# The Unexpected Love Life of Dusk Shine / Нежданная любовная жизнь Даска Шайна

Crovax

Как пошли бы известные нам события, если бы Твайлайт Спаркл была жеребцом?

Оригинальное название: The Unexpected Love Life of Dusk Shine

Автор: meme-asaurus

Переводчик: Crovax

Размер: Макси

Рейтинг: R

Аннотация:Твайлайт Спаркл никогда не существовало. Как кобылки. Вместо нее в этой истории участвует молодой жеребец Даск Шайн, личный протеже Селестии, нелюдимый книжный червь и (неожиданно для себя) весьма привлекательный понь.

Когда Селестия посылает Даска в Понивилль, все его мысли заняты лишь подготовкой к возвращению Найтмер Мун. Но когда все пять знакомых нам кобылок начинают им интересоваться, он заполучает куда больше проблем, чем Твайлайт. (Никаких клоп-сцен, даю Пинки-Клятву нарушена)

Гуглодоки: Оглавление

## Mio Amore, No Me Gusta

Первая глава

Даск Шайн несся со всех ног в Кантерлотскую Библиотеку. Ничто не могло задержать его на этом пути! Приглашения на вечеринки? Ни за что. Притормозить, чтобы поздороваться с кем-то? Не сегодня! Двери в библиотеку? ХА! ОН СМЕЕТСЯ НАД НИМИ!

— Спайк? СПААААЙК?! — крикнул Даск, оглядываясь в поисках своего помощника. — Куда ты делся? Это жизненно важно!

В данный момент Спайк как раз пытался прийти в себя после того, как его впечатало в стену той самой дверью, над которой смеялся Шайн, и маленький дракончик смог лишь простонать в ответ. Даск Шайн коротко извинился и продолжил:

— Быстрее, необходимо срочно найти «Предсказания и Пророчества»! — выпалил Даск.

— Зачем? — поинтересовался Спайк.

— Нет времени объяснять! Просто найди! — после такого неоспоримого аргумента от Даска, Спайк отыскал нужную книгу в рекордно короткие сроки. Единорог в спешке выхватил книгу из лапок дракончика и открыл ее на оглавлении.

— "Элементы Гармонии: см. Кобылица на Луне?" — вслух прочитал Даск. Спайк недоуменно приподнял бровь.

— И ты поднял меня из постели из-за какой-то сказки на ночь? Думаю, кое-кто тут перечитал «Эквестрийского Вестника», — усмехнулся Спайк. Даск Шайн пронзил своего помощника взглядом, полным негодования.

— Раз: я уже говорил тебе, что ту желтую газетенку читают лишь дураки, — произнес Даск, сохраняя серьезность. — Два: мои исследования основаны на задокументированных и проверенных событиях, что имели место быть тысячу лет назад. Три: от результата этого исследования может зависеть судьба всей Эквестрии, и мы не можем рисковать.

— То же самое ты говорил на прошлой неделе о человеках. — парировал Спайк, по прежнему не желая принимать слова названного брата всерьез.

— Судьба всей Эквестрии, — повторил Даск с нажимом.

— А в тот раз… — произнес он вполголоса, — меня во все это втянула Лира. Ну, ты ее знаешь...

Дракончик тяжело вздохнул:

— Ну, ты собираешься писать об этом Принцессе, или как?

— Отличная мысль, Спайк! — воскликнул Даск Шайн. — Всегда умеешь думать наперед. Вот почему ты мой неизменный ассистент номер один!

Единорог откашлялся и начал диктовать.

Дорогая Принцесса Селестия,

Хочу сообщить Вам, что, согласно моим ислледованиям, освобождение Найтмер Мун должно будет произойти в длиннейший день тысячного года, а именно — завтра, во время Праздника Летнего Солнцестояния. Учитывая общеизвестный факт о плотоядных наклонностях Найтмер Мун, считаю, что крайне важно незамедлительно принять меры.

Ваш преданный ученик,

Даск Шайн.

Не прошло и пары минут, как Спайк получил ответное письмо.

— Ну? — нетерпеливо спросил Даск, — Что она велит? Собрать войска? Эвакуировать Кантерлот? Призвать моего брата, чтобы он возглавил наши силы в великой битве добра и зла?

— Займись личной жизнью, — невозмутимо произнес дракончик.

— ...Чего?

Мой дорогой ученик,

Займись личной жизнью. Ты уже взрослый жеребец, и тебе давно пора перестать читать старые сказки. В жизни юного пони должно быть место не только для учебы и ночного просмотра порно на Поничане. (Да, я видела твою историю просмотров. Но сейчас не об этом.) Чтобы помочь тебе расширить круг общения, я направляю тебя и Спайка в Понивилль, чтобы вы проследили за приготовлениями к Празднику Летнего Солнцестояния.

Твой обеспокоенный учитель,

Принцесса Селестия

P.S. В этом задании есть скрытая цель: Заведи себе друзей!

Даск Шайн вздохнул. Никогда прежде он не испытывал такого унижения. Бывало, он сталкивался с трудностями. Даск относился к подобному спокойно и, как и следует настоящему ученому, он лишь принимался усерднее работать, чтобы достичь успеха. Но чтобы Селестия просто отмахнулась от него, как от чудака, одержимого теориями заговора?

...Вообще-то, такой опыт у него уже был, в восемь лет, когда Даск решил, что в его шкафу прячется Слендерпонь. Но сейчас... Принцесса Селестия, всегда с большим вниманием относившаяся к исследованиям и гипотезам Шайна! Селестия, вырастившая его практически с пеленок! Селестия, сделавшая Даска своим личным учеником, исполнив тем самым его мечту! Селестия, которая...

— Даск, мы на месте! Пойдем, познакомимся с народом, — прервал его размышления Спайк. Даск пару раз мигнул, пытаясь привести мысли в порядок и окинул Понивилль хмурым взглядом. Он вздохнул и потрусил к ближайшей пони — розовой кобылке с тремя воздушными шариками на кьютимарке.

Даск набрал воздуха в легкие и обратился к незнакомке:

— Привет! Не могли бы вы показать мне дорогу до «Сладкого яблока»? Мне нужно… — но прежде, чем он смог закончить приготовленную речь, розовая пони подпрыгнула высоко вверх с широко распахнутыми глазами размером с хорошую тарелку. Сумасшедшая кобыла испустила оглушительный вопль и стремительно унеслась одна-Селестия-знает-куда. (Для Даска было очевидно, что этой пони не помешало бы провести некоторое время в одной специфической больнице. Для нас же очевидно то, что мы с этой пони еще встретимся.)

Даск недоуменно хмыкнул, произнес про себя короткую молитву о том, чтобы встреча с этой психованной никогда не повторилась, и спросил о том, как добраться до фермы у другой пони.

Наконец, они со Спайком отыскали «Сладкое Яблоко». Когда они приближались к ферме, Даск услышал громкое «ИИ-ХА!» и увидел оранжевую кобылку в ковпоньской шляпе, пинающую яблоню. Он поспешил к ней, чтобы представиться.

— Здравствуйте, меня зовут Даск Шайн и я...

— Здрасьте, меня звать Эпплджек, гордый член семейства Эпплов, — сказала Эпплджек, с бешеной скоростью тряся его копыто. — Ну, што я могу для тебя сделать, сахарок?

Оставив его копыто в покое, она скрестила свои передние ноги и подмигнула. Чем несколько выбила Даска из колеи.

“Она что, флиртует со мной?” удивился Шайн. Постаравшись выбросить эту мысль из головы, он размышлял: “Нет, наверняка это простая вежливость. Стоит ответить ей тем же.” Даск слегка поклонился и поцеловал ее копыто.

— Я прибыл сюда, чтобы удостовериться, что подготовка банкета на Праздник Летнего Солнцестояния идет так, как надо, — учтиво произнес он.

“Опачки,” пронеслось в голове Эпплджек, “Этот городской франт пытается заигрывать?” Она автоматически отбросила гриву со своего лица. ”Нее, быть того не может.” Прогнав эту мысль, она подскакала к обеденному колоколу.

— ВСЕПОНИ! КОРМЕЖКА ГОТОВА! — прокричала кобылка капслоком.

— Удачно ты сюда заглянул, парень, — сказала Эпплджек. — Как раз попал на сходку семьи Эпплов!

Даск Шайн затряс головой.

— Ой, нененене, — попытался он отказаться от уготованной участи. — Просто расскажи мне, что вы здесь приготовили. Не надо знакомить меня со всей твоей семьей.

— У нас просто здоровская семья! — с гордостью произнесла Эпплджек.

— Могу сделать и то и другое одновременно! — она глубоко вдохнула, набирая побольше воздуха в легкие и приступила к неречислению.

— Эппл Кобблер, Эппл Штрудель, Карамел Эпплс, Эппл Пай, Эппл Сидр, Эппл Салад, кузен Брейбёрн Эпплс, Эппл Джус, тётя и дядя Оранжи вместе с Сквизед Оранжес, Оранж Крэш, и моя часть семьи: сестрёнка Эпплблум, Биг Макинтош и, наконец, Бабуля Смит! — ковпоньша указала на мирно спящую в кресле-качалке старушку.

— Давай-ка, Бабуля Смит, у нас гости! — разбуженная престарелая пони присоединилась к остальным.

— Думаю, ты им понравишься, — с уверенностью сказала Эпплджек. — Что ж, я бы даже сказала, что ты уже часть нашей семьи! А теперь как насчет попробовать все приготовленные угощения на вкус?

Даск Шайн с тоской оглядел гору еды, возвышающуюся на столе.

— Думаю, я пока не голоден, — ответил он. — Кроме того, у меня еще много дел на сегодня, подготовка к концу света и все такое.

Семейство Эпплов разочарованно выдохнуло. И применило свое секретное оружие. Перед Даском появилась маленькая кобылка по имени Эпплблум.

— Вы не останетесь на ланч? — спросила она, глядя на него большими, полными слез глазами. О, эти, трогающие даже самую черствую душу глаза, выражающие бескрайнюю грусть...

“Нет!” пытался сопротивляться Даск. “Я... должен... приготовиться... Найтмер Мун…”

Глупый Даск, никто не может противостоять всесокрушающей мощи расстроенного метконосца! Тебе придется остаться!

“Н-нет…”

ОСТАНЬСЯ. НА. ЛАНЧ.

“НИ ЗА ЧТО!”

Хорошо, если ты действительно не собираешься остаться, просто скажи это ей в лицо.

“Отлично, так и сделаю!”

Даск Шайн отважно взглянул в глаза Эпплблум и...

“Я не могу это вынести! Я останусь, останусь на ланч! Пожалуйста, ПОЖАЛУЙСТА, пусть она перестанет смотреть на меня ТАК!”

Хорошо, мой маленький раб, ты хорошо знаешь свое место.

Пока Даск вступал в безнадежную битву с едой, Бабуля Смит наклонилась к Эпплджек и шепнула:

— Симпатичный жеребчик, а?

— Бабуль! — возмутилась фермерша и покраснела.

Даск Шайн брел по улицам Понивилля. Его желудок был набит до такой степени, что Даск с трудом понимал, как он еще не лопнул.

— Что там дальше, Спайк? — простонал единорог.

— Погодный патруль, — ответил Спайк. — За него отвечает пони по имени Рейнбоу Дэш.

Даск окинул взглядом пасмурное небо.

— Мда-а. Очевидно, что она отлынивает от своих обязанностей, — проворчал Даск. — Вряд ли нам удастся разглядеть поднимающееся солнце за всеми этими облаками.

Внезапно перед ним мелькнуло что-то радужное, а затем пришла темнота.

Даск Шайн попытался сделать вдох. Он был полностью покрыт грязью. Мягкая, теплая тяжелая подушка утыкалась в его лицо. Через несколько секунд Даск понял, что этой «подушкой» был чей-то круп. Единорог попытался сказать: «Встань с меня!» но получилось что-то вроде: «Ффшыммф ш мммыммнф!». Впрочем, эта фраза оказалась достаточно информативна для пони, что сидела на его голове. Как Даск об этом догадался, спросите вы?

Потому что эта пони перестала сидеть на его лице и принялась вместо этого по этому лицу бить.

— Ай-й! — крикнул Даск, пытаясь уворачиваться от мелькающих копыт, — За что?!

— За то, что тыкал своей уродской мордой в мой круп! — воскликнула радужногривая сорвиголова. — Ты что, один из тех извращенцев, организовавших мой фан-клуб?

— Что? Нет! — запротестовал Даск. — Я только что из Кантерлота! Я тут еще никого не знаю!

— Кантерлот? — переспросила разноцветная пегаска. Ее тон в мгновение ока сменился с грубо-раздраженного на жеребячье-восторженный. — Это же у вас выступают Вандерболты! Ты их встречал? Ты знаком со Спитфайр? Какова она? Расскажи!

Внезапный поток вопросов заставил Даска попятиться. После короткого размышления, он решил продолжать разговор так, словно инцидента мордой-в-круп никогда не происходило.

— Ты — Рейнбоу Дэш?

— Единственная и неповторимая! — пегаска приняла эффектную позу. — Капитан погодного патруля, будущий Вандерболт и лучший летун всей Эквестрии!

— И порядочная лентяйка. — добавил Даск.

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ, ДЯТЕЛ?!! — яростно прорычала Рейнбоу Дэш, собираясь выдать единорогу вторую порцию тумаков.

— Если ты вдруг не заметила, небо нуждается в некоторой уборке, а ты вместо работы носишься по городу и выпендриваешься. — указал на облака Даск.

— Эй! Я могу разогнать все эти облака всего за десять секунд! — запальчиво воскликнула Рейнбоу Дэш. Даск скептически посмотрел на пегаску.

— Докажи! — ухмыльнулся он.

В следующее мгновение Рейнбоу превратилась в смазанную радужную линию. Здесь не было никого, кто мог бы засечь время и проверить хвастливое высказывание летуньи, но согласно запатентованным Дэш Законам Потрясности (которые, если верить Рейнбоу Дэш, на 20% круче законов физики) она очистила все небо ровно за десять секунд.

Даск Шайн застыл, словно статуя. Статуя с отвисшей челюстью.

— Как я и говорила! — усмехнулась пегаска. — Десять. Секунд. Ровно. И, в качестве возмещения за то, что отпинала твое лицо, я устрою тебе экспресс-очистку от грязи, в стиле торнадо!

Прежде, чем Даск успел возразить, он оказался в центре вихря, поднятого Рейнбоу Дэш, которая с бешеной скоростью летала вокруг единорога. Когда Рейнбоу-надо улеглось, Дэш уставилась на результат своей выходки.

— Чего? — спросил не до конца пришедший в себя Даск. — Что смешного?

На его вопрос ответил хихикающий Спайк.

— Твоя грива! — дракончик залился смехом. — Ты теперь похож на клоуна!

— Не-ет. — поправила его Дэш. — Он больше похож на воронье гнездо!

Они оба покатились от хохота.

— Ха-ха. О-очень смешно, — произнес Даск Шайн. — А теперь, с вашего позволения, мне нужно завершить проверку приготовлений к празднику, чтобы успеть приготовиться к приходу Найтмер Мун! Ты помнишь, Спайк? Жизненно важно и все такое?

— Ух ты! — воскликнула радужная пегаска. — Ты хочешь устроить драку с Найтмер Мун? Тем аликорном из бабушкиных сказок, которая ест пони?

Единорог нахмурился.

— Это не сказки, — ответил он Дэш.

— Это... просто... потрясно! — восторженно выдохнула Рейнбоу. — Я ДОЛЖНА присоединиться к этому веселью!

“Прибейте меня,” подумал Даск.

Даск Шайн зашел в здание мэрии. Следующим пунктом в списке шли декорации и украшения к празднику, которыми занималась некая Рарити, добровольный эксперт-дизайнер. Результат ее работы — колонны, увитые разноцветными лентами, свежие цветы, расставленные по периметру, флаги, слабо покачивающиеся на сквозняке, все говорило о том, что эта пони хорошо знала свое дело. “Отлично,” подумал Даск, “похоже, все в порядке. Проверка тут завершена и можно двигаться к последнему пункту, без лишних задержек и разговоров.”

— Само совершенство… — мечтательно протянул Спайк.

— Ага, — согласился Даск. — Украшения идеальны. Пойдем дальше.

— Эй! Я не про эти глупые ленточки говорил! — отмахнулся Спайк. — А о этой прекраснейшей и изумительнейшей принцессе, которую ты невесть как умудрился проглядеть!

Даск Шайн перевел взгляд на центральную сцену. На ней белоснежная единорожка с пурпурной гривой, уложенной в замысловатую прическу, выбирала, какую ленту повесить следующей.

— О ней? — недоуменно произнес Даск. И тут он осознал. — Спайк де Драко, ты что, втюрился?

Дракончик даже не пытался отрицать этого.

— Ты ОБЯЗАН мне помочь! — умоляюще произнес он. — Я буду готовить целый год, самостоятельно заправлять свою кровать до конца жизни! А еще никогда больше не буду рассказывать твоей матери, что ты читаешь «Плейкольт» и обещаю поверить в весь твой бред о «Кобылице на Луне»!

— Давай кое-что уточним, — сказал Даск. — Раз: у тебя с этой кобылкой не больше шансов, чем у снежка уцелеть в центре Тартара. Два: Ты и так уже все перечисленное делаешь. Три: Я тебе уже говорил, что это был не «Плейкольт», а выпуск журнала Вандерболтов со Спитфайр. Четыре: Каким, по твоему, образом, я должен тебе помочь? Пять: я уже упоминал, что у тебя с ней шансов не больше, чем у снежка в центре Тартара?

— Чуть не забыл. Еще я никому не буду рассказывать о том, что ты до сих пор спишь с этой самодельной куклой, — с коварной ухмылкой добавил Спайк.

— Не ввязывай в это дело Мисс Смартипентс! — воскликнул Даск возмущенно. Дракончик сохранял молчание.

— Ладно-ладно, — сдался Даск. — Попробую замолвить за тебя словечко на этот раз.

Он подошел к единорожке.

— Эй, крошка! — произнес он с наигранной бодростью. — Я Даск Шайн. А это — мой лучший друг Спа...

— Твоя ГРИВА!!! — завопила избранница Спайка. Даск ощупал свою шевелюру и отметил, что она нисколько не изменилась с тех пор, как пострадала от действий одной пегаски.

— Ну, я собирался ей заняться, когда доберусь до дома… — пробормотал он.

— Святая Селестия! Ты собираешься ходить с этим на голове по городу? Ты с ума сошел? Кто с тобой это сотворил? Кто посмел так надругаться над чувством прекрасного?

— Ее звали Рейнбоу Дэш, — машинально ответил Даск. После того, как слова сорвались с его губ, Шайн понял, что насколько бы хвастливой и безалаберной не была радужная пегаска, она определенно не заслуживает той участи, что ждет ее, если ему не удастся как-то успокоить эту единорожку. — Н-но это был несчастный случай!

— Хорошо, — холодным тоном произнесла кобылка с отметкой в виде трех алмазов. — Полагаю, мне придется немного... поговорить с маленькой Мисс Лихачкой.

Даск сглотнул ком в горле, прежде чем смог что-то произнести.

— Спайк? — шепнул он своему помощнику. — Ты уверен, что хочешь продолжать после этого?

— А? — отозвался витающий в облаках Спайк. — Прости, о чем ты говорил? Я отвлекся на созерцание самого красивого существа во вселенной.

— Хватит разговоров! — заявила психованная кобыла. — Мы должны разобраться с этим кошмаром на твоей голове!

Даск попытался отвертеться.

— Ну, вообще-то мы уже собирались...

— Я настаиваю, дорогуша! — отрезала она. — И ни за что не приму «нет» в качестве ответа. Ясно?

— Д-да, мэм. — пискнул Даск.

Пока «похитительница» Даска занималась его гривой, единорог успел узнать, что ее зовут Рарити, что она добровольно исполняет обязанности главного декоратора Праздника Летнего Солнцестояния и что она является владелицей магазина модной одежды, Бутик Карусель, где они и находились в данный момент. Еще оказалось, что Рарити и Рейнбоу Дэш — близкие друзья, что означало, что за судьбу радужной пегаски можно было не волноваться... Наверное.

— И как твое имя, дорогуша? — спросила Рарити, заканчивая с его прической.

— Даск Шайн. — повторно представился Даск.

— Даск Шайн? — ахнула единорожка. — Сам Даск Шайн? Протеже и личный ученик Принцессы Селестии?

— Ты обо мне слышала?

— О, дорогуша! — возбужденно произнесла Рарити. — Единорог, овладевший высшей магией в восемь лет, получивший кьютимарку за талант к магии, и ставший для Селестии, как она говорит «сыном, которого у нее никогда не было»? Естественно, я о тебе слышала. Ты, практически, принц!

Даск лишь вздохнул:

— Что не помогло мне найти пару на выпускной, — пробормотал он про себя.

— Ох, думаю, мне не следует говорить с незнакомцем о своих мечтах, — вздохнула Рарити.

— Мечты? — переспросил Даск. “Только не говорите мне, что эта кобылка хочет быть мной,” подумал он про себя.

— Знаешь, Даск, — мечтательно произнесла единорожка, примеряя на Шайна разнообразные наряды. — Я всегда мечтала встретить статного принца, мечтала о том, что мы полюбим друг друга с безумной силой, и что он заберет меня с собой в Кантерлот. Как свою принцессу, конечно.

У Даска мелькнула мысль, что это довольно примитивная мечта, но высказывать ее вслух он не стал. Спайк, тем временем, решил присоединиться к разговору.

— Кста-ати, — произнес Спайк с намеком. — Я и Даск практически братья. Так что, можно сказать, что я тоже практически принц.

Рарити приподняла бровь:

— А кто ты?

— Я Спайк! — представился дракончик с энтузиазмом. — Тот самый статный дракон, что помогает тебе менять наряды на Даске уже почти час.

Но единорожка уже переключила свое внимание обратно на Шайна.

— Дорогуша, думаю, мы могли бы узнать друг друга... поближе. — томно произнесла она с многообещающей улыбкой. Даск почувствовал, что его глаза полезли на лоб после такого заявления.

— Ой, толькопосмотритенавремявремябежатьСпайкмыужеопаздываем!

Когда Даск окончательно удостоверился, что их не преследует Рарити, наряженная в свадебное платье, он сменил свой сумасшедший галоп на легкую, нервную рысь.

— Как думаешь, она на меня запала? — спросил Спайк.

— Чего? — произнес Даск, пытаясь успокоить свое дыхание.

— Рарити на меня! — воскликнул дракончик.

— Думаю, она втрескалась в меня по уши. Ну, знаешь, кто может устоять против этого? — он гордо поиграл своими, большей частью воображаемыми, мышцами. Даск закатил глаза.

— Спайк, ты помог мне узнать кое-что важное сегодня, — заявил Даск.

— Что именно?

— Любовь любого способна сделать глупцом и слепцом, — серьезным голосом продолжил Даск. — И я решил не влюбляться ни в кого, пока мы хорошенько не познакомимся.

— Ни в кого? — озабоченно спросил Спайк. — А если это будет любовь с первого взгляда?

Даск лишь рассмеялся.

— Спайк, мой разум это неприступная крепость, — начал он объяснять. — И нет никаких шансов, что столь разумный и логичный пони, как я, совершит такую неразумную и бессмысленную вещь, как влюбится в кого-нибудь с первого-о-о-ООО ПРЕСВЯТАЯ МАТЬ СЕЛЕСТИИ, КТО ОНА???!!!!

И тут Даск Шайн встретил... её.

Она была изящной сливочно-желтой пегаской со струящейся почти до самой земли розовой гривой, подобной водопаду из сверкающего шелка, сотканного богинями на вершине Олимпа. Ее прекрасный голос, которым она управляла хором певчих птиц, был способен заставить ангелов плакать от стыда. Ее кьютимарка в виде трех чудесных бабочек гармонично украшала ее фланки. Такая...

...такая...

...О, всемогущая создательница Лорен Фауст, ЭТА КОБЫЛКА...

Тем временем в реальном мире...

— Даск, братан? Ты уже распугал всех ее птиц. Думаю, тебе стоит перед ней извиниться. И, э-э... у тебя слюна течет. — пытался достучаться до впавшего в транс единорога Спайк.

Возникла неловкая пауза. Желтая секс-богиня сделала попытку спрятаться за своей густой гривой. Это привело Даска в чувство. Немного.

— ПРИВЕТКАКТЕБЯЗОВУТ?ЯДАСКШАЙН!АТЫВЕРИШЬВЛЮБОВЬСПЕРВОГОВЗГЛЯДА?! — выпалил он, подскакав к прелестнейшей из живущих.

С растущим ужасом в голосе, любовь всей его жизни едва слышно ответила:

— Флаттершай.

Даск Шайн навострил свои уши, твердо намереваясь не пропустить ни единого звука.

— Как ты сказала, любовь моя?

— Флаттершай, — пробормотала она еще тише.

— В-вате-рай? — переспросил Даск, вплотную приближаясь к пегаске. С трудом преодолевая страх, Флаттершай наклонилась к его уху, чтобы прошептать свое имя.

— Меня зовут-ДЕТЕНЫШ ДРАКОНА?!!

— ААА! — закричал Даск от боли в ушах. Внутри его черепа медленно затухал звон от прекрасного голоса его избранницы.

— Ох, прости пожалуйста! — произнесла Флаттершай с нормальной громкостью.

— Флаттершай, у тебя такой громкий голос, — укорила она саму себя. Затем пегаска перебежала к Спайку.

— Ой, я никогда раньше не видела настоящего живого дракона. Как тебя зовут? Хочешь быть моим питомцем? Прошу тебя, расскажи мне все-все-все, что знаешь о драконах!

— Ну-у-у… — замялся Спайк. — Зовут меня Спайк, и мне не то, чтобы много известно о драконах. Если честно, то я — единственный дракон, которого я знаю.

— Ох, бедняжка, — проворковала Флаттершай. — Ты никогда не видела никого из своих родичей? Ничего, Спайки-вайки, ты можешь рассказать мамочке обо всем.

Спайк и Даск переглянулись и оба мгновенно осознали две вещи. Во-первых, происходящее в точности повторяло ситуацию с Рарити, только парни поменялись ролями. Во-вторых, оба прекрасно понимали, что будет происходить в ближайшее время: Спайк будет рассказывать Флаттершай о себе, а та даже не посмотрит в сторону Даска. Дракончик собирался насладиться каждым мгновением и Даск Шайн ничего не мог с этим поделать.

— Ладно, — самодовольно начал Спайк, запрыгивая на спину единорога. — В начале было фиолетово-зеленое яйцо...

Это были худшие три часа в жизни Даска. Спайк не пропустил ни одной неприглядной детали из жизни единорога, начиная с тех пор, когда Даску пришлось носить эти ужасные брекеты. Дракончик проболтался даже о Мисс Смартипентс! ДА КАК ТЫ ПОСМЕЛ, СПАЙК?!!! ТЫ ПОКЛЯЛСЯ НИКОГДА ЭТОГО НЕ РАССКАЗЫВАТЬ!!! Наконец, трио достигло городской библиотеки.

— ...И так шла моя жизнь до этого дня. Хочешь, расскажу о том, что случилось сегодня?

— Все, мы на месте, — прервал его Даск.

— Думаю, тебе пора в постель, Спайк, — раздраженно произнес единорог сквозь зубы.

— Но еще слишком рано! — возмутился дракончик.

— Нонсенс, — ответил Даск, «по неосторожности» роняя Спайка со своей спины. — После этого утомительного дня ты даже не можешь сохранять свое маленькое равновесьице!

— Ох, — забеспокоилась Флаттершай. — Каждой подрастающей детке нужен сладкий сон. До свидания, мистер Даск, я сейчас ухожу, но вы должны пообещать, что будете давать Спайки-вайки побольше свежих овощей, чтобы она выросла большой и сильной. Ты ведь будешь хорошо кушать, Спайки?

— Пока, Флаттершай, обязательно буду, — Спайк попрощался с уходящей пегаской. И тут до него дошло. — Стоп. Она что, считает меня девчонкой?

Даск усмехнулся, и вошел внутрь неосвещенной библиотеки.

“Все, Даск Шайн, наконец-то ты разобрался со всем этим,” единорог мысленно поздравил сам себя. “Ты не упустил ни единого пункта в этом длинном списке и теперь можешь спокойно сосредоточиться на подготовке к приходу Найтмер Мун в тишине и-”

— СЮРПРИЗ!

“-одиночестве.” Фейсхуф. “Вечеринка-сюрприз. Вот только ее мне и не хватало. Дайте только мне найти того, кто это устроил и, клянусь, я не успокоюсь, пока не донесу до его ума все, что я по этому поводу думаю.”

— Приветики! — воскликнул высокий голос, который Даск немедленно возненавидел.

— Я — Пинки Пай и это я устроила для тебя эту приветственную ВЕЧЕРИНКУ!

“Опа, да это же та розовая сумасшедшая, которую я встретил утром.”

Немедленно. Возненавидел.

Пышногривая надоеда трещала не переставая все время, что Даск наливал себе заслуженную порцию выпивки.

— Я гуляла по улице и я еще не встречала тебя, понимаешь? А если я еще не встречала тебя, то значит это перезапуск или фанфик! Так что я стала думать: Перезапуск или фанфик? Перезапуск или фанфик? Перезапускилифанфикперезапускилифанфикперезапускилифанфик... вообщем, а потом показался ты! Ультра-супер-милый жеребец! А раз ты ультра-супер-милый жеребец, то это значит, что мы оказались в шипфике! А раз мы в шипфике и я решила, что ты ультра-супер-милый, значит я, как минимум, один из главных женских персонажей! А раз я одна из главных женских персонажей, и я встретила тебя раньше всех остальных, то значит я заполучу тебя в финале, потому что кто-успел-тот-и-съел кто-опоздал-тот-проиграл, верно? Ой, Даски?

— Чо? — отозвался совершенно сбитый с толку единорог.

— Ты пьешь острый соус.

— ...Лягать.

Даск Шайн зарылся в свою постель, засунув голову под подушку в попытке заглушить звуки вечеринки, доносящиеся снизу. В спальню зашел Спайк с абажуром от настольной лампы на голове.

— Хей, братан, так ты пропустишь все веселье, — начал дракончик. — Они приделали трамплин к чаше с пуншем и...

— Пойдем, Даск! — в комнату заявилась Пинки. — Я все еще не получила нужного развития, как персонаж!

— Оставьте меня одного, — проворчал Даск, еще сильнее натягивая подушку на голову.

— Но если я не получу достаточно времени повествования, мы можем не стать «Единственно Истинной Парой» по мнению читателей! — запротестовала розовая кобылка.

— Я сказал — уйдите.

Пинки разочарованно вздохнула:

— Могу я хотя бы поговорить с тобой о вещах, которые твой не-способный-сломать-четвертую-стену разум сможет воспринять?

Даск вздохнул в ответ:

— Ладно, валяй.

— Итак, ты ждал целый день, чтобы у тебя появилась возможность заняться поисками способа победить Принцессу Лун-н-Найтмер Мун, я права? Или лева? — спросила Пинки с неестественной для себя серьезностью.

— Откуда ты узнала о возвращении Найтмер Мун? — удивился единорог.

— Это же известная сказка на ночь, глупенький! — рассмеялась Пинки. — Всепони знают о Старой Темной Зазнайке! А теперь отвечай: права или лева?

— Права.

— И теперь что ты надеешься отыскать здесь, под твоей подушкой?

— ...Чего?

— Я сказала, что вместо того, чтобы завести друзей или найти способ остановить наступление вечной ночи, — разъясняла Пинки с нарастающим нетерпением, — ты засел тут один-одинешенек, надувшись на всех, как бука!

— Слушай, то что ты говоришь имеет смысл, Пинки! — вскочил с кровати Даск.

— Время утекает у нас между копыт! Вперед, время заняться исследованиями!

— Гмм, Даск? — заметила розовая кобылка. — Время, утекающее у нас между копыт уже утекло.

— О чем ты?

— Я о том, что праздник начинается! Мы опаздываем уже на десять минут!

У Даска все внутри оборвалось.

— Теперь вся надежда потеряна, — обреченно выдохнул он.

— Как насчет поднимающего дух поцелуйчика на удачу, сладкий? — жизнерадостно сказала Пинки, чмокая его в щеку. Даск отметил это как “не самое худшее из того, что с ним произошло за эти сутки”, и мысленно приготовился встретить худшее.

Вокруг мэрии собралось множество пони. Они тихонько переговаривались друг с другом и с нетерпением ожидали начала праздника. Если бы у Даска были пальцы, он скрестил бы их на удачу, все, сколько смог. Он мысленно молил принцессу Селестию о том, чтобы она хотя бы вызвала Шайнинг Армора, просто для перестраховки. Даск Шайн окинул взглядом группу королевских гвардейцев, охранявших порядок на праздновании. Старшего брата среди них не было. Похоже, что бы сегодня не произошло, Даску придется встретить это в одиночку...

— Эй! Спорю на десять бит, что Рарити согласится на свидание со мной этим вечером!

Поправка: Даску придется встретить это вместе со Спайком.

— Тыволнуешься?Тыточноволнуешьсяпотомучтоятаакволнуюськакещеникогда неволноваласьнукромепрошлогоразакогдатыпоявилсявгородеиятакая*АААА*нояобэтомужеговорила.

Поправка: Даску придется встретить это вместе со Спайком и Пинки Пай. Крепись, Даск Шайн. Даже перед лицом неизбежной гибели ты должен сохранять свой разум холодным и чистым, чтобы... О, только посмотри, Флаттершай привела тот хор певчих птиц, что ты видел вчера. Та-ак ми-ило!

Откашлявшись, мэр Понивилля начала свою речь:

— Леди и джентлькольты, позвольте мне с гордостью за оказанную нашему городу честь представить вам правительницу наших земель, каждый день поднимающую в небо солнце и каждую ночь — луну, Принцессу Селестию Эквестрийскую!

Кулисы разошлись и всепони ошеломленно ахнули. Жаркие чувства Даска, поднявшиеся при виде Флаттершай, оказались полностью смыты холодным душем страха. Гвардейцы-пегасы распахнули свои крылья, готовясь к сражению. А затем пришла паника.

— Отчего вы столь взволнованы? — со злобной ухмылкой спросила Найтмер Мун. — Вы мыслили узреть здесь кого-то иного?

— Что ты сделала с нашей Принцессой? — вскинулась Рейнбоу Дэш. — И почему ты так по-чудному говоришь?

Найтмер Мун расхохоталась.

— Ваша обожаемая Принцесса? — сказала она, отбрасывая попытавшихся атаковать гвардейцев разрядом молнии. — Мы поведаем вам о случившемся. Она сдалась мне без единой попытки сопротивления.

— Врешь ты все! — выкрикнула Эпплджек. — Да Принцесса никогда б не сдалась такой, как ты!

— МЫ ГОВОРИМ ЛИШЬ ИСТИННУЮ ПРАВДУ, НАШИ ПОДДАНЫЕ! — ответила Найтмер Мун Королевским Кантерлотским Гласом. Убедившись, что Глас заставил всех пони вокруг припасть к земле, она решила приберечь тяжелую артиллерию на тот случай, если пони-будь еще решится с ней спорить, и продолжила простым капслоком. — НО МЫ НЕ МОЖЕМ ДОВЕРЯТЬ ЕЙ ПОЛНОСТЬЮ, ТАК ЧТО ОНА БЫЛА ЗАТОЧЕНА! УЗРИТЕ!

Она подняла серебряное ожерелье с большим кристаллом, мерцающим теплым золотистым светом.

>— СЕЛЕСТИЯ КЛЯЛАСЬ ЧТО ХОТЬ И ИЗГНАЛА НАС, НО МЫ ВСЕГДА БЫЛИ БЛИЗКИ ЕЙ! И ТЕПЕРЬ… — она опустила ожерелье с самодовольной улыбкой. — ОНА ВСЕГДА БУДЕТ БЛИЗКА НАМ!

Даск Шайн не мог поверить своим ушам. Селестия сдалась? Как? Почему она отдала Эквестрию на милость такого монстра? Она совсем не думала об участи простых пони? Она не думала о том, что будет с ее учеником?

Увидев, что большая часть пони приняла горькую правду, Найтмер Мун обнажила свои острые зубы в довольной улыбке. Внезапно, наступившая тишина была нарушена чьим-то слабым голоском.

— П-п-пожалуйста, н-не ешьте м-меня, е-если в-вы н-не п-против! — пропищала Флаттершай, трясясь в ужасе. Найтмер Мун с недоумением посмотрела на нее.

— У нас нет желания пировать на твоих внутренностях, друид, — мягко произнесла Кобылица с Луны.

— Д-действительно?

— Да. Мы вполне удовлетворены тем, что ЭТА НОЧЬ БУДЕТ ДЛИТЬСЯ ВЕЧНО! АХАХАХАХАХА!!!

Флаттершай смогла лишь тихо пискнуть от страха. Тем временем, Найтмер Мун превратилась в облако темного дыма и улетела в сторону Вечнодикого Леса. Попытка Рейнбоу Деш последовать за злодейкой окончилась ничем, к сожалению быстрейшая летунья Эквестрии не смогла догнать бесформенное облако магического тумана. На пути обратно в мэрию, чтобы хотя бы попытаться успокоить Флаттершай и сообщить ей, что «страшная королева ушла и теперь можно спокойно пойти посмотреть, как дела у Энджела,» разноцветная пегаска заметила, как новый единорог заходит в городскую библиотеку вместе со своей ручной ящерицей. Увиденное просто заставило ее вломиться туда через окно.

— Так, яйцеголовый, давай рассказывай! — заявила Рейнбоу. — Мне, конечно, далеко до рогатых умников, вроде тебя, но и я могу приметить пару вещей. А ну отвечай: ты шпион?

— Чего? — недоуменно спросил Даск. — С чего это ты взяла, что я шпион?

— Прекрасный вопрос! Для начала, пока всепони спешили к своим близким, ты зачем-то рванул в библиотеку.

— Все мои близкие сейчас находятся в Кантерлоте, — ответил Даск. — Я только вчера сюда приехал!

— Неплохо. А что ты скажешь на это: стоило тебе прибыть в наш город, и тут же заявляется эта Найтмер Мун. Я прекрасно слышала, как ты о ней болтал!

— Потому что я как раз пытался предотвратить ее приход!

— Хорошенькая история. Только вот ты забыл об одной вещи. Если я чему и научилась из фильмов, так это тому, что все шпионы обязательно до чертиков привлекательны. А ты, парень, обладаешь просто скопытсшибательной привлекательностью!

— Э-э... Это было обвинение или комплимент?

— Вот! Опять ты это делаешь! — выпалила пегаска, заливаясь краской.

— Никакой он не шпион, Дэш, — Эпплджек вошла в библиотеку во главе остальных пони, с которыми Даск вчера успел познакомиться. — Но, думаю, он могёт знать, что за сено тут творится, а Даск?

Единорог вздохнул.

— Я собирался посмотреть, есть ли тут какая-нибудь информация о Элементах Гармонии.

— Нашла! — радостно воскликнула Пинки Пай, вытаскивая с полки тяжелую книгу. — ”Элементы Гармонии для чайников”. Была под буквой «Э», как обычно.

Даск начал зачитывать книгу вслух:

— «Существует шесть Элементов, но известны только пять из них: Честность, Доброта, Смех, Щедрость и Верность. Сущность шестого элемента сохраняется в тайне, чтобы никто не смог использовать мощь Элементов для злого дела. После того, как Селестия использовала их против Найтмер Мун, она спрятала Элементы в замке Царственных Сестер, который расположен в местности, ныне известной, как...»

— ...Вечнодикий Лес! — шесть пони выдохнули в унисон. Они стояли на опушке темного и полного опасностей леса. Спайк остался отсыпаться в библиотеке, дракончик уже валился с ног после бессонной вечериночной ночи.

Даск Шайн глубоко вдохнул и с решимостью заявил:

— Дальше я пойду один.

— Что? — выразили свое недоумение остальные.

— Я благодарен вам за то, что проводили меня до этого места, но здесь наши пути расходятся. Я знал о приходе Найтмер Мун, но не смог его предотвратить. И теперь попытаться остановить ее — мой и только мой долг. Я не хочу, чтобы при этом пострадал пони-будь еще.

— Хорошие слова, сахарок, — ответила Эпплджек. — Вот только Эквестрия и наш дом тоже. Плюс, ты кое-что забыл: ты собираешься влезть в самое опасное место на тыщу миль вокруг, чтобы найти древнее магическое оружие (которое, вообще говоря, могёт и не сработать, потому что мы понятия не имеем, что там за шестой элемент) для того, чтобы схватиться с бессмертной демоницей, устроившей вечную ночь во всем мире.

— И?

— Тебе пригодится пони-будь, чтобы присмотреть за твоим крупом! — уверенно продолжила фермерша.

— Ага, и мы не позволим тебе захапать всю славу себе одному! — добавила Рейнбоу Дэш. — Это МОЯ работа!

— Хорошо, — вздохнул Даск, вступая в лес в компании пяти кобылок. — Думаю, поддержка может мне пригодиться.

Шесть маленьких пони пробирались через погруженный в непроглядную тьму лес.

— Кстати, — приглушенным голосом произнес Даск, — что же делает Вечнодикий Лес таким опасным?

— Т-ты г-говоришь т-так, б-будто не б-боишься, — Флаттершай была перепугана до дрожжи и лишь присутствие друзей удерживало желтую пегаску от панического бегства.

— Честно говоря, — признался Даск Шайн, — это самое жуткое место, в какое я только попадал. Но мне интересно, из-за чего этот лес стал таким... противоестественным? Почему животные в нем поедают друг друга? Почему облака над ним движутся сами по себе?

— Никто не знает, — ответила Рейнбоу Дэш самым жутким голосом, на какой была способна. — А знаешь почему? Потому что все, кто заходил сюда пропадали... НАВЕЧНО!

Стоило ей это выкрикнуть, как земля вокруг затряслась и часть тропинки поползла куда-то вниз. От неожиданности Даск потерял равновесие и полетел кубарем, собирая своей шкурой камни и кусты. В следующее мгновение он пришел в себя висящим на краю пропасти, от падения в которою его удерживали лишь копыта Эпплджек.

— Эпплджек! — в панике закричал единорог. — Что мне делать?

Фермерша серьезно посмотрела в глаза Даска.

— Отпускай, — коротко посоветовала она.

— ЧТО?! ТЫ РЕХНУЛАСЬ?!

— Не буду врать, с твоей стороны такое кажется безумием, но смекни, на кой мне желать, чтоб пони-будь вроде тебя пострадал? — сказала она, и на самом открытом и честном лице, что Даск только видел, появилась улыбка. Двое не отрываясь смотрели друг другу в глаза. Это были самые длинные секунды в жизни Даска. В конце концов, он сумел заставить себя говорить.

— Это все из-за твоих прекрасных глаз, — шепнул он и отпустил копыта Эпплджек. Ковпоньша ошеломленно замерла, осознавая услышанное. “Опа,” думала она, “никогда не слыхала ничего подобного. Похоже, он все таки со мной заигрывал.”

Даск, между тем, думал о совсем других, более приземленных вещах: “АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА *Ыть* охтыжславаСелестияяживживДэшиФлаттипоймалименяиябудужить!”

После того, как Даска поставили обратно на такую замечательную и твердую землю, наши герои продолжили свой путь. Пока Рейнбоу Дэш в 75-ый раз хвасталась тем, как она спасла круп Даска самым крутым способом из возможных, Даск потихоньку приблизился к Эпплджек.

— Эмм... О том, что я тогда сказал… — попытался он объясниться.

— Ага?

— Просто хочу сказать, что это был такой момент, когда я не был способен думать о чем-либо, кроме того, что сейчас упаду и расшибусь в лепешку. И, ну, я просто не осознавал, что говорю, — Даск помахал копытом, подбирая слова. — Понимаешь, я вовсе ничего такого о тебе не думаю.

— Конечно, партнер! — кивнула фермерша. — Прекрасно понимаю.

— Ох, слава богине! — он облегченно выдохнул. — Я уж опасался, что ты могла меня не так пон-

И тут Даск открыл для себя, что Эпплджек может пнуть куда сильнее, чем Рейнбоу Дэш.

Даск потирал свой новоприобретенный фингал. Пока пони спускались вниз по узкому проходу, все сохраняли молчание. Конечно, все видели удар ковпоньши, но даже неугомонная Рейнбоу Дэш не решалась расспрашивать Эпплджек о произошедшем. (Правда, Рарити то и дело бросала убийственные взгляды на деревенщину, которая посмела поднять копыто на ее «прекрасного принца».) Внезапно опустившаяся тишина была разрушена яростным рыком рассерженного зверя, выпрыгнувшего из кустов перед ними.

— Мантикора! — испуганно закричали наши герои. Как ни странно, но первой, кто встретил чудовище хорошим пинком по носу, оказалась Рарити. Возмущенная подобным приветствием, мантикора взревела еще громче и яростней. Взвизгнув от страха, Рарити бросилась со всех ног прочь от последовавшего за ней зверя, под защиту своих товарищей.

Мантикора почти уже настигла белоснежную единорожку, когда ей на загривок запрыгнула Эпплджек. Чудовище принялось скакать, словно на родео, и через несколько секунд ему удалось сбросить с себя фермершу. Но тут мантикоре пришлось отвлекаться на Рейнбоу Дэш. Разноцветная пегаска все быстрее и быстрее описывала круги вокруг чудовища, создавая небольшой радужный смерч. Подловив момент, мантикора махнула своим хвостом и с громким *БАЦ* Рейнбоу кувырком улетела в сторону. Впрочем, пегаска почти сразу же пришла в себя и, поднявшись на ноги, она присоединилась к своим друзьям, собирающимся снова атаковать мантикору.

— СТОООООЙТЕ!!! — крик Флаттершай заставил всех замереть. Желтая пегаска осторожно прошла мимо своих друзей и приблизилась к мантикоре, обратившись к ней мягким спокойным голосом:

— Ну-ну, тише, большая мягколапка. Что тут у нас стряслось?

Даск помотал головой, пытаясь прогнать бредовое видение.

— Э-э? Что ты делаешь? Беги, Флаттершай, мы ее отвлечем! Беги, пока она не проглотила тебя в один присест!

Мантикора медленно протянула Флаттершай переднюю лапу, и стало видно, что там засел длинный черный шип.

— Ах ты бедняжка, не бойся, сейчас я тебе помогу. Потерпи пару секундочек, будет немножечко бо-бо, словно комарик...

— РРРРРРААААААОООООРРРРРР!

— ...укусил. Вот и все, и совсем-совсем не страшно, правда? А теперь, если ты не против, то мы с друзьями пойдем дальше.

Мантикора принялась благодарно вылизывать гриву Флаттершай, методично превращая ее прическу в обслюнявленный кошмар. Пегаска лишь хихикала и веселилась.

— ...Что это сейчас было? — спросил полностью сбитый с толку Даск.

— Теперь ты знаешь, что даже кто-то большой и страшный может нуждаться в капельке доброты, — ответила Флаттершай. — И ты еще не видел, как иногда ведет себя мой кролик. Поверь, этому пушистику далеко до Энджела.

— Ага. Напомни мне об этом, если я вдруг захочу познакомиться с твоим питомцем, — нервно сглотнул Даск, пытаясь представить, из каких глубин Тартара должен был явиться этот Энджел.

Наши герои все глубже и глубже заходили в лес, постепенно приближаясь к руинам старого замка. Окружающие деревья становились все больше, скрюченные ветви закрыли небосвод так, что и тусклый лунный свет уже не освещал тропу. Вскоре Даск Шайн в опустившейся темноте не мог разглядеть даже свой собственный рог. Конечно, проблема могла быть решена простеньким осветительным заклинанием, но в этот момент внимание от дыры в сюжете было отвлечено чвакающим звуком.

— Ухх, — раздосадованно сказала Эпплджек. — Кажись, я на что-то наступила.

В следующий миг Флаттершай взвыла от ужаса.

— Эт, должно быть, просто грязь, Флатти, — фыркнула ковпоньша, — тебе не стоит об этом так беспоко-о-ООООААААИИИИИ!!!! ДРЕВОДЕМОНЫ! КАЖДЫЙ САМ ЗА СЕБЯ!!!!

И на всех деревьях появились светящиеся лица, и были они ужасны, и кричали всепони в страхе, и хоть деревья ничего не делали, а просто стояли на своих местах, но это был Вечнодикий Лес, где все, что угодно могло таить в себе смертельную опасность, и лица на стволах деревьев были действительно очень-очень страшными.

…Ну, вы знаете, чем все закончилось.

Один музыкальный номер спустя, демоны были изгнаны силой смеха и шесть маленьких пони вскоре вышли на берег реки. Ее поверхность была покрыта большими волнами, а ниже по течению слышались какие-то странные звуки.

— И как нам попасть на тот берег? — задумался Даск Шайн.

Рейнбоу Дэш через мгновение предложила:

— Флаттершай и я могли бы перенести вас туда по одному.

— Но я никогда не поднимала ничего, тяжелее кролика! — возразила Флаттершай.

— Ой, да ладно тебе, Флатти! — радужногривая пегаска закатила глаза. — Недавно мы с тобой спасли Даска. Вместе мы сможем это сделать. Готова поспорить, если мы объединим усилия, то сможем перенести телегу, набитую пони, через идущий поезд!

— Ну, я все же не уверена… — промямлила Флаттершай. Но прежде, чем история пошла по другому пути, странные звуки усилились и стало возможным различить в них чьи-то стенания. Двинувшись в их сторону, наши герои вскоре увидели рыдающего морского змея с вычурной прической.

— Что у вас случилось, сэр? — учтиво поинтересовался Даск.

— Ну, я не знаю. Я сидел тут, занимаясь своими делами, — ответил морской змей, (чье имя, кстати, было Стивен Магнет) — и тут это гадкое облачко пурпурного дыма ВЖИК! пролетело мимо и отрезало половину моего эйлегантного уса! И теперь я выгляжу просто ужасно!

Он рухнул обратно в реку, подняв большую волну, с головой накрывшую шестерых пони на берегу.

— Гм, мистер Магнет? — заметила Пинки Пай. — Произносится «элегантные», а не «эйлегантные».

— Я так и сказал, — кивнул Стивен. — Мои когда-то-эйлегантные усы!

— Элегантные, — поправила Пинки с нажимом.

— Эйлегантные! — всхлипнул Стивен Магнет.

— Элегантные! — повторила Пинки с нарастающим раздражением.

— Эйлегантные!

— Элегантные!

— Эйлегантные!

— Элегантные!

— Эйлегантные!

Тем временем внимание Даска Шайна было полностью поглощено одной вещью. Он только что совершил величайшее открытие в истории Эквестрии:

Рарити с мокрой гривой становится самой сексуальной кобылкой, какую только видели глаза смертных.

Она выглядела как русалка из затонувшей Атлантиды. Мокрая грива сверкала в лунном свете, словно была покрыта алмазной пылью, влажные волосы струились с изящной шеи по белоснежной шерстке и облегали тело единорожки, словно вторая кожа.

Он перевел взгляд на Флаттершай. Не-ет, Рарити определенно выглядела в тысячу раз лучше. Обратно к ней.

Капли воды, похожие на ртуть, стекали по ее фланкам, стемились к ее хвосту...

...ее хвосту...

...ее хвосту, который она только что зачем-то обрезала. Хах.

— Благодарю за то, что вернули моим эйлегантным-«ЭЛЕГАНТНЫМ!»-усам их красоту и изысканность, мадемуазель Рарити! — горячо благодарил единорожку Стивен Магнет со слезами счастья, текущими по его лицу. — Что я могу сделать, чтобы отплатить вам за это?

— Для начала, можешь помочь нам переправиться через эту реку, дорогуша, — ответила Рарити. — И, кроме этого, было бы любезно с твоей стороны предоставить нам сухие полотенца и расчески. Моя грива в ужасном, просто кошмарном состоянии!

Даск Шайн открыл было рот, чтобы возразить на последнее заявление единорожки, но тут ему в голову пришла мысль, что одного подбитого глаза на сегодня будет вполне достаточно, и он закрыл свой рот обратно.

Вскоре Даск с друзьями приблизились к замку Царственных Сестер и только одно отделяло их от цели: веревочный мост через окружающую руины замка пропасть был оборван.

— И как нам перебраться? — спросила Эпплджек. — Эта пропасть глубже, чем наш погреб для сидра особой выдержки!

— Ах, что же нам делать? — саркастично произнесла Дэш. — Вот если бы среди нас была одна крутая ПЕГАСКА с КРЫЛЬЯМИ, она бы могла просто ПЕРЕЛЕТЕТЬ на другую сторону и починить мост.

— Рейнбоу Дэш, ты до сих пор сердишься из-за того, что случилось на реке? — виновато спросила Флаттершай.

— Забудь, — проворчала Рейнбоу. — Элементы сами себя не отыщут.

С этими словами она перелетела на другую сторону пропасти и приступила к починке моста. Оставалось закрепить последний канат, когда разноцветная пегаска услышала, как кто-то зовет ее по имени.

— Рейнбоу Дэш...

— Кто здесь? А ну покажись! Откуда ты узнал, как меня зовут? — Дэш принялась обеспокоенно осматриваться вокруг себя.

— Твои слава и известность дошли и до этих мест, Рейнбоу Дэш. Мы слышали, что ты — самая одаренная летунья во всей Эквестрии!

— Ах, стойте, вы меня смущаете! — сказала Рейнбоу Дэш. Она воспользовалась возникшей паузой, чтобы поправить гриву и принять эффектную позу.

— Впрочем, я, пожалуй, смогу это пережить. Продолжайте!

"Еще нам известно, что ты — единственная, кому удалось выполнить легендарный Радужный Удар."

— Ага, чистая правда, — с гордостью сказала Дэш. Она посмотрела на щедрых на похвалу незнакомцев. — Но кто вы?

— Мы — Шедоуболты, — ответила пегаска. — Мы быстрейшая команда в Вечнодиком Лесу и скоро станем лучшими во всей Эквестрии!

— Если вы в этом так уверены, то почему вы все еще не так известны, как Вандерболты? — поинтересовалась Рейнбоу Дэш, защищая своих кумиров.

— Пока они существуют, никто другой не сможет стать лучшим во всей Эквестрии.

— М-мы с легкостью сможем превзойти Вандерболтов! — лидер Шедоуболтов сделала шаг назад.

— Все, что нам нужно... капитан, — сымпровизировала она.

— И что, есть кто-то на примете? — Рейнбоу понимающе улыбнулась.

Тем временем с другой стороны недопочиненного моста Даск Шайн наблюдал за тем, как Рейнбоу Дэш беседует с Шедоуболтами.

— Не делай этого, Дэш! Это ловушка! — выкрикнул он, но сгустившийся над пропастью туман заглушил его слова.

— Нам нужен кто-то быстрый, — сказала теневая пегаска.

— Есть… — отметила Рейнбоу Дэш, смакуя момент.

— Кто-то ловкий, — продолжила лидер Шедоуболтов.

— Есть...

— Но самое важное — кто-то неимоверно крутой и непередаваемо потрясный!

— Еще бы!

— Нам нужна... ты, — последние слова приблизившаяся вплотную пегаска прошептала Рейнбоу на ухо.

— Подруга, думаю, мы договоримся! — усмехнулась Рейнбоу Дэш. — Подожди, пока я закончу с этим мостом, и мы продолжим.

— НЕТ! — резко воскликнула теневая пони. — Ты должна идти с нами СЕЙЧАС! Выбирай, мы или они!

Рейнбоу задумалась над вариантами. Стоит ли ей выбрать славу и почет, о которых она мечтала всю свою жизнь, или остаться с друзьями, которые поддерживали ее, указывали на ее ошибки, постоянно критиковали и учили как ей жить...

— Парни, вы же из команды Найтмер Мун, так? — предположила радужногривая пегаска.

— ЧТО?! — оторопело выкрикнули Шедоуболты, превращаясь в Найтмер Мун. — КАК СМОГЛА ТЫ РАСПОЗНАТЬ НАШУ ИЛЛЮЗИЮ? МЫ ДАЖЕ ПОЛЬЗОВАЛИСЬ ВАШЕЙ МАНЕРОЙ РЕЧИ!

— Ну, — сказала удивленная Рейнбоу Дэш. — Я понятия не имела, что передо мной сама Найтмер Мун, но ради сена, «Шедоуболты»? Серьезно? Вы что, не могли придумать что-нибудь получше?

— “ШЕДОУБОЛТЫ” — ПРЕКРАСНОЕ...ЗАБУДЬ, — лунной принцессе в голову пришла другая идея. — ТО, ЧТО МЫ ПРЕДЛАГАЛИ ТЕБЕ ВСЕ ЕЩЕ В СИЛЕ. И ТЕПЕРЬ МЫ МОЖЕМ ПРЕДЛОЖИТЬ ТЕБЕ МНОГО БОЛЬШЕ!

— Что?..

— СТАНОВИСЬ НА НАШУ СТОРОНУ, — продолжала она, — И МЫ ДАДИМ ТЕБЕ ТАКУЮ СИЛУ, ЧТО ТЫ И ВООБРАЗИТЬ СЕБЕ НЕ МОЖЕШЬ!

— Хмм... Как насчет «нет»? — ответила Дэш. — Я более чем уверена, что заключение контракта с порождением Тартара плохо отразится на моей репутации.

Найтмер Мун лихорадочно раздумывала над тем, что бы могло склонить Рейнбоу Дэш на ее сторону.

— ПРИСОЕДИНЯЙСЯ К НАМ... ВЕДЬ МЫ... ТВОЙ ОТЕЦ!

— НЕТ! — выдохнула пегаска. — Не может быть!

— ЗАГЛЯНИ В СВОЕ СЕРДЦЕ И ТЫ УЗНАЕШЬ ПРАВДУ!

— Действительно, нет, — сказала Дэш. — Этого буквально не может быть. Я по себе знаю, пыталась как-то раз стать отцом для Скуталу. И ты определенно не захочешь знать, чем это закончилось.

Найтмер Мун пристально посмотрела на пегаску.

— Послушай, — Кобылица с Луны сказала с привычной обычному уху громкостью. — Твои умения заслуживают уважения. Подумай о том, что ты можешь получить. Мы можем предложить тебе все, что только пожелаешь!

— Да сколько раз мне повторять «НЕТ»?! — выкрикнула рассерженная Рейнбоу Дэш.

— Да лучше пусть мне оторвут крылья, а мой круп пустят на кексики, чем я присоединюсь к тебе! Я лучше собственнокопытно сделаю себе лоботомию и проведу остаток жизни овощем под присмотром Флаттершай! Я лучше начну перемалывать сирот на радугу заживо! ДА Я ЛУЧШЕ РАСТЕРЯЮ ОСТАТКИ СВОЕЙ ГОРДОСТИ И НАЧНУ НАРЯЖАТЬСЯ В ТЕ РАСФУФЫРЕННЫЕ ПЛАТЬЯ, КОТОРЫМИ ТОРГУЕТ РАРИТИ, ЧЕМ ПОДЧИНЮСЬ ТЕБЕ!!!

Найтмер Мун наградила пегаску взглядом, способным заставить кокатрикса окаменеть от зависти, и наклонилась к Рейнбоу Дэш, понизив голос до шепота.

— Хорошшшо, — прошипела лунная принцесса таким тоном, что у летуньи кровь застыла в жилах. — Мы будем ждать в замке. Знаешь, Рейнбоу Дэш, сегодня ты приобрела могущественного врага. Тебе предстоит познать тысячи пыток, одна хуже другой. Сразу после того, как я закончу с последним из твоих драгоценных друзей.

Превратившись в пурпурный туман, Найтмер Мун исчезла в ночной темноте. Придя в себя, пегаска встряхнулась, сделала глубокий вдох, успокаивая дыхание и бормоча про себя “Ты не можешь сегодня умереть, Дэш. Ты слишком крута, чтобы просто так сдохнуть. Тебе еще предстоит прожить долгую жизнь в славе и известности в составе Вандерболтов. Да и кроме того, ты еще не успела заполучить того гика.” принялась за починку моста. Как только она закрепила последний канат, ее друзья перебежали пропасть и присоединились к ней.

— Дэш, ты вернулась! — радостно воскликнул Даск Шайн.

— Конечно, я вернулась! — гордо ответила летунья. — Я бы ни за что вас не бросила!

Наши герои вошли внутрь полуразрушенного замка и вскоре отыскали большой замысловатый пьедестал, на котором лежало несколько идеально круглых камней.

— Элементы! — общий крик разрушил тишину. После того, как они спустили камни вниз с постамента, Рарити пересчитала найденные Элементы.

— Здесь всего пять! — разочарованно сказала она. — И мы даже не знаем, как понять, какой Элемент какой! Они отличаются друг от друга только непонятными символами. Дурацкие камни!

Она пнула один из элементов.

— Нам не нужно их различать, — объяснил Даск. — Все равно они работают только все вместе. Когда пять будут собраны вместе, должно возникнуть что-то вроде искры и тогда проявится шестой. По крайней мере, именно так говорилось в книге.

Он наклонился к Элементам и его рог засветился.

— Отойдите подальше, я собираюсь заставить работать древние артефакты неимоверной силы, и при этом совершенно не представляю, как это сделать.

— Пойдем, дамы, — сказала Эпплджек. — Лучше посторожим снаружи, на случай если Найтмер Мун захочет пробраться внутрь.

Кобылки покинули комнату, оставив Даска в полном одиночестве. План Эпплджек по охране входа был почти идеален. Но она забыла одну важную деталь: Найтмер Мун могла просто телепортировать Даска и Элементы в другую часть замка, где ей никто не мешал бы делать с ними все, что только захочется.

Что, собственно, она и сделала.

Даск очутился в длинной комнате, похожей на коридор. Найтмер Мун стояла между ним и Элементами и торжествующе смеялась. Отчаяние затопило сознание единорога, но тут его взгляд упал на ожерелье ночной принцессы, в котором мягким светом мерцал камень, ставший тюрьмой для его учительницы.

“Нет!” подумал он. “Это не то, чего бы ты хотела, Селестия. Я добьюсь того, что солнце встанет вновь!” Даск угрожающе всхрапнул, несколько раз ударил копытом в пол и поскакал на своего врага.

— ДА ТЫ СМЕЕШЬСЯ?! — вскричала Найтмер Мун. Опустив свой длинный острый рог, она ринулась навстречу маленькому единорогу. Они стремительно приближались друг к другу.

Ближе...

Ближе...

Ближе...

...СЕЙЧАС!

В последний момент, Даск телепортировался к Элементам, избежав удара Найтмер Мун. Оказавшись рядом с артефактами, он направил на них всю свою магическую силу. В насыщенном магическом поле внезапно появилась сверкающая искра, которая принялась танцевать вокруг Элементов.

— ЧТО? ЭТО НЕВОЗМОЖНО! — завопила Найтмер Мун. Даск видел, как искра разделилась на тысячи маленьких разрядов магической энергии. Элементы медленно поднялись в воздух и....

...Ничего больше не произошло.

— АХАХАХАХАХАХА!!! — облегченно расхохоталась Найтмер Мун, телекинезом притягивая к себе бесполезные артефакты. — МЫ ОДЕРЖАЛИ ПОБЕДУ! ВАМ НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ УВИДЕТЬ НИ ВАШУ ЖАЛКУЮ ПРИНЦЕССУ, НИ ЕЕ СОЛНЦЕ!

Парализованный ужасом, Даск Шайн мог только наблюдать за тем, как новая правительница Эквестрии разбивает Элементы один за другим. В его горле встал ком, стоило единорогу подумать о том, что теперь его ожидает. Найтмер Мун прекратила смеяться и повернулась к Даску, словно прочитав его мысли.

— Ч-что будет со мной? — заикаясь спросил Даск.

— Не стоит бояться, юный маг, — ответила Найтмер Мун, сменив Королевский Кантерлотский Глас на обычный голос. — Нам нет нужды убивать тебя.

— Стоп, что? Действительно? — переспросил он с надеждой.

— Да. Такого интересного и статного пони с боольшим рогом мы найдем более интересное... применение, — произнесла она со странным огнем в глазах. Рог ночной принцессы засветился от используемой магии и комната мгновенно преобразилась. Блестящий красный шелк закрыл потрескавшиеся, поросшие мхом стены и колонны. Найтмер Мун медленно приближалась к единорогу, медленно снимая с себя части доспехов. Серьезно беспокоясь насчет «интересного применения», Даск отступал от аликорна, пока не почувствовал, как холодный камень пола сменился чем-то мягким. Оглянувшись, он увидел, что находится на шикарной кровати в виде сердца, окруженной горящими свечами.

— Первое задание для моего личного любимца, — прошептала ему на ухо полностью обнаженная Найтмер Мун. — Ты должен удовлетворить твою принцессу.

— МНЕ НУЖНА ПОДХОДЯЩЕГО ВОЗРАСТА!!! — завопил в ужасе Даск, пытаясь унести ноги от сумасшедшей кобылы.

— ЧТО НЕ ТАК С НАШИМ ВОЗРАСТОМ?! — Королевский Кантерлотский Глас заставил древние стены содрогнуться. Живая магическая грива лунной принцессы с легкостью опутала Даска, лишая его возможности передвигаться. — ГОВОРИ, ЖЕЛАЕШЬ ТЫ БЫТЬ СВЕРХУ, СНИЗУ, ИЛИ ПРЕДПОЧТЕШЬ КАК-ТО ЕЩЕ?

Единорог был готов расплакаться и начать звать мамочку, но в этот момент в комнату ворвалось пять знакомых кобылок.

— Ой! — пискнула Флаттершай, стремительно краснея. — Мы вам помешали? Прошу прощения, мы зайдем немного позже.

— Думаю, «помешали» как раз то, о чем Даск щас мечтает, сахарок, — ответила ей Эпплджек.

— УБЕРИ СВОИ ГРЯЗНЫЕ КОПЫТА ОТ МОЕГО ПРИНЦА, ТЫ, СТАРАЯ КОБЫЛА! — прорычала Рарити.

— ДЫАА! — поддержала ее Пинки Пай. — НИКАКИХ КЛОП-СЦЕН, ПОМНИШЬ?

— Дамочка, — угрожающе произнесла Рейнбоу Дэш. — У тебя есть десять секунд, чтобы свалить отсюда и не заполучить в башку тактический радужный удар!

Тем временем шестеренки в голове Даска закрутились с утроенной скоростью. Единорог готов был поклясться, что явственно слышал щелчок, с которым в его голову пришла мысль. С торжествующей улыбкой он обратился к Найтмер Мун.

— Думаешь, Элементы можно было уничтожить так просто?

— Элементы были уничтожены? — перебила его Эпплджек.

— Нет! Ну, да... Не то, чтобы совсем… — замялся Даск. — Сейчас объясню. Элементы заключены в каждой из вас.

Осколки Элементов медленно поднялись в воздух.

— На самом деле, каждая пони, последовавшая за мной сюда представляет один из Элементов!

— Даск, ты в курсе, что несешь полную чушь? — спросила Рейнбоу Дэш.

— Девочки, просто выслушайте меня, хорошо? — раздраженно сказал Даск.

— Начнем. Эпплджек, убедившая меня отпустить ее копыта на краю пропасти (и наградившая отменным фингалом, но сейчас не об этом), представляет... Честность!

С этими словами части Элемента Честности подлетели к фермерше и закружились вокруг нее.

— Флаттершай, укротившая свирепую мантикору, представляет... Доброту!

Желтая пегаска вздрогнула, когда острые осколки Элемента замерцали в опасной близости от ее шкурки.

— Пинки Пай, смеявшаяся в лицо ужасным древодемонам, представляет... Веселье!

Пинки широко улыбнулась, встречая свой Элемент.

— Рарити… — Даск на мгновение запнулся. — ...сделавшая с тем змеем-метросексуалом то, что она сделала, представляет... Щедрость!

— Лягать меня сильно, — буркнула себе под нос Эпплджек. — Да она в своем бутике-шмутике ни единого раза никому даже бит не скинула.

— И Рейнбоу Дэш, оставшаяся с нами, не смотря на все посулы Найтмер Мун, представляет... Верность!

Части Элемента радужногривой пегаски подлетели к ней.

— И теперь, когда пять собраны вместе, пришло время для последнего Элемента... и это — Дружба!

— Магия, — поправила Пинки.

— Чего? — недоуменно спросил Даск. — Но Пинки, Принцесса Селестия послала меня в Понивилль, чтобы я приобрел друзей, вы все стали моими друзьями, когда я прибыл туда, хоть я и осознал это только когда вы спасли мою девственность от свихнувшейся демонопринцессы, и я почувствовал искру внутри себя и...

— Неа, — ответила Пинки с абсолютно серьезным видом. — Поверь мне, это Магия.

— Но...

— Слушай, я не могу позволить кому-либо из нас застрять в этой «френдзоне», без единого шанса на что-то большее. Так что последний Элемент это Магия, и закончим на этом! — выкрикнула Пинки. После ее слов осколки камней преобразовались в инкрустированные кристаллами украшения и шесть пони поднялись над полом. Сверкающая радужная спираль ударила прямо в Найтмер Мун.

Они успели услышать отчаянный крик «НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!», перед тем, как потерять сознание.

Даск Шайн постепенно приходил в себя. “Наверно, так и ощущается настоящий оргазм,” подумал он. Остальные уже очнулись и с интересом рассматривали новоприобретенные украшения.

— С пробуждением, Даск, — произнесла Рарити. — Ты просто скопытсшибателен в этой диадеме!

— Чего? — переспросил еще не до конца пришедший в себя Даск. Он медленно поднял копыто к своей голове и обнаружил, что его Элемент выглядит, как часть костюма исполнительницы танца живота.

— Выглядишь довольно девочково, — хихикнула Дэш.

— Сказала пони с девочковыми бусиками! — огрызнулся Даск.

— Ага, — кивнула пегаска. — Но на моем ожерелье есть крутая молния. А вот у тебя на голове просто миленькая корона принцессы.

— Проехали, — махнул копытом на подколки Даск. — Надо посмотреть, смогу ли я освободить Принцессу Селестию из этого магического кристалла.

Внезапно, упомянутый кристалл на ожерелье, принадлежавшем Найтмер Мун, ослепительно вспыхнул и с громким *ТРЕСК* в комнате появилась Селестия.

— Кто-то произнес мое имя? — спросила солнечная Принцесса.

— Селестия! Я боялся, что больше никогда вас не увижу! — Даск бросился к ней в объятия. — У меня столько вопросов! Как вы узнали, что Найтмер Мун существует? Почему вы не сопротивлялись ей? Откуда вы знали, что все носители Элементов будут в Понивилле? Это должно было занять десятилетия...

— Тише, мой ученик, — произнесла Селестия полным добра и понимания голосом. — Если ты внимательно изучал легенды о Найтмер Мун, то знаешь, что она — моя сестра. И я никогда бы не причинила ей вреда, пусть даже она и была одержима злом.

— Ох, — выдохнул ее протеже, ощущая себя полным идиотом.

— И теперь, — продолжала солнечная Принцесса, — Я должна попросить прощения.

Она развернулась и подошла к Найтмер Мун, преобразившейся обратно в Принцессу Луну, чье лицо было закрыто длинными, неподвижными светло-голубыми волосами.

— Луна, всю тысячу лет, что ты, самое близкое мне существо, провела в изгнании, я ненавидела и винила себя, пытаясь смягчить эти чувства, я поедала тортики и мороженое каждую ночь, просматривая слезливые мыльные оперы...

— Немного перестарались с подробностями, Ваше Высочество, — прервала ее Рарити.

— ...Прошу прощения. Суть в том, что я скучала по тебе больше, чем ты можешь себе представить. И я готова отдать все, что угодно, лишь бы ты простила меня и согласилась снова править вместе со мной.

Луна подняла на Селестию свои глаза, полные слез. Зарыдав, лунная принцесса обняла старшую сестру.

— М-мы т-тоже скучали по т-тебе, сестра, — с трудом произнесла Луна между всхлипываниями. На этом самый трогательный и милый момент в истории Эквестрии был завершен.

Когда они все вместе вернулись из Вечнодикого Леса, их встречали всеобщим ликованием и грандиозной вечеринкой (организованная Пинки Пай, которой нисколько не помешал тот факт, что она все это время принимала участие в приключении). Увидев, что Даск Шайн грустит во время праздника, Селестия подошла к нему.

— Что случилось, Даск? Ты совершил настоящее чудо и вскоре ты вернешься домой в Кантерлот, — произнесла она.

— В этом-то и дело, Принцесса, — отозвался Даск. — Стоило мне только узнать, что значит иметь друзей, как я расстаюсь с ними.

Селестия мягко улыбнулась.

— Спайк, записывай, — произнесла она. Спайк достал из воздуха перо и свиток и приготовился записывать.

— Я, Принцесса Селестия, повелеваю, чтобы Даск Шайн поселился в Понивилле для изучения Магии Дружбы. Он будет присылать мне отчет о своих исследованиях каждую неделю через драко-факс, — Она на секунду замолчала, а потом продолжила.

— Указ номер 2: Я объявляю «Магию Дружбы» официальным и законным объектом для научного изучения.

Всепони затопали в знак одобрения.

Даск никогда еще так не веселился. Он остается жить в Понивилле. УРААА!!! Просто не терпится рассказать обо всем брату. Шайн не чувствовал себя таким счастливым с тех пор, как...

О, Принцесса Луна хочет о чем-то с ним поговорить.

— Что занимает ваши мысли, Ваше Высочество? — спросил он подошедшую принцессу.

— Мы... не знаем, как правильно сказать, Даск Шайн, — несколько смущенно начала Луна. — Но мы просим прощения за то... как мы обращались с вами.

Даск почувствовал, как его лицо краснеет.

— Ненене, не стоит извиняться, в конце концов вы в то время были... немного одержимой, — пробормотал он.

— Что приводит нас ко второй причине, по которой мы желали поговорить с тобой, — продолжила ночная Принцесса.

— Какой? — недоуменно спросил единорог.

— Мы хотим поблагодарить тебя за то, что освободил нас от темного безумия, — прошептала она, вплотную приближаясь к Даску.

И прежде чем тот сумел хоть что-то сообразить, его губы оказались вовлечены в страстный поцелуй.

Когда Луна ушла, стоявшая в стороне Селестия тихонько усмехнулась, украдкой наблюдая за застывшим, словно статуя, Даском. “Похоже, у него действительно маловато опыта общения с кобылками,” подумала солнечная Принцесса. “Надо будет провернуть с ним тот старый трюк с билетами на Гала, который я опробовала на Кловер Умной VII…”

## Проклятые Селестией билеты на Гала, явившиеся из глубин Тартара ч.1

Глава 2 ч.1

Запах спелых яблок заполнял ноздри Даска, единорог трусил по одной из пыльных тропинок фермы “Сладкое Яблоко”, неся пару корзин, доверху набитых свежесобранными фруктами. Спайк устроился на его спине, придирчиво перебирая яблоки в корзинах. Дракончик время от времени выбрасывал те, что показались ему недостаточно хорошими.

— Спасибо тебе за то, што подсобил со сбором, Даск, — широко улыбнулась топавшая рядом Эпплджек.

— Без проблем, Эпплджек, — устало откликнулся Даск.

— И все таки, почему я? Мне, конечно, не трудно тебе помочь, но чем заняты твои брат с сестрой? И, помню, ты мне говорила, что сезон отряхивания яболк не на следующей неделе, — размышлял он вслух.

— Все дело в споре, — пожала плечами ковпоньша.

“Отличная работа, Даск,” подумал про себя единорог. “Ты позволил симпатичной мордашке втянуть себя в какое-то пари.”

— Что за спор? — решил он выяснить подробности.

— Ну, ежели все эти яблоки до обеда окажутся в амбаре, то Биг Маку придется прогуляться по городу в Бабулиных панталонах! — рассмеялась Эпплджек.

— А что будет, если ты проиграешь? — из любопытства поинтересовался Даск.

Ранее, этим утром...

— И шо мне надо будет сделать, ежели ТЫ выиграешь? — спросила Эпплджек. На лице Биг Макинтоша возникла самодовольная улыбка.

— КОГДА я выиграю, — произнес он. — Ты соврешь Бабуле Смит.

— Ну-у… Хорошо, — согласилась фермерша. — Это все?

— Неа.

— Что? — мечтания Эпплджек о близкой и легкой победе были прерваны. Вернувшись из чудесного мира своих фантазий, она поинтересовалась:

— И в чем подвох, партнер?

— Ты расскажешь ей, што втюрилась в нового библиотекаря, — ответил Биг Мак. ЭйДжей почувствовала, как на ее спине выступил холодный пот. Если Бабуля узнает, что кто-то посмел крутиться около ЕЕ внучки, то либо этот кто-то через час окажется у алтаря, либо — в шести футах под землей.

— В чем дело, ЭйДжей? — с ухмылкой спросил Биг Мак. — Ты ж не струсила, а?

Разгоревшаяся злость заставила Эпплджек забыть о всех опасениях.

— Я никогда не была трусихой и не собираюсь ей быть! — резко ответила она. — Согласна!

Настоящее время...

— Ничго! — буркнула Эпплджек. Ее нос непроизвольно сморщился, а глаза забегали по сторонам.

— Ну-у-у, хорошо… — ответил единорог, недоверчиво покосившись на фермершу. — Хорошо, что мы закончили работу, хотелось бы уже перекусить.

— Точно, — подал голос Спайк. — Готов поспорить, что я проголодался сильнее вас обоих, вместе взятых!

— Спайк, единственное, чем ТЫ занимался все это время: сидел на моей спине, как бесполезный вес, — недовольно проворчал Даск. — Мог хотя бы отдать мне одно из тех яблок, что ты выкинул. Половина из них были вполне съедобными!

— У меня есть причина проголодаться! — возразил дракончик.

— Работая тут с вами, я умудрился пропустить свое время перекуса, — продолжил он, будучи абсолютно уверенным, что озвученная им причина является действительно серьезной и веской. — Ты же знаешь, что растущему дракончику нужно есть не меньше пятнадцати раз в день!

Даск, собравшийся было высказать маленькому, но весьма тяжелому “помощнику”, все, что он о нем думает, был грубо прерван громким бурчанием собственного желудка.

— Давай просто доберемся, наконец, до фермы, — устало произнес фиолетовый единорог. — Я просто хочу есть.

В этот момент Спайк вытащил из корзины самое спелое, сияющее, сочное, самое аппетитное яблоко, какое Даск Шайн только видел. Это был один из тех моментов, когда мир словно замирает, чтобы поприветствовать самую совершенную вещь, идеал, эталон, к которому остальные могут только стреми-*ХРУМ!* С противным чавканием, Спайк за один укус сожрал это яблоко целиком. Единорог молча бросил на своего названного брата взгляд, полный убийственного презрения.

— Чего? — спросил Спайк, как ни в чем ни бывало. Частички яблока еще оставались на его зубах. И тут, словно для разрядки атмосферы, он неожиданно отрыгнул, и в зеленой вспышке магического пламени появился свиток с печатью Селестии.

В тот же момент небо потемнело, раздался раскат грома и последняя надежда Даска Шайна избежать предначертанной ему судьбы умерла под гнетом тяжелого рока.

— Никто ничего не почувствовал? — спросил единорог, ни к кому лично не обращаясь.

— Неа, — ответила Эпплджек. — Просто погода чудит.

Спайк лишь пожал плечами и начал зачитывать письмо от принцессы:

Мой дорогой ученик,

Как тебе известно, вскоре состоится очередное Гранд Галопинг Гала, и , как всегда, ты в списке приглашенных. Я знаю, что ни ты, ни Спайк не желаете его посещать, считая, что “вся эта чушь — для типов, вроде Блюбада“. Но в этом году все будет по другому.

Поскольку подобное поведение мешает тебе заводить друзей, я ПРИКАЗЫВАЮ тебе прибыть на Гала в этом году. Так как важно лишь твое присутствие, Спайк может быть свободным от этой обязанности. Конечно, он может прийти, если пожелает (хотя я считаю, что подобное маловероятно), но, просто на всякий случай, приглашение на этот раз изменено с обычного “Даск Шайн и Спайк де Драко” на “Даск Шайн с парой”.

С любовью,

Принцесса Селестия Эквестрийская

— С КЕМ?! — ошеломленно воскликнул Даск. — Там, должно быть, опечатка! У меня за всю жизнь не было никакой пары!

— Не удивлен, — пробормотал Спайк.

— В любом случае, я за все рубины Эквестрии не согласился бы оказаться на твоем месте. И уж точно нет никаких шансов, что тебе удастся затащить меня на этот праздник скуки в качестве своей ПАРЫ! — дракончик рассмеялся. — Ничего личного, Даск, но у папочки Спайка другие вкусы.

— Проклятье, Спайк! — восликнул Даск. — Не имеет значения, как сильно я не хочу быть на этом ляганом Гала, мне все равно нужна пара. Ты же читал письмо от Принцессы! Это приказ!

— Я могла б быть твоей парой, — предложила Эпплджек. В опустившейся тишине можно было расслышать, как падает лист. Наконец, к Даску вернулся дар речи.

— ЧЕЕГООООООО????!!!

— Ну, не парой-парой, — быстро ответила ковпоньша до того, как уровень паники Даска превысил критический порог. — Знашь, у моей семьи малость проблемы с битами...

На Гала, в мечтах Эпплджек...

Всепони знают кого-нибудь, кто знает кого-нибудь, кто бывал на Гранд Галопинг Гала. Хоть попасть на него можно только по приглашению, список гостей содержит более 1800 имен известных и обеспеченных пони. И каждый придет туда с полным кошельком и пустым желудком.

И вот тут в дело вступаю я.

Даже если я открою всего лишь одну лавку, каждый из этих проголодавшихся миллионеров захочет попробовать на вкус особую домашнюю выпечку Эпплов (сделано с любовью™). Моя семья будет буквально купаться в их битах. Может, они так ей впечатлятся, что захотят подписать торговый контракт, как семейство Ричей.

Со всеми этими деньгами мы сможем обустроить ферму, поменять прохудившуюся крышу амбара, приобрести новый плуг, оплатить операцию для Бабули Смит. Подумай об этом, Даск! Она снова сможет танцевать всю ночь напролет! Если ты захочешь, мы могли бы даже отдать часть битов на всякие подсобия и другую ученую ерунду для школы и библиотеки!

— Звучит довольно интересно, особенно после того, как ты упомянула *оой!* — фраза Даска была прервана Рейнбоу Дэш, свалившейся между ним и ЭйДжей.

— Извиняюсь, — сказала вместо приветствия пегаска. — Я тут работала над парой особенно потрясных фигур пилотажа и совершенно случайно услышала, как кто-то упоминал Гранд Галопинг Гала!

— ...Ты просто спала вот на этом дереве, так? — ковпоньша указала на нависающую над ними яблоню.

— ...Возможно.

— Штоб тебя, Рейнбоу! — возмущенно выкрикнула Эпплджек. — Когда я тя попросила помочь, ты заявила, что занята! А теперь ты дрыхнешь НА МОЕЙ СОБСТВЕННОСТИ!

— Эй! — отрезала Рейнбоу Дэш. — Думаешь, так просто быть самой крутой летуньей в мире?

После короткой паузы, она продолжила: — Вообще-то, для меня это не сложнее прогулки в парке. Но после совершения чего-то совершенно крутого (вроде спасения Эквестрии или осушения полной бочки Вольт-Яблочного сидра за один раз), мне приходится малость передохнуть.

Эпплджек закатила глаза.

— Я все еще считаю, что ты просто лентяйка, — невозмутимо ответила она. — И разве мамочка не говорила тебе, што подслушивать других пони не хорошо?

— Помолчи немного, ЭйДжей, — ответила пегаска. — Крутым пони нужно переброситься парой слов.

Она повернулась к Даску:

— Так значит, билеты в Кантерлот, а?

— Н-ну… — Даск почувствовал, что начинает нервничать. — Я как раз собирался предложить Эпплджек пойти на Гранд Галопинг Гала вместе, потому что она хотела открыть там свою лавку...

— Её? — подняла бровь Рейнбоу Дэш. — За каким сеном брать с собой недокрутую торгашку, когда можно заполучить абсолютно-потрясную звезду, вроде той, что сейчас разговаривает с тобой?

— Звиняюсь?! — прервала ее пылающая яростью Эпплджек. — Если ты не расслышала, Даск собирался попросить МЕНЯ. И што ты вообще хошь делать на этом Гала? Смотреть, как твои “Вандерболты” носятся вокруг со своими тупыми выкрутасами?

— Во-первых, если ты еще раз посмеешь назвать Вандерболтов “тупыми”, то однажды ночью я проберусь к тебе в дом и заставлю пожалеть об этом, — прорычала Рейнбоу, едва сдерживаясь от того, чтобы не накинуться на желтогривую фермершу.

— Во-вторых, — ее голос стал неестественно высоким, — я не собираюсь СМОТРЕТЬ, я собираюсь ПРИСОЕДИНИТЬСЯ к ним!

На Гала, глазами Рейнбоу Дэш (с оригинальным саундтреком)

Выступление Вандерболтов как всегда просто поразительно. Но наблюдающие за их полетом пони еще не подозревают, что сегодняшний день станет по настоящему особенным. Внезапно одиночный сверхскоростной объект проносится по небу, оставляя за собой яркий радужный след. Выступление Вандерболтов прервано. Кто это? ЧТО это?

Это я, Рейнбоу Дэш! Мои, придуманные и отработанные лично мной фигуры пилотажа заставляют толпу замереть в восхищении. И будьте уверены, я покажу их все! Я привлеку внимание своим Супер-Скоростным Скоком, потом очарую их Фантастическим Форсажем, и в качестве блестящего завершения — Пиратское Пламя! Толпа будет просто сходить с ума от каждого моего трюка. Я настолько понравлюсь всем, что они даже запустят дым-машину и организуют лазерное шоу, только для того, чтобы мое выступление обрело должное оформление! Осознав, насколько я крута и потрясна, Вандерболты будут упрашивать меня присоединиться к ним.

— Эй, Рейнбоу Дэш! — позовет мой нерд. — Ты самая КРУТАЯ пегаска из всех, что когда-либо жили! Я просто не достоен быть рядом с тобой!

— Спасибо, — отвечу я ничтоже сумняшеся (что бы это ни значило). — Но ты ошибаешься, Даск. Думаю, ради тебя я снижу свою планку разок.

— Д-д-д-действительно? — заикание делает его еще более милым.

— Конечно, будь уверен! — отвечу я. — Но давай сделаем это по-быстрому, Вандерболты хотят принять меня и я не хочу заставлять их ждать слишком долго.

— Дискорд возьми! — перевозбуженно выпалит он. — Спасибо тебе, Дэш!

— Не за что.

И мы немедленно займемся потрясным крышесносным сексом, что обессмертит его, как моего первого парня.

Теперь вы можете выключить саундтрек, если, конечно, ваш мозг не расплавился от той жары, что вы прочитали.

— Рейнбоу, эт самая глупая история, што я слыхала, — сказала Эпплджек, прерывая фантазии пегаски. — Вандерболты даже не будут выступать на Гала! Кроме того, он предложил мне первой, так Даск?

— Технически, это ты предложила мне, — поправил ее Даск. — И я совсем не уверен, что если мы пойдем вместе, всепони не сочтут нас парой.

— Ага! Так что пойду я! — добавила Рейнбоу Дэш.

— Да ну? — уперлась Эпплджек, не собираясь отступать. — Тогда я вызываю тебя на хуфрестлинг!

— Принято, Блонди! — и две кобылки сошлись в беспощадной схватке, ареной для которой послужил стоящий рядом пень. Каждая старалась изо всех своих сил, жаркое светило Селестии бросало свои опалающие лучи на их тела. Это был хуфрестлинг века! К сожалению, победитель так и не был определен, потому что Даск прервал их.

— Прекратите! — крикнул он. — Разве не я должен решать, кто пойдет со мной? Ни я, ни мое приглашение не являемся призами на вашем соревновании!

— Тут ты ошибся, — не согласилась Эпплджек.

— Еще как являетесь, — заявила Рейнбоу Дэш одновременно с фермершей.

— Вы обе не правы! — отрезал Даск. Он немедленно захотел взять свои слова назад, когда обе рассерженных кобылки, проигнорировав его, уставились друг на друга, в любую секунду готовые начать жестокую схватку без правил, и, не исключено, с его непосредственным участием. Долгие три минуты никто не произносил ни слова. Напряжение было столь плотным, что можно было резать его ножом. Наконец, Спайк кашлянул.

— Может, лучше продолжим спор после обеда? — неуверенно предложил он.

“Спайк, ты мой спаситель,” про себя поблагодарил Даск Шайн дракончика. — Хорошая идея, Спайк. Я вернусь к вам после обеда, девушки, обещаю.

Единорог поспешил удалиться.

ЭйДжей посмотрела на Дэш. Дэш посмотрела на ЭйДжей. Они одновременно кивнули. Они знали, что дело было не завершено. Им еще предстоит скрестить копыта и завершить Неофициальный Эпический ХуфРестлинг Судьбы, Который Окончательно Докажет Что Я Лучше, Чем Она, или, сокращенно: НЭХРСКОДЧЯЛЧО

Даск Шайн порысил в направлении своего любимого ресторана. Все это время Спайк донимал его, словно щенок, увереный, что у вас в кармане припрятано что-то вкусное.

— Так кто из них будет твоей парой? — срашивал дракончик снова и снова. Даск крепился, как мог, из последних сил сохраняя молчание.

— ДА НЕ ЗНАЮ Я! — не выдержал фиолетовый единорог после сточетвертого вопроса.

— Если я выберу одну из них, вторая сожрет меня живьем! Я не знаю, что делать! Я буквально стреножен! — продолжал он жаловаться на судьбу.

— Успокойся, Даск! — остановил его Спайк. — Это еще не конец света.

— Думаю, ты прав, Спайк, — вздохнул Даск. — Всего две кобылки. Вряд ли будет хуже.

И тут Даск услышал громкое *БАЦ* с которым что-то приложило его по затылку. Затем он провалился в темноту.

Придя в себя, Даск Шайн почувствовал тяжелый запах гниющего дерева и ржавеющих гвоздей. Вокруг стояла кромешная тьма. Даск попытался сдвинуться, но обнаружил, что не может пошевелить и копытом. Ремни плотно охватывали его конечности, прижимая их к сырой цементной стене.

— Не пытайся использовать магию, я накачала тебя таким количеством транквилизаторов, что это бесполезно, — произнес смутно знакомый голос. Он звучал так, словно какое-то инфернальное устройство высосало из пони все счастье и веселье, заменив их чистой злобой и ненавистью на весь мир.

— Если тебе нужны деньги, — произнес Даск дрожащим от страха голосом, — то моя семья довольно богата и они могут заплатить за меня хороший выкуп. А еще я неплохо знаком с Принцессой Селестией и она-

— Мне не НУЖНЫ твои дискордовы деньги, ты, недоумок! — нетерпеливо перебил его голос. Из глаз Даска полились слезы. Он так не хотел умирать сегодня! У него было столько надежд, столько дел остались незавершенными!

— К-кто ты? — выдавил он из себя.

— Не узнаешь мой голос? Какой стыд! Может, хоть так сумеешь: — голос наполнился фальшивым восторгом. — Приветики! Я люблю устраивать вечеринки, чтобы не замечать свои проблемы и притворяюсь, будто у меня есть настоящие друзья! В свободное время я поедаю столько сладостей, что однажды обязательно заработаю не меньше одиннадцати разновидностей диабета!

— ...Пинки Пай? — неверяще произнес Даск. Внезапно вспыхнувшая лампочка больно резанула его по глазам. Перед ним стояла Пинки Пай, ее шерстка была заметно менее розовой, чем обычно. Совершенно прямая грива скрывала ее лицо.

— Пинки здесь нет, Даск, — произнесла она. — Зови меня Пинкамина.

## Проклятые Селестией билеты на Гала, явившиеся из глубин Тартара ч.2

Глава 2 ч. 2

Даск не мигая уставился на Пинкамину. Наконец, после долгой паузы, он с облегчением рассмеялся. Это был лучший розыгрыш в его жизни! Бока единорога тряслись от смеха. Но вскоре Даск заметил, что Пинкамина сохраняла молчание. В ее глазах отчетливо читалось презрение. Веселость быстро покинула его. То, что “Пинки” не засмеялась вместе с ним заставляло Даска чувствовать себя несколько неуютно. Единорог откашлялся.

— Хорошо, Пинки, это была отличная шутка. А теперь развяжи меня.

Мгновенно взорвавшаяся яростью Пинкамина набросилась на Даска, нанося удары с каждым выкрикнутым словом.

— Я *БАЦ* ЖЕ *БАЦ* СКАЗАЛА *БАЦ* ТЕБЕ: *БАЦ* Я *БАЦ* НЕ *БАЦ* ПИН-*БАЦ*-КИ!!! *ШАРАХ!*

От боли из глаз Даска брызнули слезы.

— М-мой н-нос! — всхлипнул он.

— Слабак, — скривилась Пинкамина.

— Г-где я? — спросил Даск свою мучительницу.

— Подвал Кейков, — ответила она. Пинкамина бесцеремонно копытами открыла рот Даска и с удовлетворением отметила, что ей удалось выбить ему несколько зубов.

— Пока с тебя хватит. Теперь скажи: хочешь выйти отсюда живым?

— Да! — торопливо выкрикнул Даск. — Клянусь Селестией, да!

— Тогда тебе придется ответить на мои вопросы, — продолжила Пинкамина. “Ну да, лузер,” подумала она. “Как будто я так просто тебя отпущу.”

— Во-первых, как выглядит Пинки Диана Пай?

Даск растерянно заморгал.

— ...Чего? — недоуменно спросил он. В ответ Пинкамина впечатала копыто в стену рядом с головой Даска, оставив в бетоне солидную вмятину.

— Ты из какой страны? — резко спросила она.

— Чего??

— Никогда не слышала о стране “Чего”! Вы там говорите на Эквестрийском?

— Чего? — оторопело повторил Даск.

— ЭКВЕСТРИЙСКИЙ, ЛЯГАТЬ ТЕБЯ, ТЫ НА НЕМ ГОВОРИШЬ?! — рявкнула Пинкамина.

— Да!

— Тогда ты понял, что я сказала?

— Да! — в панике выдохнул Даск.

— Опиши, как Пинки Диана Пай ВЫГЛЯДИТ!

— Чего? Это полная бессмыслиц-

— Скажи “чего” еще раз! — оборвала кобылка Даска, не оставляя ему времени собраться с мыслями. Она подняла с пола кусок арматуры. — СКАЖИ “ЧЕГО” ЕЩЕ РАЗ! Прошу! Умоляю, лягать тебя, скажи “чего” еще один, последний в твоей ляганной жизни, разик!

— Она розовая, — Даск лихорадочно пытался подобрать описание. — У нее пышная грива...

— Она похожа на пустое место? — произнесла Пинкамина с кривой усмешкой маньяка на лице.

Рот Даска открылся быстрее, чем он успел сообразить.

— Чего? — спросил он, стараясь не смотреть ей в глаза. Пинкамина молча нанесла арматурой удар своему пленнику туда, куда никогда не светит солнце.

— ОНА. ПОХОЖА. НА. ПУСТОЕ. МЕСТО. — медленно повторила она.

— НЕТ! — взвизгнул Даск.

— Тогда почему ты относишься к ней, как к пустому месту, а, Даск? — произнесла Пинкамина таким тоном, словно они беседовали о погоде. Даск мог только скулить от боли. Пинкамина терпеливо ожидала его ответа. Спустя десяток минут лихорадочное дыхание единорога замедлилось до судорожных глубоких вдохов. Даск отчаянно пытался успокоиться.

— П-почему т-ты э-э-это делаешь, П-пинки Па-а-а… Пинкамина? — дрожащим голосом спросил он.

— Это все твоя вина, — ответила она, прикрыв глаза.

У Даска отвисла челюсть.

— Чего?

— …*ТРАХ!*

— Мои шарики!

Несколько дней назад...

— В этом-то и дело, Принцесса, — отозвался Даск. — Стоило мне только узнать, что значит иметь друзей, как я расстаюсь с ними.

Друзья.

Вот кем была для Даста Пинки: другом. Часть ее души умерла, когда Пинки услышала эти слова. Ей хотелось заплакать. Нет, она не могла себе это позволить, она на вечеринке! Проведение вечеринок всегда было смыслом жизни Пинки. У нее просто не было выбора. В конце концов именно это означала ее кьютимарка! Делать всех пони счастливыми.

Она должна нравиться всем пони.

Не какому-то одному пони, это было бы слишком эгоистично! Если уделять свое внимание кому-то одному, то остальные почувствуют себя брошенными. А заставлять кого-то почувствовать себя брошенным — худший поступок на свете! Она это знала.

Она слишком хорошо это знала.

Суть вечеринки в том, чтобы всепони веселились, и ей нравилось видеть, как всепони веселятся, так что логичным решением было устраивать вечеринки при каждой возможности! Правильно? Она просто не могла прекратить улыбаться, ведь это означало, что кто-то еще перестанет улыбаться, а она не могла этого допустить. Она спасла Эквестрию став воплощением Смеха! Она должна устраивать вечеринки.

Даже если никто не устроит вечеринку для нее в ответ.

Даже если Даск Шайн никогда не полюбит ее в ответ, из-за того, что она будет слишком занята какой-то вечеринкой в честь дня рождения собачки чьей-то родственницы. Она помнила имя каждого пони в городе, но никто из них не разделял ее интересы, не слушал ее советы, не обращал на нее внимания, а кое-кто даже не помнил ЕЕ имени! Но она всегда улыбалась.

Она сказала себе, что все будет хорошо, что она и Даск будут друзьями и… все. Даже если это и шипфик. Она не могла расплакаться, вечеринка должна продолжаться! Она вылавливала плавающие яблоки. Начала летку-еньку под веселую песенку. Устроила несколько розыгрышей, Играла в Приколи-Пони-Хвост. Даже узнала, что Миссис Кейк ждет жеребенка, и скоро можно будет сыграть с новым приятелем! Она веселилась всю ночь! Всепони веселились.

Так почему же, когда она вернулась к себе, она плакала, пока не заснула?

Следующее утро...

С тяжелым вздохом, Пинкамина попыталась разбудить себя.

— Пора вставать, Пинки! Поднимай наш ленивый круп с кровати, — обратилась она к своей второй половине.

Пинки сохраняла непривычное молчание.

— Еще одна шутка, Пинки? — раздраженно спросила Пинкамина.

— И чем я заслужила эту тишину? — саркастично продолжила она. — Обычно тебя не заставишь умолкнуть.

Она недовольно отбросила одеяло. И неверяще выдохнула.

Она двигалась. Сама! Ей не удавалось двинуть ни единым мускулом уже десятилетие! Пинкамина попробовала еще раз. Она опять двигалась!

— Пинки, признаю, на этот раз шутка удалась. А теперь прекращай, ты даешь мне ложное чувство надежды.

Никакого ответа.

Пинкамина сбросила их тело с постели и принялась кататься, беспорядочно дрыгая ногами, словно капризный жеребенок.

— Этого для тебя хватит, Пинкс? — сердито выкрикнула она, валяясь на полу. В следующее мгновение она увидела свое отражение в зеркале.

Свое отражение. Не вид Пинки Пай, смотрящей на нее из зеркала. Кобылка с длинной прямой гривой и озлобленными глазами застыла с широко открытым ртом. Пинкамина принялась судорожно обшаривать разум в поисках мыслей Пинки.

Пятнадцать мучительных минут спустя, четверь часа сожалений о каждом разе, когда она желала тусовщице смерти, и тихого плача, когда она просто сидела на месте и думала изо всех сил, Пинкамина наконец смогла отыскать Пинки.

И закричала от страха.

Пинки, съежившись, лежала в дальнем уголке их подсознания, от нее доносились лишь ощущения боли, бесконечной внутренней пустоты и отвращения к себе.

— Пинки Пай, ответь мне! — хрипло прокричала Пинкамина.

[— Уходи, —] всхлипнула Пинки, [— отстань от меня.]

— У тебя нет права торчать тут в одиночестве и отчаянии!!! — прорычала ее альтер-эго.

— Этим должна заниматься Я, помнишь? Ты не можешь занять мое место! Какого сена мне теперь делать?

Внезапно снизу раздался голос:

— Пинки, ты в порядке? — прокричал Кэррот Кейк, —Я слышал, как ты кричала.

— В-все хорошо, босс! — ответила Пинкамина, пытаясь придумать подходящую отговорку, — Это… просто… колики! Да, очень сильные колики!

— О, — донеслось снизу, — Тогда, считай что у тебя выходной!

“У меня проблемы,” подумала она. “Пинки, как такое вообще случилось? Что вчера произошло?”

Но Пинки снова замолчала.

“В этом виновата Найтмер Мун? Элементы Гармонии отлягали наши мозги? Их магия высосала весь твой Смех? Нет? Но что же стало причиной? Или… кто?” Пинкамина заскрипела зубами, осознавая.

— ...Даск Шайн, — тихо прошипела она, — с-сын мула.

Легкий отзвук признания от Пинки подтвердил догадку Пинкамины.

— Как он посмел разбить тебе сердце? Заметь, я была против того, чтобы ты сближалась с ним! Ну, я была против того, чтобы ты сближалась с кем-нибудь вообще, но все равно! — осознав, что ее эмоции слишком разыгрались, Пинкамина воспользовалась советом из своих уроков управления гневом: глубоко вдохнула и медленно сосчитала до десяти.

— Послушай, — начала она снова, — может я тебя и ненавижу, но я не хочу видеть тебя в таком состоянии. Что мне сделать, чтобы ты вернулась?

Пинки не ответила.

— Отлично! — проворчала она, раздражаясь из-за того, что ее игнорируют. — Тогда я сделаю по-своему!

Она остановилась.

Как именно “по-своему”? Долгие годы она была голосом в голове Пинки и практически забыла, каково это — действовать самостоятельно. “Сосредоточься, Пинкамина,” размышляла она. “Решение должно быть связано с причиной проблемы. А что я могу сделать с Даски?”

Она принялась перебирать идеи. Поговорить с ним? Он чувствителен, как кирпич, и признание лишь ухудшит дело. Убить его? Слишко просто, да и Пинки вряд ли сможет простить ее после этого. Изнасиловать? Если заставить его ублажать их обоих против воли, то у Пинки будет чувство вины, да и самой Пинкамине были противны мысли об этом. Она ненавидела жеребцов (потому что все они — озабоченные извращенцы) и ее передергивало от одной мысли о том, что они будут прикасаться к ней. И тут Пинкамину осенило: Месть!

Она не станет его убивать, но когда она им займется, он будет мечтать о смерти. План медленной, заполненной болью и мучениями пытки начал складываться в ее голове.

И впервые за многие годы Пинкамина искренне улыбнулась.

Текущее время...

— Пинкамина… — голос Даска был полон вины и сожаления. — Я… не знал. Поверь мне, я совсем не желал ранить чувства Пинки.

Он всегда считал Пинки немного странной, но и предположить не мог, что ее депрессия приведет к раздвоению личности, или что она примет те его слова слишком близко к сердцу. Он никогда еще не чувствовал себя так плохо.

— Конечно, ты не знал, — зло усмехнулась Пинкамина, — Никто не знает! Как ты думаешь, почему у нее есть Я?

Ее глаза заполнились слезами.

— Пинки… — прошептал Даск, пытаясь достучаться до светлой половины. Он знал, что надо сделать. “Ради Селестии,” молился единорог про себя, “пожалуйста, пусть она меня услышит! Я так виноват перед ней и хочу лишь чтобы она меня простила.”

Пинкамина занесла свое копыто для очередного удара.

— Я ЖЕ ГОВОРИЛА, НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ-

— ...ты пойдешь со мной на Гала? — закончил он. Пинкамина застыла на месте. Ее грива сама собой собралась в пушистое розовое облако, а на лице появилась знакомая дурашливая улыбка. Пинки Пай вернулась, радостная, как никогда.

— ОйДаскитыдействительноэтогохочешь? — выпалила она в своей обычной сверхскоростной манере. — Я думала, что ты проведешь меня и в конце пригласишь всех нас, но это куда лучше канона! Я обязательно должна рассказать КэрротуКейкуимиссисКапКейкиБерриПанчиДерпииВинилСкратчиСкуталуиПипсквикуиЛил’ПипиоднойстатуекотораядолжнабытьДискордомноонещенеосвободился...

— Пинки? — прервал ее Даск.

— Да, лучший на свете кольтфренд? — ответила она.

— Развяжи меня, пожалуйста, — попросил он.

— Глупенький, — хихикнула Пинки. — Ты можешь сделать это сам! Транквилизаторы прекратили свое действие еще во время флешбека.

— ...Чего?

*БАЦ*

— Мои шарики!

— Прости, рефлекс. Сейчас поцелую и все пройдет!

Даск на мгновение замер.

— ...Нет.

Эх, забудьте Даска, он такой бука. Давайте веселиться на моей версии Гала!

На Гранд Галопинг Гала как всегда царит скука. Полная, совершенная, абсолютная, смертельная скука. Оркестр никогда не играет веселых песен, никто из гостей не поет, и кто вообще в наше время танцует вальс?

Внезапно в зал врываются Пинки Пай и Даск Шайн, готовые спасти всехпони от непроглядной тоски. И когда я говорю “врываются”, я имею в виду здоровенный металлический шар, проламывающий стену. Я хватаю свой мегафон и обращаюсь к вопящим гостям (Что? Кому какая разница, почему они вопят):

— Внимай, Кантерлот! — звуки моего голоса разносятся по всему замку. — Это Вечериночная Революция! Долой занудную и скучную музыку! Долой предрассудки, что ‘Pony Pokey’ только для детей! Вперед! Обретем свободу под эти басы!

Я вынимаю из ниоткуда крутые мощные колонки и они своим звучанием отправляют шайку Октавии в небытие.

— Это величайшая вечеринка в известной истории пони! — перекрикивает Даск грохочущую музыку.

— Да! — отвечаю я, сияя от счастья. — И мне никогда не удалось бы ее устроить без тебя! И даже если нас за это арестуют и мы попадем в утренние новости, я верю что все в конце концов закончится хорошо. Знаешь почему?

— Почему?

— Потому что я буду вместе с тобой, — шепчу я на самое ухо. — А теперь продолжаем! Нам еще нужно устроить в королевской прачечной пенное веселье! Всепони знают, что без этого вечеринка — не вечеринка!

Пока Даск Шайн поднимался наверх, Пинки без умолку болтала о том, какую супер-дупер потрясную вечеринку она устроит на Гала. Первым, кого увидел единорог, выбравшись из подвала, был Спайк.

— Спайк? — шокированно спросил Даск. — Где ты был все это время?

— Ну, — начал дракончик, — я сидел у тебя на спине, как вдруг из ниоткуда выскакивает Пинки Пай и *БАЦ!* и ты в отключке! Я уже собирался закричать, но она объяснила, что это просто новая вечеринка-сюрприз, когда ты сначала вырубаешь гостя, а приходит в себя он уже на вечеринке.

Он пожал плечами.

— Наверняка такое недавно придумали в Хуффингтоне. Ты все не приходил и не приходил в себя, так что Пинки дала мне коробку вкуснющих кексиков, чтобы я не заскучал. Кстати, не хочешь попробовать? С натуральной сапфировой посыпкой!

У Даска задергался глаз.

— Ты в порядке, братан? — как ни в чем ни бывало спросил Спайк. — Тебе не понравился праздник?

— Не хочу вдаваться в подробности, — нервно ответил его названный брат. Даск притянул дракончика к себе, и, убедившись, что Пинки (а, главное, Пинкамина) не может их подслушать, зашептал:

— Не доверяй Пинки, когда она кажется огорченной, и особенно, если она поменяет свою прическу.

— О чем шепчетесь? — спросила Пинки Пай, протискиваясь между ними.

— Ааа! — подпрыгнул Даск.

— Ни о чем! — выпалил он. — Совершенно ни о чем. Абсолютно ни о чем и определенно ни о чем таком, о чем тебе захотелось бы узнать!

— Оки-доки-локи, — беззаботно улыбнулась она, не проявляя и малейших признаков своей темной стороны.

— Обязательно позови меня, когда в следующий раз будешь говорить ни о чем. Просто обожаю беседы на эту тему. Однажды мы с Дерпи разговаривали ни о чем, и мы говорили часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами...

Тут Даск и Спайк поняли, что им так и не удалось пообедать и решили отправиться к тому ресторану, который они собирались посетить до того, как их прервала Пинки.

Пока парни заказывали еду, Пинки, словно заевшая пластинка, бесконечно повторяла одно и то же. Ее высокий голос минуя уши сверлом входил прямиком в мозг, сводил челюсти до хруста зубной эмали и заставлял жалеть о способности слышать. И это длилось и длилось и длилось.

— И часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и часами и час-

— ПИНКИИИ! — заорал Даск, не выдержав непрекращающегося потока слов.

— Да?

Даск глубоко вдохнул, на несколько секунд задержал дыхание, приводя свои нервы в относительный порядок и предложил:

— Может поменяем тему?

— Так я и сказала! — воскликнула Пинки.

— Что?

— Так я и сказала Дерпи! Знаешь, я обожаю болтать ни о чем так же, как и она, но в тот раз говорила одна только Дерпи! Ты просто не поверишь, как долго это пегаска может говорить. Она просто понятия не имеет, когда нужно умолкнуть! Разве это не самая раздражающая привычка в мире? — она на мгновение остановилась. — Даски-васки?

— Да, Пинки?

— Тебе стоит перестать биться головой о стол. Он уже шатается. Серьезно, что этот стол тебе такого сделал?

Даск остановился, уткнувшись лицом в столешницу.

“Хуже просто не может быть. Это хуже всего, что могла бы придумать Пинкамина,” думал он, ощущая как внутри черепа разрастается мигрень. “О, небо, молю тебя, пошли мне спасителя, что избавит меня от этого Тартара-на-земле...”

— Дорогуша! — услышал он изысканный голос Рарити. — Я слышала, что ты был приглашен в Кантерлот, на Гранд Галопинг Гала, и у тебя есть свободный билет. Это самое замечательное из того, что пони-будь для меня делал. Ты такой джентлькольт!

“...Беру свои слова назад,” раскаялся он в своих мыслях. “Это хуже. В десять раз хуже. Создательница Фауст, пусть Пинки не услышит этого, мой круп больше не выдержит!”

— Вообще-то, — заговорила Пинки, — Даски пригласил меня на-

— Как я сказала, это самое замечательное из того, что пони-будь для меня делал! — продолжила Рарити тем же голосом. — О, я вижу, как это будет...

На Гала, где мечты Рарити обретают реальность...

Мы входим в бальную залу с грацией и достоинством, присущими лишь благородной чете. Гости взирают с благоговением, как во всем своем великолепии шествует единственный и неповторимый принц Даск Шайн. Естественно, всепони в зале знают тебя, но кто эта прекрасная кобылка рядом с тобой? Кто танцует с тобой, заботится о тебе, дополняет тебя и восхищается тобой при каждом удобном случае?

Конечно, это буду я, дорогуша! Не та уродливая кобыла, которая пыталась тебя изнасиловать, мой драгоценный. Как только она посмела украсть твой первый поцелуй? Меня не волнует, что она давно-потерянная-и-вновь-обретенная сестра Селестии. Мне все равно, что это был праздник в ее честь и меня не заботит, что она провела тысячу лет на Луне в полном одиночестве, НИПОНИ НЕ ПОСМЕЕТ ТРОНУТЬ МОЕГО- Извини. Я немного… разошлась. Где я остановилась?

— На части, где ты меняешь его на меня? — с надеждой спросил Спайк.

— На части, где я вырываю тебе глотку? — прорычала Пинки, преображаясь в Пинкамину.

— Ухх, — сказал Даск, по прежнему уткнувшись лицом в стол. — Мой рог застрял.

Бальная зала, конечно, дорогуша! Нашим нарядам, которые я создам, будет завидовать весь Кантерлот (и Луна). И лишь часы пробьют полночь, ты опустишься передо мной на одно колено и протянешь сверкающий 24-каратный бриллиант чистейшей воды, украшающий классическое золотое кольцо, и по моему лицу скользнет одинокая слеза.

Конечно, мой ответ будет исполнен элегантности и достоинства.

На нашей свадьбе будет присутствовать весь высший свет Эквестрии. Прости меня, дорогуша, но я уже выбрала имена для наших жеребят. Но не беспокойся, я сохраню их в тайне от тебя, чтобы не испортить сюрприз. О, мы будем так счастливы вместе!

Пинкамина уселась на свой круп, задыхаясь от ярости.

— Разбежалась, ты ляганная %$@#, — прошипела она. Даск вызывал у нее ненависть, но отдать его какому-то рогатому пугалу после того, как она положила столько сил, чтобы Даск был вместе с Пинки? Никогда! — Да после того, что ты тут наплела, я тебя к нему ближе десяти футов не подпущу!

— Как ты меня назвала?? — ахнула Рарити. — Настоящие леди не пользуются подобными словами! Вставай, Даск, мы уходим!

— Не могу, — печально ответил единорог.

— Что? — воскликнула Рарити, не веря своим ушам.

— Я недостаточно хороша для тебя? — всхлипнула она.

— Нет, я буквально не могу. — ответил Даск. — Мой рог засел в столешнице, и я еще не оплатил счет. Эй! Я даже еще не съел свой обед!

— Ты пригласил Пинки в ресторан? — драматично закатила глаза Рарити. — Как ты мог? Я думала, между нами есть что-то особенное.

— Я думаю, между нами может быть что-то особенное, — вклинился в разговор Спайк.

— ЗАХЛОПНИ СВОЙ РОТ, СПАЙК! — совместный рык двух кобылок опрокинул дракончика на спину. Услышав перепалку, к столу подбежал официант.

— Какие-то п’облемы, леди? — произнес он с сильным пранцузским акцентом. Он и понятия не имел, какой прорыв хаоса намечался в его ресторане. Для взрыва достаточно было небольшой искры.

— Нет, — произнесла Пинкамина сквозь стиснутые зубы. — У тебя есть какие-нибудь проблемы, Рарити?

— Никаких, — прошипел ее кровный враг.

— Вообще-то, — сказал Даск, пытаясь разрешить ситуацию. Две взбешенных кобылки перевели на него свои взгляды.

— ...Не могли бы вы мне помочь вытащить рог из стола? — промямлил он.

— Коньечно, месье, — приложив всю свою силу, официант освободил Даска из материальной ловушки, оставив его погибать в социальной.

— Если моя помощь больше нье т’ебуется, то я п’инесу ваш заказ. — он на мгновение остановился. — О, п’ошу мьеня п’остить, я вижу, у вас еще один гость. Чьто будьете заказывать, мадемуазель?

— Стакан воды, пожалуйста, — вежливо ответила Рарити. Она прикрыла свои глаза. — Я не планирую надолго здесь задерживаться.

— Да-а? — произнесла Пинкамина с плохо скрываемой угрозой. — Похоже, кое-кто просто обожает планировать.

С каждым словом, усугубляющим ситуацию, Даск все глубже и глубже вжимал голову в плечи, чувствуя, как все глубже и глубже становится его могила.

“Я мертвец," сглотнул он. “Я мертвее мертвеца. Я запутался хуже, чем муха в паутине. Как я угодил в это безумие? Почему ты оставила меня, Селестия? За что я заслужил такое? Это из-за того раза, когда я получил 5- вместо обычной 5+++++? Но я же расплатился за это неделей ненависти к самому себе!”

— И что ты имела в виду? — резко спросила Рарити, когда официант отошел достаточно далеко.

— Ты выбрала имена для ваших с Даском жеребят? Кто вообще так делает? — презрительно хмыкнула Пинкамина.

— Вообще-то, это было несколько жутковато, — пробормотал Даск.

— Ах так?? Значит, мечтать по-твоему “жутковато”?!! — в глазах Рарити вспыхнул огонь бешеной ярости.

— Не бей меня! — нырнул он под стол.

— О, нет, — произнесла Рарити неожиданно нежным, любящим голосом. — Я и не думала причинять тебе вред, солнышко. Знаешь, что? Если подумать, мне не стоило так… спешить и давить на тебя. Что, если я прощу твою маленькую ошибку и даже помирюсь с Пинки? Мы могли бы начать с чистого листа и я буду уважительно относиться к твоему мнению, а не обращаться с тобой так, словно ты — последняя пара модной обуви на распродаже.

Даск приподнял брови.

— Все, что для этого нужно: отдать мне этот билет, — соблазнительно улыбнулась она.

— Через мой труп, — отрезала Пинкамина.

— Осторожнее с желаниями, Пинки, дорогуша, — безмятежно ответила Рарити, телекинезом поднимая со стола вилку. В ответ Пинкамина тоже вооружилась своей вилкой.

— Не называй меня Пинки, — процедила она сквозь зубы.

— Отчего нет, Пинки? — ухмыльнулась единорожка. от ее слов просто веяло холодом. — Это тебя раздражает?

Внезапно, шерстка Пинкамины стала ярко-розовой, а грива взорвалась сумасшедшими завитками, словно зерно поп-корна. Пинки вернула контроль над своим телом.

— Ни капельки, Рарити! — злобная гримаса на ее лице сменилась всепрощающей улыбкой. — Бабуля Пай научила меня еще одной вещи, кроме смеха над страшилками, — уметь подставить вторую щеку, особенно для друзей!

Даск и Спайк облегченно выдохнули. Хоть единорог был немного лучше знаком с Пинкакминой, чем Спайк, дракончик не хуже Даска ощущал убийственное напряжение, висевшее над их столиком.

“Слава Фауст, все закончилось,” подумали они одновременно. Никто из них не знал, что загнало Пинкамину обратно в подсознание Пинки, впрочем это не мешало чувствовать безмерную благодарность к Пинки за ее позитивное отношение ко всему и способность всегда принимать любого пони близко к сердцу. Но в ее поведении чувствовалась какая-то неправильность. Пинки излучала чуть больше веселости, чем обычно, словно она что-то задумала. Что бы то ни было, Рарити, похоже, пока ничего не замечала.

— О, спасибо тебе, Пинки, — самодовольно улыбнулась модница. — Рада, что ты взглянула на это с моей стороны.

Пинки взяла свою тарелку с маргаритбургером и сеном фри и запустила ее прямиком в Рарити. Горчица и соус стекали по лицу единорожки, перемешиваясь с макияжем. Жареное сено и частички бургера запутались в ее прическе, придавая ей нелепый, унизительный и довольно забавный вид.

— Вот, — произнесла Пинки совершенно невинным и бодрым голосом, в котором не чувствовалось и следа Пинкамины. — А это тебя раздражает?

## Проклятые Селестией билеты на Гала, явившиеся из глубин Тартара ч.3

Глава 2 ч. 3

В тишине, повисшей в ресторане, можно было бы расслышать падение иголки. На матрац. В соседнем городе. Пылающая от ярости Рарити была готова просто взорваться. Собрав все свое мужество, Спайк пересилил свой инстинкт самосохранения и произнес:

— Я тут кое о чем вспомнил, Даск, — обратился он к названному брату. — Ты же забыл свой кошелек.

— О чем ты, Спайк? — удивился Даск. — Он у меня тут, с со-

Дракончик лапой заткнул единорогу рот.

— ...Так что нам надо идти прямо сейчас, потому что нам нечем платить, — продолжил Спайк сквозь стиснутые зубы. Кобылки были слишком заняты попыткой прожечь друг друга взглядом, чтобы что-то говорить. Вернее, Рарити была занята попыткой испепелить глазами свою противницу. Пинки же просто сидела и улыбалась. Проходи в ресторане сейчас всеэквестрийский чемпионат по покер-фейсу, розовая кобылка с легкостью заняла бы на нем первое место. Между тем, до Даска наконец дошел смысл слов Спайка.

— Точно! — воскликнул он. — Я же совсем забыл захватить с собой кошелек! Нам со Спайком пора сваливать, как хорошо что мы не успели притронуться к еде. Думаю, сейчас нам пора расстаться-ЧТО НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО МНЕ НЕ НРАВИТСЯ ТВОЕ ОБЩЕСТВО, ПИНКИ! Просто мне пора бежать. Приятно было увидеться с тобой, Рарити. Мне та-а-а-ак жаль за выходку Пинки, она сегодня просто сама не своя.

И с этими словами Даск и Спайк покинули ресторан быстрее, чем вы могли бы произнести: “куда это ты собрался?”

После того, как парни ушли, Рарити угрожающе прошипела:

— Это. Объявление. Войны, — в каждом ее слове таилась смертоносная смесь льда, яда и стали.

[На иное я и не рассчитывала, дочь мула, ] ответила Пинкамина, но Пинки произнесла совсем другое.

— Вообще-то, мне бы не хотелось, чтобы Даск встал между нами, Рарити, — ответила розовая кобылка. — Знаешь, ты вела себя совсем как противная жадина, а с такими поступками, я не думаю, что ты могла бы стать для Даски-васки особенной пони.

— Я ухожу в Бутик, принять душ, — сказала Рарити. — И мне бы не хотелось, чтобы ты встала между мной и Даском, но ты просто вынуждаешь меня. С этой минуты мы враги.

Единорожка развернулась и направилась к выходу из ресторана.

— Пожалуйста, не надо так, Рарити, — оптимизм Пинки мгновенно сменился искренним сожалением. — Мы могли бы оставаться друзьями.

Она рванула к модельерше, заключая ее в самые теплые объятия, на какие была способна и тихо заплакала.

— Н-не выбрасывай нашу д-дружбу из-за какого-то г-глупого жеребца, *шмыг* пожалуйста-препожалуйста с засахаренными одуванчиками сверху?

[Какого ляганного сена ты творишь?] бушевала Пинкамина. [Она воспользуется твоей добротой и уведет Даска у тебя из-под носа!]

“Возможно,” подумала в ответ Пинки. “Но Рарити выше этого. Она же Элемент Щедрости! Если она так поступит, это будет ООС. Она не станет завоевывать Даски-васки нечестно, даже если у нее будет такой шанс.”

[Ну, как хочешь,] фыркнула Пинкамина. [Но не приходи ко мне плакаться, когда эта расфуфыренная цаца захапает твоего книжного червя себе.]

Все это время, Рарити смотрела в глаза Пинки, не выражавшие ничего, кроме умоляющего раскаяния. Наконец, модница устало вздохнула.

— Хорошо, Пинки, мы можем остаться друзьями, — сдалась она.

— ВУУУПИИИ!!!

[Лягать меня ногами, а жизнь только начинала становиться интересной.]

— Но, —заметила единорожка, — Это не значит, что я приподнесу тебе Даска на блюдечке.

[Признаю свою ошибку.]

— Предлагаю договор, — продолжила она. — Та, кто до конца сегодняшнего дня своими женскими чарами убедит Даска взять ее с собой на Гала, безоговорочно становится его особой пони, а проигравшая отказывается от всех своих претензий на него. Согласна?

— Оки-доки-локи! — к Пинки вернулась прежняя веселость. — И мы остаемся друзьями, да?

— Конечно.

— Ураааа! Ой, и еще, Рарити, — добавила она.

— Что еще, Пинки?

— Можно мне один малюсенький клочок сена из твоих волос? Я ужасно проголодалась!

Даск Шайн несся по улицам Понивилля, оставляя за собой след из ошарашенных и сбитых с ног пони.

— Спасибо еще раз за то, что выручил, Спайк, — выдохнул он, останавливаясь, когда счел, что убрался достаточно далеко от злополучного ресторана.

— Без проблем, брат, — небрежно ответил дракончик. — Для чего еще нужен помощник номер один?

Впрочем, его тон тут же сменился на озабоченный:

— Но ты пойдешь с Пинки Пай, да? Помни, я положил глаз на Рарити, и не позволю кому-нибудь отнять ее без борьбы!

— Я все еще не знаю, с кем пойду на Гала, Спайк, — покачал головой Даск. — Эпплджек попросила первой, потом Пинки Пай, воспользовавшись моим чувством вины, вынудила меня пригласить ее, Рарити, похоже, думает, что мы без пяти минут женаты, а Рейнбоу просто собирается отклопать меня на публике.

— Так почему бы тебе не взять Дэш? — предложил дракончик.

— Спайк!

— Прости. А куда это мы идем?

— К единственной пони в этом городе, которая не помешалась на этом Гала, — решительно ответил Даск.

— О, привет, Даск, — застенчиво поздоровалась Флаттершай, приоткрыв дверь своего дома. — Можешь зайти, если ты не против. Прости, что я не подготовилась к твоему приходу, но ты не говорил, что собираешься заглянуть.

Единорог зашел внутрь и обессиленно рухнул на ближайший диванчик.

— Ой, с тобой все в порядке?

— Нет, — пожаловался ей Даск. — Это худший день в моей жизни. Четыре кобылки меня преследовали, вырубали, избивали и разыгрывали, словно какую-то вещь.

— Ох, — обеспокоенно выдохнула желтая пегаска. — Звучит довольно серьезно. Знаешь, что помогает моим питомцам избавиться от стресса?

— Чего?

— Все, что нужно, это выговориться и небольшой массаж, — произнесла она без задней мысли. — Конечно, обычно говорю я одна, но в этот раз, думаю, тебе надо рассказать все, что скопилось у тебя на душе. Если ты не против.

На слове “массаж” уши Даска встали торчком.

— Звучит неплохо, — предвкушающе ответил он.

— ...А затем она запустила маргаритбургер той прямо в лицо! — рассказывал Даск лежа на животе, пока копытца Флаттершай нежно разминали его ноющие мышцы.

— Ой-ёй, — произнесла пегаска. — Я и не знала, что у Пинки могут быть… такие проблемы. Она всегда выглядит такой веселой! Как думаешь, может нам стоит чем-нибудь ей помочь?

— Да, конечно, — согласился Даск. — Мне нужно будет поговорить с ней, помочь разобраться в чувствах. Но сначала — один важный для меня вопрос.

Он прервал массаж, перевернувшись на спину.

— Как думаешь, Флаттершай, кого мне взять на Гранд Галопинг Гала?

— Ну-у, — ответила она.

— Я думаю, тебе следует взять Спайки, она всегда тебе так помогает. И… — пегаска перешла на шепот. — Я думаю, она в тебя влюбилась. Знаешь, как ученики обычно влюбляются в учителей? Ты мог бы ее сделать такой счастливой, хотя бы на один вечер.

От хохота Даск свалился на пол.

— Что? Я что-то не так сказала? Спайки нас подслушивала? СПАЙКИ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ СЕРДИСЬ НА МЕНЯ! — крикнула Флаттершай в соседнюю комнату.

— Вообще-то, — сердито прорычал Спайк. — Я все слышал. И прими к сведению, Флатти, я полноценный САМЕЦ дракона. А Даск для меня как брат!

— Обожечки! — пискнула Флаттершай, стремительно заливаясь краской. — Я понятия не имела! Все как тогда, когда я только-только нашла Энджела!

— Не беспокойся так! — попытался успокоить Даск свою возлюбленную. — Это была просто небольшая ошибка! Спайка постоянно принимают за девочку.

— Что?! НИКОГДА!

— Не обращай внимания, он немного комплексует по этому поводу, — соврал Даск.

— Думаю, я понимаю, — ответила пегаска. — Мне знакомы его чувства.

— Итак, возвращаясь к вопросу, — продолжил Даск. — Кого еще ты можешь предложить мне взять с собой на Гала?

— О, ммм… нуу… нет, забудь, — пробормотала Флаттершай.

— Давай, Флаттершай, мне нужна твоя помощь! — умоляюще произнес Даск.

— Не важно. Забудь, — замялась она.

— Пожа-алуйста?

— Ну, — неуверенно сказала Флаттершай. — Если бы я была на твоем месте, то я бы взяла… себя.

— Клонирующее заклинание? Или отправиться на Гала в одиночку? — переспросил Спайк.

— Нет, я имею в виду, ты мог бы взять меня, — она склонила голову. — Нет, не так. Я могла бы быть твоей парой, Даск. Нет, не парой парой! Формально, конечно, парой, но я не хочу давить на тебя, Даск, и заставлять тебя считать нас парой, но если ты хочешь, чтобы я была твоей парой, то… Хотя я даже не уверена, нравишься ли ты мне в этом смысле или нет...

На Гала, Чудесный Лес Флаттершай…

Я делаю глубокий вдох. ощущая запахи экзотичных цветов Королевского Кантерлотского Сада. Это единственная ночь в году, когда все цветы распускаются и я наслаждаюсь их ароматом.

Затем я начинаю тихо напевать, подзывая всех животных, обитающих здесь. Один за другим, эти милашки покидают свои домики и я знакомлюсь с каждым из них, до единого. Голубые сойки, пересмешники, вомбаты, колибри с трепещущими крылышками, канюки, коалы, панды, медведи-гризли с маленькими медвежатами, фламинго, сони, совы, лягушки, выдры и сотни других. Мы станем хорошими друзьями и я буду любить всех их!

А они будут любить меня!

В этот момент лесной жеребец (Прости, я всегда представляю тебя в его роли в этой личной маленькой фантазии. Ты не против? Нет? Хорошо), привлеченный моим голосом, тихонько подкрадывается ко мне. Его копыто наступает на веточку и ее хруст заставляет меня вздрогнуть.

— Прости, — извинится жеребец. — Я не хотел тебя напугать. Ты потерялась?

Я оглядываюсь. О, нет, я была так увлечена знакомством с животными, что совсем не следила за дорогой! Похоже, что я даже не в Кантерлоте. Я замираю, не в силах произнести ни слова.

— Тебе не стоит блуждать тут одной, — вежливо упрекает меня он. — Такой маленький жеребенок, как ты, может немного испугаться темноты.

— Но сэр, — наконец произношу я. — Я не жеребенок, я уже взрослая кобылка.

— О, — говорить он. — В таком случае, полагаю, вы вполне способны позаботиться о себе. Я оставляю вас.

Он начинает удаляться.

— Пожалуйста, не покидайте меня! — подскакиваю я к нему и обнимаю дрожащими копытами. — Хоть я и взрослая пони, я все равно боюсь темноты! Пожалуйста, побудьте со мной хотя бы до утра.

— Не беспокойтесь, — он бережно, но сильно обнимает меня в ответ. — Я буду здесь, чтобы защитить вас, моя прекрасная леди.

— В-вы правда думаете, что я красивая? — спрашиваю я, прячась за своей гривой от смущения.

— Конечно, — отвечает он, осторожно поднимая мою голову за подбородок и заглядывая в мои глаза. — Я только познакомился с тобой, но чувствую, что мы предназначены судьбой друг для друга. Я думаю, мы можем даже сделать… это.

Он целует меня и наши языки сплетаются в изящном танце. Его рог начинает светиться, деликатно развязывая шнурки, удерживающие мое платье. Мои крылья возбужденно расправляются и в несколько взмахов поднимают нас в небо. Мы не опытны в полете и немного напуганы, но пока мы обнимаем друг друга с нами ничего не произойдет. О, как мы-

-Мне кажется, или эта фантазия более реальна, чем обычно?

Флаттершай распахнула свои глаза, осознав, что стала участницей одной из невероятно жарких сцен “Пятидесяти оттенков смущения”, ее губы соприкасались с губами Даска. И он целовал ее в ответ? Он наслаждался происходящим!

“Божечки божечки божечки божечки божечки...” проносилось в ее мыслях, пока пегаска неслась прочь. Залетев в свою спальню, она быстро заперла двери и окна и шмыгнула под кровать, поклявшись Селестии никогда-никогда не выходить наружу до конца своей жизни. Так стыдно ей еще никогда не было. С ее везением, Даск скорее всего посчитает ее слишком легкодоступной, чтобы дружить с ней, или, еще хуже, захочет стать другом с дополнительными привилегиями. Мысли о подобном вогнали Флаттершиай в ужас и сотни возможных вариантов развития событий, один кошмарнее другого, заскакали у нее перед глазами. Внезапно раздался стук в дверь, в ту, которую она завалила книжным шкафом.

— Флаттершай? — позвал ее голос Даска. — Ты там?

— Нет, — ответила она, постаравшись изменить свой голос. — Никакой Флаттершай тут нет! Я слышала, она переехала в соседний город три секунды назад.

— Флаттершай, пожалуйста, выйди ко мне. Нам нужно поговорить.

— Нет. — твердо произнесла Флаттершай.

— Уходи прочь! — и после паузы добавила, — ...пожалуйста?

— Если ты не откроешь, мне придется выбить дверь.

— Даск, мне нужно побыть одной. Уходи, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста.

— Послушай, — вздохнул Даск. — Если ты не откроешь, как я смогу попросить тебя пойти со мной на Гранд Галопинг Гала?

Послышался звук отодвигаемой мебели и дверь слегка приоткрылась. В появившуюся щелочку выглянул глаз пегаски.

— Как ты сказал? — переспросила Флаттершай, не решаясь поверить. Даск Шайн открыл дверь полностью и опустился перед ней на колени.

— Пожалуйста, будь моей парой на Гала! — произнес он со всей учтивостью, на какую был способен. — Ты моя единственная надежда!

— ...

— Прошу тебя, Флаттершай!

— Мне нужно подумать, если ты не против. А теперь не мог бы ты уйти, если тебе не трудно?

— И что ты собираешься сказать остальным? — спросил восседающий на Даске Спайк, когда они отошли от дома Флаттершай. — Что ты уже нашел кого-то, с кем пойдешь на Гала?

— Таков план. — ответил Даск.

— И Пинкамине тоже самое скажешь? — скептически хмыкнул дракончик.

— Ну… у меня есть план и насчет ее, — немного неуверенно произнес единорог.

— Да? И какой?

— Я над ним работаю. Главное, что я сделал свой выбор и больше не позволю обращаться со мной так, словно мое мнение ничего не значит, — твердо ответил он. Затем Даск заметил что-то странное.

— Эй, ты заметил, что уже минут десять, как идет дождь? — спросил от названного брата.

— Что? О чем ты? Если бы шел дождь, мы бы уже вымокли.

— Вот и я так думаю, — с подозрением сказал единорог. Он посмотрел на небо. Оно было затянуто темными дождевыми облаками и лишь над Даском виделся кусочек солнечного неба, который следовал за ним, куда бы единорог не направлялся. Приглядевшись, он заметил мелькнувший в прорехе среди облаков радужный хвост.

— Рейнбоу Дэш! — прокричал Даск. — Это ты?

— Ты меня оскорбляешь, Даск, — Дэш просунула свою голову в дырку в облаках. — Кто еще мог бы быть столь великодушным и потрясным, чтобы проделать в этих тучах передвижную дыру лишь для того, чтобы ты не промок? Кстати, не мог бы ты идти чуть помедленнее? Двигать ее сложнее, чем я думала.

Даск Шайн замер на месте.

— Ты же не пытаешься ко мне подмазаться, а? — поинтересовался он.

— Кто, я? С чего бы мне это делать? — со смехом ответила она. — Ты же еще не выбрал, кому отдашь билет?

— Я ничего не говорил про билет, — невозмутимо сказал единорог.

— Ой, — запнулась Рейнбоу Дэш, но тут же продолжила, — В любом случае, ты собираешься взять меня, меня или, лучший выбор, меня?

— Флаттершай, — ответил Даск.

— Скажи еще раз? Похоже, мне в ухо что-то попало, или у тебя просто ужасное произношение ‘Рейнбоу Дэш’.

— Рейнбоу, я серьезно. Я попросил Флаттершай пойти со мной, — сказал Даск, пытаясь достучаться до летуньи.

— И она сказала тебе ‘да’? Сомнева-аюсь, — парировала Рейнбоу Дэш. Даск Шайн опустил глаза.

— Ну, — замялся он, — она не дала мне прямого ответа, она сказала, что ей нужно подумать.

— Вот это похоже на Флаттершай. Она струсит в последнюю секунду. Так что тебе нужно запасная пара. И на кого еще ты можешь рассчитывать, как не на старую добрую потрясную Дэши? — Пегаска похлопала ресницами.

— Нет, — отрезал Даск. — Я ни за что не изменю свое решение.

— Хорошо, — поморщилась она и мстительно улыбнулась. — Тогда пусть Флаттершай заботится о том, чтобы ты не промок под этим дождем.

Глаза Даска расширились.

— Рейнбоу Мэри Энн Дэш, ты не посмее- *ВУУШШ*

Прежде, чем единорог успел завершить фразу, на него со Спайком обрушились потоки воды.

— Надо было сперва добраться до дома, — прокомментировал дракончик.

Погруженный в тяжелые раздумья, Даск Шайн брел по Понивиллю.

“Хорошо. В следующий раз я расскажу, что уже нашел пару, но не буду говорить, кого именно. Не стоит подставлять Флаттершай под удар. Да, так и поступлю.”

— Дорогуша! — воскликнула Рарити, увидев своего возлюбленного. Она уже привела себя в порядок после инцидента в ресторане и переоделась в лавандовую накидку от дождя, дополненную седельным зонтом. — Ты же совсем промок.

Даск опустил голову и посмотрел на свои копыта. Они были полностью покрыты грязью.

— До моего дома уже недалеко, — ответил он. — Думаю, я не успею размокнуть.

— Нонсенс, мой дорогой! — возмутилась модельерша, левитируя зонт на его спину. — Немедленно идем ко мне, тебе необходим горячий душ. Кроме того, у меня есть новый костюм для тебя.

Пока Рарити разыскивала новую одежду для Даска в Бутике Карусель, в голову фиолетового единорога закрались подозрения.

— Рарити, ты хочешь подарить мне модные вещи, чтобы я взял тебя с собой на Гала? — спросил он.

— Чушь! — воскликнула модельерша. — Я просто не могу позволить, чтобы такой жеребец, как ты, разгуливал в грязи под дождем, не говоря уже о том, что я сомневаюсь, что ты сумеешь подобрать себе подходящий костюм на такое мероприятие.

— У меня есть мой голубой смокинг с выпускного вечера, — ответил Даск. Рарити представила себе получающийся образ и поморщилась.

— Я… сомневаюсь, что это будет правильный выбор, дорогуша, — произнесла она со сдержанным смехом. — Душ наверху. Мы же не хотим испачкать твой новый стильный наряд, да?

Встав под душ, Даск раздумывал над тем, как преподнести Рарити новости. “‘Рарити, насчет Гала...’ нет, это не сработает. ‘Рарити, нам нужно поговорить о твоей одержимости мной...’ нет, тогда мне придется уворачиваться от швейной машинки. ‘Я думаю, нам стоит встречаться с какими-нибудь пони...’ нет, это может значить, что нам стоит начать встречаться друг с другом. Может быть-” Внезапно изящные копыта закрыли его глаза.

— Угадай кто, дорогуша? — прошептал в его ухо обольстительный голос.

За секунду Даск Шайн сменил три состояния:

Шок: Святая Фауст, Рарити в душе со мной!

Возбуждение: Готов поспорить, ее грива опять мокрая!

Паника: Мне капец.

— Мне очень-очень жаль, что я так вела себя в ресторане, Даски, — произнес один из мокрых единорогов. — Могу я что-нибудь для тебя сделать, чтобы загладить свою вину?

Тем временем, второй мокрый единорог лихорадочно соображал, под каким предлогом можно было бы отсюда выбраться.

“Только не оборачиваться,” подумал он про себя. “Закрой свои глаза и, что бы не произошло, не смотри на ее гриву.”

— Я знаю, иногда я могу быть такой плохой кобылкой, — продолжала Рарити.

— Думаю, я заслуживаю наказания… — Она слегка укусила Даска за ухо.

“Несмотринаеегривунесмотринаеегривунесмотринаеегривунесмотринаеегривунесмотринаеегриву….”

— ...Ты же знаешь, как наказать плохую кобылку, Даски? — спросила она, прекратив покусывания. — Знаешь?

— Н-нет, мэм, — выдавил из себя Даск. Он не смел пошевелить ни единым мускулом.

— Ничего, — ее голос был переполнен страстью. — Я могу тебя этому научить. Этому и еще многим вещам, например, как наградить плохих кобылок за то, что они были… особенно плохими.

Она развернула Даска к себе.

— Но сначала не мог бы ты открыть свои прекрасные глаза, дорогуша? Разве ты не хочешь взглянуть на меня?

— Нет, спасибо, — безжизненно откликнулся Даск. — Мне и так неплохо.

— Хорошо, — слегка разочарованно произнесла Рарити. — Похоже, мне придется рассказать тебе, где ко мне прикоснуться. Мы можем сыграть в ‘Горячо-Холодно’.

Озарение поразило Даска, словно удар молнии и он телепортировался к себе в библиотеку.

Как оказалось, там его уже ждала Флаттершай, чтобы сообщить о своем решении.

Что Флаттершай ожидала, это того, что Даск воспользуется дверью.

Чего она не ожидала, это того, что он появится из ниоткуда в обнимку с распаленной Рарити.

— Даск! Рарити! — вскрикнула она. — Откуда вы? Что вы делаете? Почему вы с головы до хвоста мокрые?

Поднявшись на копыта, Даск сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем ответить.

— Это *фуух* долгая *фуух* история, — произнес он. — Но сперва, *фуух* что ты *фуух* делаешь у меня *фуух* дома?

— Ой, — покраснела пегаска. — Н-ну, я не хотела, чтобы так получилось, я сейчас уйду. Вы с Рарити можете продолжать то… чем вы с ней занимались.

Она направилась к двери.

— НЕТ!!! — торопливо выкрикнул Даск. — В смысле, ты можешь оставаться здесь, сколько захочешь. И я не просил тебя уходить, я просто хотел узнать, что ты тут делаешь.

— О, я только хотела сказать тебе: да, я была бы рада пойти на Гала с тобой, — пегаска на секунду замолчала. — К-как друг! Не пара! Прости, я еще не готова к подобному. Не злись, пожалуйста. Ты же не злишься на меня?

Ответ на этот вопрос оказался отложен до лучших времен, потому что реакцию Даска полностью затмила реакция Рарити.

— Ты ЧТО?! — драматически воскликнула модница. — Из всех пони, что я знаю, почему именно ты, Флаттершай? Почему ты предала меня? Я думала, ты моя лучшая подруга!

Единорожка всхлипнула.

— М-мне жаль? — неуверенно ответила Флаттершай. — Только почему мне жаль?

— Ты украла моего Даска! — королева драмы продолжала свое выступление. — Как ты могла! Он был моей истинной любовью!

— Ох, — выдохнула Флаттершай, — Тогда ты можешь взять мой билет, раз это так много для тебя значит.

— Ой, ненененене, — перебил ее Даск. — Рарити просто приставала ко мне в ду-мммфф!

Рарити заткнула единорогу рот копытом.

— И я приложу все усилия, чтобы заслужить твое прощение, дорогой, — произнесла она обманчиво спокойным голосом. — Но лучше не рассказывать об этом всем и каждому, особенно Флаттершай.

Даск освободил свой рот от копыта модельерши.

— Но я хочу пойти с ней! — попытался он настоять на своем. Но прежде чем пони-будь успел произнести что-то еще, раздался выстрел пати-пушки и вся комната в мгновение ока оказалась покрыта конфетти и серпантином. Толпа пони с тортом и подарками вломилась внутрь. На книжных полках растянулось полотно с надписью: “ДАСКИ-ВАСКИ + ПИНКИ-ВИНКИ = ♥”. Гости схватили Даска и начали подбрасывать ее верх в такт распеваемой Пинки Пай песенке:

Даск Шайн лучший в мире кольтфренд

Вуупии, вуупии!

— Пинки...

Самый умный, милый, славный

Понии, понии!

— Пинки.

Закачу ему крутую вечеринку

Средь бела дня!

— Пинки!

И он сдержит свое обещанье

Взяв на Гала меня!

— ПИНКИИИИ!!!!!

Невольные подельники Пинки расступились и Даск грохнулся на пол.

— Да, Даски-васки? — розовая кобылка с интересом уставилсь на лежащего единорога.

— Все, с меня хватит, — произнес он. — Спайк, ты где? Тут?

— Я здесь! — раздался голос из толпы гостей. — Я пришел сразу же, как услышал, что Пинки устраивает тут вечеринку!

— Отлично. Все остальные — вон из моего дома! — Один за другим, пони покидали несостоявшийся праздник. Остались лишь несколько кобылок: Пинки Пай, Флаттершай и Рарити. Так же задержались Рейнбоу Дэш и Эпплджек, пришедшие вместе с толпой гостей.

— Я сказал: все, — сердито сказал Даск. — Почему вы все еще тут?

— Ну, сахарок, — ответила ковпоньша. — Мы все хотим пойти на Гала, и мы никуда отсюда не уйдем, пока ты не решишь, кого возьмешь с собой.

— Я здесь потому, что ты сказал, что я могу оставаться. — тихо сказала Флаттершай.

— Никакого Гала НЕ БУДЕТ, — отрезал единорог.

— ЧТО?!

Дорогая Принцесса Селестия,

Я возвращаю билеты, которые вы мне прислали. Я отказываюсь приходить и меня не заботит, что это был ваш приказ. Из-за этих билетов меня за один день избивали, совращали, промочили, целовали и-

— У меня есть идея, — прервала его Флаттершай. — Почему бы нам не попросить еще пять билетов? Мы могли бы тогда пойти все вместе, плюс Спайк!

Повисла напряженная тишина.

— ЭТО САМАЯ НЕЛЕПАЯ ЧУШЬ, ЧТО Я ТОЛЬКО СЛЫШАЛА! — вместе выкрикнули Пинки и Пинкамина. — ВО ИМЯ ТАРТАРА, КТО ВООБЩЕ МОЖЕТ ТАК СДЕЛАТЬ?!

В двух словах...

Они сделали.

## Dat Plot (and Subplot) ч.1

Глава 3 ч. 1

— Ничего се! — воскликнула Эпплджек. — А урожай у нас в этом году по-настоящему большой. А, Биг Мак?

Биг Макинтош стоял рядом со своей сестрой, обводя взглядом тянувшиеся до самого горизонта яблони.

— Агась, — ответил он своим привычным словечком. — Ты уверена, шо смогешь собрать все сама?

— Уверена так же, как в том, шо солнце встает по утрам, сахарок, — самоуверенно заявила ковпоньша. — Не забивай себе этим мозги, можешь спокойно отдыхать и поправляться.

Она дружески толкнула брата в забинтованный бок. Биг Мак поморщился от боли.

— Прости, — извинилась она.

— Я прост говорю, — продолжил Биг Макинтош, — Шо этих яблок может быть слишком много для тебя одной.

— Гришь, я сама не смогу их все собрать? — переспросила кобылка.

— Агась.

— Да лягать меня, если я не обтрясу все эти яблоки! — отрезала Эпплджек.

Час спустя...

В Понивилле царили мир и покой. Горожане прогуливались по улицам, продавцы обслуживали клиентов, жеребята резвились на игровой площадке, наслаждаясь выходным. Никто и не подозревал о том, что должно было случиться.

Внезапно послышался нарастающий гул и земля задрожала, словно при землетрясении. Пони в панике разбегались в разные стороны. Взлетев повыше, Рейнбоу Дэш оглядела окрестности, пытаясь понять, что происходит. На горизонте она заметила приближающееся пыльное облако, из которого и раздавался ужасающий шум.

— Набег! — закричала пегаска. — Всепони, по домам! Быстрее!

Огромное стадо обезумевших коров не разбирая дороги неслось на Понивилль.

Но что это за оранжевое пятно мелькает среди клубов пыли? Это Эпплджек прервала сбор яблок, чтобы предотвратить катастрофу. Вместе со своей верной Вайноной, она уводит коров от родного города и постепенно останавливает их.

— Полегче, девочки, — сказала фермерша. — Какого сена вы тут устроили?

— Эпплджек, это было ужасно! — отвечает одна из коров, которые все еще мелко дрожат.

— Муутильда увидела змею и мы перепугались и побежали прочь.

— Змею? — Эпплджек приподняла бровь. — Вы все шо-то слишком сильно на нее среагировали.

Муутильда смущенно заерзала.

— Ну, то была реально большая змея.

— Я-то промолчу насчет ваших… отношений с рептилиями, — вздохнула ковпоньша. — Но на вашем месте я б держала рот на замке о том, шо меня напугало. Думаю, кое-кто из пони могет малость расстроиться, ежели узнают обо всем этом. Ну, о том, шо Понивилль чуть не сровняли с землей из-за змеи.

— Клянусь, такое не повторится, — ответила Муутильда.

Тем временем, друзья Эпплджек в восхищении аплодировали ей.

— Мы должны как-то отблагодарить Эпплджек за наше спасение. — предложила Мэр. — Думаю, Приз Пони Понивилля подойдет. Все согласны?

Всепони одобрительно затопали.

— Единогласно. Награда будет вручена Эпплдек!

— Погодите, — вклинился Спайк. — Награда называется Приз Пони Понивилля? Вам не кажется это несколько странным?

— Да нет, — ответила Мэр. — С чего бы? Какие проблемы с тем, как мы тут все называем?

— Вообще-то, — дракончик почесал затылок. — Еще я не могу понять, почему этот город назвали “Понивиллем”. Видите ли, Даск заставил меня прочитать историю этого места и оказалось, что город основали Эпплы и Ричи, начав с магазина по продаже вольт-яблок и продуктов из них. Так почему он называется не Эпплбург или Ричтон. Ооо, как насчет Вечнодикий Град? Отлично звучит, а? Или может-мммффф!

Копыто Даска прервало словоизлияние Спайка.

— Простите Спйка, миссис Мэр, — с нервным смешком сказал Даск. — Вы же знаете, как сейчас неуважительны дети к традициям.

— Я не собирался вызывать *гхмм* возгорание чьего-то крупа, — Спайк вывернулся из захвата Даска. — Просто называть свой город “Понивилль” — полная бессмыслица. Вы в курсе, что пони живут не только здесь, да?

— Хватит! — не выдержала Мэр. — Мы будем награждать Эпплджек или нет?

Со стороны собравшихся пони послышалось одобрительное бормотание, сквозь которое, впрочем, иногда пробивалось сердитое ворчание насчет того, что город можно было бы назвать и получше.

Три дня спустя...

Повсюду среди украшений вечеринки можно было увидеть яблоки, точно такие же, как на кьютимарке Эпплджек. Здесь собрались все пони, кто знал и обожал ковпоньшу. Заправляла всем, конечно, Пинки Пай. Единственное, чего не доставало — самой Эпплджек.

— Да где она? — нетерпеливо спросила Рейнбоу Дэш. — Она опаздывает уже на три часа! Никто не видел ее после того коровьего набега! И у нас заканчиваются закуски! Пони-будь может себе представить целую толпу проголодавшихся пони, требующих пожрать?

— Я-я-я! — Воскликнула Пинки. — Однажды в день рождения Клаудчейз я забыла, что у нее двойное день рождения с ее сестрой-двойняшкой Флиттер, а это значило, что нужно было в два раза больше тортиков, чем у меня было! Жуткий кошмар!

— Значит, на вечеринке было в два раза больше гостей, чем обычно? — предположил Даск Шайн вслух.

— Нет, — покачала головой Пинки. — Флиттер и Клаудчейзер почти все время проводили вместе, так что почти все их друзья были общие.

— То есть количество гостей было обычным? — спросил единорог.

— Точечно! — кивнула она.

— Тогда зачем нужно было в два раза больше тортиков? Я имею в виду, слишком много тортиков может быть вредно. — произнес он.

— Даски, — серьезно сказала Пинки. — Знаешь, я чертовски сильно тебя люблю, но ты описываешь мир, в котором я не хочу жить.

Даск почти уже начал лекцию о пищеварении и важности хорошей гигиены полости рта, но тут его толкнули. Какая-то пони запинаясь на каждом шагу, пробиралась сквозь собравшуюся толпу.

Этой пони была Эпплджек и выглядела она, откровенно говоря, так себе. Ее неизменная шляпа еле держалась на голове, а под глазами были здоровенные мешки от недосыпа.

— Здо-орова-а-а, Понивилль, — зевнула она во весь рот. — Так шо вы там говорили про какой-то приз?

Мэр откашлялась.

— Официально, его вручают самому уважаемому и полезному члену общества, но мы решили наградить тебя в качестве благодарности за спасение от свихнувшихся коров. — Объяснила она.

— Прошу прощения что спрашиваю, но ты не пила? Выглядишь сегодня немного… не в себе.

— Я в п’рядке, — отмахнулась ковпоньша. — Мож мы с этим всем чутка поторопимся? У мня еще осталось куча необляганных деревьев.

— Эй! — выпалила Рейнбоу Дэш. — Ты обещала мне помочь разучить несколько новых полетных трюков на этой неделе!

— А-а, ну да, — сказала фермерша. — И еще мне нужно будет помочь Рейнбоу со всякими там летучими выкрутасами. Так шо мне стоять некогда.

— Да! — воскликнула Дэш. — Это будет просто потря-а-асно!

— А-а-атлично, — Эпплджек снова зевнула. — А теперь, если кому-то еще...

— На этой неделе я буду заведовать Сахарным Уголком в первый раз! — отметила Пинки. — И ты собиралась мне помочь. Мы будем печь самые вкусно-превкусные маффины. В конце концов, ты один из лучших пекарей в округе!

— Думаю, на этой неделе я еще подсоблю с ‘тим всяким Пинки, а теперь мне пора...

— Эмм… Эпплджек? — тихим голосом позвала Флаттершай. — Не думай, пожалуйста, что я на тебя давлю… Но ты, кажется, говорила, что сможешь мне помочь пересчитать родившихся этой весной кроликов. Ты все еще можешь мне с этим помочь?

— Лады, — сквозь сжатые зубы выдавила ковпоньша. — Я займусь этими дурацкими кроликами с тобой.

Она слезла со сцены, забрав с собой свой приз и двинулась сквозь толпу, бормоча себе под нос что-то неразборчивое.

— Что это с ней? — поинтересовался Спайк.

— Не знаю, — ответил Даск. — Но собираюсь выяснить.

После церемонии, Пинки направилась к Рейнбоу Дэш. У летуньи свело живот от нехорошего предчувствия.

“Помоги мне Селестия,” подумала Дэш про себя. “Этот болтливый рот.”

После разрешения проблемы с Найтмер Мун, Рейнбоу Дэш осознала тяжелую правду: ее имя отныне связано с не такими крутыми пони, как она (с остальными носительницами Элементов), и это понижает ее собственную крутость. Эпплджек, с ней еще можно иметь дело, хоть музыкальные вкусы светлогривой (в особенности касающиеся банджо) оставляли желать лучшего. Рейнбоу знала Флаттершай с летного лагеря, но они никогда не были знакомы близко. Рарити это… Рарити. Просто Рарити. Если вы знаете ее лично, то вы понимаете. Даск Шайн был довольно мил, но он был родом из тех мрачных краев, что Дэш обычно звала “яйцеголовые”. Сорвиголова могла общаться со всеми этими пони и даже называть их своими друзьями (кроме Даска, она приберегла для него несколько другое слово), но была одна пони, рядом с которой пегаска могла выдержать не более пяти минут, безумное порождение хаоса, противное всему крутому и потрясному. Пинки Пай.

Рейнбоу Дэш не могла терпеть Пинки по нескольким причинам: она никогда не умолкала, она была назойлива, она никогда не умолкала, она постоянно скупала весь сидр перед носом у Дэш, она никогда не умолкала, она была взрослой кобылкой, продолжающей играть в игры для жеребят, вроде Приколи-Пони-Хвост, она болтала о сумасшедших вещах вроде ОСов и фоновых пони, она никогда не умолкала, И, О ФАУСТ, ОНА НИКОГДА, ЛЯГАТЬ ЕЕ, НЕ УМОЛКАЛА.

— Приветики, Дэши! — жизнерадостно воскликнула Пинки Пай. — Можно с тобой поговорить? У нас с тобой совершенно не было времени, чтбы развить наши взаимоотношения, а эпизод с грифиной будет уже в следующей главе, так что я очень-очень-очень хочу стать с тобой ЛДН навсегда до того, как эта злюка появится тут и попытается тебя захапать себе и ДЭШИ! КУДА ЭТО ТЫ? МЫ ДОЛЖНЫ ПОБЫТЬ ВМЕСТЕ!

Рейнбоу Дэш не могла припомнить, когда она еще раз летела так быстро. Она облетела Понивилль по меньшей мере раз двадцать. Сейчас она переводила дух на вершине горы. “Тут Пинки до меня не доберется,” думала она. “Посижу тут некоторое время, пока не остыну и меня не перестанет колотить при одних звуках ее голоса.”

— Дэши, я тут кое-что разузнала, — возникла из ниоткуда Пинки. — Автор решил не дожидаться следующей главы для “Griffon the Bush-Off”, а решил вписать этот эпизод прямо сюда. Именно поэтому я тебя и преследую!

— А-А-А-А-А! — заорала Дэш, стрелой взмывая в воздух.

— Вернись! — крикнула Пинки. — Сцены вроде этой послужили вдохновением для “Кексиков”!

Копыта Эпплджек снова запнулись друг об друга.

— Да шоб вас, — проворчала она. — Вперед, ноги, у нас еще до сена работы.

— Привет, Эпплджек, — Даск Шайн прорысил через сад к ковпоньше. — Ты собираешься обтрясти все эти деревья в одиночку?

— Время сбора урожая, помнишь? — ответила ЭйДжей. — Тут мы зовем его Сезон Стряхивания Яблок.

— А где Биг Макинтош? — спросил единорог.

— Он поранился, так шо я подменяю его работая в два раза больше.

— Так, давай я тебе помогу, — предложил он. — Сейчас я позову остальных и-

— Нет, — резко ответила фермерша. — Не нужна мне никакая помощь.

— Да ладно тебе, — продолжил Даск. — Тебе ни за что не собрать все эти яблоки одной.

— Да лягать меня, если я не обтрясу все эти яблоки! — огрызнулась она. — Я легко справлюсь сама. Ясно?

— Эпплджек, позволь мне рассуждать логически, — лекторским тоном произнес Даск. — Сколько ты спала за последние дни?

— Сон для слабаков, — фыркнула Эпплджек. — Все что нужно работящему пони — кофе.

— Не спала вообще? — переспросил Даск. — Это очень опасно для твоего зд- *ТРАХ!*

Внезапно в ближайшее дерево врезалась Рейнбоу Дэш, стряхнув с него все яблоки.

— Шоб тебя, Рейнбоу! — воскликнула Эпплджек. — Еще и ты! Я это сказала, я это повторю: не нужна мне никакая помощь!

— Помошь тебе? — в голосе пегаски послышалась паника. — А что насчет меня? Я целое утро пытаюсь сбежать от Пинки, но ничего не помогает! Она ВЕЗДЕ!

— Тебе с этим нужна помощь? — Даск напрягся. — Скрыться от Пинки?

Возможно, Рейнбоу Дэш говорила о Пинкамине, но Даск не был до конца уверен.

— Шшш! — приставила она копыто к губам Даска.

— Ничего не слышали? — зашептала летунья.

— Я ниче такого не слышу, — сказала Эпплджек.

— Не так громко! — прошипела пегаска. — Она наблюдает за нами. Я чувствую.

— Ты не делала ничего такого, что могло расстроить Пинки? — спросил Даск, понижая голос. — Она вела себя не так, как обычно?

— Нет. В этом-то и проблема, — ответила она.

— Она пытается заставить меня провести с ней день. Она даже хочет стать… — Дэш сглотнула. — ЛДН.

— Рейнбоу Дэш, — осуждающе произнесла Эпплджек. — Эт’ самая тупая штука, шо я слыхала. И ты не хорошо поступаешь с Пинки. А сейчас я хочу, шоб ты подняла свой хвост, пошла к этой изничтожительнице сахара и извинилась.

— Но...

— Никаких “Но”! Я хочу, шоб на моей ферме не было посторонних. А теперь оба брысь отсюда! Мне нужно работать.

Рейнбоу Дэш встретила Пинки около ратуши.

— Хорошо, Пинки, — обреченно произнесла пегаска. — Чем ты хочешь заняться?

— Видишь во-он то облако? — ткнула копытом в небо Пинки. — Помести его над дверью.

— Хорошо, — пожала плечами Дэш. — Как скажешь.

Она быстро передвинула облако.

— Так сойдет?

— Отлично! — воскликнула Пинки. — Только чуточку левее...

Дэш поправила облачко.

— Знаешь, кажется будет лучше сместить его на восемнадцать волосков вправо.

— Вправо от тебя или от меня?

— От Бон-Бон! Она живет ниже по улице.

Три часа спустя...

— Теперь переверни его, установи на 60 турбулизаторов северовосточнее, поверни роно на 172 градуса против часовой стрелки и помести в духовку на 15 минут при температуре в 350 градусов по Файренхуфу, подавать с сеном… НЕТ! Дэши, это были 100 градусов по Целестиусу! Нам нужно новое облако!

— ПИИИНКИИИ!!!!!

— ...и говоря “новое облако”, я имею в виду “совершенно идеально”! Теперь жди моего сигнала!

С этими словами Пинки нырнула в кусты. Вскоре из ратуши вышел Спайк, несший большую кучу свитков. Рейнбоу Дэш изо всех сил подпрыгнула на облаке и *БУМ* облако разразилось громом и молнией. Перепуганный Спайк рассыпал все свитки.

— Эй, что это еще было? — спросил Спайк, придя в себя. — Меня чуть удар *ик* не хватил!

— Успокойся, Спайк, — прохохотавшись сказала пегаска. — Это просто розыгрыш.

— Хихихихи, у тебя икота! — хихикнула Пинки. Спайк рассмеялся вместе с ними и принялся собирать свои записи. Проблема была в том, что каждый раз, как он пытался подобрать свиток, его пробирала икота, сопровождаемая языком магического пламени.

В итоге дракончик остался без свитков, а Селестия оказалась заваленной неожиданной почтой. Рейнбоу и Пинки тем временем валялись от хохота.

— А знаешь, ты не так уж плоха, Пинкс, — сказала Дэш. — У тебя есть еще идеи?

— Есть парочка… — озорно улыбнулась Пинки. И целый день Рейнбоу Дэш и Пинки Пай носились по Понивиллю, разыгрывая каждого пони, какого только видели. А благодаря врожденным любви и пониманию нипони не принимал шутки этой парочки слишком близко, так что они не встретились ни с какими последствиями. Позже, Рейнбоу Дэш признает, что часы проведенные вместе с Пинки были одними из лучших в ее жизни, уступая только минутам победы и Соник Рейнбуму.

На следующий день...

Рейнбоу Дэш от нетерпения не могла устоять на месте. Наступил день, когда Эпплджек должна была помочь ей отточить несколько новых трюков, которые впечатлят старую подругу из летного лагеря. Вот только Гильда должна была прибыть с минуты на минуту, а эта кобыла в шляпе до сих пор не появилась.

— Вот ты где! — воскликнула Дэш, увидев наконец Эпплджек. — Ты где пропадала?

Эпплджек затрясла головой и попыталась проморгаться.

— Хррр… Шо? Где я? Эт’ не похоже на “Сладкое Яблоко”!

— Да, ни капельки, — проворчала пегаска. — Ты вообще о чем? Сегодня ты должна помочь мне с парой фигур, помнишь?

— Хах, — произнесла ЭйДжей. — Походу, Бабуля Смит была права, я хожу во сне. А-а, к сену, еще раз, шо там я должна делать?

Рейнбоу Дэш указала на импровизированную деревянную башню с трамплином. Под ней было установлено что-то, напоминающее гигантские качели-качалки.

— Ты просто спрыгнешь вниз, когда я буду там, запустишь меня в воздух, а там я сделаю несколько трюков, которые разучивала, чтобы восхитить Вандерболтов!

— Ты эт’ все сама построила? — спросила Эпплджек.

— Ну, — замявшись, Дэш почесала в затылке. — Мне немного помогла Дерпи.

Эпплджек начала очень, очень медленно отползать от строения.

— Дерпи помогала тебе построить эту штуку? Да лягать мой круп, если я прикоснусь к ней хоть десятифутовой палкой.

— Расслабься, — заявила Рейнбоу. — Да, первые семь моделей обрушились при испытаниях, но эта, восьмая, просто замечательна!

— Рейнбоу, — серьезно произнесла ЭйДжей. — Ты в курсе, шо звучишь точь-в-точь, как тот самый Лемон Джонсон?

— Пффф, — отмахнулась летунья. — Ты все время это говоришь. Что вообще может пойти не так?

## Dat Plot (and Subplot) ч.2

Глава 3 ч. 2

Гильда парила над Понивиллем. Здесь она собиралась встретиться с единственным другом в своей жизни, Рейнбоу Дэш. Грифина надеялась, что радужногривая пегаска осталась такой же крутой, какой была. Когда Гильда, наконец, добралась до облачного дома летуньи, она обнаружила его владелицу торчащей из стены крупом вверх. Да, Рейнбоу Дэш так же крута, как всегда.

— Дарова, Дэш! — поприветствовала Гильда подругу. — Чостряслось? Ты в норме?

— Гильда, привет! Здорово, что ты заскочила. Ага, все в норме, — ответила Рейнбоу Дэш. Ответила бы, если бы ее рот не был бы набит облачным пухом. Так что получилось что-то вроде: — Хмффмф! Шххммфф-ххмфф. Ммммф хумфф.

— Ты как тут очутилась? — поинтересовалась Гильда с деланым равнодушием. Хоть она скорее умерла, чем призналась в этом, грифине не раз доводилось вести беседу застряв в стене подобным образом. Вырвавшись из облаков, Рейнбоу принялась рассказывать.

Четыре секунды назад...

— Ты насчет этого уверена, Дэш? — спросила Эпплджек, стоя на краю импровизированного деревянного трамплина.

— Что ты как девчонка? — хмыкнула Рейнбоу Дэш, располагаясь на качелях-качалках. — Серьезно, ты сейчас похожа на Флаттершай. Подожди, пока я приготовлюсь. Когда я скажу “сейчас”, прыгай.

— Сейчас? — переспросила Эпплджек, одновременно изо всех сил пытаясь не заснуть.

— Да, именно так, не сложно запомнить, да? Стой, ты чего делаешь?! Я не говорила СЕЙЧАС-сейчас, пого-ООООООООООООООДИИИИИИИИИИ!!!!!!!

Одним торчащим-в-стене-крупом позже...

— ...И тут появилась ты, — закончила Рейнбоу Дэш.

— Почему ты просто не стартовала с земли, как обычно? — спросила Гильда.

— О. — произнесла пегаска. — Я об этом не подумала. А ведь могла б и не тратить целое утро на постройку восьми вариантов Дешепульт с Дерпи.

— Погоди, — прервала ее Гильда. — Дерпи? Ты имеешь в виду Дерпи Хувз? Единственную-пегаску-которая-врезалась-больше-чем-ты Дерпи Хувз? Она живет где-то здесь?

— Эй! — протестующе воскликнула Рейнбоу Дэш. — Дерпи не единственная, у кого было больше аварий, чем у меня. Флаттершай падала постоянно, помнишь?

— Ага, но она вообще почти не умела летать! — рассмеялась Гильда. — Кроме того, помнишь, за что ты заработала свое прозвище, Рейнбоу Крэш?

Дэш задохнулась от возмущения.

— Ты клялась больше никогда меня так не называть!

— Тогда, думаю, есть только один способ это разрешить, — произнесла Гильда с вызовом.

— Думаю, так и есть, подруга, — серьезно ответила Рейнбоу Дэш. Через напряженную минуту противостояния взглядов, каждая точно знала, что скажет и сделает другая.

— Кто первый до Вечнодикого Леса, тот выиграл! — выпалили подруги в унисон и на их лицах появились широченные улыбки. И “Три-два-один-старт!” они сорвались с места.

Пинки Пай весело прыгала вдоль по дороге, на ее мордочке были абсолютно нелепые очки с усами, клоунским носом и гудком, добавленным с помощью суперклея. Внезапно она заметила в небе коричневую полосу, спешащую изо всех сил за радужной, и ахнула.

— О, нет, — произнесла Пинки вслух. — Я так увлеклась весельем и попытками стать ЛДН-навсегда с Дэши, что совсем забыла, что Гильда появляется в этом эпизоде! ЧТОБ ВАС, СЮЖЕТНЫЕ РЕЛЬСЫ! ЧТОБ ТЕБЯ, ЛЯГАННОЕ МЕТА!

[Остынь, Пинки,] произнесла Пинкамина. [Не забывай, что Гильда прилетела всего на один день. Все события “Griffon the Brush-Off” совершенно бессмысленны. В конце дня, даже если ты не будешь устраивать ту вечеринку, она все равно упакует свои вещи и уберется обратно домой. Даже если твоя “ЛДН-навсегда” (подавиться мне ложкой) так и не распознает, какая Гильда дрянь, это не будет иметь значения. Просто сядем, и будем сидеть на крупе ровно: Гильда улетит и бедной Дэши не придется в ней разочаровываться. И всем хорошо. Кроме того, что вообще эта курица может сделать? Велеть нам держаться подальше от Рейнбоу Дэш, когда сама она живет за Селестия-знает-сколько миль отсюда?]

— Дело в другом! — воскликнула Пинки. — Ты забыла, что Даск притягивает к себе всех девчонок в этом фике? Я не беспокоюсь о Дэши, я беспокоюсь о нем! Стоит Гильде заприметить Даски-васки, как ей захочется устроить с ним шпили-вили! А затем она переедет в Понивилль и останется здесь… НАВЕЧНО!

[А-автор на такое не пойдет!] возразила Пинкамина. [У него духу на такое не хватит!]

— Проверь комментарии, — мрачно ответила Пинки. — Читатели хотят этого. Кроме того, автор вписал в историю тебя. Что нас ждет дальше? Перед чем он остановится? Гильда? Трикси? Кризалис? Молестия? Блюблад? ОС Мерисью? Замена Биг Мака в День Сердец и Копыт? Или даже (прости меня, Фауст!) ДАЙМОНД ТИАРА?!

Внутри ее разума с расширенными в ужасе глазами дрожала Пинкамина.

[...Мы должны остановить это,] произнесла она наконец. [Какой план?]

— Мы будем присматривать за Гильдой и проследим, чтобы она не заметила даже хвоста Даска. Пока она его не видит, он для нее не существует. — ответила Пинки со всей серьезностью и решимостью, на какую только способна пони, на чей нос нацеплены самые дурацкие очки в этой вселенной.

— Ха! Я выиграла! — усмехнулась Рейнбоу Дэш, когда обе летуньи достигли финиша.

— Не в этот раз! — возразила Гильда. — Я точно обогнала тебя!

— Думаю- — внезапно из облака появилась голова Пинки. И исчезла так же быстро, как появилась. Между Дэш и Гильдой повисла неловкая тишина, которая была прервана очередным появлением головы розовой кобылки.

— -Что Дэши была впереди- — и она снова исчезла. Две крылатых сорвиголовы уставились вниз, на землю и увидели огромный батут и стремительно приближающуюся Пинки Пай.

— -На одно перышко! — закончила она.

— Привет, Пинки, — сказала Рейнбоу Дэш. — Как дела?

— Супер-дэ- — где Пинки Пай? — -дупер! — а вот она!

— Кто твоя подруга? — спросила она, не смотря на то, что уже знала Гильду благодаря своей ломающей-четвертую-стену силе.

— Пинки Пай, это моя лучшая подруга из Клаудсдейла, Гильда. Да, она грифина. Гильда, это Пинки Пай.

— Очень рада, — процедила Гильда не скрывая сарказма и презрения. Она не знала эту пони да и не хотела знать. Все, что Гильда знала, это то, что она уже ненавидит ее засахаренные внутренности. “Как Дэш вообще выносит этот маленький розовый надоедливый кусок тупости?” размышляла грифина. “Впрочем, наплевать. Нужно разобраться с ней, только сперва нужно отвлечь Дэш.”

— Эй, Дэши, ты выучилась новым трюкам, или все еще пользуешься старой школой?

— Старая школа? — переспросила Рейнбоу Дэш. — Да я переоткрыла старую школу, переработав все фигуры Вандерболтов собственнокопытно! Устройся поудобнее, Ги, и я тебе все покажу!

Пегаска взмыла в небо, оставляя своих подруг предоставленных самим себе.

— Слушай сюда, лузер, — угрожающе произнесла Гильда. — Сомневаюсь, что у тебя наберется достаточно ума, чтобы понять все, что я скажу, поэтому слушай очень, очень внимательно, потому что повторять я не буду. Ты мне не нравишься. Совсем не нравишься. Так что держись от меня подальше. А значит, держись подальше от Дэш, потому что я хочу рассказать ей об одной вещи, о которой должна была рассказать давным давно. Поняла?

Пинки зависла в воздухе, игнорируя гравитацию, и теперь могла говорить не прерываясь.

— Неа! — беззаботно ответила она.

— Что?

— Нет, — повторила Пинки Пай. — Я не поняла. И не пойму, пока ты не психанешь на вечеринке.

— О чем, лягать тебя, ты болтаешь? — произнесла Гильда. — И как ты умудряешься висеть в воздухе?

— Не обращай внимания, — махнула Пинки копытом. — Я говорю, что ты должна перестать быть такой жадиной. Да, Дэши лучший друг, который у тебя был, но это не значит, что у нее не может быть других друзей. Кроме того, ты совсем не плохая! Я читала несколько по настоящему хороших фанфиков, где у тебя хорошо прописан характер и ты имеешь трагическое прошлое. Я всегда плакала на таких местах.

— Ты меня не знаешь, — зло ответила Гильда, сузив глаза. — Ты ничего не знаешь обо мне! Ты ничего не знаешь о Дэш, ты вообще ни о чем не знаешь!

— Оууу, — немного разочарованно протянула Пинки. — Теперь ты ведешь себя как трудный подросток! Знаешь, как персонаж одного из халтурных комиксов девяностых.

— ОТЛЯГИСЬ! — рявкнула Гильда, нанося Пинки удар по лицу.

— Ой! — сказала Пинки. — Это больно, Гильда!

— Хорошо, — прорычала грифина. — Это будет уроком.

— Оки-Доки-Локи, — ответила Пинки без капли страха в голосе. После чего розовая кобылка упала обратно на землю.

[Ну, и чего ты добилась?] поинтересовалась Пинкамина. [Ты всего лишь разозлила ее, не сделав ничего для того, чтобы она не встретилась с Даском!]

— Отнюдь, мой депрессивный двойник, — ответила Пинки. — У старой доброй тетушки Пинки есть свои методы. Я могу гарантировать, что Гильда даже не взглянет в сторону Даски.

[Откуда тебе знать?] спросила Пинкамина. [Что ты такого сделала?]

— Поверь мне, Даски в полной безопасности, — произнесла Пинки. — Но Гильда все еще может остаться жить в Понивилле! И тут наступает твое время.

[Моё?!] удивилась Пинкамина. [И что ты от меня хочешь?]

— Делай все, что хочешь, чтобы Гильда убралась из Понивилля как можно раньше, — ответила Пинки. — Никаких ограничений.

Грива и хвост кобылки распрямились, а розовая шерстка заметно потемнела.

— Не похоже на тебя, — произнесла Пинкамина. — Но мне это нравится!

Вымотанная очередным полным трудной работы днем, Эпплджек едва переставляя ноги вошла в пекарню. Она должна была помочь Пинки в первый раз управляться с Сахарным Уголком без участия Кейков. Все, что от нее требовалось, это помочь с готовкой.

— Пр’сти, сахарок, я малость припозднилась, — сказала Эпплджек смертельно усталым голосом. — Должно быть опять *зевок* задремала.

— Ничего, — произнесла Пинкамина, старательно копируя Пинки. — Главное, что ты пришла.

— Пинки, ты как-то не так выглядишь, — сказала ковпоньша заплетающимся языком. — Шо с твоей гривой? И п’чему ты не улыбаешься?

Пинкамина улыбнулась. Не то, чтобы это была особенно милая улыбка. Улыбки каждой розовой пони обращались к тем, кому были предназначены. Улыбка Пинки говорила:

Приветик! Я собираюсь закатить для тебя отменную вечеринку и заставить улыбаться во весь рот!

Улыбка Пинкамины говорила:

Ну все, лягать, сейчас я порежу тебя на мелкие кусочки первой острой штукой, которая подвернется под копыто. Затем буду насиловать каждый из них до последнего, пока не стану настолько мокрой, что смогу петь “Шуу-бии-дуу”, и любой увидевший будет клясться, что повстречал морского понька. Потом я запихну все эти кусочки в пластиковый пакет и выброшу его в выгребную яму, после чего расскажу всем твоим близким, что ты собирался покончить жизнь самоубийством из-за того, что они недостаточно тебя любили. Затем я выложу ролик с твоим убийством в интернет, чтобы любой чокнутый псих мог клопать на него, а твоя бессмертная душа никогда не познала покоя. И буду показывать его за деньги. И все это время мой круп будет трястись от смеха.

Улыбка Пинкамины была более многословной.

К счастью, Эпплджек была не в состоянии отличить право от лево, не то, что вникать в тонкости невербального общения, так что она ничего не заметила.

— Во-от! — сказала фермерша. — Это та Пинки, шо я знаю. А теперь скажи, шо мы собирались делать?

— Печь маффины! — ответила Пинкамина. — Потому что кое-кому из брони до сих пор снятся кошмары из-за того фика Сержанта Спринклза.

— П’рдон? — сказала Эпплджек, помотав головой. — Шо то мои мозги совсем не работают и я тебя не так расслышала.

— А это идея, деревенщина, — пробормотала Пинкамина.

— Шось?

— Говорю, время для первого ингридиента! — ответила Пинкамина. — Сода.

— Содовая? — переспросила ЭйДжей. — Не слыхала о таком рецепте, но хорошо.

Она достала из холодильника бутылку рутбира и вылила в миску.

— Шо дальше?

— Мука, — произнесла Пинкамина, хихикая в копыто.

— Паука? Ничего се! — хохотнула Эпплджек, вновь ослышавшись. — Помню, Рарити на прошлый пикник притащила улиток из Пранции. Видать, это будут деликатесные маффины!

Она поморщила нос и добавила ингридиент в миску.

— Шо еще?

Десять минут спустя...

— Содовая, пауки, слизни, сырые яица, содержимое компостной кучи, корм Вайноны, грудное молоко, апельсиновый сок, живая рыба для протеинов, каштаны, носок Спайка (как он сюда угодил?), чеддер, восемь пластмассовых вилок, стакан нитроглицерина (так что там значит это слово?), девятиметровая веревка, стеклянный глаз Бабули Смит (кстати, надо будет его вернуть), столовая ложка соли, эта... штука, которую ты приволокла с соседнего плана (КЛЯНУСЬ, она опять пошевелилась!) — перечисляла Эпплджек. — Сколько маффинов мы будем делать?

— Один. — ответила Пинкамина с абсолютно серьезным видом. — Мы сделаем один гигантский маффин.

— Тогда нам нужно больше ингридиентов, нет? — спросила ЭйДжей.

— Да, раз ты упомянула, нам нужна еще одна вещь, — сказала Пинкамина.

— Какая?

— Миска.

— Шо?

— Миска, в которой мы смешаем все составляющие. Эта будет частью маффина.

— Не думаю, шо эт’ хорошая и-

— Эпплджек, послушай, — прервала ее Пинкамина. — Чтобы духовно слиться с готовящимся блюдом, эта миска должна слиться с ним физически. Готовка это не просто работа. Это даже не просто искусство. Готовка может быть делом всей жизни, но только истинно просвященные знают, что готовка может стать путем к прозрению. Сделай миску частью рецепта, Эпплджек, и ты увидишь путь. Обрети веру и свет поведет тебя по нему.

Внутри ее разума Пинки смахнула слезу. [Э-это было пр-просто прекрасно!] шмыгнула она носом. [УУААААА!!!]

“Как жаль, что это было полным враньем, а?” подумала Пинкамина, закатив глаза.

— Хорошо, сахарок, — сказала ковпоньша. — Я добавлю миску.

— Погоди-ка, — замерла Эпплджек, задумавшись. — Как мы поделим один маффин на всех?

— Не беспокойся, — усмехнулась Пинкамина. — Этот особенный маффин предназначен одной персоне.

— И кому? — спросила фермерша.

— Эпплджек, думаю настало время познакомиться тебе с Гильдой...

Следуя канону, Пинки организовала для Гильды вечеринку. По требованию Пинкамины “забыв” пригласить Даска, просто на всякий случай.

— СЮРПРИЗ! — воскликнули всепони, когда Гильда вошла.

— Ха! — Рейнбоу Дэш вошла в Сахарный Уголок следом за грифиной. — Ты устроила вечеринку для Гильды? Пинки, это потрясно! Я знала, что вы двое поладите.

— Ага, непременно, — прорычала Гильда.

К счастью, Пинки Пай провела всю жизнь в борьбе с Пинкаминой, так что для нее не составило проблемы не показывать свои истинные чувства.

— Гильда, в знак моей дружбы я и Эпплджек испекли для тебя этот здоровенский маффин! — с этими словами розовая кобылка водрузила перед грифиной самый большой маффин, что она только видела. Он был покрыт зелеными пятнами и источал забавный запах.

В трех кварталах от Сладкого Уголка Дерпи купала свою дочь в пенной ванне. Внезапно по спине серой пегаски пробежали мурашки и ее уши настороженно поднялись.

— Что случилось, мамочка? Ты не хочешь поиграть с мистером Уткой? — спросила Динки.

— Мистеру Утке МакКвакерсону придется немного подождать, Динки, — ответила Дерпи, мысли ее уже были заняты священным долгом, который могла исполнить она и только она. — Мамочкино маффин-чувство только что сработало...

Тем временем в Сахарном Уголке Гильда брезгливо сморщилась.

— Я ни за что не стану есть это, — заявила она. — Да эту штуку вообще можно считать угрозой здоровью населения!

— Ги! — прошептала Рейнбоу Дэш. — Думаю, тебе стоит взять маффин и побыстрее.

— С чего бы это? — спросила грифина.

— Разве ты не помнишь, как сама-знаешь-кто относится к маффинам? — пыталась предупредить ее Дэш, изо всех сил стараясь говорить потише.

В этот момент проломив окно в комнату влетела Дерпи Хувз.

— Привет, Гильда! — сказала она, привычно приводя себя в порядок после аварийного приземления. — Это твой маффин?

Гильда коварно улыбнулась.

— Да, Дерпи, мой. Но я не собираюсь его есть. Так что, если он тебе нравится, можешь его забирать.

У серой пегаски глаза расширились так, словно она только что получила подарок на День Согревающего Очага.

— О, спасибо-спасибо-спасибо-спасибо-спасибо!

— Дерпи! — в панике закричала Пинки. — Не ешь м-

Но было уже слишком поздно. Дерпи уже откусила здоровый кусок от Маффина Смерти. Она жевала его медленно, чтобы полнее распробовать все оттенки вкуса. Движения челюсти косоглазой пегаски постепенно замедлялась. Она замерла с закрытыми глазами на пару секунд, а затем откусила еще раз. Потом еще. И еще.

— Это не маффин… — произнесла Дерпи медленно.

— Дерпи, про- — начала Пинки.

— Это ДАР БОГОВ!

— Прости?

— Простить? Как ты можешь просить прощения за такое? — сердце Дерпи стучало от счастья. — Этот маффин, нет, это благословение обладает всеми известными пони вкусами! Оно жуется и хрустит, оно сладкое и кислое, оно сливочное и острое, оно легкое и аппетитное, оно буквально тает во рту, и все это одновременно! Сколько сил должно быть потрачено для того, чтобы создать подобное?

— Ну, я… — начала Пиннки Пай.

— Ш-ш-ш! — прижала копыто к кубам Дерпи. — Сверхсекретный рецепт этого маффина должен быть использован только во благо!

— Эй! — очнулась Гильда. — Если этот маффин так хорош, то ты не можешь съесть его одна! Верни его!

— Никогда! — яростно выкрикнула Дерпи. — Ты отдала его мне и ни один пони не встанет между мной и моей Прелестью!

— Твоей Прелестью? — переспросила Рейнбоу Дэш.

— Даассс, — прошипела Дерпи, сгребая маффин к себе. — Нашшша Прелессссть...

— Так, Дерпи, ты начинаешь нас пугать, — произнесла кобылка по имени Кэррот Топ. — Отойди от маффина.

— Нет! — резко ответила Дерпи. — Никто не прикоснется к нашей пре-БУЭЭЭ

Пищеварительный тракт Дерпи наконец распознал, с чем ему пришлось столкнуться и принял экстренные меры. В результате маффин все же оказался возвращен Гильде. Большей частью.

## Dat Plot (and Subplot) ч.3

Глава 3 ч. 3

В кондитерской повисла напряженная тишина. Гильда выглядела так, словно собиралась вот-вот взорваться. Пинки выглядела так, словно собиралась провалиться сквозь землю. Дерпи выглядела так, словно собиралась еще раз опустошить свой желудок.

— Прости, *бурп* Гильда, — полным раскаяния голосом произнесла Дерпи. — Я не знаю, что пошло-*БУЭЭЭ!*

К счастью, на этот раз пострадал только пол.

— Ну, ну, Дерпи, — Пинки приобняла страдающую пегаску. — Давай я провожу тебя до дома, где ты сможешь прилечь…

*БУУУАЭ!*

— …или до больницы, что тоже неплохая идея. Не волнуйся, все будет просто супер-ду-дупер и ты поправишься еще до того, как сможешь сказать “медицинская страховка”! Кстати, пони-будь может дать мне и Гильде полотенце? Эта штука прилично воняет.

Флаттершай шла вместе с Эпплджек на кроличью лужайку. ЭйДжей должна была помочь своей подруге пересчитать крольчат, родившихся этой весной. Если говорить честно, ковпоньша не была в восторге от этой идеи, так как недостаток сна в ее случае уже проскочил этап “отключаться каждые пять минут” и сейчас ее состояние можно было бы описать, как “обдолбавшийся кофеином дерганый псих”. Надо сказать, фермерша не была ни капли счастлива. Сейчас ее раздражало практически все, что попадалось ей на глаза.

— Хорошо, — начала объяснять Флаттершай. — Кролики очень чувствительны и их легко напугать. Так что постарайся быть с ними помягче, хорошо?

— Не учи м’ня делать мою работу! — отмахнулась Эпплджек. — Обращаться с животными я умею лучше всего, опосля отряхивания яблок.

— Эмм, Эпплджек? — произнесла Флаттершай. — Я действительно-действительно нисколечки не хочу тебя обидеть, но обращаться с животными — это моя работа, ну, правда, скорее это можно назвать добровольным занятием, потому что мне еще ни разу за это не платили. Кстати, не могла бы ты одолжить мне пару битов? Я уже кое-какое время не могу себе позволить зайти на рынок и вроде-как-бы-ну пропустила пару завтраков. И ужинов… И...

— Хватит с меня этих слезливых историй, — перебила ее Эпплджек. — Я ж помогаю те с этими дурацкими кролями, нет?

— Ну-у, да, — отступила Флаттершай. — О, мы уже пришли. Флопси, Мопси? Не могли бы вы собрать всех крольчат здесь, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста?

У Эпплджек был свой метод: орать изо всех сил, пока не добьешься желаемого.

— ВНИМАНЬЕ! ГРЫЗУНЫ ДЛИННОУХИЕ, Я ХОЧУ ВИДЕТЬ ЗДЕСЬ ВСЮ ВАШУ МОЛОДЬ! ЭЙ, КУДА ЭТ ВЫ ЛОМАНУЛИСЬ? ВЫ СМЕЕТЕ НЕ ВЫПОЛНЯТЬ МОЙ ПРИКАЗ, ПАРАЗИТЫ?!

Тем временем в славном подземном родовом поместье клана Пушистохвостиков…

Лорд Энджел Пушистохвостик Седьмой расслабленно потягивал морковно-алкогольный коктейль. Он вспоминал события победоносной весны: ему удалось осуществить месть Опалесценции Грозной, он совершил со своими братьями по оружию еще один успешный налет на кабачковые грядки, и, самое главное, он осеменил не менее девятнадцати крольчих в сезон размножения, дав начало еще одной ветви на раскидистом древе Пушистохвостиков.

Внезапно, разведчики, которые должны были охранять вход в норы на поверхности, влетели в двери, визжа, словно свиньи.

— Милорд! — крикнул один из них. — Яблочная кобыла бросила вызов Дому Пушистохвостиков!

— Успокойся, Флопси Быстрый, — произнес Энджел таким густым баритоном, что просто услышав его, ваши яйца могли бы вырасти в десять раз, сорваться в джунгли и убить бенгальского тигра.

— Что произошло?

— Та, которая Эпплджек, носится вокруг и орет на всех последними словами! — ответил Мопси Юркий. — Похоже, она хочет забрать всех наших детей. Это ужасно!

Кнопочка Мудрый, старейший из старейшин, объявил:

— Мы должны встретить пони во всеоружии. Не важно, сколько из нас погибнет при этом.

Многие кролики поддержали этот тактический ход. Они были самыми жестокими воинами в этой песочнице и в их сердцах зажглась ярость на пони.

— Что вы скажете, Милорд? — спросил Мопси. — Следует ли нам оставаться здесь, в безопасности или мы должны погибнуть на поле брани?

Энджел ненадолго задумался, а потом произнес:

— Если мы забьемся в норы, словно загнанные животные, это огорчит наших предков в Крольгалле, — произнес он, отхлебнув из бокала. — Но и быть разделанными, словно загнанные животные, тоже не хорошо.

— Что же нам тогда делать? — воскликнули собравшиеся кролики.

— Мы не можем сражаться в открытую, — ухмыльнулся их лидер. — Но мы можем им показать, что с нами опасно связываться. Ударим их по больному месту: по их продовольствию!

— Мы нападем перед рассветом, как всегда? — предположил Флопси.

— Нет, — ответил Энджел. — Я уже чувствую, как земнопони сотрясает землю над нами. Мы атакуем прямо сейчас. Обнажите свои клинки, братья! За честь! За славу! ЗА КЛАН ПУШИСТОХВОСТИКОВ!!!

Флаттершай заглядывала в каждую кроличью нору. Полнейшая темнота встречала ее везде.

— Они просто кучка трусишек, — хмыкнула Эпплджек.

— Ну, я действительно не хочу тебя обижать, но ты была такой страшной, что даже меня напугала немного… Ох, вот они! — Флаттершай наклонилась к выходу из норы.

Голова Эпплджек пристроилась сбоку.

— Хм, в шо это такое они вырядились?

А вырядились кролики в миниатюрные боевые доспехи, сделанные из украденного столового серебра и ржавых железяк, найденных на ближайшей помойке. На их лицах была дикая смесь боевой раскраски шотландцев из “Храброго сердца” и сценического макияжа группы “KISS”.

Энджел Пушистохвостик бросил взгляд на лужайку. Там, как и говорили разведчики, была яблочная кобыла, выглядевшая менее самоуверенной, чем ему говорили. Он удовлетворенно улыбнулся и направил свою лапу прямо на нее.

— В АТАААААКУУУУУ!!! — яростно прокричал он. — ОНИ БУДУТ ТРЕПЕТАТЬ ПЕРЕД НАШИМИ УСИКАМИ!

— В АТАКУ! — завопили его офицеры. И они ринулись в схватку со всей яростью и отвагой, на какие способна толпа пушистых кроликов.

— Ох нет, Энджел, — воскликнула Флаттершай. — Что ты делаешь? Это из-за того, что я не всегда вовремя тебя кормила? Стой, послушай мамочку!

Бесполезно, кролики пронеслись мимо нее, громко пища свои боевые кличи.

— Я знаю, Эпплджек вас напугала, но она просто не знала, как с вами обращаться. Если я попрошу вас более вежливо, вы прекратите?

Войско Энджела ворвалось на понивилльский рынок. Растерянные торговцы в растерянности смотрели на то, как питомцы Флаттершай топчут и грызут их фрукты, овощи и даже цветы.

— Кошмар! — завопило трио пони с цветочными кьютимарками. — КОШМАР!!!

— Чего вы испугались? — удивился Даск Шайн, выбравшийся за покупками. — Это же просто кролики. Они боятся нас больше, чем мы их. Смотрите.

Он подошел к одному из длинноухих налетчиков.

— Буги-бууги-бу! — сказа он, наклонившись поближе.

Энджел посмотрел в глаза своего противника. Перед ним был фиолетовый единорог с совершенно дурацким выражением лица. Энджел поднял свой могучий меч, выкованный из лучшего ножа для масла, и нанес удар.

— Ай! — воскликнул Даск. — Больно же, ты, мелкий мерзавец!

— Ха! — рассмеялся устроившийся на спине своего сводного брата Спайк. — Тебе только что надрал круп кролик!

— Утихни, Спайк, — отозвался Даск, потирая порез на носу. — Пойдем, думаю, у нас в библиотеке найдутся антибиотики.

Тем временем, в месте, свободном от набега кроликов, Рейнбоу Дэш пыталась решить куда более трудную задачу: успокоить Гильду.

— Да ладно тебе, Ги, это была просто случайность. Дерпи не хотела ничего плохого. —произнесла пегаска. Гильда яростно сжала когти.

— Не пытайся, Дэш, — ответила грифина. — Я ни за что не прощу ее за это! Все эти пони не достойны моего прощения!

— И я? — спросила Рейнбоу Дэш. Гильда придержала свой язык за зубами. Впечатляющий трюк, учитывая, что у нее был клюв.

— Дэш, ты же знаешь, я никогда о тебе так не думала, — сказала грифина.

— А мои друзья? Они тоже недостаточно круты для тебя?

— Нет! Ну, если подумать, то да, они неудачники и они тебя не заслуживают.

— Ты не знаешь, как меня ранила, Ги, — произнесла Дэш, пытаясь сдержать слезы. Гильда вздохнула, осознавая, что ситуация разворачивается совсем не так, как ей бы хотелось: становится слезливой.

— Дэш, прекрати, — сказала грифина. — Ты что, хочешь превратить это в сопливую мыльную оперу?

— Ни за что! — быстро ответила Дэш, волевым усилием высушивая стоящие в глазах слезы. Вот это была Дэш, которую Гильда знала. — Я не какая-то плакса! Я круче и потряснее всех на свете!

Гильда усмехнулась.

— С возвращением, Дэш, — сказала она понимающе. И они уже собирались заняться традиционным хуф/когте –рестлингом, когда волна кроликов добралась до них.

— Во имя Взгляда, что это? — воскликнул Флопси Быстрый. Перед ними предстал ужаснейший из зверей, монстр, порождение противоестественной связи орла и льва. И, что хуже всего, оно выглядело голодным.

— Пони послали на нас свое секретное оружие! Мы обречены! Отступаем, Милорд?

Лорд Энджел Пушистохвостик Седьмой сузил глаза.

— Я прошел весь этот путь не для того, чтобы сбежать! — прорычал он. — Снаггли Стойкий! Тиддли-Винкс Сильный! Обойдите эту зверюгу с боков, а я доберусь до ее глаз!

— Вы рехнулись? — прокричал Тиддли-Винкс. — Вы погибнете! Мы должны отступить!

— Взгляни на эти крылья, — произнес их предводитель. — Оно догонит нас в мгновение ока и растерзает нас на кусочки. Если мы побежим – мы умрем.

Он поднял свой меч.

— Нет, если я и отправлюсь сегодня в Крольгаллу, то только верхом на этой твари!

— Было честью служить вам, Милорд, — сказал Снаггли салютуя. — Прежде чем мы умрем, я хочу, чтобы вы знали: я спал с вашей женой.

— С какой именно?

— Со всеми, Милорд. С каждой из них.

— Ты прощен, товарищ, ведь я спал с твоими. — И он помчался вперед на врага. — ВКУСИ МОЮ ЯРОСТЬ, ЯРОСТЬ МОИХ СОРАТНИКОВ И КАЖДОГО ПУШИСТОХВОСТИКА ЗА МНОЙ, МОНСТР! — проорал Энджел. — СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ МЫ ОБЕДАЕМ В ТАРТАРЕ!

Гильда оказалась погребена под толпой кроликов, пытающихся вцепиться в ее лицо.

— Убери их от меня! — кричала грифина. — Ненавижу кроликов!

Рейнбоу Дэш пыталась освободить свою подругу от орды мелких демонов, но когти и зубы свихнувшихся пушистиков лишь глубже вонзались в Гильду. Наконец, грифина полностью рассвирепела.

— Получайте, слабаки! Вы выбрали не тот день, чтобы напасть на Гильду!

— Гильда, стой! — Флаттершай наконец догнала Энджела. — Ты же можешь их поранить!

— Поранить их? А что насчет меня? — прорычала разъяренная грифина.

— Она малость права, Ги, остынь немного, — сказала Дэш.

— Я думала, ты на моей стороне! — воскликнула Гильда, чувствуя боль в своем сердце. — Идите под хвост, лузеры, я сваливаю!.

Она содрала с себя кроликов, безжалостно швыряя их на землю, и улетела.

— Гильда, вернись! — Дэш рванула следом за ней.

Даск Шайн прискакал на ферму Сладкое Яблочко твердо намереваясь отыскать Эпплджек. И на этот раз он не собирался принять “нет” в качестве ответа.

— Эпплджек! — прокричал он. — Мне нужно с тобой поговорить! Ради Фауст, тебе нужна помощь!

— Не нужна мне никакая помощь, — произнесла фермерша, появляясь из-за деревьев. Она по прежнему выглядела крайне измотанной, но теперь на ее лице была удовлетворенная улыбка.

— Потому шо я уже закончила!

— Да? — удивился Даск.

— Агась, сам смотри, — она повела копытом в сторону холма. Насколько хватало глаз, ветки деревьев, ранее гнувшиеся под весом спелых яблок, сейчас были пустыми.

— Ну, шо скажешь, сахарок?

— О-о-о, — протянул он, не зная, что говорить дальше. — А что насчет тех, справа от тебя?

— Справа от меня?.. — Эпплджек оглянулась и увидела еще один холм. Она внимательно изучила открывшийся вид, после чего совершила действие, на которое, как ей казалось до этого дня, была способна только Рарити. Она упала в обморок.

Когда фермерша пришла в себя, то увидела нависающего над ней Даска, который смотрел ей прямо в глаза.

— Теперь ты примешь мою помощь? — спросил он.

— Почему ты делаешь это для меня? Почему хочешь мне помочь? Никто до сих пор не предлагал мне помощь, и я никогда в ней не нуждалась!

Рейнбоу Дэш настигла Гильду в воздухе и они кубарем упали на облако. После короткой борьбы, обе остановились, чтобы перевести дух.

— Да ладно *фух* тебе, *фух* вернись со мной, *фух* мы сможем *фух* все уладить, — пропыхтела Дэш.

— Почему *фух* все всегда *фух* идет именно так *фух*? — спросила Гильда, тяжело дыша. — Ты всегда пытаешься убедить меня успокоиться, и что бы не произошло, ты хочешь, чтобы я просто проглотила это и молча улыбалась. Так вот, я устала от этого! Почему ты продолжаешь донимать меня?

— Потому что я была на твоем месте, — ответила Рейнбоу Дэш.

— Потому что я был на твоем месте, — ответил Даск. — Когда я был маленьким, я готовился к самому важному экзамену в моей жизни. Я учил, учил и учил, но все равно не чувствовал, что готов к нему. В конце концов мой старший брат просто топнул копытом и велел мне прекратить зубрить и идти поиграть на улице.

— И шо? — спросила ЭйДжей.

— Праздник, — серьезно ответил Даск. — В этот день проходили ежегодные Веселые Старты.

— И как это относится ко мне?

— Дело в том, что если ты слишком долго фокусируешься на одной задаче, то вскоре ты перестаешь замечать что-либо еще. Например, то, что ты отправила Дерпи в больницу, или спровоцировала набег кроликов, которые поранили мой нос. Я просто хочу протянуть тебе копыто помощи и вернуть тебя к жизни.

— Яблоки — вот моя жизнь! — из глаз Эпплджек закапали слезы. — Всепони знают, шо “Эпплджек не сильна в математике” и “у Эпплджек нет никаких манер”! Разве не видишь, Даск? Яблоки — единственная вещь, в которой я хороша. Это все, шо я знаю! Это то, шо, лягать, на моей кьютимарке!

— Заткнись, — оборвал ее Даск с дрожью в голосе.

— Шо ты сказал?

— Я сказал: заткнись! — он ударил копытом по земле. — Никогда не смей говорить, что ты ни на что не годна, слышишь? Ты выиграла Приз Пони Понивилля, помнишь? Может тебя и нельзя назвать “начитанной”, ну и что? Я самый эрудированный пони из всех, что я знаю, и даже не могу устроить свою личную жизнь! Ты сильная, решительная, красивая, яркая и, во имя Селестии, именно ты убедила меня быть смелее!

— Даск, — сказала ЭйДжей, смахивая слезу. — Эт’ была самая милая вещь, шо мне говорили. Лады, я приму твою помощь, но при одном условии…

— Что? — спросила Гильда.

— Я сказала, что была на твоем месте, — повторила Дэш. — Раньше я тоже думала, что этот городок населен одними лузерами, но потом я узнала их получше. Я узнала, как хорошо иметь друзей, которые всегда будут с тобой, не важно, как идут у тебя дела, которые всегда готовы поддержать тебя.

— Ты же вроде не собиралась разводить эти сопли? — заметила Гильда.

— Просто выслушай меня. Я поняла одну вещь, которую до этого не осознавала: даже рядом с тобой я всегда отгораживалась ледяной стеной. Я никогда ни перед кем не открывалась полностью. Хэй, как я могла? Я же Рейнбоу Дэш, потрясный и недостижимый идол, слишком крутой для кого-либо!

— Дэш, короче.

— Что я хочу сказать, это то, что глядя на тебя я вижу старую Рейнбоу Дэш, которая боялась впустить кого-нибудь в свою душу. Я просто хочу помочь тебе, вот и все.

— Ты закончила?

— Да.

Гильда глубоко вдохнула:

— ЭТО ПРОСТО КУЧА ПТИЧЬЕГО ДЕРЬМА!!! — выкрикнула она.

— Ги, клянусь, я не собиралась…

— Ты не поняла меня, тупица, — перебила ее грифина. — Как ты могла открыться перед ними, и не открыться передо мной?! Что, я недостаточно хороша для тебя? Я была твоим единственным другом! Ты была моим единственным другом!

— Ги, я не думала…

— О, не-е-е-ет, — язвительно продолжила Гильда. — Конечно ты не думала, потому что ты никогда не “открывалась полностью” передо мной! И насчет этого “я символизирую твое прошлое”? Полная чушь! Я что, твое подопытное животное? Я тоже живу, дышу и чувствую, если ты вдруг забыла!

— Каком условии? — спросил Даск.

— Для начала, закрой глаза, — ответила Эпплджек.

— Чего?

— Просто закрой их, идиот.

— Гильда, если ты только позволишь мне объяснить…

— Нет! Не смей ничего говорить, пока я не закончу! — оборвала пегаску Гильда. — Ты хоть знаешь, почему я была с тобой? Почему проводила все свое время в летном лагере вместе с тобой? Почему прилетела сюда, в Понивилль?

— Да? — потеряла терпение Рейнбоу Дэш. — Может, потому что мы друзья, а?

— Потому что я, лягать, тебя люблю, кретинка!!!

Обе пары поцеловались.

Пару мгновений Даск Шайн сопротивлялся, но потом поддался язычку Эпплджек. Вскоре уже не Даск целовал ЭйДжей, а жеребец целовал кобылку, древний ритуал, существовавший с начала времен и который будет существовать до конца разумной жизни.

Эта сцена могла бы стать более романтичной, если бы Эпплджек в конце концов не задела бы пострадавший нос Даска.

— Ой! — воскликнул Даск, зажимая кровящий нос. — Ой-ей-ей-ей-ей-ей. Ой.

— И шоб ни одна душа об этом не узнала, — сказала ковпоньша. — Ясно?

Даск Шайн хотел было возмутиться, но передумал. “Знаешь что?” пронеслось у него в мыслях. “Она вроде как милая. Я думаю, что тут все нормально. Быть может, она даже может быть особой пони, которая не угробит меня.”

— ...Хорошо.

Рейнбоу Дэш закрыла глаза и ее губы коснулись острого клюва грифины. “Ты сможешь это сделать, Дэш,” подбадривала она себя. “Просто скажи, что тебе нравятся парни, и все закончится. Быть может, она тебя возненавидит, но все закончится.” Их рты разъединились и Гильда выпустила пегаску из своих объятий. “Так, ничего не произошло. Я только теряю лучшего друга, что у меня когда-либо был. Открой глаза и скажи ей, трусиха!” Рейнбоу Дэш подняла веки и собиралась сказать все Гильде, но той уже нигде не было видно.

Толпа собравшихся пони шумели в предвкушении. У некоторых даже был с собой поп-корн. Полуденное солнце осветило разукрашенную повозку, въехавшую на площадь.

— Леди и джентлькольты, — раздался полный таинственности голос. — приготовьтесь увидеть самое потрясающее и величественное зрелище в своей жизни! Сейчас вы станете свидетелями удивительного представления, которое для вас покажет Великая и Могущественная ТРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРИКСИ!!!