразделения в путь отправились три.

Вот только они в любом случае опоздали.

Приятно иметь возможность помочь соотечественникам.

Да еще и меня не отпускает ощущение, будто вот-вот удастся произвести на свет нечто блестящее.

-

Волькену категорически не нравилось все происходящее. Начиная с самого задания – мало того, что исходящего от тянущей из них соки огнедышащей ящерицей, так еще и в общем-то данного почти без сведений — и кончая принимающим их земным пони. Всё ж таки идея внезапного обнаружения несколько лет как изгнанного и уже давно сочтенного погибшим Принца земли и сама по себе кажется немного бредовой, а уж факт его обитания здесь – в том самом месте, где якобы находиться их цель – вовсе делает сию встречу практически невероятной. А ведь это еще не вспоминая о выслушанных за время пребывания в гостях сказках…

Подобный грозовой туче пегас испустил тяжелый вздох и бросил на пялящегося в потолок собеседника тяжелый взгляд.

Гвардеец встречался с ним несколько раз до «прискорбных событий» – обычный, довольно неуклюжий скромный вельможа, один из множества воспитанников Дворца. Может немного поумнее остальных, раз смог дойти до конца и стать таки наследником Лордов. В общем, ничего примечательного. Впрочем, даже будь у бескрылого пять ног, командир в любом случае посвящал бы куда больше внимания его брату Хеилсту. Вот кто действительно был и остается праздником для глаз: сильный, быстрый, смелый, волевой, красавец каких поискать. Прямо-таки воплотившаяся манифестация достоинств небесного народа, кроме разве только ума – но по этому поводу в Волькене скорее говорит банальная зависть, да даже если и так, то оно придет с опытом.

Однако и Принц воздуха вряд ли смог бы в одиночку уничтожить столько тварей за раз — и никакая бы “воля Единого” ему не помогла.

Хотя кому, как не нынешнему капитану гвардейцев знать, сколь многое в бою решает удача?

В любом случае сейчас перед его глазами сидит совсем другой жеребец. Присутствует в нем нечто такое, что заставляет немало повидавшего на своем веку пегаса постоянно нервно оглядываться и держать оружие наготове, будучи окруженным десятком субординатов. И дело явно не в порывистости движений и с каждым часом увеличивающейся дикости – такого навидался за время командования вдосталь.

Может проблема в маске? Как-никак, именно благодаря ей Принц окончательно подходит под описание больного Снежной Чумой на крайней стадии — пусть последняя эпидемия завершилась задолго до рождения Волькена, но это еще не значит, будто все забыли о проклятой язве.

Хотя, чего ради глубоко копать? Скорее всего дело в приеме, который сей не-гражданин оказал ему и его солдатам при встрече — еще бы немного и капитан окрасил собой стену. Пора кончать с дурацкой привычкой ходить впереди.

Да и вообще: сама мысль о спокойно живущем в одиночестве посреди Вечного леса земном вызывала в пегасе чуть ли не негодование. А уж допущение возможности успешной охоты бескрылого пони на местных обитателей…

Объект рассмотрения вдруг вздрогнул и опустил взгляд на гостей. И тут предводитель понял, чего же ему по-настоящему не нравится в хозяине: сумасшедшая улыбка, как у вот-вот готовящегося начать кровавую вакханалию берсеркера.

И не предвещающий ничего хорошего блеск в глазах.

-

Вдохновение. Радость. Энергия. Огонь внутри.

ИДЕЯ.

И крылатый поможет.

-

— Итак, правильно ли я понял, – уже чувствуя прилив раздражения, снова начал Волькен. – Вы хотите использовать посланных на задание чрезвычайной важности избранных гвардейцев Города в качестве вьючных животных? А заодно уговариваете меня составить заговор?

Принц вздохнул, скорчив видную и за маской мину глубочайшего разочарования в интеллектуальных способностях собеседника. Капитану понадобилась немалая часть его выдержки, чтобы не размазать наглого щенка об стену:

— Ладно, допустим вы и правда настолько верны дракону, что не можете и помыслить о «предательстве» своего благодетеля, — вновь резануло пегаса горящим взглядом. – Повторяю: никакого вранья или обмана нет и в помине. “Мы нашли гнездо врага, но не смогли его убить” – кристально чистая правда, как и большая часть того, что я говорю. Или вы умеете убивать трупы? – еще язвительнее добавил он.

— Если прикажут – разумеется, — стиснул зубы Акутус. – И мне категорически не нравится ваш тон, изгнанник.

— Бывает, — отмахнулся бывший гражданин. – Давайте тогда еще раз рассмотрим ситуацию…

В конечном счете беседа продлилась почти два часа и вопреки всем ожиданиям, к ее окончанию командир таки уступил: сколь бы подозрительным не выглядело предлагаемое предприятие и как бы неприятен ни стал Принц в его глазах за время общения, а выдвинутые доводы всё же довольно весомы. В крайнем случае Город потеряет лишь и без того выброшенного в лес психа.

Да и чужие трофеи всяко лучше, чем никаких.

-

Отлично! Пегасы улетели. Пора навестить своих новых знакомых – они тоже помогут мне.

За плату, естественно – однако ее размер не имеет значения.

Потому как ОНА ценнее всех сокровищ мира.

## Черное и белое.

Встретились, понимаешь, два одиночества и ПОНИСЛАСЬ… https://www.youtube.com/watch?v=82fCBqsLLIM

О если бы только в тот вечер мои уши оглохли, чтобы не слышать обрекший на проклятую участь визг, а глаза застлала бы тьма! Насколько счастливее бы сложились обстоятельства, споткнись я где-нибудь по дороге и опоздай к месту привала! Во сколько бы раз радостнее был бы сей час, кабы меня задержали в пути, заставили бы сменить маршрут или напали бы какие местные твари!

Зачем именно сейчас, когда перед моими глазами блестит и переливается исполненный обещаний Проект, а в груди пылает пламя, мир заставляет Принца снова стать сиделкой? Причем кому?!

И ведь всё уже схвачено и приведено в движение! Они согласились, пусть и на грабительских условиях. Первую партию должны подвезти через пару недель. Сейчас нужно готовить, искать, планировать…

ФЕР!!!

И почему именно эта проклятая тварь, коих место в Бездне?!

По какой причине Единый испытывает меня именно в тот момент, когда на чаше весов лежит вся моя и не только жизнь? Неужели Он не хочет, чтобы я спас Город?

ЗА ЧТО!?

…

Я впадаю в ересь. Веду себя несоответственно желаемому званию. Необходимо успокоиться.

В любом случае, “пациент” встанет еще не скоро.

Да дарует Создатель мне терпения.

-

Больно.

Страшно.

НЕ ХОЧУ!

Несколько мгновений кобылке еще хватало сил и упрямства держаться на плаву, а затем кровавые воды сомкнулись над ее головой.

Ноги окоченели. Легкие рвались. Глаза видели только красную муть.

— Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! – новый отчаянный крик как и прежде не нашедший никакого ответа.

Лишь затягивающая в себя густая тьма.

Что-нибудь, что угодно. Капля чувства. Дуновение жизни. Осколок памяти…

-

Тяжелый еще более мрачный и угрожающий чем обычно вид Берущего вдали. Будто исполинский зверь, поглотивший свою последнюю добычу и ныне вновь сидящий в засаде в ожидании новой жертвы. Однако впечатление обманчиво – потому как эта устрашающая угрюмость есть ни много ни мало, а признак вот-вот готовящегося вступить в свои права времени радости, обновления и нового начала.

Весна стоит на пороге – сезон открытых, жаждущих любви сердец. Лучшее время для охоты.

Но не для пренебрегшей долгом Оставшейся.

Королева пробудилась неделю назад и уже получила полный отчет о произошедшем.

Сегодня будет оглашен приговор.

Защитница заслужила его – а порожденные страхом и нерешительностью деяния лишь усугубили участь обвиняемой. Сложно представить преступление отвратительнее, чем предательство дарующей им всё властительницы – и как иначе назвать тот факт, что облеченная ее высочайшим доверием подданная до самого последнего момента отказывалась выполнить приказанное и отдать приказ о Пробуждении? Вернее, каждый раз отзывала его?

Да, она поставила всех на уши, подняла степень боеготовности почти до «враг у ворот», рассылала отряды, сама во главе одного из них проводила глубокий поиск, однажды чуть не подлетев почти вплотную к Кладбищу – однако ни одна из сих лихорадочных мер проштрафившейся аристократки не принесла пользы в поимке шпиона.

Впрочем, даже найди они и уничтожь его всё равно протокол защиты Убежища не допускает двойственного толкования: реакцией на проникшего внутрь и затем смогшего уйти диверсанта является немедленное объявление военного положения и уж кто-кто, а так высоко оцененная воспитанница Королевы знает их законы на отлично – но ужас не дал ей выполнить требуемое ради безопасности Народа. Под любым предлогом «Оставшаяся» пыталась оттянуть неизбежное – «необходимо увеличить запасы», «найти новых работников», «отремонтировать тронный зал». Осенью окончательно перетрусившая Наследница заявила, будто тревожить спящих вовсе нет смысла, потому как нападения так и не произошло, а зимой поход через Дающий в принципе невозможен…

В тот вечер к ней пришла заместительница. Они не могли назвать друг друга подругами – вследствие высокородности и приближенности к властительнице у Защитницы Короны вообще «друзей» никогда особо не наблюдалось — но, как и положено верноподданной Королевы и честному товарищу, она всегда пыталась поддержать неопытную (и откровенно не заслужившую своей должности) начальницу. На сей же раз пришло время для обличения. Руководительница сперва пыталась отвечать и огрызаться, однако осознание бессмысленности данного занятия вскоре нашло путь и в ее затуманенный сверх всякой меры страхом разум. Высказав же всё, советница закончила разговор угрозой, что если в преддверье весны Пробуждение таки не будет доведено до конца, то Оставшуюся обвинят в измене и лишат поста.

Пространства для маневра не осталось – и до срока очнувшийся ото сна Народ ныне готовился к выступлению. Вряд ли к концу месяца в Убежище останется хоть один работник. Даже немного жаль скрашивавшего ей дежурство пегаса – Наследница успела к нему привыкнуть. Впрочем, совсем скоро ей и вспомнить не удастся о подобных мелочах.

Все уже знали, почему их разбудили так рано, заодно с причиной и именем виновного — собственные подчиненные без малейшего промедления или жалости выдали «обожаемую» начальницу.

Ничего удивительного, что обращенные на понуро бредущую к своему приговору кобылку взгляды далеки от доброжелательных. Ведь нынешняя Оставшаяся – трусиха, размазня и неумеха. Более того – предательница, чье малодушие могло стоить Убежищу существования. Гнилое звено в славной семье, не оправдавшее возложенного на него доверия. И сейчас она получит по заслугам.

Стражи у ворот – все как один Высшие и потому одоспешенные — смотрели на нее ничуть не менее хмуро и презрительно чем простое население, однако всё же выполнили традиционное приветствие Оставшейся и соответствующим образом доложили о ее прибытии.

Пришла вовремя — Королева как раз заканчивала давать указания главе разведчиков. Вот уж кто действительно имеет полное право ненавидеть Защитницу – ведь именно ему разгребать создавшееся положение. Так что брошенный им на выходе злобный взгляд в полной мере оправдан.

Но вот створки за ним затворились и они остались в покоях одни – если конечно не обращать внимания на мебель вроде почетного караула из отличившихся в последней операции младших. Владычица, прекрасная в истинном облике, как и в любом другом, не стала выслушивать всю предусмотренную церемониалом речь и почти сразу скользнула за отделявшую приемную часть покоев от закрытой ширму, спустя минуту поманив к себе и обвиняемую.

Просторное помещение вновь на несколько мгновений поразило вошедшую кобылку своим великолепием – и это несмотря на почти неприлично частое одарение Защитницы честью быть приглашённой на частную беседу с правительницей. Впрочем, о каких «приличиях» может идти речь, когда нынешняя предательница с детства была ближе к своей повелительнице, чем десятки годами добивавшиеся ее расположения именитых вельмож? Более того – властительница принимала самое живое участие в судьбе будущей Защитницы, лично уча ее, а порой и снисходя до игры с неразумевшей тогда глубину разделявшей их пропасти крохой.

Даже разрешили называть себя по имени – Кризалис.

И от того совершенное преступление становиться еще страшнее.

Однако Королева смотрела на с трудом нашедшую в себе силы поднять глаза былую ученицу без укора — лишь с теплой и ласковой грустью. После чего начала мягко перечислять самостоятельно вырывшей себе могилу «Оставшейся» соделанные ею «проступки» и их возможные последствия, как когда-то объясняла непоседливой кобылочке не дававшиеся с первого раза уроки, от чего и без того терзаемая обвиняемая ощутила, будто ее рвут на части. Взгляд сам собой уперся в роскошный ковер — по крайней мере в деле сохранения покоев никаких критических ошибок она не допустила.

Кто бы знал, как же страстно Защитнице хочется закрыть уши, чтобы не слышать становящийся с каждой минутой более печальным тон взрастившей нынешнюю преступницу небожительницы. Когда же это всё кончи…

-…мне очень жаль, — с ни на мгновение не вызывающей сомнения грустью произнесла Кризалис, подходя вплотную и приподнимая лицо не оправдавшей доверия воспитанницы за подбородок.

Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза, а затем сотни лет берегшая доверившихся ей детей властительница продолжила:

— Принявшая Истину Защитница Короны, коей было даровано звание Оставшейся, Наследница…- тяжелый вздох и официальный тон сменился на нечто несравненно более мягкое и сердечное. – Диана…отныне ты не имеешь части в Народе, — кобылка вздрогнула как от удара. В груди разлился холод ужаса.- Но ты можешь обрести прощение, искупив свою вину — уничтожив убийцу Вдохновителя.

Надежда вспыхнула и воссияла подобно вставшему из-за горизонта солнцу, смешавшись с полившимся из сердца бурным потоком благодарности – владычица не возненавидела предательницу и дала последний шанс, сколь бы малой ни являлась вероятность его воплощения.

Слезы, стыд и облегчение вращающиеся в сверкающем водовороте счастья.

Нога Кризалис, к коей она припала в порыве обожания и объятия несмотря ни на что любящей свою воспитанницу повелительницы.

-

Кровавый океан на секунду выпустил всплывшую из глубин Защитницу.

Что-то жидкое во рту на чем-то твердом. Ее кто-то кормит? Ни вкуса, ни запаха, ни консистенции, ни температуры...

Ничего нет — но веки всё же поднялись.

Маска…глаза…это он.

ОН!!!

Слава Королеве…

Красные воды вновь сомкнулись над головой.

Но Диана больше не боялась.

Она будет жить, искупит вину, вернется в Народ.

Враг не уйдет.

-

В целом, по зрелым размышлениям допустимо сказать, будто сия неожиданная задержка в итоге пошла на пользу. Мое переходящее в откровенную одержимость увлечение Проектом зашло чересчур далеко – а ведь для эффективной деятельности необходимо иметь возможность трезво оценивать реальность. Впрочем, расовая принадлежность “пациента” всё равно, мягко говоря, не доставляет вашему покорному слуге радости.

Поскольку последние записи представляют собой нечто слаборазличимое и полубезумное, думаю стоит их переписать и дополнить.

Собственно судьбоносная встреча произошла спустя почти неделю после заключения сделки о поставках деталей, узлов и бригады рабочих для монтажа с моими параноидальными знакомыми. До дома было еще шагать и шагать, однако пишущий сие в тот момент находился в столь возбужденном состоянии, что буквально летел через чащу, не отвлекаясь даже на столь важную вещь, как сбор первого урожая лесной пищи. В общем-то, единственное более-менее вменяемое состояние я обретал лишь перед отходом ко сну – и вот в один из таких вечеров до моих ушей донесся едва слышный крик понячьей природы, повторившийся за тем еще несколько раз – достаточно для отслеживания направления.

К моменту прибытия паук уже разделался с жертвой и занимался ее упаковкой. Погибла тварь весьма быстро – первый противник успел потрепать мохноного и выстоять против нового у бедолаги шансов практически не оставалось. Яд, клыки, паутина – всё как всегда.

Вскрывал кокон Принц с нарастающим раздражением – уже чувствовал, что ничего кроме неприятностей данное действие не принесет (хотя присутствовала задняя мысль о мародёрстве – всё же трупам имущество ни к чему, а задранная этим скрягами цена на услуги показалась сумасшедшей даже помешанному на Идее психу). Однако обнаруженное внутри превзошло и самые дурные мои предчувствия.

Итак, вуаля: перевертыш из Убежища – омерзительная тварь, выпивающая у своих жертв самую их душу и использующая данную Господином в качестве величайшего дара любовь в качестве инструмента контроля. Причем, к моему величайшему огорчению, живое – иначе бы я, вероятно, даже обрадовался возможности вскрыть одну из этих бестий. Самая же отвратительная новость состояла в том, что сие чудовище находилось в крайне неутешительном состоянии – на лицо истощение, множество ранений плюс отравление.

В общем, вероятность ее выживания без посторонней помощи составляла бесконечно малую величину, а первым посетившим меня импульсом стало яростное желание банально бросить монстра, предоставив мерзости сдохнуть в полном соответствии с законами природы. Второй пришла идея слегка ускорить естественные процессы и таки воспользоваться представившимся великолепным шансом на вивисекцию…

Но увы и ах – оное деяние, скорее всего, не способствует Высшему Благу. Во всяком случае, так говорит «Слово». А поскольку ваш покорный слуга пытается преобразоваться во принявшего Его жертву и Его дело Последователя, приходиться периодически зверски избивать собственную натуру. Такова жизнь.

Впрочем, тогда у меня еще оставались надежды на благоприятный исход – в смысле перевертыш помрет в ближайшие сутки из-за не подействовавшего на чуждый организм антидота, а если и нет, то задержит меня максимум на пару дней вследствие отхода в мир иной по причине многочисленных кровоточащих дырок. Да и вообще, передо мной представитель иного вида, которого Принц в принципе не знает каким образом лечить.

Так или иначе пишущий сие был обязан попытаться, сколь бы сильно его не воротило от одной мысли про помощи данному существу. Принятое же в конце концов решение не оставило иного пути, кроме как бытия-в качестве-сиделки и если я хотел сократить время задержки, то действовать следовало без промедления.

Ввел раствор, снял сумки и часть доспехов, вымыл пациента в обширной луже и провел первичный осмотр. Видимо чудище уже довольно давно путешествовало по Вечному лесу – тело покрывало немалое количество частично заживших ран, а кое-где и успевших воспалиться ран. Тщательнейшим образом зачистил места поражения (особо мерзкие – прижег), нанес мази, перевязал, после чего оттащил к намеченной для привала пещере.

Наутро провел более полный анализ состояния твари, убив на данное практически бессмысленное занятие часа три — не сразу осознал, что мне неизвестна ни их нормальная температура тела, ни частота сердцебиения, ни скорость дыхания. По крайней мере раны больше не спешили гноиться, а общее состояние казалось относительно стабильным.

Находясь во фрустрации от факта продолжения случайным встречным существования в сем бренном мире, без малейшего следа обычной стеснительности и уважения к чужой личной жизни вскрыл переметные сумки. Кучка погнутых и скореженных приборов неизвестного назначения, ворох разбитых флакончиков и смятых баночек, несколько кусочков ткани и собственно цель поиска – еда, хотя и присутствующая в катастрофически малом количестве. Сухие корешки и пару пожухлых растений ваш покорный слуга опознать не смог, но вот с детства знакомые крошки исторгли из меня полной совершенно нелогичной смеси радости и горя вздох – уж вивичного-то гриба у в моих закромах предостаточно (традиционно из сего долго не портящегося продукта составляют НЗ).

Готовка завтрака, сопряженная с по идее выводящим из себя тщательным растиранием каждой твердой крошки в пюре, подействовала на пишущего этот текст неожиданно успокаивающе, поэтому собственно к кормежке врач приступил без особых содроганий или попыток расширить пациенту диагноз (в конце концов, кто из нас застрахован от случайного утопления похлебкой?). Даже получил своеобразное и вызвавшее весьма противоречивые чувства вознаграждение за труды — оно вдруг задергалось и на мгновение подняло веки, явив заставившие Принца лишний раз скривиться пустые глаза.

С одной стороны приятно — значит всё же не зря трачу силы и средства. А с другой – надежда на скорое избавление окончательно приказала долго жить.

-

В какой-то неуловимый момент времени бескрайний красный океан сменился скользким коричневым туманом, а пустота уступила место боли, зуду и холода.

Благодатные ощущения – верный признак постепенного выздоровления.

Сознание то появлялось, то исчезало. В краткие же минуты просветления Защитница пыталась познать происходящее вокруг. Глаз она больше не открывала – слишком уж оно болезненно, да к тому же кто, как не представительница Народа лучше знает, насколько часто они обманывают. Совсем другое дело не могущие солгать эмоции — именно их бывшая Оставшаяся пыталась уловить. Однако вопреки всем ожиданиям, ощущаемое нисколько не объясняло создавшего положения, а лишь ставило в еще более малопонятный тупик.

Сменяющие друг друга по кругу нетерпение, раздражение, обреченность, смирение. И довлеющее надо всем отвращение. Быть может, Диана сейчас в Убежище и за ней ухаживает какой-нибудь новый работник, до сих пор осознающий свое беспросветное положение, но уже не способный сбежать?

Вряд ли. Иначе вернувшиеся воспоминания — не более чем фантазия, в то время как изгнанница отчетливо помнила свой длившийся неделями поход через Берущий, оказавшийся неожиданно мучительным – аристократка и представить себе не могла, что одиночное путешествие НАСТОЛЬКО сложно. Наследнице одного из величайших родов Убежища приходилось самой добывать еду (вернее с огромным трудом изыскивать всякую едва съедобную дрянь – ранняя весна ведь), ставить лагерь и чистить обмундирование (проклятая неудобная палатка и вездесущая сырость, от которой доспехи плесневеют изнутри), искать пригодную для питья воду (вообще хоть вой), обороняться от монстров…

Последнее пункт на самом деле не так уж и страшен – всё-таки Защитница Короны далека от звания худшего бойца – но ни один клинок не рубит вечно и никто из противников не хотел умирать быстро. Ранения – от едва заметных царапин, до довольно серьезных ушибов и порезов — копились, сила истощалась, запасы подходили к концу. Надеяться же на обнаружение работника или подчиненного в этой глуши, разумеется, не приходиться. Поражение было лишь вопросом времени.

Хотя конечно жаль, что в качестве оружия для постановки точки в ее судьбе Дающий выбрал всего-навсего обыкновенного паука-засадника, накинувшегося на уже достигшую предела своих возможностей Диану. Магии едва хватало, чтобы отбросить его тушу и разобраться с первым залпом паутины – кобылка слишком устала. В полной мере осознавая бедственность положения, Защитница атаковала сама и поначалу даже успешно – удалось сломать противнику ногу и удачно пнуть в прыжке по скоплению глаз…однако в этот самый момент проклятое животное вонзило клыки ей в туловище.

По жилам потек яд, ознаменовав конец.

С губ сорвался вопль отчаянья, хотя кобылка и отлично понимала, что никто ее не услышит и куда достойнее принять смерть молча…однако Диане слишком хотелось жить.

Она кричала и отбивалась, пока силы окончательно не оставили ее.

Кровавый океан и яростная борьба за жизнь.

А затем – жидкость и лицо врага…

Но это же совершенно бессмысленно! Зачем шпиону кормить представительницу Народа? И находиться рядом? Да и вообще – почему он не прикончил Принявшую сразу? По его же словам, урод собирался сделать это уже тогда.

Впрочем, есть таки вариант, в полной мере объясняющий и выхаживание и спасение и эмоции: ащитницу взяли в плен. И сейчас лечат ради допроса.

Очень нехорошая мысль.

-

Возвращавшегося с охоты на дрова Принца ждал сюрприз: пациент, до того и глаз-то не раскрывавший, неожиданно обнаружился на полпути от своей лежанки до противоположной стены пещеры, у которой нашли временной пристанище его и хозяйские вещи. Видно очнулся, почувствовал себя героем и попытался сбежать, предсказуемо переоценив собственные силы. Впрочем, сие есть определенно хороший знак – если вычеркнуть тот факт, что теперь на него ляжет еще и мучительная обязанность терпеть активное существование дырявой твари.

Тем не менее, работу начатую необходимо закончить. “Врач” невозмутимо сложил деревяшки у костра и с куда большей нежностью, чем ему хотелось, поднял и перенес несопротивляющийся объект на принадлежащее ему место и вернулся к костру, искренне надеясь, что чудище даст хотя бы покормить себя без задавания обязательных в подобной ситуации глупых вопросов.

Как ни странно, существо оправдало его надежды, пусть и преизрядно подпортив жеребцу бытие, неотрывно пялясь на него во время обеда пустыми буркалами. И только-только в нем возник робкий проблеск надежды на немоту спасенного, как перевертыш отверз-таки клыкастые уста:

— Почему ты это делаешь? – эх, до чего же часто он сам себя о том спрашивал. Даже задумываться над ответом не пришлось:

— Я выполняю свой долг.

Вроде бы недоуменное молчание.

— Чего тебе надо от меня? – снова начало страшилище.

Принц возвел очи к потолку и ехидно поинтересовался:

— А разве у вас что-то есть?

-

Дни шли за днями, а ничего не менялось — враг всё так же продолжал ее кормить, обогревать, перевязывать, отгонять подходящих к пещере тварей…и молчать. Никаких допросов — только редкие указания типа «повернитесь», «зажмите» и «горячо». На пытки не проскользнуло и намека, хотя в его внушающем уважение арсенале наверняка найдётся всё потребное для превращения ее жизни в непрекращающееся страдание.

Он вообще в своем уме? Или Защитница все еще недостаточно здорова для его методов?

Впрочем, вряд ли ей стоит жаловаться на текущее положение вещей – мало какому убийце жертва сама помогает накопить силы. По крайней мере, на один удар ее уже хватит.

-

Прелестно. Существо окрепло, раны затянулись, а прыжки на месте будем трактовать как попытку взлететь. В общем, оно само сможет о себе позаботиться. Принц же наконец-то имеет возможность вернуться к Проекту.

Впрочем, признаюсь честно: ныне Идея выглядит уже совсем не такой блестящей и непревзойденной, как пару недель назад — слишком уж много в ней допущений и необоснованных надежд.

В конце концов, дракону ничего не мешает банально проигнорировать свою обязанность или послать на уничтожение улья кого-нибудь другого, тех же горожан. Или она напротив прилетит слишком рано и я просто не успею построить аппарат. К тому же и при условии, что все остальные обстоятельства сложатся удачно, уничтожение огнедышащей твари вовсе не является свершившемся фактом. Ваш покорный слуга может обыкновеннейшим образом промазать и быть за тем с особым цинизмом поджаренным.

В общем, теории — это конечно здорово, но всё же хотелось бы чего-нибудь более обоснованного, а лучше – эмпирически доказанного. Вот только в драконоборстве у Города наличествует лишь неудачные опыты.

Неужели во мне шевелиться раскаянье за уничтожение имевшие хоть какие-то шансы потрепать звероящера гнезда? Воистину, мысли наши – глубокие воды…

Скажем честно – мой план уже и мне самому начинает казаться идиотизмом. Как только этот крылатый дал себя уговорить? Хотя он-то ничем не рисковал…в любом случае, другого у меня нет и шестеренки уже крутятся.

Придется идти до конца.

-

На одиннадцатые сутки пребывания в плену Диана чувствовала себя уже почти нормально – за вычетом магической наполненности, естественно. Шпион явно заметил сие улучшение и в ту же ночь отгородился от нее ловушками, о чем прямо и заявил.

Следующим вечером он вопреки своему обыкновению не вышел наружу, дабы писать чего-то во всегда носимой с собой пухлой книжице, а остался в пещере и долго-долго пристально наблюдал за ней. Защитница уже собиралась сделать по сему некое в меру ехидное замечание (всё ж таки она в его полной власти), как сия самопровозглашенная статуя вдруг заговорила:

— Я знаю, чего бы хотел в обмен за свою помощь…

Наследница вздрогнула от неожиданности, после чего совладала с собой и сдержанно кивнула, призывая продолжать.

— …ваше тело, – буднично завершил предложение враг.

Ничего себе, пожелание. Чисто инстинктивно Диана сжалась.

— Пусть перед вами и не специалист, однако же не вызывает сомнений тот факт, что сидящий передо мной организм способен даровать преизрядное обилие удовольствия и интереснейших открытий…- тем же спокойным тоном развивал мысль урод. Кобылка приготовилась драться насмерть, -… при аутопсии…

Защитница с трудом удержала вздох. Никогда бы не поверила, будто подобное заявление может принести такое облегчение.

-... и подобная возможность всё еще более чем вероятна в случае, если вы будете вести себя опрометчиво, – жеребец замолчал.

Успевшая расслабиться Принявшая вновь внутренне напряглась и подняла бровь.

— Мой долг выполнен. Завтра мне наконец можно будет покинуть данную пещеру и вернутся к выполнению прочих обязанностей, – враг определенно попытался отследить ее реакцию на сообщение. Видно он действительно ничего не знает о Народе. – И с того момента мы вновь станем врагами. Поэтому если у вас есть какая-либо просьба, то говорящий сие искренне рекомендует вам высказать ее до ближайшего полудня. Спокойной ночи.

Пустой пони отвернулся и начал расставлять ловушки, оставив ошарашенную Диану в мучительно раздумье касательно произнесенного только что бреда.

Он действительно просто оставит ее здесь? То есть…ни пыток, ни допросов, банально взял, нашел в лесу некогда пытавшуюся скормить его Вдохновителю кобылку, вылечил и свалил? Зачем? Какой в этом смысл?

И в чем, Старик его сожри, состоит этот «долг»?

Впрочем, мысли традиционно расчетливой Наследницы вскоре сместились в на порядок более важную степь – а именно к анализу резко изменившейся ситуации. Завтра проклятый урод уйдет в Берущий, украв единственный шанс вернутся в Убежище с триумфом. Без так и не восстановившейся магии его не одолеть.

Что же ей теперь делать?

-

— ЧЕГО!? – не поверил своим ушам Принц, начиная закипать.

Как-то совсем уж странно глянув на него, тварь осмелилась повторить.

— Я хочу пойти с тобой, — значит, не ослышался.

При виде столь безмерной наглости лицо скривилось в нервном тике, а голову заполнили различные крайне неаппетитные, но неожиданно желанные картины патанатомического содержания. А он-то еще смел надеяться, что долгожданное расставание пройдет без эксцессов.

— Нет, – твердо ответил сжавший зубы в напряжении жеребец. – Данный горожанин не имеет ни малейшего желания терпеть существование подобных чудовищ. Тем более неподалеку.

— Если бы не твое вмешательство, то пауки бы сейчас выбрасывали из логова мои высосанные останки, – без тени смущения гнуло свою линию существо. – Мне не выжить без помощи.

Какая прелесть — этот паразит пытается сесть ему на шею!

— Неужели ты просто возьмешь и бросишь меня на произвол судьбы после того, как потратил столько времени и сил на лечение? – это ирония? – Первый же встречный зверь…

Принц устремил взор к потолку и сделал глубокий выдох, успокаиваясь:

— Лишь Небеса знают, НАСКОЛЬКО мне плевать на дальнейшую судьбу случайно оказавшегося на моем пути и отнявшего своей неэффективностью преизрядный шмат долженствовавшего быть потраченным на несравненно более великое дело времени, — он вернул взгляд к твари. – Я выполнил возложенный Создателем долг и помог нуждающемуся. Всё.

И более не тратя времени на чепуху, «врач» приступил к сбору вещей — предполагалось, что “пациент” захочет попросить какой-нибудь из инструментов или дополнительную связку грибов, а потому для наглядности содержимое мешка ныне живописно лежало полу. Однако создание проявило свойственную разве только драконам всемирную жадность и захотело всего и сразу – причем с бонусом в виде оператора для всех этих вещей...

Это что, жалостливая мордочка!?

Весь перекосившись от нахлынувшего отвращения, жеребец резко отвернулся и, торопливо распихав оставшиеся предметы по сумкам, направился к выходу. И с каждым шагом на сердце становилось светлее – ведь он увеличивал расстояние до безмерно надоевшей наглой обузы – но на восьмом до него вдруг донеслось:

— Пожалуйста, не оставляй меня, – голос совсем как у Сили.

Голова сама собой выгнулась до боли в шее. К счастью для чудища, оно всё же оказалось не настолько глупо, чтобы превратиться в его сестренку — иначе результатом бы стало скорое и неизбежное расплющивание перевертыша под камнями взорванной на прощание пещеры. Неужели они умеют менять себя по частям?

Ему кажется или в этих глазах действительно что-то появилось?

— Я прошу тебя.

-

Диана вжалась в стену и постаралась сделаться как можно незаметнее – ни за что бы не поверила, будто такая банальная, пусть и стоявшая ей немалого труда и омерзения фраза способна вызвать столь яркий эффект.

Даже несмотря на до сих пор не восстановившиеся после периода Сна сенсорные навыки, наличие открытых глаз и полное отсутствие должной концентрации, кобылка ощущала буквально сбивающую с ног волну смешанной с яростью и ненавистью злобы, без всякого предупреждения хлынувшую из врага спустя наверное минуту его бесцельного стояния у выхода. Хочется бежать куда глаза глядят – ощущение, будто взбесившийся пустой вот-вот порвет ее на части голыми копытами. Причем это он еще пытается справиться с собой – эмоции периодически приглушаются, однако раз за разом вспыхивают еще более цветастым букетом, наглядно демонстрирующим жажду превращения пленницы в нечто окровавленное и воющее от боли.

Наиболее разумной политикой ныне будет не делать резких движений, не смотреть ему в глаза, не издавать звуков, да и вообще притвориться мертвой. Сейчас психа может спровоцировать абсолютно всё. А заодно копить силы для удара – как в смысле самообороны, так и в ожидании столь часто совершаемых в подобном состоянии глупостей.

В конце концов плещущие через край чувства потихоньку начали убывать, а затем и вовсе исчезли из ее поля зрения. Впрочем, не стоит сомневаться: где-то там, внутри, шпион всё так же озлоблен до крайности и сделал перерыв исключительно за счет воли. Странно: что же его так задело?

— Выполнение вашей просьбы возможно, но на условиях, кои вы примите разве только в невменяемом состоянии, – проскрежетал периодически подергивающийся земной пони.

Наследница внутренне встрепенулась и, дабы максимально кротко сигнализировать о наличии интереса, открыла один глаз.

— Я пытаюсь во всем следовать дорогой Единого, ибо вижу в ней путь к Высшему Благу, однако на моих плечах лежит и другой долг, по праву рождения и воспитания никак не могущий быть отринутым, — даааа, объясненьице. – И потому, если вы и правда желаете отправиться со мной, то должны присягнуть мне на верность и отдать своё слово.

Очень неприятное, но вполне ожидаемое и допустимое требование, пусть и поданное в забавной обертке. Почему бы не дать идиоту порадоваться новой игрушке – пока у него еще наличествует такая возможность – а уж она-то позаботиться о краткосрочности сего соглашения.

Хотя вот «отдать» слово честно говоря как-то не очень…не суть.

— Принимается, – со скрытым злорадством произнесла Диана, отклеиваясь от стены.

Новая волна яростной злобы, на сей раз с явственным привкусом изумления. Последний факт слегка поколебал ее решимость, однако капля сомнения тут же растворилась в море довольства от столь простого и качественного метода причинения врагу душевных мук. Кобылка не удержалась и насмешливо подняла бровь, чем лишь подстегнуло его ненависть.

Пришлось поднапрячься, чтобы не дать выползти на губы широкой улыбке.

— Мой собеседник видимо не осознает, ЧТО от него требуют, – снова чуть успокоился тем не менее трясущийся пустой. – Вы обязуетесь выполнять ЛЮБОЕ приказание независимо от вашего мнения, желания, приличий или физических возможностей. В случае же совершения чего-либо, противоречащего Высшему Благу или же сочтенному мной противоречащим, да и банально не понравившимся – вас настигнет кара вплоть до пыток и казни.

Он перевел дух.

— В сущности, я предлагаю добровольное и от того еще более отвратительное по своей сути рабство, – закончил шпион.

Неприятная перспектива, даже учитывая данные об овечьем характере этого идиота. Однако цель оправдывает средства.

— Рабство лучше смерти, не правда ли? – самым сладким голоском пропела кобылка. – Повторяю: я принимаю данное условие – ради возможности и далее пребывать со своим спасителем.

Волна неистовой ярости, ничуть не уступающая по мощности первой, стала великолепной наградой за игру. Видимо вопреки ее ожиданиям, приятным в путешествии будет не только окончание.

Она облизнулась в предвкушении.

-

Это просто великолепно. Чудесно. Идеально.

Глупейшего из когда-либо рождавшихся в Городе Принцев нынче успешно привязали к ненавидимому всеми фибрами души дырявому монстру-любоеду – чудовище ПОПРОСИЛО меня взять его с собой в качестве “последнего желания”. Требование отдать слово проклятую тварь даже не смутило.

И ей явно понравилось проявленное мной раздражение.

О Пламя, почему Ты послало мне это?

ЗА ЧТО?

-

После столь насыщенного эмоциями отрезка времени у врага закономерно наступил период апатии. Жаль. Вряд ли теперь только-только начавшая вновь радоваться жизни Диана дождется новых развлечений раньше завтрашнего утра. Ну что ж, не всё сразу – и тем более глупо печалиться по поводу утраты остроты ощущений после чуда воплощения замысла в жизнь.

Откровенно говоря, Защитница в общем-то и не надеялась на подобный исход – на самом деле сей диалог представлял собой лишь отчаянную попытку оттянуть как казалось неизбежное – практически безнадежную атаку на вооруженного до зубов психа во время выхода последнего из пещеры.

Ну право слово: каким надо быть идиотом, чтобы оставить шататься поблизости пытавшуюся скормить тебя гигантской летающей улитке кобылку? Ответ очевиден: таким, который спасает собственного палача из паутины прямо перед употреблением ее Вдохновителем, затем еще и оказывает ей медицинскую помощь, а потом в течении пары недель выхаживает случайно встреченную в лесу неудачливую аристократку, когда-то пытавшуюся за его счет разбавить унылые деньки караульной службы.

Напоследок же идет вовсе великолепное в своей предусмотрительности тактическое решение: разрешить незнакомой представительнице ненавидимого тобой Народа отправиться в путь в качестве закованной в присягу прислуги, тем самым даровав убийце возможность не только накопить силы, но и разведать имеющееся место жительства, изучить стиль жизни и способности, подгадать идеальный момент для нападения и т.д. и т.п. Да еще и изрядно повеселить в процессе предоставления противнику шанса на круглосуточное осуществление акта возмездия.

К тому же теперь у нее появилась возможность поучиться у пустого приемам выживания — всё-таки надо признать: собственные навыки Наследницы далеки от идеала и будет очень обидно погибнуть по дороге домой после свершения праведной мести.

Конечно, штуку с рабством приятной не назовешь, однако не всегда же жизнь подсовывает тебе без памяти влюбленных. Впрочем, судя по виду и ощущениям, «хозяину» факт получения обворожительной кобылки в собственность пришёлся куда более не по вкусу – она вполне серьезно рассчитывала, что в момент максимального душевного переживания жеребец упадет в обморок от эмоциональной перенасыщенности. Для него сие действо явно несло какое-то чуть ли не сакральное значение – слова присяги враг произносил с видом зачитывающего собственный смертный приговор осужденного.

Как ни странно, новоявленный владелец ничем не нагрузил свою “рабыню”, кроме ее же полупустых переметных сумок, в которые противник загодя переложил кучку припасов. Большая часть личных вещей самой Защитницы, увы, не пережила похода. Хорошо хоть гигиенический минимум цел. Кстати…

— Хозяяяяяяин! – наисладчайшим голосом позвала Диана.

Земной пони резко остановился и прокатившаяся от него волна негатива сполна вознаградила кобылку за труды. Затем он мееедленно повернул голову и замороженным голосом произнес:

— Не называй меня так.

Наследница пару мгновений полюбовалась застывшим на его лице выражением муки, после чего продолжила банкет:

— А как же иначе мне называть спасителя и господина? – милая улыбочка.

Мощный всплеск стремительно опал, вновь сменившись апатией. Больно быстро.

— Зови меня Принц.

Она не удержалась и удивленно подняла бровь: странное имя — да и имя ли? Впрочем, какое ей-то дело – как будто их знакомство будет долгим.

На требование о помывке “хозяин” без лишних или вообще хоть каких-нибудь эмоций завил, что мимо места следующего привала протекает ручей, после чего затих, погрузившись в себя.

В течении нескольких часов шли молча. Наследница уже приценивалась к традиционному, хоть и банальному до невозможности, выстреле врагу в спину – маловероятно, чтобы в таком состоянии пони способен оказать сколь-либо серьезное сопротивление, тем более пустой – как тут из чащи донеслось характерное пыхтение и на встречу им вылез крупный перибас – далеко не самый страшный, однако же довольно опасный житель Берущего.

Разумно не надеясь ни на апатичного сопровождающего, ни на мифические «добрые намерения» местных обитателей, Диана ударила первой. Увы, энергия по понятным причинам до сих пор вяло колебалась где-то неподалеку от нуля, а потому луч, более всего походивший на струйку болотного газа, лишь слегка обжег мохнатой твари бок. Лесной житель взревел и бросился разбираться с обидчиками.

Представительница Народа, естественно, сразу воспользовалась данным им от природы преимуществом и, с некоторым трудом, взлетела на ближайшее дерево. Она едва успела порадоваться, насколько элегантно ей удалось избавиться от цели, как тут стремительный забег огромного грызуна оказался прерван взрывами — после первого животина еще пыталась встать, второй же успокоил бедолагу окончательно.

Неожиданно быстрая развязка и маловероятная слегка сбила с толку поспешившую спуститься вниз (всё же крылья еще недостаточно окрепли) аристократку, а уж полное отсутствие беспокойства на лице ее попутчика, без малейшего следа эмоции направившегося к телу с ножом в зубах, вовсе заставило занервничать. Дальнейшее же действо вызвало к жизни рвотные позывы.

Шпион более чем уверенно, размеренно и ритмично начал потрошить еще несколько минут назад бывшее живым несчастное создание, являя при этом достойное нарезки хлеба равнодушие. Не обращая никакого внимания на хлещущие из сосудов жидкости и до сих пор явственно подергивающиеся мышцы, этот земной пони что-то наливал во флакончик, вырезал внутренние органы и полоски тканей, соскабливал со стенок желудка жижу и так далее, всем видом демонстрируя рутинность данного типа работы.

Без лишней скромности – Защитницу Короны тоже немногие бы назвали фарфоровой куколкой. И имеющиеся у нее в наличии внушительные клыки предназначены отнюдь не только для фиалок. Однако опытная охотница и не последний боец Убежища и представить себе не могла, что подобным занятиям возможно предаваться со столь скучающей рожей. Честно говоря, Диана никогда не разделывала добычу – иначе для чего нужны слуги? Выследить, загнать, убить – это она не только умела, но и любила. Лицезреть же следующий этап «круга жизни» как-то…жутко? По крайней мере враг добил существо перед разделкой. Кажется.

Кобылке вдруг представилось, будто не перибас валяется на земле, а она сама лежит на под ножом и спутник с тем же хладнокровием режет ее, всё еще шевелящуюся и чувствующую скользящую сквозь плоть сталь, дабы удовлетворить свое любопытство и собрать…

Защитницу таки стошнило.

А ведь урод официально заявлял о желании вскрыть «пациента», поэтому даже равнодушия от него вряд ли удастся дождаться.

Необходимо быть очень-очень осторожной и во что бы то ни стало не давать ему повода «наказать рабыню». А значит прямая атака – совсем не вариант. Требуется несчастный случай, а лучше – сразу несколько тщательно спланированных и законспирированных «инцидентов». Или хотя бы такое нападение, чтобы у него в принципе не имелось шансов на выживание.

Враг закончил разделку и поднял в сторону попутчицы заляпанную перибасовыми жидкостями маску, вновь вызвав к жизни рвотные позывы и то ли удивленно, то ли презрительно изогнул бровь, заметив лишь:

— Продолжаем путь.

Диана кивнула. Она справится.

-

Поздравь меня, дневник, ибо ныне ты принадлежишь рабовладельцу. Причем мелкому, чем сие карьерное достижение уже вовсе нивелируется– всего один серв, да и тот даже не относится к моему виду. И пусть пишущему данный текст известно, что между Присягой и рабством всё же имеется некая частенько ускользающая разница, легче от того не становиться.

И всё по вине проклятого монстра.

Фер.

До чего же...неприятная ситуация опустилась на опаленные драконьим пламенем плечи — я привязан к созданию, само существование которого видеться оскорблением миропорядку. Несмотря ни на какие разглагольствования о свете и добре, это концентрированное зло продолжает существовать и явно наслаждаться болью спасшего ее идиота, не брезгуя также и вызывать мучения самостоятельно.

Неужели передо мной испытание веры? Тогда где же облегчение? Почему Утешитель безмолвствует?

Чудище попросилось помыться. Надежный ручей. Но проверил еще раз — его безопасность теперь тоже вменяется в мои обязанности. Сам сижу сверху, обозреваю.

В мечтах оно уже сбежало, не выдержав тягости пути или банально передумав. И Принцу никогда больше не придется лицезреть дырявую тварь. И почему реальность так далека от воображения?

Пора готовиться к ночи.

-

Да чего же приятно наконец позволить себе спокойно вымыться, да и просто вдоволь поплескаться не боясь, что из пучин вот-вот вылезет некая жаждущая поужинать тобой гигантская рептилия. Впрочем, животные, сколь бы жуткими они не выглядели, всё же не самое страшное – Диана вздрогнула от воспоминания о своей последней попытки помывки месячной давности, когда вроде бы совершенно спокойный, безобидный и абсолютно обычный черный омут чуть не переварил ее заживо. А эти двойные отражения…бррр.

В общем, даже из этого урода возможно извлечь пользу – дегустаторы ни в одном деле не лишни.

— Ууууу, какой запашок-то тут пошел, – удивленно заметила Защитница, поднявшись по склону к лагерю.

Имелись в виду отнюдь не подогреваемые на костре грибы – хотя оно конечно тоже неплохо. По округе разливались столь хорошо знакомые любому представителю Народа отчаянье и тоска – основной аромат «рабочих» кварталов в приложении к еще не захваченным пони обычно означавший грядущий легкий успех – в таком состоянии эти лишенные Истины твари сами жаждали верить в обман и Принявшие всегда с радостью предоставлял им такую возможность.

Наследница неторопливо обошла не реагировавшего на нее шпиона и села напротив, с удовольствием вглядываясь в буквально лучившуюся унынием фигуру. Право слово: такой возможностью грех не воспользоваться. Причем не обязательно даже опускаться до никоим образом не делающего воспитаннице Королевы чести насилия.

Облик плавно перетек в позаимствованный при первой встрече образ столь любимой им кобылки. Он поднял глаза, привлеченный вспышкой, несколько секунд смотрел на нее без какого-либо движения, а затем…

…улыбнулся, вскакивая на ноги и пуская целый поток эмоций.

Жгучая ненависть. Радость. Предвкушение.

Резкий неразборчивый окрик и выхватываемый из кармана шарик…

Диана мгновенно сбросила личину, ожидаемо свалившись от перенапряжения, и затаила дыхание в ожидании развязки.

Старательно заглушаемая ярость несколько раз вспыхивала по новой, но в итоге всё же погасла, сменившись разочарованием и…стыдом? Спустя всего пару минут после этого враг деградировал обратно в меланхолическое состояние. Диана не сдержала облегченного выдоха.

Лучше больше его сегодня не трогать.

— Искренне не рекомендую использовать ваши способность без моего указания, – прямо-таки мертвецки произнес пустой пони, протягивая ей ужин.

-

Да простит мне Спаситель вчерашнее уныние, никак не достойное Последователя. Ваш покорный слуга столь сильно увлекся жалостью к самому себе и размышлениям о “непереносимости” собственного, скажем честно, далеко не худшего положения, что совершенно забыл о сути своей веры и уподобился тем Лордам древности, что вызвали пришествие Крылатой Демократии.

Мир существует по плану, пусть даже и совершенно мне не понятному. И пока я следую долгу всё со мной происходящее содействует моему и Высшему благу.

Да и без всяких философских изысков: сегодня замечательное утро и пишущий сие до сих пор жив – разве изгнаннику стоит требовать от жизни чего-то большего?

-

Диана сладко потянулась, почти сразу упершись в границы тесной спальни. От роскошной постели с паланкином в одном из замечательнейших домов Убежища до безымянного дупла посреди Дающего – куда падать ниже? Ах да, до безымянного заколоченного дупла посреди Дающего.

Защитница усмехнулась – откровенно говоря, когда враг начал закупоривать отверстие у нее возникло вроде бы более чем разумное подозрение о попытке побега со стороны осужденного. Вот только этот псих явно находиться далеко за пределами трезвого рассудка, живя в каком-то своем, особенном мире с совершенно непонятными нормальным существам законами и если бы захотел, то давно бы уже не только сбежал, но и без всяких проблем убил бы ее.

Удивительно, до чего же легко оказалось управлять сим казалось бы грозным безумцем – даже несмотря на его полную глухоту к любви. Может Наследнице удастся не просто уничтожить убийцу Вдохновителя, а привести его на казнь к Королеве? Тогда триумф будет вовсе бесподобен и в полной мере очистит честь их рода от нанесенного последней его представительницей позорного пятна…

Приятные размышления прервал звук вытаскиваемых гвоздей и спустя полминуты загораживавшая вход ткань отвалилась, явив улыбающуюся морду спутника.

— С добрым утром, чудовище, – в голосе слышалась подозрительная жизнерадостность. – Спускайся – завтрак уже готов.

Столь резкая и пока никак не объясненная смена настроения, мягко говоря, насторожила кобылку. Обращение также в восторг не привело. А потому с дерева она слетела только после тщательного осмотра местности. Как ни странно, ничего нового – вчерашних ловушек и тех нет.

Последнее обстоятельство с чего-то заставило Наследницу еще больше занервничать и потому протянутую ей вивечную шляпку приняло уже чуть подрагивающее копыто. Вопреки всему, прием пищи прошел без эксцессов, чем успокоил кобылку настолько, что та аж переключила внимание на проблемы питания, поинтересовавшись возможностью расширения рациона – всё-таки вторую неделю питаться одним и тем же как-то не очень соответствует ее высокородному статусу. Сам-то враг каждый день жевал чего-нибудь новенькое.

Пустой лишь пожал плечами и весело заявил, будто до сих пор кормил Диану столь однообразно исключительно по причине незнания обычной диеты «дырявых уродов», пообещав разобраться с данным вопросом. Сразу же за тем последовала смена повязок, сопровождавшаяся подробным и весьма насыщенным всеразличными эвфемизмами в стиле «тварь», «монстр» и «страшилище» объяснением планов на сегодня — и всё это настолько жизнерадостно, что сомнений в его окончательном снисхождении в пучины безумия практически не осталось. В конце концов, ей это надоело.

— Прекрати! – раздраженно прервала перевязанная Защитница очередную пачку разглагольствований спутника. – У меня имя есть.

Жеребец наконец заткнулся и сделал удивленное выражение.

— На мой взгляд, вы идеально подходите под описание чудовища, – оскорбительно искренним тоном заявил враг минуту спустя. – Впрочем, если у вас идентификатор, применение которого повысит вашу эффективность, то я готов его использовать. Слушаю?

Кобылка на мгновение заколебалась, однако в тот же миг осознала, что в случае отказа ей придётся отзываться на оскорбления до самой его смерти и решение пришло само:

— Диана, — голос чуть дрогнул, лишь в последний момент опустив привычные титулы.

Пустой прикинулся, будто услышал нечто совершенно непонятное:

— Пардон, не расслышал. Повторите?

— Меня зовут Диана, – снова накатило на нее раздражение.

Удивление не спешило сходить с закрытой маской морды:

— Звучит будто имя для какой-нибудь кобылки, — удивительно раздражающий глупо-вопросительный тон.

Защитница закатила глаза и со вновь вернувшейся к ней в полном объеме язвительностью отозвалась:

— Неужели? Наверное от того, что я и есть кобылка.

Тут началось нечто странное: шпион вдруг застыл и какое-то время простоял в полной неподвижности, а затем столь же внезапно резким движением приложил копыто к груди и заговорил подозрительно проникновенным голосом:

— В таком случае позвольте выразить вам мое искреннее сердечное сочувствие. Ибо мне из личного опыта известно, сколь печальная эта доля – быть уродливым жеребцом, – шпион чуть ли не впервые за время их знакомства посмотрел насторожившейся Защитнице прямо в глаза. – Однако я и представить себе не могу, во сколько раз тяжелее вам осознавать собственное плачевное положение…

Наследница не сразу поняла, о чем это говорит враг.

-

Схватка вышла очень короткой. Судя по тому, насколько легко и быстро пустой увернулся от выстрела, он по крайней мере частично ожидал такого поворота событий. Однако Наследница до сих пор еще жива — видно пони таки поверил в ее спектакль о горячем темпераменте. Если так пойдет и дальше, то у Защитницы будет множество шансов для осуществления приговора Королевы под прикрытием защиты собственной «чести». Впрочем, не стоит лукавить по крайней мере самой себе – в этой атаке ее вел не только холодный расчет.

Спустя минуты четыре жеребец наконец перестал прижимать ее копытом к стволу и дал сползти на траву, всё так же слабо искрясь довольством. Когда же кобылка отдышалась, урод наклонился к ней и почти ласково заметил:

— Мне кажется, это начало прекрасной дружбы.

## О взаимоотношениях благородных особ.

И почему не стоит расстраивать художников. https://www.youtube.com/watch?v=xwsYvBYZcx4

До чего же приятно вернутся домой.

Забавно: старый форт с непростым прошлым действительно стал для меня чем-то большим, нежели обычным складом и «местом, где вешалка». Я и сам не заметил, как быстро и накрепко привязался к этой горе. Всё произошло само собой. Даже декорированием уже занялся – в промежутке времени между знакомством с пегасами и появлением в моей голове занявшего ее целиком Проекта успел попросить гостей закрепить над входом череп Стража.

Как ни странно, а привязавшееся к вашему покорному слуге «бесценное приобретение» таки оценило его по достоинству — оно стояло снаружи минут пять, не меньше, прежде чем сжаться в страхе и ужасе. Примечательная реакция, свидетельствующая как минимум о знакомстве перевертышей с более продвинутыми родственниками своих питомцев-ларв.

В целом оставшаяся часть пути до форпоста прошла неожиданно спокойно: существо вело себя подозрительно прилично и тихо, хотя без пары “несчастных случаев”, естественно, не обошлось. Теперь первым делом необходимо провести для нее экскурсию, подготовить новую спальню (где-нибудь подальше, на нижних уровнях – ей явно не привыкать к сырости) и – главное — обеспечить безопасность собственной драгоценной шкурке.

Увы, только после всего этого мне наконец-то удастся посвятить себя Проекту. А ведь времени уже в обрез.

-

Диана никак не могла прийти в себя после увиденного. В голове один на другой громоздились вопросы. Где он нашел? Каким образом смог выжить…да еще и УБИТЬ…

Спокойно.

Необходимо со всей возможной расторопностью вызнать все детали произошедшего – и как можно скорее. Как ни печально, а в современных условиях выполнение данной задачи представляется проблематичным: еще в начале недели с врагом что-то произошло. Вероятно, возвращение в «нормальное» состояние с решением банально игнорировать спасенную – вот только сей вариант слабо подходит под образ рассматриваемого индивида. Скорей уж тут имеет место окончательное погружение в свой сошедший с ума внутренний мир.

И дело не в продолжение заботы о «рабыне» — вряд ли аристократка когда-бы то ни было высказалась против ухаживания за собой – но вот практически перманентное молчание уже начинает выводить ее из себя. Будто вокруг ничего кроме леса и нет. А уж эмоциональный фон вовсе время от времени приводил Диану в бешенство либо отсутствием, либо совершенно иррациональной спокойной радостью – то есть совсем не тем, что требовалось жаждущему развлечений перевертышу.

В общем, защитница Короны ощущала себя обманутой в лучших ожиданиях.

-

— …к сожалению, о горячей воде говорить пока не приходиться, – доносил последние крупицы информации Принц, – имеются определённые наработки и идеи, однако для их воплощения в жизнь у меня нет ни времени, ни средств.

Они вышли на перекресток и «хозяин» развернулся лицом к квартирантке:

— На этом наша экскурсия завершена. Вопросы?

С порога не произнесшее ни слова создание в очередной раз наградило его странным взглядом и без капли обычной издевки в голосе спросило:

— Откуда ты взял висящий над входом череп?

— В данный момент я намерен рассматривать лишь темы связанные с вашим размещением, — жеребец хитро улыбнулся, – остальное оставим на завтра. Итак?

Оно только недовольно установилось на него и чего-то неразборчиво взрыкнуло. Почему-то появилась ассоциация с фырчащим ежиком.

— Раз никаких непонятных моментов нет, то предлагаю прогуляться – вашему покорному слуге нужно организовать новое спальное место. А потом рекомендую хорошенько выспаться – ибо время вашего бессмысленного существования подходит к концу. Завтра выдам первое здание, – земной пони кивнул собственным злорадным мыслям и отправился к самому дальнему и глубокому из жилых помещений.

-

Она мрачно наблюдала за удаляющимся “хозяином”, в который раз оценивая пришедшую на огонек наипрельстивейшую идею о классическом ударе в спину. К сожалению, кобылка вновь оказалась вынуждена подавить природные позывы – чересчур рискованно. К тому же он наверняка ожидает чего-то подобного. Ну ничего: ее день еще придет, а покамест придется терпеть.

При прокрутке в голове только что завершившегося монолога, на лицо вылезла презрительная усмешка. Значит, «задание»? Интересно будет посмотреть, каким образом сей стремительно разбухающий от самодовольства пустой заставит воспитанницу самой Королевы хотя бы копытом пошевелить.

А вообще, урод неплохо устроился: собственная немаленькая плантация с естественной ирригацией, спальни на несколько сотен солдат, промышленного вида кухня с обширной столовой, даже гигиенический комплекс — опять-таки рассчитанный на целые отряды моющихся. Тем более удивительно видеть, как всё это великолепие пустует.

Впрочем, отсутствием в форте жизни – за исключением психа и крыс, разумеется – местные странности никак не исчерпываются. И первым по значимости является местоположение – а именно до Кладбища отсюда, по идее (данные о его нахождении слегка истерлись от прошедшего с последнего посещения времени), недели пути.

Второе чуть менее важное, однако всё равно весьма тревожное: пару месяцев назад в этой горе обитала как минимум сотня лишенных Истины – враг при всем желании не смог бы столько натоптать, тем более оставить на стенах следы крыльев – однако почти весь инвентарь сгнил, причем давным-давно. Конечно, вполне можно предположить, будто форпост – не более чем старый перевалочный пункт…но КУДА в таком случае пошли квартировавшие тут войска?

От самого очевидного ответа сердце кобылки упало в копыта. А затем почти сразу вернулось на место, пристыженно жмурясь и отворачиваясь – ведь как-никак прошло уже больше года. Если бы кто-то действительно собирался уничтожить Убежище, то «Оставшаяся» давно бы лицезрела последствия сего намерения собственными глазами.

Отсюда плавно вытекала следующая загадка: почему «хозяин», изначально вполне разумно сочтенный шпионом демонов в итоге привел «рабыню» не к ним в логово, а в какую-то неизвестную дыру? Дальний разведчик? Следопыт? Или вовсе некто совершенно чуждый Кладбищу и лишь говорящий на их языке?

Впрочем, разве есть разница? Этот “Принц” убил Вдохновителя – и тем вынес себе приговор. Нет ему прощения…однако сперва Диана получит ответы по крайней мере на часть вопросов.

В животе вдруг забурчало, напомнив о случившемся на последнем перевале кратком разговоре — урод заявил, будто больше не собирается готовить на двоих. Лентяй. Что ж, когда-то давным-давно Защитницу обучали и этому.

О странностях же особо волноваться смысла нет: у нее достаточно времени на осмотр здешних достопримечательностей и разгадку тайн.

-

И как только эта дырявая тварь умудрилась столько времени продержаться в Лесу? Ведь даже элементарную вивечную похлебку не в состоянии приготовить! Хотя скорее здесь имеет место банальное отсутствие навыка пользования печкой…

Принц, пришедший на грохот с яростным стрекотом и с тех пор незаметно наблюдавший за присягнувшим ему на верность существом, обреченно вздохнул. Потому как сколько не ворчи и не презирай, а приказ свыше очевиден и недвусмысленен – и он бы хотел, чтобы в подобной ситуации ему помогли.

— Ваше спальня готова, – вышел жеребец из тени. – Там темно, влажно, мерзко и прямо-таки удивительно противно – в общем точь-в-точь ваша Родина.

Чудище вздрогнуло и раскрыло крылья, видимо рефлекторно пытаясь сбежать от сюрприза. Впрочем, земной пони не обольщался – несмотря на совершенно дикий образ жизни в последнее время, его навыки скрытности до сих пор оставляют желать много лучшего. Просто оно слишком сосредоточилось на попытках зажечь печь со стороны выхлопа, да и сие место успело стать для него практически вотчиной.

— Часть моих походных запасов осталась невостребованной, – протянул Принц пакет своему нежеланному подданному. – Было бы нерациональным не воспользоваться ими.

Исполненный подозрительности и неприязни взгляд.

— А пока вы подкрепляетесь, — положил он пищу на стол, — позвольте продемонстрировать вам основы теории эксплуатации имеющейся в наличии техники.

-

— Что-то ты сегодня задержался, – поприветствовала вставшая чуть ли не рассвете Диана спустившегося “хозяина”, после чего продолжила сочувствующим тоном. – Видимо никак не мог заснуть без любимой рабыни под боком?

Жеребец дернулся, но, увы, не более того. Видно и правда твердо решил больше гостью не развлекать.

Враг явился на кухню как раз вовремя – она только-только героическим усилием воли приготовила себе завтрак и освободила плиту. Конечно, банальная поджарка из нарезанных шляпок подшлемника вряд ли соответствует ее высокородности, однако на большее преизрядно заржавевших за годы пренебрежения кулинарных навыков Защитницы Короны не хватило. Ну ничего — она же не есть сюда пришла.

Со своей едой урод справился на порядок быстрее и уже минут через десять уселся за противоположный край каменного стола – единственной оставшейся на кухне более-менее целой мебели, ну кроме печки разумеется.

— Я хочу получить ответы, – не тратя время на ненужные любезности, начала кобылка едва расправившись со слегка подгоревшей снедью.

— Бывает, — пожал плечами земной пони. – Надеюсь вы не рассчитываете получить их бесплатно?

Она непонимающе вскинула бровь.

— Желания отдаться на вскрытие и тем самым помочь мировой науке часом не появилось? – Наследница промолчала, четко ощутив шутку. – Нет? Жаль. В таком случае ваш покорный слуга также хотел бы позадавать вам вопросы.

Ну что ж, пусть попробует – будто бы кто-то здесь способен заставить ее отвечать честно. А вот его эмоции представительница Народа вполне себе в силах отследить. Главное настроиться.

— Валяй,– махнула копытом кобылка, закрывая глаза и концентрируясь.

— Мне хочется узнать о прошлом нации, к которой принадлежит моя подчиненная, – тем же спокойным тоном отозвался враг.– И позволю себе напомнить: ложь наказуема и говорящему сие уже известна весьма значительная часть вашей истории – имел счастье послушать призрака в подземельях Убежища, — он запнулся и то ли с усмешкой, то ли с каким-то странным раскаянием, добавил. — Правда, для этого пришлось слегка утомить одного тамошнего начальника…

— “Слегка утомить”!? – само собой сорвалось с губ разом растерявшую всю сосредоточенность Защитницы. – Урррод — да ты чуть не убил меня! Я несколько дней и встать не могла…

Неудачливая Оставшаяся осеклась, заметив как по морде внимательно вглядывающегося в нее шпиона растеклась широкая улыбка – почти как тогда, в Храме.

— “Чуть” не считается, – с веселостью, от которой по телу прошла дрожь, заявил собеседник – Итак, я вас слушаю.

-

Насколько же тесен наш уютный мир! Мой бывший пациент и давний обменянный на кучу золота заложник оказались одной и той же персоной — еще парочка штришков в уже и без того стройную картину. Впрочем, сим забавным обстоятельством сегодняшняя добыча самоцветов мудрости не ограничилась.

Эти мерзкие создания действительно являются потомком тех самых аборигенов, чье поселение больше тысячи лет назад завоевал Кон Тонат, тираническая политика коего вскоре заставила несчастных оставить свою древнюю Родину и отправиться в тяжелый поход к новой. И которые сотни лет спустя перебили пытавшихся уйти от продолжателей дела Основателя беженцев Города. Между нашими народами прямо-таки родственная связь, не правда ли?

Увы, дальнейшие события до сих пор остаются для меня тайной – существо, и без того не проявлявшее особой охоты в деле обмена знаниями, к середине разговора впало в маразм и начало говорить загадками. Я смог понять лишь, что ослабленное после “возвращения демонов” племя получило помощь от некоего таинственного и прежде не имевшего с ними контактов доброжелателя, предложившего им ни много ни мало, а «Истину». Принявшие дар сего миссионера назвались, внезапно, «Принявшими» и прошли «Второе Рождение» став «Новым Народом».

Думаю, ассоциации очевидны. Будто бы неумелый пересказ «Слова» с переданными заключенными в кавычки малопонятными словами известных любому Последователю идеями. По счастью, мелькнувшая было мысль о наличии меж нами единой веры надолго не задержалась — невероятно, чтобы это отвратительное существо также следовало путем Спасителя и тем более глупо считать, будто оно стало таковым по Его воле.

Впрочем, не все из них взяли принесенный неведомым гостем подарок. К сожалению, о судьбе «не-Принявших» создание сказать ничего не захотело – или не смогло. На прямо же поставленный вопрос об их облике и способностях оно пафосно продекламировало: “Истина освободила нас” – и окончательно отказалось разговаривать по данной тематике. Ну ладно: вряд ли мы в последний раз беседуем.

Кстати, оказывается моя “рабыня” является наследницей чуть ли не знатнейшего, в смысле почти самого молодого, благородного рода Убежища – и сие обстоятельство заслуживает отдельного разъяснения.

Суть заключается в их древней традиции поклонения “Детям Великого” – существам безусловно могучим, однако на божественность ну никак не тянущим: рогокрылы всё так же нуждаются в пище, воде, воздухе, сне, а также вполне себе способны смеяться, плакать, ошибаться. И – как же иначе — влюбляться. Причем далеко не всегда в равных им, вероятнее всего вследствие собственной малочисленности (впрочем, утверждать наверняка не берусь) — так или иначе их благосклонность не раз и не два обращалась на недоразвитых подданных.

И сколь бы не велик был здесь потенциал для волшебных сказок о небожителях и смертных, а я бы не решился назвать подобные союзы счастливым событием. В первую очередь по той банальной причине, что представители “высшей расы” живут намного дольше (чуть ли не бесконечно – но тут просто нет данных), чем «живые». Рождавшиеся же в таких неравных браках жеребята почти всегда наследовали природу “низшего” родителя – и в итоге также видели у своего смертного одра ни капельки не постаревшую мать, затем их отпрыски прощались с лишь чуточку повзрослевшей бабушкой, передавая сомнительной радости эстафету правнукам и так далее.

Воистину: с великой силой приходит и соответствующее ей бремя, сполна одаряющее вынужденное переживать одно за другим поколения потомков «совершенство» болью и осознанием…

Пардон, отвлекся.

В общем, сии-то не нуждающиеся в похоронах как минимум одного царственного предка счастливчики и становились основателями почитаемых родов. Идея же странной на первый взгляд обратной зависимости значимости фамилии от обилия предков расшифровывается банально, но от того не менее рационально: чем меньше расстояние от конкретного вельможи до «ребеночка» — тем больше в нем крови повелителей.

Конкретно присосавшийся ко мне индивид возводит себя к сыну погибшего во время “возвращения демонов” правителя – по его словам во всей их цитадели существует лишь одна семья, обладающая более крепкими узами с рогокрылами.

Вот где-то на этом место оно и заткнулось. Жаль.

На сегодня выдал кучку не требующих особой квалификации чисто хозяйственных задач – у меня слишком много дел, чтобы придумывать дырявой твари чего-нибудь поинтереснее.

-

Да урод издевается над ней!

Притащить дрова, прополоть плантацию, замазать трещину – за кого этот бескрылый и безрогий мешок с кровью ее принимает!?

В общем-то почти те же, ну может чуть смягченные чувством собственного сохранения фразы Диана высказала еще во время разговора. Пони внимательно выслушал представительницу Народа, покивал для приличия, а затем с вернувшейся на морду злобной улыбкой достал из кармана шарик:

— Видимо мы друг друга не поняли, а потому поясняю: вы либо являетесь выполняющим любые мои приказы присягнувшим, либо врагом, который не должен выйти отсюда живым. Выбор ваш.

Происходи данный разговор на поверхности – и Защитница плюнула бы на осторожность и постаралась бы размазать владельца самого неприятного и наглого из виденного ею оскалов по стенке. Однако в совершенно лишенной пространства для маневра пещере, да еще и с готовым к отражению атаки противником, пользующимся всеми преимуществами своего поля, шансы на победу пожалуй даже уходили в минус – то есть он захватил бы кобылку живой и смог бы в полной мере воплотить на ее теле полнящие его голову больные фантазии. Пришлось подчиниться.

Диана сжала зубы до скрежета и обрушила всю имеющуюся ярость на «сорняки», в процессе выполов и половину гряды съедобных грибов. Ну или наоборот – отличить эту широкошляпную поросль друг от друга оказалось неожиданно сложно.

Вообще необходимо признать – сегодняшние разговоры оказались не просто «неприятными». Какое-то сумасшедший пустой взял и обыграл воспитанницу самой Королевы, вытянув из нее кучу информации взамен на пачку басен.

Ну правда: неужели она действительно на мгновение поверила, будто жалкий безрогий и бескрылый урод смог уничтожить Улей? Да еще и с тремя Старшими Братьями? Очевидно же, что подобное развитие событий невозможно – ну а отсутствие соответствующих эмоций легко объясняется до сих пор не восстановившейся после дежурства Оставшейся «глухотой» или безумием поверившего в собственную небылицу идиота.

А сказка о покинутых колониях? Неужели шпион действительно считает Наследницу настолько глупой — чтобы кто-то, а тем более расчетливые и хитрые «демоны» Кладбища, потратили столько труда и затем без особых сожалений бросили сие роскошное жилье диким зверям?

В итоге единственный ответ, в правдивости которого можно не сомневаться – это вроде бы и так очевидный факт не тождественности данного форта искаженному Дому Мечтаний и в общем-то также не сильно сомнительная его удаленность от их бывшей родины.

Короче, изгнанница не узнала из беседы ничего нового. Она банально оказалось не готова к ней, как физически, так и морально, чересчур увязнув в презрительном отношении к некогда уже обыгравшему Защитницу убийце. Враг же вновь оказался «на высоте» — сколь бы невероятно и глупо подобное не звучало относительно ворочающегося в грязи червя.

Неожиданно обширная осведомленность противника о Народе, вынудившая Защитницу говорить начистоту. Нарушенная в самом начале концентрация, не позволившая в полной мере отследить его чувства. Неожиданно меткие издевки, из-за которых Диана практически не заметно для себя выдала информацию о собственном происхождении. Вспышка гнева, открывшая уроду их давнюю «связь» – хотя конечно странно и даже немного обидно, что выродок в упор не узнал спасшую ему жизнь заложницу…

Кобылка не сдержалась и выстрелила в стенку пещеры, дабы пусть и столь затратным путем, но всё же снять раздражение без дальнейшего опустошения вверенной ей плантации. Несильно, однако в камне тем не менее образовалась небольшая оплавленная лунка. Замечательно: энергия восстановилась на свой «естественный» максимум – без работника организм больше накопить не сможет. Только где же его найти в такой глуши?

Ну ничего: воспитанница Королевы справится и без магии.

-

Отлично провел день: проверил, расчистил и разметил площадку для установки — завтра могу начать земельные работы. Огорчает только, что мой заказ как-то уж слишком задерживается –мелькала мысль о приходе «партнеров» к форту во время вынужденного отпуска по уходу за клыкастой тварью, но вряд ли бы они ушли не оставив мне видимо знака своего посещения. Не случилось ли с ними чего?

Впрочем, чего уж там – Вечный слишком велик, чтобы проводить в нем спасательные экспедиции, тем более в одиночку. Вашему покорному слуге остается лишь ждать и готовиться.

Лицезрел еще парочку “несчастных случаев”. Больше всего жаль череп Стража, “случайно” упавший на проходившего под ним Принца – зато данный инцидент обеспечил их дырявость отличнейшим заданием на следующий день.

Дорогой дневник, всё превосходно: параноики уже неделю как прибыли и нынче вовсю копают и монтируют, обеспечивая Проекту полный ход и чуть ли не опережение графика, хотя и не без эксцессов – эти наглецы потребовали еще сокровищ, хотя не привезли и обещанного по оригинальному договору. Пришлось дать – в мире монополий на справедливость рассчитывать глупо.

Однако данное обстоятельство – лишь ничтожная мелочь, кочка на путь к Высшему Благу.

Аппарат строится. Место – великолепно. Боеприпасов – полно.

Имелось небольшое препятствие в виде «потерянных по дороге» узлов и деталей – однако и ему не остановить меня теперь, когда в голосе сверкает Идея.

Тварь наконец-то сможет принести пользу.

-

— Всё-таки: что ты строишь? – в очередной раз пыталась удовлетворить грызущее ее любопытство Диана.

— Монстру не понять, — дежурный ответ с даже более идиотской, чем обычно улыбкой до ушей.

Урод теперь постоянно ведет себя подобным вызывающим чистое бешенство манером – видимо приезд кучи сородичей с тачками металлического барахла столкнул его разум с очередной утеса. Или может это и есть то самое мифическое «обычное состояние»?

Нет, вряд ли – всё же оно уж слишком слабо приспособлено для выживания. Псих практически перестал есть, от зари до зари шляется на стройке, постоянно чего-то бормочет себе под нос, рисует где попало непонятные картины, скалиться с самым понеедским видом…в общем ведет себя под стать идентификатору. А еще из его покоев по ночам стали доноситься крики и топот.

Разумеется, Защитница пыталась вызнать «хозяйские» планы с момента начала этой кутерьмы – увы, единственным источником сведений оказался сам шпион благодаря своей ущербности к чарам Народа невосприимчивый. Пришлось действовать традиционными методами – и пару дней назад она таки допекла выродка расспросами до того, что пустой соблаговолил таки снизойти до полноценного разговора. Как назло, они ограничились суванием ей под нос кучи убогих картин в стиле детских каракулей и околесицы о каких-то передачах, силах, расходе и прочем. В ответ же на естественную реакцию – остановить ахинею и объяснить толком – убийца лишь пристально посмотрел на нее и весьма раздражающим образом засмеялся. С тех пор отзыв всегда один и тот же.

К сожалению, лишением «рабыни» информации о происходящем враг не ограничился, не постеснявшись посадить ученицу Кризалис “под домашний арест” – знал урод, чего она алчет. Причем просто запертыми дверями не ограничился – минирует каждый раз, зараза, надежно отсекая представительницу Народа от наверняка куда менее чёрствых и способных-таки покормить несчастную пленницу любви собратьев.

Разумеется, подобное отношение пришлось аристократке не по нраву – и это еще очень мягко сказано. Результатом стал целый букет зачастую непропеченных, а порой и откровенно глупых планов покушения – неизменно провальных, хотя казалось бы уж числом-то должны сдюжить недостижимого умением. Слава Королеве — идиот таки подкрепил свои права на сие звание, сочтя их все несчастными случаями.

Однако сегодня отвратительный режим вдруг дал трещину – вместо обычного “ухода на работу” шпион растолкал пленницу в дикую рань и потащил в нежилую часть форпоста. Кобылка успела немало тут пошляться – делать-то больше в заточении нечего – и четко помнила об отсутствии в искомом тоннели чего-либо достойного внимания. Там лишь стояли несколько непонятных громоздких статуй каких-то ритуального вида слизней и груда металлолома, облитые дурнопахнущей жижей.

Она не раз пыталась вызнать их назначение и придя сюда с как бы долженствующим знать их обычаи сопровождающим даже сперва понадеялась на осуществление данного чаянья. Однако урод без лишних слов и объяснений приказал ударить магией в узкую щель у основания расположенного ближе всех к выходу убожества, добавив чего-то про «умеренность» и «стабильность». Тем не менее, Наследница ощутила себя заинтригованной – и потому выполнила «невежливую просьбу» не кочевряжась.

Пару мгновений пустой только неподвижно стоял и смотрел на получившийся луч, а затем вдруг до крайности возбудился и забегал вокруг каменного насекомого, дергая его за торчащие отростки и шлепая по вонючему телу.

Тому подобное обращение пришлось не по нраву – внезапно ожившая тварь с диким скрежетом зарычала. Поддавшаяся естественным позывам Наследница тут же отпрянула и наблюдала за пробуждением нутра чудища с неплохого расстояния, не имея тем не менее сил заставить себя вовсе уйти от столь интересного зрелища.

Это оказалось ошибкой. Очень большой.

— Прррродолжать! – заорал подскочивший к ней “хозяин”.

Она дернулась было образумить идиота, однако одного взгляда на наполненные кровавым дурманом глаза тюремщика оказалось достаточно, чтобы пересилить и рационализм и легкий страх перед не спешащим набрасывать на них (да и вообще сходить с места) слизнем. Поток энергии вновь устремился в щель.

Он засмеялся как ребенок и начал бешено скакать вокруг очнувшегося зверя. Затем опять зашлепал по впалому боку статуи и шум начал потихоньку стихать.

— Не останавливаться!

-

Слава Единому, пославшему это существо на мой путь! Теперь мне ясно видно Его провидение.

ВЕЧНАЯ СЛАВА!

Без ее магии нам ни за что не удалось бы запустить оставшиеся в дар от предков древние станки и изготовить недостающие детали для Великого Плана. А ведь эти наглецы смели думать, будто я в их власти и без их производства Принцу ничего не сделать и остается лишь положиться на милость тянущей из изгнанника соки банды отщепенцев…

ВОТ ВАМ!

Пусть передо мной старье с неудобным инструментом и почти отсутствующим металлом, а тварь быстро выдыхается — НЕВАЖНО! Проекту хватит – цель будет достигнута.

МАШИНА ОЖИВЕТ!

-

Он просто свалил не шевелящееся тело на холодный пол, даже не потрудившись сделать лишних пару шагов до превратившейся за последние дни в начавшую гнить груду жесткой соломы «постели». Едва ли не теряющая сознания от усталости кобылка несколько минут собиралась с силами, а затем поползла вперед, ценой невероятного напряжения всё же преодолев оставшийся до подстилки метр. С губ сорвался облегченный вздох – Тот День вопреки всем ожиданиям до сих пор остается в будущем.

Впрочем, не стоит сомневаться – долго при такой безжалостной эксплуатации она не протянет. Урод окончательно помешался на рычащих, вечно голодных и непрестанно алчущих ее энергии статуях. И сейчас, находясь на грани истощения и обладая обострившимися до предела чувствами, Диана нисколько не сомневается в бессмысленности каких-либо попыток рационализации и тем более – неподчинения.

Для него это как наркотик: пока проклятые штуки гремят и ворочают нутром, позволяя извергу заниматься его манипуляциями – он счастливее ребенка с новой игрушкой и готов искупать в своей любви весь мир — пару раз с его стороны ощущалось даже нечто вроде искаженной симпатии к «источнику магии». Но если что-то идет не так или Защитница выдыхается слишком рано…

Наследница содрогнулась и рефлекторно свернулась в калачик, обнимая дрожащими ногами полученные за какие-то пару суток гроздья синяков – и ведь это ей еще удавалось держаться, восстанавливая поток ценой выжимания из себя самых-самых неприкосновенных запасов. Однако совсем скоро и эти последние крохи иссякнут – и куда польется вся та река злобы, ненависти, гнева и чуть ли не детской обиды?

Надо было напасть на него, пока имелись силы. Теперь уже поздно.

И лучше не думать о том с каждым днем всё ближе надвигающемся мгновении, когда Защитница упадет и более не найдет в себе сил встать.

-

— Работать! – еще не рык, но уже и не голос.

Диана пытается встать. И не может. И без того погруженная в полутьму комната кажется черной и глаза видят лишь затухающее алое сияние в сердце проклятого агрегата.

Злобы взвилась волной и на ней пеной вскипела ненависть.

— РАБОТАТЬ! – неприкрытая угроза и будто бы уже возносимая над нога.

«Не могу» – сил нет и на шепот.

Вот-вот готовая устремиться на беспомощную жертву ярость – и такое долгожданное милосердное беспамятство.

-

Чудовище испустило слабый вздох и перестало дрожать, распластавшись на каменном полу в глубоком обмороке. И весь душащий его гнев не в силах заставить жеребца забыть о бессмысленности избиения бессознательных тел.

Впрочем чуть-чуть – и последние остатки разума оставят Творца, исчезнув под валом буквально рвущих Принца на части эмоций. Ведь осталась всего одна недостающая деталь – и можно запускать.

Последняя ничтожная преграда – и Цель будет достигнута.

Машина оживет.

А проклятая тварь не в состоянии исполнить и то единственное, ради чего ей разрешается существовать.

Перед глазами вновь развернулся Коридор – однако на сей раз наяву.

Боль, кровь, плач, стоны, мольбы о пощаде и радостный смех мучителей…

Они разбудят ее. Дадут Аппарату жизнь.

На копыте сам собой появился замечательный фасонный резец, не нашедший применения в трудах сегодняшнего дня, однако оставленный как символ изобретательности инженеров и станочников Города – отличный пыточный инструмент, своей тупостью лишь добавляющий предстоящим экзерсисам остроты…но что-то мешает. Не дает сделать надрез…

СКОРЕЕ.

-

Принц очнулся от звука упавшей на пол «открывашки» и заморгал, пытаясь осознать происходящее. Огляделся.

— Мда, ну и руководитель из меня, – в голос помимо воли пробралась недостойная дрожь, а копыта исключительно по собственной инициативы отошли на пару шагов от распластавшегося на полу перевертыша.

По хребту прошла очередная ледяная волна, свивая в голове уютное гнездышка ужаса и непонимания.

Что же происходит?

Взгляд упал на деталь в тисках, мгновенно воскресив казалось бы исчезнувшие нетерпение, обиду и жажду. Глаза вновь обратились к едва дышащей дырявой твари. Ведь надо-то всего чуть-чуть, самую капельку – и Мечта воплотится в реальность, даровав ему…

— Завтра, – быстро, будто боясь что его прервут, приказал Принц сам себе и взвалил тело на спину, стремясь как можно скорее оттащить подчиненного в спальню.

-

Еще один проклятый день – и она до сих пор жива.

Нет сил. Только холод и боль.

Опять та же щель. Тихий приказ на ухо и обещание…

— Я всё знаю, — неужели это ее голос?

Капли скопившейся за ночь магии послушно перетекают в рог и вспыхивают слабым зеленым лучиком в царстве мрака. Скрежет и грохот выпивающей силы машины, балансирование на грани обморока и никак не желающее оставить Диану хоть на эти последние минуты осознание обреченности…

Что?

ХВАТИТ?

От неожиданности Защитница потеряла равновесие и начала заваливаться на бок – чтобы миг спустя оказаться подхваченной, а затем и переброшенной через чей-то хребет. Зрение категорически отказывалось работать нормально – кобылку окружали лишь странные тени, да периодически появляющиеся разноцветные пятна, качающиеся в такт шагу несущего.

И вдруг несчастную озарил свет, за которым последовал давний друг ветер, пахнущий цветами и ярким летним днем.

Она умирает?

В сведенные судорогой копыто скользнуло нечто скользкое и покалывающееся. Снова тихий голос…

МОЩЬ.

Пронзающая всё ее существо энергия, подобной которой Диана никогда не испытывала – настолько сладкая и терпкая, что от наполнившего тело наслаждения ей стало больно, а тут же открывшиеся глаза будто бы начали сами освещать мир.

-

— Действуй, – шепотом повторил Принц, с трудом удерживая задергавшуюся с совершенно неожиданной для якобы полудохлого тела силой дырявую тварь, направляя кривоватый рог на цель.

Отдача бросила его на колени – а накопитель совсем как живой застонал от ударившего в него толстенного потока энергии. Но ничего: установка выдержит и не такое.

Машина оживет.

«Бублик» краснел сектор за сектором с небывалой скоростью, буквально за минуту дойдя до судьбоносной голубой стрелки – того самого порога, зайдя за который назад пути уже нет. Впрочем, он в нем и не нуждается.

Прораб цитадельцев рванул рычаг, тут же отбегая к скопившемся на краю леса подчиненным. Трусы.

Тяжкое хлюпанье, громкий скрип, подобный стону родящей скрежет. Грохот обрушившейся дополнительной системы, окатившей слишком близко стоящего родителя успевшей слегка нагреться водой…и первый вдох. А затем удары оживших шестерен, гул заработавших насосов, шорох вращающихся валов – прекрасная мелодия, подобная хору ангелов на Чужих Небесах, наполняющая сердце счастьем.

Принц положил монстра на траву и ноги сами понесли его к рождающемуся в мир Аппарату. Вдавленная на всю глубину кнопка. Томительные секунды ожидания чуда — и яростный крик, приветствующий блеснувший подобно изумруду снаряд, с оглушительным чавком ушедший в небо.

Машина родилась.

Внезапно ощутив слабость, пони прижался к блестящему металлическому боку. Прислушался к доносящемуся изнутри стуку механического сердца, шелесту прокладок и звука струящейся жижи…по серой пластине потекли две прозрачные струйки жидкой гордости родителя за сделавшее первый шаг дитя.

Минут через пять находящегося в экстазе инженера отвлек гул предохранителя и неожиданное пиканье магического сбрасывателя. Ах да…

С трудом заставив себя отлипнуть от возлюбленного отпрыска, шатающийся Принц подковылял к имитирующей статую Диане.

— Довольно, — встряхивание оборвало луч, а будто бы светящиеся изнутри глаза уставились на него с выражением полнейшего отсутствия в сем бренном мире. – Малышке не стоит переедать. Отдохните.

Искорка понимания – ему хватит.

Жеребец оставил дырявую в покое и оглянулся к толпящимся у кромки пущи цитадельцам:

— Можно выключать! – уставший, но такой довольный собой и проделанной работой голос. – Пусть Она пока отдыхает.

Минутное размышление над внезапно пришедшим ощущением пустоты внутри. И чего-то еще. Какой-то извивающейся…

— Видимо мое бессознательное требует праздника, – быстро прошептал Принц, пытаясь звуком собственного голоса отвлечь себя от самокопания. – Тем более теперь ведь всё будет хорошо и можно дать себе поблажку. Где там мое сокровище зарыто?

Несколько раз ошибившись и тем самым лишь без всякой пользы потревожив кучку мирно спящих полевых мышей, пони наконец нашел то самое место и аккуратно вытащил обмотанный тканью волшебный шар, покоившийся под землей чуть ли не с самого прихода сородичей – дабы не отвлекал от Цели.

Он в порядке. Как и должно…

— ЭЙ ТЫ, УРОД! – вдруг резко раздалось сзади.

Создатель Машины рефлекторно обернулся, всё так же сжимая перед собой в копытах артефакт.

Существо, до того лишь подобно кукле стоявшее в одной позе и пялившееся в драконий камень, смотрело на него с каким-то уж слишком многообещающим выражением.

— УМРИ! – в его сторону понесся ослепительный зеленый вал.

-

Диана несколько секунд не отрываясь смотрела на поднимающееся к небесам коричневое облако, после чего без сил осела на траву, выпустив чуть не поглотивший ее при последнем залпе источник волшебства. Из груди измученной кобылки исторгся вздох облегчения, а по щекам покатились слезы счастья.

Он сдох. Мучитель, убийца, негодяй сдох. Защитница убила его. Она вернется в Народ. Королева вновь полюбит свою воспитанницу и сможет ей гордиться – всё будет хорошо. Защитница подняла голову, надеясь, что пыль уже рассеялась – как раз вовремя, чтобы увидеть мчащееся на нее тело.

Стремительный бросок – и Наследница на земле с перекрывшим приток воздуха копытом на горле. От удара в голове помутилось и сознание истощенной жертвы психа вновь попыталось уйти – однако она не дала ему, силой заставив закрывающиеся глаза сфокусироваться.

Не может быть.

ЖИВ.

Ласковый и нежный шепот над самым ухом:

— Я думал, что всё хорошо объяснил, – пахнущая жареным маска касается кожи. – Однако ты не послушалась и подвергла опасности не только меня, но и Машину. А ведь тебя предупреждали: Принц должен прощать только за себя…- он немного отодвинулся, явив ей широкую улыбку.

Ту самую – из кошмаров. И эмоции лишь подчеркнули ее. По спине проползла ледяная змея.

— Ты еще нужна, – вкрадчиво объявил Враг,– и потому пока будешь жить. С трудом…

Отпустившее было ей горло копыто опустилось обратно. Нажало. Повернулось.

С губ сорвался едва стон боли – и отозвался в нем волной радости и чего-то совсем уже жуткого. Убийца вытащил нож и потрогал острие, окидывая лежащую под ним кобылку вызывающим дрожь хищным взглядом.

— Не надо – едва слышно прошептала снова начавшая задыхаться Диана.

Светящиеся безумием глаза блеснули.

— Пожалуйста, — уже соскальзывала она в обморок. — Прошу…

-

Наниматель скрылся в своей пещере, унеся с их глаз дырявую бестию (это ж надо быть настолько! небрезгливым). Задумчиво наблюдавший за ним всё это время прораб немного подумал, почесал в затылке, взвесил на копыте гаечный ключ и наконец озвучил общее мнение:

— А нам-то какое дело? – бригада согласно заворчала. — За работу: раньше закончим — раньше уедем.

-

Дорогой дневник, не понимаю, что со мной происходит. Я будто одержим – все эти кошмары, злость, ярость…заставлял существо почти неделю работать без отдыха, даже кажется бил его – и всё ради Машины. Сегодня как раз запустили, сняв с самого крупного станка преобразователь и наполнив энергией Драконьего камня посредством той же присягнувшей.

Испытания прошли нормально – ваш покорный слуга плакал от умиления и был на Чужих Небесах от счастья при виде почти без проблем отправившегося в небеса снаряда. И тут создание, видимо само также насосавшись от артефакта магии, попыталось убить меня в открытую.

То самое зеленое пламя, что некогда отняло у меня Сили и лицо – или по крайней мере практически неотличимое от него. Принц превратился в соляной столб от ужаса и наверняка бы погиб – но шар поглотил несущийся в мою сторону вал. Почти всю – лишь чуточку опалило одежду.

Повалил ее с четким намерением просто обезвредить…и тут накатило – ведь мог случиться обвал, рикошет или взрыв – а там ведь Аппарат и рабочие. Необходимо наказать…

Вот только на самом деле мной двигала не справедливость или дисциплина – пишущий сие желал не восстановление порядка, но боли и крови. Мне НРАВИЛОСЬ. Я ЖАЖДАЛ.

Страх и беспомощность жертвы. Власть. Ненависть. Удовольствие.

И страдание Дианы обещало еще большее наслаждение, отворяя двери в Коридор, однако со мной уже в иной, куда более страшной роли.

О Создатель…

СПАСИ МЕНЯ.

Пару недель вел себя неадекватно — видимо Проект слишком уж увлек меня. Не могу сказать, будто мне как-то уж очень стыдно за факт посвящения себя плану: задача, успешное выполнение которой наверняка означает спасение Города и окончание изгнания, определенно стоит самого пристального внимания.

К тому же скажу без ложной скромности: разработанный вашим покорным слугой аппарат воистину великолепен – даже несмотря на все свои недоработки. Откровенно говоря, в промышленное производство я бы его пускать пока постеснялся, однако не стоит сомневаться: мое дитя в силах оправдать возложенные на него надежды…

Забавно: до чего же легко ныне называть эту груду металла ребенком — никогда бы не поверил, что можно настолько привязаться к гигантской гидромашине. Видно это всё шалят неиспользованные родительские инстинкты.

Впрочем, как уже говорилось выше, в последние дни Принц вел себя совсем уж странно – причем узнал ваш покорный слуга об этом лишь сегодня от пытавшегося сбежать до срока прораба. Мою память будто окунули в чан с клеем – то есть, вроде бы всё на месте, однако разобрать эту кучу перемешанных меж собой событий и деяний практически нереально, да и просто прикасаться к ней не хочется. Лучше всего помню эмоции: возвышающую до небес радость творения, плещущее фонтаном искр вдохновение, сладостный трепет ожидания величия, порой переходящий в нестерпимый жаждущий зуд…и рвущую душу боль от малейшей оплошности или неудачи, на которые взрослый и долженствующий быть ответственным жеребец реагировал подобно капризному ребенку и позволял негативным эмоциям захлестывать его с головой. До сих пор противно.

А еще имел место сон, точнее один и тот же кошмар, преследовавший меня всё это время – именно в попытке избежать данного видения ваш покорный слуга буквально выматывал себя на стройке, в лесу и за чертежами. И всё равно не мог обезопасить себя от с чего-то объявившего мне войну собственного разума – до, слава Единому, сегодняшнего дня. Не могу передать, насколько приятно в кои-то веки нормально выспаться.

Не знаю, что возможно сказать по поводу вчерашних записей – разве только попытаться оправдаться видимо произошедшим нервным срывом. Две недели мучительных телесных и душевных терзаний, творческий экстаз от завершения Проекта и весьма зрелищная попытка убийства, могшая стать причиной гибели аппарата и рабочих – в общем, есть от чего огорчаться.

Откровенно говоря, сейчас тот зеленый вал кажется скорее прекрасным, чем жутким – а уж поглотившая его «подушка», ныне с невинным видом лежащая на краю стола, вовсе начинает представляться чем-то на уровне прославленных в легендах Неугасимых Углей. До сих пор кстати показывает свои сказки – в данный момент там демонстрируется некая поражающая воображение своими размерами площадь с черной стеной-барельефом, толпой на десятки тысяч пони, огромным помостом с рядами златодоспешных солдат и здоровенным троном на самой его вершине. Небось эпичное произведение…или обыкновенная показуха со склонностью к драматизации и гигантизму.

Впрочем, весь этот текст выше есть ни много ни мало, а лишь прелюдия или даже скорее попытка отсрочить главное. Скажу просто: мне сейчас очень стыдно. Я вел себя недостойно Последователя: ни злоба, ни ребячество, ни позволение вдохновению завладеть мной без остатка никак не соответствуют «Слову». А уж безжалостная эксплуатация присягнувшей…

Конечно, сие существо является неблагодарным, злобным и чрезвычайно опасным чудовищем с искаженной природой и полным отсутствием моральных ценностей, с самого первого момента нашего знакомства пытавшегося убить сперва случайного прохожего, а затем и таки выходившего дырявую тварь спасителя. Однако и факт воплощения в ней всех наиотвратительнейших черт не дает некоему земному пони никакого права так обращаться с ней — ведь Диана тоже живое создание, а не только лишь источник энергии.

И тем не менее Принц, должный быть эталоном для всех и «светом миру», в итоге стал ни чем иным как безжалостным рабовладельцев, готовым измываться и даже убивать «работников» ради достижения своих целей. Немного же времени понадобилось для сей метаморфозы. (На всякий случай обвиняю их дырявость в дурном на меня влиянии и злонамеренном дыхании со мной одним воздухом, коий она тем самым насыщала собственными злобными бактериями.)

Слава Создателю, что Он таки не дал вашему покорному слуге совершить чего-либо непоправимого – всё-таки слово “прошу” действует на пишущего данный текст пожалуй чересчур эффективно. Перевертыш отделался лишь кучкой синяков и ссадин, а также магическим истощением — принцип работы с первыми понятен каждому, а методы борьбы со вторым мне во времена оны продемонстрировал Хорн — будущего Принца частенько доводили до предела и чуть дальше ради развития внутреннего потенциала и повышения энергетической выносливости. Так что своими безответственными действиями я не только даровал дырявому существу отличный повод для мести и еще сильнее озлобил, но и сделал чуточку мощнее – отличное, очень последовательное и разумное сочетание.

Хотя возможно она отличается от единорогов сильнее, чем вашему покорному слуге представляется и вот-вот скопытиться, вовсе освободив меня от своего присутствия…ага, как же – мир столь простыми решениями снабжать не склонен. Тем более самостоятельно проштрафившихся. В общем, от работы сиделкой так и так не отвертеться.

Впрочем, ничего особо плохого в том нет: рабочим осталось доделать сущие мелочи вроде восстановления обшивки и регулировки, а у эксплуататора клыкастых масс имеется в наличие теоретически нескончаемый источник сказок.

Лишь бы Дракон не прилетел слишком рано.

-

Необходимо признать: Принцу пошел на пользу этот незапланированный и по идее долженствующий яростно раздражать его отпуск. Десять недель напряжения на грани возможностей – с момента прилета пегасов и формирования в голове Плана – превратили вашего покорного слугу в комок натянутых подобно струне нервов и неудивительно, что в итоге они таки лопнули.

А иначе и быть не могло: сперва Проект, затем безмерная жадность сородичей, пустоглазое одоспешенное зло с гребнями и жаждой отправить меня на покой, строительство могущей изменить мою судьбу Машины — в общем, где уж тут успокоиться.

Да еще ведь и волшебная подушка постоянно отвлекала — даже после той истории с крылатой знакомой в главной роли, пишущий сие лишь с немалым трудом удерживал себя от возвращения к бездумному поглощению предлагаемых сказок, в итоге будучи вынужденным закопать соблазнительную игрушку на будущей стройплощадке.

Кстати, если теория о демонстрации артефактом снов верна, то рано или поздно вашего покорного слуге ожидает увлекательнейшая возможность наблюдать Коридор и в состоянии бодрствования – впрочем, такое надо будет просто пережить. А вот тот факт, что излишнее общение с шаром неиллюзорно грозит размытию границы между реальностью и сказками стоит рассмотреть со всей возможной серьезностью – у меня как раз произошел способствующий подобному случай незадолго до прилета пегасов, во время наблюдения за Понивиллем.

А именно некий красный и весьма целеустремленный жеребец изволил показать невозможную для существа его размеров силу – тащил целый небольшой двухэтажный домик, остановившись лишь при падении в видимо специально для данной цели вырытую яму посередь дороги. Тогда я усомнился в показаниях собственных глаз и объявил всё увиденное всего-навсего галлюцинацией. Сейчас, после посещения Цитадели и лицезрения ее чудес, Принц уже не столь уверен в своем приговоре.

Рискну предположить, будто действо было реальным – алого банально заколдовали и использовали, например, для перепланировки города. Бред конечно, однако не более бессмысленный, чем и не подумавший хотя бы накрениться при грубейшей транспортировке двухэтажный дом без фундамента. Или он на колесиках?

Не важно.

Уже после возвращения с новой подданной имел счастье наблюдать не менее интересное мероприятие: чуть ли не все крылатое население Понивилля объединило свои усилия для создания в некой технического вида луже водоворота, затем перешедшего в ураган и в итоге пославшего куда-то вдаль внушительный объем воды. Скорее перераспределение ресурсов, нежели атака, однако тем не менее наглядно демонстрирующая выдающиеся способности пегасов и вне их обычного порхания меж облачками. Неудивительно, что они веками справляются с защитой Города…

Пардон, вынужден прерваться — пациент забеспокоился.

-

Забавно: вроде бы только-только вернулась назад из этого серого марева – и вот она снова здесь. Случайность? Совпадение? Или уже тенденция?

Ну хотя бы боли особой нет.

Память, будто бы издеваясь над ней, показывает какие-то ужасные, отвратительные картины и совершенно невозможные ситуации. Может это кошмары?

О ней опять кто-то заботится. Неужели это снова…бред. Таких идиотов просто не бывает. Всё произошедшее – лишь длинное и удивительно странное видение воспаленного разума.

Однако сколько не убеждай себя, а проверить разумнее – пусть возможный ответ и страшит. Вопреки опасениям, эмоций вокруг практически не ощущалось, а имевшиеся не имели с Ним ничего общего: спокойствие, умиротворенность, чувство вины, расслабленность — ни отвращения, ни злобы, ни ненависти.

Защитница облегченно вздохнула про себя — это действительно был всего-навсего сон.

Диана лежит в их семейном доме, в Убежище. К приставили какого-то в полной мере акклиматизировавшегося работника, никоим образом не пытающегося восстать против своей судьбы и жаждущего лишь служить законным хозяевам верой и правдой.

Может и остальное – шпион, смерть Вдохновителя, приговор – тоже ненастоящие? Впрочем, это не важно – оборвала зашедшие слишком уж далеко фантазии кобылка. Она в безопасности и никто не мешает ей отдохнуть.

-

Как-то прежде не замечал за дырявым созданием способности улыбаться – то есть не злобно усмехаться или угрожающе скалиться, а именно тихо и спокойно выражать лицом радость. Кабы не клыки выглядело бы почти мило. Она явно идет на поправку, а значит каникулы вот-вот подойдут к концу – через пару дней вероятно смогу снова погрузиться в недра своей малютки.

Думаю пришла пора познакомить уважаемых читателей с Машиной. Ее назначение очевидно: уничтожить Дракона…

Пардон: обо всем по порядку.

Боеприпасы — “зеленая ткань”. Еще Сурв обнаружил, что в случае погружения данного материала в воду и добавления к раствору нескольких достаточно распространенных реагентов образуется полужидкая и очень-очень прилипчивая субстанция. Точные характеристики зависят от соотношения компонентов, количества и вида реагентов, температуры, скорости смешивания и так далее, однако состав неизменно сохраняет клееобразность, в коей роли его и рекомендуется использовать. Причем судя по отремонтированному очень похожей на него массой черепу Стража, не только оставшийся в прошлом осведомлен о данном методе применения зелени – вот только откуда она ее достала? Неужели уже обнаружила склад?

Ладно — мне и так и так вряд ли бы удалось сколь-либо долго прятать от нее свои запасы.

К аппарату. Благодаря передаточному рогатому организму удалось обойти главное, почти неразрешимое препятствие изначального Проекта — постройку приспособленного к Драконьему камню преобразователя — ни я, ни мои приятели-параноики по очевидным причинам ничего не смыслим в маготехнике. Из их же агрегатов достаточной мощности не выжать. Да и опасно.

В общем, вашему покорному слуге действительно повезло с Дианой, как и с притащившими кучу боеприпасов в обмен на часть трофеев пегасами. А уж про находящуюся под нынешней машинной площадкой великолепную искусственная чашу с проточной водой и говорить нечего – нам бы никогда не удалось своими силами выдолбить такую прелесть. Видимо предыдущие хозяева форпоста предполагали использовать ее в качестве бассейна или промывочной для вредных производств. Честно говоря, было даже немного совестно использовать сей великолепный резервуар – но нужда Города важнее.

Оставалось отвести часть потока на резерв и охлаждение, свалить ткань и порошки, смешать, подвести насос, внутри механизма довести раствор до кондиции путем подогрева, обогащения, перемешивания и трамбования и – наконец — запустить.

В случае особого успеха Дракон сразу получит комок клейкой слизи в горло и быстро сдохнет от недостатка воздуха. Иначе придётся “просто” облеплять его зеленой мерзостью до тех пор, пока ящерица не свалиться либо под дополнительным весом, либо из-за склеившихся крыльев. Если не разобьется при падении, то расстреливать до перекрытия огнедышащей твари кислорода.

Все счастливы. Я возвращаюсь домой.

-

Плывущую в облаке неги Диану щекотнула донесшаяся из внешнего мира тоска.

Ну ладно, можно отпустить этого работника – видимо он успел соскучился по своей возлюбленной.

## Эпилог-интерлюдия.

Некоторые камешки склонны обрушивать лавины. https://www.youtube.com/watch?v=XkU23m6yX04

Почему ей раньше не пришло это в голову? Ведь по сути враг – обычный пустой пони, просто немного сумасшедший и слишком долго проживший в умеющим воспитывать своих обитателей Берущем. Без своих инструментов, шариков и артефактов он абсолютно беззащитен.

А где ему при всем желании не удастся находиться во всеоружии? Правильно.

Небольшой всплеск самодовольства и радостного предвкушения окончательно развеял отголоски преследовавшего кобылку со вторника разочарования. А нечего лишний раз глаза открывать – так бы еще пару дней повалялась в блаженном убежденности касательно нереальности всего произошедшего.

Как ни странно, неведомым образом переживший долженствовавший испарить его удар псих не стал применять к ней меры дисциплинарного воздействия, вместо того извинившись за “неоправданно жестокое обращение с подчиненными”. Да еще и в качестве компенсации разрешил пользоваться своей личной игрушкой – волшебным шаром со сказками. Очень интересная вещица — по решению вопроса с казнью Защитница определенно возьмет ее с собой.

Отлично, он уже плещется.

Она осторожно выглянула из-за угла и оценила обстановку. Всё путем: кожанка, сумки, перевязь с шариками и прочее лежит в дальнем углу, подальше от воды, цель же с фырканьем топчется под падающей сверху струей – ледяная вода и правда способствует жажде движения. И сейчас ему уж точно не до приглядывания за окружающим пространством.

На ум неожиданно пришла мысль, что урод на самом деле выглядит не так уж и плохо. Пожалуй, мог бы выглядеть почти красиво, если бы не безобразный лысый след от ожога, покрывавший голову, шею и прилегающую к ней часть спины. Кобылка лишний раз обрадовалась факту лицезрения жертвы со спины – в отсутствии носимой явно не для устрашения маски вид спереди наверняка доставил бы ей немало неприятных эмоций.

Забавно: а ведь Защитница впервые видит его Отметку. Странная, как-то совсем не раскрывающая предназначенную сему не-Принявшему судьбу картинка: алое облако с черным приплюснутым кругом посередине и какой-то мелкой деталькой в самом центре…

Ни с того ни с сего заинтересовавшаяся Наследница машинально попыталась подойти поближе.

Желтый ромб? Или вертикальный эллипс?

Едва слышный звук оборвавшейся нити – и нечто мягкое ударило ее в затылок.

-

— …таким образом, могу с достаточной долей уверенности заявить: в ближайшее время новых волнений не предвидится, – закончил рапорт заместитель по обеспечению благонравия.

Лорд кивнул и встал из-за стола, проследовав к окну. Раскинувшийся под ними величественный Город как раз готовился к вечернему отдыху – в разгар дня смахивающие на черные башни столбы дыма от фабрик истончались, а улицы заполнялись идущими с работы гражданами. Всё чинно, благородно и упорядоченно – как и должно быть.

— А что с нашим бунтарем? – спустя пару минут нарушил молчание не спешащий отпускать подчиненного правитель.

Тот сразу понял, о ком идет речь – по изменившемуся голосу знакомого уже полтора десятка лет начальника.

— По расчетам аналитиков – уже на грани слома, ваше высочество, – на всякий случай мельком глянул он в специально заведенный на обсуждаемого индивида лист.

— Хорошо, – кивнул глава единорогов. – Никто, осмелившийся пойти против воли Города, не может остаться безнаказанным.

-

— Ну так когда? Когда же? – продолжал допытываться тучный делец.

Закрытые неизменной широкоплой шляпой глаза раздраженно поднялись к закопченному потолку бара, а губы шепотом посчитали до десяти помогая мозгу с задачей убеждения самого себя касательно необходимости оставления сидящему напротив идиоту жизни – ради Дела. Помогло. Но долго так ему не протянуть.

— Мне не нравится твоя настойчивость, — начал специально заготовляемым для таких случаев небрежно-угрожающим тоном эмиссар, возвращая взгляд собеседнику. – Уж не продался ли ты кровопийцам?

Желтый жеребец в совершенно вырвиглазных цветов тунике – это так он понимает «незаметность» — от предъявленного обвинения подавился кренделем и закашлялся, с ужасом отшатнувшись от протянутой похлопать его по спине ноге.

— Шучу, — заявил довольный реакцией Унвер. – Чего ты, право слово? Мы же не члены бандитской шайки, а сражающиеся за общее блага братья.

Торгаш слегка порозовел. Не много же ему надо для счастья.

— Не волнуйся: всё произойдет по плану, – продолжил внук Старейшины, вставая. – Главное сам будь готов…

-

— Мы наконец поняли, в чем причина, – с порога заявил врач примчавшейся по первому зову фиолетовой единорожке. – Проблема в реке. Кто-то или что-то отравил ее, причем довольно давно и судя по всему, намеренно – небольшими дозами, достаточными для видимых ныне последствий, но не влияющих ни на вкус, ни на запах.

— Опасность для пациентов есть? – сразу перешла к главному волшебница.

— Нет, их состояние стабильно и не вызывает опасений. Однако для создания эффективного лекарства нам нужен неразбавленный образец вызвавшего реакцию вещества, — отозвался медик, демонстрируя лист с данными. – Сейчас работаем над фильтрацией. Забор воды пока необходимо производить исключительно из запасных резервуаров…

Твайлайт кивнула и потеряла к собеседнику всякий интерес – эти дела лучше и правильнее оставить мэру. Впрочем, для нее работа тоже найдется. Во-первых: доложить Принцессе…

– Спааайк!

-

Раз. Два. Три.

— Пташечка лети! – бессознательный снаряд устремился к цели.

Плеск – и хрестоматийный девчачий визг, ставший для спортсмена-толкателя перевертышей аналогом фанфар и призом одновременно. Принц аж зажмурился от переполнившего его чувства глубочайшего удовлетворения вселенной и собой в частности.

Побултыхавшись пару мгновений, подчиненная таки осознала ситуацию и вскочила на ноги, являя собой великолепный эквивалент очень-очень мокрой и чрезвычайно недовольной сим обстоятельством кошки. А уж сколько злобы-то во взгляде…

— Счастлив разочаровать жуткого монстра — обмундирование уже на мне, — радостно улыбнулся ей жеребец, неожиданно отмечая про себя сколь эстетично скользят капельки ледяной влаги по тщательно отполированным доспехам. – С сожалением вынужден заметить: надежда на вашу порядочность и скромность действительно оказалась тщетной. В общем хорошо, что я такой предусмотрительный, — кивок на отправившую ее в нокаут ловушку. Первую из пяти.