# Летописи Защитника: Новый мир

Violetmoon

Когда призвание твоё — защищать и оберегать, для чего ты должен ввязываться в бесконечную череду сражений, то рано или поздно возникнет мысль: "А не отдохнуть ли мне от всего этого?". Но вне зависимости от твоего мнения, судьба всё разрешит иначе.

История повествования тесно пересекается с моим оригинальным миром (Храм Защитников), под описание которого хорошо подходит слово "фэнтези", так что, кроме дружбомагии, в рассказе будет встречаться и боевая магия, и злобные духи, и прочие волшебные вещи. Нелишним будет упомянуть, что мой самый первый фанфик, а потому тут имеют место быть следующие вещи: "Марти Сью" (только поначалу, потому-что опытный маг в глуши Эквестрийской выглядит именно так), и шиппинг (скоро).

Немного дополнительной информации есть на ficbook.net, где я обитаю под именем VioM.

## Пролог

Летописи Защитника.

Часть 1. Новый мир

Пролог.

Огромный дикий лес, освещенный мягким сиянием местного синего солнца, возвышался над поляной . На самой его окраине, где границу природы нарушала средних размеров деревенька, происходило нечто, что было необыкновенное для размеренной жизни этого места. На небольшой полянке резвились человеческие дети, весело гоняясь за волком, который, впрочем, был совсем не против и, радостно подвывая, грациозными прыжками уворачивался от маленькой сетки, неспособной даже его удержать, а затем принимался стремглав бегать по кругу, вызывая негодующие вскрики несостоявшихся ловцов.

Совсем недалеко от полянки, под огромным раскидистым деревом с треугольными листьями лежали, распустив огромные кожистые крылья и высунув языки, три дракона, лениво наблюдая за сценой. Самый крупный из них был бурого цвета с ядовито-зелеными полосами на спине, чуть меньший — полностью алый, лишь брюхо было потемнее остального тела. А третий, меньший из всех, был черен, словно ночь, что, правда не мешало ему ярче всех блестеть на солнце.

— Хаос бы побрал это светило, — произнес бурый, приоткрыв глаза и подняв голову к небу, — я сейчас не сдержусь и сделаю себе навес из корней.

— Не стоит, Градар, — заговорил красный дракон, — давай не будем нарушать спокойную жизнь этих людей, — кивок в сторону поляны, — тем более, что ты и так уже в тени.

Его собеседник шумно вздохнул и принялся водить лапой по земле.

— Сейчас тогда вообще закопаюсь! Ну почему так невыносимо жарко? Раньше такого же не было.

— Правильно, раньше были *er, en, ari*, как выражаются местные. На общем языке это весна, осень и зима. А сейчас у нас *aro*, то есть лето, причем в самом разгаре.

Красная рептилия довольно улыбнулась и перекатилась на спину, подставив солнцу бронированное брюхо.

— Везет тебе, Арст. Ты ведь Огненный, тебе большие температуры не в диковинку, — завистливо потянул Градар и попытался закрыться своим огромным крылом. Вскоре ему это надоело и он снова принялся чертить на земле странные узоры своими полу-выпущенными когтями, настолько острыми, что в их власти было распороть даже стальную броню.

— Нет, серьезно, — вновь не выдержал бурый и даже привстал на задние лапы, опершись на крылья, иногда служившие ему передними конечностями, — это слишком томительное ожидание! Не для того я вступил в орден, чтобы маяться в бездействии!

— Просто расслабься и вкушай прелести мирной жизни, — потянул Арст, лениво поднявшись на лапы, чтобы, если что, успеть остановить своего большего собрата.

Оба дракона посмотрели друг на друга, а затем легли как ни в чем не бывало.

Солнце медленно сползало за горизонт, нехотя уступая этот мир объятиям ночи. Троица разомлевших драконов дружно сопела, представляя из себя абсолютно безмятежную картину, которую так ценили художники и поэты. Но время всегда берет свое, особенно, когда его нет. Уставший, но довольный волк тихо приблизился к спящим, желая немного их напугать. Шажок, еще шажок, и еще один...

— Рэйн! — раздался вдруг шипящий голос и черная сфера окутала зверя, лишая того возможности двигаться.

— Найт, ты всегда так чутко спишь? — с улыбкой выговорил плененный и в короткой синей вспышке оказался прямо перед сонной мордой черного дракона, на что тот даже не повел ухом.

— Мое заклинание никогда не дремлет, и ты это должен прекрасно знать, мой дорогой лохматый друг, — с улыбкой произнесла рептилия, насмешливо кивнув в сторону своих собратьев.

Последовав намёку, волк повернул голову влево и увидел, как другие спящие сейчас неохотно вставали, поглядывая на него с намерениями, явно далёкими от добрых.

— Эй-эй-эй, вы чего? — удивленно воскликнул зверь, понемногу отступая от двух бронированных махин, гулко и с выражением клацающих зубами.

— Да будет тебе известно, Рейн, — подал голос Градар, — будить спящего дракона очень и очень невежливо.

Двое приблизились к одному... и весело расхохотались, вынуждая крайне ошарашенного волка выдавить улыбку, больше напоминающую оскал.

— Брось, Рейн, мы все принадлежим к одному и тому же ордену, в котором не приветствуется поедание друг друга, — сквозь смех произнес алый дракон, забавно молотя по воздуху подрагивающими крыльями, — так ведь, Найт?

Черная рептилия, до того тоскливо смотрящая на луну, ощутимо вздрогнула и повернула свою морду к спрашивающему.

— Истина, — последовал короткий ответ, после чего чешуйчатый продолжил созерцание ночного светила, медленно вступающего в свои законные права.

Градар, Арст и Рэйн беспокойно переглянулись и вновь устремили свои взгляды на своего четвертого товарища.

— Эй, да что с тобой не так? — аккуратно спросил алый дракон, — неужели на тебя так плохо действует спасенный мир? Если так, то Переход мы можем устроить уже завтра...

— Отнюдь, Арст, — покачал головой Найт, продолжая вглядываться в одну точку, — все дело в том, что, пожалуй, он мне нравится, даже слишком. И... У меня тут появилась одна идея на этот счет. Переход сделайте без меня, хорошо?

И снова троица переглянулась, но теперь уже понимающими взглядами.

— Да, брат, — открыл пасть Рейн, — понять тебя можно, а удержать — нет. Ты волен идти туда, куда пожелаешь. И если так, то ближайшая наша встреча пройдет на ежегодном празднике?

— Все верно, лохматый, — довольно улыбнулся дракон, — мне не хочется разбивать нашу команду, но и заставить вас идти со мной я не могу, так что настал наш момент прощания.

Ни слова упрека не прозвучало из уст его товарищей, ни единой попытки не было его остановить: все знали друг друга довольно долго (ещё бы — столько времени провели они, работая, как команда) и понимали, что этот Защитник живет гораздо большим, чем просто бесконечная череда сражений и интриг.

— Поиски утопии, и вот опять ты за свое, — беззлобно фыркнул Градар, — тогда до встречи в храме, Ночная фурия!

— Прощайте, — кивнул тот и растворился во тьме...

~

Итак, наверное мне стоит представиться? Или же сначала небольшой урок истории? Пожалуй, второе предпочтительнее.

Когда-то в измерении, имя которому — Земля, начали происходить нетипичные для него изменения. Моя раса уже тогда была довольно стара, но это совсем не мешало ее детям с упоением истреблять друг друга все новыми и новыми способами. Все как обычно, ничего особенного, вот только как ни старались воители того времени, а мир, пусть и шаткий, был установлен. Тут же, как грибы после дождя, появилось множество организаций, члены которых стали рассуждать над концепциями мирного начала моей расы. Это даже вылилось в своеобразный культ, где поклонялись, как ни странно, простому клеверу — растению, чьи круглые листки образуют треугольник — символ антивоенных настроений.

Но жажда сражений уже прочно въелась в кровь: одна из сект стала принимать новых и новых людей, объединяя их всех под эгидой защиты малых государств. Конечно, глобальных войн уже давно не было, но мелкие, по сути ничего не значащие стычки продолжали происходить. И вот тогда стали приходить Защитники — вольные наемники, чья цель была просто прекратить агрессию, пусть и путем оружия, малой крови — как они говорили. И действия их были весьма успешны... слишком успешны. Многим странам не очень нравилось то, что делал этот необычный орден: "мирная экспансия", расширение границ за счет экономического давления, наемных террористов и прочих грязных политических приемов — все это неизменно упиралось в завесу из бойцов ордена. И как бы ни любили Защитников многие, как бы ни были благи их цели, им все равно начали мешать, как говорили тогда: «вставлять палки в колеса». И достигли своего: в один прекрасный день большой и красивый храм — главная резиденция Защитников, как говорили очевидцы: исчез в яркой белой вспышке. Так моя раса отреклась от тех, кто жертвовал всем, чтобы жестокие войны никогда более не касались этих земель. Многие думали, что это был просто сверхмощный взрыв, кто-то даже подозревал спецслужбы разных государств, но правда оказалась куда более необычна...

Итак, когда Храм исчез, я был простым служащим полевого госпиталя Защитников, благо возраст позволял. Мне было всего пятнадцать земных циклов, что совсем немного по нашим меркам, поэтому другую работу, кроме как уборщика, мне не доверяли.

Через пару дней я вдруг явственно ощутил, что меня как-будто что-то зовет, манит. Это чувство становилось тем сильнее, чем ниже опускалось солнце. Я уже места себе не находил, пока однажды ко мне не пришел человек со странным до невозможности предложением.

Стать истинным Защитником.

Заинтригованный, я согласился, после чего меня и еще одного парня провели через странную мерцающую сферу. Я тогда не верил в магию, но увиденное мной... завораживало. В один миг пыльный Земной городок обратился в величественный лес, небольшие покосившиеся постройки исчезли, а вместо них всюду, до куда доставал глаз, цвели прекрасные растения, каких не водилось в моём родном мире. Но самое удивительное среди этого — огромное белокаменное здание, на фасаде которого красовался огромный герб — щит, внутри которого находились три маленьких круга. Символ нашего ордена.

Неожиданно, но тем не менее приятно было оказаться за пределами цивилизации. Затем события стали развиваться с бешенной скоростью. Во-первых, нас научили колдовать! Настоящая магия, основанная на внутренних резервах организма, неведомых непосвященным, но которые были открыты самыми первыми Защитниками. Теперь всякая потребность в технике отпала сама-собой: с помощью чар можно было передвигать предметы на расстоянии, делать волшебные артефакты, преображать мир вокруг себя. А чего стоят облики! Каждый из бойцов ордена выбирал себе существо по вкусу и после продолжительных упражнений мог становиться им на довольно длительное время. Храм наводнили драконы, гиппогрифы, фениксы... кого там только не было.

Затем нам рассказали идеи ордена и, конечно, все новички (я был далеко не единственный) тут же согласились с ними и приняли своеобразную присягу. И жизнь потекла по совсем иному руслу. Учеба, магия, никакой техники, помимо магически созданной, экзамены по ведению магических поединков, выживанию, скрытности, а затем первое задание...

Наши адепты открыли, что существуют и другие миры, которые мы стали называть "измерения", и что многие из них, будь то человеческие (как на Земле), или же населенные другими существами, повторяют путь человечества, проходя через мясорубку нескончаемых сражений. Но немногие могут пережить ее, без постороннего вмешательства. И именно тогда, когда цивилизации стоят на грани неминуемой катастрофы, приходим мы — Защитники, чтобы вступить в битву и когтями, зубами, оружием и магией вырвать у врага победу ради процветания "спасенного" мира.

Итак, меня нарекли Ночная фурия. Имя, конечно, странное, многие говорят — женское, но я не жалуюсь, ибо оно очень неплохо переносит суть моей натуры. Хоть внешне я и спокоен, но в момент сражения мною овладевает эйфория — упоение боем, и все мои действия становятся преисполнены яростью к моим врагам. Фурия...

Изначально магия подразделяется на восемь абсолютно разных элементов, семь "хороших" и один "плохой": Огонь, чья особенность — предельная мощь атак; Вода, чей конек в непробиваемой защите; Воздух — аура которого скрывает действия мага; Земля, дарующая возможность исцелять и единственная стихия, чьи снаряды могут проходить сквозь антимагический щит; Свет, лечебные заклинания которого невероятно могущественны; Тьма, она же Ночь — моя родная стихия, чары которой невозможно прервать; Душа, являющаяся воплощением чистоты разума, редчайшая стихия, в силах которой управлять временем и пространством и Хаос, элемент, которым не пользуется ни один Защитник, ибо он есть зло.

Открыв в себе силу ночного элемента, я получил первую часть своего имени; хотя это очень громко звучит: просто многие товарищи стали меня так называть, и я просто привык.

Вскоре, по истечении некоторого продолжительного времени, я решил для себя, что память о родном мире, Земле, мешает мне нормально жить и применил довольно мощную магию забвения, уничтожив почти все воспоминания о нем. Теперь мой родной мир — Храм, или, по-другому, родное измерение Защитников.

Прошел год, полный приключений.

Многие, состоящие в ордене, владеют только одним элементом, но встречаются и исключения, такие, как я. Довольно неожиданно свершилось маленькое чудо: во время шторма, когда мы с товарищами и адептом, нашим учителем, восседали посреди леса, наслаждаясь приятным теплым дождем, прямо в меня шарахнула молния. "Почему чудо?", — спросите вы.

Просто, когда это произошло, вместо ожидаемых многочисленных увечий мое тело ощутило странное чувство... целостности что ли. С тех пор я научился управлять обоими элементами, довольно эффективно чередуя их в бою.

Молния, кстати, это своеобразный гибрид двух основных стихий: огня и воздуха, только, к сожалению, не дающий возможности ими пользоваться. Быстрота атак сочетается с неплохой мощью, если правильно ее применять. Но в таком дуализме стихий была и обратная сторона: мой характер очень покорежился, перетерпев значительные изменения. До того я был весьма спокойной, уравновешенной и рассудительной персоной, но при этом легко мог ввязаться в какую-нибудь неприятность просто так, потому что не подумал. После обретения силы второго элемента, мною будто овладела другая личность. Теперь я стал очень осторожным. Продумывая все шаги наперед, я умудрялся избегать большинство ловушек и розыгрышей, устраиваемых другими Защитниками, предотвращать некоторые неприятные инциденты, связанные с экспериментальными чарами и просто обходить товарищей в таких вещах, как умение быть незаметным.

А затем... Неведомая часть меня так же внезапно пропала, подвергнув меня пытке еще раз. Очень тяжело стало жить, имея такие привычки, которые не особо и нравятся.

Черный дракон в стремительном полете добрался до уютной пещеры, о существовании которой никто кроме него не знал, тихо забрел внутрь и в неярком свечении вернул себе прежний, человеческий облик.

Странно, вроде раньше мне нравилось сражаться, чувствовать, когда жизнь висит на волоске, а заклинания разрывают противников на части, но теперь же, я желал покоя. Просто жить нормальной жизнью, без охранных рун, без покушений, ловушек и засад, просто, например, тренируя молодых магов. Заведу себе семью, выстрою дом... Хотя, что за бред? Какой дом для того, кто привык жить под звездами? Какая семья для вечного одиночки? Я уже неисправим...

Человек снял со спины большую, в его рост, глефу, бледно освещающую темное помещение голубоватым сиянием рун, развеял магический доспех из темной стали, снял кованые сапоги и со вздохом растянулся на мягкой пуховой кровати.

"Пожалуй, надо будет взять себе небольшой отпуск", — подумал он, медленно закрывая глаза.

## Глава 1. Переход

Глава 1. Переход

Что-то мягкое аккуратно прикоснулось ко мне, мгновенно развеяв мой неглубокий сон. Толком не успев понять, что происходит, я потянулся к лежащей рядом глефе. Миг, и орудие послушно легло мне в руки, злобно замерцав руническими лезвиями.

— Что за... кто ты? — вырвалось у меня, когда моим глазам предстала маленькая девочка, выглядевшая, мягко выражаясь, не совсем обычно: я настолько привык видеть таких персон, одетых в длинные платья или рабочие курточки, что просто не мог адекватно воспринять эти повидавшие виды штаны со стальными наклепками и порванный во многих местах кожаный плащ, свисавший прямо поверх грубой майки.

— Я тебя не боюсь! — вместо ответа крикнула та, выхватив из ножен маленький ножичек, подозрительно похожий на кухонный.

Вид этого непонятного чуда, сжимающего в ручках крошечный кусочек железа вынудил меня рассмеяться и отложить орудие в сторону.

— Правильно, не стоит устрашаться перед первым встречным, — беззлобно произнес я, поднимаясь с кровати и направляясь в уголок, в котором лежали съестные припасы. Темное сияние окутало лезвие девчонки, вырвало его у нее из руки и откинуло в проход. Послышалось тихое звяканье стали о скалы.

— Эй, мой кинжал! — испуганно прошептала та и кинулась к моей глефе, очевидно, чтобы не выглядеть безоружной.

К ее чести ей удалось пробежать целых два метра прежде, чем темное сияние преградило дорогу.

— Послушай, — неспешно начал я, вытаскивая из мешка большой оранжевый плод треугольной формы, по вкусу отдаленно напоминающий хлеб, — тебе что, так хочется подраться? И почему это должно произойти у меня дома? К твоему сведению, гости так себя не ведут.

В воздухе соткались две маленькие черные дуги параллельно друг дружке и метнулись вперед, перерезав фрукт на три части — две маленьких и одну большую. Небольшая демонстрация произвела на мою гостью должное впечатление: девочка вся побледнела и рефлекторно потрогала маленькие ножны, которые были пусты, и испуганно оглянулась в сторону выхода...

— Хаос! — вырвалось у меня, когда та разбежалась и выпрыгнула из пещеры.

Короткий разбег, прыжок, смена облика, и вот я несусь на бешеной скорости, чтобы перехватить неудавшегося летчика. К моему вящему удивлению, девчонка ловко схватила торчащие из скалы корни странного растения и повисла на них, пытаясь дотянуться ногами до камня. "Ага, как же, слишком гладкая поверхность".

Перевернувшись в воздухе я с силой крыльями толкнул себя вперед и буквально вонзил когти в камень, надежно укрепившись и задрав голову вверх.

— Сумасшедшая, да? Жить надоело? Какого Хаоса тебя понесло прыгать с такой высоты? — фразу за фразой угрожающе прошипел дракон, судорожно создавая поле искажения гравитации — "гравитационный щит", — отпускай несчастное растение давай, ловлю!

Вокруг моих лап, прямо в горе, начали образовываться небольшие трещины, времени оставалось совсем немного. Брр, видимо совсем запугал бедняжку, ибо она также продолжала висеть и даже не сделала попыток пошевелиться. Ну и ладно...

Собрав у себя в груди тугой теплый комок, я с силой выплюнул плазменный шар, который с характерным мелодичным звуком полетел вперед, срезав по пути торчащий отросток, и ребенок с визгом полетел вниз, впрочем, недалеко. Мои чары послужили надежно и в этот раз, так что падающая зависла прямо рядом с моей спиной.

— Залезай на меня, быстро, — вновь прошипел дракон, нетерпеливо мотая хвостом с широко раскрытыми перепонками.

В этот раз у нее хватило ума не делать глупости и мое тело тут же ощутило, как девчонка ловко взобралась ко мне на шею и крепко ухватилась за два рога, торчащих сбоку от ушей. Ну что ж, все как обычно, надо же за что-то держаться?

Втянув когти внутрь подушечек, я оцепился от скалы и, использовав хвост как пружину, оттолкнулся, придав себе небольшое ускорение.

— Эх, занесло же тебя ко мне, — посетовал дракон, мерно взмахивая крыльями, — куда тебя отвезти?

— От... отвезти? В смысле, ты не собираешься убивать меня?

О Тьма, что за бред?

— Нет конечно! — возмущенное шипение вырвалось из моего горла, — иначе с чего бы это мне тебя спасать?

Странная она, честное слово. Залезть на такую высоту, а затем угрожать ножичком воину с огромным двулезвийным оружием, которым мне удавалось сражать довольно опытных бойцов? Не без помощи магии, конечно, но все же. Воистину смелость и безрассудность у нее не знали границ.

— Прости, просто ты отобрал у меня мой любимый кинжал и выбросил его вниз, вот и подумала...

— Если вспомнить ты мне угрожала, поэтому это было простой мерой предосторожности. Хочешь, я подарю тебе другой?

Какое-то странное движение стало происходить на моей шее, похоже, моя собеседница радостно запрыгала.

— Конечно хочу! Мой был уже староват на самом деле, — немного тихо закончила она.

Усмехнувшись, я лег на крыло и описал широкую дугу, полетев обратным маршрутом к своему небольшому логову. «Как легко подкупить человека, зная, чего он хочет больше всего на свете». Бум! Я шумно приземлился на небольшой выступ, сложил крылья и провез свою наездницу прямо внутрь, только там развеяв магические путы, надежно удерживающие седока на мне и не дающие ему свалиться, даже если я лечу кверху лапами.

— Эй! Может ты слезешь? — нетерпеливо произнес дракон, ожидая, пока его шея станет свободна

— Ах, извини, — тут же прозвучал звонкий голосок, и девочка ловко спрыгнула, правда, немного пошатываясь от недавнего испытания. Тут же бледная вспышка заставила ее мгновенно обернуться, но перед ней стояла уже не рептилия, а тот самый недавно знакомый человек.

— Пойдем, — он улыбнулся и направился к неприметному углублению в каменной стене, — хотя стоп, ведь я даже не знаю твоего имени, — он обернулся с немного задумчивым выражением лица.

— Али, — тут же отозвалась девочка, — а тебя как зовут?

Казалось, парень немного замешкался, но все же произнес:

-Зови меня Найт.

Необязательно ей было знать моего полного имени, не люблю, когда предо мною заискивают. Нет, серьезно.

-Найт... — она произнесла мое имя, будто пробуя на вкус, — где-то я уже это слышала.

Я подошел к своему маленькому тайничку и вынул оттуда красивый ограненный сапфир, тускло мерцающий в заклинании "лунного зрения", позволяющего нам видеть в темноте словно при свете солнца. Миг, и едва заметная воронка "пространственного кармана" ярко замерцала, осветив всю пещеру настолько, что надобность в чарах ночного зрения мгновенно отпала.

— Ух ты-ы-ы, — ошарашено потянула моя спутница, во все глаза любуясь раскрывшимся перед ней зрелищем. Смотреть и впрямь было на что: в темной сфере завершившего развертку заклинания плавало великое множество всяких разных предметов. Тут были и самоцветы, пустые колбы и металлические ящички для всевозможных реагентов, странные цветы, набранные мною во время странствий, запасная одежда и золотые насадки на драконьи крылья, чтобы выглядеть представительней на балах, приемах, концертах и прочих мероприятиях устраиваемых важными особами...

— Держи, — я аккуратно схватил простенький серый кинжал и вложил ей в руки, а затем плавным усилием развеял сферические чары, — и мне бы хотелось спросить, что ты думаешь о материале, из которого изготовлено лезвие.

Рукоять почти идеально легла в маленькую ручку, как будто была сделана по мерке. Хотя, если подумать, так и есть: я был примерно того же возраста, когда получил набор из таких вот ножичков.

— Это простая сталь, — после некоторых раздумий ответила та, огорченно на меня взглянув.

Демонстрация моих личных вещей... Не каждый получал такое, поэтому скрываться более не имеет смысла.

Я рассмеялся, взял глефу и аккуратно поднес одно из лезвий прямо к ее глазам.

— Ты ведь знаешь, что это за оружие, верно? — произнес парень, повернув оружие так, чтобы синеватые руны освещали лицо девочки.

Огорченный взгляд мгновенно сменился удивленным, а затем трепещущим.

Мое излюбленное древковое орудие, имя которому — "Крыло ночи", было весьма известно в этих краях. Именно оно, а также "Скала" — молот Градара, — вместе стали тем инструментами Немезиды, от острий которых пали гвардейцы местного тирана. Теперь статуя в виде пересекающихся глефы и молота украшает собой главную площадь новой столицы.

— Крыло ночи, — еле слышно проговорила Али, буквально поедая глазами руническую сталь, — выходит ты тот самый тенекрыл?

Прерывистый вздох: не мое это — быть знаменитым, хотя, довольно приятно, когда перед тобой робеют, что поделаешь.

— Тенекрыл — это род драконов, в который я обращаюсь, а так да, мое полное имя — Ночная фурия, — ответствовал человек и принялся гладить немного шершавую боковую поверхность лезвия пальцем, — но мы ушли от темы. Твое оружие сделано из такого же материала, что и мое.

— Правда? — предел удивления для этого создания установить теперь было невозможно, — а как он называется?

— Нож или материал? — в непонятках уточнил я.

Она подкинула кинжал в воздухе, где он перевернулся пару раз, и ловко поймала его за рукоять. Выглядело очень необычно: на вид ей можно было дать от силы одиннадцать циклов, но при этом оружие в ее руках просто танцевало, как будто Али всю жизнь с ним обращалась.

— И то и другое, если можно.

Я снова неслышно вздохнул и добрался наконец до стола, на котором лежали три куска некогда треугольного плода.

— Имя придумай сама, а вот насчет второго... Боюсь названия таких металлов нету в вашем языке.

Она сделала большие трогательные глаза и пристально на меня посмотрела.

— Ну скажи-и-и, тебе ведь совсем не сложно так?

Да, сказать всегда легко, сложнее объяснить что это. Я отвернулся, взял кусочек плода и положил в рот. Ммм... действительно неплохая вещь. Эх, ну ладно, почему бы и не раскрыть столь маленький секрет?

— Фоссер. Теперь ты довольна?

Конечно нет, теперь ей предстоит теряться в догадках всю оставшуюся жизнь, так как спросить еще раз у меня будет уже невежливо. Да и рассказывать более не хотелось. Странный металл добывали в родном измерении Защитников, а название было придумано просто: взяли и написали слово "храм" на другом языке. Следующий кусочек на импровизированной тарелке из гравиполя уплыл к моей гостье, откуда послышалось благодарное: "Спасибо".

Какая невинная душа. Надеюсь, когда ситуация с военными действиями в этом мире стабилизировалась, больше таких детей теперь будут бегать по узким улочкам местных городов. Хаос, а мне опять совершать путешествие в залитое кровью измерение, чтобы начать кропотливо и с риском для жизни превращать его в некое подобие пацифистского государства! Надоело...

— Господин Найт, с вами все в порядке? — прозвучал за спиной детский голосок, — вы как-то... сникли.

«Упс. Кажется кое-кто невольно впал в меланхолию». Поймав себя на мысли, что раскисать, тем самым выходя из образа «Героя-рыцаря в светлых доспехах», перед людьми не следует, я встрепенулся и надел на себя маску спокойствия.

— Все нормально, Али, просто вскоре я должен покинуть вас, уйти в дальние страны, чтобы привносить мир туда.

~

Немного странно, что я рассказываю такое вот этой девчушке, но что поделаешь: очень хотелось выговориться, выплакаться, если можно так сказать... а было некому.

— Тебе ведь необязательно так делать верно? — вдруг довольно взрослым тоном произнесла моя собеседница. Это было столь неожиданно, что я резко обернулся, бросая вперед сканирующее заклятье. Впрочем, это была излишняя предосторожность: девчонка просто сидела и смотрела на меня обычным непоседливым взглядом, инстинктивно поглаживая серую ребристую рукоять.

— Знаешь, Ночная фурия, у меня не получается тебя понять, как ни стараюсь, — наконец изрекла та, смешно нахмурившись, — почему ты хочешь уйти, когда уходить не хочешь?

Столь простой вопрос... столь сложный ответ... Почему опускается Солнце? Разве оно хочет? Почему ветер носит на своих бесплотных плечах маленькие домики, в которых, трясясь как осенний лист, сидят девчушки с собачками в руках. Он этого желает?

— Фраза, достойная книги, Али. Потому что я долж..., — парень запнулся, а затем бросил свой взгляд вниз и приподнял правую штанину, обнажая маленькую руническую надпись, выделяющуюся теперь ярким синим сиянием на фоне светло-розовой кожи.

Драконий диалект, забытый многими магический язык... Странные символы мерцали, окруженные едва заметными вибрациями воздуха.

— Ночь ведет тебя, — медленно проговорил он, касаясь рун пальцем, — никто не говорил мне, что маг Ночи кому-то что-то задолжал.

Черная, словно ночное небо, вспышка резко окутала Защитника, а затем взорвалась, беспорядочно раскидав странные надписи, буквально выжженные в скале темным пламенем.

— Ведь правда, — тихо произнес он, оглядывая изменившуюся комнату, минуя взглядом ошарашенную гостью, — никто никому ничего не должен, существуют те, кто наслаждается работой Защитника, и те, кому она в тягость. Так почему бы мне просто не отправиться в измерение, где можно будет спокойно пожить? Не спасать, а оберегать...

— Что? Ты о чем? Что вообще произошло сейчас? — вновь вывел меня из раздумий голос моей гостьи.

Подумать только, сколько событий произошло в одно время! И открывшееся знание, и та, кто наставила мой разум на этот путь, так вовремя пришла...

— Али, ты гений, знай это, — радостно проговорил я, затем стремительно подбежал к маленькому сейфу и взял сапфир, тут же налившийся белым сиянием. Через несколько секунд предо мною вновь повисла сфера с множеством предметов.

Итак, перво-наперво глефа, затем немного еды, набор амулетов, инкрустированных теми же сапфирами — неплохое оружие, стальные инструменты, с помощью которых можно "чинить" мою драконью чешую и, конечно, маленький золотой ключик, отпирающий ворота Храма Защитников.

Девочка все это время удивленно наблюдала за действиями парня, время от времени удивленно охая: столь много необычных вещей открылось перед ней. Она видела такое вот лишь однажды, когда в их дом, объятый пламенем, вбежало странное существо, похожее на шестилапого паука, и открыло точно такую же сферу, взяв оттуда непонятный красный предмет, мгновенно взорвавшийся мощной водяной волной и подаривший ей и ее семье надежду на спасение. Тоже Защитник, тоже спас ее жизнь, как и этот прославленный воин-дракон... О, как же она хотела стать точно такой же!

— Али, — юношеский голос мгновенно привел хаотическое движение мыслей в порядок, ты ведь хорошая хозяйка?

— Н-нет, не очень, а что? — показалось ли ей, или в глазах Ночной фурии промелькнула грусть?

— Я ухожу, и никогда более не вернусь, поэтому эта пещера и все, что в ней осталось — твое.

Эта фраза ошарашила девочку еще больше. То есть как это? Никак у нее не получалось понять, что герои Веродара уходят насовсем... Это неправильно! Люди должны видеть их, знать, что они придут в случае чего! Обвинительные слова уже почти сорвались с языка, но силой воли ей удалось сдержать их. "Такова судьба Защитников", — как говаривал ее отец, знакомый со многими из них. Просто надо понять это, и принять. И забыть.

— Я буду хранить это место, как свой родной дом, в надежде, что когда-нибудь мы встретимся еще раз, — грустным голосом проговорила Али, пряча ставший вдруг очень дорогим ей простой серый кинжал в ножны, немного маленькие, закрывающие лезвие не полностью.

— Все возможно, надо только возжелать, — произнес Найт, затем подошел к ней почти вплотную и погладил ее по растрепанным волосам, — просто взрослей и храни заветы мира.

Вспышка, несколько мгновений, и черный дракон парит вдалеке, стремительно исчезая за горизонтом.

~

Эйфория захлестывала меня, вливая в организм все новые и новые потоки энергии. Предо мною повисла круглая руна, в точности запечатлевшая все символы, начертанные в той пещере, некогда бывшей мне домом.

Заклинание червоточины... Самый лучший способ переходить из мира в мир. Не каждое измерение населено людьми, многие Защитники рассказывали о том, как сражались плечом к плечу с самыми удивительными созданиями.

Так вот червоточина создает тебе новый облик, обычный для того измерения, со всеми возможными рефлексами и установками организма, то есть если ты воин, то тебе даруется отличная физическая форма, если маг, то мозг аналогично подстраивается.

Руна ярко вспыхнула и начала вибрировать, а вокруг меня стало собираться ярко-синее гало.

Обычно, сначала Защитники возвращались в Храм, где получали специальные магические "карты", и только затем, используя их, открывали червоточину, но здесь у меня была совсем другая ситуация. Неведомая мне магия, та самая вспышка, "разукрасившая" пещеру, сама создала руну червоточины неизвестного мне типа. Честно говоря, разум твердил мне, что использовать ее не стоит из соображений безопасности, но сердце доверяло родной стихии, поэтому...

— Откройся! — мой вскрик пробудил древнюю магию и предо мною, на месте круглой руны, исчезнувшей в ослепительной вспышке, открылся темный, мерцающий синими всполохами туннель.

"Итак, новое измерение ждет меня! Прощай, Веродар, мир, в котором воцарился мир". Собравшись с духом, я шагнул внутрь и тут же ощутил, что тело проваливается в невесомость.

~

Не особо приятная процедура перехода, наконец, завершилась, и я с наслаждением вдохнул свежий лесной воздух. Рукав тоннеля медленно угасал, отрезая путь назад, но это не страшно: воспользоваться им в обратную сторону не было ни единого желания.

Итак, первым делом надо проверить настройку боевых чар, которые имеют неприятную особенность сбиваться, когда перемещаешься в другое измерение. Легкое усилие и предо мной замерцала круглая руна, своеобразная маленькая книжечка, описывающая несложное заклинание "дуговая молния". До сих пор помню, как сидел на большом черном утесе, обдуваемом со всех сторон, и наблюдал природную грозу, стараясь магией достичь того же эффекта. Канонады из молний, к сожалению, не получилось, но сделать короткий и мощный разряд вышло, так что цель, в принципе, была достигнута.

Аккуратно протянув переднюю ногу к парящей руне, я коснулся ее копытом... стоп, ЧТО?!

— Зеркало! — мгновенно родился отчаянный призыв и искажающее заклинание исправно соткалось вокруг меня. Ну хоть что-то работает...

В следующую секунду у меня натурально отвисла челюсть. Нет, конечно мифических животных на мою долю перепало немало: грифоны, гиппогрифы, да и сам я мог принимать облик дракона, но это! Это выходило за рамки сознания. Мое отражение ошарашено на меня смотрело фиолетовыми глазами, по виду очень похожими на человеческие.

В легендах храма, конечно, фигурировали мистические лошади с одним рогом во лбу, так что удивляться вроде бы и нечему... а все равно зрелище было ой как необычно: Единорог с длинным витиеватым рогом стоял в отражении, неподвижно замерев. Черная, под цвет чешуи тенекрыла, шерстка ровно лежала и немного отражала лунный свет, как будто была намазана чем-то. А еще этот неестественный размер... Если я правильно помню, то единороги были немного больше обычных лошадей, и уж куда как больше того, что сейчас представлял мой новый облик.

"А может... мифические кони на самом деле все такие маленькие? Никто ведь не встречался с ними лично, а только в мечтах, во сне и тому подобных состояниях, верно?" На мгновение я ощутил, что мне хочется взять книгу легенд Храма и переписать ее, но с этим необходимо было повременить, да и успеется еще на ежегодном съезде Защитников.

Ладно уж, облик как облик. Все подобающие рефлексы, такие как ходьба на четырех конечностях, контроль хвоста, тоже, кстати, черного (как и грива), но еще и с синими полосами, радовали своим присутствием. Теперь же надо вернуться к более насущным проблемам: заклинание стихии молний отказывалось работать. Мое копыто лишь высекало из руны маленькие искры, могущие, разве что, поджечь сухое сено, и все. Обидно, если учесть, что в таком теле я могу только лягаться и пронзать рогом, что совершенно неприемлемо для боевого мага.

— О Тьма, спаси меня вновь! — шутливо возвел копыта к небу единорог, умудрившись устоять на задних ногах, а затем встал на все четыре и медленно поплелся восвояси.

~

Мда, оказаться настолько безоружным мне еще не доводилось. Исправно работали только самые простейшие заклинания, такие как "лунное зрение", "зеркало", "магический щит" и прочие. Впрочем, они работали вообще всегда, так что тут особо и нечему радоваться.

Немного волнуясь, я призвал "обнаружение", и с радостью осознал, что оно исправно раскинуло вокруг меня нематериальное поле, сканирующее ауры попадающих в него существ. В центре, как и ожидалось, находился объект, излучающий спаренную энергию стихий Молний и Тьмы, а вокруг мелькали неяркие серые сгустки, очевидно дикие звери. Но спираль продолжала раскручиваться, поначалу просто вызвав легкое недоумение обилием серых огоньков, а затем начав преподносить уже неслабые сюрпризы: сначала яркие зеленые дымки обозначили вдалеке присутствие земляных элементалей, что уже было из ряда вон выходящим событием, а затем яркую, ослепительную белую сферу, означавшую, что кто-то пользовался магией, причем очень необычной. То была редчайшая стихия Души, сталкиваться с которой приходилось ой как нечасто.

"Время на раздумья? Не в этот раз!" Я собрался и галопом поскакал в сторону носителя столь странного элемента, на ходу применяя чары частичного приглушения шагов.

То и дело мой взгляд выхватывал прекрасные картины, разворачивающиеся вокруг меня: немного темные в свете бледной луны, но все же различимые силуэты огромных деревьев, просто изумительно похожих на те, что произрастали в моем родном мире, поражали воображение своим величием и красотой. Множество трав и цветов магнитили на себя взор своим странноватым свечением. Диковинные огоньки с крыльями перелетали с одного бутона на другой, создавая причудливую вереницу и без того странных мерцаний... И все же стоит получше рассмотреть сие великолепие, когда выпадет время, потому что все мое внимание, как ни старался поразить меня лес, занимала все более и более угасающая сфера.

"Надеюсь, мой щит выдержит, если наша встреча окажется не очень дружелюбной", — прокралась в голову предательская мысль, пока ноги несли меня к намеченной цели. И вправду: мой набор чар сгодится только для того, чтобы трусливо убегать, да и и по-другому вести себя не стоит, разве что забодать рогом...

Носитель магии медленно передвигался вперед, видимо, совершенно не беспокоясь, что вокруг бродят странные существа, не только физической природы. Что ж, по крайней мере я уже очень и очень близко. Спасибо тебе, о незнакомец, что ты столь беспечен...

Вдруг, с громким треском "обнаружение" развеялось, знатно меня удивив. Обычно эти чары так себя не вели! Краткий анализ руны показал, что всему виной новый облик: магия была неуравновешенна, поэтому быстро изменяла структуру и, как следствие, развеивалась, неспособная более к нормальной работе. Неприятная новость. К счастью, расстояние до незнакомца было невелико, поэтому добраться до него "вслепую" не было такой уж и сложной задачей...

...Или же нет. Я стоял на месте, где по моим предположениям должен был объявиться незнакомец и растерянно озирался, пытаясь увидеть хоть что-нибудь, покрупнее пучеглазой совы, подозрительно пристально на меня уставившейся. На всякий случай "Пелена тени" окутала меня, делая едва заметным, пока не совершу какое-нибудь резкое движение.

Хм, а может, совы и есть местные жители? "Нет, исключено, иначе ты не был бы единорогом", — прозвучала в мозгу логичная мысль, заставив меня неслышно вздохнуть.

Первый контакт всегда настолько важен, что должен состояться как можно быстрее, желательно, сразу, но, похоже, этот мир был исключением. Червоточина определенно выбросила меня вдали от цивилизации, что было ой как необычно. Хотя, если подумать, символы составлял не я, и даже не адепты Храма, а, если можно так выразиться, моя стихия, поэтому ожидать можно было чего угодно.

— Ах, Совелий, вот ты где! — неожиданно раздался звонкий голос у меня из-за спины, заставив рефлекторно развернуться и выставить щит.

"Плохая идея", — подумал я, безуспешно пытаясь отменить чары. Не вышло, не успел. Мощный взрыв моего защитного заклинания, спроецировавшегося прямо внутри уже мерцающего поля незнакомца отбросил меня далеко в сторону, знатно приложив о широкий ствол дерева. В глазах потемнело...

~

Очнулся я, лежа в неестественной, как подсказывало вернувшееся сознание, позе на спине. К счастью, обе задние ноги находились друг на дружке, что, по крайней мере, не выглядело развратным. Тихо простонав, я сделал попытку встать, но затем обнаружил, что мне этого совсем не хочется: мое тело возлежало на подстилке из свежесорванных листьев какой то странной травы. Мягко и приятно, настолько, что захотелось взять и заснуть.

Стоп! Небольшой мысленный пинок привел мозги в чувства и заставил более трезво оценивать обстановку. Ночная полянка за время моего беспамятства немного изменилась: где-то сбоку трава была вмята в землю, как будто туда упал огромный каменный шар, а место вокруг меня было истоптано, а кое-где даже немного изрыто. Видимо, меня тащили.

«Какая ирония: нанести себе вред своим же защитным заклинанием»... Ладно, потом поплачу над своим бедственным положением, а сейчас надо двигаться вперед, найти какую-нибудь речку или озеро, на худой конец ручеек, главное, до наступления утра. Вода имеет успокаивающее и исцеляющее свойство, а во время властвования моей стихии я практически начинаю регенерировать.

Со стоном, вырвавшимся совершенно непроизвольно, я поднял свое многострадальное тельце на ноги и, с каждым движением ощущая покалывание в левом боку, медленно поплелся подальше от места "встречи", гадая, кто же этот таинственный незнакомец?

## Глава 2. Город

Глава 02. Город

Такое ощущение, что каждая клеточка омывается этой приятной прохладой, вызывая невообразимое чувство полного покоя. Маленькая речушка, так вовремя подвернувшаяся, безропотно приняла меня в свои объятья, радуя прохладной, мягкой водой. Даже как-то странно, что она столь тепла в ночное время...

Маленькие плоские рыбки, похожие на кусочки разноцветной фольги, плавали вокруг, тыкаясь в неожиданное черное препятствие и вызывая у меня непроизвольные вздрагивания из-за щекотки. Слава Тьме, ушиб почти прошел и легкие касания этих беззаботных существ уже не вызывали неприятную пульсацию. И вот, во второй раз желание заснуть заявило о себе, но вновь было с позором выгнано из моего разума. Столь умиротворяющая обстановка манила, но действовать все равно было необходимо, поэтому я нехотя покинул воду, а затем плюхнулся на землю и принялся по ней кататься, вытирая мокрую шкуру об траву. "Как ребенок маленький, честное слово!" — прозвучал в голове надменный голос, который, впрочем, все равно достучаться до разума не смог. Все что я сейчас делал, было вынужденной необходимостью. Просто обтереться чем-нибудь как человек, или же кратковременно повысить температуру тела как дракон я не мог: оба заклинания смены облика не работали и требовали калибровки, поэтому такой нецивилизованный способ подходил лучше всего.

~

Медленно, словно не желая этого делать, спираль обнаружения раскрутилась вновь, представив моему взору множество серых отметин, изредка перемежаемых слабыми зелеными. Магия элементалей медленно угасала с наступлением утра, что было необычно.

Дальше и дальше разворачивались чары, не показывая ничего странного и заставляя меня трепетать от напряжения: приходилось тратить магическую энергию, чтобы постоянно исправлять так и норовившее сбиться заклинание. Передо мной зависла круглая руна, освещая пространство вокруг мягким фиолетовым светом. Три символа: Тьма, в виде месяца с исходящей из центра дугой, Зрение, в виде овала, пересеченного косой чертой, и Чувство — два соприкасающихся круга, сияли, испуская друг к другу тонкие линии. Вот эти самые линии и были слабым местом: если хоть одна из них погаснет, то "обнаружение" немедленно развеется, так что приходилось поддерживать их.

Странный я человек (единорог?): додумался искать признаки цивилизации заклятьем, а не умом, хотя можно ведь попробовать пройти вдоль реки, посмотреть, куда она приведет. Можно было двигаться по следам недавно встреченного незнакомца, преследовать... Хаос, я ведь даже не разглядел его! Просто помню его защитное поле, а затем свое, а затем ослепительный взрыв. Ах нет, определенно шерсть была фиолетовая... Надеюсь, он не пострадал; не хотелось бы, чтобы первый контакт закончился смертельным исходом.

Спираль жалобно звякнула, сообщив о достижении максимального радиуса развертки. Я обреченно вздохнул и принялся рассматривать местность вокруг, проверяя на скопление белых огоньков — признаков разумных существ. Внимательно оглядев местность, к своему разочарованию я не нашел вообще ничего и собрался уже было развеивать чары, когда заметил бледную-бледную искомую точечку... есть!

Мгновенно вычислив направление, я развеял заклятье и быстро поскакал в сторону лошадки, силуэт которой у меня даже получилось различить. Через пять минут упорных попыток преодолеть колючие кусты, мне удалось снова раскрутить спираль, пусть и маленькую, но все же достаточную, чтобы указать мне верное направление. Белый сгусток разгорался все ярче и ярче, недвусмысленно намекая на близость моей цели. И вот в этот момент я серьезно задумался: как мне разговаривать с незнакомцем? Мне ведь неизвестны их обычаи. Может, просто внезапно выйдя из листвы, я уже этим оскорблю его? Хотя где уж там: итак классный взрыв моего щита уже мог подпортить отношения с ним... Ладно, лучше уж буду действовать старым испытанным способом: делаем участливое лицо и играем роль личности с частичной амнезией.

Резко затормозив, будто ударился о невидимую стену, я придал тебе спокойный вид и неспешно пошагал сквозь растение с гигантскими листьями. Лишь оно скрывало меня от его глаз.

— Привет, — сказала зебра черному единорогу, фиолетовые глаза которого расширились от безмерного удивления.

— Зебра?! — выпалил единорог, совершенно забыв о своих планах и хоть сколько малых правилах приличия.

— Как видишь, — немного обиженно произнесла она и положила свежесорванный желтый бутон в сумку, — а ты кто? Ты не из Понивилля, верно?

— Понивилль, — я задумался, прикидывая, что же это может быть, — нет, я не оттуда, даже не знаю, что это.

— Как не знаешь? — теперь уже настала очередь зебры сделать ошарашенное лицо, — ты не знаешь о городе, находясь от него в пределах двадцати минут пути?

Кажется, единорог немного замялся, а затем сделал странное движение, как будто попытался копытом хлопнуть себя по лбу.

— Я не из этих мест и почти ничего не знаю, — он запнулся, — послушай, а ты веришь в удивительные истории?

Зебра покачала головой, затем развернулась и пошла по еле заметной тропинке, призывно махнув копытом.

— Пойдем, расскажешь по пути.

~

Удивительное существо. Моя любимая легенда, как ни странно, целиком состоящая из правды, сработала и на этот раз. Я просто сказал, что раньше не был единорогом и вообще не из этого мира, не упомянув, однако, зачем и с какой целью попал сюда. Зебра очень внимательно меня слушала, даже не делая попыток перебить плавную речь, а затем, когда рассказ был окончен, сочувствующе на меня взглянула.

— Вот как? Значит вот почему ты так странно себя ведешь... Кстати, ты ведь совсем недавно в Эквестрии, так?

— Ну, — я попробовал сделать голос чуть помягче, подружелюбней, в пух и прах разбивая свою маску некоторой отрешенности, — во-первых что такое Эквестрия?

— Наше измерение, если выражаться твоими понятиями, — последовал немедленный ответ.

Я немного помолчал, усваивая поступившую информацию. Итак, Раниус, Эврал, Веродар, а теперь Эквестрия. Четыре разных мира, три завершенных путешествия и одно новое, обещающее быть самым-самым необычным.

— А во-вторых, — единорог кивнул, — да, совсем недавно.

Зебра чуть повернулась и ткнула меня копытом в круп, вынудив мгновенно отпрыгнуть.

— Не бойся, ничего плохого с тобой не сделаю, — немного глумливым голосом произнесла та, а затем указала тем же самым копытом на своей круп, подчеркивая изображение солнца, красовавшегося там.

Хмм, действительно, довольно странно: поначалу я думал, что это что-то вроде татуировки, но затем зебра повернулась другим боком, на котором был абсолютно такой же рисунок, скопированный до мельчайших подробностей.

— Метки, — неспешно продолжила моя собеседница, — они присутствуют у каждого повзрослевшего пони, отражая их основной талант в жизни, мистический дар, как гласит легенда моего народа... и у тебя ее нет. Это может значить лишь одно: твоя цель в этой жизни еще не определена. Поэтому не удивляйся, если другие будут бросать на тебя косые взгляды.

— Эээ, — единственный звук, который получилось из себя выдавить: слишком много странностей, недомолвок, а еще зебра вела себя так, будто всегда встречала незнакомцев и совершенно меня не опасалась, — у меня появились вопросы.

Мы продирались сквозь темный кустарник, облепленный со всех сторон какими-то волосками.

— Я не справочник, — вместо ожидаемого произнесла собеседница, — мы совсем недалеко от города, там ты найдешь местную библиотеку, в которой есть вся интересующая информация.

«Город? Чуть появился, и сразу в город? Даже не знаю, с одной стороны лучше начинать осваиваться в деревне, а потом уже в поселениях покрупнее, а с другой что-то необычное манило меня, так что»...

— Хорошо, спасибо тебе, дальше я могу и сам.

Зебра вновь остановилась и повернулась ко мне, теперь уже внимательно изучая.

— Ну что ж, если ты не настаиваешь, я вернусь к своей работе, — она демонстративно подпрыгнула, в результате чего сумки на ее спине встряхнулись, — передай хозяйке, что ты от Зекоры и попроси ее подыскать тебе дом, она очень умная, справится.

— Хорошо, — разум уложил полученные знания на вымышленные полочки и выдал палец вверх.

Собравшись было уходить, я развернулся и немного смущенно спросил:

— Мы с тобой разговаривали как давние знакомые. Но позволь узнать, как тебя зовут?

— Вижу, ты плохо слушал. Догадайся сам... — загадочным голосом ответила та и быстро ускакала в лес, тут же ветвями загородивший любой обзор.

Эх... ну ладно.

~

Зекора (все-же я вспомнил, что она сразу перед нашим расставанием произнесла свое имя) была более чем права. Хотя... Начну, пожалуй, с начала.

"Обнаружение" быстро гасло, но обращать внимания на это уже не приходилось: белые сгустки были прямо перед носом; да что там сгустки, вымощенная камнем дорожка, а также деревянные указатели с надписью "Понивилль" весьма красноречиво показывали верное направление.

Пара минут галопом и вот я уже стою перед мостиком, за которым начинался город... и он был самым необычным, что я когда-либо видел. Во-первых, здания были сделаны в таком стиле, что выглядели игрушечными: яркие цвета, видные даже в предрассветных сумерках, небольшие размеры, вычурные украшения; во-вторых, домики располагались точно по кругу, а затем расходились спиралью, создавая ощущение, что городок полностью круглый. А в-третьих...

В-третьих местные жители, прогуливающиеся в столь ранний час, просто до глубины души поразили меня своим разнообразным видом: обычные лошадки, ростом чуть побольше, чем я; необычные, у которых был рог, как и у меня, а еще... пегасы. Настоящие крылатые пегасы! И если про единорогов были хоть какие-то предания, сказки, то крылатых коней абсолютно все Защитники считали пустой выдумкой, не стоящей даже капельку внимания. Но сюрпризы на этом не закончились: помимо того, что все жители были разных окрасов, причем их спектр не ограничивался всего десятью-двадцатью цветами, каждый из них носил на крупе свою собственную, уникальную картинку, изображавшую вообще что угодно, не поддаваясь моей логике. Всевозможные цветы, молотки, подковы, свитки, пузырьки... мимо меня пробежала оранжевая лошадка в шляпе и весело кивнула, проговорив что-то вроде "привет". Я смущенно улыбнулся и помахал ногой, изо всей силы надеясь, что этот знак тут тоже является неким символом приветствия. Когда она оказалась позади, мой взгляд скользнул по ней, отметив, что с обеих сторон были нарисованы по три красных яблока.

Ну ладно, удивляться до упора будем потом, а сейчас необходимо завершить маленькую прогулку и приступить к исследованию истории этого измерения. Раз есть библиотека, значит, есть письменность, что облегчало задачу во много раз. Хотя, ее еще найти надо...

— Эй, черный, — резко окликнули меня сзади, в результате чего вокруг меня самопроизвольно соткался щит.

О, Хаос, необходимо не выкатывать скрытые рефлексы наружу, а делать вид что ты безобидный, как плюшевая игрушка!

— Да? — как можно спокойнее произнес я, развеивая щит перед лицом той самой оранжевой, выглядевшей сейчас предельно удивленно.

— Ты маг? — спросила она, наконец справившись с собой.

Признаться, этот вопрос меня позабавил: только что использованное защитное заклинание отвечало на этот вопрос красноречивее моих слов, но все же надо быть вежливым в конце-концов?

— Ну, похоже, что так, — ответил единорог, приятно улыбнувшись, — разрешите узнать ваше имя?

— Эплджек, — без раздумий выдала та, — ты выглядишь взрослым, а почему у тебя нет меток?

Эх, надо было расспросить зебру поподробнее, да и прикрыть бока что ли, а то если вот так вот каждый встречный будет останавливать меня и бить вопросами в лоб, то до цели я не доберусь. Так, ладно, делаем грустное лицо...

— Не знаю, даже представления нет. Слушай, — меня вдруг осенила великолепная мысль, — а ты не могла бы показать вашу библиотеку? Мне сказали, что там есть ответ на этот вопрос.

— Кто сказал? — скептически спросила та, чуть наклонив голову вбок.

"Ой, иду по скользкой дорожке. Хорошо, что я всё-же вспомнил её имя".

— Ну, Зекора...

Очень хотелось бы, чтобы зебра обладала тут хорошей репутацией.

— Зекора? Так значит ты с ней знаком, — утвердительно произнесла лошадка, а затем пихнула меня в круп и рысью побежала вперед, — следуй за мной!

Замечательно, что многие еще спали, потому как я стремительно становился местной достопримечательностью: на меня глазели все, от мала до велика, кто шел (или летел) по своим делам. Невольно моя персона становилась тормозом городской жизни, приковывая к себе взгляд и мысль, вынуждая лошадок забывать, что они хотели сделать. Но, к счастью, моя спутница периодически, незаметно для меня (она так думала), строила гримасы особо приставучим зевакам, из-за чего те быстро отклеивались.

Итак, если отбросить все мои эмоции, то Понивилль выглядел весьма заурядным поселением: не особо крупный, дома были скорее уютные, чем роскошные, каких бы то ни было больших улиц не наблюдалось, а еще местная ратуша, про которую невзначай упомянула Эплджек, совсем не поражала взор своим величием и красотой. Хотя, может это везде так? Все строения обладают максимумом функциональности и минимумом красоты? А лошадки... Да, они смотрели на меня как на диковинку, но при этом вели себя просто, я бы даже сказал по-деревенски. Наметанный глаз всегда отличит село от столицы... И никогда разумного коня от человека. Вот же Хаос, а ведь большинство из тех, кто попадался мне на глаза, были кобылки! На всякий случай я обернулся назад, чтобы получше рассмотреть бродящих жителей... Только один жеребец — большой пегас с пепельно-серым окрасом, а все остальные принадлежали явно к противоположному полу.

Вопросы-вопросы-вопросы, а ответов все нет. Ненавижу подобные ситуации.

~

— Послушай, Эплджек, сколько нам еще идти?

Лошадка рассмеялась и хитро на меня взглянула.

— Похоже, что ты не смотришь по сторонам, верно?

Я удивленно изогнул бровь и вновь покрутил головой, теперь уже с целью найти что-нибудь неординарное. И нашел-таки. Большой деревянный столб с прикрепленными к нему стрелками, одна из которых гласила: "Библиотека", и указывала прямиком на огромное дерево, внутри которого были выдолблены окна и дверь, к которой мы не спеша приближались.

— Серьезно, дом внутри дерева? — мой озадаченный тон, похоже, повеселил лошадку, в результате чего она тихо хихикнула.

— Да. Все, кто в городе впервые, всегда удивляются именно этому зданию, а не, к примеру, нашей кондитерской, — она вытянула ногу куда-то в сторону, направляя мой взгляд.

Чуть повернув голову, я обнаружил, эээ... торт? О Тьма, домик в виде торта? Что это еще за причуда?

— Даже не знаю как среагировать. Он хоть из дерева построен?

Хорошо, что мое удивленное лицо (или все же морда?) не попалось ей на глаза, а то лошадка рисковала умереть от смеха.

— Конечно, не из теста же. Мы пришли, кстати.

Ну... Что тут скажешь? Пожалуй, что дерево было живым! Стоя уже перед самой дверью, я четко ощущал магические токи, поддерживающие рост и развитие этого "здания". Интересно, как выглядел тот, чей сумасшедший разум придумал все это?

— Твайлайт, ты здесь? Открой! — прокричала Эплджек, аккуратно выбивая дробь копытом по двери.

— Сейчас-сейчас! — произнес голос изнутри, после чего послышались какие-то странные звуки, как будто что-то где-то упало.

"Интересно, кобылка, или жеребец?" — подлила масла в огонь незнания моя мысль, но затем спешно изменилась: "щит!".

Темное мерцающее поле вновь соткалось предо мной, защитив заодно и мою спутницу. Неспроста, кстати: вышеописанная дверь засветилась еле заметным фиолетовым светом.

— Ничего не могу с собой поделать, — немного извиняющимся тоном произнес я, снова и опять усилием развеивая плод своих рефлексов.

Оранжевая лошадка лишь удивленно на меня посмотрела, а затем легонько толкнула дверь копытом, после чего странное сияние заметно усилилось и та, наконец, распахнулась, представив взору (ну конечно же) кобылку, но уже фиолетового окраса. Хм... фиолетового?

Память на мгновение унесла меня в прошлое, а именно к тому моменту, когда мой щит, взорвавшись, оглушил своего хозяина. Кажется, у того незнакомца был тот же цвет шерсти?

— Это ты? — вместо слов приветствия произнесла та, уставившись на меня расширившимися от удивления глазами.

Я не остался в долгу и в свою очередь приподнял бровь, рассматривая эту лошадку. У нее был рог, почти такой же, как и мой, но только покороче, идеальная, по меркам лошадок, фигура, большие глаза, в которых читалось не только удивление, но и сильная усталость, а еще на крупе с обеих сторон красовалась фиолетовая шестиконечная звезда, окруженная более маленькими белыми. Неожиданно я застал себя на мысли, что немного невежливо вот так разглядывать других в таких местах, и, немного покраснев, посмотрел единорожке в лицо... Чтобы увидеть, как она за один прыжок преодолела расстояние между нами и кинулась мне на шею, обняв ее передними ногами и прижавшись ко мне мордочкой.

— Прости меня, я не думала, что мое заклинание сработает вот так, — немного истеричным голосом произнесла она, разжав объятия и чуть отойдя, — как ты так быстро оправился?

"Навыки, которым меня обучила жизнь", — пронеслась в удивленном сознании мысль, воскрешая образ незнакомки-за-щитом. И верно, память не врала: это была та самая лошадка. Ее голос, позвавший тогда кого-то, был теперь легко узнаваем.

— Меня просто оглушило на время, ничего более.

— Оглушило?! — буквально вскрикнула она, из-за чего где-то внутри дома послышался глухой удар, очень смахивающий на падение чьего-то тела, а моя проводница отстранилась, — тебя буквально впечатало в дерево, на нем даже вмятина осталась! Удивительно просто, что оно хоть как-то осталось стоять, а не грохнулось прямо на тебя. Я уж думала, что все очень плохо и побежала за подмогой, — уже тише закончила она.

— Ну, не всё так плохо, как... — попытался было вставить слово я, но был прерван довольно необычным способом.

— Это тот самый жеребец? — произнес чей-то заспанный голос: из-за спины фиолетовой единорожки, которая, казалось, вот-вот заплачет, вышел... нет, конечно же вышла синяя пегаска, хвост и грива которой... хмм... Если честно, у меня отвисла челюсть. Многие лошадки уже успели примелькаться, так что некие устойчивые стереотипы уже сформировались: цвет шерсти по всему телу был одинаков, а у пегасов он распространялся еще и на крылья, на крупе были два идентичных рисунка, которые, впрочем, не повторялись между особями, рог у единорогов преимущественно был светлых оттенков (себя во внимание не беру), а грива и хвост (опять же кроме меня), в основном, разительно отличались от окраса всего остального тела, и иногда могли быть двуцветными, и даже трехцветными...

Так вот, из-за спины Твайлайт вышла пегаска, хвост и грива которой были семицветные! И повторяли собой радугу: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый. Мимолетный незаметный взгляд и вот я знаю, что ее метка — молния на фоне радуги. Хотя, как то даже неудивительно на фоне того, что мне уже довелось пережить.

— Да, Рэйнбоу, это он, — уже более спокойным голосом проговорила фиолетовая лошадка, речь которой просто сквозила сожалением.

"Рэйнбоу, хм? Пожалуй, можно было догадаться, как ее зовут".

— Жив-здоров, как я погляжу, теперь мне можно идти спать? — сказала она, широко зевнув и делая попытку протиснуться сквозь щель между мной и дверным косяком. Я немного отошел в сторону, получив за это благодарный кивок. Пегаска, освобожденная от давящих на нее стен, распахнула сильные голубые крылья и в пару взмахов буквально молнией унеслась за пределы моей видимости, вызвав у меня завистливый вздох: даже будучи в облике тенекрыла, мне было сложно взять такую скорость с места.

— Самый быстрый летун в городе, — с гордостью в голосе произнесла Эплджек, несильно пихнув меня бедром, — заходи, Твай уже давно ждет тебя в гости, так ведь?

Я буквально собственной шкурой почувствовал безмолвный разговор двух лошадок и с сочувствующим видом последовал "приглашению", войдя в просторное внутреннее помещение библиотеки.

"Арканеум!", — первая мысль, появившаяся у меня в голове и сразу же пожелавшая вырваться на свободу в устной форме: в памяти еще были свежи те гигантские башни в Сен'Тале — столице Веродара. Прямые, словно по линейке строенные, с бесчисленным множеством окошечек, эти огромные хранилища книг просто поражали своей грандиозностью. Там не было лабиринтов из книжных шкафов, напротив — внутреннее помещение было просторным и чистым, заставленным небольшими столами и креслами, а книги же покоились на множестве полок, покрывающих все стены внутри арканеума, словно обои. Удивительно зрелище! Я полагал тогда, что больше такое не увижу... пока не оказался там, где сейчас стою.

Размер этой библиотеки, бесспорно, поменьше, но в целом это была настолько точная копия Арканеума, что я даже испытал небольшой приступ ностальгии. Захотелось даже взять что-нибудь у местного архивариуса и сесть почитать. Стоп, а разве не за этим я сюда пришел?

— Скоро увидимся, сахарок, — произнесла Эплджек и закрыла дверь с той стороны, оставив меня наедине со смущенной единорожкой. Мой взгляд уперся в фиолетовую мордочку, изучая.

— Ой, — вдруг спохватилась та, словно очнулась от транса, — ты ведь голоден, да?

"Нет", — мгновенно родился ответ, которому, впрочем, не суждено было быть озвученным: услыхав знакомые слова, мой желудок угрюмо пробурчал, требуя даров. Предатель!

— Пожалуй, ты права... Твайлайт.

По хорошему надо было обратиться в человека, чтобы затем достать мою сапфир-сумку с едой, но заклинание не работало... Хаос!

— Хорошо, — она улыбнулась, — сейчас принесу что-нибудь.

Цок-цок-цок. Лошадка ушла наверх по лестнице, издавая копытцами этот забавный звук. Интересно, а здесь носят подковы, или даже не слышали о таких вещах?

— Спайк, ты спишь? — послышалось сверху.

— Да, Твай, сплю, — ответствовал ей явно детский голос.

Ребенок?! Что за... что тут делает детеныш лошадки? Мои инстинкты, подаренные заклинанием Червоточины, ясно говорили: фиолетовая единорожка немного младше меня, а значит не в состоянии пока что заводить жеребят, хотя периоды так называемой "охоты" уже начались. Брат? Гость? Хмм, возможно, но почему это меня вдруг стало волновать? А еще... я знаю уже одну обычную лошадку, одну пегаску, единорожку и даже зебру, и ни одна из них не удосужилась спросить мое имя!

Снова послышался забавный цокот, прервавший мои размышления. Твайлайт спускалась, аккуратно левитируя перед собой поднос с изумительно пахнущими пирожками.

— Телекинез? — на всякий случай уточнил я, во все глаза рассматривая редчайшее проявление магии. Сложность этого заклинания была столь высока, что многие (и я в их числе) предпочитали использовать гравитационные чары. Единорожка кивнула и поставила поднос на небольшой круглый столик, еще одним кивком приглашая меня сесть. Что же, это не составит труда.

~

— Итак, давай поступим так, — нарушил молчание я, дожевывая третий пирожок с, кажется, яблочной начинкой и внимательно изучая поведение Твайлайт, — сначала ты расскажешь, что случилось со мной после оглушения, а потом я продолжу, договорились?

— Да, — буквально выдохнула та и отвела взгляд, который жег неподдельным интересом, пресекая все ее попытки завести обычный разговор.

Я усмехнулся.

— Ладно, давай начнем, пожалуй, с моей краткой биографии...

И, о Хаос, с каждым словом я все яснее стал понимать, что рассказ про то, откуда здесь вдруг объявился черный единорог, занимал мою слушательницу гораздо больше, чем мои первые приключения в Эквестрии. Такая хорошо отточенная и много раз прошедшая проверку на прочность легенда сейчас явно давала трещину.

— ...ну и вот, когда я услышал твой голос, у меня сработал рефлекс и сознание само применило защитные чары, которые, к несчастью, спроецировались внутри твоих, что привело к взрыву, оттолкнувшему меня в дерево. Вот, дальше уже все не так интересно.

Как странно: обычно, меня не баловали излишней заботой о моей персоне. Многие, в Раниусе, Эврале, Веродаре, услыхав подобное, тут же отправляли Защитника в какое-нибудь место, которое, иногда просто, а иногда по недоразумению звалось лечебницей. А тут нате вам: поняли, приняли, пригрели... образно выражаясь, конечно.

— Ах вот как, я-то думала, что это мои заклинания были виноваты, — отпустила комментарий единорожка, задумчиво уставившись куда-то вдаль.

— Нет-нет-нет, — черный единорог яростно помотал головой, — здесь абсолютно и точно нет твоей вины, не кори себя понапрасну, хорошо?

Кажется, или она зарделась?

— Ну, если ты настаиваешь..., — улыбка окрасила ее мордочку, — стало быть, теперь моя очередь рассказывать?

«Всенепременно!».

Итак, с ее слов. Приложило мое тельце о дерево довольно прилично, в результате чего я лишился сознания (можно было догадаться, ага), после чего Твайлайт попыталась поднять меня телекинезом и дотащить до города, но, как она сказала: "странное синее сияние не давало этого сделать". На этом моменте я неопределенно хмыкнул: маг Ночи приобретает дополнительные способности, когда на небосводе исчезает солнце, к примеру, так хорошо использованный мной прием регенерации в воде, или же повышенное сопротивление к слабой магии и различным ядам.

— Продолжай, пожалуйста. Объяснения потом, — я заметил, что глаза собеседницы заблестели, и это был не страх перед неизведанным, нет. Это было желание узнавать. Конечно она постаралась поумерить свой пыл, даже отвела глаза, но скрыть увиденное от меня было уже невозможно...

— Эмм, — небольшая ее заминка подтвердила мои догадки, — ну, я тебя оттащила подальше от тропы и накрыла листьями, чтобы тебя не заметил никто, а затем побежала в город за помощью...

— А когда вернулась меня и след простыл, и ты подумала худшее, верно? — сказал я, ухмыляясь, но тем не менее сочувствуя этой лошадке: наверное, натерпелась страху, хотя весь ее рассказ больше смахивал на приключенческий роман, поэтому, не удержавшись, я дополнил его пришедшим в голову литературным штампом.

— Да, верно, ты нарочно это сделал?

Легкое шевеление фиолетовых ушек, нервно подергивающийся из стороны в сторону хвост, едва заметные вздрагивания шеи и мое возмутившееся защитное заклинание, готовое активизироваться по моему приказу в любой момент... Да, "встроенное" червоточиной чутье совершенно точно позволяло определить, что единорожка понемногу закипает от злости. Надо поаккуратнее выбирать выражения.

— Я очнулся, лежа один в чужом лесу, да еще и с некоторыми физическими повреждениями. Что бы на моем месте сделал бы обычный... Эээ... (Лошадка? Конь? Жеребец? Кобылка? Я — идиот!), ну, ты меня поняла, надеюсь?

Слабенький, словно (и наверное) рефлекторный кивок головой и легкая, понимающая полуулыбка. Я поймал себя на том, что начинаю замечать то, что замечать не должен. Единорожка явно поняла, в чем моя проблема, и стала хитро прищуриваться. Ну, по крайней мере, она перестала злиться.

— Сколько ты знаешь о нашем обществе? — проговорила та голосом, в котором чувствовалось какое-то скрытое торжество.

— Ты когда-нибудь видела тенекрылов? — не остался в долгу я, постаравшись изменить направление нашего разговора, стремительно превращавшегося в допрос, — что ты знаешь о них?

"Ничего".

— Эээ, ничего, — контрвопрос достиг своей цели, сбив ее с толку, — наверное, это есть в книгах. Могу посмотреть, если хочешь...

Вряд ли давным-давно исчезнувший вид драконов оставил на этом измерении свой след, хотя, если вспомнить как я сюда попал, небольшой, но все-таки шанс этого имеется. В любом случае у меня есть весьма ценная информация, на которую, словно на деньги, можно в данном случае обменивать необходимые мне знания. Меня не обманывала внешность единорожки: конечно, молодая, она могла показаться недалекой, но ее глаза, в которых прямо-таки светился разум, не позволяли ошибиться.

— Ты не найдёшь об этом ничего, но зато я могу рассказать кое-что... как насчет небольшой игры? — я подался вперед и положил ноги на стол, заговорщицки улыбнувшись.

— Игры? — она помотала головой, видимо, считая, что я шучу, — при чем здесь игра?

— Рассказ за рассказ, — приметив, что моя собеседница скорчила гримасу недовольства, я вернул себе обычное сидячее положение и сделал пометку в памяти больше так не делать, — краткий курс современной истории Эквестрии взамен на жизнь и повадки драконов рода тенекрылов, идет?

— Драконов? — ее взгляд на мгновение метнулся наверх, — ох, это будет прекрасно... Эээ...

— Зови меня Найт, — я попробовал угадать невысказанный вопрос, хитро уставившись на собеседницу.

— Ох, хорошо, Найт, — мое имя было произнесено столь необычно, будто Твайлайт пробовала его на вкус, — начнем?

"Несомненно"

— Да.

## Глава 3. Легенда

Глава 03. Легенда

Пробуждение нагрянуло внезапно и весьма жестоким, как мне казалось, способом: яркий солнечный свет резанул по моим смеженным векам, мгновенно развеяв и без того слабенький сон. «Что за бред? В моей любимой пещере всегда царит полумрак! Не просто же так я напрягался, передвигая целые валуны гравиполями и собственными лапами?» Невероятная тяжесть, сдвинуть которому не под силу даже урагану. Немного ужаснувшись тому, что могло вдруг произойти, я раскрыл глаза и, стараясь не шевелиться, осмотрел окружающее пространство... и облегченно выдохнул. На мгновение воспоминания о том, как Защитник покинул родное гнездо и очутился в другом измерении вылетели из моей головы, но теперь же послушно вернулись, успокоив разбегавшиеся мысли.

— Уже проснулся? — раздался насмешливый голосок.

"Щит!".

— Она определенно издевается, — задумчиво произнес я в пустоту, нарочито медленно поворачивая голову, чтобы встретить взглядом единорожку.

~

Целый день мы разговаривали на интересующие нас темы. Честно говоря, меня очень впечатлило то, насколько же мне повезло встретить такой выдающийся ум вот так вот, сразу. Еще, конечно, надо бы удивиться тому, что буквально за один день я обрел друга в этом мире, но после полученной информации это было ой как непросто сделать. Дело в том, что устройство Эквестрийского общества разительно отличалось от остальных, виденных мною. Взять хотя бы ту же Твайлайт. Не каждый день ведь встречаешь единственную ученицу коронованной особы? Вот именно, это событие должно заявить о себе в какой-нибудь форме: прислуга, пренебрежительное отношение к другим, дорогое жилье в конце концов! Должно, но только не в Эквестрии. Пока Твай сама не упомянула это, я даже представить себе этого не мог.

Но ладно, это еще цветочки, теперь сравним население Веродара и этого измерения, людей и пони (точно, совсем забыл, что маленькие лошадки именно так и называются): у первых все социальные отношения построены на взаимном недоверии, подчинении и послушании, а у вторых все было в точности наоборот. Нет, власть тут тоже фигурировала, куда же без нее, но вот такого ужаса, как "слепое подчинение", здесь и в помине не было. Каждый сам, по своей воле, шел под опеку другого и мог в любой момент уйти. Такие средства сдерживания, как угрозы, либо насильное привязывание рабочему месту здесь отсутствовали. Отношения разноцветных поняш строились на взаимном доверии, дружбе. Все дружили со всеми! У меня никак не получалось в это поверить, поэтому в мои планы резво вошел пунктик "познакомиться с местными", оттеснив "выстроить гнездо" на второй план.

— Эй, не надо меня так пугать! — теперь уже нормальным, слегка подкрашенным возмущением голосом сказал я, передними ногами стягивая вишневого цвета плед в попытке подняться в кровати. Не вышло. Только что рефлекторно призванный щит оказался не совсем обычным, а гравитационным, не только надежно защищая меня от внешних воздействий, но также ограничивающий мои собственные телодвижения.

Вредная фиолетовая поняша звонко захихикала, прикрыв рот копытцем и приподняв парящую в телекинетическом поле книжку, которую, похоже, читала до этого. Помнится, я упоминал, что обзавелся другом? Так вот Твайлайт и была им, поэтому мне позволено было сделать небольшую шалость. С тихим шипящим звуком гравитационный щит принял форму диска, а затем метнулся вперед и несильно ударил по ножкам стула, на котором сидела единорожка, в результате чего та с громким вскриком рухнула вперед, прямо в объятия темного сияния. Короткий приказ и щит, теперь уже с грузом, подлетел к моей кровати, зависнув точно с ней вровень.

— Испуг за испуг, — весело проговорил я, показав удивленной Твай язык, а затем резво скатился со своего ложе и растянулся на полу, вовремя увернувшись от пролетевшего прямо над головой оранжевого спелого яблока.

— А ты ловкий, — одобрительно произнесла несостоявшаяся метательница и снова захихикала, — научишь меня такому заклинанию?

— Сейчас не выйдет, моя магия не полностью оправилась.

В подтверждении сего факта передо мной вспыхнуло темное облачко и мгновенно исчезло, оставив после себя неясные очертания.

— Правда? — похоже ее огорчило это известие, — жаль... Но потом-то ты покажешь, да?

Немного помотав головой, чтобы прогнать остатки сонливости, я вновь посмотрел в большие фиолетовые глаза единорожки, которые, кстати, были очень похожи на мои (зеркало не врет), и кивнул.

— Несомненно, не волнуйся об этом.

Эх, впервые меня приглашают в свой дом девушки за просто так, хотя не, вру. Конечно, Твайлайт сделала это ради получения бесценных, как ей кажется, знаний о драконах, и чтобы лишний раз понаблюдать за "попаданцем", но все равно для меня это находится в разряде "просто так". Поначалу было немного неловко, но когда она показала мне, что кроватями городская библиотека располагает в количестве, превышающем одну штуку (сильно сказано, на самом деле их две), да и находятся они в разных комнатах, я решил согласиться, лишь бы не видеть эти умоляющие глаза. Ррр... сильнейшее оружие женщин (кобыл?)! "Ничего, еще парочку дней и я сделаю себе собственное гнездышко, где и поселюсь, вдали от надзирательницы, вооруженной яблоками."

Ладно, хватит размышлений, пора выдвигаться в свет. Держу пари, некоторые из пони, кто видел меня этим утром, теперь очень интересуются странным незнакомцем без меток, да и к тому же удостоившемуся чести получить аудиенцию у самой ученицы солнечной принцессы. Ах да, совсем забыл. Эквестрией управляют две пони-принцессы, одна, как я понял, великий маг Света и управляет солнечным светилом, двигая его по небосводу (!), другая же повелевает луной и ее стихия — Тьма, хотя, правильнее использовать другое название — Ночь. Принцесса Селестия и принцесса Луна, два сильнейших мага в этом мире, правят целой страной, не играя роли серых кардиналов, как в Веродаре, или же представляя собой некий тайный орден, как в Эврале. Ужас! Как у них сил-то хватает, не пойму. А еще каждой из них уже очень и очень много лет, легенды гласят, что более тысячи точно, и хотя Твайлайт не сомневалась в этом, но убедить меня у нее не вышло. В любом случае познакомиться с ними имело смысл.

— Я пойду прогуляюсь по городу, ты не против?

— Вообще-то против, сначала тебя надо сводить в больницу, — сказала "надзирательница", захлопнув, наконец, книгу, — все же ты сильно ушибся.

"Да ты издеваешься? Я даже дал себя исследовать с помощью магии, а она все не успокоится".

— Ладно, первым делом загляну в лечебное заведение, теперь можно?

— Пожалуй можно, но, — единорожка хитро прищурилась, — под надзором.

Шумно вздохнув, я, в лучших традициях драмы, закатил глаза к потолку и негромко поскулил. Что же это такое? Первая встречная (ну, почти первая) просто берет, и указывает, что мне делать, а я еще и слушаюсь ее? Воистину на меня не похоже.

— И еще, — она запнулась, задумавшись, — надо заглянуть к Ра... к моей подруге-модельеру; может, у нее есть что-нибудь, чтобы прикрыть твой круп.

«Эй, здесь же все ходят без одежды, разве нет?»

— Зачем?

— Ну, — вот теперь она, а не я, смутилась; раунд за мной, — чтобы закрыть твои метки, точнее, их отсутствие, но если ты не хочешь...

«Хочу, конечно хочу».

— Я не против, но только у меня пока что нет денег.

И действительно, надо бы занять себя чем-нибудь, а то привык, что деньги зарабатывают другие Защитники, у которых это входит в специальность, позволяя своим более воинственным собратьям свободно выполнять свои обязанности.

— Деньги? Что ты! Мы же с ней друзья, она не берет плату за помощь, поверь!

— Что?! да ты шутишь!

Похоже, что мое искреннее удивление порядком позабавило поняшу, потому как немного задумчивое выражение на ее фиолетовой мордочке стерлось хитрой улыбкой.

— Вовсе нет, пойдем, я покажу тебе, — сказала она, сверкнув смешинками в глазах, — ты так забавно удивляешься простым вещам, что мне и вправду хочется поверить, что твоя легенда правдива и ты действительно из другого мира.

Ясен пень я не отсюда! И вообще это, должно быть, сон. Нет, серьезно! Слишком все хорошо: такая дружелюбная хозяйка, приютившая заблудшего странника, даже не спросив его имени в начале, а затем предложившая безвозмездную (!) помощь своей подруги (!!), как будто точно знает, что та не откажет. А затем еще удивительные рассказы о том, что солнце и луну двигают по небу богоподобные правительницы этой страны, а погоду вообще, о Тьма, делают в Клаудсдейле — пегасьем городе.

Самый лучший способ разорвать сновидение — поранить свое тело, что я и сделал незамедлительно, чиркнув острой кромкой копыта одной ноги по черной шкурке другой. Маленькая алая капелька послушно появилась из ранки, словно молотом пробив в моей голове навязчивую мысль: "Это реальность".

— Ладно, предположим, мы пойдем в больницу, как ты, несомненно, очень желаешь. Тогда ответь на вопрос, к какому именно врачу? — странная, можно сказать глупая мысль, но она могла хотя бы оправдать столь необычно-дружеское поведение Твайлайт.

— Как к какому? К нашему разумеется! У нас только один доктор в городе, медсестры не в счет, — весьма правдоподобно удивилась та.

"Ага, но скрывать свои намерения у тебя получается не очень".

— Так, а еще он решает проблемы психологического характера, верно?

— Разумеется, — вновь смутилась единорожка.

"Ясно".

— Ты считаешь, что я сошел с ума?

Мой спокойный взгляд встретился с ее. Конечно же: абсолютно черный единорог, каких, наверное, тут мало, да еще и без специальных меток, владеющий недоступными для обычных поняш знаниями, появляется словно бы из ниоткуда и задает странные вопросы о социальном устройстве, на которые даже жеребята знают ответ.

— Н-не совсем, — отчаянно покраснев пролепетала та, — то есть, может быть, но с небольшой вероятностью... ну ты понимаешь, да?

— Ох, еще как понимаю, — я предполагал что-то в этом роде, — пошли тогда, пройдем "курс сумасшедшего".

С показной уверенностью я развернулся и резво сбежал по лестнице вниз.

— Приве-е-ет! — прожужжал голос у меня в ушах и розовое нечто в стремительном рывке, преодолев не успевший соткаться защитный барьер, прыгнуло на меня, сбив на пол. Вновь ударившись спиной, я испытал чувство дежавю, но в сей раз сознание не потерял, а потому начал рефлекторно действовать. Быстрая подсечка одновременно разведенными задними и передними ногами вынудила розовую пони (да, это тоже была кобылка), упасть на меня сверху, а затем несильный захват, быстрый перекат и вот уже я возвышаюсь над этим розовым чудом, победно ухмыляясь. Конечно, так делать нельзя, но старые привычки не так то просто растерять, да и поняша, что странно, выглядела весьма счастливой.

— Что за грохот? — послышалось снаружи, и в комнату влетела радужногривая пегаска, с которой мы виделись утром.

— Эээ, привет, — сказал я, растерянно, вставая с моей мимолетной противницы.

— Ух ты! Ты так классно умеешь делать! Я тоже так хочу! — провела новую акустическую атаку розовая, немыслимым образом извернувшись в воздухе и вновь встав на все четыре. Впрочем, надолго ее не хватило и она принялась прыгать вокруг меня, заставляя возмущаемый магический щит переливаться множеством оттенков фиолетового.

— Привет, черный! Гляжу, ты неплохо провел денек с Твайлайт, а? — улыбаясь проговорила пегаска, непонятно как удерживающая себя в воздухе. "Удивительно".

— Ты на что намекаешь, Рэйнбоу? — подала голос спустившаяся за мной хозяйка библиотеки, таща на себе две сумки, свисавшие по обеим сторонам спины. Я уж было собрался дерзить в ответ, но появление "надзирательницы" вынудило меня захлопнуть рот и молча внимать.

— Как на что? — непритворно удивилась летающая пони, — осмотри, какой красивостью он себя окружил! Твоя школа верно?

— Да-да-да, он ведь брал у тебя уроки? — вставила свою лепту ни на секунду не успокаивающаяся розовая кобылка.

— Нет, что вы, это его личная магия, я такой не видела раньше! — отмахнулась единорожка и повелительно толкнула меня в круп, приглашая идти вперед. Я подчинился и вышел за дверь, ради шутки понурив голову.

~

«Ааааа! Уберите от меня это розовое недоразумение!» Она не просто прыгала вокруг не замирая ни на секунду, заставляя щит трепетать, но еще и безудержно говорила, в результате чего я не выдержал и оградился от внешних звуков. Целых пять секунд тишины, а затем Твайлайт, которой бесконечная болтовня Пинки Пай (вроде так зовут это розовое радио) была совершенно нипочем, заметила, что я передвигаюсь абсолютно бесшумно (звуковая завеса работает в обе стороны), и не нашла ничего лучше, как постучать копытцем по едва заметному фиолетовому свечению. Будучи очень напряженным, поле среагировало мгновенно: сгустившись до матового черного шара, оно полностью скрыло меня от спутниц, и вообще от всего окружающего мира. Ммм... я раньше совсем не осознавал ценность таких вот моментов блаженной тишины. Никого не вижу, ничего не слышу, замечательно! Но все хорошее когда-нибудь да кончается, поэтому сфера, повинуясь короткому приказу, в момент распалась на тысячи маленьких искорок, растворившихся на ветру. Выглядело эффектно.

— Что такое? — как можно более участливо постарался спросить я, молясь Тьме, чтобы мое желание оглушить это розовое тельце и спрятать его куда-нибудь подальше не отразилось в моем взгляде.

— Колдовать опасную магию на улицах городов вообще-то не дозволяется, — немного суровым тоном произнесла моя фиолетовая "наставница", к счастью даже не заглянув в мои глаза, — а я даже не знаю, что делает твоя сфера.

Последние слова были произнесены совсем отлично от других: в них сквозило... желание? Жажда познания?

— Акустическ... эээ ... звуковой барьер, не позволяющий магу слышать окружающий мир, но при этом делая его абсолютно бесшумным, а еще щит имеет слабое сопротивление физическому воздействию, в чем ты могла убедиться, когда постучала по нему. Итак, твое мнение о безопасности данных чар? — эта фраза была произнесена с улыбкой: даже несмотря на то, что Твайлайт сама представляла из себя лектора-во-плоти, она была непрочь поучиться и у других, поэтому высказывания в подобном стиле буквально гипнотизировали единорожку.

— И совсем это не смешно, — мгновенно смутилась та, когда у меня уже плохо получалось сдерживать смешинку, все равно постарайся пока что не использовать магию, хорошо?

— Окей, — не удержавшись, я использовал распространенное выражение из Храма, — никакой магии, пока врач не разрешит.

Странное, неожиданно веселое настроение овладело мной. Все окружающее понемногу начало напоминать мне большой розыгрыш. Не сон, нет, ибо небольшая ранка на ноге все еще саднила, но какой-то спектакль, в главной роли которого играли три разноцветные пони. Как-то легко шло общение, Рэйнбоу и Пинки периодически обменивались осмысленными фразами, не в пример попыткам розовой сжечь мой мозг, даже Твайлайт иногда, когда отрывалась от наблюдения за мной, поддерживала зарождающиеся дискуссии, и все это происходило при единороге, которого они знают менее одного дня. Забавно, интересно и... страшно. Если в этом мире есть такие, кто может беззастенчиво наживаться на чувствах других, то им здесь будет очень и очень вольготно.

— Эй, черный, как тебя зовут-то?

Вот уж не ожидал так не ожидал. Радужногривая пегаска спустилась (в буквальном смысле) с небес на землю и теперь вышагивала рядом, немного застенчиво на меня поглядывая. На всякий случай я посмотрел на Твайлайт, но та лишь незаметно кивнула и сосредоточенно посмотрела на дорогу. Бросила меня, предательница!

Эх, ну ладно. В любом случае наше знакомство состоялось бы.

— Полное имя или краткий вариант для друзей? — почему-то мне показалось, что потянуть разговор будет неплохой идеей.

— Давай оба, — встрепенулась та.

"По-королевски потянул".

— Ну... Твай знает меня под именем Найт. Полное же имя — Ночная Фурия.

В этот момент произошло событие, о котором я смел только мечтать: Пинки внезапно перестала прыгать и замерла, уставившись на меня изучающим взглядом. Я, в свою очередь, удивленно посмотрел на нее.

— Ночная фурия... — в ее глазах появился странный блеск, — скоро увидимся!

Мгновенно развернувшись в прыжке розовая пони галопом поскакала куда то к центру города, через пару секунд исчезнув из моего поля зрения.

— Эмм... и что это было? Я ее оскорбил чем-то? — мой бедный разум пребывал в недоумении.

— Нет, чер... Найт, просто вскоре тебя ожидает Пинки-вечеринка, мужайся, — откровенно издевательским голосом произнесла пегаска и с места рванула вверх, в очередной раз поразив меня своими летательными навыками.

В растерянности я обратил взор на единорожку, но увидел лишь то, как она безуспешно пытается спрятать свою улыбку.

— С меня хватит, пойдем быстрее уже к твоему доктору, а то мне начинает казаться, что я и вправду сошел с ума.

Твайлайт кивнула и рысцой побежала вперед, сотрясаясь в беззвучных порывах смеха.

~

Больница выглядела на удивление опрятно, чисто, и вообще была именно тем, чем называлась, а не каким-нибудь частным заведением, в котором только и делали, что сдирали с пациентов деньги. Везде, во всех уголках витала аура спокойствия и умиротворенности, никаких бегающих больных, вечно куда-то спешащих служащих, ропчущих очередей и прочих основных атрибутов людских лечебниц. Мягкие зеленые тона стен весьма гармонично сливались с голубизной потолка, создавая ощущение безопасности, чувство того, что тебе здесь помогут. Некоторые медсестры-поняши приветливо улыбались, некоторые с сочувствием смотрели на мой круп, туда, где должны были бы быть метки, а некоторые... впрочем, неважно. Моя фиолетовая спутница провела меня мимо стойки с умного вида единорожкой, лишь кивнув ей, а затем несильно постучалась в аркоподобную дверь, почти такую же по форме и размеру, как и в ее библиотеке.

— Войдите, — послышался спокойный, уверенный в себе голос. И да, что удивительно, он явно принадлежал жеребцу.

Твайлайт толкнула дверь, мягко нажав на нее копытцем, и мы вошли в кабинет, видимо, главного врача.

— Здравствуйте, мистер Хатстоун, — Твай произнесла это столь обыденным, немного жизнерадостным голосом, как будто это был не пони, старше и мудрее ее, но друг-ровестник.

Высокий единорог, чуть пониже меня, серо-зеленого цвета с серебристой гривой и хвостом явно производил впечатление повидавшего виды пони. На крупе у него красовалась метка в виде шприца, что мгновенно вызвало у меня неприятные ассоциации.

— Приветствую, мисс Спаркл, — учтиво кивнул тот, а затем посмотрел на меня, но, увидев наличие отсутствия меток на черном теле, издал странный звук, отдаленно напоминающий покашливание и вновь сосредоточился на моей спутнице.

— Извините, но вынужден напомнить, что не в моей компетенции решать проблемы с метками, исключение — меткосыпь.

— О, нет-нет, вы все не так поняли, просто... — Твайлайт искоса на меня глянула, а затем подошла к доктору вплотную и начала что-то ему нашептывать.

Эх, работала бы "мембрана", никто бы не смог просто так шептаться, но сейчас мне лишь оставалось стоять и усердно делать вид, что суть их разговора мне неизвестна. Если я еще не разучился предугадывать события, то эти двое сейчас обсуждали, как распознать мой недуг и устранить его, не причинив вреда так называемой личности. Но это чисто мое мнение, основанное на своем личном небольшом опыте работы психологом.

— Ладно, мисс Спаркл, тогда оставьте нас наедине, пожалуйста, — наконец сказал доктор нормальным голосом, поворачиваясь ко мне и жестом (кивок головой) приглашая сесть на стул весьма забавной формы: волнообразная передняя кромка и дыра в основании спинки (наверное, для хвоста) делали этот предмет мебели отличным от виденных мною ранее. Что ж, попробуем сесть на это.

— Я буду ждать тебя снаружи, — окликнула меня моя фиолетовая спутница, после чего послышался приглушенный хлопок двери.

"Снаружи кабинета или здания?"

— Итак, — неспешно начал серо-зеленый единорог, усевшись напротив в точно такой же стул, — мое имя вы уже, наверное, знаете, а вот ваше мне неведомо. Я, конечно, понимаю, что спрашивать имена у тех, кто повзрослел, но не носит метки, невежливо, но все же хотелось бы узнать, как к вам обращаться.

"Ах вот почему почти никто не интересовался моим именем..." Ладно. Это будет безмолвный бой, из которого мне стоит выйти победителем, чтобы завоевать доверие поняш, а иначе, не дай Тьма, упекут еще в психушку, откуда сбегать придется... ужас.

— Найт.

— Хорошо... Найт, — док явно не ожидал столь быстрого и короткого ответа, — скажи мне, зачем ты записался ко мне на прием?

— Записался? — моя правая бровь непроизвольно поползла вверх, — мне казалось, что меня привели сюда почти что насильно и мой визит неожиданность для вас.

Собеседник довольно ухмыльнулся.

— Ты ведь понимаешь, зачем ты здесь?

— О, я не питаю на этот счет никаких иллюзий, мистер Хатстоун, — «пора начинать плести правдоподобную чушь, чтобы побыстрее пройти столь опасный момент моего пребывания в этом измерении», — проблема в том, что я совершенно не помню, кем я был и что делал, как будто только вчера родился, так что мое поведение, очевидно, вызывает определенные вопросы.

— Стало быть частичная амнезия, — задумчиво произнес серебристогривый единорог, а затем его рог засветился мягкой, такой же серебристой аурой и пребывающее доселе в покое перо неизвестной мне птицы взлетело, обмакнулось в чернильницу и совершенно само принялось строчить что-то на листке, лежащем на середине стола.

"Сделай каменное лицо, в этом мире многие умеют использовать телекинез, прими как данность".

— А еще что-нибудь тебя беспокоит? Боли в голове? Странные сны или же непонятные голоса?

"Ты забыл добавить сюда спонтанные всплески магии и асинхронные каналы подпитки заклинаний, а еще врачом зовется, ага".

— Ничего более, только немного спина побаливает. Случился тут инцидент один...

— Мисс Спаркл рассказала об этом, — док успокаивающе кивнул, — хоть ее лечащая магия пока что слаба, но в целом я доверяю ее вердикту относительно твоей абсолютно здоровой спины.

— Это, безусловно, радует...

— Но всё же твоя история, Найт, очень различается с той, что ты поведал нашей общей знакомой, — прервал он меня, — в чем дело?

Хаос! Я был готов к этому, но все равно покрылся холодной испариной, если можно так выразиться относительно тела пони. Теперь импровизируем по-крупному. Глубоко вздохнув и мысленно попросив Тьму, чтобы она ниспослала мне удачу, я начал говорить:

— История о мирах — правда. Похоже, что я был когда-то кем-то, но ничего рассказать про это сверх того, что уже есть, не могу. Наверное, виноват один из древних порталов, которые я, будучи юным, случайно открыл (о Тьма, что же я несу?), пропав из Эквестрии на долгое время, после чего вернулся, зная много необычных вещей, но при этом не помня, что со мной происходило.

Серо-зеленый единорог уставился на меня в совершеннейшем недоумении.

— Ты не лжешь, не выдумываешь, не фантазируешь?

"Что-то одно, а может, и всё вместе?"

— Тут уже вам решать, а мне больше добавить нечего.

## Глава 4. Церемония приветствия

Глава 04. Церемония приветствия

Кабинет Хатстоуна я покидал более-менее удовлетворённый результатом: доктор совсем недолго думал, затем размашисто написал на эквестрийском "Умственных отклонений нет", скрепил листок печатью и отдал мне. О Тьма, у меня теперь есть справка о моем нормальном психическом состоянии! «Такие раритеты надо коллекционировать».

Как и ожидалось, единорожка сидела в коридоре, приглушенно общаясь с дежурной медсестрой. Мое «эпичное» появление (ноги немного затекли и теперь походка стала тяжелее, что отразилось на громкости цокота копыт), прошло незамеченным, и у меня появилась интересная мысль быстро сбежать отсюда, чтобы не попасть на то сомнительное мероприятие, которое Рэйнбоу назвала "Пинки-вечеринка". Ожидаемо, ничего не вышло.

— Вы уже закончили? — окликнула меня фиолетовая надзирательница, когда я попробовал пройти мимо нее.

"Ну почему?"

— Да, вот вердикт, — обреченно опустив голову, я подтолкнул гравитационную "подстилку" с рекомендацией врача.

— Хмм, секундочку... — Твайлайт выхватила телекинезом листок, развернула его и принялась читать.

И что там читать-то? Бла-бла-бла, ведет себя так-то, это есть, этого нет, здоров, агрессии не проявляет и прочее и прочее. Откровенно говоря было немного неудобно от того, что Хатстоун вот так просто отпустил меня, узнав лишь часть правды.

— Все понятно, — единорожка как-будто расцвела, — неудачный магический эксперимент, потеря памяти. Бедняжка, — она свернула листок и засунула его в одну из сумок, а затем махнула изящной ножкой в сторону выхода, — пойдем, вечеринка будет только через два часа, у нас есть время еще поговорить.

«Эксперимент? Эээ, да ладно. Ментальный барьер, охраняющий память в целостности, в моем разуме может разрушить лишь смерть, по крайней мере мне очень хочется в это верить. Но звучит, как минимум, правдоподобно».

— А вечеринка, это обязательно, да? — все мои сомнения ушли в сторону, возвращая обычного черного единорога, которому необходимо было влиться в общество, чтобы нормально выполнять работу Защитника.

Единорожка усмехнулась и побежала рысцой, быстро оказавшись вне пределов здания.

~

Немного поцокав по чистому, накрахмаленному полу (удивительно, что грязных следов тут не наблюдалось) и вежливо кивнув на прощание доку, выглянувшему из кабинета, я покинул больницу и тут уж не стал себя сдерживать: немного затекшие ноги требовали движения. С места в галоп, и подпрыгивающая фиолетовая фигурка перестала отдаляться, а наоборот, становилась все ближе и ближе. И вот тут я почувствовал необычную вещь: моя магия вступила во взаимодействие с телом, немного усиливая его. С каждым разом мышцы, вопреки здравому смыслу, все меньше и меньше подвергались воздействию усталости.

— Твай, стой! — окликнул я ее, резко остановившись и прислушавшись к ощущениям тела.

Единорожка пробежала еще немного, а затем встала, удивленно на меня глянув.

"Так, странное ощущение силы никуда не уходит, но при этом магическая энергия явно ослабела. Трансформация энергий? Как это получилось-то?" Собственными копытами... аргх, тогда еще руками, делал себе мысленный барьер, предотвращающий случайные всплески моей магии. Неужели он пропал?

— Что случилось? — Твай подошла ко мне и беспокойно на меня взглянула, — ушиб беспокоит?

— Нет, тут виноват далеко не недуг, а скорее благословение, не знаю, как правильно сказать, — я с силой ударил копытом по земле, оставив в ней приличной глубины ямку, — слушай, ты никогда не чувствовала, что твое тело магическим образом усиливается?

— Н-нет, — она явно не на шутку задумалась, — точно нет, я никогда о таком даже не слышала. Может, спросим у мистера Хатстоуна?

"Ну уж нет". Короткий мысленный приказ и по моей шкуре поползли незримые капли заклинания "пелены тени", поздний вечер все-таки, значит исчезать я уже могу.

— Эй-эй, что ты делаешь? — Твай попробовала было подбежать, но я резко отпрыгнул в сторону, разорвав заклинание. Да, так и думал: стоило лишь применить чары, как физическая сила начала перетекать обратно в магическую.

— Это был тест, ничего более, — похоже, мое необычное поведение взволновало единорожку, потому как она недоверчиво на меня уставилась.

Ой да ладно, всего лишь заклинание простой невидимости, да и то применилось не полностью. А что будет, когда она увидит заклинание Авалона? А "импульс ночи", который сметает на своем пути даже крепкие каменные стены?

— Твай, почему ты так реагируешь на то, что я пользуюсь магией?

Моя собеседница смущенно опустила ушки, похоже, додумавшись, что со мной не так.

— Ну-у, — она на мгновение улыбнулась и кивнула кому-то за мной, а затем вновь посерьезнела, — у тебя странная магия, она... черная, не как у всех. Вроде бы и не страшная, но при этом пугающая, извини за каламбур.

«Ах вот оно что!», — Я мысленно улыбнулся.

Значит, магов Тьмы здесь можно по пальцам пересчитать, эээ, ну или по копытам. Распространенная проблема, связанная с тем, что эффекты Тьмы путают с эффектами Хаоса. К примеру: иногда из проклятых могил восстают ходячие мертвецы и начинают бесцельно бродить по округе; так как это происходит ночью, то простой люд начинает винить соответствующую стихию, хотя любой опытный маг тут же увидит хаотические зерна, дающие своим аватарам силу.

— У меня просто стихия такая, ничего не могу с этим поделать, — глухо проговорил я, скорчив обиженную морду, — у тебя, кстати, тоже элемент не самый распространенный.

Да что там, самый редчайший, который можно встретить, реже встречаются только смежные элементы, такие как Молния, являющиеся, по сути, почти уникальными.

— Стихия? Элемент? Что это? — непонимающем произнесла Твайлайт, в очередной раз поразив меня.

— Ты хочешь сказать, что у вас нет классификации магии? — в момент забыв о своей "легенде" случайно ляпнул я, тут же замолчав. К счастью, единорожка вроде не заметила эту маленькую оплошность.

Ааа, что за бред льется из моих уст? "Классификация основных стихий и сопутствующих им смежных элементов" распространена только среди защитников, да и та собрана кропотливым трудом из крупиц знаний, добытых в других измерениях, так что она, по сути, уникальна и не может существовать в Эквестрии. Тогда сам по себе появляется вопрос: рассказать ли ученице верховной правительницы "теорию элементов", или прикинуться недалеким?

— Твайлайт, дорогуша, кто этот представительный жеребец? — неожиданная реплика одной из проходящих мимо пони избавила меня от ответа.

Везение?

Мимолетный взгляд на нее сразу дал понять: эта кобылка абсолютно точно относится к высшему обществу, или что-то вроде этого, не знаю, как такие тут называются. Белая единорожка с красиво уложенной синей гривой и хвостом, а поведение, "язык тела" (если можно так выразиться) — прямо и точно говорили мне, что такая особа весьма прекрасно чувствует себя среди знати.

— Его зовут Найт и мы с ним недавно познакомились, так что не подумай лишнего, — немного зардевшись (супер, неидеальное ночное зрение тенекрыла перешло к облику черного единорога как приятный бонус, позволив мне разглядывать такие мелкие детали даже в темноте позднего вечера) ответила Твай.

— Правда? — ложно удивилась она, беззастенчиво рассматривая меня как манекен, — а жаль: такой статный единорог пришелся бы тебе впору, а то все книги да книги, никакой личной жизни...

— Рарити! — придушенно вскрикнула Твай, испуганно скосив на меня глаза.

— Да шучу я, шучу! — в тон ей ответила синегривая пони, мило улыбнувшись.

Не придумав ничего лучше, я последовал ее примеру. «Ставлю "Крыло Ночи" на то, что белая единорожка сейчас внутренне сотрясается от смеха».

— Ну и шутки у тебя, — покачала головой Твайлайт, а затем обратилась ко мне, — надеюсь, ты не обиделся?

Незаметно подмигнув белой кобылке, я попытался придать себе нейтральное выражение мордочки.

— Все в порядке.

По правде говоря появление этой белой шутницы было настолько кстати, что чуток потерпеть эти колкости очень даже можно.

— Вот видишь, — подмигнула мне белая единорожка, — умный, красивый...

"Но надолго меня не хватит".

— И без меток, леди Рарити, — решил я вставить свое слово, украсив его обращением эквестрийских пижонов к их кобылкам.

Синегривая сначала сделала круглые глаза, видимо, не ожидав подобного обращения, а затем, когда я ненавязчиво продемонстрировал свой пустой круп, проявила просто чудеса мимики, удивившись настолько, что даже ее магическая аура всколыхнулась (отвисшая челюсть причитается).

— Эээ, — промямлила она, мгновенно покраснев, так что теперь была очень похожа на Твайлайт, — извини, пожалуйста, я не знала...

Я, было, приподнял бровь, но затем, сообразив, что все понячье общество строится на таких вот необычных, в общем-то, для людей поступках, передумал строить из себя единорога а-ля "Ментор" и улыбнулся.

— Право, не стоит беспокоится, все нормально. Твайлайт, — плавный поворот головы в сторону фиолетовой единорожки, — представь нас, пожалуйста.

Предоставив ей попытку распутать этот узел, я теперь ожидал, как же она выкрутится.

— Ах, да, конечно, — окончательно смутилась та; видимо, ей становится очень неловко в необычных ситуациях, — Рарити, это — Найт, маг в прошлом, Найт это — Рарити, наша знаменитая модельер.

"Хмм, ясно-понятно, почти угадал. Вот только что мне делать, поклониться? Поцеловать копыто (буэээ)? Или можно ограничиться банальными фразами? Остановлюсь, пожалуй, на третьем".

— Очень приятно, — легкий поклон с моей стороны все же явился.

Буря эмоций, чувств. Казалось, они затопят все вокруг и меня, невольного чтеца-по-аурам, тоже. Белый лик единорожки сменял выражения от "Ааа, призрак!" до "Дайте мне его потрогать" буквально ежесекундно, но затем, вроде, ее мысли начали выправляться.

— Мне тоже, Найт, — одолев, наконец, бурю эмоций, белая поняша загадочно улыбнулась, — позволь пригласить тебя ко мне домой?

~

Цок-цок, цок-цок — незамысловатые звуки, издаваемые мной при ходьбе. Может, мне лучше было бы оставить себе мягкие драконьи лапы, вместо жестких зазубренных копыт? Крылья вместо рога? Желтые глаза с вертикальными зрачками вместо фиолетовых, очень смахивающих на человеческие? Война, кровопролитие, борьба за счастье цивилизации вместо вот этого? Нет, ну что это такое вообще? Совершенно незнакомая мне зебра, которая безропотно внимает моей необычной истории, отправляет меня в близлежащий городок, в котором даже нету стражи (!), где незнакомого ранее черного единорога встречает особа, приближенная к правящей принцессе; позволяет, о Тьма, нет... заставляет переночевать у себя дома, а затем знакомит, пусть и неожиданно для всех, со своей подругой, которая тут же делает (насколько я понял) мне предложение посетить ее обитель! Что происходит? И что хуже всего, постоянные вопросы обеих единорожек (да, Твайлайт пошла вместе с нами) очень мешали сосредоточиться и осмыслить ситуацию.

— А какие камни ты предпочитаешь? — в очередной раз спросила Рарити, игриво толкнув меня бедром.

Раньше я не замечал подобных комплексов, но то, что поняши шли по обеим сторонам от меня, да еще и довольно близко, заставляло меня смущаться.

— Слезы ночи... ой, — кажется, я ляпнул что-то не то, потому как белая единорожка удивленно на меня посмотрела.

— Никогда о таких не слышала, — задумчиво проговорила Твайлайт, смотря прямо перед собой, — как они выглядят?

О Тьма, совсем забыл! "Слезы ночи" создаются искусственным способом, поэтому о них знают очень немногие да и явно никто в Эквестрии. Что происходит с моим разумом?

— Темно-синие кристаллы, внутри которых проскакивают крошечные магические разряды. Извините, просто они столь редки, что о них мало кто слышал, — я сделал виноватую морду, надеясь, что это спасет меня от вопросов в стиле: "А где ты их взял", — а так мне еще по нраву аметисты.

Глубокий вздох... Взгляд на белую единорожку...

Ее красивая мордочка, очевидно намазанная каким-то странным веществом, излучающим слабые магические импульсы, выражала озадаченность. Ну... хотя бы не очередную порцию ошарашенности.

— Аметисты? Думаю, я смогу подобрать подходящий костюм, — задумчиво произнесла та, зачем-то кивнув, — а что насчет накопытников?

"Накопытников? Обувь что-ли? И почему заклинание червоточины ничего мне об этом не поведало?"

— Ну, я думаю, носить их смогу, — ответил я первое, что взбрело в голову, пытаясь угадать о чем идет речь.

— Отлично, — Рарити вновь ослепительно улыбнулась, — тогда, добро пожаловать в мой скромный дом.

~

"Скромный? Серьезно?!" — посетила мое сознание мысль, расширившись настолько, что затмила все остальные: мы остановились перед роскошным двухэтажным зданием. В непонятках я покрутил головой влево-вправо, но не нашел никаких более строений, которые могли бы носить гордое название "дом" и начал тихо сходить с ума.

Произведение искусства, украшенное вычурной резьбой, навевало ощущение маленького персонального дворца....И внутри тоже было более чем на него похоже, только не на обычные царские хоромы, но на рай для модельера: повсюду стояли манекены (поникены?), щедро увешанные различными вещами, довольно-таки неплохо гармонировавшими друг с другом. Часы, дни непрерывной работы требовались для создания всего этого великолепия, но безукоризненный внешний вид белой пони говорил о чем угодно, но только не о ее трудолюбивости.

— Проходи в центр залы и стой смирно, — послышался ее мягкий голос, когда вся наша троица оказалась внутри «дворца», — мне надо будет сделать пару замеров...

~

Серебристая мантия, с прорезью для хвоста, окаймленная черной полосой неизвестной мне ткани, щедро украшенная теми самыми аметистами; серебрянная же диадема, буквально увешанная драгоценными камнями, а также странные штуки, больше похожие на холодное оружие: железные посеребренные "наручи", только имеющие еще и донышко, надевались прямиком на копыта и служили (да, я угадал вначале) местным аналогом обуви. Вот именно так и выглядело мое несчастное тельце, когда, наконец, Рарити соизволила выпустить меня из своей пыточной, называемой "бутик Карусель". Буквально за один день я стал до невозможности безволен, поэтому сразу же послушно поплелся на вечеринку, следуя за двумя щебечущими, словно птички какие-то, поняшами и усердно делая вид, что все в порядке.

И то количество драгоценностей, которое висело на моей одежде — норма. И витая филигрань, нацепленная на рог и откровенно мешающая нормальной работе заклинаний — в порядке вещей. И встречные пони, все как один, приветливо мне улыбавшиеся — всегда было.

«Слияние с тенью, иллюзии — ничего не работает, никаких путей к спасению, поэтому придется тебе подстраиваться под новый мир, Ночная фурия». О Тьма, за что?

~

Наша небольшая процессия медленно продвигалась по городу к зданию-торту, увиденному мною ранее. И все бы хорошо, но странное разноцветное свечение из окон явно навевало мысль, что заходить туда мне, воину-одиночке, никак не следует, но что я тут могу сделать? Поняши уже довольно много для меня сделали, так что у меня не было права отказываться.

— Кстати, а что это за странная штуковина? — мое копыто указало на неприметную серую вещь, лежавшую в кустах, и имевшую овальную форму. Несколько похоже на бомбу, хотя в этом мире она быть вроде не должна.

— Где? — в один голос произнесли мои спутницы, дружно повернув головы в указанном направлении.

— Вы не видите? — удивленно потянул я, сворачивая к кустам и направляясь прямиком к заинтересовавшему меня объекту...

...Который внезапно пошевелился и сделал попытку отползти подальше в кусты.

— Ого! — вырвалось у меня и одним слитным движением я бросил свое тело в галоп, одновременно разворачивая гравитационный щит кольцом вокруг предполагаемой цели, не оставляя той шансов сбежать.

В два прыжка я оказался в кустах и буквально "сорвал покровы" с загадочного предмета, представив свету трех жеребят, испуганно жавшихся друг к другу.

«Внезапно и неожиданно». Увидев подобное, я не придумал ничего лучше, как аккуратно отступить, и заклинание утихло без дополнительных эффектов.

— Свити Бэлль, ах вот ты где! — провозгласила подбежавшая Рарити и встала рядом со мной, с упреком глядя на маленькую троицу, тоже, кстати, без меток.

Белая единорожка с фиолетовой гривой, лимонного цвета пони (как там Твайлайт называла безрогих и бескрылых?) с большим красным бантом на голове и оранжевая пегаска с маленькими-маленькими крылышками, что невольно заставило меня умилиться. Компания что надо.

Маленькая белая пони, сделав невинное лицо, посмотрела на большую взглядом, выражающим полное неведение, а затем резко подскочила и галопом устремилась прочь, немного пригибая голову. Ее примеру последовали и остальные, так что через пару секунд внимательный прохожий мог разглядеть три удивленных морды, глядящие в пустые кусты.

"Так-так, не все здесь так идеально, как кажется", — пролезла в мое сознание мысль, вынудив меня начать действовать.

— Мне поймать их? — произнес я чуть напряженным голосом, рассчитывая, хватит ли мне умения забросить гравитационный щит на жеребят, словно лассо, на таком расстоянии.

— О, нет-нет, не надо, — испуганным голосом произнесла Рарити, — ты можешь испачкать свой костюм, тем более я знаю, куда убежали эти непоседы.

"Жаль, а так хотелось побегать".

— Ну нет так нет, — я попробовал пожать "плечами", и вроде бы немножко получилось, — кто это такие, кстати?

Троица единорогов развернулась и продолжила свой путь до "Сахарного уголка" — место, в котором обычно проходили вечеринки, что и предстояло узнать Найту.

— Это меткоискатели — жеребята, у которых еще не появились свои метки, прямо как у тебя, — наставительно произнесла Твайлайт и негромко хихикнула. Я немного обиженно на нее посмотрел и отвернулся. Смейся-смейся. Попади ты в обитель Защитников, твое мнение относительно этих забавных картинок быстро изменится. Метки — всего лишь локальное явление, никоим образом не затрагивающее другие, известные Защитникам измерения. Может поэтому у меня ее нет и, возможно, не будет?

— Кстати, — отвлекла меня от рассуждений фиолетовая единорожка, — как у тебя получилось их разглядеть в темноте?

— Драконье зрение, — снова ляпнул я, не подумав.

— Что?! — хором проговорили мои спутницы и путь мне преградила фиолетовая изящная ножка, — как это, драконье зрение?

"Хаос! Надо более внимательно следить за своим языком". Нет, серьезно. Теперь придется объяснять это, что повлечет за собой следующие и следующие откровения, а как я понял, такие бойцы, как я, понячьим обществом не жалуются.

— Помнишь, ты спрашивала, почему моя магия такая странная? — дождавшись, пока Твай кивнет, я продолжил, — так вот, она такая потому, что моя родная стихия — Ночь. Ночью я становлюсь сильнее в некоторых отношениях. А драконье зрение — это дар, чем-то сродни способности видеть в темноте, только чуть похуже. Понимаешь?

— Похуже — это как? — спросила меня уже белая единорожка, в то время как ее фиолетовая подруга с умным видом обдумывала полученную информацию

.

— Ну..., — я немного замялся, — у меня получается различать цвета при очень и очень плохом освещении, а также видеть очертания предметов в кромешной тьме. Вот как-то так.

— Да? — теперь уже проявила инициативу Твайлайт, — то есть ты сможешь разглядеть других, допустим..., — она замолчала, на секунду зажмурившись, — допустим, в пещере под землей?

"Ну да", — почти сорвалось у меня с языка, но в самый последний момент мои глаза выцепили довольно забавное явление: свет в домике-торте внезапно погас, как будто там все легли спать. «И вопрос этот задан явно неспроста».

— Нет, мне необходимо, чтобы был прямой зрительный контакт с луной, хотя бы с маленьким кусочком, — сказал я чистейшую ложь, чтобы не разочаровывать поняш. "Обнаружение" уже немного развернулось и показывало, что в здании находились по крайней мере шесть других пони, причем в таком состоянии, будто их заваяли в камень: ни единого движения. Что ж, ладно. Держим ровный шаг.

Рог Твайлайт мягко засветился и дверь покрылась фиолетовой аурой, а затем тихо-тихо распахнулась, представив мне вид абсолютно черной и пустой комнаты. А по углам сидели, затаившись, силуэты, держа в зубах что-то, подозрительно напоминающее огнестрельное оружие, что мгновенно вызвало у меня холодный пот по всей шкуре.

БУМ! Одновременно с загоревшимся светом множество (куда больше, чем шесть) разноцветных и улыбающихся до ушей кобылок разом выстрелили из хлопушек, оглушив меня и осыпав конфетти.

Все мои рефлексы словно взбесились: хоть я и ожидал нечто подобное, но пришлось прикладывать титанические усилия, чтобы сдерживать следующие друг за другом порывы соткать щит и быстро, очень быстро выбежать отсюда. Эту церемонию мне предстояло пройти с блеском, как недавнего врача, иначе появятся неприятности.

~

— Вечеринка в честь нового Понивилльца! — в рупор закричала Пинки, встав на стол задними копытами и выпрямившись (рупор она держала передними ногами, никакой магии!).

Грянули аплодисменты, прозвучавшие немножко дико, так как исполнялись множеством копыт вместо рук, причем, по полу. И все это ради меня? Это традиция такая, или просто я сделал что-то необычное?

Непонятно откуда заиграла довольно быстрая музыка и я оказался подхвачен под переднюю ногу розовой кобылкой, потащившей меня в центр комнаты, в котором уже начали собираться пары танцующих. Хаос, я же ни разу не плясал в этом облике, даже не тренировался!

— Давай! Это совсем просто! — "подбодрила" меня напарница, встав напротив меня и приподняв одну ногу, — сделай также.

— Нуу, хорошо, — потянул я, зеркально скопировав ее простенькое движение.

Поняша еще шире улыбнулась и быстро подняла-опустила обе передних ноги, с вызовом на меня глянув.

И все? С блеском вторив ее примеру, я замер в точно такой же позе, ожидая новых примеров.

Поднять ногу, "поболтать" ею в воздухе, поцокать передними копытами, встав на дыбы, волнообразно помотать головой — движения были довольно простые, а мое тело помнило разные необычные приемы, заимствованные из "танца дракона" (да, в облике тенекрыла я неплохо отплясывал), так что вскоре Пинки, высказав в мою сторону комплимент, сменила партнера, отпустив меня на "волю". Я уж было понадеялся, что это все, но через мгновение ее место заняла лимонная пегаска с огненно-рыжей гривой и хвостом.

— Позвольте пригласить вас на танец, — весело прощебетала та, несильно покачиваясь в такт музыке.

Удивленный кивок с моей стороны послужил ей ответом и через пару мгновений мы уже вовсю переставляли ноги, двигаясь почти что синхронно. Файрфлай — так ее звали, оказалась поклонницей более быстрых движений, поэтому под конец танца я почувствовал, как магическая энергия понемногу начинает подпитывать уставшее тело.

— Ага, Найт, вовсю веселишься? — окликнули меня сверху и через мгновение передо мной приземлилась радужногривая пегаска.

— Да, Рейнбоу, желаешь станцевать? — пересилив желание сбежать, решил я опередить события. Не кобылки должны приглашать жеребцов, но жеребцы должны проявлять инициативу. По крайней мере я так считал.

— С удовольствием!

Словно специально музыка сменилась на еще более быструю, и новая напарница сразу задала бешенный темп, заставив меня горестно вздохнуть: скоро я останусь совсем без магической энергии, а она восстанавливается не так уж и быстро. К счастью, когда Рэйнбоу, наконец, выдохлась, она потащила меня куда то вглубь здания, решительно пресекая любые попытки других кобылок завладеть моим вниманием. Теперь, когда пони не так плотно меня окружали, у меня появилась возможность получше рассмотреть окружающую обстановку.

Итак, это строение было весьма вместительным внутри и да, оно все-же деревянное. Стены, большие окна и даже потолок были украшены просто огромным количеством всяких цветных штуковин, наподобие земных "дождиков", или "цветных слез" храма, что было, в общем-то, одно и то же. "Танцпол", оказывается, был просто местом, освобожденным от стульев и небольших круглых столиков, кои сгрудились в дальнем углу. Здесь также имелась длинная стойка, рядом с которой уже толпилось несколько поняш, возможно, тоже подуставших от махания ногами и именно к ней меня тащила голубая пегаска.

— Яблочный сок с фермы Эпплов! — провозгласила та, встав на дыбы и передними копытами выхватив две граненые кружки откуда-то из-за стойки. Впрочем, тайна раскрылась сразу: оттуда же, спустя секунду, выглянула неугомонная Пинки, удерживая на голове деревянный бочонок с краником.

Лихо поставив его на стол, она одним плавным движением выбила пробку и крутанула ручку, в результате чего из бочонка полилась янтарная жидкость, неожиданно резко пахнувшая уже основательно мною забытым запахом яблок. Ммм... когда первая кружка наполнилась, розовая пони, как заправский бармен, толкнула ее в мою сторону. Пуф! Гравитационное поле остановило стремительное движение, а затем, превратившись в кольцо, опоясало кружку и поднесло к моему рту. И плевать, что там думают другие, но как по мне, это самый удобный способ держать вещи.

— Что завис? Пробуй! — вновь вплелся в мое сознание голос Рэйнбоу, — это офигенно вкусно!

— Я полагаю.

Надо просто посмаковать момент. Кружка чуть наклонилась и несколько янтарных капель упало мне на язык... Через три секунды она была пуста.

— Ну как тебе, черный? — послышался сбоку насмешливый голос, чьим владельцем была, несомненно, Эплджек.

— Превосходно! — я даже зажмурился от удовольствия. Настоящий сок из что ни на есть настоящих яблок. Такое я не пил даже в Храме.

— Ты мне льстишь, — она толкнула меня бедром и подхватила под сгиб ноги, — пошли, познакомлю тебя с моей семьей.

Новые встречи, новые знакомства. Дружеские вечеринки просто созданы для этого, не так ли?

## Глава 5. Маленькое приключение

Глава 05. Маленькое приключение

«Исцеляющее заклинание... Исцеляющее заклинание! Почему, Хаос его подери, оно не работает, а?» Все повторилось как и раньше: я был укутан в вишневый плед, а напротив моего ложе сидела Твайлайт и читала (или делала вид, что читает) очередную книгу.

— Дежавю-ю-ю, — потянул я, но неожиданно отяжелевший живот не позволил мне просто так встать.

— Что? — мгновенно откликнулась "читательница", вновь, как и тогда, опустив книгу.

— Ничего, не обращай внимания... Сколько яблочного сока я вчера выпил?

"Все, не встану, пока не восстановлю "исцеление": голова присоединилась к общему протесту тела, «обрадовав» меня сильной болью.

— Много, очень много, — единорожка усмехнулась и кивнула в сторону лестницы, — если тебе в комнату уединения, то она ниже первого этажа, дверь направо.

Как только я услышал заветные, как оказалось, слова, организм мгновенно начал требовать исполнения обязанностей. Ладно, повременим пока с магией, если раскалывающаяся все это время голова не доконает.

~

Вечеринка прошла на ура по мнению ее участников. По мне, так это было больше похоже на прием. Семья Эпплов, проживающая на ферме на окраине города, оказалась весьма немногочисленна, но это было лишь начало...

Семья Кейков, которые владели этим заведением, семья Стоун, что заведовали расположенной неподалеку каменоломней, Лира — очаровательная единорожка, знаменитая музыкант, сыгравшая мне на лире (имя в честь инструмента — забавно), Флаттершай — скромная и пугливая пегаска, которая является, как я понял по словам Рэйнбоу, местным аналогом егеря; пегаски и пегасы, работающие в погодной команде и залетевшие на огонек, и, конечно, единорожки-медсестры, которым нетерпелось поговорить с "Незнакомцем без меток", но мне удалось увильнуть от их внимания (Рарити подслушала и оповестила меня).

Удивительная ночь, полная новых знакомств, новых ощущений, и яблочного сока, бррр.

Когда я, наконец, вышел на улицу, моему взору предстало солнце, понемногу заваливающееся за горизонт. Вечер... опять. И снова многие пони заканчивали свою работу, расходясь по домам. Рынок, который я все мечтал посетить, выглядел теперь безжизненным, небольшие улицы городка спешно пустели, а лавки мастеров либо закрывались, либо были уже закрыты. Все, что мне хотелось сделать, придется откладывать на завтра... Ладно, не столь это и важно. Немного покопавшись в своих мыслях, я вспомнил, что обещал сегодня навестить Эплджек у нее на ферме и нашел эту идею возможной для исполнения.

Спустя минуту, когда я галопом мчался по свободной от кого-либо улице, ведущей прямо к обители Эпплов, произошло довольно неожиданное событие:

— Найт, постой! — окликнули меня.

Рефлекс! Все четыре копыта уперлись в землю. Чуть не поцеловав землю от резкого торможения, я встал как вкопанный, обернувшись в сторону источника звука. Им оказалась знакомая белая единорожка с синей гривой и меткой в виде трех драгоценных камней.

— Да, Рарити?

Прошло вроде совсем немного времени, а мои мысли, кажется, стали "понифицироваться", поэтому запыхавшаяся единорожка, которая подбежала и привалилась ко мне, словно к дереву, не вызывала уже смущения: пони не считали простой телесный контакт чем-то необычным, что мне и предстояло тогда выяснить на вечеринке.

— Ты не видел, случаем, мою сестру? — сказала та, отдышавшись.

— Только-только проснулся, тем более, я не знаю о ком ты говоришь, — я помотал головой.

Рарити сделала круглые глаза, но затем просто махнула ножкой:

— Ну да, ты же видел ее лишь однажды. Помнишь, ты вчера нашел трех жеребят?

— Хмм... — Память унеслась в прошлое, услужливо предоставив картинку с тремя маленькими кобылками, прячущимися в кустах, — вроде да... Твоя сестра — эта такая белая единорожка?

— Ты видел ее? — голос Рар звучал с надеждой.

Я снова отрицательно помотал головой.

— Вчера. Что вообще случилось?

— Никто из этой троицы не появился у себя в домах до сих пор... — как-то очень тихо произнесла пони, — Дэш и Шай уже все облетели, что можно, Пинки распросила всех, а мы с Эплджек собирались идти в Вечносвободный лес...

— А заклинания поиска? — удивился я, — ты ведь маг... то есть единорог, ты можешь просто применить соответствующие чары и никаких проблем.

Единорожка как-то странно посмотрела на меня, после чего обреченно вздохнула и пошла к ферме, понуро опустив голову. Удивленно смотря ей вслед, я попробовал сообразить, что сказал не так, но не сильно в этом преуспел, и собрался было дальше продолжить свой путь, но был остановлен одной неплохой мыслью, пришедшей вдруг в голову...

— Рарити, постой!

~

Спираль звякнула и прекратила развертку, теперь дело оставалось за малым.

— Послушай, ты можешь встать рядом и наколдовать что-нибудь на меня?

Любое стороннее вмешательство в работу «обнаружения» разобьет тонкую настройку, переведя чары в "режим" поиска родственных аур. Бесполезная, на мой взгляд, особенность могла сейчас сыграть мне на копыто.

— Зачем? — потянула Рарити, очевидно не пылая страстью делать странные вещи.

— Поищем твою сестру моими методами, — я натуженно улыбнулся, и топнул передней ногой, — давай же, мне сложно держать заклинание. Это не больно, не сложно, не опасно.

Единорожка испуганно кивнула и я ощутил тепло ее прижимающегося тела, а через секунду "Обнаружение" глухо хлопнуло и все цветные огни разом погасли, а окружающий меня мир подернулся легкой пеленой

— Теперь осмотрись вокруг и скажи, если увидишь белую точку либо какой-нибудь след.

Сам я ничего заметить не мог, так как служил тем механизмом, который удерживал чары в действии, своеобразной "подушкой". Это также сильно влияло на зрение, значительно его ухудшая.

— Не вижу, — спустя десяток секунд объявила Рарити, — совсем ничего.

«Фуух!» С облегченным выдохом я развеял заклинание и немножко отстранился от единорожки, поймав на себе вопросительный взгляд.

— Радиус действия моей магии — метров двести, не больше. Раз тут ее нет, поищем в другом месте. Говоришь, вы с Эплджек собирались в какой-то там лес?

— Да, Вечносвободный...

Я мягко, сгибом ноги, поправил чуть сбившуюся синюю гриву (не знаю почему, но Рарити напомнила мне Али из Веродара) и улыбнулся, немного хищно.

— Пошли.

~

Фермерша была перехвачена нами по пути. Она хотела пойти одна, потому-что, по ее словам: "Погодники обещали небольшую грозу ночью, поэтому надо спешить". Как выяснилось, одна из трех пропавших была ее сестрой, поэтому то фермерша и собралась в поход в "страшный и ужасно непредсказуемый" Вечносвободный лес. А еще к нам должна была присоединиться Твайлайт, так как она была единственной, кто хоть немного ориентировался среди бесчисленных деревьев и кустов.

"А про меня как-то все вдруг забыли", — прокралась в сознание незваная мысль. Хотя, если подумать, от меня, в случае опасности, толку было чуть: щит и все.

— И как, часто ваши сестры вот такое устраивают?

— Постоянно, — махнула ножкой Рарити, — они могут учудить все что угодно, пару раз их даже в больницу пришлось таскать, — единорожка театрально вздохнула, — и ничто на них не влияет: ни уговоры, ни прямые запреты, ни-че-го.!

— Прямо как Али, — на память вновь пришла девчонка, без страха забравшаяся в самое логово дракона (хотя она об этом и не знала).

Поймав сразу два удивленных взгляда, я предпочел загадочно покачать головой и весь остаток дороги шел преимущественно молча, лишь изредка отвечая на вопросы моих спутниц.

ЭйДжей была совершенно права насчет погоды: за верхушками древ Вечносвободного собрались уже довольно большие темно-синие тучи, явно готовые излить на неподготовленных путников целое море воды. Пренеприятнейшая новость: вода все-таки не мое. Твай захватила с собой пару "зонтиков", но при косом ливне они помогут слабо.

— Итак, Рарити, повторяем фокус? — произнес я, подготавливая спираль.

Мы находились на самой границе леса, там, где природа ощутимо меняла свой облик: маленькие ровные кустики и красивые стройные деревца сменялись большим непроходимым кустарником, местами даже шипастым, а деревья становились большими, с огромными кронами. Я неожиданно поймал себя на мысли, что мне нравится эта ипостась дикой природы.

Единорожка кивнула и вновь ко мне прислонилась.

«Интересно, а зачем, собственно, я все это делаю? Моя стезя — война, и никак не мирное существование...»

Пуф! Изображение вокруг меня вновь подернулось пеленой, так что я даже поморгал, дабы развеять этот неприятный эффект, но нет, все равно окружающий мир как-будто находился за мутным стеклом. Тут же заискрилась руна в моих мыслях: силовые линии требовали неусыпного контроля, постоянно норовя погаснуть.

«Ладно, надо побыстрее закончить с этим делом и отправиться обустраивать себе жилище. Как ни крути, а личный склад всяких вещей, совершенно дико смотрящихся в Эквестрии (Лезвие Ночи, например), мне необходим, как воздух».

— Нету, — спустя некоторое время констатировала, Рарити, отстранившись.

Когда зрение прояснилось, я заметил, что Твайлайт смотрела на меня во все свои огромные фиолетовые глаза. Неотрывно.

— Что не так? — меня даже мурашки пробрали от этого взгляда.

— Это заклинание поиска, ведь да? — спросила она таким тоном, будто вопрос был адресован учителю.

"Хм?"

А почему бы и нет? Мне уже довольно долго хотелось завести последователя, который бы перенял мои знания и использовал их во благо (непременный пункт). С другой стороны, я не прожил в этом измерении и недели и, даже несмотря на то, что умудрился за столь короткий срок сдружиться с местными, они все еще были "чужими" для меня.

— Да, оно самое, — недоверчиво взглянув на стремительно затягивающееся небо, я неслышно вздохнул и продолжил: — предлагаю поторопиться, а то совсем скоро в округе станет очень неуютно.

Прямо физически ощущалось, как Твай мучают вопросы, но ситуация не располагала к их задаванию, поэтому единорожка разочарованно кивнула и чуть подалась вперед, возглавив нашу процессию.

~

Интересно, а почему этот лес все так страшатся? Вроде ничего необычного, хищников умеренное количество, никаких ядовитых плющей, лиан и прочих непотребностей, произраставших в "проклятых" рощах Эврала, никто на тебя не нападет из засады (я был уверен), даже шипастые кусты — и те росли так, что получить серьезные травмы, упав прямиком в них, практически невозможно, и вообще: светлячки, порхающие тут ночью, выглядели более чем красиво.

Спустя пятнадцать минут безуспешных поисков, мы, наконец, ощутили на себе всю мощь собравшихся туч, вылившуюся на нас в виде неплохого такого ливня. Как и предсказывалось мною, зонты совершенно не спасали, поэтому вскоре я отделился от основной группы и закутался в гравитационный щит, наблюдая окружающий мир через стену замирающих в мерцающем поле капель дождя.

Вновь и вновь мы с Рарити разворачивали заклинание поиска, но каждый раз неудачно, заставив меня усомниться в его работоспособности. В конечном итоге мне это надоело, и я, наплевав на всяческие предосторожности, раскрутил спираль со всей силы, чудовищно усилив ее мощь.

И тут произошло сразу два события: перед тем, как исчезнуть, "обнаружение" показало мне четыре белых точки вдалеке, а воздух вокруг меня ощутимо заискрился.

"Наэлектризованный воздух, когда над тобою громыхает гроза?" Вспомнился тот утес, где впервые мне открылась "дуговая молния"...

— О Тьма, отойдите от меня! — крикнул я, разорвав щит, в результате чего поняш оттолкнуло в стороны небольшой волной энергии.

"Если применять мощную магию в пик действия вашей стихии, она откликнется", — учил нас Наставник...

Я зажмурил глаза и спроектировал мощный магический щит над собой, но тот бронебойный удар, который ниспослала огромная темно-синяя, почти черная туча, разбил эту ничтожную попытку сопротивления и в миг окутал все мое тело шипящей энергией. Откуда-то сбоку раздался вскрик и в глазах (ну вот, опять) потемнело.

~

К счастью, мое сознание решило вернуться на свое место побыстрее, нежели в прошлый раз, поэтому, медленно разлепив глаза, я первым делом пустил по своему телу маленькое сканирующее заклинание, и очень-очень затем удивился. Мало того, что мой организм был в полном порядке (после такого-то разряда), так еще и сами чары прошли совсем без труда, как будто меня выбросило из Эквестрии обратно, скажем, в Веродар.

Эээ... Нет, так дело не пойдет, неопределенность мне не по душе.

— Живые есть?

"Есть-ть-ть" — отозвалось эхо.

Отлично. Вокруг непроглядная темнота, а также эхо... похоже, я в пещере. Надо же, меня оглушило, причем довольно неплохо, да еще и второй раз за неполные два дня, так что вновь мое тело безвольно передвинулось в пространстве и оказалось непонятно где.

— Он очнулся, Твай! — прозвучал очень знакомый голос белой единорожки, и что-то легонько похлопало меня по щекам.

И сплошная темнота... Ну, хотя бы теперь не в полном одиночестве.

— Ничего не вижу, — пожаловался я, сосредоточенно моргая, — включите свет.

В установившейся тишине отчетливо прозвучал стук копыт по камню.

— Совсем ничего? — неверующе произнесла Рарити, в чьем голосе были заметны небольшие вибрации, будто она собиралась заплакать, либо засмеяться.

— Не смешно, — я фыркнул и призвал маленький сгусток молний, чтобы подсветить окружающее пространство.

Неожиданно яркий свет резанул по моим глазам, заставив их заслезиться. Ай, Хаос, конечно! Простой защитный рефлекс, выпестованный еще во времена обучения в Храме: темная материя, защищающая глаза от ослепления. Так редко ее использовал, что не сразу распознал ее. Какой позор.

— Все, стало значительно лучше, — я покачал вновь раскалывающейся головой и с кряхтением встал, — никто тогда не пострадал?

— Нет, — тут же откликнулась Твайлайт, — только вот ты...

— Прямо в тебя шарахнула молния, черный, это мы у тебя должны спросить, — Эплджек встала рядом с Рарити и Твайлайт, так что три забавно-взволнованные мордочки теперь вместе взирали на мою — немного недовольную произошедшим.

«Да у меня, похоже, с головой не все в порядке, раз я запустил столь сильное несбалансированное заклинание во время грозы. Необходимо было продумывать последствия, ведь пони могли пострадать. Хорошо, что этого не произошло». Быстро осмотрев себя, я не нашел никаких видимых повреждений... и своей одежды, которую мне так любезно сшила Рар.

— Жив, как видишь, — только вот вроде мое тельце было закутано в мантию, разве нет?

"Неужели они меня раздели?" Не дай Тьма, такое случилось, я же просто сгорю со стыда! На всякий случай быстро пробежав взглядом по всем закоулкам природной ниши, в которой мы находились, я не нашел никаких следов одежды; зато заметил какую-то серую пыль у себя под ногами, похожую на... пепел?

— От нее ничего не осталось, — трагичным голосом произнесла Рарити, — но ничего, она теперь не особо тебе нужна.

«Сгорела, понятно... но на что ты намекаешь, милая госпожа?»

— Жаль, она мне понравилась, — я встал и внимательнее осмотрел свои передние ноги, тщась найти что-нибудь необычное: шкурка и шерсть на месте, на скелета не похож, обгорелостей нет, и почему это мне не нужна одежда?

— Ничего, — модельерша проницательно улыбнулась, — сделаю тебе новую, пара пустяков, ты посмотри на себя внимательнее.

"Все же что-то со мной не так?"

Так, ладно. Закрыв глаза, я прислушался к своему облику, отмечая все с ним происходящее: зрение, слух, вкус и осязание в порядке, все части тела исправно работают, боль только в голове, да и та проходит. Спереди выгляжу как обычно, и сзади тоже... а, нет. Широко улыбнувшись, я посмотрел на троицу пони взглядом, выражавшим сейчас невероятное облегчение: долгое время мои мысли крутились вокруг меток, точнее, их отсутствия и мне казалось, что они не появятся никогда, что Эквестрия не примет чужое ей существо... Собственно, произошло то, чего следовало ожидать: на моем крупе красовались две одинаковые картинки. Темно синий полумесяц, перемежаемый случайными синими разрядами молний — символы моих стихий. Похоже, что Тьма привела меня сюда, а Молния "синхронизировала" меня с миром? Получается, что так, иначе объяснить внезапное улучшение моей магии невозможно, разве что живительный удар по голове выбил из меня всю дурь.

— Забавно, похоже вот оно — мое призвание, — я усмехнулся: какая ирония. Создается впечатление, что я попал сюда далеко не просто так, но под влиянием чего-то необычного, великого, и теперь меня будто поддерживают высшие силы, подкидывая приятные сюрпризы один а другим.

— И что же означают эти изображения? — спросила Твай, вовсю рассматривая новоявленные метки.

— Да, было бы интересно узнать, черный, — вторила ей фермерша.

Разумеется это значит ровным счетом ничего, ибо слишком пространны картинки: вроде бы и символы стихий, но указать на какой-то четкий, определенный талант они явно не в силах. Маг может, к примеру, хорошо использовать магию, как оружие, либо как инструмент, либо просто как источник вдохновения для созданий каких-нибудь предметов искусства... Но все же я ожидал нечто подобное, в духе лучших произведений из библиотеки Храма: "Твоя стихия — твое призвание".

— Я продемонстрирую, если моя теория верна, — перед моим мысленным взором зависла руна, только почему-то не круглой, а ромбической формы, заполненная разными символами в совершенно незнакомом мне порядке. Чуть поразмыслив, я захотел рассмотреть сие явление поподробнее и представил, что мерцающий ромб становится осязаем...

В яркой вспышке руна воплотилась в энергетической форме и, сверкая миллионами огней, послушно зависла перед моей мордой, заставив вытянуться от удивления три остальных.

«Итак, ничего не понятно, вообще», но магический рисунок довольно охотно отзывался на прикосновения переливающимся свечением, показывающим нормальную его работу.

— Сейчас будет весьма красиво, — констатировал я, развеяв руну и начав медленно заряжать заклинание.

— Может, не стоит? — первой произнесла Твайлайт, оправившись от первого удивления.

Я хитро взглянул на нее. "Ну уж нет, если это заклинание сработает, то чувство безоружности более не вернется ко мне". Выцепив взглядом из окружающей обстановки висящий на почтительном расстоянии от нас сталактит, я наклонил голову и применил чары. С милым моему сердцу шипением из рога вырвалась молния и ударила прямо в цель, буквально раскрошив несчастный кусок камня вдребезги.

— Да-да-да! — отбросив всякие нормы поведения, я запрыгал на месте аки ребенок, созерцая созданные мною разрушения, — боевая магия, наконец-то!

~

— Сильно извиняюсь за свое поведение, — мой взгляд был сама невинность, — но такой момент...

“В такой момент можно даже вечеринку устраивать, серьезно!»

— Вот это номер! Твое призвание — стрелять молниями? — на этот раз первой оправилась фермерша.

— И причем тут полумесяц? — поддержала ее Рарити, — ты, часом, не родственник Луны?

«Что?»

— Разумеется, нет, Рар, я даже ни разу не видел ваш... наших принцесс, или видел, но не помню этого. Просто мне подвластны не только молнии, — сделав загадочное лицо, я засветил рог и передо мной на мгновение вспыхнула темная дуга, осветив все вокруг мягким фиолетовым светом, — кстати, как далеко мы ушли того места, где меня ударило молнией?

Твайлайт, с решительно настроенным видом собиравшаяся что-то у меня спросить, сбилась с мысли, открыла-закрыла рот и неуверенно взглянула на подруг.

— Рядом, — произнесла Эплджек и встряхнула головой, — с тобой всегда что-нибудь такое происходит?

Я удивленно посмотрел на нее, поначалу не уловив смысла вопроса, но затем до меня дошло. Кивок. Конечно, всегда! Мое тело, мой разум — все заточено под войну, так что это, можно сказать, норма.

— Только тогда, когда я перестаю думать и веду себя с магией, словно идиот, но не будем об этом... мы вроде хотели найти ваших пропавших сестер, не так ли?

~

Это тривиально. Конечно же, жеребята убежали к Зекоре и теперь что-то там делали сомнительное, потому как их белые ауры постоянно искажались синим цветом. На мое резонное замечание, дескать, сразу туда не пойти было, троица моих спутниц покачала головой, поэтому, выполнив свою задачу и указав кобылкам путь, я развернулся и отправился гулять по лесу в одиночку: надо было собраться с мыслями и выяснить, что делать дальше, с учетом внезапных моих изменений.

Итак: перво-наперво надо подыскать уютную пещеру, желательно скрытую от посторонних глаз. Затем мне необходимо восстановить еще хотя бы парочку боевых заклинаний. Ах да, работа, деньги и прочее: надо будет воссоздать "слезу Ночи" и посмотреть, как она тут приживется. Если хорошо — то понемногу, по мере сил, буду делать еще, в противном случае можно будет наняться к Эпплам, либо пойти в местное вооруженное формирование. Об обособленном выживании речи и быть не могло: опыт, полученный в Эврале и Веродаре, никуда не годился вследствие того, что единорог — это никоим образом не хищник, как тенекрыл, и вообще: убивать живых существ (насекомые не в счет) тут не просто не принято, а запрещено, табу.

Спустя половину часа поисков, я нашел, наконец, то что искал. Ну, если точнее, самый лучший вариант из всех, которые удалось встретить: больше смахивающая на нору, эта природная ниша была будто вырыта в небольшом скалистом холмике, надежно оберегаемая от посторонних глаз огромными листьями какого-то местного кустарника. Я бы ее так и не заметил, если бы не свалился прямо в нее, посчитав, что сквозь эти самые растения можно безопасно и безболезненно пройти. Брр. По крайней мере этот вариант был двухкомнатный (если можно так выразиться), а также прямо сквозь стену протекал маленький ручеек, облагородив который можно получить неплохую умывальницу. Хорошо бы еще добыть кровать и какое-нибудь подобие двери, чтобы превратить это место в "первоклассное гнездо тенекрыла", — как когда-то любил говорить Градар. Более тщательный обыск выявил парочку интересных вещей: во-первых, в одной из стен откололся знатный кусок камня, так что некоторые магические усилия вполне могут сделать из трещины нормальное окно, а во-вторых, в глубине пещеры было небольшое углубление, в котором можно сделать неплохой тайничок. Не идеал, конечно, но все равно повезло. Похоже, что у меня такой вот забавный талант — находить скрытые природные образования, в которых я и прячусь всегда: странная привычка, перешедшая ко мне от тенекрылов и истребить которую не удалось, да и желания как-то не появлялось более со времен обучения в Храме.

Все следующее утро (наконец-то удалось застать это время суток) я провел за воссозданием "Восстановления" — целительных чар, так мне сейчас необходимых. Провести ночь на каменном полу, пусть даже и на широких листьях местных трав, идея, мягко скажем, плохая, о чем тут же сообщило при пробуждении тело тупой ноющей болью. Когда я дракон — спать можно на чем угодно (можно даже на ветви дерева головой вниз — сильная мышца хвоста дарует эту возможность), а мягкие подушечки лап прекрасно позволяют лежать на твердых поверхностях. Но теперь я — пони, причем мягкотелый до безобразия, поэтому нужна кровать, срочно.

Последние штрихи копытом, начертавшие на руне мерцающие линии, и магический рисунок вспыхнул, засияв немного ярче.

— Ладно, фурия, сосредоточься...

На миг мне показалось, что сейчас опять произойдет что-то необычное, вроде молнией по голове или разброс случайных темных символов, и даже посмотрел на еле мигающие синим маленькие надписи на копыте, но нет, на удивление руна отозвалась мягко, будто бы желая быть активированной. Ну что же, это желание более чем выполнимо.

Черный дымок растекся по черному же телу, бережно, словно любящее существо, стирая все следы недавних приключений. Порезы и ранки быстро затягивались, синяки пропадали прямо на глазах и уже через пару секунд я был как новенький, и только картины из памяти напоминали мне о недавних событиях. Замечательное заклинание, которое, к счастью, мне теперь доступно. Супер...

"Но только требует чересчур много сил", — первая мысль, когда темнота в глазах прошла. Ничего себе: поддерживал магию каких-то жалких пару минут, а магических сил утекло столько, что хоть прям тут падай. Не дело это. Надо начать понемногу тренироваться, и, судя по всему, мне даже известно, с кем это можно сделать вдвоем.

## Глава 6. Повседневность

Глава 06. Повседневность

Прошла почти неделя моего пребывания в Понивилле. Если без подробностей, то в целом это время можно описать так: я жил. Серьезно, никаких боевых заданий, неприятных событий и прочих непотребностей. Просто по утрам в город приходил черный единорог, сворачивал к ферме Эпплов, где и работал половину дня, после чего заходил к Твайлайт. Многие уже считали, что мы с ней делаем что-то очень личное, но это не так: случайный посетитель библиотеки мог застать обоих единорогов за работой. Я объяснял ей принципы теории "Восьми элементов", не особо вдаваясь в подробности, вроде "откуда я все это знаю", а она, в свою очередь, рассказывала о некой "Магии дружбы" — судя по всему вариации эмпатии, причем, невероятно сильной. Однако ж, чары этой самой эмпатии оказались довольно интересны, так что ее лекции я слушал, можно сказать, с удовольствием.

Взаимовыгодное сотрудничество оставило на моем магическом арсенале весьма заметный отпечаток: Твай обучила меня телекинезу. Оказывается, в традиционном варианте, используемом Защитниками, просто недоставало еще одного символа, который (удивительно, неожиданно и удачно) был нарисован в одном из фолиантов библиотеки. Знак "Окутывания" — так я его бы назвал, войдя в символьный состав руны значительно повлиял на простоту чар, к тому же уменьшив расходы магической энергии.

Знаменательное событие тут же было лихо отпраздновано двумя маленькими бочонками с яблочным соком, которые великодушно подарила мне Эплджек.

Телекинез значительно упростил мне жизнь, так что теперь я мог манипулировать сразу несколькими маленькими объектами. Особо это оценила все та же самая Эплджек, когда я таскал воду из речки для полива бесчисленных яблонь. В один прекрасный момент мне просто надоело надевать/снимать аналог коромысла с четырьмя привязанными к нему ведрами, так что я просто взял и попробовал вытянуть из речки шар воды, и, к своему глубочайшему изумлению, сделать это получилось с первого раза. Переливающийся сферический объект послушно завис предо мной, сверкая в лучах вступающего в силу солнца.

— Вот бы мне так же научиться! — воскликнула не менее пораженная фермерша, встав рядом и во все глаза разглядывая аномалию.

— И толку? Поднял — это да, но сдвинуть его я не могу.

Эта чертова штуковина висела совершенно спокойно, несмотря на все мои потуги подвигать ею. "Насмехаешься", — появилась в сознании мысль. "Ладно, подтолкнем-ка водичку немножко".

Гравитационный щит сформировался позади сферы, собравшись в комок, а затем лопнул, оказав на нее сильное давление. Через две секунды мы с Эплджек невольно приняли освежающий душ.

— Ой.

После этого случая я решил поднимать шары поменьше, что весьма и весьма помогло, и с тех пор меня иногда можно было увидеть шедшим в окружении шести-восьми средних размеров пузырьков. По объему до ведер они не доставали, но нужда в ужасной палке-дуге пропала.

Пару раз я заглядывал к Рарити, чтобы узнать побольше об Эквестрийских драгоценных камнях и сделал забавный вывод: многие экземпляры были изумительно схожи с виденными мною ранее. Рубины, сапфиры, изумруды и даже алмазы — все здесь встречалось, притом в избытке. Многие костюмы модельерши были в прямом смысле тяжелые из-за навешанных на них самоцветов. На мой вопрос сколько же может стоить все это великолепие она лишь рассмеялась, мол, с друзей денег не беру, чем ввела меня в небольшой шок.

Но время удивлений, оказывается, не прошло: следующей "точкой необычных событий" был домик, из которого доносилась довольно приятная спокойная музыка. Струнные инструменты действовали на мое сознание немного усыпляюще, за что я их особенно любил. И, честно говоря, было странно, что в таком далеком от городов месте живут такие хорошие музыканты.

На короткий стук послышалось удивленное: "войдите" и я предпочел аккуратно пнуть дверь копытом, а не шокировать хозяина своей темно-фиолетовой аурой телекинеза.

— Привет, Найт, — сказала мятная единорожка, удерживая магией большой золотой инструмент, немного напоминающий арфу. На ее милой мордашке ясно читалось удивление, вызванное столь необычным гостем.

— Приветствую, — по привычке я совершил полупоклон и, теперь уже не особо стесняясь, закрыл дверь телекинезом.

С тех пор, как Эплджек на пару с Рэйнбоу перезнакомили меня со многими пони в городе, которые принимали участие в "Пинки-вечеринке", у меня стал появляться жгучий интерес к особенностям их жизни: чем поняши занимались, как работали и проводили досуг. Проснулся инстинкт "поиска дома", — как называли это явление в Храме. Это значило, что мир мне приглянулся в качестве места, в котором можно осесть странствующему воину. Хотя, если подумать, эта мысль появлялась и во всех других мирах...

— Лира, это, случаем, не ты — виновница столь прекрасной музыки, доносившейся с округи?

Похоже, столь явная похвала очень польстила музыкантше, заставив ее даже немного покраснеть в смущении.

— Ну, я просто тренировалась перед выступлением, — тихо поведала мне та, — может, кто-то другой играл?

«Ага, скромности ей не занимать...»

— Не притворяйся, твоя музыка великолепна! — я не преуменьшал: не так уж и часто в измерениях, затопленных войной, попадались такие вот таланты, и мало кто из них мог усладить чуткий драконий слух..., — можно маленькую просьбу?

— Ну-у-у..., — Лира замялась, похоже, борясь между стеснением и гордостью, — да.

Улыбнувшись, я подмигнул ей и сел на небольшой диван, оказавшись прямо перед ней.

— Сыграй для меня эту мелодию, а?

Конечно, отказать незнакомцу, который вот так расхваливал ее таланты, единорожка не смогла, и уже через несколько минут приятная музыка охватила меня, вырывая приятные воспоминания из прошлого.

~

Восседая на горе, словно каменное изваяние, черный дракон, совершенно невидимый на фоне ночного неба, пристально изучал раскинувшуюся под ним картину.

Подножие горы Шепотов было довольно необычным местом: средних размеров деревья, чья листва была расположена на самом верху, словно зонт, перекрывали собой весь солнечный свет. Остальная растительность представляла из себя преимущественно колючий кустарник и острые, похожие копья, травы. Но чудовищность леса удивительным образом перемежалась с красотой его жителей: Виспы — маленькие насекомые, излучающие свет всем тельцем, драмиуры — маленькие магические создания, очень смахивающие на кошек; ночью они всем выводком забираются на деревья, создавая тем самым причудливые белесые узоры, а также стафиры — большие (и довольно вкусные) черепахи с двумя панцирями, частенько оказывающиеся облепленными маленькими виспами настолько, что выглядели как живые фонари.

Бродячие музыканты, в сопровождении двух вольных рыцарей, устроили посреди этого великолепия маленький лагерь и теперь неспешно разводили костер, даже не подозревая, насколько близко они находились от тайного убежища Защитников.

"Два, три, четыре... и еще парочка мечников в придачу. С ума они сошли, что ли, ходить по Мерцающему лесу в таком вот виде? Да их любая хищная тварь сгрызет и не заметит", — пронеслось в голове дракона, после чего тот расправил крылья и взлетел, впрочем, тут же изменил направление полета и бесшумно юркнул вниз, под защиту деревьев. Вполне логичное желание — разузнать побольше о незваных гостях методом подслушивания и подглядывания.

По взмаху черной, закованной в прочную природную броню лапы, тело рептилии с тихим звоном растворилось в темноте, лишив лесных жителей и людей последней возможности его заметить.

— Обливион бы побрал этот "духовный альянс", — в сердцах выругался один из рыцарей, делая взмах воображаемым клинком, — почему они так ненавидят нас?

— Не вас, — покачал головой человек в широкой шляпе, — и даже не самих музыкантов в целом, тут все дело в наших произведениях, понимаешь?

— Да уж куда там..., — обреченно выдохнул третий, заметно выделяющийся среди остальных огромным арбалетом, мирно висевшем у него за спиной, — все, что не по вкусу нашему "уважаемому" императору без разъяснения причин отправляется в забвение, будь то музыка, или люди.

Он плюхнулся прямо на землю и взял в руки свое оружие, грозно блеснувшее в лунном свете стальным болтом, взведенным и готовым к полету. Маленькие руны по бокам удерживали снаряд, не давая ему случайно выпасть.

— Да, — снова потянул тот, что в шляпе, — надеюсь, что все когда-нибудь изменится...

Второй рыцарь, доселе стоявший молча, хмуро осмотрел окрестности и принялся бродить вокруг, что-то высматривая. На его бедрах болтались два кинжала, а на спине висел ну просто очень большой тальвар, что ясно показывало: этот человек был выходцем одной из гильдий Воинов. "Похоже, бедняга не выдержал царивших там нравов и сбежал, иначе объяснить его появление тут невозможно".

— Не изменится, Сау, слишком империя въелась в общество, чтобы вот просто так ее сбросить, — обратился "арбалетчик" к своему товарищу, а затем вытащил из потайного кармана маленькую флейту, поднес ее к губам и принялся наигрывать спокойный мотив.

Двое других, облаченные в плотные кожаные куртки с гербами империи, основательно затертыми, но все еще виднеющимися, вытащили из-за пазухи крошечные арфы и начали медленно перебирать струны.

Эти три незамысловатых инструмента вместе звучали так прекрасно, что наблюдавший за этим дракон невольно заслушался. Эти бродяги играли очень и очень виртуозно, совсем не так, как делали это другие музыканты, выступающие во всяких богоугодных заведениях. Не было в мелодии резких прерываний, пафоса и постоянных для этого мира частичек марша. Чистая, красивая музыка, какую не стыдно будет сыграть даже в Храме.

Но как бы то ни было, люди находились совсем не в городе, и даже не в сельской местности. Со стороны речки, протекающей сквозь лес, но не доходящей до горы, к источнику звука медленно приближалась тварь, отдаленно напоминающая огромную собаку, но имеющая, четыре уха и большие костяные наросты по всему телу. Вельвер — опасный хищник, к тому же настолько "бронированный", что обычное оружие его не берет.

"Показаться на свет, или они сами справятся?", — помялся в нерешительности дракон, но затем вновь продолжил пристально вглядываться в ночь, не совершая движений.

Прошла целая минута, прежде чем люди стали смутно ощущать опасность: один рыцарь начал беспокойно озираться, тогда как второй принялся поглаживать рукоятки своих кинжалов. Забавные рефлексы — чуть что, сразу демонстрировать силу, как будто бы это может разрешить конфликт. Хотя, надо заметить, этот способ иногда помогал, но только не в этот раз.

Собакоподобный хищник, видимо, удовлетворившись достаточной близостью к жертвам, перестал скрываться и, сопровождаемый треском ломающихся кустов, бросился вперед в стремительной атаке. Его не остановил стальной снаряд, тут же выпущенный арбалетчиком, а красивый меч с расписной рукоятью смог только жалобно звякнуть о костяные доспехи, лишь царапнув их. Платой за подобную дерзость оказался мощный удар лапой в грудь, откинувший воина на несколько метров.

"Так, ясно, мой выход".

Крылатый зверь резко выскочил из своего укрытия, в два прыжка оказавшись рядом с вельвером. Мощный толчок передними лапами отбросил тварь подальше от людей, а короткий импульс ночи контузил ее, существенно замедлив все движения. Еще прыжок, чтобы сделать удар, но в этот раз костяная собака опередила своего противника, рванув вперед и ударив того в чешуйчатую грудь.

"Внезапно, надо ударить чем-то твердым, пока действо не обернулось для меня плачевно", — подумал тот, отлетая и зарываясь задними лапами в землю в попытке устоять.

Дракон мгновенно взмыл вверх, одновременно "импульсом" опрокидывая вельвера на землю, а затем, плотно прижав крылья к бокам обрушился на него черным телом, оглушая и буквально вминая в землю. Сокрушительный удар выбил из твари сознание на долгое время, тем самым дав людям возможность уйти живыми.

— Черт, теперь чешую придется чистить, — притворно грустно произнес победитель этой маленькой схватки, осматривая оцарапанные нагрудные пластинки, тесно жавшиеся друг к дружке, а затем собрался улететь... но был остановлен настойчивым чувством близкой опасности. То самое мифическое ощущение, раз за разом спасавшее черную шкуру, но при этом яростно отрицаемое всеми учеными всех миров не подвело и сейчас: резво развернувшись рептилия узрела человека, приближающегося к ней с тальваром наперевес.

— За свободный Эврал! — проорал тот, мгновенно бросив затею подобраться незаметно и разбежался, вскидывая изогнутый клинок над головой.

"О Тьма, что за идиот!".

— Я тебе сейчас как дам, "за Эврал", что всю оставшуюся жизнь только и будешь меня вспоминать! — не остался в долгу крылатый зверь, повернувшись боком и выбросив крыло так, что его костяная кромка ударила по тальвару, отбив его назад и вынудив человека потерять равновесие, — я им тут, понимаешь, жизнь спас, а они за это решили отнять мою...

Ошарашенный рыцарь перехватил свое оружие поудобнее и молча, но уже не так уверенно двинулся в новую атаку, стараясь игнорировать наигранно-обиженный взгляд желтых глаз с вертикальным зрачком.

— Фаррай, убери оружие, — внезапно произнес "арбалетчик", сам опуская свое огромное орудие и делая рукой знак другим, в результате все, кроме нападавшего на меня, спрятали свои железки в ножны.

— Это же дракон, Твар! — вместо требуемого действия крикнул воин, однако же остановился.

— Ну спасибо, что хоть летучей мышью-переростком не назвали, — произнесла рептилия насмешливым тоном, садясь на задние лапы и обернув себя крыльями.

Этот простенький жест вконец сломал логику бедняги-рыцаря, в результате чего тот воткнул свой тальвар в землю и бессильно, аки старичок, на него оперся, смотря неверящим взглядом на дракона, который, прямо как маленький ребенок, спеленался и выглядел донельзя мило.

— Дракон, который говорит — удивительное явление, — произнес человек в шляпе, подойдя к черной туше и усаживаясь рядом, — кто ты?

Остальные музыканты и хромающий рыцарь, которому очень сильно досталось от вельвера, не посмели приблизиться столь близко и расселись на камнях в двух-трех метрах от крылатого зверя.

— Я тут вроде как местный обитатель, а вот вы кто такие? Здесь проходит, скажем, не очень много людей...

— Людей? Что ты вообще о нас можешь знать? — очнулся от транса рыцарь, которого назвали Фаррай.

Тальвар был вытащен из земли, бережно очищен и занял свое обычное место в ножнах за спиной, а его владелец уселся рядом с Сау.

Выждав, пока все более-менее успокоятся, рептилия встала и раскрыла пасть, откуда неспешно выплыла большая фиолетовая сфера, покрытая сеткой.

— Вот, — со звоном выехавший из лапы коготь ткнул в бок фигуры, оставив на ней явный белый след, — здесь расположена столица Эврала — Картар, — коготь переместился чуть дальше, оставив за собой белесый путь, — это Мерцающий лес, мы находимся вот тут, — рядом с концом линии появился маленький треугольник, — гора Шепотов, — рядом с треугольником нарисовался кружок, — ближайшее поселение тут. Вроде как-то так, если не ошибаюсь, — крылатый вновь сел, всем своим видом демонстрируя невозмутимость, хотя оглушенный вельвер вскорости мог прийти в сознание.

Двенадцать глаз внимательно глядели на сферу, не в силах оторвать от нее взгляд. Момент явно затягивался, поэтому дракону пришлось немного поурчать, чтобы привлечь к себе внимание.

— Тут оглушенный хищник лежит вообще-то, — недовольно произнес он, случайно проявив свои эмоции бесконтрольным вилянием хвоста, — предлагаю удалиться..

~

— Найт, Найт! — услышал я взволнованный голос, принадлежащий кому-то смутно знакомому, — с тобой все в порядке?

«По сути не очень». Глухо прошипев на драконий манер, я попытался разлепить глаза и осмотреться. Где я и почему голос женский, когда в группу входило шестеро мужчин?

— Да не очень то...

«Нет, вспомнил!» Музыка, лира, Лира, зашел в гости... Брр, это был всего-лишь сон, "привет" из прошлого, навеянный, видимо, неплохой игрой единорожки. Заснул, когда она играла для меня... Ужас, стыд, и это было предсказуемо.

— Прости, прекрасная музыка для меня подобна снотворному, — смущенно произнес я, встав с дивана и выпрямившись во весь свой немалый рост.

— Ах, это, — ощутимо успокоившись, мятная единорожка отпустила из поля телекинеза какие-то странные белые штуки, очень смахивающие на бинты и постаралась сделать вид, что они вообще никак ко мне не относятся, — ну да, иногда я и сама засыпаю за игрой, — она улыбнулось и я последовал ее примеру, — а ты крепко спишь, кстати.

"Эмм, что? К чему бы это?"

— Ну... Спасибо за комплимент, если это был он, конечно. А с чего ты это взяла?

~

Солнце снова медленно закатывалось за горизонт, "радуя" меня красными оттенками мира. "Опять проспал весь день, да что же это такое в самом деле?" Пошел исследовать город... завалился спать у кобылки и на этом путешествие окончилось. Обреченно вздохнув, я повернул в сторону библиотеки и не спеша побрел в гости к своей новоявленной фиолетовой подруге. А куда спешить? Впереди вся ночь.

— Твай, ты дома? — выкрикнул я, когда мне надоело безответно стучать в дверь.

Не то чтобы хотелось получить ответ. Это было сделано просто для проформы, поэтому совсем неудивительно, что никто не ответил. "Опоздал", — пронеслась в голове немного грустная мысль. "Ну что ж, раз ее нет, значит, что-то важное, завтра зайду".

Вновь поворот, и теперь уже неспешное движение в сторону Вечносвободного леса, в глубине которого сиротливо притаилось мое персональное гнездышко. Сидеть на шее у Твайлайт для меня было как-то дико, хотя единорожка сама намекала, что мне можно оставаться на неограниченный срок. До чего же доброе создание... Прикинув в голове, сколько придется цокать по камню, а затем топать по земле, я горестно вздохнул и представил на секунду, что у меня на спине развеваются два могучих кожаных крыла. Увы, мой облик — единорог, а никак не пегас, так что двигаться могу только по земле, пока не исправлю "смену облика".

Пожив в городе с неделю, я заметил, что многие единороги совершенно свободно и раскованно используют свою магию вообще любых свойств, как-то даже проходил один огненный левитируя перед собой большой "шар пламени", который, сорвавшись, мог преспокойно выжечь пару домов. Опираясь на полученные знания, мною был сделан вывод, что "лицензии на опасную магию" тут попросту нет, так что я создал руну очередного заклинания и приказал ей двигаться передо мной. Тем самым столь длинный путь обещал стать не таким скучным... и он им не стал. Где-то через пару минут я стал замечать, что привлекаю нездоровое внимание окружающих. «Интересно, с чего бы это? Подумаешь, периодически руна недовольно вспыхивала, отказываясь работать, но это не должно было выглядеть необычно. В чем дело-то?» Попробовать идти с каменной мордой не вышло: пони все равно странно на меня глазели и это начинало немного раздражать. Жаль, "покров ночи" пока что был для меня недоступен: невидимость при таком внимании к моей персоне была бы очень кстати.

В конце концов, не выдержав, я с громким фырканьем (аналогичный звук у тенекрыла — глухое рычание, был куда красноречивее, как по мне) развеял руну и ускорил шаг, дабы прийти домой побыстрее и продолжить довольно интересный начатый проект: "коса ночи", но буквально через пару минут, подняв взгляд, увидел всю ту же странную картину. На меня так же смотрели, когда мои метки еще не проявились, поэтому просто для очистки совести я взглянул на свой круп...

Ну, красивые рисунки, представляющие из себя пересекающийся с молнией полумесяц, никуда не делись, да и не они были объектом внимания: из моей спины вырывались два пульсирующих потока энергии, по форме очень и очень похожих на драконьи крылья. "Вот тебе и пожелал".

Такую возможность упускать ни в коем случае нельзя, поэтому я встал как вкопанный и попытался ощутить эти магические конечности, как если бы они были частью моего тела, но увы: либо это просто красивый эффект, либо самопроизвольно появившись, заклинание работало неверно. В Храме нам частенько такое показывали, чтобы научить "молодняк" искусству создания все новых и новых чар, поэтому я точно знал, что делать.

Новая руна засияла предо мною, понемногу вбирая в себя символы "магических крыльев" (как я их обозвал). Вот теперь вокруг меня начала в прямом смысле собираться толпа. Такое зрелище здесь, наверное, в диковинку. Немного раздражает, если честно, пристальное внимание, поэтому когда новое заклинание "переехало" на руну, я развеял ее, сказал, обращаясь ко всем: "всего лишь эксперимент, не волнуйтесь" и галопом помчался в сторону леса, желая сейчас уединения.

~

И все-таки скрытые места, в которых я обитаю, просто идеальны. Как бы мне не нравилось общество цветных пони, но одиночество было привычнее. Многие Защитники твердили, что это большой минус, что затворнический образ жизни мешает нормальному вливанию в социум, но я ничего не мог с собой поделать, хотя и соглашался с ними, да. Вот и сейчас, стоя в центре темной пещеры, уже обставленной по-минимуму, я ощущал знакомое чувство, навевающее покой, умиротворение. Вся ночь была в моем распоряжении, и следовало потратить ее с пользой. Как ни крути, но мой репертуар заклинаний атаки и защиты был невероятно беден, а тактические чары вообще — в единственном экземпляре.

"Не дело это".

~

Если судить по тому, что в некоторых местах остались следы легких тычков, а в основании шеи, где у пони находится болевая точка, заклинание исследования выявило крошечный укус, спал я действительно крепко. «Теперь придется говорить странные вещи... опять». Мне даже жалко стало мятную пони: бедняжку теперь, наверное, мучает совесть.

— Ладно тебе, Лира, ну потыкала ты меня, когда я спал, и что? — почти отчаявшимся голосом произнес черный единорог, устав созерцать поняшу, которая лежала на полу, от стыда укрыв голову передними ножками. "Вот кто меня просил поделиться с ней результатами работы заклинания, исследовавшего мое тело?

— Так нельзя делать, извини-и-и, — потянула та, не меняя позу, что меня не очень устраивало.

Меня вообще ничего не устраивало: это я провинился, совершенно глупо заснув в чужом доме, но виноватой, почему-то считает себя именно хозяйка. Вот и проявилось первое крупное несоответствие моего понимания мироустройства и, собственно, мира.

— Раз сто тебя просил, ну хватит так себя вести, — почти жалобно произнес я. Уже давно мне хотелось просто погладить ее по гриве (аналог "приобнять" у людей, насколько я понял), но делать это не спешил: вдруг что-то сделаю не так, испорчу с ней хорошие отношения... "Да и Хаос с ними!", — наконец пришла ко мне в голову озорная мысль. Око за око, хм? А ведь сработать может, причем с большой вероятностью.

Очень тихо я подошел к Лире сбоку, чтобы она раньше времени не заметила моих небольших махинаций, тщательно прицелился и, быстро опустив голову, легко укусил ее в то же самое место, где это ранее сделала мятная единорожка мне. Эффект превзошел все ожидания: коротко пискнув, моя жертва мгновенно вскочила на четыре ноги и одарила меня таким взглядом, что сразу стало понятно: победа.

— Так нечестно, — выдохнула она, полыхая почище огненного шара.

— ...но зато весело, — не остался в долгу я и сразу перешел в атаку, — теперь мы квиты и ты не можешь считать себя виноватой, верно?

— Все равно...

— Нет, не все, ты извинилась, а теперь прими мои извинения за то, что я случайно уснул в твоем доме.

Маленькая словесная ловушка захлопнулась.

— Ну..., — было видно, что ее еще мучают сомнения и слова даются ей с некоторым трудом, — ладно.

~

Завершающий штрих, и символ Тьмы с готовностью полыхнул, отослав по смежным линиям маленькие импульсы к другим, озарив руну темно-фиолетовым сиянием. Всего-то час, и чары были готовы к действию. Поразмыслив немного, я решил, что около моего гнездышка можно устроить мини-полигон для испытаний "Косы ночи". Смысл его состоял в том, что мой хвост (в теории) пропитывался магией настолько, что резкое движение этой частью тела вызывало волну энергии, летящей по прямой и режущей даже металл. Хотя все тут зависело от силы взмаха; идеальный вариант — кувыркнуться в воздухе.

Преодолев заслон из больших широких листьев, я выбрался на поверхность и свернул к протекающей неподалеку речке. Ночью мало кто купается, так что можно вдоволь настреляться, не опасаясь за чью-либо жизнь. Прогуливаясь вдоль одному мне ведомой тропинки, я неожиданно вспомнил Храм, с его большой рекой, вдоль которой располагались красивые природные пляжи, на которых было замечательно валяться, созерцая звездное небо; путь до таких уголочков отдыха проходил как раз сквозь густой Лес Друидов, очень похожий на Вечносвободный. Ах, ностальгия...

## Глава 7. Синергия

Глава 07. Синергия

Синергия — суммирующий эффект взаимодействия двух или более факторов, характеризующийся тем, что их совместное действие существенно превосходит эффект каждого в отдельности.

Мягко зевнув, я перекатился на другой бок и накрылся одеялом с головой; сложно еще применять телекинез, не видя объекта, но некоторые успехи у меня уже есть, вот как сейчас: мягкий плед с рисунком в виде звездной россыпи (Рарити — просто мастер) по моему желанию переместился чуть выше, захватывая в свои пушистые объятия и торчащий доселе рог. Не знаю почему, но эта штуковина очень переживала холод и начинала ощутимо побаливать, если температура прыгала словно спешащий куда-то кролик. Хаос, как вспоминаю, сколько я натерпелся, пытаясь понять, как правильно ухаживать за драконьей чешуей... если рог будет вести себя также, спилю его и уничтожу!

~

Уже через час мою выспавшуюся довольную физиономию наблюдала Твайлайт, на мордочке которой читались совсем противоположные чувства. Длительность сна ее ужасала: почти прошла первая неделя моего пребывания в Эквестрии, а я уже загорелся желанием разучить снотворное заклятье, или, на худой конец, раздобыть подобное снадобье.

— Твай, ты вообще спишь ночью? — поинтересовался я у нее, доставая из седельной сумки ярко-красные ягоды, произрастающие совсем недалеко от моего гнездышка;

Зекора просто мастер-алхимик, так что некоторые рецепты "на всякий случай" уже были мною записаны.

— Разумеется, — ответствовала она, однако же приняла мой маленький дар, с довольным видом сжевав "Сноягоды". Довольно забавно звучит это название, когда эффект от поедания плодов совсем другой: сонливость стряхивает почти мгновенно, да и вкус весьма приятный.

— Ладно уж, не мое это дело, — я покачал головой проходя в гостеприимно распахнутую дверь библиотеки.

На самом деле "библиотека" — это официальное название, не имеющее почти ничего общего с настоящим положением дел. Я назвал бы это "исследовательская лаборатория". Чего только стоил подземный этаж (корни дерева, торчащие из стен, прилагаются), в котором располагались десятки колб со странным содержимым, какие-то инструменты и техника, работающая на магии! А хранилищем книг, похоже, пользовалась больше всех сама единорожка, судя по обилию учебно-справочного материала и совсем небольшому количеству приключенческих романов и прочих увеселительных произведений.

Сегодня мы с Твайлайт решили провести совместный эксперимент по воссозданию полуготового заклинания "магические крылья". Сколько раз я доселе не пытался сделать это в одиночку, всегда получалось одно и то же: красивые магические отростки, пошевелить которыми не получалось вовсе. Но теперь все должно быть по-другому: Твай как-то проговорилась, что у нее где-то есть подобное заклинание, так что попытаться преобразовать мое, думаю, получится. Это радовало, а единорожка так вообще — чуть с ума не сошла от счастья. Оказывается, она уже давно хотела попрактиковаться в магии с кем-нибудь еще, но в Понивилле не проживали достаточно образованные маги.

— Странное заявление, Твай. Я тут видел единорогов, которые помогали строить здания и делали они это куда как виртуозно, — ну не получалось у меня понять, почему меня записали в "продвинутые".

— Они умеют применять одно-два заклинания, не более того, — фыркнула та, телекинезом вытягивая с одной из полок книгу с потрепанным временем переплетом, — вот, "чары преображения".

Она уселась на мягкий диван подвесив книжку в светло-фиолетовом поле и призывно хлопнула хвостом рядом, что явно было приглашением. До сих пор не могу понять, почему пони пользуются стульями и диванами, садясь на них на крупы, а не ложась на живот; так же много удобнее! Однако случай — это наше все, поэтому пришлось вздохнуть и сесть (в буквальном смысле) на свой черный хвост, привалившись плечом к плечу единорожки. Вот в такой необычной позе мы и принялись читать.

Когда-то давным-давно, будучи простым мальчиком еще на Земле, я искренне не верил в магию, а затем, когда уже стал учеником Храма, в волшебных существ и разумных представителей нечеловеческой цивилизации. И вот сейчас мое тело явственно ощущало тепло существа, обладающего магией, разумом и лошадиным телом. Хотя самое необычное, пожалуй, это то, что я сам представлял из себя нечто подобное...

— Смотри, вот заклинание магических крыльев! — наконец произнесла мне на ухо Твай, ткнув копытом в маленькие строчки, обведенные для наглядности коричневой рамкой.

— Ничего не понимаю, если честно, — выдавил я из себя, безуспешно пытаясь прочитать неведомые буквы. К сожалению, "червоточина" даровала только основной разговорный, грубо говоря "стартовый набор" языков, так что редкие, мертвые и прочие приходилось разучивать самому, если было необходимо.

— Как не понимаешь? — искренне удивилась единорожка, повернув голову и взглянув на меня, — но это же древнеэквестрийский! На нем строятся все известные заклинания!

"Ага. Руническое и словесное описания магии... Оба способа одинаково хороши, тут дело во вкусах. Вот только... Как мне показать то, что я пользуюсь рунами?"

— У меня другой способ управлять чарами, Твай. Смотри.

Мой рог полыхнул черным цветом, и в воздухе соткался пульсирующий ромб, зависший точно на одном уровне с книгой. Вообще, такие штуки довольно красивы, особенно когда вокруг нет света, но на данный момент руна выглядела блекло, отчасти потому, что была абсолютно пуста.

— Эээ, — потянула Твай, разглядывая магическую рамку, — и?

Сосредоточившись, я представил руну "магических крыльев" в моем исполнении и мысленно перенес ее на уже существующую, в результате чего пустота рисунка быстро заполнилась символами и связующими линиями.

— Вуаля, — не удалось сдержаться мне, — это мое представление о фундаментальных основах заклинаний.

Умные слова... Как же они много значат в обычных разговорах, особенно, когда твой собеседник их не ждет.

— Ты в этом разбираешься, да? — у Твайлайт загорелись глаза, — я думала, что этому учат только в Академии... Ты ведь там не учился? Или я тебя просто не помню?

— Сто-о-оп, — наморщился я, опустив уши: немного неожиданные и непонятные вопросы, — не спеши так, не было там моей персоны. Вроде.

"Возможно, это то самое высшее учебное заведение для единорогов в столице Эквестрии?" Мне тут как-то один проезжий однорогий пони (нет, серьезно, у него была пустота заместо мозгов и зашкаливающее чувство собственного достоинства, поэтому назвать его как-то еще не получается) все уши прожужжал насчет этого.

— Ты совсем ничего не помнишь из прошлой жизни? — сказала единорожка и взглянула на меня с сожалением так, что я неуютно поежился.

Все я прекрасно помню, вот только рассказывать об этом желания нету никакого: неясно еще, как отнесутся мирные пони к такому жестокому оружию, что представлял из себя черный единорог. И вообще, странно это, что Твай уговорила меня научить ее нескольким "бытовым" заклинаниям, которые доселе были в этом мире неизвестны. Большая промашка. Надеюсь, она выдаст их за свое собственное изобретение и не вплетет туда Найта.

С легким скрипом дверь в библиотеку отворилась и в нее ввалился маленький дракончик, работающий у единорожки помощником, таща на спине мешок с подозрительно выпирающими боками. Хоть я и пробыл в этом измерении намного больше одного дня, некоторые вещи все равно вызывали неподдельное удивление. Вот и сейчас вид целого мешка драгоценностей поверг меня в удивление, а когда Спайк с довольным видом вытащил оттуда небольшой рубин и закинул его в рот, после чего довольно схрумкал, в шок.

— Никогда не видел, как питаются драконы? — теперь уже с насмешкой спросила Твайлайт, доставая с соседнего столика блокнот с пером и что-то там записывая.

— Нет, ни разу, — честно признался я, пытаясь представить, смог бы есть цветные камни будучи в облике тенекрыла.

"Кстати о еде. Поговаривают, что в Эквестрии едят рыбу, вкус которой я уже успел позабыть. Надо бы наверстать упущенное".

Тем временем народу в библиотеке снова прибавилось: в приоткрытую дверь влетела голубая пегаска и приземлилась точно в середине залы, с вызовом на меня глянув. "Эй, при чем тут я вообще?".

— Да, Рэйнбоу? — ничуть не удивившись произнесла единорожка, продолжая что-то там у себя строчить.

— Я прилетела за новой частью Дэринг Ду, — радостно сообщила пегаска, доставая из рюкзака немного потрепанную книжку и аккуратно, с помощью (о, ужас!) рта кладя ее на стол.

Меня аж передернуло от такого обращения с литературой, что конечно же сразу передалось Твайлайт.

— Переплеты обтянуты особо прочной влагоустойчивой тканью, повредить их зубами сложно, — словно угадав мои мысли задумчиво проговорила единорожка, — Дэш, следующая часть лежит во втором шкафу на четвертой полке сверху, — а это уже обращение к пегаске.

Если я правильно уяснил из повествования Твай о ее подругах, Рэйнбоу была больше спортсменкой, чем интеллигентом, так что ее походы за рассказами... ой да ладно, просто желание читать было нечто из ряда вон выходящее. Ну и конечно, разобраться в книгохранилище Твай было непосильной задачей для непосвященных, поэтому вздохнув, я поднял свой круп с нагретого места и протопал к невзрачному шкафчику, в котором было меньше всего полок. "Четвертая сверху значит вторая снизу...", сплошной ряд из зеленых переплетов, Хаос.

— Эээ, а номер книги? — в том же Веродаре в арканеумах было куда как проще: архивариус приклеивал к корешкам бумажки с опознавательными символами.

— Пятая справа.

"Третья слева". По-нормальному невозможно... Искомая третья окуталась темным сиянием и выехала со своего места, пролетев по воздуху и приземлившись прямо в седельную сумку к Рэйнбоу, вызвав благодарный кивок той. Чувствую себя библиотекарем.

— Готово! — вновь радостно сообщила хозяйка дерева-дома и захлопнула блокнот, а затем встала на пол и немного нагнула голову, прикрыв глаза. Ее рог тут же засветился белым светом, после чего ярко вспыхнул, окружив единорожку целым роем маленьких светлячков, постепенно сложившихся в прекрасные полупрозрачные ткани, очень похожие на крылья бабочки. Красивый эффект, довольно качественная магия. Похоже, что ученица коронованной особы весьма сильна в чародействе, сильнее, чем я сначала предполагал.

— Впечатляет, — задумчиво выдал я, но мое мнение мгновенно утонуло в возгласе пегаски:

— Впечатляет?! Да это же о-фи-ген-но! — она стремительным рывком преодолела расстояние, отделявшее ее от Твай и во все глаза уставилась на магические порхалки, раскрыв свои и периодически сравнивая перья и тончайшую фиолетовую материю.

— Спасибо, Рэйнбоу, — немного смутилась единорожка, — как оно, похоже? — а это уже обращение ко мне.

"Как у меня, только более... изящно что-ли". Другой вопрос, как это мне поможет?

— Похоже на мое, только форма более красивая, — чуть напрягшись, я перелил в руну немного энергии и на этот раз почувствовал, как по спине заструились мои собственные магические конечности, — вот как-то так.

Бедная Дэш... теперь ее просто разрывало надвое чувство интереса. С одной стороны светло-розовая бабочка, а с другой темно-фиолетовая летучая мышь. Прямо как в сказке.

— Ты не фестрал случаем? — наконец выговорила пегаска, подойдя ко мне и тронув копытом крыло, на что то тут же среагировало слабым мерцанием, — уж очень похож, тем более черный...

— Дэш! — возмущенно вскрикнула Твай, подойдя к нам, — при чем тут фестралы? У них ведь даже рога нет! Тем более нормальной гривы.

"О чем это они?"

— Да шучу я, шучу! — вредно захихикала пегаска и сделала, видимо, дружеский жест — стукнула своим крылом по моему.

В мгновение ока странная чужая магия подавила мою, и мерцающая конечность рассыпалась тысячей затухающих искорок, оставив свою "сестру" в одиночестве.

— Эээ, что за... — только и успел сказать я, прежде чем дестабилизированное заклинание со звоном развеялось полностью, взметнув в воздух дугу темной энергии.

Внезапно, пегасы обладают магией? Насколько я мог судить, колдовать — это прерогатива единорогов.

— Ой, прости меня, — наконец скинула с себя оцепенение Рэйнбоу, сделав виноватое лицо и немного попятившись, — я не хотела, честно-честно.

— Да все нормально, — пришлось немного помотать головой, чтобы развеять неприятное ощущение сорванного заклятия, — честно говоря, я не ожидал, что твоя магия подавит мою, что она у тебя вообще есть.

Хотя, теперь мне стало понятно, как столь небольшие крылья вообще удерживают летающих пони в воздухе. Размах моих крыльев в облике дракона был больше, чем расстояние от кончика хвоста до носа, так что я до сего момента искренне недоумевал по этой теме. Магия... возможно, воздух? И такая сила, что хоть барьеры ставь со страху!

— У всех пони есть магия, Найт, — перешла на лекторский тон Твайлайт, — просто единороги могут управлять ею лучше других.

— И это широко известно! — поддакнула ей немного обиженная моим заявлением Дэш.

"Но не распространяется на другие измерения".

— Мои извинения, *немного* запамятовал, — противная голубая зараза: секунду назад извинялась, а теперь же переходит в атаку, — надеюсь, я прощен?

Твай скорчила недовольную гримасу а Дэш демонстративно высунула язык.

"Однако... раз магия пегасов неразрывно связана с полетом, то, может, мне стоит немного побольше о ней узнать?"

— Отлично, — меня повеселила реакция пегаски, — можно мне осмотреть твои крылья? — обратился я к ней.

~

Жуткая боль в спине понемногу утихла, наконец отпустив восвояси черную пелену, застилающую взгляд. Дежавю? Похоже, что нет. Моему взгляду открылся деревянный пол на котором, к счастью, я стоял на своих ногах. Импульс сканирующего заклинания пробежался по телу, показав стандартный набор синяков и ссадин, полученных недавно во время очередной прогулки по пути "гнездо-Понивилль", но никаких более травм не было.

Боль вновь заявила о себе коротким импульсом, заставив меня стиснуть зубы.

Почему это случилось, было для меня решительно непонятно. Неправильные чары оставили бы свой след, будь то рана, сломанная кость и иже с ним, но шкурка была в совершеннейшем порядке.

— Это оно? — спросила Рэйнбоу, подозрительно пристально смотря на мою спину.

Мой взгляд невольно переполз в том же направлении, выцепив довольно необычное зрелище: два фиолетовых полупрозрачных полотна, в которых отчетливо виднелись выступы, похожие на перья, окаймленные черными полосами энергии тьмы. Ах, крылья! В первую очередь надо было посмотреть на них. Вот это значительно больше мне понравилось: два фиолетовых полупрозрачных полотна, в которых отчетливо виднелись выступы, похожие на перья, окаймленные черными полосами энергии тьмы. Маленькие разряды молний проскакивали то тут, то там, освещая тонкую материю ярко-синими вспышками. Красота! Только побаливает немного, но все равно — цель достигнута.

~

Как это... обыденно? Ненормально для уже привычного вечного ожидания боевых действий? Одно дело, когда сражаешься, кровь бежит по жилам, гонимая взбесившимся сердцем, магия полыхает вокруг, доставляя ощущение мощи, а другое — когда все спокойно, размеренно, тебя окружают заботливые существа и ты невольно проникаешься их стилем жизни, становишься мирным, так сказать.

Примерно такие чувства я испытывал, стоя в центре просторной залы библиотекии делая периодические взмахи крыльями по сигналу Твай. Они с Рэйнбоу уже с десяток минут "мучали" меня, причем если пегаска уже просто баловалась, тыкая в магическую материю сгибами ноги и наблюдая возмущенные искры в местах соприкосновения, то единорожка постоянно применяла какое-то свое сканирующее заклятье и после этого записывала результаты в свой блокнотик.

"Подопытный кролик". Причем, отказаться от процедур я не мог, потому что во-первых это было невежливо по отношению к двум поняшам, сыгравшим немалую роль в становлении этого заклинания, а во-вторых что-то изменилось в Ночной фурии, из-за чего огорчать своих новых друзей было для меня равносильно предательству.

— Уже скоро, — сообщила мне фиолетовая мучительница и применила магию еще раз, заставив встрепенуть мои защитные чары. Ставшее уже привычным ощущение облачка чужой энергии вновь заявило о себе, на этот раз, правда, послабее. Все правое крыло подернулось светлой дымкой, на секунду онемев, но затем рог Твайлайт погас и магические конечности снова были в моем распоряжении.

— Странно, как будто эти штуки, — она подошла и по примеру Дэш легонько тронула материю ножкой, отчего та ярко засветилась, — являются продолжением твоего тела. Я такого никогда не видела.

Устало вздохнув, единорожка крикнула Спайка, а пока он очухивался и сбегал по лестнице, успела спустится на нижний этаж, оставив меня наедине с радужногривой пегаской.

— Ты обязан полетать со мной, Найт, — быстро прошептала та, демонстративно распустив свои голубые крылья во всю ширь.

"Хвастунья"

— Будешь моим учителем, — не остался в долгу я, в свою очередь раскинув свои магические полотна, которые были ощутимо больше и куда как более красивые. На мой взгляд.

Дэш это не остановило: она сделала пару быстрых взмахов, показывая всю мощь маховых мышц. "Вызов принят". Сосредоточившись, я простер крылья максимально широко и согнул их у основания вниз, а затем, приложив немалые усилия, приподнял кончики. Ловкость. Зигзаг получился забавный и, похоже, впечатлил ценительницу полетов, потому как та, обиженно всхрапнув, попробовала повторить трюк.

— Эм, а где Твайлайт? — внезапно разрушил нашу безмолвную битву не вовремя подоспевший дракончик, из-за чего я рефлекторно собрался, заодно схлопнув магические конечности на спине, а Рэйнбоу резко подпрыгнула и зависла под потолком, зыркнув оттуда так, что на месте Спайка мне бы захотелось убежать. Но как бы то ни было, тот совершенно преспокойно обвел нас всех взглядом в ожидании ответа.

— Она спустилась вниз, — наконец разорвала тишину пегаска и спрыгнула на пол, незаметно хлестнув хвостом мой круп, мол, "обещал".

— И, видимо, сейчас подойдет, — вторил я ей, в свою очередь хлопнув фиолетовой прозрачной материей по голубой спине. Более стабильное, нежели раньше, заклинание теперь без проблем выдерживало контакт с чужой магией, не рассыпаясь в прах.

— Спа-айк! — донеслось снизу, отчего дракончик, с усмешкой наблюдая за нашим с Рэйнбоу жеребячеством, подпрыгнул на месте и устремился на зов единорожки, но далеко пробежать ему не удалось: с лестницы, ведущей вниз, грациозно выплыл поднос с целой кучкой пирожков, а затем показалась и сама пони, чей рог был окружен яркой фиолетовой аурой.

— Это письмо принцессе, — продолжила Твай, отлевитировав со стола свиток прямо в лапки своему ассистенту, при этом продолжая удерживать блюдо в воздухе. "Ух ты, мой гравитационный щит точно так не умеет".

— Понял, — кивнул тот... и сжег бумагу в своем зеленоватом пламени.

Ну, сказать, что я был удивлен — это ничего не сказать. По правде, мне все это время казалось, что огнедышащий дракон и библиотека никак не совместимы, но теперь становилось ясно: это же очень неплохая мусорка! А учитывая желание драконов что-нибудь время от времени испепелять (по себе знаю), то получается взаимовыгодное сотрудничество.

— Надеюсь, принцесса сможет выкроить немного времени для меня, — задумчиво проговорила единорожка и поставила поднос на освободившееся место, жестом приглашая нас потрапезничать.

"Не понял".

— Твай, — позвал я ее, в результате чего был удостоен взгляда фиолетовых глаз, — то есть... Спайк не сжег письмо?

— Сжег, — подтвердила та, буквально плюхаясь на диван, — и тем самым отправил. Драконья магия, хочешь, дам почитать?

Рассказывать про магию драконов, непосредственно, дракону? Забавно.

— Пожалуй, хочу, но позже.

~

После нескольких неудачных маневров пришлось признать: летать в теле единорога, не предназначенном для этого, совсем не то, что в каплевидном, обтекаемом и снабженном огромными крыльями теле тенекрыла, поэтому шутка насчет "Рэйнбоу-учитель" медленно но верно обернулась реальностью. Суровой реальностью, ибо за весь оставшийся день пегаска замучила меня настолько, что под конец крылья невероятно потускнели, еле-еле удерживая бренное тело в воздухе.

— Все, Дэш, магия не безгранична, я больше не могу, — мой уставший голос звучал немного хрипло; так всегда случалось, когда энергетические резервы подходили к концу.

— Что, уже сдаешься? — прокричала она откуда-то сверху, а затем послышался свистящий звук и она оказалась рядом.

— Да ну тебя, — обиженно проговорил я, в последний раз сделав взмах.

Рассеивание полыхнуло темно-фиолетовым пламенем и магические конечности растворились, предоставляя меня свободному падению. Дэш громко пискнула и устремилась ко мне со всех сил, но Найт не Найт, если он рискует свое жизнью напрасно: темное свечение окутало нижнюю половину черного тела, существенно замедлив полет. "Гравитационный щит" имеет множество применений, и это — одно из них.

— Идиот! — в сердцах крикнула пегаска, в последний момент сумевшая избежать столкновения, — что с твоими крыльями?

— Их нет.

Интересно было бы узнать, что сейчас творится в голове голубой пегаски, но говорить не хотелось вовсе, да и на Эквестрию медленно наваливалась ночь, а значит, настало время поработать над заклинаниями. Поддерживающий меня щит развеялся, а "теневой прыжок" погасил всю силу удара об землю, так что для пафосного исчезновения осталось сделать две простые вещи. Мой рог замерцал темной аурой...

— Спасибо и до завтра! — выкрикнул я, ощущая легкое прикосновение "покрова ночи". Невидимость накрыла меня своим крылом.

~

Домой я вернулся вновь в непрезентабельном виде, но по крайней мере с ощущением того, что в следующий раз, возможно, мой путь будет пролегать по воздуху. Надо же было так сглупить и поддаться на уговоры Рэйнбоу! Голубая зараза определенно знала толк в пегасьих тренировках, прогнав меня по тяжелейшим из них. Похоже, она решила, что раз я большой, значит, физически сильный... с одной стороны это так, благо магия свободно переливается в усиление тела, а с другой — столь большими запасами этой самой магии обладают разве что элементали, и уж точно не рядовой маг. Нет, серьезно, потраченных сегодня сил мне спокойно хватило бы на создание грозы огромной мощи на целый час. Но как бы то ни было, гнездо встретило меня спокойствием и, если можно так выразиться, уютом; ну и мерцанием охранной руны, да. Самое время немного подправить некоторые чары и отправиться отдыхать.

Десяток мерцающих ромбов выстроились в линию вдоль потолка, служа одновременно эдакими фонарями и напоминаниями о предстоящей работе. Моим вниманием завладел третий по счету: тот самый, что отвечал за смену облика. "Вот тобой, пожалуй, и займусь в первую очередь".

Солнце еще даже не успело встать, а черный единорог уже стоял на берегу речки, немного подрагивая от нетерпения. Перед ним зависла довольно крупная руна, снабженная огромным количеством символов и связующих нитей. Заклинание высокой сложности, работающее в обе стороны.

Интересно, а как пони отнесутся к моей второй ипостаси? Насколько я понял из книг Твайлайт, драконы (за исключением Спайка) здесь обладают довольно плохой репутацией. Разбегутся в страхе? Начнут ловить? Хотелось бы знать, причем не на личном примере... А посему придется свои эксперименты ставить в одиночестве, мда.

Руна ярко засветилась, вобрав в себя большое количество энергии, а затем со звоном исчезла, вызвав волну белой магии, окутавшую черное тело. Миг, и очертания единорога стали размываться, постепенно меняясь и увеличиваясь. Когда процесс обращения закончился, на полянке стоял черный крылатый зверь, победно улыбаясь. "Получилось".

О, наконец-то! Никогда бы не подумал, что помахать настоящими крылышками такое удовольствие! А чувствовать длинный хвост с перепонками заместо какого-то набора веревок (по ощущениям)? Мягкие гибкие лапы, тяжелее, правда, чем понячьи аналоги, но зато снабженные чрезвычайно острыми когтями, два рога, невероятно твердые, защищающие нежные ушки вместо одного, торчащего изо лба; чешуйчатый панцирь, по прочности не уступающий стали — ощущение всего этого пришло, словно старый друг, с которым я давно не встречался. Прелесть да и только.

Гордо взмахнув огромными крыльями, дракон взлетел над лесом, ощущая, как прохладный воздух обдувает разгоряченные бока. "Полет — это наше все".

## Глава 8. Отблески прошлого

Глава 08. Отблески прошлого

Ветер в этом мире был будто-бы другим, постоянно поддувая в крылья вне зависимости от того, в какую сторону я направлялся, тем самым облегчая полет. Это приятное чувство расслабляло, делая мою маленькую воздушную прогулку идеальной. Да еще и вид этих величественных деревьев, своими кронами закрывающих почти весь обзор...

Пока я наслаждался полетом над довольно прекрасным Вечносвободным, любуясь его безграничными просторами, маленький, но до боли знакомый магический зуд стал привлекать мое внимание, к тому же вызывая слабые синие всполохи сопротивления волшебству. Это же моя стихия! Очень похоже... на остаточную ауру магии Тьмы? Определенно, такое уже со мной случалось, когда Наставник продемонстрировал мне однажды один из древних артефактов этого элемента, кажется, какой-то головной убор. "Диадема Нокт", или как-то там еще.

Решив выяснить, в чем же все-таки дело, ибо ощущение немного раздражало, я лег на крыло, повернулся в сторону, предполагаемого расположения аномалии и устремился к цели черной тенью, делая быстрые мощные взмахи большими кожанными крыльями.

Удивительный красивый и загадочный вид вдруг раскрылся подо мной: из густого синеватого тумана, покрывавшего часть леса, неспешно показался старый полуразвалившийся замок с высокими башнями. Странная магическая аура окружала его, как будто магнитом притягивая меня. Хаос раздери мое настойчивое желание изучать загадочные и опасные вещи! Не удержавшись, я снова лег на крыло и начал понемногу снижаться, напряженно "вслушиваясь" в волшебные всплески, дабы успеть удрать, если это ловушка. Интерес — он такой.

~

— И не трогай артефакты, пожалуйста, — в который уже раз произнес Наставник, бросая быстрый взгляд на юношу в черно-синих одеяниях.

— Я понял, — произнес тот, показательно засовывая руки в широкие карманы балахона, — и магией тоже не пользоваться.

— Желательно, — улыбнулся старик, — пойдем же.

Кабинка волшебного элеватора медленно поплыла вниз, увозя две высокие фигуры под землю, в большую пещеру, на сводах которой мерцали бирюзовые светящиеся кристаллы. Восемь колонн, тянущихся от самого низа до потолка образовывали своеобразную арку, в фокусе которой располагалась статуя прекрасной драконицы, высеченная из цельного куска скалы. "Тьма. Статуя найдена в измерении Рат'агар в I веке по новому летосчислению", — гласила надпись у подножия.

С легким звоном золотистая платформа остановилась, выпустив людей наружу. Наставник и ученик направились прямиком к изваянию, не обращая внимания на охранительные руны, которые угрожающе покраснели. Впрочем, это максимум, что они могли: небрежный взмах рукой старца тут же отключил их, лишив магической подпитки.

— Смотри поаккуратней, здесь может быть еще защита, про которую я запамятовал.

— Звучит как тест, — ухмыльнулся юноша, достав из нагрудного кармана амулет в виде полумесяца и нацепив его на шею, — я готов.

Старик лишь улыбнулся, а затем неожиданно быстрой походкой направился к цели, вынудив ученика догонять его. Через десяток шагов оба человека, перейдя незримую линию, будто очутились на открытом воздухе: вокруг них раскинулся купол ночного неба с большой бледной луной, висящей точно в центре, полностью затмив вид пещеры, оставив только каменный пол и каменное же изваяние.

— Я немного побаиваюсь этот артефакт из-за его странного влияния, — произнес Наставник, возводя вокруг себя слабый огненный щит, чтобы не задеть ненароком своего спутника, — посмотри: ты тоже можешь ощущать его.

Другой человек, удивленно перевел взгляд на себя, заметив, что вокруг его тела начали появляться синие всполохи.

— Зона Ночи, а значит, у меня есть сопротивление магии... Эта крылатая штука пытается атаковать меня?

Пройдя еще пару шагов старец неподвижно замер перед статуей.

— Нет, и "эта крылатая штука", как ты выразился, совершенно не при чем. Посмотри на голову драконицы.

Ученик последовал совету учителя и, наконец, заметил прекрасное украшение, что цеплялось за два витых каменных рога и блистало в лунном свете довольно большим камнем Ночи. Вроде простенькая с виду диадема, сделанная из странного серого материала, поражала воображение своей идеальной формой: как будто кто-то специально делал ее так, чтобы в две выемки по бокам от камня Ночи пролезали драконьи рога, а специальные проволочки цеплялись за уши, не давая украшению упасть, и при всем при этом оно могло держаться и на человеческой голове!

— Удивительная вещь, не правда ли? — улыбаясь, произнес наставник, глядя на своего ученика, буквально раскрывшего рот от удивления, — это диадема Нок'те — довольно древний артефакт, найденный в том же измерении, что и статуя.

— Рат'агар... тот самый мир вечной Тьмы? — опомнившись, произнес юноша, чтобы замять возникшую неловкую ситуацию, — он что, действительно существует?

— А ты думал, это выдумки наших исследователей? — немного обиженно произнес человек в красном, — только что ты увидел два доказательства его существования, не так ли?

~

Удивительно, что это знание открылось мне столь поздно, а ведь доказательства были на самом виду!

Окунувшись в собственные воспоминания, я не заметил, как передо мной вдруг выросла каменная стена, и с диким треском (и болью) врезался в нее, проломив своей тушкой дыру в этом ветхом барьере. Хорошо, хоть, успел сгруппироваться. Прокатившись еще пару метров, мне пришлось упереть все шесть конечностей и хвост в пол, чтобы резко затормозить, иначе к списку причиненных разрушений добавился бы еще один пункт. Прямо мне в глаза смотрел стальной комплект брони для пони... нет, не так. Это были полные доспехи, защищающие даже ноги и мордочку, а у некоторых вариаций были "кармашки" для крыльев и насадки на рога. И все это великолепие стояло четко в ряд, словно на выставке какой-то!

Поднявшись, наконец, с покрытого пылью пола, я отряхнулся и покрутил головой, пытаясь разглядеть место, в которое попал. Поднятый вихрь из мельчайших частиц и кусков какой-то ткани понемногу опадал, открывая моему взору все больше и больше деталей. Высокие каменные стены, потрескавшиеся со временем и обросшие каким-то голубым растением, отдаленно напоминавшим мох, еще сохранили на себе обрывки огромных гобеленов, окрашенных в синие и бледно-желтые тона, но при этом пестрели множеством пустых выемок на уровне моей головы. И если средний пони ростом чуть пониже меня... углубления для факелов?

Мягким шагом, обходя множественные завалы, ведомый желанием найти магическую аномалию, я проследовал в дальнюю дверь, единственно сохранившую свою форму, когда как остальные, увиденные мною, были больше похожи на мешанину из ветхих досок. К счастью, мой маленький размер (в ширину как два вставших рядом пони) позволял протиснуться в проем, чем я с радостью и воспользовался, перейдя в новую, еще большую залу, погрязшую в обрушившемся потолке намного более, чем предыдущая. Пришлось изрядно повилять, прежде чем я достиг огромых двустворчатых врат, скрывавших за собой тот странный источник магических возмущений, будто звавший меня к себе. Обычно подобные вещи таят в себе ловушку, поэтому не лишним было бы приготовиться к неожиданностям.

С тихим звоном заклинание невидимости укрыло мое черное тело, оградив от ненужных взоров, а "обнаружение" раскинуло вокруг свои сети, в свою очередь показав возможные угрозы... если обычных крыс можно так назвать. Совсем маленькие серые точечки находились ниже этажом, периодически перебегая с места на место.

"Никого нет, можно продвигаться вперед", — с этой забавной мыслью я с силой нажал на кованную дверь, отворив ее внутрь.

— Во имя Ночи! — вырвалось у меня, когда мне удалось протиснуться внутрь.

Это место очень походило на бальный зал в Храме: размеры просто поражали. Здесь не то что пони, даже я с моим гигантским размахом крыльев мог бы свободно взлететь. Частично сохранившийся красный ковер, начинавшийся из-под моих лап, длился через все помещение, заканчиваясь у возвышения, на котором стояли два трона. За каждым из них висело полотно, изображавшее, судя по вышитым картинкам и моим скудным знаниям Эквестрийской истории, принцессу Луну и принцессу Селестию, иначе для себя интерпретировать крылато-рогатых пони я не мог. Но самое-самое удивительное обнаружилось сразу, как я сделал первый робкий шаг по направлению к тронам.

— И кто же ты, о незнакомец, восхваляющий Ночь? — раздалось вдруг отовсюду и мое тело окружили сотни светлячков, делая невидимость абсолютно бесполезной и не давая мне двигаться.

Как жаль, что незримость не скрывает звуки... С некоторым усилием развеяв вокруг себя всю магию, я быстро прыгнул вперед, пытаясь глазами отыскать противника, но он вновь опередил меня, окружив мерцающей темно-синей аурой мои лапы и повалив на землю.

— Дракон! — уже удивленно произнес Голос, и его хозяйка (да, опять кобылка) материализовалась прямо передо мной, окружив себя вихрем синей энергии, — пожалуй, нам стоит объясниться.

"Да уж, стоит, и еще как! Как ты... ой-ой", — я поднял глаза и обомлел на мгновение. Честно говоря в мои планы на ближайшее время точно не входила эта встреча...

Она смотрела на меня своим пронизывающим взглядом, видимо, оценивая, поэтому я, применив "развеивание" вновь и в последний раз на ближайшие пять минут, ибо руна была перегружена, уселся на задние лапы и принялся разглядывать Ее, потому что убежать, как выяснилось, не получится, а вступать в хватку не хотелось тем более.

Темно-синее тело имело идеальные формы и длинные, по сравнению с другими пони, ноги. Прекрасная грива развевалась по воздуху и представляла из себя кусочек ночного неба, в котором виднелись тысячи звезд. Зрелище завораживало настолько, что мне тут же захотелось ее портрет в свое гнездо. Картину довершал наряд, больше смахивающий на церемониальную броню: вычурные накопытники, черный нагрудник с белым символом Ночи и черная же корона довольно необычной формы. А еще у нее были крылья и рог...

— Принцесса Луна? — немного недоверчиво спросил я, наклонив голову набок, чтобы разглядеть ее метку. Как то не очень верилось, что в таких развалинах я встречу правительницу Эквестрии, но похожую пони — более вероятно. Хотя нет, аликорнов (Твай их так называла) всего трое и каждый имел свой уникальный цвет.

— Да, ты прав, дракон, — произнесла она, удивленно приподняв бровь, — а теперь представься ты.

Символ луны, красовавшийся на черном крупе подтвердил мои предположения, поэтому я резким движением подался вперед, а затем согнул передние лапы, припав грудью к земле.

— Ночная фурия, кратко — Найт. Простите что не узнал вас раньше, — обычно короны не любили, когда к ним относились как к равным, поэтому пришлось перестраховаться.

— Зачем ты кланяешься мне, др... Найт? У вашего рода есть свой правитель, — принцесса стояла словно изваяние и лишь двигающиися изумрудные глаза выдавали в ней живое существо.

— Нет, мой правитель — вы.

О чем это она? "Наш род"? Логично, что здесь есть драконы, Спайк — прямое тому подтверждение, но чтобы с правителем? И вообще, не так я представлял свою первую встречу с правящими особами. Твайлайт упоминала не раз, что рассказала обо мне своей наставнице, по совместительству Солнечной принцессе, так что неофициальный прием был более ожидаемым событием, нежели это. И что мне теперь делать? С одной стороны надо следовать хоть какому-то этикету, но с другой... не так уж и часто мне приходилось общаться с такими сильными магами Ночи.

— С каких пор драконы становятся поддаными Эквестрии? — теперь уже с неприкрытым изумлением вопросила кобыла, переступив передними ногами. Похоже, ей было неудобно стоять, хотя угадывать, что значат жесты поняш, в облике дракона было сложновато. Придется еще немного поколдовать.

— Ну, я не совсем тот, кого вы сейчас лицезреете.

Поднявшись на все четыре, я применил обратную смену облика и взглянул на собеседницу изменившимся взглядом, вновь оценивая, только уже по меркам пони. Да, пожалуй, она красива, только странная чуть.

— Удивительная магия, — после некоторой заминки произнесла принцесса, снабдив фразу загадочным взглядом, от которого у меня поползли мурашки по спине, — так ты — тот самый, про кого столько рассказывала Твайлайт?

Рефлекторно сжавшись, я почувствовал, как непонятное чувство тревоги овладевает мной. Как будто... похоже на ощущение близкой опасности, только не совсем так.

— Может быть, но я не совсем уверен: я всего лишь простой единорог.

Где-то в глубинах сознания сами по себе зародились "невидимость" и "щит", готовые в мгновение ока прийти мне на помощь, но я решил удерживать сей порыв до поры до времени: неизвестно как среагирует принцесса, да и не хочется вот так сразу портить с ней отношения.

— Я тоже — всего лишь простая кобыла, — произнесла принцесса в ответ и кивнула в сторону огромного ветхого книжного шкафа, — давай-ка перенесем наш разговор в более... "уединенное" место.

~

Маленькая комнатка, находящаяся за секретной раздвижной стеной, поражала взгляд своей чистотой, по сравнению с остальными помещениями цитадели. Бледные лучи лунного света падали из маленького окошка, освещая лишь маленькую часть этого закутка, хотя дар дракона — мое зрение, позволял разглядеть чуть больше. Маленький шкаф с книгами, правда, местами "заросший" паутиной до неузнаваемости, аккуратно сделанный круглый столик и два крепких стула, полочка с давно уже расплавившимися свечами и каменный пьедестал, размерами походящий на алтарь для жертвоприношений... надеюсь, я не прав насчет его предназначения.

— Твайлайт Спаркл довольно много писала о тебе, Найт, но странно, что я сразу тебя не узнала, — прервала затянувшееся молчание Луна, направившись точно к "алтарю", — в ее письмах говорилось о странной магии, которой ты владеешь, но при этом твоя амнезия мешает тебе вспомнить подробности твоей прошлой жизни...

Вот это осведомленность о моей скромной персоне... похоже, мое поведение в мире пони было слишком необычным.

— И все же я чувствую, что Эквестрия чужда тебе, — продолжила она, мельком обернувшись, чтобы взглянуть на мою реакцию, — ты ведь не отсюда, верно?

На крошечный момент времени я замер, забыв поставить переднюю ногу на место, а внутри все похолодело. Где же я сделал все не так, что спонтанно сфабрикованная легенда разбилась вдребезги?

— Ну... эм, да. Вы правы, — только и удалось выдавить из себя, потому как мысли резко устремились на разрешение критической ситуации.

Мое пребывание в этом измерении висело на волоске, и даже если покинуть его не представлялось таким уж и сложным делом, то разгадать тайну, зачем меня сюда закинуло, было очень желанно. Как там говорил Наставник? "Жертвенность и самоубийство — две разные вещи. Жизнь Защитника очень дорога". Надо быть готовым удрать в любой момент, но при этом попытаться остаться всеми силами.

— Я вижу, что подобное признание тяжко тебе далось, — проникновенно произнесла принцесса, засветив свой рог над пьедесталом, — позволь мне узнать о тебе чуть больше, — она кивнула на "алтарь", который принялся наполняться темным свечением родной мне магии.

— И что мне необходимо сделать? — очень знакомые волны стали исходить от камня, покрывающегося ярко-синими жилками, навевая чувство покоя, но осторожность не позволяла расслабиться: слишком все быстро происходит, слишком необычно...

— Что ты знаешь обо мне? — вместо ответа внезапно спросила кобыла, повернувшись ко мне всем телом и распустив доселе сложенные крылья, тем самым придав себе несколько грозный вид. И величественный тоже.

— Вы — принцесса Ночи. Ваша обязанность — двигать луну по небосводу, а также управлять страной, если ваша сестра это делать не в состоянии, либо по другим причинам, — не растерявшись, по памяти отчеканил я строки из "Истории Эквестрии — эра Солнца", радуясь, что не ударил на этот раз в грязь лицом. В прошлых мирах приходилось чувствовать себя деревом из-за природной лени просто взять и прочесть книги.

— Похвально, — удовлетворенно произнесла та, сложив крылья, — но еще есть один, видимо неизвестный для тебя факт — я хранительница сновидений.

В яркой вспышке над пьедесталом образовалась голубая дымка, по форме напоминающая вытянутую чашу с изогнутыми краями. От нее неудержимо веяло чем-то, что, преодолев мое сопротивление магии, начало вгнонять меня в сон.

— Ладно, я весь во вашей власти, — пришлось признать очевидное, — мне надо лечь на этот камень?

— Именно, — согласно кивнула принцесса, — и не волнуйся, ничего страшного не произойдет.

"Легко сказать, тебя ведь не могут прихлопнуть одним небольшим усилием". Обреченно вздохнув, я проследовал мимо посторонившейся Луны, мечтая, чтобы кто-нибудь выдернул меня отсюда, если все будет плохо. Надо же, доверится существу, с которым знаком меньше дня... хотя, не именно ли этим я занимался последнее время? Дымка окружила меня, облепив все тело, а затем веки вдруг стали свинцовыми, так что пришлось их "уронить". Ну, храни меня Тьма...

~

Вспышка. Лесная почва резко устремляется мне навстречу... удар! Рефлекторно мое сознание пытается выставить магический заслон и тут же на меня обрушивается первое крупное потрясение: не то что щит, вообще никакая магия не действовала! Руны даже не делали попыток заработать, да и материализовать их не получалось. Похоже, энергия полностью закончилась.

— Вот это новости, — произнес я себе под нос, отряхиваясь от пыли и осматривая место, куда попал столь необычным образом.

Итак, вокруг, до куда доставал глаз, простирался лес, деревьями с шипастым покровом очень напоминающий хвойный. Что было в нем необычного, так это густой белый туман, стелющийся по земле прямо рядом со мной, мешая разглядеть более мелкие растения, и это плохо: как следовало из знаний, набранных мною в предыдущих странствиях, зачастую по кустам и травам можно было определить, насколько рискованной выйдет прогулка по такому месту.

Тихий дребезжащий звон внезапно привлек мое внимание, раздавшись будто из ниоткуда. Покрутив головой, я заметил маленький яркий шарик, парящий в воздухе примерно на одном со мной уровне, но значительно от меня дальше. В его странных движениях, больше похожих на рывки, прослеживалась некая логика, которую мне вдруг захотелось выследить, что странно, ведь подобные мысли относительно неопознанных объектов меня обычно посещают не часто...

Медленно, крадучись, я двинулся в его сторону. Похоже, движение вышло неаккуратным, либо сделал это слишком шумно, но шарик вдруг "отпрыгнул" от меня, продолжив свой замысловатый танец на новом месте. Еще один шаг, и снова сгусток света отплыл в сторону. Просто для галочки я замер, а затем внезапно прыгнул вперед, но вопреки тому, что мною ожидалось, шарик не сдвинулся с места, а лишь загорелся сильнее, осветив пространство вокруг себя и частично разогнав туман.

— Ты, верно, издеваешься надо мной?

Шаг — он отплыл. Прыжок — стал еще ярче. Так продолжалось еще немного, но затем с очередным моим рывком сгусток вдруг вытянулся, убавив в ширину, а потом как-будто "выстрелил" сам собой куда-то вдаль, и лишь светлая дымка напоминала о том, что тут висела необычная аномалия. Удивительно! А еще очень похоже на своеобразный маяк, если принимать во внимание, что туман вдоль линии "выстрела" стал значительно реже. Ну что же, раз я все равно не знаю, что же надо делать, пойду тогда в указанном направлении...

Вообще не следовало бы идти вот так вот открыто, тем более по пути, указанному неизвестной мне магией, но это мой сон (надеюсь), так что опасности возникнуть не должно. По идее своими грезами я мог бы управлять, было бы хоть чуточку энергии, а так...

Дорожка из разреженого тумана привела меня к странному сооружению, сильно напоминающему полуразвалившийся одноэтажный домик. Присмотревшись повнимательнее, я обнаружил, что оно было выстроено из камня, причем, судя гладкой поверхности, лишенной каких-либо трещинок — совсем недавно. Квадратные дыры, в которых, возможно, должны были быть окна, зияли чернотой, а единственная дверь с серповидной верхней кромкой покрылась блестящей пылью, но при этом огромное кольцо цвета меди (пони иногда использовали их вместо ручек) было начищено до блеска, как если бы кто-то постоянно им пользовался. Удивительный контраст между старым и новым навевал ощущение таинственности, загадки, которая, честно признаться, меня пугала.

Первая мысль была проста: "обнаружение", а затем в невидимости прокрасться внутрь, удивив затаившегося врага. Собравшись было колдовать, я чертыхнулся хрипловатым голосом, снова ощутив чувство некой опустошенности. Магическая энергия будто бы полностью отсутствовала, совсем не собираясь восстанавливаться, что было очень и очень плохо. Есть такая болезнь, при которой это происходит, и заразиться ей мне совсем не хотелось. Надеюсь, это результат воздействия того алтаря и магии ночной принцессы...

— Вот так, Ночная фурия, без своей магии ты — ничто, — произнес я в воздух, неуверенно направляясь к домику.

А ведь правда: магия настолько пронизала мою жизнь, что даже такие простенькие действия, как умывание или приготовление пищи без нее у меня не обходились, и тут вдруг раз — ее отбирают. Не полностью, конечно, ведь со мной моя кровь, но использование этого источника вызывало у меня отвращение и это был самый-самый крайний случай. Что же тогда я могу? Копыта, более-менее острый рог — вот и все, чем можно защищаться в случае чего. Все еще хуже, чем когда я впервые попал в Эквестрию.

Медное кольцо оказалось весьма гладким на ощупь, поэтому я, без страха порезаться, сильно за него дернул и тут же опрыгнул в сторону, ежесекундно ожидая агрессии. Темное помещение ответило на это гнетущей тишиной и легким запахом сгоревшей древесины, как будто там разводили костер. Немного недоумевая, я подобрал зубами камешек и выплюнул его в дверной проем, отойдя затем чуть подальше, на всякий случай. Пролетев положенное расстояние, снаряд с глухим стуком упал на пол и пропрыгал дальше как ни в чем не бывало. "Никаких ловушек? Необычно".

Два аккуратных шажка внутрь, затем еще — мои копыта ощущали лишь каменную твердь и ничего более. Силуэты, которые получалось различать, были похожи на небольшие статуи пони, немного угловатые, правда, но зато обещающие выглядеть красиво, если их чуть подсветить. Помимо этого внутреннее убранство составляли также длинный прямоугольный стол, несколько низких скамей и, видимо, камин без трубы. Жаль, что сюда попадает недостаточно лунного света, потому что каких-либо намеков на факелы, светильники или хотя бы свечи тут не было.

Осмелев, я пошел прямо к столу, совершенно не глядя себе под ноги, за что и поплатился: тихо притаившаяся рядом с одним из стульев охранная печать сработала от касания, выбросив в стороны снопы искр, которые запустили еще несколько магических механизмов. По всему дому вдруг распространились яркие белые прожилки, осветив его не хуже солнца. Произошло это столь быстро, что если бы целью заклинания была защита местности — моя хладная тушка уже давно бы вписалась в часть интерьера.

Запоздало отпрянув, я судорожно оглянулся в поисках укрытия и тут же обомлел, мгновенно позабыв о каких бы то ни было опасностях: то, что поначалу казалось статуями, в свете странных ламп предстало для меня тремя полными комплектами брони, точь в точь такими же, как и в той древней цитадели. Один был тяжелым, с пластинами, перекрывавшими друг друга, второй — суть кольчуга с щитками на голове и груди, а также с прорезями для крыльев на спине и странными железными цепями там же, а третий, самый вычурный и, пожалуй, наименее защищающий, больше походил на какой-то легкий плащ с кучей стальных выступов, превращающий носителя в дикобраза. В принципе доспехи как доспехи, необычные малость, вот только... на каждом из них был выгравирован символ, совпадающий с моей меткой!

— Выбери любой, — раздался вдруг мягкий голос и его владелица, как и некоторое время назад, материализовалась прямо из воздуха, аккуратно опустившись на все четыре копыта и сложив большие прекрасные крылья, — но только один.

К счастью, шоковое комбо от внезапно сработавшей охранной печати и броней с моей символикой еще не отпустило меня, так что достойно удивиться приходу Луны я уже не смог, что, впрочем, не особенно ее смутило. Грациозно вышагивая, она приблизилась к столу и села на одну из скамей, кивком головы приглашая присоединиться. Пришлось помотать головой, чтобы прогнать оцепенение, подстроиться под новую ситуацию и убрать все опасения в угол

.

— Можно их сначала примерить? — проследовав на указанное место, я плюхнулся крупом на жесткую древесину и уставился на принцессу, попытавшись найти в ее глазах реакцию на столь явный сарказм. Разумеется, не вышло.

— Нет, — буквально пропела та, сверкнув взглядом, — таковы правила испытания.

"Испытания... Значит, это все уже подстроено? С другой стороны, царственная кобыла честно меня предупредила в самом-самом начале".

— А цель? Какова моя цель? — внезапно я почувствовал легкое раздражение от того, что кто-то вот так легко мною управляет. Условия, ограничивающие свободу действий... Сколько раз я убеждался, что без такого вот контроля действую намного лучше и эффективней, даже если это противоречит чьим-то планам.

— Просто следуй вперед, и ты поймешь, — она покачала головой, грустно улыбнувшись, — делай то, что должен и умеешь, ничего более.

В воздухе перед нами соткался странный железный "рукав" и, громко звякнув, приземлился на стол, словно магнитом притянув к себе мой взгляд.

— Держи, он тебе понадобится, — с этими словами Луна копытом подтолкнула сегмент доспеха (а это был он) поближе ко мне, с интересом наблюдая мою реакцию, — надень.

Громко хмыкнув, я подчинился, просовывая в "рукав" переднюю правую ногу. Вообще у меня были мысли насчет назначения этой штуковины, но все они были далеки от реальности. Как только мое копыто достигло специальных зажимов в глубине, по бокам тут же со звоном выехали три лезвия — полумесяца, одно из которых было в опасной близости от второй ноги.

— Холодное оружие? В Эквестрии? Вы ломаете мое мировозрение, принцесса, — не то чтобы меня очень удивил подобный инструмент в собственном сне, но вот специфичность...Конечно, глефа тоже была Тьма знает насколько редким оружием среди Защитников, но вот этот "рукав" даст моему "Крылу Ночи" сто очков вперед. Три стальных полумесяца торчали по бокам, да еще и так, что стоило протянуть ногу вперед — и нет больше принцессы, а согнуть — тогда погибну сам.

— Это оружие фестралов, поаккуратнее с ним, пожалуйста, — кобыла немного нахмурилась, — и с собой тоже. Выбери доспех и выходи наружу. Удачи...

Пуф! Я даже рот не успел раскрыть, а Луна растворилась в воздухе столь же быстро, как и появилась. Мгновенно опустевшая скамья тихо звякнула железной ножкой об пол, освобожденная от лишнего веса и этот звук послужил своеобразным сигналом сознанию: мой разум, удерживаемый до того удивлением, скинул с себя оковы и неистово ринулся анализировать произошедшее. Даже не понятно, в какой реальности я есть, но вещи, произошедшие со мной, говорили о правильности обоих вариантов. По одну сторону баррикад были доспехи и донельзя необычная обстановка, которая никак не могла существовать в реальном мире, странные мысли, которые как-будто мне кто-то нашептывал и труднообъяснимое отсутствие магической энергии. С другой же стороны мое тело довольно реально ощущало холод металла на ноге, чуть заметную вибрацию ярких белых жил, легкую прохладу ночи и, самое главное, едва-едва различимый запах смолы, пронизывающий тут все насквозь.

Ладно, предположу, что это все-таки грезы, и пора уже занять себя хоть чем-то!

Первым делом я подошел к броне и внимательно исследовал символику, сравнив ее со своей меткой, в надежде найти хоть какие-то несоответствия: молнии изображены не так, или же полумесяц не того цвета. Ну не может же мне присниться то, на что я обращал внимание от силы пару раз! Но нет, рисунки на броне и крупе были идентичны, причем настолько, как-будто их поначалу нанесли на штамп, а потом уже расставляли по нужным местам. Те же цвета, те же тени, один в один.

"Ладно, представлю, что сон слишком реальный".

Обойдя весь дом, я так и не нашел других объектов, достойных внимания, поэтому остановился на охранной печати, случайно мною активированной. Она представляла из себя не совсем обычную магическую конструкцию, к коим я уже успел попривыкнуть, поэтому заслуженно поглотила все мое внимание.

Спустя десяток минут я бросил бесплодные попытки изучения неизвестной магии и вновь обратил взор на железных монстров, безмолвно глядящих на мою возню.

## Глава 9. Страшный сон

Глава 09. Страшный сон

Дивный пластинчатый доспех, тяжелейший из всех, но и дающий максимум защищенности. Очевидный выбор настоящего воителя, бросающегося в самую гущу схватки не жалея ни себя, ни врагов. Дополнительный вес также способствовал такому рискованному способу ведения боя, а чуть выдвинутые пластины, похожие на листья, надежно оберегали открывающиеся во время движений части тела. Только вот непонятно, куда денется мой рог, да и не фанат я сражения в ближнем бою.

— Жаль, но ты мне не подходишь, — чуть улыбнувшись сообщил я доспеху, гадая, откуда мне вдруг захотелось разговаривать с неодушевленными предметами.

Следующий на очереди был кольчужный костюм, предназначавшийся, видимо, для пегасов. Более легкий и менее уязвимый к режущим ударам — он был идеален для битвы в воздухе. И все бы хорошо, но я летать-то не умею, поэтому лучше уж полный доспех, чем этот.

С этими мыслями я подошел к третьему экземпляру обработанного железа, придирчиво его рассматривая. Две дуги сверху и две сбоку составляли основу этого чуда, неся на себе множество более мелких перекладинок, покрытых сверху двумя листами, делая ее жутко похожей на какой-то странный плащ. В принципе, если такое надеть, то боковые дуги как раз лягут от меток до шеи, защищая от основных ударов со стороны, а сверху будет надежно прикрывать переплетенный в множество узлов главный сегмент. Самое забавное, что сходиться в эдакой "сетке" в ближнем бою не очень получится: множество острейших шипов, торчащих в разные стороны, будут откровенно мешать резким телодвижениям не только врага, но и самого носителя, сковывая их опасностью пораниться. "Но ведь я же дерусь в ближнем бою совсем-совсем редко, предпочитая расстреливать врагов магией?" Похоже, это — идеальный вариант: легкий, держит врагов подальше и не мешает творить чары, благо обзор не загораживается шлемом, которого просто нет. Пожалуй, выбор сделан...

Как только я коснулся костюма, то его нагрудный символ засветился, а затем весь доспех, подхваченный синим свечением, по частям разлетелся чуть в стороны, образовав своеобразный вариант перевернутой чаши, в центре которой, похоже, должен будет оказаться пони. Четыре белых кружка отметили собой места, где должны быть копыта, и вся эта магическая конструкция выжидательно замерла, перестав даже пульсировать: лишь ровное чистое свечение сообщало о волшебной природе явления.

Неопределенно хмыкнув, я послушно встал в центре, поставив ноги точно в подсвеченные области и тут же ощутил, как сегмент за сегментом шипастый доспех принялся "обклеивать" мое тело, заставляя вздрагивать каждый раз, когда холодный металл касался теплой шкурки. Сам процесс напомнил мне одно из забавных водных заклинаний, используемых моим товарищем-Защитником Рейном: в жаркую погоду он вызывал маленькую тучку, орошающую землю и горячие драконьи панцири чуть теплыми каплями дождя, по ощущениям столь похожие на ледяные прикосновения.

Последний элемент брони — нагрудная пластина с полумесяцем и молнией с некоторым лязгом прикрепилась к стальным полосам, немного отяжелив доспех спереди, после чего синее свечение угасло, предоставив, наконец, свободу. К счастью, у меня уже был опыт ношения железа на себе, пусть даже и не в этом облике, но все же... Поэтому особых неудобств не ощущалось. Сделав пару пробных шагов я не мог не отметить, насколько хорошо сидит на мне доспех, не стесняя движений и не царапая кожу внутренней частью. Острые шипы располагались довольно умно: только подтянув переднюю ногу к груди можно было поранить самого себя, но при этом этот же заточенный кусок железа можно использовать как оружие, отгоняя противника от себя. Хотя, в оружии надобности особой не было: "рукав", подаренный Луной, подходил для сражения намного лучше. Кстати о членовредительстве: насколько я помню "историю Эквестрии", последние войны отгремели лет эдак двести назад, посему сейчас все три расы пони живут в мире и согласии. Даже простой вид крови вызывает у них какой-то священный ужас, а убийство применимо лишь к некоторым надоедливым насекомым (местные аналоги комаров: сначала долго прицеливаются, противно жужжа над ухом, а затем больно кусают). Так почему же меня снабдили столь внушительным набором воина? Конечно, ответ, скорее всего, будет дан мне скоро, как это обычно и происходит во всяких странных снах, но все же я не люблю такие неопределенности, потому-что они частенько сулят за собой неприятности.

На всякий случай я осмотрел дом на предмет различных полезных вещей, но не нашел ничего, поэтому уже через две минуты мое копыто вступило на мягкую землю, ощутив едва заметный холодок, от нее исходящий. Спокойным шагом я направился вперед, никуда не сворачивая и не оборачиваясь, надеясь, что "нечто" само меня найдет. Когда мое тело стало защищено от внезапных атак, движение по неизвестной местности не так пугало, поэтому теперь все мои чувства были сосредоточены на поиске различных магических и не очень объектов. Жаль, конечно, что я сейчас не дракон: у него имелось более острое зрение и нюх, нежели у пони.

~

Слабо улыбнувшись, Луна с радостью отметила, что этот единорог, о котором вот уже в который раз им с сестрой написала Твайлайт, заволновался, когда получил в руки орудие убийства. Конечно, оно его не смутило, но зато и не сильно обрадовало, а это значит, что особой опасности жителям Эквестрии он из себя представлять не должен. "Жаль только, что такие сны вытягивают из владельца все волшебные силы, не позволяя ему колдовать, а ведь его магия очень занятна", — подумала принцесса, устраиваясь перед спящим поудобнее и закрывая глаза, продолжив созерцать его грезы.

~

Вскоре я начал осознавать, что реальность начинает понемногу искажаться: только что мои копыта касались немного упругой лесной почвы, как вдруг стальное орудие, надетое на правую ногу, громко звякнуло о невесть откуда взявшийся камень. Противный кусок породы появился словно из ниоткуда, причем именно там, где его точно не должно было быть. Негромко чертыхнувшись, я пошел дальше, теперь уже более внимательно смотря себе под ноги, и не зря: буквально через десяток метров земля превратилась в каменную кладку, всю покрытую трещинами, в которых легко могло застрять копыто. Пришлось двигаться аккуратнее.

— Дяденька! — неожиданно раздалось у меня над самым ухом, в результате чего я дернулся в сторону и, вопреки всем стараниям, умудрился-таки провалиться в маленький разлом.

— Кто это? — мой голос прозвучал немного хрипло и очень-очень рассержено.

Ругая себя за свою нервозность и вспоминая все свои чары-проклятия, которых, несомненно, заслуживал владелец голоса, я с силой вдавил стальной "рукав" в потрескавшийся камень и уперся на него, рванув застрявшую ногу на себя. Получилось с первого раза, только шкурка все же ободралась немного.

— Дяденька, — вновь заговорил голосок, приняв немного детские тона, — дяденька!

— Ну что тебе, о Хаос, над...

Увиденное мной, когда я обернулся, заставило сердце сжаться. На меня смотрел жеребенок, измазанный в грязи и с многочисленными порезами на крошечных ножках. Его серебристое тело очень исхудало, нежно-зеленая грива представляла из себя спутанные веревки, как и хвост, а под глазами фигурировали синяки, видимо от недосыпа. Весь его вид говорил об огромной усталости, и физическом истощении, как-будто последнее время он только и делал, что бегал или трудился, не покладая копыт...

— Что с тобой случилось, дитя? — его образ прочно впечатался в мое сознание, пробуждая забытое чувство опекунства. Само собой в глубинах сознания зародилось исцеляющее заклинание, но нехватка энергии пресекла чары на корню.

— Я бежала, долго... это неважно. Помоги мне, пожалуйста! — жеребенок, оказавшийся женского пола, сделал попытку прижаться к моей ноге, но стальные шипы, которые я тут же возненавидел, заставили его отпрянуть в страхе.

— Но-но, не бойся, я помогу тебе, только скажи с чем, — пришлось максимально смягчить голос, чтобы хрипловатые нотки не звучали грозно. Приблизившись к маленькой пони, я приобнял ее левой передней ногой, задняя сторона которой была свободна от элемента пассивной защиты, и легонько прижал к себе. Телесный контакт не раз выручал, когда дело касалось испуганных детишек, ведь во время боевых действий или еще какого-либо форс-мажора они, если их вовремя не успокоить, создавали очень много проблем. Вот и сейчас маленький дрожащий жеребенок, почувствовав рядом взрослого, мгновенно успокоился и посмотрел на меня большими невинными глазами.

— Извини, у меня нет с собой ни еды, ни лекарств, — сочувственно покачал я головой, жалея, что оказался столь неосмотрителен: по пути точно можно было найти какие-нибудь съедобные корешки или, на худой конец, травы, — как тебя зовут-то?

— Тиморе, — волнующимся голосом произнесла та, отпрянув от меня и указав копытом вперед, — пойдем же, она скоро меня настигнет!

Поняша пару раз прыгнула на месте, а затем, видимо не удовлетворившись моей реакцией (я попробовал раскинуть "обнаружение", но ничего не вышло, опять), она подбежала ко мне и попробовала схватить зубами "рукав". Естественно у нее это не вышло, ибо мои рефлексы были все еще на уровне и я моментально отпрыгнул в сторону.

— Ты чего? — ее смелости оставалось удивляться, она даже показалась мне похожей на Али из Веродара, — ты ведь могла пораниться!

— Это не важно, не важно! — протараторила Тиморе, — пойдем скорее!

Будто подавая пример, она довольно резво для своего состояния преодолела с десяток метров и остановилась, выжидательно на меня глянув.

— Ладно, пойдем, — пришлось признать поражение и тронуться с места, — но ты должна объяснить, кто тебя преследует, куда мы направляемся и что вообще происходит.

Вопреки моим настойчивым напоминаниям, пони шла молча, изредка оборачиваясь и что-то высматривая сзади. С одной стороны меня это раздражало, ибо нехватка информации, а с другой чувство жалости уже перевалило все возможные границы: от наметанного глаза не укрылось то, пони немного прихрамывала на переднюю правую ногу, но при этом помочь ей не было возможности. Доспех сидел так плотно, что снять его не выйдет, а при этом именно шипастый покров не позволял посадить ее себе на спину, чего я втайне желал все это время. В общем, из боевого мага я превратился в какого-то броненосца, абсолютно бесполезного в его нынешней роли. И Хаос же меня дернул надеть этот костюм ежа! Поначалу казалось, что магия восстановится со временем, но теперь стало очевидно ее абсолютное отсутствие, поэтому надо было одевать что-нибудь другое, более практичное в данной ситуации.

— Дяденька, а как вас зовут? — вырвал меня из сумбурных размышлений детский голос.

Немного удивленно взглянув на маленькую кобылку, я попытался разглядеть хоть какой-то намек на хитрость, но нет, Тиморе смотрела совершенно честными глазами, совсем не похожая на маленького шпиона, приставленного ко мне Луной. С усилием прогнав противную мысль, я улыбнулся.

— Зови меня Найт, — фраза, уже практически ставшая моей визитной карточкой, — так ты объяснишь, куда мы идем, или нет?

Мой осуждающий взгляд, похоже, пробудил, наконец, чувства у поняши, потому как она виновато опустила уши и чуть пригнула голову, но все равно по-партизански промолчала, как-будто эта информация была секретной или что-то типа того.

— Ну не хочешь — не надо, — безразлично отвернувшись, я продолжил ровное движение вперед, дав волю разуму.

Итак, мы идем неизвестно где, неизвестно куда и, по словам жеребенка, от кого-то убегаем. Хотя "убегаем" — это сильно сказано, скорее "уходим". Знать бы кто этот неизвестный, тогда удалось бы поговорить, возможно, вынудить его отказаться от преследования этого маленького измученного существа... А если это окажется враг? Что делать тогда?

— Это она! — неожиданно вскрикнула прямо мне под ухом Тиморе и резво побежала вперед, не считаясь с тем, что двигаться быстро ей нельзя.

— Ты куда? А ну притормози! — я попытался было остановить ее, но тут леденящее душу ржание раздалось у меня из-за спины, вынудив мгновенно развернуться в прыжке.

— О, Тьма! — вырвалось у меня, когда из невесть откуда взявшихся клубов тумана вышло существо, очень напоминающее пони, только с ровным обрубком на месте головы. У меня аж душа ушла в копыта от такого зрелища. Страх сковал все тело и немножко — разум. Что это за "привет" из ужастиков, и зачем он объявился именно сейчас?

Вновь раздался этот ужасный звук и существо сходу перешло в галоп, стремительно сокращая дистанцию, к чему я совершенно не был готов.

"Импульс, дуга, что угодно!", — пронеслись в голове истеричные мысли, пока эта тварь, словно в поле Замедленного Времени, неслась на меня. Вид безголовой пони вгонял в первобытный ужас, парализуя тело, так что убежать никак не получилось бы, да и за моей спиной сейчас находилось маленькое существо, которое тоже не в силах далеко уйти от преследования...

— Ну ладно, тогда посмотрим, как ты реагируешь на сталь, — больше для собственного воодушевления, нежели для запугивания произнес я, пошевелив копытом передней правой ноги. С легким щелчком три лезвия выехали из своих укрытий, грозно заблестев в лунном свете. Сразу же, словно по чьему-то велению, весь страх куда-то улетучился, оставив место лишь будоражащему кровь чувству битвы. Тяжесть доспехов стала приятной, а мелодичный звон тонких стальных полумесяцев — усладой для ушей.

Выждав, пока безголовая тварь приблизится на достаточное расстояние, я резко прыгнул вперед и вытянул правую ногу перед собой, почувствовав, как лезвия врезаются в плоть. "Достал", — пронеслась в сознании мысль, но ситуация не совсем этому соответствовала: вопреки всякой логике, безголовое тело рывком слезло с пронзившей его стали и неведомая сила швырнула меня в сторону, словно тряпочку. Небо и земля пару секунд сражались за право занять место в моем взоре, но их настигла ничья: полет окончился болезненным ударом об дерево, в результате чего мое положение надежно установилось как вертикальное.

Устрашающее существо, повернув ко мне свой обрубок, издало ужасное лошадиное ржание, и начало неспешно приближаться, раскачивая им из стороны в сторону. "Ну ладно, давай побегаем... э-э-э?", — попытавшись встать на землю, я вдруг обнаружил, что не в состоянии этого сделать: что-то надежно удерживало мою тушку на дереве, предотвращая любые телодвижения. Лишь ноги и голова были свободны, но это как-то не располагало к решению ситуации. А тварь, тем временем, подходила все ближе и ближе. Вот уже чувствуется противная липкая аура, запах гнили с солоноватым привкусом...

— Да чтоб тебя! — в сердцах выкрикнул я, извиваясь всем телом. Все же до меня дошло, что происходило. Это не магия держала меня, а мой же собственный доспех! Вонзившись на всю длину, чертов шип оказался столь прочен, что, несмотря на все мои потуги, не собирался отваливаться или что-нибудь вроде этого. Хаос-хаос-хаос, что делать-то дальше...

— Найт! — раздался из-за спины наступавшей на меня твари. Неужели это...

"... о нет. Нет!"

— НЕТ! Тиморе, уходи, быстрее! — непослушная поняша где-то нашла кусок дерева, и теперь смело бежала прямиком на безголовую, не обращая внимание на опасность сего акта героизма. Ожидаемо, импульс грязно-серой магии мгновенно откинул худенькое тельце в сторону, после чего послышался короткий вскрик и все стихло...

Весь окружающий мир вдруг посерел. Хвойные деревья, сизый туман, синева звездного неба, даже мой собственный синий с серебрянным доспех: все выцвело, оставив место лишь оттенкам черного. Спустя мгновение все вернулось в прежнее состояние, за исключением одного: мое сознание переполнилось новым чувством, уже давно меня не посещавшим. Чистый, дикий гнев, когда становится безразлично, силен враг, или нет, далеко он, или под боком; его стихия, возраст, пол, облик — все меркнет перед одной мыслью: сразиться с ним, уничтожить, чего бы это не стоило.

— Тиморе! — мой голос прозвучал словно удар в гонг в тишине подземелий, но маленькая пони никак не отреагировала, — ах ты отродье бездны! — а это уже обращение к безголовой.

В ответ на это остановившаяся было тварь продолжила движение и мне вдруг показалось, что она смеется, хотя вроде бы и нечем. "Тогда остается пожелать тебе удачи".

Немного напрягшись, я потянул переднюю левую ногу к правой, пока не ощутил холод стальной дуги. Как бы это ни было отвратительно, но единственный шанс справиться с этим кошмаром упускать нельзя. Чик! — послышался едва заметный звук и я ощутил, как нога увлажнилась и первые капельки, немного щекоча шкурку, не спеша поползли вниз.

Самая древняя магия, которую когда-то в совершенстве знали предки всех драконов. Благодаря их вечному поиску могущества в этом направлении, драконам досталось поистине великое наследие. Великое и ужасное... Все существа боятся смерти, а потеря большого количества крови — первый шаг на пути за грань.

Кап!

В любом случае, ни Тьма, ни Молния помочь мне пока-что не в состоянии, поэтому...

Кап!

Обезглавленная подошла к месту моего "крепления" на расстоянии вытянутой ноги, и внезапно замерла, наклонив обрубок вниз. Мне не надо было быть ясновидящим, чтобы определить, что она там увидела: небольшие капли алой жидкости зажгли руну прямо на земле, все усиливая и усиливая ее мощь.

— Хорошо смеется тот... — я криво улыбнулся, прокручивая в голове формулу дуговой молнии, — Amru!

Повинуясь моей воле, кровавая руна засияла так, что разогнала туман в радиусе пяти метров, а затем яркий белый луч вырвался из моего рога, ударив прямо в грудь кошмарной твари и отбросив ее на приличное расстояние. "Еще!", — пронеслась в голове мысль и очередной заряд настиг свою цель, совершенно игнорируя любую магическую защиту. Следующий акт — тщательно выверенное "лезвие Тьмы" с тихим шелестом проехалось вдоль спины, отсекая от меня бесполезный кусок железа. Миг, и я стоял на земле, уперевшись одним из копыт прямо в руну, ощущая ее пульсацию. Еще один, и теперь уже я бежал в стремительной атаке, ярко засвечивая рог.

— Н-на! — три стальных полумесяца вновь нашли свою цель, погрузившись полностью в поддатливую плоть, но им теперь вторила и чудовищно шипящая молния, опалившая шерсть отродью Хаоса, поэтому так просто высвободиться у безголовой не вышло, чем я и воспользовался. Вынув лезвие, я развернулся и сделал совершенно типичное для пони движение: со всей силы впечатал закованные в железо копыта в тело противника, услышав приятный для меня хруст.

Ярость постепенно отпускала меня, прекратив затуманивать разум, и различные чувства, подавляемые все это время, вышли из своих клетей, со всей силы навалившись на меня. "Я использовал магию Крови? Что это была за тварь? Я ее победил?", — в мгновение ока пронеслись панические мысли, из-за чего пришлось прикрыть на мгновение глаза и пару раз глубоко вздохнуть. "Тиморе", — вот с чего следовало начинать.

— Тиморе, ты меня слышишь?

Никакого движения. Похоже, бедняжку сильно оглушило заклинанием. "Ну ладно, теперь седло свободно, можно и покатать кого-нибудь", — с этими мыслями я приподнял телекинезом исхудалое тельце и закинул его на себя, предварительно сточив особо острые краешки остатков шипа.

Возможно, надо было немного ее подлечить, но времени уже не оставалось. Когда пелена ярости окончательно спала, моему взору открылись странные изменения в окружающем мире: небо из темно-синего стало багровым и подернулось рябью, сплошной кусок серой плоти, после моей "обработки" начал терять очертания, превращаясь в бесформенную груду непонятно чего, да и давно уже не маленькая кровавая руна даже у меня вызывала рвотные рефлексы, что и говорить о жеребенке, который в своей жизни максимум имел порезы да ссадины?

Небольшое усилие, и руна потухла, оставив на месте себя лишь красноватые грязевые расходы; небольшое кровотечение тут же остановилось, прекратив насыщать меня энергией. Опять без магии, да еще и посреди неведомого леса, населенного, похоже, не самыми дружелюбными существами... Что ж, понемногу начинаю привыкать. И ценность управления телом понимается во много раз отчетливее, чем раньше. "Может, отдать предпочтение моей глефе? Жаль, до нее сейчас не добр..."

— Ой! — довольно болезненный тычок в круп заставил меня покачнуться и удивленно повернуть голову, но ничего такого я не увидел. "Наверное, показалось"... Пум! — еще один удар, на этот раз в плечо, и намного сильнее предыдущего.

— Да кто это делает? — крикнул я в пустоту, резко развернувшись вокруг оси. Невидимых врагов мне еще тут не хватало, когда на спине лежит полуживое тело!

Пум! Пум! — два мягких тычка, последовавшие один за другим, вновь настигли меня, только теперь не ударяя, а как бы отталкивая, и вновь никто не показался. Несколько взбесившись, я высвободил стальные полумесяцы и быстро описал передней правой ногой широкую дугу. Увы, оружие вспороло лишь воздух, не встретив никакого сопротивления.

Да что же это такое? В широком взмахе ноги три хищных полумесяца пропели песню смерти, слившись в сплошную серую линию, и опять ничего, но при этом мой незримый враг ткнул меня, на этот раз очень и очень ощутимо, так что пришлось спешно встать на все четыре дабы сохранить равновесие.

"Так, понятно, тут сражаться не получится". Никакой тебе магии, лезвия бесполезны, а просто кинуть что-то не позволяет отсутствие рук. Когда все закончится, мне просто необходимо пройти курс молодого бойца, на который, к сожалению, Найт, будучи в тогда еще в Храме, наплевал, предпочтя углубиться в боевую магию. Вот оно и всплыло...

Получив еще один жесткий удар, и с тихим шипением, очень напоминающим драконье, я повернулся в сторону, где должен был быть домик, приготовившись бежать со всех сил... и обомлел.

— Найт, — произнесла стоящая предо мною совершенно живая безголовая пони, на удивление приятным и очень, как мне показалось, взволнованным голосом, смешно топнув передней левой ногой, — очнись!

Тело мгновенно онемело, и не столько от страха, сколько от ощущения обреченности: буквально минуту назад землю украшала бесформенная груда, сделанная мной, вот этими самыми копытами, которые теперь слабо чувствовались из-за сковывающего ужаса.

— Чт... Что? — просто на автомате, не очень контролируя язык выдал я, пытаясь придумать какой угодно способ сбежать, окромя еще одной кровавой руны. Получалось, честно говоря, не очень. Да и сознание принялось медленно уплывать куда-то вдаль, как-будто некто манил его, и оно летело на зов.

— Проснись, да проснись же! — вновь донесся до моих ушей приятный грудной голос, напрягая последние куски сознания. "Что это она несет вообще? И почему не двигается?", — вяло проползли в голове мысли, почти сразу же уступив место странному давящему чувству.

Пейзаж передо мной сначала расплылся, а затем скрутился в воронку, будто в пространстве открылась дыра, куда все начало засасывать. Земля ушла у меня из-под ног, но я не упал, оставшись стоять на пустом месте, черном, словно космос. Хотя как "стоять" — не подконтрольные более телу ноги подломились и я упал на живот, ощутив им прохладу черной материи. Через мгновение тело полностью утратило контроль, глаза непроизвольно закрылись. Сознание упорхнуло в неведомые дали...

## Глава 10. Прогулки под луной

Глава 10. Прогулки под луной

— Ночная фурия! Найт! — словно колокол, прозвучал в голове чей-то голос, заставив меня болезненно сморщиться: голова гудела, будто я приложился ею о землю... с разгона. Когда мне так плохо, больше всего хочется убежать куда-нибудь в уютную пещеру и помечтать о чем-нибудь хорошем...

— Найт, да проснись же ты! — приятный, можно сказать мелодичный голос, вернул попытавшееся было ускользнуть сознание на место, вынуждая меня предпринять хоть что-нибудь.

— Да не сплю я, отстань! — скорее выплюнул, чем сказал я, пытаясь отмахнуться ногой от назойливого шума. К моему величайшему удивлению, моя конечность была неподъемной, словно ее приковали к полу.

"Эээ, не понял, что же я сделал такое противоправное, чтобы меня лишили свободы?" Напрягшись, я попытался вспомнить, события ближайшего прошлого, но не очень в этом преуспел: память была вне зоны досягаемости разума. Ну ладно. Еще одна попытка пошевелить передними ногами с треском провалилась, и я печально вздохнул, откинувшись на твердую прохладную поверхность. Сейчас очень хотелось просто лежать...

— ПОДЪЕМ!

...бежать отсюда, чем быстрее, тем лучше.

Громоподобный глас ворвался в мою многострадальную голову, дав пинка вяло текущим мыслям. Волшебным образом сознание мгновенно прояснилось, наполнившись разными картинами: красивый лес и странный замок в нем, внутренние помещения и ночная кобылка, которая привела меня на алтарь... на котором я лежу!

Сфокусировав, наконец, свой взгляд, я увидел зависшую надо мной Луну и инстинктивно дернулся в попытке увеличить дистанцию. Провернуть такую штуку с обездвиженными передними ногами оказалось невозможно и в следующую секунду я больно шлепнулся на каменный пол, вляпавшись во что-то мокрое и липкое. Опустив глаза, я увидел то, отчего живот мгновенно скрутило: мое тело теперь возлежало в небольшой лужице крови и, судя по тусклому силуэту алой руны, моей собственной. Вот, кстати, и нашлась причина отказа передних конечностей: на каждой ноге красовалась ровная ранка, через которые, похоже, и вытекала драгоценная красная жидкость.

— Вот же... кхе-кхе... вот же Хаос! Что со мной случилось, принцесса? — произнес я, изо всех сил борясь с накатывающими приступами тошноты.

Собрав остатки магических сил, я попытался приподнять свое тело телекинезом и ощутил, что мне это немного удается: со звуком, напоминающим отклеивающийся лист бумаги, мое черное тельце отделилось от грязной поверхности и взмыло на несколько сантиметров вверх. "Надо будет потренировать это умение. Глядишь — скоро и крылья не понадобятся", — прозвучало в одной части сознания, когда как другая была полностью поглощена процессом левитации; к сожалению, недолго: темно-фиолетовая пелена моей ауры сменилась синей и более сильная магия подхватила меня, развернув лицом к ночной кобыле.

— Мне тоже интересно, Найт, — ее голос был пронизан напускным негодованием, — ты пришел сюда, осквернил Алтарь Грез, и... и... чуть не убил себя!

Похоже, принцесса сдерживалась до последнего и это заявление было завершающей каплей: большие бирюзовые глаза ее немного заблестели, а телекинетическое поле подернулось рябью, как бы сообщая, что хозяйка не в порядке.

— Ну... эээ, со мной ведь все в порядке, так? — нежданное проявление принцессой эмоций сбило меня с толку, но как назло, именно сейчас был необходим чистый разум. Вот невезение! — почему вы так считаете?

— Ты лежал под моим заклинанием и я все контролировала, но затем на твоих ногах самопроизвольно открылись раны. Твоя кровь, помимо того, что ее было не остановить, каким-то образом пресекла контроль над твоим сном. Это ли ты считаешь порядком?

— Нуу... — у меня перехватило дыхание, когда Луна слевитировала меня на столик, — вообще-то да. Возможно. К сожалению, я не помню, что произошло ранее, так что не в состоянии судить.

"Поверить не могу. Я что, использовал магию крови? Но зачем, когда моя собственная была тут и никуда не девалась?". И как назло, из памяти выпал значительный кусок. Все сегодня назло и все как-будто специально "ради меня". Принцессу еще расстроил, что вообще можно охарактеризовать самыми ужасными словами в мой адрес.

— Это можно поправить, — произнесла моя собеседница, и ее рог засветился еще сильнее.

Когда темнота в глазах прошла, я первым делом глянул на свои ноги и чуть не вскрикнул от неожиданности: разумеется, шипастые стальные накладки и "рукав" бесследно исчезли, как и должно было быть, но все же здесь присутствовало некое ощущение неправильности.

— А что же с безголовой кобылой, и где Тиморе? — задал я первый попавшийся вопрос в попытке потянуть время, параллельно пытаясь понять, что вообще произошло.

Воспоминания причудливым образом наложились друг на друга, несколько смешивая общие ощущения. Вот я стою с жеребенком на спине, полностью упакованный в железо, а затем, спустя ма-аленький промежуток времени, валяюсь голый на собственной кровавой руне, находясь в обществе принцессы. С одной стороны это было нормально (если можно так выразиться), а с другой...

— Это был лишь сон, — Луна провела копытом по моей спине, вызвав ощущения, подобные крошечному разряду молнии, — тебе не больно?

— Нет, спасибо за заботу, со мной все нормально, правда.

"Только крови потерял много, но это не слишком страшно".

— Голова не болит? Рог, хвост?

— Нет, нет и нет. При чем вообще здесь хвост? — я удивленно посмотрел на ночную кобылу, которая возилась со мной, словно с жеребенком.

— Повредишь позвоночник — узнаешь, — вычурный накопытник ее коснулся моей передней ноги, аккурат выше ранки, но боль не пришла, — ногу чувствуешь?

— Нет, паралич после ритуала, такое бывает, — собравшись с силами, я попытался было прогнать лечебное заклинание по телу, но наткнулся на непреодолимую магию Луны и недовольно зарычал.

— Тебе следует посетить госпиталь, — она будто бы и не заметила моего настроения, — драться с кошмаром, как ты додумался до этого!

Синее сияние, наконец, угасло, позволив мне самому оперировать своим телом. Тут же мои чары окутали поврежденные конечности, наполняя их приятной тяжестью. К сожалению, использование магии крови накладывает свои последствия, и потеря, собственно, алой жидкости — не самое неприятное из них.

— А можно поподробнее? Вы ведь наблюдали за моим сном, не так ли? — я решил перейти в наступление, чтобы хоть как-то реализовать свои догадки по поводу произошедшего.

Вновь и вновь прогоняя события так называемого сна, я убеждался, что выглядел довольно необычно в глазах принцессы, особенно если принимать во внимание мою "легенду", в которую, впрочем, она уже не верила. Открываться?

— Не буду это скрывать, ты прав. На самом деле это затевалось, чтобы узнать, насколько ты опасен для Эквестрии, если такое вообще возможно.

Она проговорила это довольно нейтральным тоном, в котором не было осуждения или еще чего-нибудь подобного, но все равно сердце испуганно сжалось и лишь с большим усилием мне удалось подавить возникшую внезапно дрожь.

— И насколько же?

"Мда, вот и вышел воин на свет, бряцая доспехами и потрясая рунической глефой. И зачем меня понесло в этот замок? Сидел бы себе спокойно в уютной норе, оттачивал навыки миролюбия, а теперь... "

— Ну, — она нахмурилась, отчего сердце пошалило еще разок, — мне стоит посоветоваться с сестрой, но если хочешь знать мое личное мнение, — она театрально потянула паузу, а затем хитро улыбнулась, — то, что ты совершил, чтобы спасти жеребенка, несомненно заслуживает всяческих похвал. Селестия, скорее всего одобрит мое решение позволить тебе проживать в Понивилле и вскоре тебе надлежит прибыть в Кантерлот для подтверждения статуса гражданина Эквестрии.

Тишина, словно гигантская чаша, накрыла нас, позволив слышать тихое шуршание древних гобеленов. Этот неповторимый звук... О Тьма, до этого момента я не осознавал полностью, насколько же хочу остаться в этом измерении и та безграничная радость, пришедшая после слов принцессы, служила хорошим тому доказательством. Похоже, я начинаю понимать Пинки!

— Йей! — от радости я попытался подпрыгнуть, как делал это в других обликах, но вовремя опомнился, — ой, то есть, благодарю вас, принцесса... — как ни старался, у меня не получилось сдержать идиотской улыбки, но зато остальные части тела не выдали моего настроения, а впрочем тут и нечего выдавать, и так все понятно...

— Вижу, эта новость тебя очень обрадовала, — Луна встала и широко расправила крылья, — а теперь услуга за услугу. Расскажи, пожалуйста, о себе подробнее. Не волнуйся, твое прошлое — это прошлое и не имеет здесь силы, хорошо?

Улыбка медленно растворилась, как и нерушимая, казалось, радость. Хмуро взглянув на ночную кобылу, я попытался представить последствия во всей красе, но честная мордочка, которую незамедлительно состроила Луна, вклинивалась в стройные ряды мыслей и не давала им шевелиться. Недолго помучившись, мне пришлось сдаться и кивнуть. В конце концов когда еще найдется кто-нибудь, кто согласится ознакомится с жизнью рядового Защитника?

— Ладно, я поведаю вам все, но должен предупредить: будет много насилия.

— Мне пришлось многое повидать на своем веку, это не страшно, — встрепенулась принцесса и уселась обратно, — я слушаю.

~

Шкряб-шкряб. Тишина. Шкряб-шкряб. Вновь ни звука.

— Принцесса, сжальтесь, мне не хочется оцарапать ей дверь, — произнес я приглушенным голосом, выставив напоказ лапу с торчащими острыми когтями, во власти которых разрезать даже сталь.

— Такой большой и такой беспомощный, — тихо рассмеялась она, пройдя вперед.

Я посторонился, обиженно заурчав. Хоть я и не самый большой представитель крылатых рептилий, но слабым точно не являюсь.

~

Когда мой, отнюдь не краткий рассказ окончился, наступал рассвет, а значит, скоро моя помощь могла потребоваться Эплджек. К сожалению, раны на передних ногах еще не зажили, а значит я был абсолютно бесполезен... на первый взгляд.

— Простите, принцесса, можно вопрос?

Задумавшаяся было кобыла вздрогнула и подняла голову. В ее глазах читалось позволение, так что я решил продолжить, пока у нее, не дай Тьма, не испортилось настроение.

— Как вы считаете, появление тенекрыла в Понивилле вызовет большой фурор?

Довольно дерзкий план, но зато какой действенный! И на ферме буду полезен, и увечья скрыть получится, пока они не заживут. Осталось только узнать мнение Луны.

— Само собой, а зачем тебе это? — в свою очередь спросила та, испытующе на меня уставившись.

— Не волнуйтесь, поняшек есть не буду, рыба вполне сойдет, — улыбнулся я, но увидев нахмурившуюся собеседницу тут же придал себе задумчивый вид, — появляться с такими "отметинами" на ногах — значит сразу попасть в госпиталь, а я...

— ...жуть как ненавижу лечебницы! — усмехнувшись, закончила за меня Луна, а затем звонко рассмеялась, отчего моя бровь поползла вверх, — я понимаю шутки, не волнуйся. И впредь, когда ты рассказываешь кому-либо свою биографию, поменьше упоминай о своей ненависти к медицинским заведениям.

Встав с жалобно скрипнувшего стула, ночная кобыла заботливо подняла меня своим телекинетическим полем и, аккуратно левитируя за собой, проследовала вон из комнаты. Поза эмбриона, в которой я оказался, мало располагала к общению, поэтому пока принцесса шла, я ждал от нее хоть какой-нибудь реплики, пытаясь продумать дальнейший диалог.

— Вообще-то, если тебе очень нужно, просто попроси кого-нибудь сопроводить тебя, и проблема будет решена, — задумчиво бросила Луна на ходу, взмахнув туманным хвостом, как будто подтверждая правильность совета, ну или поговори сначала с Твайлайт Спаркл, она не такая пугливая, как многие...

— И именно она первым делом потащит меня к врачам!

Мы вышли на середину зала, аккурат перед двумя тронами, и принцесса, вздохнув, повернулась ко мне.

— Ты в состоянии сам решить этот вопрос, вот и решай, — с этими словами она опустила меня на пол и развеяла свою магию, — если совсем не можешь двигаться, я могу прислать стражника, хорошо?

— Нет, его-то как раз не надо, а то бедняга умрет еще ненароком со страха, — криво усмехнувшись, я сосредоточил магию в рог, на мгновение осветив фиолетовым сиянием все просторное помещение, а затем, как обычно, произошла быстрая смена ощущений, как будто от тела отделяют куски, мгновенно заменяя их такими же, но уже другого существа. Вроде и неприятное чувство поначалу, но потом привыкаешь и даже не считаешь это чем-то особенным, будто всю жизнь только этим и занимался. Спустя пару секунд я стоял на всех четырех лапах, полурасправив большие крылья и смотрел на кобылу своими желтыми глазами. И в этот момент мне в голову пришла замечательная мысль.

— Простите, принцесса, а можно нескромную просьбу?

Она оценивающе оглядела мой новый облик и отрицательно помотала головой.

— Сопроводить тебя лично я не могу, потому как придется соблюдать некоторые ненужные условности, а у меня не так уж и много свободного времени. К тому же, жители морально не готовы встретить меня рано утром, тем более рядом с драконом.

— Эээ... , — только и удалось выдавить из себя. Я еще даже не задал вопрос, но уже получил на него исчерпывающий ответ, совсем не тот, который хотел услышать.

Что ж, придется полагаться только на свои силы. И вообще, что я делаю? Это же правительница этой страны, а общаюсь с ней, будто мы давние знакомые!

— Тогда простите мое вызывающее поведение, принцесса, — вздохнув, я широко расправил крылья, и присел, готовый сорваться с места в полет, — позвольте лететь?

Ночная кобыла удивленно на меня посмотрела, задержав взгляд на моих черных кожаных полотнах, и быстро кивнула.

— Приятно было познакомится, Найт, — прозвучал в ушах приятный голос Луны, — надеюсь на скорую встречу.

— Я тоже.

Поклонившись, я с силой оттолкнулся от каменного пола, покрытого выцветшей красной тканью, и, взмахнув крыльями, вылетел в разлом, красовавшийся в стене аккурат между двумя тронами.

Стремительно набрав высоту, я завис прямо под облаками и еще раз оглядел место моего недавнего пребывания. Вид сверху был значительно лучше и сквозь густой туман получилось разглядеть больше вещей. Несколько высоких башен перемежались со своими более маленькими сестрами, загораживая их собой от взглядов сбоку и создавая причудливый узор из крыш, невероятно похожий на пузыри. Повсюду, где туман не был очень плотным, виднелись каменные мостики через множество ручейков, густые заросли, некогда бывшие прекрасными садами, среди которых виднелись даже потрескавшиеся и обвитые странным растением до самых верхов белые статуи, неведомо что изображающие. Сколько же лет этой, несомненно величественной постройке? Сотня? Две? Тысяча? И почему столь хорошее место всеми покинуто? Из-за мифической опасности, которую таит в себе Вечносвободный? Странные земные элементали, которых обойти стороной проще простого, или же редкие хищники, от которых взрослый пони спокойно убежит, а вооруженный — так вообще, даст отпор; замешана ли тут мистика... А может, его забросили за ненадобностью: тот, кто раньше тут правил, погиб или переехал. И почему я не спросил у принцессы, когда была возможность? Она наверняка знает!

Или же спросить у Твайлайт? Но для этого придется потерпеть некоторое время, пока ритуальные раны на теле пони не исчезнут. И, к сожалению, исцеляющие заклинания их не берут ни в какую, так что придется ждать... Хаос! Так не хочется расстраивать фермершу, отношения с которой у меня были самые дружеские. Я помогал ей ухаживать за огромным садом, таскать яблоки и один раз даже крутил гигантское колесо соковыжимательной машины, а она взамен обеспечивала меня вкуснейшей едой и некоторым количеством битов — местных денег в виде желтых кругляшочков, которые иначе как "золотыми" мне называть не хотелось. Забавно: во всех измерениях, куда меня забрасывала судьба, неизменно драгоценный, характерного цвета металл был самой ходовой валютой, своего рода универсальной денежной единицей, на которую можно было обменять любую местную или купить все что угодно. Вот и здесь, даже в столь утопическом обществе, существуют золотистые монетки. А раз так — значит должны быть бедные и богатые, элита и "дно" общества, хотя, в наличии последних есть некоторые сомнения, но в любом случае — хоть общество Эквестрийских пони во многом лучше человеческих аналогов, избежать неприятностей не удалось даже ему.

"Ай-й-й!", — что-то ледяное, словно кусок айсберга, кольнуло меня в бронированный живот с такой силой, что я почувствовал это нежной кожицей сквозь чешуйчатый покров. В испуге дернув крыльями, я бросил свое тело в сторону, одновременно окутывая себя любимого в темную сферу защитного заклинания, а затем опустил морду вниз, чтобы увидеть своего обидчика.

К моему величайшему изумлению моим глазам предстала Луна, плавно поднимающаяся прямо ко мне. Ее грива и хвост развевались, словно тончайшая ткань, струясь на легком ветерке, создаваемом движением в воздухе. Прекрасное зрелище, и завораживающее тоже...

"У-ур-р-р", — убаюканный великолепным зрелищем, я чуть было не проглазел следующий магический снаряд, сорвавшийся с рога принцессы, но рефлексы есть рефлексы: с силой ударив крыльями по воздуху, мне удалось дернуть свое тело вбок и темный сгусток, мерцающий десятком звезд в нем заключенных, пролетел мимо, тут же рассыпавшись ярким фейерверком.

— Принцесса? — удивлено прошипел я, настороженно наблюдая за ней из-под защитной сферы, ежесекундно готовый быстро удрать, благо облик тенекрыла позволяет.

— Надо же было как-то привлечь твое внимание, — усмехнулась та, остановившись на одном уровне со мной, но в отличие от меня, "прыгающего" вверх-вниз, она висела почти неподвижно, будто приклеенная к небу, — и убери уже эту сферу, не собираюсь я с тобой драться.

— Как... скажете, — усилием мысли я развеял темнеющий барьер, — простите, когда я задумаюсь, то перестаю реагировать на все.

— Поэтому я даже не пыталась тебя звать, — она обезоруживающе улыбнулась, — недалеко от нас есть драконий клан, и они обращаются друг к другу именно так, как поступила я, поэтому не обижайся.

Повелительно махнув изящной ножкой, закованной в стальной накопытник, ночная кобыла неспешно полетела прочь, оставляя в воздухе быстро тлеющие маленькие огоньки, так похожие на звезды... Заинтригованный, я полетел следом, раздумывая, зачем вновь понадобился принцессе. Жаль, что спросить напрямую нельзя: невежливо.

~

— Тебя, наверное, интересует, куда мы летим и зачем? — прервала затянувшееся молчание Луна, незаметно притормозив и поравнявшись со мной. До того взмахивая крыльями совершенно беспечно, размышляя о том, почему принцесса общается со мной больше как со знакомым, нежели с подданным(Y), я отшатнулся от неожиданности, угодив прямо в пухлое дождевое облако. Противное образование из множества маленьких ледяных кристалликов тут же облепило меня от носа до хвоста, основательно намочив. Ситуацию усугубило еще и то, что Луна совершенно не по-королевски расхохоталась, изредка бросая на меня насмешливые взгляды.

— Позвольте узнать? — совершено не смутившись и оскалившись в подобии улыбки, я представил, как по телу разливается тепло и через секунду ощутил, как начало пульсировать второе, магическое сердце, понемногу увеличивая температуру тела.

— Позволю-позволю, — произнесла принцесса, вернув себе деловой голос, — постой... почему от тебя повеяло теплом?

Драконье пламя все сильнее разогревало меня, даже шкурка начала принимать более светлые оттенки, поэтому я чуть отдалился от летящей рядом ночной кобылы, дабы не обжечь ее ненароком.

— Я поднял температуру тела, чтобы быстрее высохнуть. Особенности строения тенекрылов...

Наконец, моя природная броня раскалилась настолько, что влага на ней принялась медленно, но верно испаряться, окружив меня редким белесым облачком.

— Но все же мне интересен ответ на вопрос, принцесса.

— Ах да, конечно, — вопреки всему разумному, Луна подлетела ближе, явно не опасаясь жара, от меня исходящего, — недалеко отсюда живет знахарка, знакомая и со мной, и с Твайлайт Спаркл, так что проводник у тебя будет, Фурия.

— Эээ... Спасибо, — сказанные моей спутницей слова, мягко говоря, повергли меня в шок, вновь "подогрев" рассуждения о том, почему она возится со мной так много. Из-за того, что я Защитник?

— Считай это извинением за то, что я виновата в пролитии твоей крови, — буквально прошептала ночная кобыла и повернула ко мне свое прекрасное лицо, — никогда еще с кошмаром не справлялись таким вот образом, поэтому я была не готова и не смогла развеять сон, сможешь ли ты простить меня?

Поначалу я не поверил собственным ушам: она извинялась... за что? За то что я сам, по своей глупости, совершенно не опасаясь столь опасной магии, применил ритуал кровопролития? Неужели в этом измерении такое в диковинку? Хотя... если бы это и было так, тогда Луна обязательно должна была спросить об этом, или просто намекнуть на объяснения что-ли.

— Не вините себя, принцесса, это мой промах, и только мой. Я настолько привык полагаться на свою магию, что перестал адекватно себя вести, когда потерял ее, — распластавшись в воздухе, я с хрустом потянулся, издав довольное урчание, — но все хорошо, что хорошо кончается, не так ли?

Маленькое действо возымело свой эффект: со стороны моей спутницы послышался смешок и она перестала изображать из себя кающуюся грешницу, выпрямив шею и потянувшись на мой манер.

— Ты прав, Ночная фурия, но все же это я тебя завела в этот сон, что сбрасывать со счетов непозволительно.

Приглушенно хмыкнув, я щелкнул зубами в знак согласия и кувыркнулся в воздухе, избежав столкновение с еще одним пухлым белым препятствием. Моя шкурка уже принялась остывать, поэтому еще один охлаждающий душ был бы очень некстати.

— Знаешь, по тебе ведь и не скажешь, что ты получил два больших ранения, — донеслось до меня сверху, — как это получилось?

— Смена облика, принцесса. Работает так, будто ты получаешь другое тело взамен старого, но правде говоря твое тело просто меняется из того, что было. Обратное заклинание возвращает все назад: и ранения, и голод, и усталость...

...и меняет чувства так резко, что первое время испытываешь чувство онемения, либо нереальности происходящего. Но об обратной стороне медали непосвященные знать не должны, так что я оборвал свою речь, прижав крылья к бокам, из-за чего ушел в резкое пике. Совсем крошечное облачко, на которое даже не следовало обращать внимание, пронеслось сверху и с глухим хлопком я выровнял полет, двигаясь теперь значительно ниже Луны...

~

— Приветствую вас, принцесса! — произнесла удивленная зебра, уставившись на мою бронированную тушку расширившимися от удивления глазами.

Я едва подавил смешок: никогда бы не подумал, что смогу выглядеть столь устрашающе при моем скромном размере. Другие драконы могут быть в два, три, а то и четыре раза крупнее, и даже представить страшно, что бы творилось, прилети сюда Градар...

— Здравствуй, Зекора, — ночная кобыла будто и не заметила, как хозяйка скромного домика вся сжалась, словно из нее выпустили воздух, — мне нужна твоя помощь. Могу ли я рассчитывать на тебя?

Тихо вздохнув, я медленно передвинулся за спину аликорна и лег на брюхо, опустив голову на вытянутые передние лапы, постаравшись принять вид ручного дракончика. Как и ожидалось, маленькая демонстрация моего дружелюбия подействовала более чем замечательно и зебра ощутимо расслабилась, взглянув на меня более доброжелательным взглядом.

— Конечно, принцесса, все что угодно, — улыбка окрасила ее лицо, — позвольте пригласить вас на чай?

Полосатая кобылка отступила внутрь, освобождая проход. Окинув оценивающим взглядом размер дверного проема, я сопоставил его с объемностью своего тела и пришел к выводу, что даже со сложенными крыльями пролезть внутрь не выйдет. Итак, чай будет подаваться прямо сюда, или же... Или черный дракон посчитался питомцем и не был приглашен?

— Прости, Зекора, с чаепитием придется повременить: просто у меня очень мало времени, — покачала головой Луна, случайно задев мою морду своим развевающимся хвостом.

От неожиданного ощущения, похожего на прикосновение нежнейшего шелка, я громко фыркнул, а затем, догадавшись о последующих событиях, быстро соткал перед собой магический щит.

Р-Р-РПЧХИ!

Луна ощутимо вздрогнула и обернулась, узрев, как огненный клубок расползается по едва мерцающей темной поверхности защитных чар.

— Прошу прощения, не хотел вам мешать, — стушевался я под взглядом принцессы и закрыл крылом морду, отгородившись им, словно барьером, от остального мира.

— Словно дитя малое, — произнесла Луна насмешливым голосом, а затем, судя по шелковому прикосновению к моему крылу, опять обратила внимание на полосатого участника разговора, — необходимо проводить этого дракона в Понивилль и познакомить его с горожанами. Справишься?

— Разумеется, но позвольте узнать...

— Я за него ручаюсь, — мягко перебила ее Луна, — ничего плохого он делать не будет.

~

"Вот уж точно не буду", — саркастически подумал я, плавно набирая высоту, чтобы избежать столкновения с огромными елками, или как они тут зовутся...

Пришлось потратить много времени доказывая зебре, что мы уже знакомы ранее. Она ни в какую не хотела соглашаться со мной, поэтому пришлось напрячься и вернуть себе облик единорога со всеми вытекающими (в прямом смысле)... Спустя некторое время и огромные потери нервных клеток мне удалось убедить, как оказалось, неплохую травницу в том, что раны Ритуала невозможно залечить обычным способом и она милостливо согласилась послужить проводником в Понивилль с условием, что черный единорог обязательно посетит госпиталь по прибытии. Мило улыбнувшись, я кивнул головой и вновь обратился в тенекрыла, приглашающе пригнув шею...

...и вот теперь мою тушку обдувал прохладный утренний воздух, будто стараясь выветрить из меня все негативные эмоции. Широко зевнув, я попробовал было развить скорость побольше, но осекся, вспомнив, что у меня на спине сидит существо, жутко боящееся полетов. Эх, жаль, что многие не понимают всю мощь связывающих чар, не позволяющих седоку упасть. Вечно из-за них приходится вести себя так, будто и ты рожден не для неба!

— Я чувствую, тебя что-то беспокоит, — послышалось сверху, — может, поделишься?

На время распластав крылья по воздуху и перестав ими двигать, я сосредоточился на своем разуме, сделав попытку продумать сложившуюся ситуацию. Итак, Луна и Зекора знают мою истинную историю, остальные же нет. Ночная принцесса пообещала сделать меня подданым Эквестрии, сразу же прописав в Понивилле, а значит, проводить время с Твайлайт и ее подругами придется несколько больше, чем я полагал ранее. Похоже, правда так или иначе всплывет наружу...

— Мое представление о мирной жизни несколько... маловато, понимаешь? Как я уживусь с такими миролюбивыми созданиями?

— Но ты ведь уже это сделал, — чуть погодя откликнулась наездница, сделав какие-то странные движения, после чего моей чешуи коснулась ткань. Ох, точно!

— Прости, совсем забыл, что тебе холодно, — прошипел я, создавая вокруг полосатой пони магический барьер. Лететь стало тяжелей, но жаловаться бессмысленно, — меня волнует то, что подавлять воина в себе бесконечно не получится, понимаешь?

— Ох это, — судя по голосу, зебра улыбнулась, — на счет сего не волнуйся. В Эквестрии, такой спокойной стране, всегда найдется место для тех, кто будет ее хранить. Поверь мне.

## Глава 11. Будь собой

Глава 11. Будь собой

Как и ожидалось, мое появление в городе не прошло незамеченным: мягко приземлившись на пыльной дороге, ведущей прямиком к ратуше, я с удивлением обнаружил, что на улице никого нет и все дома были закрыты вплоть до ставен на окнах. Ни глазеющих мордочек, ни вжавшихся в стены от страха пони, либо же крестьян с вилами наперевес, как рисовало мне воображение — ничего. Лишь маленькие клубы пыли, поднимаемые легким ветерком на пустынной улице, показывали, что время еще не замерло для меня...

— Нда, я ожидал, что меня встретит хоть кто-то.

Развеяв путы, щит и пригнув шею к земле, я дождался, пока мой наездник спешится и снимет с моих боков болтающиеся там два вязанных мешка, и только потом прогнулся дугой, разминая несколько затекшую спину. К счастью мне удалось сдержать довольный рык, который смог бы еще больше усугубить мое положение.

— Мне это знакомо, пойдем, — поманила меня Зекора, встряхнувшись. Тюки на ее боках подпрыгнули, звякнув содержимым, но не упали, и, довольно кивнув, полосатая пони направилась прямиком к разукрашенному домику, что был одновременно и ателье и жилищем прославленной модельер. Вздохнув, я еще раз оглянулся в поисках хоть одной души, но потерпел поражение и поплелся за проводницей, всецело ей доверившись.

Возможно, не стоило устраивать этот фарс, а просто прийти с повинной и отправится на принудительное лечение? Или же уговорить Твайлайт не трогать меня, либо вообще переждать у себя в гнездышке... Хотя что уж там, сделанного не воротишь.

Спустя пару минут пешей прогулки по городу мы оказались напротив хорошо знакомого мне строения: возвышающийся над нами домик выглядел как маленький дворец, щеголяя множеством интересных архитектурных решений.

— Сейчас заглянем к Рарити, мне ей надо кое-что отдать, — повернувшись, сказала зебра, — а затем пойдем прямиком к мэру города, чтобы она тебя познакомила с остальными.

Я сдержанно кивнул и всерьез задумался о том, надо ли мне оно? Мне казалось, что уже сам факт наличия всадника смягчит мой "устрашающий" вид, но нет, все почему-то попрятались по домам.

Из размышлений меня выдернул странный звук, с которым моя полосатая проводница постучала в дверь: как будто с каждым соприкосновением дерева и копыта вдалеке разбивалось очередное окно. Повнимательнее прислушавшись, я обнаружил, что звук исходит от мешочков зебры, которые неестественно прыгали при каждом ее движении. Хм...

— Рарити, ты дома? — крикнула полосатая пони, опустив копыта.

В ответ на это из глубин здания послышался шум возни, после чего за дверью что-то звякнуло и она отворилась, представив нашему взору взлохмаченную Рар, чья распущенная грива закрывала хозяйке пол-лица.

— Ах, привет, Зекора, прости что так долго, — пробормотала та, движением ноги убирая упавшие локоны с глаз, — ты принесла мне...

Когда она заметила меня, ее глаза расширились и единорожка просто плюхнулась на круп, уставившись на меня круглыми от удивления (а может, и страха) глазами.

— Др-дракон?

Несколько секунд пристально разглядывая трясущуюся, словно осиновый лист, белую пони, я покачал головой и шумно вздохнул.

— Так, все, Зекора, я передумал. Не надо водить меня к мэру и вообще, извини, что потратил твое время.

На глазах у двух удивленных кобылок мое тело ярко засветилось, а затем сжалось до размеров взрослого единорога, вспыхнув напоследок фиолетовым. Тут же в ногах почувствовалась сильная слабость и первая теплая капелька поползла по шерсти вниз, неприятно щекоча меня на всем своем пути.

"Хаос, что же я за идиот! Веду себя так, словно нахожусь где-нибудь в Веродаре..." Развернувшись, я направился прочь от испуганной хозяйки магазинчика моды, стараясь особо не припадать на передние ноги. Но, что удивительно, далеко мне уйти не удалось.

— Найт, постой! — донесся до меня голос модельерши.

Удивленно обернувшись, я уставился на нее, пытаясь понять, что пошло не так. Единорожка стояла в такой позе, словно намеревалась пуститься за мной в погоню, но при этом на ее очаровательной мордочке застыло какое-то грустное выражение.

— Прости, пожалуйста, что обидела тебя, — Рарити чуть подалась вперед, перешагнув порог дома, а затем наклонила голову в смущении, — просто я не знала, что дракон — это ты...

Мое тело окаменело настолько, что слабое ощущение передних ног перестало выделяться на фоне всего остального. Она... извинялась? О Тьма, мое поведение! Ну почему они настолько необычны, что у меня никак не получается вести себя подобающе? А еще, кажется, я понял, как влиться в это общество в другом своем теле.

— Рарити, ты меня совсем не обидела, — мне захотелось подойти к ней и прислониться к ее мордочке — странный жест, который не считался интимным, но подумав, я все же решил не поворачиваться до конца, дабы не пугать ее своими увечьями, — скажи, а теперь ты испугаешься, увидев дракона вновь?

Забавное наблюдение: город начал постепенно оживать, пони выходили из своих домов, опасливо озираясь по сторонам и, в частности, в мою сторону. Похоже, они ожидали, что тот черный дракон начнет тут все крушить, таскать пленников и вытворять прочие непотребности, и неочевидное отсутствие каких-либо звуков вынудило их усомнится в своих догадках и проверить все лично.

— Ну разумеется, нет, — несмотря на трагичный вид, фыркнула модельер, — теперь-то я знаю кто он есть на самом деле.

— Отлично, — я улыбнулся, призывая остатки энергии в руну и подмигивая Зекоре, при этом по-прежнему стоя к ней в пол-оборота.

Вспышка и по городу будто прокатилась оглушающая волна: все, кто был рядом, замерли и уставились на появившегося из ниоткуда черного нарушителя спокойствия.

— В таком случае не могли бы вы меня проводить на ферму Эпплов?

~

— Сколько живу на ферме, а с таким работником вместе тружусь впервые, — покачала головой бабуля Смит, вороша что-то в раскрытой перед ней сумкой.

— Если хотите, могу всегда принимать этот облик, — улыбнувшись, сказал я, отпивая сок из кружки, удерживаемой в воздухе темно-фиолетовым полем.

— Мы не вправе тебя просить об этом, Найт, — произнесла с другого конца стола ЭйДжей, подозрительно косясь на мои порезы, — эх, где тебя так угораздило?

Я опустил голову, в очередной раз оглядывая уже затянувшиеся ранки. И почему это всех так волнует? Ну подумаешь, выглядит страшно, но мне же ведь совсем не больно и я прекрасно контролирую свои эмоции в этом плане... не понимаю.

— Да просто порезался, ничего особенного, — попытался отмахнуться я, но наткнувшись на пристальный взгляд оранжевой земнопони спешно продолжил, — со мной приключился небольшой курьез в странном полуразрушенном замке, что в Вечносвободном.

— Замок Двух Сестер? — переспросила фермерша, пожирая меня неверящим взглядом, — и что же ты там делал?

— Прозвучит странно, но я просто мимо пролетал, — насупился я, опустив передние ноги вниз, чтобы они не привлекали к себе ненужного внимания, — я вообще-то живу в лесу, так что волей-неволей местные достопримечательности становятся мне знакомы.

— Живешь в лесу? Ух ты! — неожиданно донеслось со стороны. Повернув голову, я увидел жеребенка с бантиком на голове, выглядывающего из соседней комнаты с таким выражением лица, будто за мной сейчас стояла принцесса Луна.

Хм.. учитывая недавние обстоятельства, это вполне возможно. На всякий случай я окинул взглядом место позади меня, но не увидел ничего необычного: досчатые стены и потолок, окрашенные в незатейливые монотонные цвета. Обычный деревенский домик, каких на моей памяти Защитник повстречал полно.

— Эплблум, дорогая, не приставай к гостю, а помоги лучше найти наши повязки, — произнесла старейшина семейства, закончив копошиться в сумке и положив ее, судя по звуку, куда то в один из многочисленных шкафчиков, — не помню уже, куда девала их в последний раз.

Маленькая пони было кинулась к шкафчикам на другой стороне комнаты, но была остановлена своей сестрой:

— Блум, сестренка, возвращайся в постель, — тоном, не терпящим возражений, сказала Эплджек, вставая со стула, — я сама позабочусь об этом.

Сделав обиженную мордочку, поняша с бантиком исчезла за дверью, показав напоследок своей сестре длинный язык, когда та отвернулась. Я усмехнулся: настоящая семья, простая жизнь, которая, увы, была недоступна для меня; хотя, должен признать, мне довольно приятно находится в такой умиротворяющей обстановке. Но роль моя совсем другая... да и поздний вечер на дворе, а меня Твайлайт ждет для очередных занятий.

— Ладно, спасибо вам за прекрасный ужин, но, к сожалению, оставаться более я с вами не могу, ибо меня ожидают дела, — встав из-за стола я коротко кивнул Маку — брату Эплджек, мол, завтра тоже буду, и направился к выходу, стараясь сильно не хромать.

Но, как водится, просто так уйти не удалось.

— Притормози кобылок, черный, — требовательно окликнула меня оранжевая пони, несильно пихнув меня копытом в круп.

— А? — я резво обернулся, пребывая в непонятках насчет того, как она так быстро подошла, — что-то еще?

— Да, — она сняла с согнутого переднего копыта два белых куска ткани, подозрительно похожих на коротенькие бинты, взяв из в зубы и протянув мне, — фот, фосьми их и нажень.

Аккуратно подхватив предложенные предметы телекинезом, я подвесил их в воздухе между нами и с удивлением посмотрел на ЭйДжей.

— Обвязки на ноги от ран и переломов, и довольно неплохие, — подал голос Макинтош, буквально на секунду опередив свою сестру, которая вот-вот открыла рот и тут же его захлопнула, — мне помогали, и не раз.

— Надевай-надевай, это меньшее, что мы можем тебе предложить за твой самоотверженный труд, — улыбаясь, произнесла бабуля Смит, одним своим копытом указывая на другое, именно в том месте, где находились мои ранки.

Эээ... Это, конечно, необязательно, да и работая в облике дракона ритуальные раны на теле пони никак не мешали, что все Эпплы никак не могли понять, но вот сам факт такого подарка... Одновременно ошарашенным и смущенным взглядом я осмотрел все собравшееся семейство: пожилую пони, раскачивающуюся в роскошном кресле-качалке, большого красного жеребца, медленно уплетающего яблочный пирог и одну из первых встреченных мною пони, оранжевую хранительницу гармонии — Эплджек. Все трое дружески улыбались и никто не собирался делать никаких упреков, мол, решай быстрее, а то передумаем...

— Хорошо, спасибо большое! — Конечно, разочаровывать столь добродушных хозяев не хотелось, поэтому я применил чары и мой рог тускло засветился...

Выражение мордочек у пони сменилось на радостное, когда два "бинта", переливаясь моей темно-фиолетовой аурой, заняли подходящее им место, полностью прикрыв собой порезы, так сказать "облагородив" мой внешний вид. Не удержавшись, я тоже широко улыбнулся и махнул всем на прощание копытом, одновременно крупом толкнув входную дверь.

Как приятно, оказывается, иметь место, где можно спрятаться от мирской суеты и просто поговорить с простыми жителями мира сего...

~

На следующий день мне удалось встать пораньше обычного и уже через час бесцельного гулянья по утреннему Вечносвободному у меня родилась довольно неплохая идея.

Я неспешно летел к домику-дворцу, в котором обитала, судя по словам Твайлайт, очень большая ценительница драгоценных камней. Подо мной медленно проплывали величественные деревья, окутанные слабым утренним туманом, будто покрывалом. Несколько черных пятнышек стартовали с земли, когда моя черная тушка пронеслась совсем близко, настолько, что высокая трава примялась, пустив своеобразную волну по кругу. Единственная мысль, крутившаяся сейчас в моей голове гласила: лететь далеко и холодно. Недовольно фыркнув, я попробовал ослабить встречный ветер магическим щитом, выставив темную полусферу перед собой и поддерживая ее в воздухе. Получилось, мягко скажем, не очень: хоть потоки холодного воздуха и перестали бить мне в лицо и грудь, но они с остервенением принялись лупить по щиту, существенно замедляя скорость полета и высасывая мою энергию. Недовольно всхрапнув, я развеял заклинание и взлетел чуть выше, собираясь применить другое, но то, что открылось мне за далекими деревьями, сбило меня с толку, вынудив остановиться на месте, покачиваясь вверх-вниз с открытым ртом.

Короткий бросок у самой земли и я сижу в густых кустах, наблюдая настолько странную картину, что до сих пор глазам не верилось: передо мной протекала небольшая лесная речка, на берегу которой сидел самый, что ни на есть настоящий медведь и ритмично хлопал по воде лапой, а сбоку от него, тесно прижавшись к мохнатому телу, сидела знакомая мне пегаска, что то ему говоря. Вот, медведь с особым усилием ударил по воде, а затем нагнулся и буквально вонзил лапу в воду, да так быстро, что я непроизвольно вздрогнул и подался назад. Через мгновение мне стало ясно, что они тут делали вдвоем: с довольной мордой зверь вытащил неподвижную рыбу и бросил ее куда-то за спину. А затем принялся молотить речку дальше...

"Вот это да! Интересно, а в облике дракона у меня это выйдет сделать?" В памяти начали всплывать события, когда я вместе с другим Защитником вел небольшой отряд бойцов сквозь незаселенную местность, плотно укрытую густым и, местами, вовсе непроходимым лесом. Идти пришлось очень долго и еда была на исходе. Казалось бы, в облике тенекрыла я мог полетать по округе и добыть что-нибудь, я даже порывался это сделать, но меня образумил командир отряда: перемещаться необходимо было скрытно, а значит никаких полетов, и, учитывая непроходимость местности, никакой охоты в принципе. Пришлось голодать, а ведь речки и озерца встречались повсеместно, но кто же знал...

Встряхнувшись, я отогнал воспоминания прочь и тихо пошел восвояси, чтобы затем незаметно взлететь.

В город я влетел больше похожий на сосульку, мне даже показалось, что при приземлении во мне что-то хрустнуло. Немногочисленные пони на улицах почти не обратили на меня никакого внимания, разве что какая-то старушка предложила накинуть на спину странную теплую вещь, подозрительно смахивающую на плед, на что я с улыбкой помотал головой. Удивительный народ Эквестрии удивлял меня все сильнее и сильнее.

Мой путь пролегал по маленькой косой улочке, ведущей к площади перед домом Рарити. Как я ни старался, а запомнить расположение домов моих знакомых у меня получалось плохо, поэтому первым делом я приземлялся на главной площади в центре, а затем ориентировался по указателям. Ужасно, конечно, но зато работает, поэтому и сейчас мое черное тело медленно, но верно перемещалась в сторону намеченной цели...

~

После того, как я произвел впечатление на половину жителей Понивилля, таская на своей драконьей спине кадки с яблоками, к моему второму облику все сразу попривыкли, по крайней мере перестав пугаться при каждой встрече. Но была тут и другая сторона медали: Твайлайт теперь смотрела на меня волком, ясно давая понять, что при следующей встрече простыми описаниями различных чар я не отделаюсь. И это, к сожалению, оказалось правдой. В тот же вечер мой фиолетовый инквизитор буквально силой уволок меня на задний двор, где подверг страшным пыткам. Поначалу Твай хотела проследить за ходом трансформации с помощью каких-то хитрых приборов, припечатав ко мне с десяток штуковин с присосками, но затем, после моих длительных увещеваний и сгоревших в потоках перестраивающейся энергии механизмах, единорожка любезно согласилась просто записывать, что видит.

В третий раз вернув себе облик единорога, я не удержался и плюхнулся на круп, устало уставившись в землю. Конечно, мое тело пребывало в нормальном состоянии, но вот запасы энергии были маловаты после таких сложных заклинаний...

— Я больше не в состоянии, а мне ведь еще домой добираться, — жалобно потянул единорог, сверкнув рогом, — пощади.

— Можешь остаться на ночь у меня, — произнесла Твайлайт, исписывая уже который лист бумаги, — но если ты совсем не можешь продолжать, то тогда закончим на этом.

— Поддерживаю.

С видимым усилием я встал на все четыре и походил по кругу, разминая уставший после преобразований организм. Интересно, и много Твайлайт выудила полезной информации из этого странного эксперимента? Я прекрасно знаю, как выглядит заклинание смены облика со стороны: все мое тело принимает будто бы призрачный облик, становясь ярко-белым, затем по частям изменяется, продолжая светиться, после чего в последнем магическом импульсе принимает физическую форму. Довольно просто, если не принимать во внимание символьный состав руны. И что же в этом можно углядеть для себя необычного?

— Пойдем в дом, мне хотелось бы обсудить с тобой одну вещь, — нарушила поток моих мыслей единорожка, притянув к себе все мое внимание. Бросив свои упражнения, я повернулся к ней, уставившись на нее в непонятках.

Собрав все свои записи в небольшую стопку, окутанную мягким фиолетовым светом, она махнула хвостом, мол, иди за мной, и направилась ко входу в живое дерево-дом. Мне ничего не оставалось, как пойти за ней, пытаясь догадаться, о чем сейчас пойдет речь.

— Я получила письмо от принцессы Луны насчет тебя, — с ходу удивила меня Твайлайт, достав с одной из многочисленных полок белый сверток, являющийся, видимо, вышеописанным предметом. На ее лице было написано: "ты должен мне множество ответов", причем решимость настолько прослеживалась, что я внутренне усмехнулся.

Демонстративно развернув свиток перед собой, она прокашлялась, взглянула на меня чуть насмешливым взглядом и начала громко декламировать:

— ...сим дражайшую первую ученицу своей сестры я прошу приглядеть за новым гражданином Эквестрии, известном как Ночная Фурия, помочь ему выбрать дом, если пожелает, а также найти занятие. И пожалуйста, попроси его рассказать тебе о своей истории. Не забудь также про наш небольшой эксп.. хм, это уже не то — она нервно мазнула по мне взглядом и сосредоточилась на том, чтобы бережно уложить письмо обратно на свое место.

— Что-что там про эксперимент? — улыбнулся я, глядя как единорожка ощутимо занервничала.

— Это... это неважно, — выдохнула она, движением копыта поправляя чуть сбившуюся гриву, тем самым придавая себе более уверенный вид, — сейчас речь пойдет не о мне.

— Да ладно, — я сделал попытку увильнуть от разговора, приблизившись к единорожке и взглянув ей прямо в глаза, — а по-моему кое-кто что-то скрывает...

— Найт, прекрати, — она оттолкнула меня копытом, как мне показалось, неохотно, после чего сделала серьезное лицо, — это просьба самой принцессы, а ее игнорировать нельзя.

— Принцессу или просьбу?

— И то и другое, — фыркнула единорожка и выжидающе на меня уставилась.

Поняв, что сопротивление бесполезно, я отошел от нее, лег прямо посреди комнаты и положил голову на вытянутые ноги, позволив себе роскошь полностью погрузиться в раздумья.

О Тьма, ну почему я должен это говорить? Почему? То, что я есть на самом деле, разительно отличантся он Найта нынешнего. И нет бы жить в счастливом неведении, надо же узнать правду... И принцесса еще влезла со своей просьбой... Вот услужила, так услужила, даже сказать нечего.

— Твайлайт Спаркл, ты точно хочешь знать то, что изменит твое отношение ко мне навсегда? — предпринял я последнюю отчаянную попытку избежать судьбоносного разговора.

— Да, — она заметно дернулась, будто от электрического удара, и сглотнула, — как бы то ни было, раз Луна захотела, чтобы я это узнала...

— Луна-Луна, — я покачал головой, — а свою наставницу ты спросила?

— Слова обеих сестер для меня равноценны, — с некой толикой пафоса произнесла Твай и махнула копытом в неопределенном жесте, — так что, считай, согласие Селестии есть.

— Хорошо, — я грустно покачал головой, — только учти: будет много насилия.

"Вот же Хаос!"

~

Моя настоящая история, только сильно урезанная в тех местах, о которых мне было стыдно и попросту боязно рассказывать столь миролюбивому существу, давно отзвучала, и теперь я сидел на крупе прямо напротив Твайлайт, играя с ней в гляделки. Мне было не о чем размышлять, пока я пытался угадать мысли единорожки, а она их совсем не демонстрировала, крепко задумавшись и, видимо, ведя нешуточный спор сама с собой где-то внутри, за гранью доступного мне. Отчаявшись дождаться реакции, я материализовал перед собой мерцающую руну так, что она зависла четко между нами, и принялся понемногу ее изучать. Еще тогда, в пещере, где я получил свою метку и мне открылась "Дуговая молния", меня очень удивил символьный состав руны, но изучить его поподробнее времени все как-то не находилось. Теперь же его было вдоволь, и потратить на стоящее дело вполне можно было.

— Стало быть, ты говорил правду, когда мы впервые встретились? — прервала затянувшее молчание единорожка, оторвав меня от созерцания магического рисунка. Это было немножко неожиданно... и ожидаемо. Подняв глаза на Твай, я развеял ставшую ненужной руну и, выждав секунду, медленно кивнул, после чего моя собеседница вновь задумалась.

— Но почему... почему ты пришел именно в Эквестрию? Мы ведь не подходим для вашей, так называемой "защиты". Какова твоя цель? — взволнованным голосом обрушила на меня вопросы Твайлайт, и вновь неожиданно. Собравшись было призвать руну вновь, я развеял зачатки заклинания, и невольно вздохнул.

— Верно, Эквестрийский народ не нуждается в нас, в частности, во мне, — начал я говорить, заметив, что пони вся напряглась, будто готовая сражаться, — и никто не собирается трогать ваших правителей.

Будучи первой ученицей одной из коронованных особ, Твайлайт была предана ей настолько, что готова была на все ради нее и не раз, судя по рассказам Эплджек, рисковала собственной жизнью по той же причине. Из-за этого, а также того, что основная цель моего ордена — свергать верхушки власти, я посмел предположить причину волнения Твай и нанес упреждающий удар...

— Но по твоим рассказам получается...

— Ты упустила одну важную деталь, — мягко перебил я ее, — мое появление здесь — случайно.

Вновь она призадумалась, забавно прикусив нижнюю губу, после чего вздрогнула всем телом и расплылась в улыбке. Признаться, это меня ошарашило.

— Теперь понятно, — она встала и подошла ко мне почти вплотную, взглянув прямо в глаза, отчего по всему моему телу пробежала искра, — раз тебе доверяет Луна, то не вижу причин не делать этого и мне. Прости, что не заставила тебя нервничать. Мир?

— Мир, — удивленный до отказа, произнес я и ощутил, как мне на шею легла ее ножка. "Что это?... Мне следует сделать также?".

Немного помявшись я все-таки поднял свою переднюю правую ногу и положил ее на фиолетовую фигурку, прижавшись на мгновение к ее мордочке своей черной щекой.

— Но я должна все рассказать подругам, — сказала она, освободившись от объятий и отойдя чуть в сторону, — иначе это будет нечестно по отношению к ним.

— Твоя воля, — устало кивнув, я повернулся в сторону двери и распахнул ее телекинезом, а еще через мгновение за моей спиной начали свой прекрасный танец два звездных полотна в форме крыльев, — только учитывай последствия, первая ученица Селестии, а я полетел спать.

~

На короткий стук в мне ответил детский голосок, предложивший войти. Усмехнувшись про себя я толкнул дверь телекинезом, на что тут же откликнулся мелодичным перезвоном входной колокольчик, и зашел внутрь, увидев перед собой белого жеребенка.

— Привет, Найт! — веселым голосом вскрикнула она, улыбнувшись во всю ширь, — а моей сестры еще нет, ты ведь к ней?

— Само-собой, — я немного смутился, — прости за вторжение, потом зайду, — развернувшись, чтобы уйти, я неожиданно был остановлен маленькой единорожкой, которая буквально вцепилась в меня, надежно обвив своими передними ножками мою заднюю.

— Подожди не уходи, — произнесла она в ответ на мой недоуменный взгляд, — сестра скоро вернется, можешь пока посидеть с нами.

— Нет, Свити, право, мне не хочется мешать тебе своим присутствием... я вдруг поймал себя на мысли, что не до конца дослушал жеребенка, — погоди, ты сказала с нами?

В подтверждение некоторым моим догадкам из прохода, ведущего на кухню выбежали два недостающих элемента неразлучной троицы и мгновенно напали на меня, использовав тот-же прием, что и единорожка...

— Привет!

— Здравствуй, Найт!

— Не уходи.

— Останься.

...в результате только передняя правая нога осталась без живых оков, после чего запоздало захлопнулась защитная сфера, окружив нас своим темным крылом.

— Так, девочки, будьте добры, слезьте с меня, — пришлось сконцентрироваться и развеять щит вопреки орущим рефлексам, — меня это немного... пугает.

Разумеется, они даже не сделали попытки пошевелиться, по-прежнему удерживая меня, словно кандалы, на одном месте.

— Ты же останешься? — пропищала Эплблум, глядя на меня большими умоляющими глазами.

— Тогда отпустим! — вторила ей Скуталу — маленькая пегаска оранжевого окраса, очень напоминающая мне Рэйнбоу: такой же целеустремленный характер, спортивный склад ума и маниакальное желание быть всегда и везде первой...

"Ну и угораздило же меня, однако!".

— Ладно, только позвольте мне подвигаться, прошу.

С радосным визгом троица отлепилась от меня и выстроилась в один ряд перед дверью, тем самым окончательно заблокировав мне дорогу назад.

Глубоко вздохнув, я пошевелил немного затекшими конечностями и осмотрел жеребят пристальным взглядом. Судя по рассказам Твайлайт и ее подруг, а также по озорным мордочкам, смотрящим на меня удивительно невинными взглядами, испытание мне сейчас предстоит нелегкое...

Однако выход из положения, как обычно, нашелся внезапно, и когда хозяйка, наконец, соизволила вернуться в дом, то ее глазам предстала довольно необычная картина.

— Найт, девочки, что вы тут происходит? — услышал я знакомый голос и обернулся, увидев его прекрасную обладательницу, замершую на месте с открытым ртом.

Немного помотав головой, чтобы развеять приятную полудрему, я аккуратно, чтобы Свити Бель, расчесывающая мою гриву, не свалилась, встал на все четыре ноги и повернулся к белой единорожке.

— Ждем тебя, конечно! — мгновенно воскликнула моя "наездница", не дав мне даже рта раскрыть, а затем я почувствовал, как ее передние ножки обволакивают мою шею, а мордочка зарывается в гриву, — Найт согласился побыть с нами, пока тебя не было, — ведь правда?

"Согласился, ага".

— В каком-то роде.

~

Честно говоря, удивление почти такой же силы, которое сейчас наблюдалось у Рарити, настигло когда-то и меня, когда я, отчаявшись успокаивать гиперактивных жеребят, просто развалился на полу и вызвал чистую руну. Кто бы мог подумать, что такая простая магия намертво примагнитит к себе внимание всей неразлучной троицы и послужит спасительным инструментом для того, чей опыт общения с детьми болтался на уровне "редко"?

Магический ромб, освобожденный от привязки к каким бы то ни было заклинаниям, довольно трепетно реагировал на прикосновения, мгновенно украшая точку касания небольшим белым пятнышком. Сий мольберт был по достоинству оценен меткоискателями и они ненадолго оставили меня в покое, подарив столь желанную передышку. Но только лишь ненадолго...

— Найт, можно одну просьбу? — совсем рядом раздался детский голосок единорожки, вынудив меня приоткрыть один глаз.

"Свити Бэль", — тут же подсказало сознание. Самая воспитанная и, пожалуй, самая здравомыслящая из этой троицы. Уж ее просьбы не будут такими странными, как например: "я хочу посидеть в твоей пасти, когда ты — дракон", — Скуталу, или же: "наколдуй и мне крылья, ты же можешь", — Эплблум.

— Да?

Единорожка немного потопталась, прежде чем спросить:

— А можно я расчешу твою гриву? Мне так хочется, но сестра не разрешает прикасаться к своей...

~

— О Селестия! Найт, как ты это сделал?, — вывела меня из воспоминаний хозяйка дома, по-видимому, вернув себе дар речи.

— Сделал что? — непонимающе переспросил я, быстренько провернув в голове события прошлых тридцати минут, и удивленно приподнял бровь, не вспомнив ничего необычного.

— Как ты не понимаешь? — шутливо закатила глаза Рарити, указав копытом мне за спину. Обернувшись, я увидел, что двое жеребят мирно спали, развалившись друг на дружке, а перед ними мерцала исписанная руна, немного покачиваясь в воздухе. Причем, судя по всему, на ней был нарисован какой-то единорог.

Я обернулся, немного потупив взгляд.

— Ну, я всего лишь дал им порисовать...

Свити сдавленно хихикнула, а затем спрыгнула с меня и деловито пошла к своим подругам, оставив меня отчитываться перед единорожкой в гордом одиночестве.

— Ничего себе "всего лишь"! — ахнула модельер, двинувшись в моем направлении, — я, порою, трачу целый вечер, чтобы лишь успокоить их и загнать в кровать, не говоря уже о том, чтобы они заснули. Рассказывай, — ее мордочка оказалась напротив моей и наши глаза встретились, — как ты это сделал?

## Глава 12. Бытовая магия

Глава 12. Бытовая магия

— Ну, возможно, это как-то связанно с магией, — залепетал я, отпрянув, — или девчонки просто устали за день...

— Сестренка, Найт, — окликнула меня Свит, избавив от необходимости объяснять необъяснимое, — помогите мне дотащить их до кровати!

Облегченно вздохнув, я повернулся и посмотрел на то, как белый жеребенок пытается толкнуть свою крылатую подружку передними ножками. Выходило у нее, мягко скажем, не очень, поэтому я поспешил вмешаться, подняв пегаску в воздух телекинезом, а затем бережно уложив себе на спину. Спящую Эплблум также подняло в воздух голубое мерцание, и Рарити прошла мимо, унеся за собой парящую земнопони с бантиком, словно привязанный воздушный шарик. Коротко взглянув на Свити Бэлль, на что та сразу кивнула, мол, иди за сестрой, я подмигнул ей и проследовал за хозяйкой вглубь дома.

~

— Итак, Найт, что же привело тебя сюда? — молвила синегривая единорожка, появившись из двери с подносом, медленно плывущим в телекинетическом поле.

Запах, исходящий от него, мне определенно понравился, поэтому я вдохнул полные легкие прекрасного аромата... а затем бесшумно и быстро выдохнул, вспомив о цели своего визита.

— Одну секундочку, сейчас покажу.

На мгновение сосредоточившись, я представил руну "пространственного кармана" и начал переливать в нее энергию.

— Если это какое-то заклинание, то тебе лучше обратиться к Твайлайт, — заметила Рарити, ставя передо мной чашку с "лунным чаем" и тарелочку с пирожками, — она лучше меня в них разбирается.

— Не принижай свои способности, — миг, и пространство сбоку от меня исказилось чернотой, выплюнув на заранее возведенный малый гравитационный щит мешочек с содержимым, над которым я работал довольно долго. "И вот, настал момент триумфа".

— И что же это? — поинтересовалась моя собеседница, пристально разглядывая плавающий в темном сиянии предмет.

— О! Всему свое время, — удержаться от пафоса не получилось, — позволь сначала рассказать небольшую историю.

После памятного события, когда я впервые появился в Понивилле в драконьем облике, мне довелось почувствовать странные самоцветы, которые Зекора принесла Рарити, после чего встал ребром вопрос: что это за штуковины такие, от которых моя аура начинала мелко вибрировать, словно резонируя с ними. Поздно вечером мне удалось выкроить немного времени, чтобы залететь к зебре в гости и поближе познакомиться с "туманными лепестками" — серыми прозрачными камнями, удивительно легко реагирующими на любую мою попытку применить к ним магию. Настоящие аккумуляторы энергии, алхимические реагенты, чьи свойства вполне можно было использовать в своих целях. Узнав о существовании "лепестков", я сделал половину дела. Оставалось только разрушить физическую оболочку, сконцентрировать потоки Тьмы... и благополучно подзабытое в Веродаре знание о создании стихийных камней пригодилось вновь.

Из невзрачного вязанного мешочка, словно из душащей его клети, величественно выплыл плод моих ночных исследований: небольшой прозрачный камешек пепельного цвета с множеством граней, удивительным образом искажающих синее мерцание, источник которого находился где-то внутри, недосягаемый для обычного взора. Размером сие чудо было чуть-чуть поменьше, чем большинство красовавшихся вокруг на различных платьях самоцветов, но по красоте не уступало им, и даже давало фору. По крайней мере мне так казалось и очень хотелось верить, что мое мнение правдиво.

— "Слеза ночи", уникальный камень магического происхождения, — произнес я, левитируя драгоценность на "подушечке" из темной энергии к единорожке, — необычных свойств не наблюдается, не особо хрупкий и прекрасно поддается огранке.

"Слеза" неподвижно зависла между нами, аккурат над центром стола, освещая все вокруг слабым синим сиянием. Судя по выражению мордочки Рарити, сказать что-либо она была не способна, поэтому я, усмехнувшись про себя, продолжил:

— Работа на ферме довольно неплоха, но мне хочется заниматься чем-то еще, что будет приносить пользу, — гравиполе изогнулось, покачав мерцающий груз вверх-вниз, — поэтому я вспомнил навыки, полученные мною давным-давно и реализовал их на практике.

— То есть ты не был воином? — с сомнением переспросила собеседница, не отрывая глаз от "слезы".

— Видимо, Твай не все вам рассказала, — я покачал головой, вздыхая: это не то, о чем хотелось сейчас говорить, — в мои обязанности также входило лечение раненых, разведка, а также контакты с населением и прочие вещи, суть которых поймет лишь принимавший участие.

— Как интересно, — потянула Рарити очнувшись и отпивая из своей чашки ароматный серебристый напиток, — теперь я начинаю понимать, почему Твайлайт не хочет выпускать тебя из библиотеки.

Моя морда, наверное, вытянулась в удивлении. "Интересно?". И это интересно? Даже подробностей не прозвучало, а она говорит такое.

— Брось, у тебя не получается, — усмехнулась единорожка, покачав головой, — или ты действительно не понимаешь, почему нас так интересуют рассказы о других местах, других пони, других судьбах?

— Нет, — я помотал головой, взглянув на самоцвет, о котором все на мгновение незаслуженно забыли.

— Многие пони, в частности я и девочки, большую часть жизни живут в одном и том же месте, изредка выбираясь куда-нибудь на совсем короткий промежуток времени, — начала вдохновленно рассказывать единорожка, так что я сразу понял: парой слов тут дело не обойдется...

В общем: Эквестрия делилась на три больших региона: центральный, большим пятном охватывающий всю середину и немного восточную часть; пограничный — неширокой полосой бегущий вдоль границ и частично распространившийся на южные курорты, и северный — захватывающий все остальное. Жизнь пони во всех трех регионах несколько различалась. Северные народы часто перемещались с места на место, избегая встреч с особо жестокими бурями, в то время как южные избегали периодических приливов. В центральной же части ненастья, сподвигающие пони куда-то уходить с насиженных мест были редкостью, так что жизнь текла очень спокойно, даже слишком спокойно.

— ...нет, конечно заниматься всегда есть чем, но иногда хочется все бросить и уехать далеко-далеко, — Рарити мечтательно закатила глаза, — в Зебриканию, например, заглянуть, или в пустыни Эквина к сфинксам...

— Тут еще и сфинксы есть? — моему удивлению не было предела. Получается, что мифические крылатые львы тоже не являются лишь легендой?

— Ну конечно же! Каждый жеребенок... — она запнулась, посмотрев на меня долгим взглядом, на что я лишь усмехнулся, — почему тебя это удивляет? У вас там что, нет такого?

Я неопределенно пожал плечами, предвкушая, как отнесется единорожка к моим словам, которым суждено сейчас будет увидеть свет.

— В Храме не то что сфинксы, но даже пегасы и единороги считаются выдумкой, а про аликорнов даже и сказок-то нет, — я поднял чашку и отпил немного замечательного ее содержимого, наблюдая реакцию белой пони, очень схожую с моей недавней. Ситуация выходила довольно забавной: рассказывать самой, что ни на есть, живой единорожке, что она — всего лишь легендарное существо, сказка, которую рассказывают детям на ночь.

— Как у вас там все странно, — наконец выдохнула поняша, а затем подхватила с подноса еще теплый пирожок и откусила кусочек, при этом умудряясь удерживать его телекинезом, — а кто же ты тогда?

— Единорог, — после короткого раздумья произнес я, кажется догадавшись, куда клонит моя собеседница.

Признаться, сeй вопрос меня несколько обескуражил. Хоть Твайлайт, а значит и все ее подруги, знают, кто такой Найт на самом деле, еще ни одна из них не задавала таких провокационных вопросов. Придется объяснять, что такое "червоточина", механику работы которой до конца не понял еще никто: ни Защитники, ни любые другие маги из множества измерений. Архимагия, доставшаяся нам по наследству, причем даже неизвестно кто ей пользовался раньше: руна заклинания была просто высечена на каменной стене.

— Но ведь ты не настоящий, да? — спросила она, смутившись, — ой! Прости, если обидела...

— Такой же настоящий, как и ты, — я улыбнулся: догадка верна, — просто для каждого из миров мое тело изменяется таким образом, чтобы соответствовать местным. Согласись, вы бы очень удивились, если к вам бы пришел дракон, изъясняющийся на незнакомом языке?

— Ты помнишь мою реакцию... — выдохнула Рарити, аккуратно поставив опустевшую чашку на стол, — полагаю, она не будет сильно отличаться от других.

— Верно, поэтому мы вот так и делаем, чтобы сильно не смущать тех, кто нас видит, — подвел я черту под этим разговором, больше напоминающим урок, а затем перевел взгляд на "слезу", нежно блестевшую в солнечном свете своим, особым светом.

Рар замолчала, видимо, обдумывая все то новое, что узнала от меня, а потому мне выдалась спокойная минутка, чтобы подумать над ситуацией. Итак, когда все из шести подруг узнали обо мне всю правду, они поняли и приняли это, а не погнали взашей, за что я до сих пор был им очень благодарен. Возможно, не обошлось без влияния царствующих особ, но в любом случае дружба поняш была весьма искренней, так что за мое будущее можно было особо не волноваться. Кстати насчет будущего: вскорости мне необходимо было посетить столицу этого государства — Кантерлот, чтобы выискать побольше информации о минувших и возможных событиях, в которых мое участие пришлось бы весьма кстати, но появиться там хотелось бы с соответствующей подготовкой, а то Хаос ногу сломит разбираться, кто там важная персона, кто негативно относится к магам Тьмы, есть ли там секты какие-нибудь, либо же просто меня растерзает на куски местная элита, узнав, что я состою в хороших отношениях с первой ученицей принцессы Эквестрийской... Хорошо бы подбить на это дело Твай, тем более это доставит ей немалое удовольствие. Двойная выгода.

— Но каков же ты на самом деле? Ты же был кем-то до того, как стал единорогом? — развеяла мои думы Рарити, вновь задав вопрос, на который отвечать не очень то хотелось. А ведь придется...

— Я на самом деле тот, кого ты видишь, и никто иной, — терпеливо начал я, стараясь подбирать максимально простые определения, — да, у меня есть два настоящих облика, словно две маски... — отчего-то мне захотелось просто взять и продемонстрировать ей свои воспоминания, но это чревато не самыми приятными последствиями, поэтому пришлось вздохнуть и продолжить дальше, — нет, не так, это... это как принцессы, точно! Одна из них — воплощение дня, когда как другая есть ночь, это ты понимаешь?

— Да, но я не могу уловить связи, — покачала головой модельер, — при чем здесь ты?

"Уф, кажется, нащупал верную ниточку, чтобы размотать клубок непонимания".

— Представь что у вас есть только один аликорн, который меняет свой окрас и метку с восходом и заходом солнца. Он же остается самим собой, несмотря на внешность, так?

— То есть ты хочешь сказать...

— Подожди мгновение и ты все поймешь, — мягко перебил я ее, — теперь представь себе, что Эквестрия и Храм — это день и ночь, а я — тот самый меняющийся аликорн... Только не аликорн вовсе — пришлось дополнить фразу, чтобы она не вызывала лишних эмоций.

— Значит, ты меняешь свое тело в зависимости от мира?

"О Тьма! Воистину в конце концов!".

— Именно так, — кивок, улыбка, — а что насчет второго облика...

— Дракон! — прозвучал голосок со стороны и в комнату галопом вбежала маленькая белая единорожка, сходу прыгнув на пустующий деревянный стул, причем настолько быстро, что несчастный предмет мебели со скрипом проехал некоторое расстояние, уперевшись в подставленный мною гравитационный щит. При этом пришлось одновременно перехватить "слезу" телекинезом, чтобы не упала ненароком...

— Свити, ты что, подслушивала? — тут же вскинулась старшая единорожка, вперив в сестру осуждающий взгляд, — разве ты не должна быть сейчас со своими подругами?

— Они обе спят, к тому же у вас намного интересней, — не растерялся жеребенок. — Ух ты! — ее внимание привлек самоцвет, освободившийся от моей темно-фиолетовой ауры и теперь вновь болтающийся на гравитационной подушке, — а это что такое?

— Сестра, у нас серьезный разговор, не мешай, пожалуйста, — наставительно отчеканила Рарити, мельком взглянув на меня, — ложись вместе с ними, или сходи в гости к Флаттершай...

"Что? Нет! Упускать такой шанс нельзя!".

— Погоди, Рар, пусть она останется, — обратился я к старшей единорожке, незаметно подмигнув младшей, — в конце концов я пришел, чтобы проконсультироваться с тобой, но лишнее мнение никогда не помешает.

"Итак, наконец-то интересующий меня вопрос".

— Но наш разговор...

— Продолжим его позже, если ты не против, — опять пришлось перебивать, но ситуацию необходимо было прояснить, — меня Твайлайт еще ждет, так что временем мне располагать не приходится.

— Хорошо-хорошо, — немного, как мне показалось, смущенно кивнула моя собеседница и продолжила: — извини, что я столь настойчива... Так что же ты хотел узнать?

Допив, наконец, свой чай, я кивнул хозяйке в знак благодарности, а потом взял булочку и маленькой темной дугой заклинания разрезал ее пополам, подтолкнув половинку к жеребенку.

— Мне хотелось бы узнать, что ты думаешь о "Слезе ночи". Возможная его цена, где может применяться, места сбыта и все такое прочее... — начал я вспоминать все то, чему меня учил Арст — мой друг-Защитник.

~

Я медленно брел по городу, кивая горожанам в ответ на приветствия, но мысленно находясь довольно далеко отсюда, в Раниусе, если быть точнее.

Удивительное королевство, настоящий рай для романтиков: тут вам и рыцари на белом коне, и ведьмы, живущие, правда, мирно, помогая деревням с урожаем, изгоняя хаотических созданий и вообще делая внушительный список добрых дел; король и королева тоже причитаются, обязательно в золоте, но теперь уже, слава Тьме, не во крови; церковь стихии света, инквизиция... В общем, довольно продвинутая цивилизация, в которой, к сожалению, мало кто использовал силу других стихий. Было невероятно сложно адаптироваться, приходилось скрываться, либо обходиться без явного проявления магии, пока кто-то не догадался представить нас как зверей из Темнолесья (Вечносвободный был некоторым аналогом, но только более приветливым к путникам). И вот тогда, когда я и Рэйн шли в ближайшее поселение, он показал свои творения: два яйцеобразных камушка, имеющие удивительную чистоту и приятный глазу голубоватый свет.

На первый взгляд — наипрекраснейший самоцвет, но потом, когда мы добрались до места назначения и принялись торговаться, я был крайне удивлен, насколько низко был оценен шедевр ювелирного искусства. И только позднее мне удалось привыкнуть к этому, когда я сам начал понемногу создавать самоцветы.

И вот сейчас я тщетно пытался задавить свои стереотипы насчет "Слез ночи", когда услышал, кому мне порекомендовала продавать их Рарити.

"Дворцовый ювелир".

Это невозможно, Хаос его раздери! Однако ж реакция поняши, когда я подарил ей этой самый камушек в благодарность за сшитый когда-то костюм, а заодно и за будущий, довольно красноречиво говорила, что она не врет. Да и причин врать у нее нет, так что... "Нет, надо определенно посоветоваться с кем-нибудь, кто приближен ко двору". Вот только из моих знакомых на эту роль походила лишь Твайлайт, в чьем вкусе я несколько сомневался. В любом случае надо сделать еще одну слезу в качестве образца, но пока-что у меня есть более срочные дела, а создать самоцвет всегда успеется.

Загадочные явления, происходящие в досягаемости моего тела и разума всегда находили у меня отклик, вне зависимости от их природы. Вот и теперь, лишь довелось мне узнать, что Флаттершай обладает способностью устрашать животных взглядом... Выпустив магические крылья, я, на глазах у двух удивленных пони, подкинул себя в воздух прыжком и стремительно полетел в сторону старого дуба, где мог бы быть ответ на интересующий меня вопрос. Сомнений у меня было много, но не принимать во внимание, что магия Эквестрийских пони во многом отличалась от магии Защитников, было нельзя.

Подобравшись к самому окну, я быстро заглянул внутрь, отметив жуткий беспорядок и спешащего куда-то дракончика, после чего сложил крылья на спине и приземлился, оставив после себя небольшое облачко темных частиц. Итак, Твайлайт была дома, что не могло не радовать.

— Спайк!

Мой окрик заставил малыша подпрыгнуть от неожиданности и резко обернуться, из-за чего мне не удалось сдержать ухмылку: совсем недавно Твай буквально заставила меня входить без стука в дверь, "Потому что мы друзья, а друзья не ведут себя, как незнакомцы...", даже не смотря на резонный аргумент с моей стороны, мол, это правило вежливости. И вот, мне захотелось попробовать изменить своим принципам, сделав то, что от меня хотела фиолетовая единорожка. Результат моего действа стоял сейчас, удивленно глазея на меня своими драконьими глазами. Видимо, хозяйка этого дома не предупредила своего ассистента обо мне, а малыш уже настолько привык бегать и открывать дверь, что просто не мог осознать факт моего внезапного появления непосредственно внутри библиотеки.

— Ты не мог бы сказать, где сейчас находится Твайлайт? — решил я несколько разрядить обстановку, сразу задав интересующий меня вопрос.

— Да, она... наверху, — выговорил он, явно находясь в прострации, — ну... это все, или еще что-то?

— Все, — улыбка окрасила мое лицо, — спасибо.

Итак, она наверху, а значит, там происходит очередной эксперимент. Не хотелось бы ей мешать, потому как единорожка просто так обычно этим не занимается... Мой взгляд упал на винтовую лестницу, ведущую на верхний ярус дивного дерева. "Кажется, Градар хотел себе домик на дереве. Интересно, что он скажет на это?". Вздохнув, я двинулся вверх по ступенькам, от нечего делать распуская и складывая два магических полотна на моей спине. Удивительно ощущение, будто ты и вправду управляешь магией силой желания, хотя "крылья " — лишь ее физическое воплощение.

— Привет, Найт, — прозвучало из-за стены книг, а спустя секунду оттуда высунулась радостная фиолетовая мордашка, — представляешь, я определила, что обычный магический барьер может частично рассеивать любое воздействие на него!

— Правда? — я вновь улыбнулся, подойдя ближе, — продемонстрируй.

Зная характер единорожки, такая заинтересованность с моей стороны ей очень даже по нраву. И вправду: она засветилась от счастья, словно звезда в безоблачную ночь, повернувшись и уперев мордочку в книгу, начав подготавливать чары. По правде говоря, я и сам начинал ощущать себя лучше, когда Твай была счастлива, что не могло не настораживать. "Что-то со мной не так", — с этими мыслями я уселся подле фиолетовой поняши и принялся терпеливо ожидать.

— Вот, смотри! — спустя немного времени и вновь с энтузиазмом произнесла она, оторвавшись, наконец, от увесистого фолианта, гордо блистающего золотым переплетом, — это невероятно, но заклинание и вправду работает.

Сосредоточившись, она засветила свой рог, создав маленький пузырек магии, который затем разросся почти в три раза, став размером с мою голову.

— Защиту поставить? — учтиво поинтересовался я, раглядывая скромного размера прототип защитной магии, как совсем недавно Рарити — "Слезу Ночи".

— Да, это бы мне очень помогло, — откликнулась Твай, зажмурившись и сосредоточенно что-то колдуя, отчего ее рог периодически вспыхивал белым огнем Души.

Неопределенно хмыкнув, я окутал себя и поняшу темным мерцанием, а затем поставил два барьера, заключив нас в своеобразную "чашу". Если что-нибудь пойдет не так, это вряд-ли поможет, но от мелких неприятностей защитит уж точно.

Тем временем шар единорожкиного заклинания начал переливаться розовым светом, покрывшись десятком ровных красноватых полос.

— Кажется, вот так оно и должно выглядеть, — задумчиво сообщила мне Твай, вытирая сгибом ноги пот со лба, — сейчас проверим, если ты не против.

— Действуй.

Бросив на меня короткий взгляд, полный благодарности, поняша наклонила голову, направив рог точно в сферу. Выглядело это довольно красиво, хоть картины пиши, но не хотелось бы оказаться на месте полосатой сферы, в которую, издавая мелодичный звон и ярко мерцая, устремился луч уже боевого заклинания. Затем послышался короткий треск и комнату озарила вспышка, заставив оба моих защитных заклинания сгуститься, чтобы принять на себя тысячи крошечных пучков энергии, в которые превратился цельный когда-то поток.

— Это было... впечатляюще! — сказал я чистую правду, когда общий хор наших чар вконец утих, предоставив нам возможность слышать друг друга.

Две темных магических стены сильно потускнели, приняв в себя основную часть урона, но при этом окружающая нас обстановка совсем не изменилась. Ни темных пятен выжженного, отнюдь не слабым заклинанием Твайлайт, дерева, ни разрушенных предметов мебели, ни опаленных книг, ни-че-го. Насколько мне удавалось судить по плачевному состоянию двух магических щитов и обоих барьеров, поток энергии должен был, как минимум, пробить противоположную стену, снося все на своем пути. Но в любом случае это было действительно потрясно!

— Спасибо, — произнесла единорожка, оглядывая, как и я до этого, библиотечную комнату.

Ее блуждающий взгляд остановился на темной материи моих чар, а затем обратился ко мне, став вопросительным.

— "Антимагический панцирь", — ответил я на ее немой вопрос, быстренько развеивая все, что создал, — тяжело сейчас объяснить, что это такое.

— У нас впереди еще много времени, — скептически произнесла она, указывая копытом на окно, в котором виднелось солнце, только-только начинающее сваливаться за горизонт.

— Верно, но я пришел не просто так.

— Ах да, — она сокрушенно вздохнула, будто бы и не было сейчас удачного эксперимента, — извини, просто иногда я бываю немного настойчивой.

Ее рог ярко засветился и все книги одновременно поднялись в воздух, образовав ровное кольцо вокруг нас, принявшись медленно кружить, словно часть огромного механизма.

~

Она была просто невероятно любознательна! А еще, как потом призналась, очень хотела "побыть мне полезной". Неведомо, чем я заслужил такое, но в любом случае эти два фактора сыграли мне на "копыто": всего половина часа прошла с момента предыдущего эксперимента, а Твай уже была готова к следующему!

— Заклинание может получиться каким угодно, — предупредил я ее, и работа закипела...

Идея была довольно смелая: создать магию, которая могла бы соперничать со "взглядом" Флаттершай — удивительным даром, позволяющим подчинять себе, либо же пугать до состояния полусмерти диких животных. Сама пегаска не особо распространялась об этом, но по рассказам ее подруг, в частности Твайлайт, мне удалось понять принцип его работы, создав руну-прототип заклинания. Но, к сожалению, ей определенно не хватало еще одного элемента, который я точно не знал, да и, наверное, не мог вообще знать. Страх, отпугивание — синонимы можно подбирать сколько угодно, но такой символ определенно отсутствовал в библиотеках Храма: уж слишком странную функцию он в себе несет. Напугать можно и простой демонстрацией силы, ну а на врага, окружившего себя хоть каким-то, сколь угодно слабым щитом, воздействия на психику становятся бесполезны. Тем не менее здесь, в Эквестрии, такая штука будет очень кстати, и мне хотелось в это верить.

## Глава 13. Сумеречный лес

Глава 13. Сумеречный лес

Мне всегда хотелось узнать, каково это — сидеть на ветви огромного дерева, обозревая окрестности далеко вокруг. И вот, моя мечта сбылась. Крыша библиотеки была столь надежна, что спокойно выдержала мой вес, позволив мне наслаждаться последними лучиками солнца, отправляющегося на покой и уступающего свое место луне, которую в Эквестрии именовали не иначе как "Селена". Зрелище было невероятное, особенно, когда осознаешь, что оба небесных тела двигают могущественные существа, являющееся по совместительству правительницами этой страны.

Прикрыв глаза, я ускользнул в воспоминания, наслаждаясь моментом... и пробыл там всего немного: в светло-фиолетовой вспышке подле меня материализовалась Твайлайт, сразу же приняв вид целиком и полностью сочувствующий.

— Мне так жаль, что заклинание провалилось, — сообщила она в ответ на мой удивленный взгляд, опустив мордочку, — я только что выписала редкие экземпляры книг из Кантерлотской библиотеки, где может быть интересующая тебя информация. Надеюсь, это тебе поможет.

— Что-о-о? — только и удалось выговорить мне, пока челюсть не отвисла окончательно, — зачем? У меня редко когда новые чары работают с первого раза но... зачем книги? Тем более из самой столицы! Это же стоит огромных денег, наверное!

— Вовсе нет, — улыбнулась единорожка, неуверенно переставляя ногами, — можно я прилягу рядом?

— Конечно, — ошарашенно произнес я, сдвигаясь левее, — но почему ты это сделала? Я ведь даже не просил.

Немного умяв копытами огромные и очень-очень мягкие листья, Твай опустила свое фиолетовое тельце прямиком рядом с моим так, что я ощутил тепло, от нее исходящее, и повернула голову, заглянув мне в глаза.

— Потому что я знаю цену новым открытиям, — произнесла она, взглянув в сторону заката, — тем более, ты столько всего сделал для меня, должна же я как-то тебя отблагодарить?

Вот теперь уже отвернулся и я, не зная, что сказать. Конечно, она ничего мне не должна, так как все, что я делал для нее, было от чистого сердца, без капли поиска выгоды или еще чего подобного, но с другой стороны... это ведь была Твайлайт. Пони, что уже само по себе немаловажно, так еще и ученая, или "магичка", как ее тут все называют. Не удалось у меня заклинание, подумаешь! Любой другой бы посочувствовал и все, но не она.

— Знаешь, просто... — я попытался подыскать нужные слова, но так и не нашел их, — просто спасибо тебе за это.

Краем глаза я увидел, как улыбка единорожки стала шире, и меня посетила мысль, что все сделанное сейчас мною — правильно.

Мои прозрачные крылья, которые так не хотелось развеивать, распахнулись, и одно из них укрыло Твай, словно одеялом. Все же на улице хоть и тепло, но ветер был прохладным, так что мои инстинкты тенекрыла проснулись, требуя позаботиться о беззащитном, как им казалось, существе.

Неожиданная реакция Твайлайт меня очень удивила: пони резко покраснела и как-то вся вжалась в листву, будто спасаясь от лежащей на ней оперенной Тьмы. Инстинктивно я тоже резко дернул крылом, сняв его с единорожки, а потом вопросительно взглянул на нее.

— Это, — пролепетала она, старательно пряча взгляд, — было... неожиданно, извини. У вас там так принято, да?

— Ну, не запрещено точно, а что такое? — моя мордочка выражала само удивление, поэтому Твайлайт несколько расслабилась, осмелившись, наконец, поднять свой взгляд.

— То есть ты не знаешь, — произнесла единорожка скорее утвердительно, хитро улыбнувшись, — и Рэйнбоу или Шай тебе не рассказывали, так?

— Нет, — я отрицательно помотал головой, — тем более мне до сих пор непонятно, о чем ты говоришь. Может, хоть намекнешь?

— Я дам тебе почитать одну книгу, — загадочно произнесла она в ответ, а затем вновь опустила взгляд, смутившись непонятно от чего, — а ты можешь... можешь снова укрыть меня? Просто здесь, наверху, довольно прохладный ветер...

Неопределенно хмыкнув, я вновь распростер свое крыло, положив его так, чтобы передняя кромка упиралась в фиолетовую шею, а призрачные перья закрывали собой две ее метки. "Странно, это ведь простой жест заботы... наверное".

Очнувшись из полудремы, я приоткрыл глаза, чтобы узнать, что же такое теплое лежит у меня под боком. Повернувшись и увидев единорожку, мирно сопящую под моим крылом, я улыбнулся, вспомнив предшествующие этому события и подновил тускнеющее заклинание, влив в него немного энергии, после чего вновь положил голову на вытянутые ноги, устремив взгляд вперед. Тут же мое внимание привлекла довольно удивительная картина, разворачивающаяся совсем недалеко от места моего пребывания: скрываясь в тишине ночи, уже вступившей в свои права, посреди улицы крались три маленькие четвероногие фигурки. И путь их лежал, похоже, не куда-нибудь, а на окраину города, откуда было копытом подать до Вечносвободного.

— Твай, а Твай, — потормошил я крылом спящую поняшу, не решившись принимать решение в одиночку, — вставай, тут образовалась маленькая проблемка.

— Что? — сонно произнесла она, забавно пошевелив ушками, после чего медленно завалилась на бок и продолжила тихо сопеть носиком.

— Спаркл! — пришлось немного повысить голос, потому как темная троица скоро должна была покинуть поле моего зрения, затерявшись в придорожных кустах.

В этот раз ее реакция оказалась получше: вновь перекатившись на живот, единорожка испуганно покрутила головой, пытаясь проморгаться, после чего остановила свой взгляд на моем крыле и дернулась в сторону в попытке его с себя сбросить.

— С тобой все в порядке? — поинтересовался я у нее, нехотя развеивая заклинание, тут же рассыпавшееся тысячами темных искр.

— В полном, — заверила меня она, судя по виду все еще пытаясь собраться с мыслями, — что происходит и почему я на крыше библиотеки?

— Долгая история, — я неопределенно махнул копытом, — со временем ты вспомнишь, а пока обрати свой взор вперед.

— И что же я должна там увидеть? — спустя мгновение спросила Твайлайт, напряженно вглядываясь в покрытую темнотой улицу.

"Как это что?" — проскочила в голове мысль, после чего перед моим мысленным взором предстала руна "Лунного зрения". Пони не видят в темноте? Это решаемо! Миг, и все вокруг как будто засветилось своим, особым светом, не отбрасывая, правда, теней. Удивленный вздох единорожки, прозвучавший секундой после, послужил мне оповещением о том, что заклинание перекинулось и на нее.

— А теперь посмотри вперед, — несколько торжественно произнес я, сам в это время рассматривая ошарашенное выражение мордочки пони, чьи глаза, к слову, светились теперь мягким голубым светом.

Все заклинания, так или иначе улучшающие возможности тела, пусть даже и на небольшой промежуток времени, по-своему удивительны и прекрасны. Когда они воздействуют на тебя, ты невольно испытываешь странные ощущения, которые ближе всего подходят под определение "могущество". Могу только представить, что чувствует единорожка, ставшая целью таких чар. Сам то я, немного потерял голову, когда впервые открыл "Лунное зрение": несколько учеников и адепт довольно долго пытались и не смогли отыскать меня в подземельях Храма, где и бегал абсолютно счастливый Защитник...

— Удивительная магия! Ты должен меня ей обучить, — медленно произнесла Твай, а затем нахмурилась, — но я по-прежнему не понимаю, что я должна увидеть необычного...

"Да как же так?".

— Меткоискатели! — не вытерпел я и повернул голову с сторону улицы... и обомлел.

Чистая, ухоженная дорожка, красивые домики, сделанные так, что были похожи на игрушки, ровные кусты, подстриженные заботливым садовником, а может, и несколькими; все это великолепие перемежалось небольшими прямоугольными клумбами, пестревшими сотнями цветов, горшками с декоративными деревьями, небольшими верандами и еще многими объектами, большими настолько, что за них мог поместиться жеребенок... И ни одной души на улице!

— Знаешь, давай спустимся вниз и ляжем спать как цивилизованные пони, — проговорила Твай, пихнув меня копытом в бок, пока я лихорадочно пытался выцепить взглядом хоть что-то, — к тому же ветер усиливается, простудишься же!

Хаос, неужели они и вправду пошли в Вечносвободный? Там же просто невероятно опасно находиться! Хотя, с другой стороны, Зекора чувствует себя там вполне комфортно... Может, жеребята направились к ней?

— Не нравится мне, что юные пони бродят по округе без присмотра. Пожалуй, стоит за ними проследить, — твердо произнес я, призывая "Теневой прыжок". Черные облачка окутали мои копыта, приятно касаясь их прохладой ночной стихии.

— Постой, куда ты? — удивленно переспросила Твай, взглянув на меня, уже подобравшегося, чтобы спрыгнуть на землю и побежать следом за тремя непоседами.

Повернув голову, я посмотрел в блистающие голубыми бликами фиолетовые глаза, выстроив самое спокойное выражение на своей морде, на которое был вообще способен, после чего подмигнул единорожке и подобрал под себя задние ноги.

— Искать меткоискателей.

Прыжок.

~

Пришлось потратить несколько минут, прежде чем "обнаружение" выдало более-менее адекватные результаты. Неразлучная троица невесть каким образом оказалась уже за чертой Понивилля, довольно быстро передвигаясь именно туда, где быть им не стоило, тем более ночью. Мысленно взмолившись Тьме, чтобы жеребята не попали ни в какую передрягу, я окутал себя чарами невидимости и прибавил ходу, перейдя на бег. Двигаться приходилось очень осторожно: хоть моя черная тушка и была скрыта от посторонних глаз, но цокот копыт никто еще не отменял, посему несколько неосторожных движений и кто-нибудь, кто высунется проверить ситуацию, очень удивится пустому месту, издающему звуки, а может и поднимет панику... С другой стороны это не Веродар и подходить с его мерками к Эквестрии глупо, как минимум. "Да и бесполезно".

Прошло еще немного времени, что обернулось для меня несколькими ссадинами, когда пришлось продираться сквозь густые кусты, в надежде срезать путь и обойти жеребят сбоку... Срезать-то я срезал, но в обоих смыслах: тот, кто рискнет повторить мой маршрут, наткнется на дыру в этой злополучной растительной стене, пробитую "косами", шириной аж в два-три взрослых пони.

Помотав головой в надежде развеять ненависть, направленную на шипастую ограду леса, я продолжил движение и совсем скоро стал различать приглушенные детские голоса, доносящиеся откуда-то спереди. Навострив уши, я прислушался и мгновенно опознал Свити Бель, что-то втолковывающую своим подругам, "А может она просто жалуется?".

Просто по правилам преследования мне необходимо было держаться в стороне, но желание послушать было сильнее, посему я тихо прокрался прямо им за спины и принялся идти с ними в такт, чтобы они ничего не заподозрили.

— ...не бойся, Свити! — прошептала поняша с большим красным бантом на голове своей рогатой подруге, — вон, Твайлайт периодически ходит к Зекоре, а Ночная фурия так вообще там живет.

— Правда? — переспросила удивленная единорожка, неверяще покачав головой.

— Чистая, — заверила ее Эплблум, хитро улыбнувшись, — он сам говорил это, когда был у нас дома.

Обе собеседницы на мгновение замолчали, чем тут же воспользовалась оранжевая пегаска, взяв инициативу в свои копыта:

— Так ему, наверное, легко жить в этой дикости: он же может становится стра-а-ашным таким драконом, — сказала она, встав на задние ноги и широко разведя передние, из-за чего вся процессия резко прекратила движение и я чуть не раскрыл себя случайным шумом.

— И ничего он не страшный! — помотала головой лимонная пони, — просто большой, вот и все.

— А еще черный, словно ночь, и глаза желтые-желтые, прямо как у василисков! — продолжила Скуталу таким голосом, будто рассказывает страшную историю, отчего я не смог сдержать улыбку: мне как-то и не думалось, что моим вторым обликом можно пугать детей.

— А ты видела их глаза? — пискнула Свити и сделала такое лицо, будто крылатая поняша вот прямо сейчас превратится в статую самой себе.

— Нет, — беззаботно ответила та, становясь на все четыре и демонстративно продолжив идти вперед, — просто предположила.

— Да ну тебя с твоими шуточками, — надулась единорожка и пошла следом за ней, беспокойно оглядываясь по сторонам.

Мягко ступая по покрытой маленькой травкой земле, я бесшумно двинулся следом, обдумывая только что сказанное. Забавно, здесь еще и легендарные змеи, замораживающие взглядом, водятся? Страна чудес, да и только! С другой стороны, если с такой тварью встретиться... "Главное — не смотреть в глаза", — любил повторять Арст — мой товарищ и спец по различным существам. Ну что ж, последуем его совету, если вдруг понадобится.

— Девочки, давайте повернем обратно! — вновь прервала затянувшееся молчание Свити, больше всех, как я заметил, зыркавшая по сторонам.

Вообще это было весьма странно: место вроде бы и не совсем безопасное, но при этом Скуталу шла прямо и уверенно, а Эплблум, замыкающая процессию, лишь иногда с опаской оглядывалась назад, по-видимому, умудряясь услышать либо хруст сломанной моим копытом веточки, либо случайный вздох, либо еще какой-нибудь нежелательный для меня звук.

— Да не волнуйся ты так, — бодро ответила ей пегаска, чуть притормозив и поравнявшись с ней, — если что, не смотри этой курице в глаза и все! Помнишь, как Флаттершай учила?

"Курице? Флаттершай? Учила?".

— Да-да, я помню, — грустно произнесла единорожка, опустив голову, — но мне от этого не лучше. И почему мы не взяли кого-нибудь из взрослых?

— Ты же знаешь, они бы нас не пустили, никто из них, — упрямо проговорила лимонная поняша, догнавшая подруг и шедшая теперь рядом с ними.

— Даже Флаттершай? — голосок Свити звучал с такой надеждой...

— Даже она, — утвердительно кивнула Скуталу, вставая на сторону маленькой земной пони, — а после того события, — пегаска подняла переднюю ногу и, продолжая двигаться на трех, начала что-то рисовать в воздухе; что именно, разглядеть мне никак не удавалось, — она первая преградит нам дорогу.

— Ты права, — жалобно выдохнула белая кобылка, вновь опустив голову словно бы в глубокой скорби, но через мгновение она шла ровно, улыбаясь во всю ширь, — ну хорошо, тогда давайте пойдем быстрее, а то можем и не успеть до рассвета!

Две других пони согласно кивнули и ускорили шаг, из-за чего бесшумно передвигаться, при этом сохраняя прежнюю дистанцию, стало практически невозможно. Я немного обреченно вздохнул: придется двигаться немного в стороне, что пресечет всякие попытки и дальше подслушивать поняш. А ведь их разговор был весьма информативен для меня. Мне и раньше было известно, что они тратят много времени и сил, чтобы получить свои метки, но такое... Я мысленно возблагодарил Тьму за то, что они идут не одни, пусть и не ведают об этом.

"Не успеть до рассвета!", — эхом отозвалась в моей голове фраза жеребенка. Куда же они собрались-то? Тем более ночью, тем более так глубоко внутрь дикой территории. Даже мне порою приходилось несколько напрягаться, чтобы избежать встреч с нежелательными хищниками, а то и просто передвигаться по воздуху. Но в любом случае я мог за себя постоять, а вот жеребята — нет. Более того, они, скорее всего, являлись желанной добычей для местных обитателей.

Словно в подтверждение моим думам где-то далеко спереди раздался уже до боли знакомый, но от этого не менее жуткий, не то вой, не то скрежет, немного смахивающий на песнь пилы о дерево. Спустя мгновение ему вторил другой, а затем третий, после чего все стихло. То древесные волки, они же земные элементали, выходили из дневной спячки и сбивались в стаи, чтобы потратить несколько драгоценных ночных часов на охоту, дабы потом неподвижно замереть среди деревьев в ожидании нового лунного восхода. Прекрасно звучит, но дьявольски страшно на практике: волки особо не церемонились, загоняя беззащитную жертву в ловушку и окружая со все сторон, после чего мне удавалось обнаружить лишь чьи-то птичьи лапки, либо же хитиновые пластинки... К счастью и моему великому облегчению останки пони пока-что не думали появляться.

Троица молодых кобылок испуганно остановилась и каждая из них принялась смешно шевелить ушками в попытках определить, как же далеко источник звука.

Последовав их примеру, я на мгновение развеял невидимость, вместо этого выпустив на волю спираль "Обнаружения". Незримая и неощутимая, она сжалась, а затем будто взорвалась и быстро начала охватывать все больше и больше территории вокруг меня, "поджигая" ее множеством цветных точек. Спустя пару секунд прямо передо мной ярко заискрились два отчетливых зеленых пятна, все более и более прибавляющие в насыщенности цвета. Существа приближались.

— Хаос! — в сердцах рявкнул я и, уже не заботясь более о незаметности, в стремительном прыжке преодолел густые заросли кустарника, оказавшись прямо за спинами жеребят.

~

Мой хвост ярко засветился, пропитываясь энергией ночи.

— Прячьтесь за меня, быстро!

Дважды просить кобылок не пришлось и три фигурки мгновенно юркнули мне за спину, предоставив свободную область для применения боевых чар. В то же мгновение густая стена леса напротив нас раздвинулась и из нее с треском вылезло нечто, отдаленно напоминающее собаку. По размерам оно, правда, превосходило меня раза в два, да и многочисленные куски дерева, из которых состоял данный экземпляр, явно наводили на мысль о магическом его происхождении...

— И-и-их! — резко развернувшись, я выбросил из хвоста дугу энергии, которая стремительно унеслась вперед, нацелившись точно в волка. Тварь попыталась было раскрыть искаженную пасть, чтобы позвать на помощь своих сородичей, но "коса ночи" сделала свое дело превосходно: раздробив грудную пластину, синее сияние проникло чуть дальше, врезавшись в пульсирующее зеленым магическое сердце монстра. Последовала яркая вспышка, после чего деревянное тело, лишенное магической подпитки, просто рассыпалось на куски, не представляя больше для нас опасности.

— Уходим, отсюда, — бросил я через плечо, готовясь встретить второго гостя так же быстро, чтобы он не успел позвать кого-либо.

— Куда? — раздался голос маленькой пегаски и никто из жеребят даже не подумал шевелится.

— Туда, откуда вы пришли, — пришлось говорить не оборачиваясь, потому как готовая "дуговая молния" так и норовила сорваться с кончика рога и унестись вперед шипящей белой лентой, разрывая и сжигая все на своем пути. Малейшее движение, и заряд будет потрачен впустую...

Враг показал свою морду, высунувшись на мгновение из-за плотной листвы аномально больших кустов.

— Ах! — одновременно вздохнули три маленькие пони, когда неукротимая стихия с чудовищным треском обрушила всю свою мощь на древесного волка, воплотившись в кривом белом луче, просуществовавшим лишь мгновение. Но этого мгновения вполне хватило: всю переднюю часть монстра разворотило так, будто в него на огромной скорости влетел средних размеров валун. Запахло паленой древесиной.

— Чего стоите? — рявкнул я, повернувшись, наконец, к жеребятам, одновременно испуганно и благоговейно взирающим на меня — бежим отс... Хаос!

Сама по себе сформировалась еще одна дуга, и мне не захотелось упускать свой шанс. Боевая магия, ведомая моим желанием, послушно устремилась вперед, раздробив плечо внезапно преградившего нам дорогу очередного волка. К сожалению, это его не особо впечатлило и волшебное создание, свирепо скалясь, принялось двигаться ко мне.

"Как он умудрился зайти мне в спину?", — пронеслась в голове беспокойная мысль, пока готовилась к своему выступлению еще одна молния, заставляя мой рог испускать снопы искр, словно фейерверк какой-то.

Мгновение, и шипящая смерть унеслась вперед, протаранив тушу хищника и буквально разломав его грудь надвое, но все же вновь не нанеся ему ощутимого вреда.

— Да какого Хаоса?! — в сердцах крикнул я, немного растерявшись от такого эффекта. Две атаки прошли впустую, а волк все приближался, правда, припадая на переднюю правую ногу. К сожалению, не похоже, что этот факт хоть как-то его волновал.

— Найт, сзади! — истошно завопила одна из поняш, и меня словно разрядом ударило: сформировав одновременно и "Косу ночи", и "Импульс Тьмы", я резко развернулся, сбрасывая с хвоста накопленную энергию, и взглянул в указанном, кажется Эплблум, направлении. Послышался громкий треск, будто бы упало огромное старое дерево, после чего окрестности на мгновение озарило зеленым светом. Еще одно стихийное сердце остановилось.

Парочка тварей аккуратно шли по тропкам, оставленным их ныне несуществующими товарищами, но увидев, что я их заметил, остановились и замерли, чего-то выжидая. Знакомая тактика...

— Кажется они не собираются нападать, — обратился я к жеребятам, быстро кинув взгляд назад, где моему взору предстала бесформенная куча деревяшек, — медленно двигайтесь тем же путем, что и пришли.

В этот раз, о счастье, кобылки без вопросов послушались. Периодически оглядываясь на неподвижных хищников испуганными глазами, они плавно двинулись к обгоревшей куче древесины, некогда умудрившейся, сохраняя в себе магию, пережить два мощных атакующих заклинания. Криво улыбнувшись, я начал фокусировать "импульс" на одном из волков, одновременно принявшись отступать так, чтобы всегда быть между поняшами и хищниками. Две деревянные твари, похоже, смекнули, что к чему и тоже неспешно двинулись вперед, однако, стараясь сохранять дистанцию.

— Готовьтесь бежать по моему сигналу!

Вот же хитрые создания, Хаос их раздери! Вроде бы и не проявляют агрессии, но преследовать будут до конца, который наступит, насколько мне было понятно, довольно скоро... если только не нанести упреждающий удар. Уроки, полученные в лесах Раниуса, даром не прошли. Продолжая пятиться, я отпустил заклинание, и на моем роге тут же распустился черный цветок, из центра которого, словно жало, вырвался темно-фиолетовый луч, жадно устремившись к своей цели.

— Вперед! — мой голос прозвучал чуть громче, чем хлопок, с которым боевая магия буквально припечатала хищника к земле и мы вчетвером почти одновременно перешли на галоп.

"Как в старые добрые времена, только тогда вместо детей со мной были Арст и Градар, и мы удирали по воздуху в обликах драконов, да и каждый из нас мог постоять за себя", — пронеслось у меня в мозгу мысль, пока я сосредоточенно пытался одновременно не запутаться в своих ногах и поддерживать стену гравитационного щита, призванную уберечь наши беззащитные крупы от внезапной атаки.

К сожалению, такая простая предосторожность оказалась более чем бесполезна: продравшись сквозь плотный строй кустов, на воздух вышел еще один элементаль, вновь преградив нам дорогу. Пришлось резко тормозить и принимать бой.

"Дуговая молния" в грудную пластину, а затем "Косу ночи" в открывшуюся щель и волка откидывает в сторону фиолетовая вспышка. Каким-то чудом ему удалось пережить смертельную комбинацию, сохранив свое сердце в неприкосновенности, но это и не важно: путь свободен.

— Дальше!

Немного ускорившись, я обогнал тройку жеребят, дабы в следующий раз среагировать раньше, да и простора для боевых чар будет побольше.

Минута бешеной скачки и мы достигли берега реки, относительно свободного от густой растительности, неприятно мешавшей передвигаться и ограничивающей обзор.

— В какой стороне город, знаете? — поинтересовался я у поняш, мысленно призвав руну "обнаружения", — а то мы немного свернули с маршрута.

— Я — нет, — произнесла запыхавшаяся Эплблум, а затем повернула голову к своим подругам.

— Не смотри на меня так! — воскликнула Свити, перехватив ее взгляд, — спроси у Скуталу, это она все придумала.

Спираль заклинания вяло тренькнула, очень меня удивив: мало того, что вокруг нас было полным полно этих тварей, так еще и текущее состояние моих резервов было, мягко выражаясь, не очень, потому как радиус чар был ничтожно, ничтожно мал.

— А? Почему чуть что случится, сразу виновата я?

"Вот же Хаос! Пойти столь неподготовленным, зная, что придется защищать не только себя, но и троицу детишек..."

Я почувствовал, как холодный пот выступил по всему телу, а ледяные когти страха начали медленно подбираться к испуганно сжавшемуся сердцу. Жеребята о чем-то спорили, но мне было уже не до них: спереди, как и сзади, спешно загорались зеленые огни в таком количестве, что всей моей магии хватит лишь на десятую, может, девятую часть этой своры. И почему я не восстанавливал боевые чары, вместо этого занимаясь непонятно чем? Почему?!

Перед мысленным взором ярко засветилась руна смены облика, принявшись жадно впитывать магию.

— Нас окружили, — каким-то отрешенным голосом выдал я, приготовившись к процедуре смены облика...

Вж-ж-ж! Что-то коричневое, похожее на кусок коры, просвистело спереди и у меня еле-еле получилось уклониться, да и то не совсем: послышался легкий щелчок и мой левый бок заметно увлажнился.

— Они кидаются! — завизжала Свити, прыгнув мне за спину. Обе ее подруги поступили также, испуганно вскрикнув, когда еще один осколок просвистел мимо.

Творимые чары были безнадежно сорваны, почти полностью истощив мой заряд. Бросив быстро темнеющий взгляд вперед, я увидел тройку деревянных выродков, стремительно сокращающих дистанцию. Не оборачиваясь, потому как шея внезапно онемела, я мог бы смело утверждать, что сзади творится что-то очень похожее.

Однако, вопреки здравому смыслу, бежать не хотелось теперь вовсе, лишь драться, разбивать эти пустые оболочки и разрывать стихийные сердца.

— Во имя Ночи! — хрипло крикнул я, заряжая "Дуговую молнию". Миг, и шипящий луч устремился вперед, с яркой вспышкой разбившись об хищника. При этом темнота в моем взоре резко усилилась.

Хаос, у меня же рана! Казалось полным бредом, что я ее не заметил раньше. Инстинкты буквально орали мне одно-единственное слово: "Восстановление", но разум не хотел слушать их, вместо этого подсунув зачем-то "Гравитационный щит". Соображать у меня получалось плохо, поэтому последние крохи энергии ушли в эту руну и нас окружило темное сияние.

А затем — абсолютная темнота.

## Глава 14. Госпиталь

Глава 14. Госпиталь

Темная пелена нехотя рассеялась, уступив напору возрождающегося сознания. С громким, непроизвольно вырвавшемся стоном, я пошевелил всеми четырьмя конечностями в попытке узнать хотя бы, в какой позе я нахожусь. "Глаза. Открой их." — прошептал мне внутренний голос, пока мои ноги, ведомые мыслью, попытались выпрямиться. Что-то мягкое, но при этом неподдатливое мешало им это сделать.

"А зачем? Мне и так хорошо", — вяло возразил я в ответ, продолжая безвольно пихать копытами нечто. Странно, но меня этот процесс несколько забавлял: с одной стороны штуковина была приятной на ощупь, если так можно сказать, имея копыта, а с другой — приятная полудрема в теплой обстановке без всяких сторонних обязательств; пинай, да и только. Никуда не надо спешить, никто тебя не трогает, магическая пульсация периодически пробегает по телу, оставляя приятные ощущения...

"Он еще не проснулся, ваше величество".

Да... Мня-м, и даже как-то не хочется. Много забавнее слушать мысли, что вихрем проносятся в моей голове. Похоже на театр... Сидишь в первом ряду и смотришь на действия, разворачивающиеся перед тобой. Закрученные в единое кольцо, они повторяются для публики вновь и вновь, и ты не в силах их изменить, лишь созерцать...

"Мне ли не знать, мисс Хали, что вы не правы"

Оу, а эта мысль уже окрашена иронией!

"Простите, ваше величество, но, может, дадите ему еще немного отдохнуть?"

Да, мысль дельная. Пожалуй так и поступлю.

Закончив бесполезное тыкание ногами в мягкий барьер, я счастливо зевнул, и, изобразив довольную улыбку на лице, перекатился влево в надежде устроиться поудобнее.

Боль. Стремительная вспышка в боку широкой волной разошлась по всему телу, сгоняя с меня состояние полусна. Память услужливо выдала мне обрывки прошлого, где черный единорог бежит с кем-то и от кого-то, стреляя молниями в неизвестность. "Бегу? Отбиваюсь? Лежу? Боль?", — совместились в моем сознании разрозненные куски информации, выдав несколько возможных вариантов развития событий. И во всех, почему-то, я оказывался в роли либо пленника, либо жертвы.

Непонятная ярость, взявшаяся из ниоткуда, нахлынула на меня, почти полностью поглотив несчастный, избитый разум. "Не проснулся, значит? Пусть отдохнет? Ну сейчас вы у меня получите извечную Тьму в ваши наглые морды!". Все равно малая часть "Найта" не совсем понимала, что, а главное, зачем я делаю это, но другая требовала решительных действий.

— Мне бы очень хотелось, чтобы это было так, но у меня, к сожалению, очень мало времени, — произнесла неизвестная кобыла приятным бархатистым голосом, неведомо почему показавшимся мне смутно знакомым.

Собравшись с силами, я вспомнил свое основное тактическое заклинание и мысленно призвал перед собой руну.

— Тогда не буду вам мешать, — вторила ей другая.

"А вот я — буду".

— А-ВА-ЛОН! — резко вскрикнул я, одновременно раскрывая глаза и окружая себя гравитационным щитом.

С тихим звоном ночь распустила свой прекрасный цветок прямо посреди помещения, в котором находился один черный единорог, щедро осыпав потолок звездами и подвесив яркий полумесяц прямо надо мной, а темное сияние щита подняло мою тушку над кроватью, развернув в лицом к "похитителям". "Ну теперь вы у меня попляшете в искусственной ночи".

— Ой! — громко вскрикнула белая-белая единорожка с кремовой гривой, а затем шустро отступила за спину другой пони, чей взгляд изумрудных глаз прямо-таки искрился удивлением и недовольством.

Словно стоящая предо мною принцесса была ключом к замку моих воспоминаний, они, использовав увиденное как своеобразный катализатор, начали вливаться в голову широким потоком, неся с собой все новые и новые потрясения.

— Принцесса Луна! Что... почему я здесь? — посыпался из меня град вопросов и разум не совсем успевал догонять слова, — где лес? Меткоискатели?

— Т-с-с! — прижала она копыто ко рту, понимающе улыбнувшись, а затем повернулась к единорожке, — мисс Хали, оставьте нас наедине, пожалуйста.

У удивленной "мисс", похоже, сознание вот-вот готово было отправится вон из тела, поэтому она лишь испуганно кивнула и буквально убежала из комнаты, однако, не хлопнув дверью.

— Принцесса?

— Секундочку, — произнесла она шепотом, ярко засветив рог.

"Погодите-ка, что она тут делает? И вообще, что это за место?". Мои мысли спутались в тугой комок и принялись весело кататься в голове, вызывая мучительные приступы боли.

"Так, я пошел вместе с меткоискателями в Вечносвободный, затем мы нарвались на древесных волков и мне пришлось вступить в бой..."

— Готово, о нашем разговоре никто не узнает, — внезапно произнесла Луна, прервав поток моих размышлений. Мысли мгновенно разлетелись, словно потревоженные птички, оставив после себя лишь темноту. От неприятного чувства я поморщился, чем, похоже, вызвал озабоченное выражение на лице принцессы.

Через мгновение мой гравитационный щит просто растворился, а на его место пришла синяя дымка, спеленав меня словно ребенка и аккуратно уложив обратно на кровать. Затем магия перекинулась на большое одеяло и оно, подчиняясь воле Луны, закрыло меня почти полностью, остановившись лишь где-то в районе носа. Сразу же захотелось чихнуть... А затем мгновенно перехотелось. Легкий румянец окрасил мои щеки, когда до меня дошло, что сейчас произошло.

— Эээ, простите, принцесса, что вы делаете?

— То, что должна, ведь медсестры тут пока-что нет, — улыбнулась та, подходя ко мне ближе, — тем более мне никто и не запрещал.

— Но вы же... — сознание на мгновение помутнело, вызвав неприятное ощущение холода по всему телу, — вы же коронованная особа! А я всего лишь...

— ...мой подданный, — тепло произнесла кобыла, затыкая краешком одеял мне рот. Пришлось подавиться своими же словами.

Зато остальная часть лица была открыта, чем я и воспользовался, подняв бровь в жесте удивления.

Принцесса, совершенно не церемонясь, просто плюхнулась на круп подле моей кровати и смешно обняла себя крыльями, став жутко похожей на провинившегося жеребенка — такой был у нее смешной вид. У меня даже улыбка появилась, несмотря на всю сложность ситуации.

— Вот и вся моя истинная суть, — чуть печально произнесла принцесса, принявшись медленно раскачиваться вправо-влево, — древний-предревний жеребенок, у которого даже и друзей-то не очень много, — попытавшись было сдвинуть копытами кусок материи, загораживающий мне рот, я натолкнулся на сопротивление магии Луны и состроил обиженную гримасу, — но речь сейчас пойдет не обо мне, прости что отвлеклась. Итак, как я поняла из твоего кошмара, у тебя просто потрясающие суицидальные наклонности, так?

— Меф-ф-ф.

— Ладно, то была шутка, — она озорно улыбнулась, — но хотелось бы узнать, почему ты использовал последнюю свою энергию, воздвигнув тогда щит от волков?

Одеяло, наконец, перестало подчиняться воле ночной кобылы и я с некой толикой злобной радости откинул его куда-то вбок. Как бы обо мне не заботились, но лучше всего это делаю я сам.

На глазах у аликорна мое тело окутала пелена Тьмы, усиленная работающим до сих пор заклинанием Авалона, и, руководимая моей мыслью, принялась методично обшаривать каждый кусочек плоти, выискивая и заживляя малейшие повреждения.

Через минуту процесс окончился и чары развеялись, представив моему взгляду совершенно новенькую, если не сказать блестящую шкурку. К сожалению за подобную мощь приходится платить: мои магические силы упали почти наполовину, а в глазах жутко потемнело. Хорошо еще, что я лежал и свалиться с ног не смог.

— Думаешь, магия способна восстановить утраченную кровь? — скептически хмыкнула Луна, рассматривая меня, словно драгоценный экспонат.

— Нет... Я не знал, просто... обычные процедуры, — речь давалась несколько тяжело и темнота не отступала, словно и не горели на потолке магические звезды, — привычка...

— Просто помолчи и успокойся, все пройдет, — мягко произнесла Луна, вновь затыкая меня импровизированным кляпом.

Мне оставалось лишь кивнуть. В любом случае физических ранений на моем теле быть более не должно.

— Итак, вернемся к событиям прошлого, если ты не против.

Кивок.

— Хотелось бы спросить, что ты сам помнишь, да вот, видимо, делать этого не стоит, — она вновь хитро улыбнулась, — и не пытайся сопротивляться моей магии, не выйдет.

"В заклинание Затмения тебя закопать, и твоя же сила не даст тебе колдовать", — пронеслась в сознании злобная мысль и я натурально ей ужаснулся, закрыв глаза, чтобы принцесса не увидела всех эмоций, отразившихся в моем зеркале души. Что происходит? Почему я думаю о таком?

— Поэтому, я попробую обрисовать картину, но только уже с моей стороны. Ты не против?

И снова кивок. Еще бы я был против, тем более это предлагала сама принцесса Эквестрийская... "В необычной ты ситуации, Найт, ох в необычной".

~

Ночная аликорн не спеша прогуливалась между темными стволами раскидистых деревьев, ощущая всю ту заботу, которой пытался окутать ее ночной лес. Ее собственный лес. С тех пор, как она вернулась в облике Найтмер Мун и была исцелена, ей все время хотелось создать свой собственный уголок спокойствия, где можно просто побыть одной, отдохнуть от всех этих непонятных сует, надоедливых пони и прочих бедствий, которые ее сестра переносила так стойко, что Луне, порою, хотелось просто удавиться от зависти. Множество нерешенных проблем, неразгаданных тайн, незаконченных действий терзали ее душу, все время побуждая действовать, но сейчас ей было не до них: взращенный ее магией лес, словно живой, старался во всем угодить своей матери, силами природы давая жизнь прекрасным ночным растениям, наполнявшим воздух вокруг чудесным, ни с чем не сравнимым ароматом... Свежести? Ночи? Звезд? Луна и сама не знала ответ на этот вопрос, но он ее и не особо интересовал: знание, что где-то есть существо, пусть и не совсем разумное, которому она была по-настоящему нужна, грело душу, позволяя сознанию уноситься в свободный полет, минуя водоворот разума, скорбно взирающий на полное отсутствие каких-либо мыслей. Да, он — трудяга и это похвально, но в такие моменты...

Принцесса громко вздохнула, опускаясь на мягкий дерн и прижимаясь боком к теплому, немного пульсирующему древу. Тут же маленькие гибкие веточки, снабженные широкими листьями, опустились откуда-то сверху, образовав на теле аликорна живое одеяло.

... в такие моменты стоит просто забыть обо всем и наслаждаться жизнью.

Тихий гул, похожий на отдаленный взрыв, пробудил закованное в сладкую негу сознание Луны, заставив тело непроизвольно напрячься. Спустя секунду легкий ветерок, пришедший совершенно неожиданно, вызвал шелест множества листьев, тут же заглушивший непонятный звук. Возмущенно заскрипели могучие стволы, поддерживаемые заливистым перезвоном магополоха, нашедшего себе приют в волшебной роще. Лес ожил и заиграл свою мелодию, будто бы говоря: "Успокойся, отдыхай, все хорошо". И принцессе очень захотелось просто взять и уснуть, принявшись за свою любимую работу — путешествовать во снах... Но не тут то было: глухой хлопок раздался где-то совсем неподалеку, вызвав новый гул и подняв более сильный ветер.

— Ветер, — задумчиво произнесла Луна в пустоту, спешно поднимаясь и расправляя большие синие крылья, — это необычно, я скоро вернусь.

Старый дуб, под которым она лежала, ответил ленивым покачиванием веток, после чего принял вид самого обычного дерева, вызвав непроизвольную улыбку у ночной кобылы: этот старый энт, за время ее заключения на Селене, не растерял память и по-прежнему был весьма веселым. Каждый раз, когда он притворялся, она задавалась вопросом: кто его увидит здесь, в самом сердце Вечносвободного?

Бум! Значительно более сильный импульс вызвал новый порыв магического ветра, на который так трепетно реагировали деревья Лунной рощи, окончательно согнав сонливость и придав принцессе решительности. Прыжок, взмах, взлет!

Теперь, пролетая над дикой территорией Вечносвободного, Луна совершенно отчетливо ощущала родную магию, раздающуюся короткими отзвуками, будто бы некто раз за разом применял точное, выверенное заклинание, не разбавляя процедуру всякими экспериментами или же чем-то еще. "Странно, обычно единороги не применяют столь одинаковые чары", — пронеслось в ее мыслях и принцесса удвоила работу крыльев, рванув вперед словно стрела.

Уже подлетая к источнику волшебных возмущений, она уже догадалась, кто бы это мог быть тот таинственный маг... А, впрочем, не такой уж и таинственный. По всей Эквестрии магией, имеющей ночную природу, управляла лишь она, пока не появился странный единорог, именующий себя Ночной фурией... "Что за странное имя?", — пронеслась в голове мысль, уступив дорогу своим более рассудительным сестрам. "Живет не в городе, а как Зекора — в лесной глуши, но при этом не находится в симбиозе с Вечносвободным, а значит, он стал жертвой хищников и отбивается... или тренируется? Стоит ли посмотреть, вмешаться, или попросить ученицу ее сестры как-то повлиять на этого пони, чтобы лишний раз не подвергал свою жизнь опасности?". Подумав еще немного и решив, что никаких срочных дел ее в ближайшее время не ожидает, Луна перестала колебаться и уверенно полетела точно туда, где творилась странная магия.

~

— И на этом сказки на ночь заканчиваются, — веселым голосом произнесла ночная кобыла, подняв мордочку к потолку, — правда, учитывая, что за окном солнце... Впрочем, это не имеет особой важности, когда тут такое потрясающее ночное небо!

— Вы говорите, но мне не даете этого сделать, — негромко сказал я, собравшись, наконец, с силами и развеяв всю магию с одеяла, — нечестно!

— Потому-что тебе нельзя и сестра Хали будет недовольна, — тут же парировала Луна, в одной короткой вспышке рога вернув себе контроль над несчастным куском материи, — и не спорь. Если хочешь узнать продолжение истории, веди себя спокойно и выздоравливай, ясно?

"Что?!"

— Я вам ребенок что-ли? ...Ой, — ситуация медленно дошла до несчастного мозга и мне вдруг захотелось откусить себе язык, — простите меня, принцесса...

— Ребенок, хмм... Я подумаю над этим, — она подмигнула, после чего ее мордочка приняла несколько разочарованный вид, — слишком много шуток в нашей с тобой беседе. Мне бы хотелось поговорить еще, но время не ждет и скоро мое присутствие потребуется во дворце. Прощай.

В одно мгновение все тело кобылы обернулось синим туманом и растворилось в сумерках искусственной ночи.

~

Закончив обшаривать окружающее пространство "обнаружением", я вздохнул и откинулся на хрустящую белую подушку. Поначалу мне казалось, что Луна просто отлетела и подслушивает, чтобы потом возвратиться вновь, с пафосом, но нет, окружающие ауры были какого угодно цвета, но только не фиолетовые. И какого же Хаоса она сделала? Сбежала, и иначе не назовешь, причем, даже не закончив разговор. Немного поворочавшись, я улегся на совершенно здоровый левый бок, почувствовав, как тело активно протестует. К счастью, мой организм не самый глупый на свете, быстро разобрался что к чему и успокоился, любезно позволив раздумывать дальше.

Вероятно, я ее как-то задел, или она просто чего-то смутилась... Нет, положительно, надо порасспрашивать Твайлайт. Она знает о всем на свете (в пределах Эквестрии), возможно, и это тоже, или, может... поговорить с Селестией? Стоп, о чем я только думаю? Это же принцесса, голубая кровь. Зачем мне лезть в ее жизнь, планы, если я сам — простой обыватель Эквестрии?

Обреченно выдохнув, я перевернулся на спину и упер передние ноги в одеяло, любуясь проступающим сквозь белую ткань силуэтом моих копыт. Мысли незаметно метнулись к событиям прошлого, представив перед внутренним взором картину последних минут боя в лесу: быстро угасающее от кровопотери и магического опустошения сознание, желание унести оттуда трех жеребят, но вместо этого зачем-то поставленный щит. А потом темнота...

— Хаос! Меткоискатели! — воскликнул я в пустоту, сбрасывая одеяло и перекатываясь на бок. Сознание резко возмутилось подобным телодвижениям и начало медленно покидать меня, но усилием воли мне удалось удержать его и, спрыгнув на пол и отчаянно стараясь не упасть, я начал идти в сторону единственной двери. "Черт, как я мог упустить столь важную деталь, а? Была Луна, у которой можно было спросить, но нет — вел себя как последний жеребенок! Она, несомненно, знала о том, что произошло больше, чем я и могла бы просветить на этот счет... аргх!". Со злости я пнул ослабевшей ногой несчастную преграду, отделяющую меня от остальной больницы (или лечебницы, не помню, как зовется сие заведение в Эквестрии) и почувствовал, как силы мгновенно ушли из конечности и она будто-бы слегка похолодела. Перед глазами вновь все поплыло, но теперь уже организм адаптировался и это было не столь страшно, как раньше, так, что уже через пару секунд у меня получилось сфокусировать взгляд на противоположной двери и как-то установить свое положение в пространстве. "Черт, знатно меня поцарапали".

Дальше следовало решить, куда идти, направо или налево? В обе стороны коридор уходил примерно на равное расстояние, оканчиваясь абсолютно одинаковыми окнами, за которыми был совершенно неузнаваемый пейзаж. "Где я вообще?", — пронеслась в голове паническая мысль, подкрепленная внезапно вспыхнувшей другой: "Ко мне приходила Луна!". О Тьма, неужели... неужели я в Кантерлоте? Поначалу поверить не удавалось, но потом пришлось загнать эту мысль в глубины сознания, чтобы не отвлекала, и сосредоточиться на другой проблеме: "а где, собственно, все?".

Столица столицей, но такое пугающее отсутствие звуков страшило даже больше, чем перспектива оказаться в одном здании с "элитой" общества.

С некоторым трудом повертев головой, я не обнаружил каких-либо намеков на указатели, поэтому, плюнув на осторожность, просто пошел влево, стараясь держаться поближе к стене. Перед глазами начали исполнять свой причудливый танец темные разводы, откровенно мешая сосредотачивать внимание на чем-то еще, из-за чего я тут же получил прямое попадание дверью в нос.

— Ар-р-р! — зеленоватый больничный коридор сиганул куда-то вправо, а его место занял белоснежный пол, к тому же начав стремительно приближаться.

"Ну уж нет!", — мысленно выкрикнул я, поставив переднюю левую ногу прямо перед собой в отчаянной попытке сохранить равновесие. Слава Тьме, мне это удалось и, сжав зубы от боли, накатывающей волнами, я поднял раскалывающуюся голову, готовясь встретить взглядом того, кто так немилосердно нанес мне ощутимый урон.

— Найт? Какого сен... Почему ты не в кровати? — удивленно произнесла оранжевая незнакомка, уставившись на меня своими выразительными зелеными глазами.

— Так надо, — брякнул я первое, что попалось в голову, принявшись обходить нежданное препятствие. Но не тут то было.

Пони быстро взглянула себе за спину, вправо-влево, а затем подошла ближе и уперла одно из копыт мне в грудь, довольно мягко, но настойчиво толкнув меня назад.

— Медсестра Хатсонг будет очень недовольна, когда увидит тебя разгуливающим по больнице, пойдем.

"Почему все происходит, словно в тумане?". Бросив все силы своего вялого сознания на то, чтобы опознать незнакомку, я вдруг отчетливо ощутил, что нечто активно этому противодействует, тем сильнее расслабляя тело и загоняя его в сон, чем усерднее я пытался думать. Но такого не происходило, когда мы говорили с принцессой...

Помотав головой, чтобы прогнать окутывающую мозг пелену, я применил на себя "рассеивание магии" в надежде, что это поможет, но образовавшаяся темная дымка лишь слабо всколыхнулась вместо того, чтобы разойтись кольцом. "Никакой магии, но почему мне так нехорошо?".

— Ладно, но сначала ответь на мой вопрос.

— Только один, — хмыкнула та, загородив собой выход.

Посмотрев в ее глаза и узрев там решительность, мне стало ясно, что торговаться она не будет.

"Плохо".

— Ладно. Ты знаешь троицу жеребят из Понивилля, называющих себя "меткоискателями"? Они недавно с принцессой Луной пересекались.

"Вроде".

— Стало быть, ты ничего не помнишь, — вместо ответа произнесла пони, покачав головой, — знаешь хоть, кто я?

— Нет, и ты мне не ответила.

Она неожиданно шагнула вперед и боднула меня головой, оттеснив тем самым от прохода на свободу, а затем еще и еще, пока я не успел опомниться.

— Ты что себе позволяешь, неведомая ? — темное сияние схватило ее оранжевую тушку и немного приподняло над землей, лишив незнакомку возможности двигаться. Ее мордочка оказалась прямо напротив меня, и я заглянул ей в глаза, мечтая отыскать в них невысказанный ответ на мой вопрос... но увидел там совсем другое. Хитрый прищур дополнил картину, ввергнув меня в ступор.

Любовно поддерживаемые чары неожиданно дали осечку, и гравитационный щит распался на десятки маленьких облачков, освободив мою пленницу из оков Тьмы. Мой взор вновь затуманился, и кобылка, больше похожая теперь на сплошное пятно, резко метнулась ко мне. Увы, моя реакция сильно притупилась, как и контроль над телом, посему через пару секунд и парочку новых синяков я оказался в довольно нелепом положении относительно этого самого пятна.

— У-у-ух, а ты тяжеловат будешь, — немного натужено произнесла незнакомка, взвалив меня поперек своей спины, прямо поверх вязаных сумок, набитых непонятными круглыми штуками. "Круглые штуки, оранжевая шерстка... ну же, мозг, ты должен вспомнить!".

— Что ты... со мной... сделала? — мозг мозгом, но остальная часть Найта не желала его слушать, безвольно повиснув на неудобной подкладке и ровной спинке незнакомке. "Нет, она не незнакомка, я точно это могу утверждать, но вот вспомнить бы хоть что-нибудь и стало бы значительно лучше".

— Экстракт деликвина, работает как снотворное и предотвращает использование магии единорогами, а еще немного корежит память, но это временно. Странно, что ты вообще сумел что-то наколдовать, — она усмехнулась и подкинула круп, сместив меня ближе к шее, — а что насчет меткоискателей... я не забыла об этом, как видишь, — вновь усмешка, — с ними все в порядке.

— Хоть это... — пони медленно двинулась вперед, и у меня тут же перехватило дыхание, — ...радует.

— Конские яблоки, что это?! — воскликнула кобылка, внезапно прекратив движение. Хотя она и прошла всего ничего, но, судя по моим сбившимся внутренним часам, прошла целая вечность. Странное зелье, которым меня одурманили, немного отпустило, и я очень ясно почувствовал родную магию, чей источник расположился совсем-совсем неподалеку.

— Что не так?

— Что это за колдовство? — вместо ответа спросила пони, подавшись немного вперед, — что ты там опять наделал?

Мимолетная вспышка гнева. "Ну почему нельзя просто рассказать что случилось, а? Зачем все усложнять". Лениво подняв голову, я взглянул вперед и увидел довольно приятную для меня, и крайне необычную для других картину: вход в мою палату был полностью затянут будто бы маслянистой темной пленкой, скрывающей все то, что находилось непосредственно за ней. Знакомая магия... даже слишком! "Это ведь мое заклинание Авалона, невесть каким образом продержавшееся такое долгое время! Вот это да".

— Все в норме, это мои старые чары, они безвредны.

— Ты уверен? — скептически переспросила она, помявшись на месте, похоже, раздираемая между желанием доставить мое бренное тело на положенное ему место и боязнью прикасаться к магической стене.

— Знаешь, медсестра Хали мне ничего не сказала на этот счет, — я легонько хлопнул ее ногой по боку, — ты ведь не боишься ночи?

— Нет, потому, что ночью я сплю, тем более сейчас день.

"Ну-ну".

Она смело вошла внутрь, оказавшись, если можно так выразиться, по ту сторону суток. Мгновенно пришло чувство, будто бы меня окатило теплой водой, причем и внутри тоже. Туман в глазах испарился, а мысли удивительным образом стали проясняться. На смену обрывкам памяти и ничтожным попыткам понять происходящее пришли чистые картины прошлого, не настолько яркие, как хотелось бы, ибо дурман все еще продолжал действовать, но достаточно понятные для восприятия.

— Ух-ты! — только и смогла произнести Эплджек (я вспомнил, вспомнил!), неподвижно замерев посреди комнаты и задрав голову вверх. Оттуда ей приветливо сверкали тысячи звезд — почти точная копия Эквестрийского неба и ярко светил бледный полумесяц, который в этих краях не встречался совсем: Селена всегда была полной.

Невольно улыбнувшись, умиленный такой картиной, я аккуратно поднял себя в воздух телекинезом и слевитировал чуть в сторону, мягко упав на все четыре. Какое это приятное чувство, когда тело слушается тебя беспрекословно!

— Должен сказать тебе спасибо за то, что ты вернула меня сюда, — кривить душой даже не пришлось: кто знает, что бы я натворил, будучи подвержен негативному воздействию неизвестного мне зелья. Большое счастье, что магия искусственной ночи работала до сих пор и смогла сильно заглушить дурман, иначе бы я, движимый затеей отыскать жеребят, натворил бы такого... Хоть мозг и не мог адекватно анализировать происходящее, но чары работали исправно (ну, почти) и магические резервы были полны.

— Всегда пожалуйста... эй! — она уставилась на меня своими большими, похожими на блюдца глазами, словно тело мое вдруг стало состоять из эктоплазмы, — как ты слез с меня?

— Перед тобой стоит маг Ночи, ЭйДжей, — мне не удалось сдержаться, и я отвесил легкий поклон: все же принадлежность к такой необычной стихии вызывала во мне чувство гордости, пусть и слабое, зато искреннее, — никакие яды, настойки, зелья и прочие жидкости не смогут оказать на меня должного эффекта под луной.

— И что?

— То снадобье, которым меня опоили, почти не действует, так что мне дозволено свободно колдовать, — в подтверждение своих слов я вновь окутал себя магией и осторожно, ежесекундно ожидая осечки, отнес сам себя прямо на кровать, забравшись под чистое белое одеяло и натянув его до самой мордочки, — но, учитывая то, что я вспомнил, а также то, как должен сейчас себя вести... так и быть — побуду пока что порядочным пони.

~

"О Тьма, ну почему меня так воротит-то, а? Такое ощущение, что меня здесь пытать будут, не лечить". С тоской посмотрев за окно, в которым плавала иллюзия ночного неба, затмевая собой все остальное, я ощутил острое желание выпрыгнуть в него и убежать от всех в свое персональное гнездышко, чтобы укрыться там и отлежаться. Тишина и спокойствие. Ммм, это так... желанно. "Хаос!".

— Твои разговоры о ночи и явлениях, с ней связанных, для меня звучат, как сказки, если честно, — помотала головой оранжевая пони, — если бы я не знала тебя настоящего, то ни за что бы не поверила.

"Покидать больницу мне нельзя, и виновато не столько ранение, сколько желание не казаться слишком уж необычным, да и перечить принцессе... Но что мне делать? Инстинкты зовут меня выбраться из заключения, пусть и добровольного, и они не отступят, постепенно сводя меня с ума. Похоже, придется просить помощи".

— У меня есть еще одна важная особенность, — я обреченно усмехнулся, переведя взгляд на фермершу, — думаю, сейчас она будет поважнее лунной крови.

— Лунной... чего?

— Не бери в голову, — мысленно воздав себе фэйсхув, я отчаянно постарался удержать себя в тисках сознания и впредь не раскидываться привычными мне, но незнакомыми для пони понятиями, — понимаешь, тенекрылы, к которым я частично принадлежу, очень вольнолюбивые существа...

Признаться, мне очень захотелось перейти на пафос и воспеть оду ушедшему в небытие клану драконов, но мой плавный поток мыслей был решительно прерван той, которая должна была все это услышать.

— Притормози кобыл, Найт, я совсем запуталась во всем этом, — она забавно сморщила носик, а затем продолжила, неожиданно решительно, — перестань городить забор и скажи прямо, чего ты хочешь!

— А... э..., — такая прямолинейность сбила меня с толку. "Да и Хаос с ним, что-то и вправду я напустил теней", — в общем, чтобы перебороть желание сбежать отсюда мне надо, чтобы кто-нибудь находился рядом.

— В смысле, рядом? — переспросила она таким голосом, будто я произнес что-то запретное.

— Ну-у, — "как бы это помягче обставить", — мне нужен кто-то, кто будет находится здесь все время, или, по крайней мере, очень часто... как-то так.

Закончив, я уставился на пони, сделав настолько жалобный вид, насколько был вообще способен. Конечно, моя просьба была довольно велика, но, с другой стороны, я не часто что-то такое требовал, так что...

— Ах это, — ЭйДжей улыбнулась и плюхнулась своим крупом прямо на пол, — это легко! У меня до вечера дел никаких нет, так что я вполне могу составить тебе компанию, а вечером как раз придет Рарити и заменит меня... Ох, — спохватилась пони, — совсем забыла, я же не просто так сюда пришла!

Раздался странный короткий щелчок и я, заинтригованный происходящим, приподнял голову так, чтобы видеть не только оранжевую мордочку. Фермерша, виновато улыбаясь, открыла свои седельные сумки и извлекла на свет узелок, полностью забитый яблочными дольками.

— Я хотела сказать тебе спасибо за то, что ты спас мою сестру, — произнесла она, бережно уложив груз на маленький серебристый столик, как нельзя удачнее рядом с ней расположившийся, — даже представить себе боюсь, что бы случилось, не окажись ты рядом.

— Спас? — тупо переспросил я, — откуда ты это вообще узнала?

— Эплблум мне все рассказала, — пони вытащила из другой сумки бутыль сока и поместила ее рядом с первым "даром", — и про то, как они шли через лес, и про то, как ты дрался с древесными волками, потом твое ранение, потом..., — она осеклась и отвела взгляд.

— И что потом? — нетерпеливо бросил я, уловив новый источник так необходимой мне информации, — что случилось после того, как я потерял сознание?

— Прости, я не могу тебе это рассказать.

"Да почему-у-у?", — уже было открыл я рот, но тут перед мысленным взором встала, нагло ухмыляясь, одна синяя кобыла. "Ну конечно, это же самый настоящий заговор!" Обиженно вздохнув, я откинулся на подушку, устремив взгляд к потолку, и уставился на большой бледный полумесяц. Мысли плавно устремились к событиям прошлого. Вроде бы все шло более-менее хорошо, за исключением того, что я ранее потратил уйму энергии в никуда, пытаясь создать чары страха. Мы бежали, и даже могли улететь, если бы не те злополучные деревяшки, так не вовремя сбившие мне концентрацию... "Щит", — всплыл в памяти мысленный приказ, заставив меня ощутимо вздрогнуть. Это понятно, что при близкой потере сознания я начинаю соображать автоматически, больше полагаясь на инстинкты, но... будучи раненым, причем настолько сильно, я первым делом применил бы "восстановление" и только потом бы подумал насчет всего остального!

— С тобой все в порядке? — вернула меня на землю пони, неожиданно оказавшись совсем рядом с моим ложе.

— Да, ЭйДжей, не волнуйся, — не совсем понимая, что так ее взволновало, я попытался загнать все размышления куда подальше и нацепил маску абсолютной невозмутимости, — просто призраки прошлого немного достали.

— Призраки?

Улыбка вновь наползла на мое лицо, причем без моего ведома: какое же простое создание разделяло сейчас мою палату, но при этом какое необычное...

## Глава 15. Кантерлот

Небольшая справка насчёт странных слов в тексте: (язык драконов) So beyo — "Ты смертен" Tagra — "Тьма" В языке драконов моей вселенной отсутствуют понятия "пони", "человек", "зверь", вместо этого используются "beyo" — смертный, "vokar" — дракон, и "kere'beyo", что значит "не-смертный" (бессмертный). Tenere so beyo — (дословно — ничтожный смертный) примерно переводится как "Ты ничтожен, пони"

Глава 15. Кантерлот

Прошло несколько дней с тех пор, как я покинул больницу. Лежать пришлось совсем недолго, да и периодически захаживающие "в гости" поняши очень помогли скрасить серые будни. Пинки, с ее извечным хорошим настроением, Рэйнбоу, развлекающая меня отточенными до идеала трюками, Рарити со своими попытками поделиться хорошими манерами, ЭйДжей и Шай, приносящие попеременно то спелые фрукты, то сушеные пучки трав (поначалу я относился к этому с подозрением, но кобылкам удалось развеять мои страхи относительно безопасности их применения в качестве пищи), ну и конечно Твай — все они вели себя так, будто я вдруг стал кем-то другим, так сказать частью их: когда поняши оставались со мной наедине (частенько около меня дежурила либо Хали Хатсонг — новенькая медсестра, прибывшая в Понивилль совсем недавно, либо же Редхат — "старожил" этого городка), они без всякого стеснения принимались сплетничать, делиться со мной своими проблемами, переживаниями. Поначалу это было для меня более чем неожиданно, но затем я привык и даже начал помогать советами по мере сил и знаний. Самое странное было то, что одна синяя кобыла, которую я все это время ждал, так и не появилась, бросив меня тонуть в море неведения, и ни расспросы, ни слезные просьбы мне ничуть не помогли: обе медсестры не знали ровным счетом ничего, а шестерка подруг будто сговорилась, смущенно замалкивая, когда речь заходила о битве в лесу.

Но не будем о грустном. Когда мне удалось-таки вырваться из копыт врачей, меня встретили по всем правилам пинки-вечеринки, за исключением лишь того, что розовая пони послушалась меня и сделала сей праздник локальным, пригласив, конечно, своих лучших подруг, а еще троицу знакомых мне жеребят, но никого более. И, смею сказать, это мероприятие понравилось мне куда как больше того, прошлого! Во многом на мое мнение повлияло событие, позволившее мне реализовать довольно смелый план... И вот с этого момента хотелось бы повествовать подробнее.

Небольшой "званый ужин" удался на славу. Настроение всех без исключения было положительным и дружеская атмосфера царила повсеместно. Все ее участники развалились кто где: Дэш отдыхала, забравшись на книжную полку, Твайлайт, в ее вечной тяге к науке, сидела в плетеном кресле и читала, изредка бросая косые взгляды на свою голубую подругу, Рарити и Флаттершай о чем-то тихо переговаривались, оккупировав своими тельцами диван; ЭйДжей лежала прямо на полу и, обняв сестру, рассказывала ей очередную "сказку на ночь"; Пинки занималась тем, что, весело хохоча, катала на себе Свити и Скуталу. Выглядело, как минимум, забавно и глупая улыбка все никак не желала сползать с моей мордочки. Счастливо вздохнув, я встал со своего стула и медленно двинулся к окну, смакуя ощущение долгожданной свободы. Через решетчатую раму на меня смотрела Селена, медленно, словно нехотя, заступающая на свое ночное дежурство, навевая мне довольно забавные мысли и желания... "забавные?". Чуть заметно вздрогнув от пришедшей в голову замечательной идеи, я прервал свое маленькое путешествие и развернулся, уставившись на играющих жеребят.

Надо отметить, что во время моего пребывания в больнице эта неразлучная троица забегала ко мне не раз, тайком принося различные сладости, так что их выходка с Вечносвободным мною была давным-давно прощена и наши с ними отношения вернулись в прежнее русло.

— Эй, малышня, как насчет небольшого развлечения?

Фраза, произнесенная нарочито наигранным тоном возымела успех и троица меткоискателей как по команде повернули ко мне свои головы.

— Мы не малышня! — произнесла дежурную фразу Скуталу, улыбнувшись, однако, до ушей.

Однажды назвав их так, я уже не мог не использовать это прозвище и вскоре новая привычка заняла свое место среди себе подобных.

— Нет, конечно нет, но ваше внимание теперь мое, — зеркально скопировав выражение мордочки оранжевого жеребенка, я демонстративно сверкнул рогом, как бы намекая, что "развлечение" будет очень необычным, — итак, что вы думаете?

На самом деле это был риторический вопрос. Эти три неугомонные маленькие пони, не задумываясь, подпишутся на что угодно, лишь бы это помогло им получить их метки. На первый взгляд совершенно безобидная, и даже, можно сказать, похвальная страсть, но многие разы она выходила им боком, пару раз даже ставя под угрозу само их существование. И этому невозможно помешать, никак, хотя многие пытались. Пока я возлежал в своей больничной палате, мне удалось порасспрашивать подруг на этот счет, но их рассказы, какие бы они ни были, неизменно сводились к двум вещам: все старания троицы жеребят неизменно заканчивались неудачей в плане меток, и каждая из шестерки кобыл (да-да, и Пинки "Вечный двигатель" Пай тоже, как бы это странно не звучало) считала, что меткоискателям пора бы заняться чем-либо более спокойным и полезным обществу. И все бы хорошо, но... Но я считал иначе.

Мерно взмахивая крыльями, я рассекал прохладный вечерний воздух, смакуя ощущение полета. Три пони на спине, вопреки моим опасениям, почти не отягощали меня своим весом, и даже сидели ровно, не шевелясь. Идеальные наездники! Но все прекрасное рано или поздно кончается: мы подлетали к намеченному месту. Небольшая полянка на окраине города, она обычно никем не посещалась даже днем, не то что вечером, а еще была удобно скрыта рощицей странных деревьев, чьи корни, переплетаясь, создавали вокруг неплохую изгородь.

Часто и шумно захлопав, я поднял под собой небольшой ураган из всякого сора и мягко спрыгнул на все четыре лапы, даже постаравшись спружинить, чтобы процесс прошел для пони безболезненно.

— Прибыли!

Пройдя по инерции еще пару шагов, я подобрал под себя лапы и улегся на живот, позволяя девчонкам спешиться, чем они незамедлительно и воспользовались. Три тихих прыжка нарушили тишину природы и три маленькие пони отошли чуть в сторону, пошатываясь при движении и виновато улыбаясь.

— В любом случае это было круто, — произнесла Скуталу слабым голосом, буквально плюхнувшись на землю, — почти также круто, как у Рейнбоу.

— Я никогда еще так быстро не перемещалась, — вторила ей Эплблум, стараясь унять дрожь в ногах путем гарцевания на месте.

Хищно улыбнувшись, я немного повозился на земле, приминая ее под себя и раскинул гудящие крылья в стороны, давая им отдохнуть. "Полет дракона" — врожденная магия тенекрылов, служившая одновременно и главным ключом к их выживанию. Род этих драконов не отличался особыми размерами и, как следствие, физической силой, но при этом природой им была дана невероятная скорость и ловкость — необходимые качества, чтобы избегать схваток с опасными врагами и охотиться на более слабых. "Полет" же позволял племенам преодолевать сверхвысокие расстояния за короткое время. Выглядело это так, будто неведомая сила хватает тебя за голову и крылья и тащит вперед с такой скоростью, что у неподготовленных захватывает дух, а иногда и сознание. Вот и сейчас троица жеребят места себе не находила, пытаясь хоть как-то побороть бешено стучащие сердечки.

— Простите, малышки, просто мне необходимо было удостовериться в отсутствии слежки, — я тихо-тихо заурчал, стараясь прикинуться маленьким безобидным зверьком и изогнул крылья, превратив их в некоторое подобие одеял, — залезайте, там тепло.

Когда мы выбрались из дома и взмыли ввысь, то у меня сразу, неведомо откуда, появилось подозрение, что кому-либо из моих подруг вдруг захочется проследить за нами. "В принципе, — рассуждал я, — только Рейнбоу и может скрытно перемещаться за мной, не рискуя быть замеченной, так что будет достаточно просто полетать зигзагами". Сказано-сделано. Отлетев, для проформы, к противоположному концу города, я резко развернулся в воздухе и тут же применил "полет", с огромной скоростью устремившись к назначенной поляне. В таком случае у радужногривой пегаски не было никаких шансов незаметно догнать тенекрыла, использующего древнюю и мощную магию, чтобы просто лететь.

— В следующий раз предупреждай, а? — проворчала лимонного цвета земная пони, первой забираясь в своеобразное укрытие из черного кожаного полотна и начав там какую-то непонятную возню.

— Теперь вы знаете, что от меня ожидать, — смешок невольно вырвался из моих уст, — но хорошо, предупреждение будет.

Подождав, пока все поняши успокоятся, я немного напряг маховые мышцы и под аккомпанемент девчачьего визга крыльями стянул три теплых тельца поближе к своим чешуйчатым бокам, заключая таким образом малышек в объятия.

— На-а-айт! — послышалось недовольное пищание откуда-то из глубины и вот теперь замок с моих эмоций наконец-то упал, позволив мне расхохотаться немного диким, но зато натуральным драконьим смехом.

— Но вам-то хоть чуть-чуть интересно, зачем мы тут собрались? — в итоге первым сдался я, потому-как эти три мелкие пони, похоже, могли веселиться вечно, что никоим образом не входило в мои планы. Эта маленькая шутка с обниманием была лишь нужна для разрядки обстановки, но не нагнетания!

— Мы думали, ты просто хочешь нас прокатить, — произнесла Свити — самая спокойная из них, высунув свою прелестную мордочку наружу и преданно на меня уставившись своими большими выразительными глазами. Сотрясаясь в беззвучных порывах, вызванных смешинками, следом за единорожкой появились и остальные.

— За этим я бы вас не потащил на край света, знаешь ли, — я покачал головой, — тем более, именно в то время, когда маленькие пони уже должны спать.

Тут же смешки сменились обиженным писком и Скуталу даже выпрыгнула из укрытия, чтобы встать передо мной нос к носу и заглянуть в мои глаза. Спокойно выдержав ее испытующий взгляд, я улыбнулся, показывая несерьезность сказанной мною фразы, и кивнул вбок, безмолвно прося вернуться обратно.

— Мы уже не маленькие, — назидательным тоном проговорила пегаска, начисто проигнорировав мои намеки, — и можем сами решать, что нам делать.

— Я не оспариваю это, Скут, и даже более того: поддерживаю — мой голос весело задрожал и я ничего не мог с этим поделать. Надеюсь, жеребята это спишут на причуды речевого аппарата дракона и не будут обращать внимания.

— Поддерживаешь? — донеслось из под моего крыла удивленное, — то есть ты не против того, что мы делаем?

— Не против, — я кивнул, чуть улыбнувшись.

— Серьезно? — переспросила Свити, похоже так и не уверившись в моей искренности, — ты не шутишь?

— Я абсолютно серьезен.

Вся троица замолкла и, судя по выражению мордочки Скуталу, они крепко задумались над моими словами.

— А теперь, когда моя позиция относительно вас выяснена, — чуть-чуть пошевелив крыльями, я будто погладил ими три маленьких тельца, — мне хотелось бы предложить вам кое-что. Что-то очень необычное, должное вас заинтересовать. Вы готовы слушать?

— Готовы... — тут же послышался нестройный хор.

"Отлично, это было просто". Как говаривала наш адепт: "Не можешь предотвратить беспорядок — организуй и возглавь его". Именно это я и собирался сделать.

Прошел целый час прежде, чем молодые кобылки соизволили успокоиться и прекратить рассказывать мне, как доверенному лицу и новому участнику "клуба искателей меток", истории про свою нелегкую жизнь. Я очень и очень ошибался, когда думал, что уже достаточно взрослый и могу в полной мере осознать все их желания и стремления. На самом деле, похоже, у них не было тормозов и они пробовали вообще все, до чего могли дотянуться; катания на всевозможных существах с помощью Флаттершай и без, миллион разных игр и занятий, многочисленный спектр работ от плотников до подрывников (на этом моменте мое воображение разыгралось, заставив меня ужаснуться), и прочее, и прочее...

"С ума сойти". Шумно вздохнув, я расправил крылья и с силой толкнул себя вверх, вновь поднявшись в небо с пассажирами на спине. Двигаться теперь приходилось намного осторожнее: троица мирно спала, свернувшись калачиками в заклинании магических пут и будить их не хотелось вовсе, поэтому я отогнал все мысли о "полете дракона" подальше вглубь сознания, сосредоточившись на том, как перемещаться ровно, не дергаясь вверх-вниз. Через пару минут мне стало ясно, что так умеют только местные пегасы и тенекрыл им в этом не чета, после чего я спустился на пустынную улочку и мягко, по-кошачьи, двинулся вперед.

~

Жизнь моя после памятного события в Вечносвободном потекла своим чередом. Однажды побывав на пике внимания (новости в провинциальном городке разносятся быстрее молнии), я стал для всех местных пони "своим", и со мной теперь общались более свободно, да и черный дракон, периодически пролетающий над городком, не вызывал более такого фурора, как раньше, чему я был несказанно рад. Хоть мои заклинания и были намного слабее в этом облике, но иногда хотелось ощутить то чувство свободы, возникающее во время полета в теле, в отличие от единорога для этого предназначенном. Конечно, не обошлось без неожиданностей. Оказывается тот факт, что только я знаю, где находится мое гнездышко, вдруг перестал соответствовать истине, о чем судьба мне поведала в весьма необычной форме...

Проснувшись однажды на своем гравитационном щите, теперь выполняющем роль кровати, я почувствовал приятный аромат свежеиспеченных пирожков, доносящийся, словно отовсюду. Мой желудок вяло заурчал, требуя даров и мне совсем не хотелось с ним спорить. Сладко потянувшись, я перекатился из положения "калачиком" на спину и попытался вспомнить, куда же положил столь драгоценные сейчас предметы, чтобы не глядя подобрать их телекинезом и подтащить ближе.

"Стоп!"

Какого... Я вчера ведь не приносил с собой ничего! И вообще мой завтрак, в основном — это трава и яблоки.

"Щит!"

В одно мгновение, облаченный в броню из магического поля, я развеял свою "кровать" и спрыгнул на землю, повернувшись лицом к выходу, готовый встретить опасность.

— Привет, — широко улыбнулась мне фиолетовая единорожка, на спине которой, окруженная светлой аурой, покоилась небольшая плетеная корзинка, — как спалось?

Сказать, что у меня были вопросы — ничего не сказать. С самых ранних пор, еще будучи учеником в Храме, я приучился надежно прятать свои жилища и защищать их должным образом, чтобы сделать недосягаемыми для воров (хотя красть у меня особо и нечего), всяких шпионов и просто товарищей, желающих устроить розыгрыш. И механизм работал довольно безотказно. Нет, бывали, конечно, исключения, связанные в основном с отсутствием какого-то элемента защиты, но сейчас... Никаких иллюзий по поводу безопасности места, в котором расположилось мое гнездышко, у меня не было, и все чары были на месте. Абсолютно. Точно. На месте.

Я уставился на гостью совершенно круглыми глазами, пытаясь, спросонья, осознать происходящее. Множество вопросов роились в моей голове, но суждено было быть озвученным лишь одному:

— Как ты преодолела мою охранную руну?

— Прости, что? — удивленно произнесла она, топчась на месте, — о чем это ты?

"Так, Найт, перво-наперво окажи гостеприимство, а вопросы потом", — мысленно попинал я свое сознание, постепенно просыпаясь.

— Такая штуковина, которая препятствует проникновению кого бы то ни было в мое гнездышко... грубо говоря — моя дверь.

Не придумав ничего лучше, я направился в сторону ручейка, протекающего прямо через мое жилище. Множество трещин покрывали кусок породы, по которой он раньше тек, образуя своеобразное маленькое русло, так что теперь беспорядочный поток воды стал направленным. Пришлось изрядно потрудиться, разламывая камень крошечными "дугами" с ювелирной точностью, но дело того определенно стоило: коротко вздохнув, я опустил голову в самую большую ямку, почувствовав, как прохладные объятия окутывают меня, смешно щекоча рог.

"И все-же, как она умудрилась обойти столь надежное заклинание? Столько раз проверенное, оно уже не могло просто взять, и дать осечку, будто экспериментальное... Что-то тут не так".

— Твайли, будь добра, следуй за мной.

Сопровождаемый смешками единорожки и оставляя после себя мокрые следы, я поплелся в сторону выхода, привычным действием разворачивая маленькую спираль "обнаружения", дабы проверить местность вокруг на наличие опасностей.

Итак, вот он — проход наружу, прикрытый едва заметной маслянистой пленкой охранной руны. Никаких нарушений, искажений, или еще каких-либо отклонений от нормы; чары возведены верно, энергии хватит еще на пару дней работы... "Да что тут не так то?"

— Извини, что прерываю, — вывела меня из задумчивости пони таким голосом, в которым легко угадывалось: "продолжай, мне безумно интересно", — видишь ли, мне немного неудобно держать корзинку на весу...

— Ах да, прошу прощения, не подумал, — на секунду отвернувшись от чародейского полотна, я призвал гравитационную подстилку и подвесил ее рядом с единорожкой, кивком указав, куда ставить ношу, — вот, положи, и иди-ка сюда.

Выполнив мою просьбу Твайлайт неподвижно замерла рядом со мной, заинтересованно разглядывая прозрачную стену, которая, вопреки смыслу своего существования, никак на это не отреагировала.

Прислушавшись к своим чувствам, я попытался спроецировать работу чар на свои мысли во всех подробностях; то есть, если можно так выразиться, сам стал заклинанием, чтобы найти ошибку в его работе. Довольно примитивный способ, но зато самый безотказный.

— И что мне делать теперь? — прозвучал у меня над ухом заинтересованный голос Твай.

"Не мешай".

— Просто стой рядом и не двигайся...

Понимание того, в чем же заключалась нестабильность чар, пришло неожиданно, словно проблеск молнии посреди ясного неба, и было настолько необычным, что я поначалу даже не поверил собственным ощущениям. Недоуменно уставившись на прозрачную стену я вновь и вновь впускал магию в свой разум, анализируя происходящее, но каждый раз результат был неизменным...

Чары не срабатывали, потому-что существо, стоящее подле меня, было родственно мне! А хозяина руна не трогает.

— Твай, — тихо позвал я ее, страшась спугнуть нужную мне мысль, — как такое вообще возможно, а?

— О чем ты? Я не понимаю, — так же шепотом произнесла пони, переведя свой взгляд на меня.

Я лишь покачал головой в ответ, повернув в сторону импровизированного столика. Как бы мне не хотелось поделиться открытием, но пока я не узнаю этот феномен подробнее, пусть он останется в тайне.

— Моя магия работает не так, как ей следует, и это меня очень смущает, но давай пока что не будем говорить об этом, ведь ты не просто так пришла?

~

— Ну, Рарити обычно не так сильно нуждается в дорогих тканях, когда дело доходит до пошива простой одежды, но сейчас особый случай, — сказала единорожка, задумчиво вращая уже изрядно помятый пирожок в телекинетическом захвате, — и поэтому ей надо срочно отправиться в Кантерлот, чтобы забрать партию приготовленных для нее рулонов со склада.

Пока Твай издевалась над едой, попутно философствуя на тему жизни модельера, я времени зря не терял и уже уничтожил изрядную часть своей порции, недоуменно разглядывая наполовину пустующее, если не считать крошек, гравитационное поле.

— Понятно, но что, собственно, требуется от меня?

— Требуется? Ни в коем случае, — замахала копытцами единорожка, чуть не выпустив из магических объятий несчастную еду, — это всего лишь просьба, и ты волен отказаться...

Я наморщил нос, и демонстративно фыркнул, немного грубовато прервав речь пони.

— Не надо драматизировать, Твайлайт, пожалуйста, — небольшое усилие и маленькое облачко телекинеза прошлось по ее гриве, — ты прекрасно знаешь, что я не отказываю в помощи друзьям, если на то нет весомых причин. Итак, что же мне необходимо сделать?

— Ну... — она замялась, почему-то опустив взор, — это моя личная просьба, и Рарити никак к этому не причастна...

— Конкретнее, если можно, — не выдержал я, и тут же, дабы реабилитироваться, сделав при этом самое невинное выражение лица, на которое был способен.

— Хорошо, — пискнула она, невероятно напомнив мне Флаттершай, а потом заговорила, быстро-быстро, — прямых поездов на Кантерлот нет, есть только те, что идут через Весту, но сам понимаешь, городок этот еще тот, да и пересадка времени много займет, поэтому я подумала... А не мог бы ты отвезти Рарити на себе? То есть в виде дракона? Конечно, если тебе не сложно...

Замолчав, она посмотрела на меня таким жалостливым взглядом, что у меня невольно нарисовалась улыбка. Ну как тут можно ответить отказом?

— Вы, пони, весите очень мало по меркам драконов, и унести одну из вас на спине для меня — пустяк, — подхватив телекинезом очередной пирожок, я подвесил его перед собой, совсем как Твайлайт, и принялся медленно крутить, полностью копируя ее забавную манеру, — другое дело — пункт назначения. Столица как-никак.

— Ах, не волнуйся насчет этого, — единорожка мило улыбнулась, — Рарити прекрасно ориентируется среди высшего общества, она не даст тебя в обиду.

На пару секунд в комнате воцарилось молчание, пока до меня доходил весь смысл сказанного.

"В обиду? Меня? Серьезно?"

Не выдержав, я расхохотался, а вид недоуменно-обиженной мордашки Твай лишь подлил масла в огонь, и не сразу мне удалось обуздать эмоции, чтобы быть способным хоть как-то объясниться... хоть как-то...

— Что-о-о? — почти обиженно (все-таки смех заразителен) потянула пони, наблюдая, как неведомая сила, несмотря на мое сопротивление, буквально складывает меня пополам.

"Лорд-покровитель Веродара, друг новой королевской династии Раниуса, боится связываться с высшим обществом..."

Из последних сил, совершив над собой героическое усилие, я попытался сесть ровно и взглянуть в глаза единорожке, но даже столь простое действо не удалось осуществить с первого раза.

— Прости, Твай, — выдавил я сквозь слезы веселья, — просто ты это так сказала, будто бы мне пару циклов... лет по-вашему, ну и это наложилось на некоторые особенности моего призвания, и я не смог удержаться... Может, меня и вправду стоит отправить в детское заведение?

"Надо же было ей озвучить такое... выгляжу сейчас, наверное, как идиот".

— Школу, — машинально поправила пони, — разумеется, это не так, — звонко стукнув копытом по каменному полу, она фыркнула, в мечтах, наверное, отвешивая мне подзатыльник, — но если не прекратишь беспричинно смеяться, то я, скорее всего, передумаю.

— Не надо... погоди, — протянув копыто к своему рогу, я легонько стукнул по нему, на что тот отозвался небольшой волной освежающей боли по всему телу, — все дело в том, что в предыдущем мире я носил титул лорда-покровителя, и никто меня "не обижал", — немного поморщившись от неприятного ощущения во лбу, я, наконец, смог сбросить с себя оковы смеха, что и сделал немедля, — давай все же вернемся на землю: опыт общения с элитарным обществом у меня уже есть и это не проблема. Другое дело — дракон над Кантерлотом. Да и принцессы меня несколько пугают...

Бережно смятый продолжительным воздействием телекинеза, последний пирожок улетел ко мне; увлеченно жуя, я смотрел на единорожку, но думал больше о том, что только что сказал. Величественные аликорны были очень красивы по меркам пони, добры к другим, а еще, судя по историческим записям, совсем не скоры на расправу, предпочитая различные принудительные работы казням и ссылкам, так что совершать глупости можно было сколько угодно. В сумме все эти факты составляли о Селестии и Луне очень хорошее представление, и вроде бы мне бояться не следовало, но... тут было очень большое но: сила. Всегда, сколько себя помню, боялся могущественных магов, и тут не просто какие-то колдуны, но бессмертные существа, которые вызывали какой-то внутренний, подсознательный страх, что в любом случае преодолевал все заслоны разума и пробивался наружу.

— Ой, как хорошо, что ты напомнил о принцессах! — воскликнула пони, засветив рог. Через мгновение из небольшой седельной сумки, окруженная аурой единорожки, вылетела небольшая бумажка со странным рисунком, похожим на солнце, каким его изображают в детских сказках. "Она даже никак не среагировала на мою последнюю реплику".

— Всегда пожалуйста... что это?

— Личное письмо, — произнесла пони, что-то увлеченно выискивая в нем глазами, — Вот... Селестия просит передать, чтобы ты посетил королевский дворец. Здесь сказано: в любое время, но еще есть пожелание, чтобы "любое время" настало как можно скорее.

Услышав заветное слово, я тяжко вздохнул и погрузился в раздумья. На самом деле: что еще можно было ожидать, сведя знакомство с единственной ученицей принцессы? И если бы все было так просто... Я ведь не смог удержаться (в оправдание скажу, что просто не знал, что делал) и рассказал Твайлайт о теории "Восьми элементов", попутно демонстрируя различные магические приемы, о которых тут даже не слышали. Единорожка, в свою очередь, следуя на поводу у своего характера, тщательно все это конспектировала, упражнялась и применяла в деле, после чего слала отчеты Селестии. Ну и... когда мне об этом стало известно, менять что-либо было уже поздно и я просто смирился, продолжив свое "светлое" дело. Логично, что после всего этого моя скромная персона заинтересовала принцессу. С другой стороны, завести дружбу с таким могущественным созданием было бы замечательно. Более тысячи лет... подумать только, сколько всего она знает, сколько умеет! И этот огромный опыт в управлении страной, так похожей на легендарный Авалон... Сокровище, за которое любой Наставник из Храма, не задумываясь, отдал бы жизнь.

Все это время пони молча наблюдала за мной, судя по выражению ее глаз, в бесчисленных попытках угадать, что же у меня на уме. Не ясно только, как тут можно вообще что-то угадывать, когда ответ уже ясен.

— Хм, Твай, а если мой ответ будет — "нет"? — произнес я, слабо улыбнувшись.

Единорожка дернулась, словно в нее попала молния и уставилась на меня глазами, похожими теперь на блюдца.

— Но..., ну..., — от удивления она даже начала заикаться, еще раз подтвердив мои догадки о ее фанатичной преданности своей наставнице, — мало кто отказывал... точнее... она, конечно, поймет... но...

"Так, нет, шутка явно не удалась".

— Стоп, — я помотал головой и пони умолкла, все еще взирая на меня, будто на призрака, — все ясно, пойдем.

Встав с пуфика, я, не глядя, подхватил пустующую корзину телекинезом и направился к выходу из гнезда, твердо намереваясь если и не исполнить волю принцессы, то хотя бы не разочаровать ее лучшую ученицу.

— Куда? — робко окликнула меня пони.

— Наружу. Ты ведь не думаешь, что дракон может взлететь прямо отсюда?

~

А вообще, у меня была еще одна важная причина побывать в стольном граде. Эта "причина", однажды пообещав рассказать о том, что же случилось со мной в Вечносвободном, с тех пор так и не показывалась. И не то чтобы мне было смертельно важно это знать, нет, просто в дело вступал своеобразный азарт.

— Куда приземляться? — крикнул я наезднице, когда город был уже почти под нами.

Понятно, что Луна была правительницей целой страны, и у нее банально могло не хватать времени на какого-то там единорога, но все же давать пустые надежды...

— Сейчас ранее утро, Рар еще спит, и я хотела бы полетать еще. Конечно, если ты не против, — послышалось со спины.

Эта фраза заставила меня улыбнуться. "Ну и Хаос с ним! Вот прибуду в Кантерлот, там и буду уже думать, а сейчас надо наслаждаться жизнью!"

— Тогда держись!

Полностью распластав крылья, я позволил своему телу падать, а затем, когда до столкновения с землей оставалось буквально с десяток метров, под аккомпанемент визга Твайлайт резко подбросил себя вверх.

~

— Ух! Это значительно отличается от воздушных шаров или колесниц, — произнесла Твай, когда мои лапы мягко коснулись земли.

Пони спрыгнула на землю и, немного пошатываясь, сделала пару крошечных шажочков в сторону, после чего оперлась боком о заботливо подставленное черное крыло.

Я усмехнулся: не каждое наземное существо может без последствий перенести столь длительный полет верхом на драконе.

— Рад, что тебе понравилось.

— Надеюсь, Кантерлотские зазнайки тебя не заберут к себе и ты меня еще покатаешь, — ослепительно улыбнувшись, она указала копытцем в сторону домика-дворца, бутик "Карусель" — как называли его все, откуда выглядывала удивленная мордочка белой единорожки.

— Привет! — весело прошипел я, своим драконьим голосом распугав стайку каких-то птичек, пролетающих как раз над нами.

К счастью, пони к такому уже привыкли, и Рарити не была исключением. Через десяток минут сбивчивых объяснений о том, что и как мне надо делать, мы перешли к погрузке всех вещей "Понивилльской" модницы на мое бронированное тело. К сожалению, это оказалось совсем непросто: седельные сумки, которые повсеместно применяли пони, не подходили мне из-за размера (я был в полтора раза шире самого рослого жеребца), поэтому Рар пришлось спешно перешивать большие походные рюкзаки.

Спустя каких-то пару часов, за которые я умудрился немного подремать на заднем дворике "Карусели", а потом покатать на себе Пинки и группу жеребят, которых она привела за собой, все было, наконец, готово. Мы стояли перед домом Рарити, одновременно задрав морды к небу, где Погодный Патруль, во главе с радужногривой пегаской, заканчивал расчищать для нас облака над Понивиллем.

— Ты готов? — развеяла молчание Твайлайт, опустив взгляд на меня и уже, наверное, в тысячный раз проверяя магией надежность всех креплений и застежек, покрывающих мою спину и бока.

Недовольно зарычав, я расправил-сложил крылья, и встряхнулся всем телом, после чего, согнув передние лапы, припал к земле грудью, даровав белой единорожке возможность оседлать меня.

— Можно... залезать? — неуверенно произнесла Рар, топчась на месте и бросая быстрые взгляды в сторону своей фиолетовой подруги.

— Судя по всему, да, — ответила ей та и в свою очередь посмотрела на меня.

"Вы еще ритуал из этого сделайте". Вздохнув, я кивнул и неподвижно замер, ожидая, пока пони соизволит оседлать дракона.

В Веродаре, когда развязка была уже близка и огромная армия ополченцев приближалась к столице, понятие "оседлать дракона" перестало быть чем-то необычным для всех, в том числе и для меня: очень часто мы с товарищами парили над битвой, перевозя на спинах генералов армий; сейчас же пони собирались сделать то, что, наверное, никто никогда до этого тут не делал.

— Я готова, дорогуша, можем лететь, — спустя некоторое время сказала новоявленная наездница, прекратив всякие движения.

— И пожалуйста, аккуратнее, — добавила Твай, вновь взглянув на небо, — Патруль отогнал тучи к горам, но не факт, что они не отлетят обратно.

"Главное, понадёжнее прикрепить к себе единорожку и чуть приподнять щит, чтобы её не сдуло мощным потоком воздуха".

— Они не успеют.

Давно ожидая сигнала от пони, я оттолкнулся от земли всеми четырьмя лапами, одновременно сделав пару сильных взмахов, и оказался на достаточной высоте, чтобы прицелиться заклинанием "полет дракона". Большие черные крылья начали испускать тысячи крошечных частичек, похожих на звезды, а перед моим взглядом замерцала прозрачная полусфера, служа своеобразным сигналом о готовности чар.

— Держись, — произнес я, в предвкушении даже облизнувшись, и мысленно активировал руну...

С громким хлопком магия развеялась, позволив мне шевелить крыльями. Тут же сделав пару взмахов, я остановился в воздухе и выжидательно уставился вперед, где, блистая позолотой многочисленных башен, раскинулась величественная столица Эквестрии.

Это... это не было похоже ни на что, виденное мною ранее! Даже Сен'таль в Веродаре, славящийся своими бесчисленными храмами, арканеумами и дворцами, отступал в тень перед красотой этого места. Город пони был похож на гигантскую мозаику, составленную из множества сегментов — кварталов. Несколько широких и ровных улиц выходили из огромной центральной площади, разделяя Кантерлот на восемь частей, каждая из которых была по-своему уникальна: отчетливо виднелись различия как в архитектурном стиле, так и в "богатстве" домов. Но самым, пожалуй, необычным и выделяющимся среди всего этого великолепия был дворец. Строение, больше напоминающее подушечку с иголками-башенками, оно чем-то смахивало на заброшенный замок, найденный мной где-то в глубинах Вечносвободного. Грандиозный комплекс из белых зданий, пестрящий на солнце позолотой настолько, что мне было немного больно на него смотреть.

— Что это сейчас было? — послышался со спины немного хриплый голос единорожки.

"Быстро же она оправилась".

— Ты хочешь прослушать лекцию о том, как работает "полет дракона"?

— Нет, я просто... А-а-а! — теперь уже завизжала Рар, крепко вцепившись в мои рога, — я же сейчас свалюсь!

Тут следует заметить, что висеть в воздухе, выпрямив тело как пегасы, я не умел, ибо никакой магии подобного рода в моих крыльях никогда не было. Вместо этого, я неспешными взмахами поддерживал тело на месте практически вертикально, издалека становясь похожим на огромную летучую мышь с длинным хвостом. И, конечно же, это частенько становилось моей головной болью: хоть заклинание магических пут и удерживало наездника, но оно не избавляло его от притока эмоций, когда тот смотрел вниз и не находил под собой опоры.

— Рарити, пожалуйста, успокойся! Я не дам тебе упасть, что бы не случилось.

Моя реплика, похоже, не подействовала, и пони все еще продолжала крепко удерживать мои несчастные рога. На самом деле можно было и потерпеть: они, в отличие от единорожьего, почти ничего не чувствовали, но само зрелище... Немного поразмыслив, я соткал рядом с собой гравитационный щит и пододвинул его под наездницу, тут же ощутив, что она расслабилась.

— Так лучше?

— Да, спасибо, Найт, — все еще дрожащим голосом произнесла пони, — прости, что так себя веду, просто... я немного боюсь высоты.

Посмотрев в сторону дворца, я вдруг заметил небольшую точку, отделившуюся от одной из башен. С каждым мгновением она все больше и больше увеличивалась, и уже через несколько секунд в ней угадывались очертания пегаса, облаченного в какую-то странную одежду. Внезапно вспомнив, как меня встретили в Понивилле, а затем сопоставив это с тем фактом, что Кантерлот защищен значительно лучше какого-то провинциального городка, я вдруг обнаружил в себе настойчивое желание развернуться и улететь отсюда со всей скоростью.

— Э-э-э, Рар, тут появилась одна проблема. К нам кто-то приближается.

"Странной одеждой" оказалась золотая броня, а на боку у этого крылатого пони болталось внушительных размеров копье, явно не предвещающее ничего хорошего тому, кому придется испытать остроту его лезвия.

— Ах, не волнуйся, там ведь стражник? — произнесла единорожка, совершив, судя по моим ощущениям, попытку привстать на передние ноги.

— А я откуда знаю как они тут выглядят? Там пегас в доспехах.

— Да, это он, все хорошо, можешь лететь навстречу.

"Что-то желания нет", — пронеслась в голове мысль, но вопреки ей я сделал пару сильных взмахов и начал быстро перемещаться навстречу вооруженному пони, по ходу дела подготавливая на всякий случай "щит".

~

Никогда бы не подумал, что иногда события могут складываться подобным образом!

Тот пегас оказался чем-то вроде курьера, или встречающего, доставив Рарити какой-то сверток, а мне передав, что принцессы готовы предоставить аудиенцию уже на следующий день, в любое удобное для меня время (он даже не удивился тому, что я был не пони). Это было донельзя странно, но все прояснилось, когда я упомянул об этом моей синегривой наезднице. Оказывается, Твайлайт успела переслать своей наставнице письмо, в котором подробно рассказала про то, кто и как вскоре прибудет в Кантерлот, и поэтому никаких препятствий нам не чинили.

Времени до следующего дня было хоть отбавляй, посему я решил воспользоваться случаем и поближе познакомиться со стольным градом. Будучи еще в Веродаре, мне все хотелось побольше погулять по столице, но различные события никак не давали возможности реализовать эту мечту. Хотел-хотел, да и остался ни с чем, но теперь у меня появился второй шанс, который грех было упускать.

Быстро свозив Рарити на своей чешуйчатой спине к складу, где она забрала ожидающие ее рулоны красивой ткани небесного цвета, а затем вернув ее к одной из многочисленных гостиниц, я получил долгожданную свободу, и стоял теперь на выходе из приметного трехэтажного строения, вольный идти в любую сторону.

Итак, перво-наперво стоит заглянуть в ювелирную лавку, чтобы там оценили мою "слезу ночи". Затем можно пройтись по одной из главных улиц, посмотреть на местных жителей и туристов, после чего неплохо бы посетить дворец... Хотя нет, туда пойду не ранее чем завтра. О, Тьма, это же столица эквестрийских пони! Почему я до сих пор на одном месте?

Хоть я и был, покамест, без денег, но это мне не мешало вольно передвигаться по городу. Поправив серебряный плащ, который мне любезно одолжила Рар, я в пару мгновений наколдовал под ним волшебные крылья, так, на всякий случай, и бодро двинулся вперед. Вскоре меня затянула толпа разноцветно одетых пони и дальше оставалось только плыть по течению: Кантерлот сам прекрасно справится с выставлением себя напоказ.

Длинные улочки, вымощенные камнем, поражали своей чистотой, а те строения, что теснились по их краям — разнообразием. Пройдя совсем немного, я успел увидеть, наверное, с десяток различных кафешек, множество магазинов, где продавали все на свете, один раз мне на глаза попался даже вход в театр! Но только вот искомой лавки ювелира все не было. Судя по рассказам Рарити, большинство магазинов подобного рода обязательно имеют вывеску, где на фоне солнца изображен огромный самоцвет, поэтому я точно знал, что искать... но это слабо помогало.

В конце-концов мне немного надоело ходить вслепую и я обратился к бурому земному пони, который шел рядом со мной:

— Простите, мистер...

— Да? — тут же откликнулся он, будто все это время только и делал, что ждал моего вопроса, — чем могу быть полезен?

Признаться, такая мгновенная реакция сбила меня с толку.

— Э-э, вы не знаете, где здесь можно найти хорошего ювелира?

— Ювелира? Хех, — пони усмехнулся, — сразу видно, что вы не местный. Мы находимся на Снежном проспекте, где отродясь не было ремесленников. Вам надо пройти совсем немного в ту сторону, — он вытянул переднюю ногу, указав на деревянную резную арку, на которой было написано "Ул. Листопада".

"Интересные у вас тут названия".

— Хорошо, спасибо.

Кивнув на прощание, я отошел к краю улицы и, минуя гуляющие парочки, двинулся к обозначенной земным цели. Как водится, совершить такое простое действо без приключений у меня не вышло:

— Господин в серебряном плаще, постойте! — окликнули меня сзади.

Удивленно обернувшись, я обвел взглядом толпу пони и заметил среди них небольшую единорожку лимонного цвета, которая направлялась явно ко мне. Заинтригованный, я остановился, дожидаясь, пока она не подойдет поближе.

— Спасибо, — сказала пони, отдышавшись, — вы ведь хотите приобрести драгоценные камни?

"Что"? Никак ни ожидая такого вопроса, я на мгновение потерял дар речи.

— Ну... да, почти. А откуда вам это известно, мисс?

— Я случайно подслушала ваш разговор, — беззастенчиво призналась поняшка, ослепительно улыбнувшись, — мой брат занимается самоцветами с детства, позвольте я покажу дорогу?

Иногда все происходит как надо несмотря на то, что ты совсем не прикладываешь усилий. Вот как сейчас: новая знакомая провела меня по огромному лабиринту из улочек, в котором без посторонней помощи я бы заплутал точно, и уже через пару минут мы стояли напротив здания, украшенного той самой вывеской с солнцем и драгоценным камнем.

— Вам сюда, — кивнула единорожка на резную дверь, — а я, пожалуй, пойду гулять дальше.

Окинув взглядом строение, я отметил, что нигде не было даже намека на какую-то позолоту, или иное проявление обеспеченности хозяина, да и на его сестре, что стояла сейчас рядом со мной, отсутствовали украшения как таковые. Странно... "Хотя чего тут странного, это же Эквестрия". Я повернул голову к своей спутнице и увидел, что она уже собралась идти назад.

— Погодите, дайте хоть спасибо сказать, что-ли, мисс...

— Эри Санлайт, — чуть ли не пропела пони, — не надо благодарностей, я ведь всего-лишь показала дорогу.

"Ничего себе всего-лишь".

— Все равно, надо же быть вежливым в конце концов?

— Это вам уже решать, — усмехнулась она, — хорошо, благодарности приняты, удачного дня!

И лишь белый хвост сверкнул пару раз, прежде чем его обладательница пропала у меня из виду.

Проследив взглядом путь единорожки так, на всякий случай, и неопределенно хмыкнув, я подошел к двери и уже было поднял переднюю правую ногу, чтобы постучать... потом передумал и просто толкнул ее.

~

Мое практически бесшумное появление осталось незамеченным: во всей комнате, и даже за прилавком (на котором, к слову, ничего не лежало) не было ни единой души. Подумав, что хозяин этого места отошел, я решил пока осмотреться и, если можно так выразиться, вникнуть в суть жизни городского обывателя.

К сожалению, внутреннее убранство не производило особого впечатления, разве что цепляла глаз большая штуковина в углу, похожая на вешалку, на которой, словно на гигантской подставке, покоилось несколько деревянных чаш. Простая мебель из темного дерева, два магических фонаря: один над прилавком, второй на потолке, рядом со входом, большой ковер, обычный для жилищ пони, и, конечно, несколько полотенец возле двери, суть которых я так до сих пор и не понял; ничего лишнего или необычного, что могло бы подсказать о социальном статусе проживающего, или проживающих здесь пони.

Бросив попытки найти несуществующее, я подошел поближе к стойке с чашами и заглянул внутрь...

"Что это?"

По сосудам была разлита странная жидкость, которая имела разные цвета, но при этом они совершенно не смешивались друг с дружкой. Желтый, зеленый, синий и фиолетовый — эта странная комбинация смотрелась весьма необычно и знакомо... Если сюда добавить еще парочку цветов, получится та самая жидкая радуга, что плескается в воздушном доме у Дэш.

— Не советую пробовать, это не вкусно, уж поверьте, — услышал я голос со стороны прилавка и повернул голову: бежевый единорог стоял в проеме совершенно незаметной двери возле прилавка и улыбался, глядя на мои попытки рассмотреть жидкость поближе, — меня зовут Даст Санлайт и я владелец этого магазинчика. Чем могу помочь?

— Здравствуйте, — я немного замялся, — простите, ваше появление немного неожиданно. Меня зовут Найт.

Бросив прощальный взгляд на "вешалку", я пошел к единорогу (все же разговаривать через все помещение не очень правильно), на ходу снимая с себя плащ, чтобы можно было достать скрытую под ним сумку, но увидев его ошарашенный взгляд, остановился.

— Что не так?

— У вас, эмм... там крылья, — пони сделал странное движение, будто собирался одновременно попятиться и подойти ближе, — вы аликорн?

Обернувшись, я увидел два полупрозрачных полотна, аккуратно сложенных у меня на спине. Ну конечно! Призвал их на всякий случай, а когда тот самый случай не наступил, забыл развеять.

— Я — обычный единорог, а это — лишь чары, не беспокойтесь.

"Рассеивание" прошлось по моему телу темным туманом, превратив магические крылья в тысячи светлых точек, которые принялись опадать на пол словно диковинный снег, исчезая при соприкосновении.

— Хорошо, — жеребец явно расслабился, — а то совершенно не умею вести себя подобающе при королевских особах. Что поделаешь, врожденный страх... Так по какому делу вы навестили мой скромный магазин? — Тут же, словно его подменили, единорог принял деловой вид и прошел за прилавок, кивком приглашая меня подойти, — желаете что-то приобрести, или продать?

Немного покопавшись, я извлек на свет "слезу", завернутую в красный платочек (опять же спасибо предусмотрительной белой единорожке).

— Скорее второе.

Шелковистая ткань с тихим шелестом отлетела вбок, купаясь в моей фиолетовой ауре, и драгоценный камень предстал перед нами во всей своей красе, переливаясь в синих бликах внутреннего света.

— Ух ты! — бежевый пони даже перегнулся через "барьер", разделяющий продавца и клиента, чтобы получше рассмотреть камешек. Усмехнувшись, я соткал небольшой гравитационный щит, куда поместил "слезу", после чего толкнул получившуюся тарелочку к ювелиру.

— Где вы его достали, Найт? — единорог на мгновение исчез за прилавком, после чего появился вновь, но уже с маленьким серебристым моноклем на правом глазу, — такая красивая вещь... я такое даже и не видел-то ни разу.

— Это так называемый "туманный лепесток", зебриканский камень, обработанный с помощью магии.

— С помощью магии, говорите? — он вновь нырнул вниз, появившись затем с тремя серыми камушками, которые мирно покачивались в его бирюзовой ауре, — вот три различных "лепестка", и ни один из них даже близко не похож на этот образец, — он кивнул в сторону моего самоцвета.

Я улыбнулся. Конечно, различия между цельным камнем, и разрушенным, а затем собранным вновь, всегда присутствуют. Довольно трудоемкий процесс, требующий концентрации и большого количества магических сил, но зато результат довольно красив и дорог. Надеюсь, что дорог...

— Сначала я дроблю камень на мелкие кусочки, высвобождая его внутреннюю энергию, а потом заполняю своей магией получившуюся нишу и "склеиваю" его обратно. Конечно, на исходный материал он перестает быть похожим.

— А как вы его склеиваете, можно поинтересоваться? — Даст поднял "слезу" своим телекинезом и принялся вертеть ее и так, и сяк, пристально разглядывая через увеличительную линзу.

"Сминаю гравитационным щитом в шарик, а потом расстреливаю плазмой, будучи в облике дракона".

— Большие температуры и давление. Рассказать все не могу, не выдавая своих секретов, — я покачал головой, старательно сдерживая смешок, — можно узнать, сколько стоит этот самоцвет?

— Не возьмусь сказать точно, — он нахмурился, — вряд ли слишком дорого: камень без огранки, но учитывая редкость... Па-а-ап!

Его вскрик был столь неожиданным, что я рефлекторно отшатнулся, готовый выставить щит. К счастью, время, проведенное в Понивилле, даром не прошло и мне удалось довольно быстро привести себя в порядок, подавив настойчивое желание облачиться в волшебную броню.

Через десяток секунд из той же малозаметной двери появился еще один единорог. Лишь одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что этот пони явно намного старше нас с Дастом: черты морды были строгими, грива и хвост уже начали понемногу выцветать, да и ростом он был довольно высок, почти на копыто выше меня.

— Что случилось, сын?

— Подойти сюда, пожалуйста... Ах, чуть не забыл, — бежевый единорог махнул передней ногой в мою сторону, — пап, это — Найт, Найт, это — Кор Санлайт, глава нашей семьи, тоже ювелир.

— Очень приятно, — я слегка наклонил голову.

"Нашей... звучит странно".

— Взаимно, — он быстро осмотрел меня, задержавшись взглядом на метке, после чего, наконец, обратил свой взор на "слезу", парящую в воздухе, — тебе нужна какая-то помощь, Даст?

"Семья ювелиров... Наверное, это и есть часть элиты Кантерлота?"

Младший Санлайт кивнул.

— Да, мой клиент хочет узнать возможную стоимость этого самоцвета. Подсобишь?

~

Вновь неспешно прогуливаясь вдоль одного из главных проспектов Кантерлота, я теперь обращал мало внимания на окружение, а больше размышлял над прошедшими событиями. Кор оказался весьма общительным пони, хоть и принадлежал к "сливкам общества", да и посреди разговора он признался, что питает неприязнь к своим "коллегам" по социальному статусу. Двести битов, та сумма, которую он установил за мою "слезу", практически не торгуясь и не позволяя мне что-либо поменять, была довольно неплоха, и уж явно больше, чем мне предлагали в прошлых мирах. В Понивилле на нее можно было прожить целый месяц, да еще и на всякие излишества останется, когда как в том же Раниусе приходилось делать по две-три штуки самоцветов в неделю, что порою очень сильно изматывало.

Мешочек с монетами приятной тяжестью давил на шею, мерно покачиваясь и хлопая меня по груди в такт моим движениям. На всякий случай проверив, не потерялась ли визитка в магазин старшего Санлайта, я вытащил из седельной сумки медную табличку и подвесил ее перед глазами. "Солнечная площадь, павильон 3", — гласила надпись в центре. По бокам же были вытиснены два изображения солнца. "Интересно было бы узнать, где же находится эта самая площадь".

Когда окруженная фиолетовым полем телекинеза, визитка уплыла обратно в сумку, я поправил плащ и вновь призвал магические крылья; серебристая ткань при этом чуть-чуть приподнялась, но не настолько, чтобы это стало заметно. Старая привычка, которая, не раз спасала мою шкуру: находясь в людном месте, иметь разные пути отступления. Непонятно только, зачем мне это надо сейчас, но ощущение безопасности так просто не отметешь.

Продолжив прогулку по городу, я вдруг заметил очень знакомую белую фигурку, которая шла как раз на меня, низко опустив голову так, что шляпка с широкими полями закрывала почти всю мордочку. Удивленно изогнув бровь я поспешил навстречу и уже через пару секунд остановился перед Рарити.

— Эй, ты в порядке?

— Что, простите? — пони, до этого двигаясь совершенно не глядя, остановилась и подняла голову, чуть не ткнув меня рогом.

— Ты в порядке, Рар? — мягким голосом повторил я, вглядываясь в чуть красные от слез глаза.

— Найт, о... что ты тут дела... то есть да, все нормально, — сбиваясь, пробубнила единорожка и, вновь опустив голову, продолжила свой путь...

... и уперлась в меня. Коротко сверкнул магический щит, приняв на себя укол от витого рога, и развеялся, окружив нас редким темным облачком.

— Буквально пару часов назад ты выглядела веселой и жизнерадостной, а сейчас больше похожа на воплощение скорби, — я приподнял ее мордочку сгибом ноги, — что случилось?

— Сомневаюсь, что ты захочешь это услышать, — она всхлипнула и подалась вперед, обняв передними ножками мою шею и прижавшись ко мне щекой, — но все равно спасибо, что спросил.

Ее действие очень удивило меня. Ожидая все что угодно, я не смог предугадать такое развитие событий, и потому почти не знал, что делать в такой ситуации. Аккуратно обвив своей передней ногой ее изящную белую шейку, я неуверенно притянул поняшу к себе, ощутив, как ее тело периодически сотрясается в беззвучных рыданиях.

"Надо что-то сказать".

— Просто расскажи, тебе сразу станет легче.

Жизнь вокруг нас текла своим чередом, порождая шум отовсюду, но даже сквозь него у меня получалось различать тихие стоны плача синегривой кобылки. "Странно, все это". Нет, конечно мне приходилось успокаивать девушек, но то были серьезные моменты и их настроение было таковым зачастую из-за потерь своих близких в войне, либо что-то в этом духе. Но теперь же... Проанализировав свои ощущения, я пришел к выводу, что мне совсем не хочется видеть своих подруг в таком состоянии, что и послужило причиной моим необычным действиям. Мой характер неуклонно менялся...

Рарити, ничего не ответив, в очередной раз мелко вздрогнула и тихо вздохнула, затем разомкнула свои объятия, высвободилась из моих, но не отошла, как я уже подумал.

— Если тебе действительно хочется услышать очередную слезливую историю, — шепотом поведала она мне на ухо, — то давай, хотя бы, подыщем более уединенное место, нежели проспект.

Я вздрогнул, словно в меня попала молния: ее слова вызвали у меня небольшой культурный шок. В любой другой такой же ситуации мне бы показалось, что меня приглашают на свидание, но только не сейчас: не тот мир.

— Договорились, — я обвел взглядом постройки вокруг нас и приметил небольшой ресторанчик, в окнах которого была полутьма. "Идеальное место". — Как насчет пойти во-он туда?

"Темный зал" — очень подходящее название для этого заведения. Во всем помещении царил полумрак, едва разгоняемый редкими светильниками, которые, похоже, служили просто маяками для официантов. Используя свое необычное зрение, я провел Рар к столику в самом дальнем углу, который буквально утопал в темноте и посадил ее напротив себя.

— Желаете что-нибудь? — к нам тут же подскочила пегаска-официантка, одетая в строгий синий костюм. На ее распахнутых крыльях покоилась странная черная книжечка и блокнот с ручкой.

Я взглянул на Рарити, мол, "придумай что-нибудь", но она лишь помотала головой, поэтому пришлось отдуваться мне:

— Позвольте, сначала, заглянуть в меню.

— Хорошо, — радостно известила меня крылатая пони и простерла левое крыло, по которому та самая черная книга и съехала к нам на столик, — когда придумаете заказ, просто положите ее лицевой стороной вниз.

Я кивнул и подхватил меню телекинезом, развернув где-то на середине. "Черная вода", "Осколки урожая", "Король песков" и еще с десяток названий, звучащих так же необычно, заполняли обе страницы, и сбоку даже были ценники, но при этом нигде не присутствовало даже намека на картинки, или описания блюд. "Что за бред, и как мне прикажете выбирать?"

— Рар, мне ничего не понятно, спасай, — с этими словами я передал книгу ей и, немного подумав, соткал небольшой шарик из молний прямо над ее головой.

Пока единорожка выбирала нам обед, я, от нечего делать, принялся разглядывать редких посетителей "темного зала". Вдалеке от нас сидела необычная семья: два пожилых земных пони и молодая пегаска, видимо, дочь; чуть правее расположилась группа из единорогов, каждый из которых носил красивый амулет с изображением полумесяца... Я улыбнулся: когда принцесса Луна вернулась из заточения на Селене, у нее тут же появилось много поклонников, которые сочувствовали ей и всячески помогали адаптироваться в новой для нее Эквестрии. Вот это действительно настоящие подданные: чтят власть, стараются сделать все как лучше, и, надо заметить, они находят свой отклик "сверху", ведь законы этой страны невероятно мягки, а корона исполняет свои обязанности добросовестно. Широко зевнув, я переместил взгляд на длинную барную стойку, за которой разместилась группа пегасов, ничем особенно не выделяясь; видимо, рабочие.

"Скучно".

— Рар, как продвигается процесс?

Пони лишь отмахнулась копытцем и вновь углубилась в черную книжечку.

"Ну ладно". Вроде бы я хотел помочь ей с таинственной проблемой, но Рарити, похоже, прекрасно справилась и сама: на ее сосредоточенной мордочке не было и намека на недавнюю грусть.

Положив передние ноги на стол, я прилег на них и прикрыл глаза, наслаждаясь темнотой этого места, а то, мало ли, куда еще попаду и также отдохнуть не удастся.

Уже не удалось... В тишине этого места я расслышал звонкий цокот накопытников по дощатому полу, причем источник шума явно шел по направлению к нам. Пришлось поднять отяжелевшие веки и порыскать вокруг взглядом. Да, так и есть: к нам шел единорог, одетый, что удивительно, в белую мантию — признак знатности. "И зачем мы вдруг понадобились богатым мира сего", — вяло подумал я, подняв голову и, с сожалением, убрав передние ноги обратно под стол.

— Приветствую, маг! — сходу произнес он, кивнув в приветственном жесте, — разрешите присоединиться к вашей комп...

Внезапно замолкнув и замерев на месте, он уставился на единорожку так, словно она была призраком.

— Роуз? — тихо-тихо произнесла пони, спрятавшись за книгой, как за барьером.

— Ах ты... То есть я был изначально прав, отвергнув тебя, так, провинциалка? — его голос буквально источал яд и я невольно напрягся, приготовив парочку действенных заклинаний; тени сгустились вокруг нас, но единорог словно бы и не заметил этого. — Прошло немногим больше часа, а ты уже заарканила себе другого жеребца?

"Так-так-так, неудачная любовь, Рарити и слезы... Не надо быть ясновидящим, чтобы угадать, что произошло".

— Попрошу вас выбирать выражения, уважаемый, — вставил я свое слово, заметив, как белая пони грустнеет на глазах.

— Я лишь желаю предупредить, что эта...

— Уходите, вам здесь не рады, — пришлось его перебить, потому-что незванного гостя явно начало заносить.

Единорог пошатнулся, будто его ударили, после чего посмотрел на меня. В его глазах читался гнев; мне показалось даже, что там иногда вспыхивало пламя. Едва заметно тряхнув головой, чтобы стряхнуть наваждение, я состроил недовольную гримасу и фыркнул.

— Я сам решу, где мне рады, а где нет, — он зеркально скопировал выражение моей морды, — тебе ясно, маг?

— Tenere so beyo, не в этот раз, рогатый, — ответил грубостью на грубость я, с усмешкой наблюдая, как единорог дернулся еще раз, злобно искривив рот.

— Как жаль, что завтра меня ждут дела, — он засветил рог и маленький шарик из огня соткался рядом с ним, — но мы все равно сойдемся на дуэли, рано или поздно; запомни мои слова, выскочка.

— Договорились.

Теперь уже с улыбкой и маленькой толикой удивления я наблюдал, как этот элитный продукт общества развернулся и неспешно двинулся восвояси.

"Давненько мне не бросали вызов".

— Рарити, эй, ты тут?

Пришлось помахать копытом перед ее лицом, чтобы обратить на себя внимание.

— Ты... ты хоть знаешь, с кем ты говорил? — запинаясь, произнесла поняша.

Удивленно приподняв бровь, я наблюдал, словно в поле Медленного Времени, как на глаза моей белой подруги вновь наворачиваются слезы.

— Очередной выскочка, каких много, разве нет?

— Нет, конечно нет, — прошептала она, закатив глаза, — это — Роуз Файр, один из лучших магов Кантерлота! И он бросил тебе вызов...

"Один из лучших магов? Занятно". Но о чем так беспокоится пони?

— Но-но, убери слезы, со мной все будет в порядке в любом случае, — подцепив телекинезом кончик своего плаща, я вытер мордочку единорожке, за что получил благодарный кивок, — не забывай, что у меня тоже есть определенные навыки в этом деле.

По правде, я был тронут заботой Рар, но это не мешало мне искренне недоумевать: "И что с того, что какой-то маг бросил мне вызов?" Последнее время, проведенное вне госпиталя, было потрачено мною с пользой и множество чар из моего арсенала вновь стали доступны, возвращая былое владение боевой магией.

— Может и так, но он очень сильный, — сказав это, она покачала головой, — ты ведь не будешь с ним драться, да?

Взглянув в глаза единорожке, я не выдержал и отвернулся: она боялась за меня, слишком боялась... Вот так всегда бывает, когда слишком привязываешься к кому-то. Вроде бы и хорошо, но постоянно приходится ограничивать себя, ставить рамки, да и враги могут спокойно расставить свои сети в этом направлении.

— Не знаю, Рарити, как с этим у жеребцов в Эквестрии, но меня ведет понятие чести. Когда моих друзей оскорбляют, я просто не могу остаться в стороне. Я — Защитник.

~

Немного поворочавшись на своей кровати, я почувствовал, как прогибается подо мной ее гладкая поверхность, стремясь принять такую форму, чтобы мне было удобнее лежать, и довольно улыбнулся.

— Ты уже проснулся?

Сонливость мгновенно сдуло; мелодичный голос Рарити жестоко выдернул меня в реальность. Распахнув глаза, я поморщился от яркого света и окутал себя темной сферой, которая частично приглушала свет.

— Я тебе поесть приготовила, — продолжила поняша, все еще немного заплетаясь: сказывалась наша вчерашняя "распрекрасная прогулка" по Кантерлоту.

— Спасибо, век не забуду! — выдал я первую фразу, пришедшую на ум, и спрыгнул с гравитационного щита, направив свои копыта в сторону небольшой гостиной. Рар усмехнулась и продолжила прихорашиваться, стоя перед зеркалом.

Что мы делаем в одном номере? Что ж, это была воля единорожки, а предшествовала сему довольно забавная история.

Роуз Файр все никак не вылетал у меня из головы, понемногу воплощая в себе образ всей кантерлотской знати, поэтому, когда мы покинули "Темный зал", я решил заявить о себе в самом, что ни на есть, настоящем стиле бесшабашных Защитников. Не испугались кантерлотцы дракона поначалу — не испугаются и теперь. Обратившись в тенекрыла, я посадил поняшку себе на спину и с невозмутимм выражением морды двинулся по проспекту, прямо к сердцу города, старательно делая вид, что являюсь всего лишь ездовым питомцем.

Фурор мы произвели, скажем прямо, немалый. Вскоре уже, наверное, весь город знал, что где-то есть провинциальная пони, разъезжающая на большом черном, стра-а-ашном драконе. Выражения морд "элиты", когда даже их охрана расступалась предо мною, было непередаваемым и стоило того, чтобы потратить время на всю эту затею.

Затем мы отправились в бар, чтобы отпраздновать, пусть и небольшое, но все же хоть какое-то повышение популярности Рар среди знати. Ну а потом...

К счастью, ночью опьянение проходит у меня очень и очень быстро, поэтому, обдумав предложение единорожки "пожить пока-что с ней, ведь тебе некуда сейчас идти", я решил, что стоит поломать старые стереотипы насчет неоднозначности данного предложения и принять его, тем более, Рар искренне желала помочь.

Уже добравшись до тарелки вкусно пахнущих оладий, возлежавшей на небольшом круглом столике посреди гостиной, я хлопнул себя копытом по лбу и развернулся, чтобы пройти обратно... "Нет, я же теперь умею чуть больше, чем раньше, верно?" Сосредоточившись, я почувствовал мой целехонький щит-кровать и представил, как его окутывают чары развеивания. Вдали послышался слабый звон.

"Отлично".

Заодно убрав затемняющий купол, чтобы уже, наконец, видеть все в первозданных цветах, я сел и принялся за еду, обдумывая, как меня встретит принцесса.

Уже через час после пробуждения я стоял перед парадным входом во дворец, наслаждаясь красотой величественного строения. С трудом верилось, что такое могут сотворить пони своими копытами, используя лишь примитивный копытокинез и магию единорогов.

— Простите, уважаемый, — обратился ко мне один из стражников, которых тут было в достатке, — вы, случаем, не Ночная фурия?

Он произнес это с такой мордой, что сразу стало видно: мое имя в здешних местах весьма и весьма необычно.

— Да, меня так нарекли.

Следовало бы спросить, откуда они вдруг знают, как меня зовут, но я чувствовал, что принцесса давно позаботилась буквально обо всем.

— В таком случае, — пони в броне кивнул своему напарнику и отворил небольшую дверцу сбоку от главных ворот, — прошу следовать за мной.

~

Я послушно встал в круг, обозначенный бледно-желтой магией принцессы, и повернулся лицом к своему оппоненту. Синий единорог с меткой в виде красной розы, объятой языками пламени, уже стоял на своем месте, нетерпеливо размахивая хвостом. На кончике его рога периодически вспыхивал маленький огненный шарик — признак уже готового к бою заклинания.

— Побеждает тот, кто первый разобьет церемониальный щит на сопернике, — вновь повторила принцесса, — готовы?

"Не ожидал я этого, но вот мы здесь, Роуз Файр, на испытании принцессы, один на один".

— Да, — произнес он, взглянув на меня. Я лишь кивнул.

— Тогда начинайте, — принцесса сверкнула рогом и вокруг нас соткались два небольших золотых щита.

Хищно улыбнувшись, я активировал руну "Косы ночи", почувствовав, как энергия Тьмы принялась струиться по моему хвосту. Разворот, взмах хвостом, и темно-фиолетовая дуга устремилась к своей цели, оставляя за собой след из черных частиц. Пробный удар, как это обычно бывает, не смог достичь своей цели: серия маленьких огненных шаров отбила мое заклинание и уцелевшие сгустки огня стремительно полетели в мою сторону.

Магический щит встал на пути снарядов, переливаясь всеми спектрами фиолетового в местах соприкосновения с чужими чарами.

Теперь уже приготовив "Дуговую молнию", я уставился на своего противника сквозь волшебную завесу, ожидая, пока он сделает свой ход. Он, в свою очередь, не спешил, подготавливая что-то очень необычное. Выпестованное в многочисленных битвах чувство, которое вполне подходило под описание "не знаю что это, но оно меня спасает", твердило: помешай ему, атакуй быстро и добей, но мне не хотелось полностью демонстрировать свое умение сражаться. Да и боевые маги Эквестрии не могут быть слишком сильны: Твайлайт ведь считалась одной из лучших, но при этом совершенно не умела драться магией.

Как же я ошибался!

В одно мгновение гигантский огненный вихрь вырвался из рога моего противника, и, приняв форму птицы, устремился ко мне. Чем ближе была легендарная птица, тем больше у меня открывались глаза от удивления. Призвать магический конструкт на поле боя — настолько неожиданный ход, что я даже и представить себе этого не мог. Очень сложная магия... К сожалению, мой шок сыграл на руку противнику: попытавшись отпрыгнуть, я почувствовал, как передние ноги упираются во что-то и споткнулся, потеряв равновесие. Легкая добыча... Элементаль добрался до меня и, просто-напросто, упал сверху. Погрузившись в сплошные потоки огня, я почувствовал, как лопнул мой щит, а затем, после героического двухсекундного сопротивления, и щит Селестии, окружив меня светлым облачком ее магии.

— Повержен, — услышал я спокойный голос Роуза, — как и должно было случится.

Феникс вновь соткался надо мной и принялся летать по кругу, оставляя за собой след из раскаленных частиц.

— Молодец, Файр, — тихо произнесла принцесса и взглянула на меня странным взглядом, в котором явно блеснуло странное чувство...

Превозмогая мнимую боль от ожогов, я поднял голову и ответил на ее взор. "Докажи, что ты достоин быть рядом с моей ученицей", — прозвучало у меня в сознании, при этом аликорн даже не сделала попыток заговорить.

Этот взгляд... Собравшись с силами, я кивнул, закрыл глаза и тихо прошептал:

— Tagra.

Позволив мне сконцентрироваться, это слово на драконьем активировало одно из моих сложных заклинаний-оберегов. Вокруг меня тут же раздался шелест и шорох излучения моей магии: энергетические резервы моего организма перестраивались, чтобы отдавать больше энергии в момент, когда это становилось действительно необходимым. Этот эффект продлится недолго и сильно истощит мои силы, но это стоит того. Мне нельзя ударить в грязь лицом перед принцессой во второй раз, и ради Рарити, Твайлайт, и всех моих друзей, я должен проучить этого единорога, что стоит сейчас напротив меня и, скорее всего, ухмыляется.

— Вы заснули, уважаемый Найт? — послышался вежливый голос Роуза, — принцесса желает, чтобы мы вновь сошлись в поединке.

Шум в ушах прекратился и крошечные искры молний пробежались по моему рогу. Сила высвобождена.

"Молись".

— Всего три слова, — произнес я искаженным магией голосом и распахнул веки, с удовлетворением заметив, как мой оппонент отшатнулся, чуть не потеряв равновесие, — я готов, моя принцесса.

Если все прошло как надо, то мои глаза сейчас были абсолютно черны, без зрачков, с изредка мерцающими заместо них молниями. Устрашение — всегда к месту.

— Хорошо, — она нахмурилась, — еще один раунд. Сражайтесь в полную силу.

"Ну разумеется".

— Фезер, ко мне! — единорог позвал своего питомца и призванный феникс, до того нарезающий круги под потолком, послушно уселся рядом с хозяином, готовый нападать в любой момент.

Я улыбнулся. "Твоя самая мощная магия против моей, так будет честно". Мой рог тускло замерцал и мощные чары искуственной ночи были готовы вырваться на волю по одному моему приказу. И плевать, что здесь стоит олицетворение солнца, я должен победить!

— Приготовьтесь.

Бросив короткий взгляд на феникса, я прикинул, с какой скоростью этот элементаль сможет достигнуть меня и на всякий случай мысленно отметил, куда выгоднее всего будет отпрыгивать. Роуз же, судя по шарику на кончике рога, вновь приготовил какое-то простенькое заклинание, а его питомец широко распахнул пламенеющие крылья.

Два золотистых щита одновременно окутали наши тела, и почти сразу над ними засветились наши собственные.

— Начинайте, — сказала принцесса и отошла чуть дальше от круга арены.

"Предусмотрительно".

На мгновение представив улыбающихся Твай и Рар, я мысленно воззвал к Ночи, и произнес одно-единственное:

— Авалон.

По залу прошелся гул, будто бы вдалеке обрушилась гора. Приготовленные чары вырвались на свободу и надо мной появился черный сгусток, который взорвался через мгновение, стремительно расширившись, и день на арене обратился в ночь. На вершине куполообразного потолка зажегся полумесяц, слабо осветив своим бледным сиянием потемневшее помещение, а вокруг него засияли звезды, создавая удивительной красоты картину... к сожалению, красивую только для меня: мой оппонент явно не обрадовался быстрой смене времени суток, да и принцесса выглядела не слишком довольной.

Теперь, когда я находился в родной стихии, мои движения стали более незаметными для Роуза, чем я тут же и начал пользоваться. Короткий разбег и резкий прыжок вправо, чтобы избежать внезапной атаки феникса, и я нахожусь достаточно близко, чтобы без помех успеть кинуть в эту наглую морду парочку "кос". Зажглась руна, замерцал хвост, разворот, взмах, прыжок: пользуясь дарованной скоростью я успел запустить мерцающий полумесяц и быстро уйти из-под огненного кольца контратаки. Пробежав еще немного, я резко взял вправо, одновременно применив "покров ночи". С яростным шипением мимо меня пронеслась огненная птица, чуть не задев кончиком крыла. "Хаос, с этой тварью надо что-то делать".

Краем глаза проследив, куда отлетел феникс, я прикинул, сколько у меня времени до следующей его атаки, и принялся медленно двигаться по кругу относительно моего оппонента. Он не мог меня видеть, но, к сожалению, его ручной элементаль, который прекрасно чувствовал мою ауру, похоже, мог служить магу огня глазами. И этот момент я не предусмотрел: феникс, вместо того, чтобы кинуться на меня, внезапно завис на месте, а еще через мгновение на полу, прямо подо мной, появились огненные расселины. Довольно поздно сообразив, что источник этой атаки сейчас стоит на земле, ярко засветив рог, а не парит в воздухе, я собрался с силами и выпустил мощную молнию в воздух в надежде, что быстрый удар собьет процесс подготовки заклинания. Шипящий белый луч ударил прямо в грудь птице и маленькие белые искры заплясали по ее пламенному телу, но это не смогло предупредить мощные чары Роуза: вокруг меня образовался горящий шар, заключив в своеобразную тюрьму, стенки которой пылали жаром и начали ощутимо жечь мою шкуру.

"Хаос!" Я растерянно осмотрелся по сторонам, пытаясь оценить обстановку. К сожалению, она была не утешительна: меня поймали в клетку и мое главное преимущество — мобильность, на время было утрачено.

— Ну что же, темный маг, вот ты и попался, — произнес мой противник, едва видный через стену огня, — должен признать, что ты хорошо сражался.

"Сейчас начнется экзекуция", — печально подумал я, заряжая дуговую молнию. Короткая вспышка и яростная энергия молний ударилась в стену, не причинив ей урона.

"Как же ты меня бесишь... Почему я должен напрягаться и бегать, когда как ты стоишь на месте и за тебя все делает этот чертов огненный элементаль?" Стратегия этого мага теперь абсолютно ясна: каким угодно способом обездвижить цель и позволить фениксу вступить в бой. Стиснув зубы, я укрепил щиты, чтобы они смогли сдержать огненный натиск и принялся перебирать в памяти подходящие боевые чары. Нужно что-то такое, чтобы сбить этому единорогу концентрацию... Как вариант, можно применить развеивание магии, но тогда и заклинание-оберег пропадет, ослабив меня. "Оберег... хмм".

Огненный шквал, слабо сейчас похожий на легендарную птицу, врезался в тусклый темный шар моего щита и отскочил в сторону; мои защитные чары прекрасно справились со своей задачей. Но мгновенный выброс такого количества энергии не прошел для меня бесследно: по всему телу словно бы взорвались миниатюрные бомбочки и мне пришлось приложить большие усилия, чтобы не закричать, вместо этого из горла вырвалось тихое злобное шипение.

Использовав боль как катализатор, я приготовил очень мощный "Импульс Тьмы" и быстро повернулся в сторону элементаля, ожидая следующую атаку; и она не заставила себя ждать: издав протяжный свистящий звук, огненная птица кинулась к своей цели, напоминая сейчас сплошной вал пламени.

"Сейчас!" Навстречу ей устремился большой черный луч, окруженный многочисленными темными кольцами энергии. Вспышу света, несомненно, последовавшую за столкновением двух мощных чар, увидеть не получилось: закрыв глаза и сосредоточившись, я представил Роуз Файра, окруженного плотными клубами тумана.

По сути, феникс довольно неповоротлив и избегать его атаки легко, но при этом шанс добраться до хозяина у меня довольно мал... Если только не заставить его самого двигаться.

— So beyo!

Повинуясь моему приказу, заклинание-проклятие распустило под ногами Роуза свой темный цветок, и активировалось.

— Что это? — услышал я удивленный вскрик, а затем моя обжигающая клетка растворилась, больше не сдерживая меня. Тут же сорвавшись с места, я успел увернуться от очередного пике элементаля и начал, двигаясь в совершенно хаотичных направлениях, быстро сокращать дистанцию. Мой противник, окруженный "Проклятием смертного", чарами, которые выглядели как круг на земле, из которого снизу вверх шел черный дождь, не сразу понял, что произошло и попытался обстрелять меня огненными шарами. Конечно, тот силуэт, который виделся ему под покровом ночи, никак не мог быть мной; с помощью длинного прыжка избежав еще одну попытку феникса заработать победу для своего хозяина, я оказался точно за спиной у синего пони, на отдалении в десяток метров, и низко наклонил голову, тщательно прицелившись. Короткая белая вспышка и щит моего противника вспыхнул, окруженный небольшими разрядами молний. "Рывок в сторону, пригнуться и быстро отбежать подальше". Еще один удар достиг цели и тут до Роуз Файра дошло, наконец, что этот "необычный дождь" не дает ему толком колдовать. Удивленно переступив всеми ногами, он отпрыгнул чуть в сторону и сразу же получил очередную порцию боевых чар с моей стороны, в этот раз даже пошатнувшись. "Не сила главенствует у ночной стихии, но скорость и знание", — говаривал наш Наставник и множество раз мне приходилось лично в этом убеждаться. Вот как и сейчас: маг огня лишь беспомощно озирался, пытаясь вычислить меня среди теней, а его питомец лишь попусту разрезал воздух, не в силах догнать юркого черного единорога.

И все же ситуация была патовой: недосягаемый, я не мог нанести оппоненту достаточно урона, при этом не встречаясь с фениксом.

"Этот феникс...". Неожиданно мне в голову пришла довольно сумасшедшая идея. Продолжая свой танец вокруг врага, я выждал момент, когда элементаль вновь начнет направлять атаки своего хозяина и, уже с некоторыми затруднениями уйдя с линии удара, захватил огненную птицу телекинезом. По залу разнесся чудовищный вскрик и моя жертва дико затрепыхалась в воздухе, пытаясь разорвать окружившее ее темно-фиолетовое поле.

"Вот же Хаос... это сложнее... чем казалось". Все мои силы оказались брошены на то, чтобы только поддерживать чары, и с каждым мгновением я все яснее понимал, что долго это продлиться не сможет. Пот ручьями стекал по моему телу, глаза уже практически ничего не видели из-за яркого сияния, что издавал мой рог, а все внутри меня сжалось, чувствуя приближающееся магическое опустошение. И это-то одновременно под оберегом и заклинанием Авалона! "Твайлайт, почему ты мне не сказала, что телекинез может потреблять СТОЛЬКО энергии..."

Продолжая поддерживать чары, я на мгновение представил себе фиолетовую поняшу, что с умным видом отчитывала меня за столь нерациональное использование врожденной магии единорогов, а затем с удивлением обнаружил что она стала вдруг вполне себе реальна. Будто бы между нами открылся портал: я воочию увидел, как Твай сидит за своим любимым столиком в библиотеке, заваленная книгами по самые ушки, и что-то опять пишет на куске пергамента.

— Твайлайт? — удивленно произнес я искаженным голосом, от удивления даже забыв, что вообще происходит вокруг меня.

Она будто бы услышала меня: быстро высунула мордочку и осмотрелась вокруг.

— Кто тут? Кто это?

"Всего лишь видение", — сказал я сам себе, пытаясь сосредоточится на чарах, но "портал" не спешил исчезать, более того, в нем появилось светлое пятно, из которого в обе стороны протянулась тоненькая радуга, одновременно коснувшись нас обоих.

"Во имя Ночи!"

Все мое тело заполонила неведомая сила, чужая, слишком отличающаяся от стихии Тьмы, либо же Молний, но одновременно и такая родная... Она обжигала, как обжигает глоток ледяной воды после многих часов тренировок. Лишь частица, отголосок невероятно могущественной магии, но и это было похоже на легендарный бесконечный источник энергии.

Видение пропало, и теперь я смог разглядеть, как феникс почти проделал брешь в моем поле, достаточную, чтобы выбраться, а его хозяин всеми силами пытался этому способствовать.

Прислушавшись к себе, я ощутил, совершенно неожиданно, но довольно отчетливо, Твайли; своеобразное единение, эмпатию с ней. И эта эмпатия питала меня, давала силы...

Высоко вскинув голову, я, словно фонарь, осветив все вокруг и разогнав ночные тени, вновь применил телекинез. Темное сияние, намного более отчетливое, чем раньше, мгновенно спеленало феникса, да еще и так плотно, что тот не мог больше пошевелить даже крылом.

"Вот это да!" Какой же силой на самом деле обладают элементы гармонии? Сдвигать горы? Иссушать моря? Да что там, они могут спокойно раскрутить эту планету и запустить ее куда-нибудь далеко-далеко". Я стоял, удивленно взирая на элементаля огня, пойманного в ловушку. Это была уже очевидная победа: мой оппонент, как и я, замер, уронив челюсть на землю, вместо того, чтобы хоть как-то попытаться атаковать, но, в отличие от него, шок у меня проходил чуть быстрее. Я бы уже не дышал, если бы в прошлых битвах позволял эмоциям взять надо мной верх на продолжительное время.

Темные нити, суть тени, медленно заплясали вокруг меня свой удивительный танец, а затем все, как по команде, устремились к моему противнику, на ходу принимая форму лезвий. Несколько коротких ударов и его огненный щит лопнул, а удар молнии, последовавший за моей первой атакой, довершил начатое: золотистый щит Селестии потрескался, вспыхнул и растворился в воздухе, образовав вокруг единорога маленькое светлое облачко.

## Глава 16. Прикоснись к Свету

Я стоял, уперев все копыта в пол, и отчаянно старался не упасть от мгновенной большой потери сил: как чары оберега, так и заклинание Авалона исчезли, прекратив поддерживать мое тело. Где-то в стороне догорал призванный феникс, лишенный магической подпитки своего хозяина, который, к слову, выглядел ненамного лучше меня.

— Третий... бой, чтобы... наверняка? — немного задыхаясь проговорил я, переведя взгляд на своего соперника.

Зал арены тоже смотрелся не лучшим образом: во одних местах камень почернел, приняв на себя всю ярость Огня, либо Молний, в других же покрылся удивительными узорами — остаточный эффект чар Тьмы. Настоящее буйство элементов, когда, в стремительном водовороте сражения перестаешь обращать внимание на баланс чар и делаешь их чуточку сильнее, чем надо. Пройдет некоторое время прежде, чем магия этого места исцелит арену, вернув ее в первозданный вид.

— Нет, благодарю, мне еще хочется послужить родине в здравом уме и теле, — вяло ответил Роуз, пристально рассматривая пламенеющую лужу, еще совсем недавно бывшую грозным магическим конструктом, — впервые вижу, чтобы с Фезером такое вытворяли.

Криво усмехнувшись ("Ты не видел еще, что такое война на выживание, мой дорогой друг"), я кивнул в знак солидарности и применил на себя исцеляющие чары. Темная дымка заботливо окутала мое тело, восстанавливая и обновляя, даруя превосходное ощущение безмятежности. Раз сил почти не осталось, то почему бы не потратить еще чуть-чуть, чтобы просто выглядеть лучше? Все равно в ближайшее время эта толика магии своей роли не сыграет.

— Ночная фурия, — прозвучал мягкий, и в то же время величественный голос, заставив меня вздрогнуть.

"Тут же принцесса, чуть не забыл".

Резко, словно ужаленный, я развернулся и поискал глазами солнечную пони, едва заметив ее силуэт на фоне мраморной стены. С улыбкой, аликорн развеяла странную магию, обретя видимые очертания, развеяла в воздухе странный предмет, похожий на свиток, и подошла ко мне. Прекрасная грива, совершенно свободно развевающаяся по воздуху, широко распахнутые белые крылья, большие и невероятно красивые, огромный, по меркам пони, рост и просто внеземная красота — все это, собранное воедино, в одном существе, производило на меня огромное впечатление. Тут можно было быть сколь угодно гордым существом, чтобы никогда и не перед кем не преклонять колено, но это совсем не относилась к принцессам Эквестрии: появлялось настойчивое желание пасть ниц, чтобы хоть как-то выразить ей свое восхищение. Почувствовав, как у меня сами по себе подкашиваются передние ноги, я поморщился и еле удержался от того, чтобы не отвернуться, дабы не показывать свою неожиданную слабость.

— Поздравляю тебя с победой, — продолжила Селестия, ослепительно улыбнувшись, — Роуз Файр — очень сильный маг.

"Похвала от самой Селестии, вот это да!". Закрыв на секунду глаза, я попытался сосредоточиться и успокоиться. Почему я веду себя как ребенок, когда нахожусь рядом с аликорн? С другой стороны... теперь я, как никогда, понимаю Твайлайт с ее фанатичной преданностью: дружить с таким великолепием дорого стоит.

— Благодарю, моя принцесса, но в этом не только моя заслуга...

Рог Селестии замерцал и, едва заметное, облачко золотистого сияния появилось перед моим лицом, вынудив меня невольно замолкнуть.

— Я знаю, мой маленький пони, — вновь эта улыбка, этот понимающий взгляд, которому хотелось безоговорочно доверять, — пожалуйста, пройдем со мной в мой кабинет.

Осознав, что все мое внимание утопает сейчас в глазах принцессы, я поморгал, отгоняя наваждение. Хотя... это было далеко не наваждение: Селестии на самом деле можно было доверить все что угодно, даже жизнь, и то, что мне казалось очередным видом внушения, оказалось всего лишь мое собственное, простое желание чувствовать рядом более старшую, но добрую и отзывчивую родную душу.

Я кивнул.

Путь из зачарованного зала был весьма запутанным, и без посторонней помощи я бы еще долго бродил по многочисленным коридорам, каждый из которых, к слову, был произведением искусства: вдоль стен стояли постаменты с самыми разными вещами, собранными, наверное, со всей Эквестрии; магические светильники давали мягкий голубоватый свет, а большие, иногда даже витражные окна впускали во дворец ясный солнечный день, заставляя золотые экспонаты переливаться и блистать.

Рассматривая попеременно то принцессу, возле которой шел, то окружение, я поймал себя на мысли, что интерьер этого места был выполнен в таких тонах, что так или иначе чем-то был связан с белой аликорн: полоски нежно-розового и зеленого цветов, мелькающие то тут, то там; изображения солнца (точь-в-точь как метка принцессы) на дверях и белый мраморный пол — такое ощущение, что зодчий (или зодчие) проектировал все это, вдохновляясь самой правительницей.

— Мое личное крыло дворца, — ответила на мой невысказанный вопрос Селестия, поправляя своей магией немного сбившуюся статую, изображающую земного пони и стоящую рядом большую овальную штуковину, отдаленно похожую на птицу без головы, с торчащими из-под гладких крыльев продолговатыми выступами, — все знаменательные события Эквестрии стоят вдоль этих стен.

— Впечатляет, — не зная, что сказать, я ограничился лишь этим словом. "Знаменательные события, хм?".

Наконец, мы достигли большой деревянной двери, обитой золотом. Весь в предвкушении увидеть кабинет столь могущественного мага Света, я попытался представить, что же могу там найти, но не слишком в этом преуспел: обычно подобные обители имеют внутри несколько артефактов, может даже, самодельных, всякие устройства, много книг, но все это, по моему мнению, не слишком подходило коронованной особе. Многочисленные стопки бумаг? Может, карты и планы, разложенные на столе?

— Скажи мне, если почувствуешь, что не можешь дальше идти, — с этими словами принцесса легко толкнула дверь ногой и первая вошла внутрь...

У меня аж уши опустились от разочарования: всего лишь еще одна лестница, ведущая наверх; наверное, в башню. Простые деревянные ступени составляли резкий контраст с мраморным полом, на котором я сейчас стоял, да и странные узоры на стенах производили впечатление, что их рисовал неумелый жеребенок. Вздохнув, я вновь попытался задавить странное чувство, возникающее рядом с принцессой, отдаленно похожее на ожидание чуда, и сосредоточился.

Вся суть странного предупреждения Селестии, на которое я прежде не обратил внимания, стала ясна уже скоро. Поначалу, как только мое копыто вступило на первую ступеньку, сначала оно, а потом и все тело охватило странное золотое сияние, а затем, с каждым шагом, странная магия Света давила на меня все больше и больше, будто стараясь вытеснить что-то. Через десяток секунд сопротивление стало настолько сильно, что приходилось напрягаться, только чтобы переставить одну ногу. Аликорн же шла совершенно спокойно, окруженная такой же аурой, но не похоже, что ей что-то мешало.

Уже было открыв рот, чтобы сообщить Селестии о своей "маленькой" проблемке, я вдруг почувствовал, что теряю контроль над телом. Весь мир передо мной мгновенно скрутился в комочек и пропал, оставив вместо себя лишь серую пелену.

"Вот только не надо опять падать в обморок, Найт", — подумал я и волевым усилием постарался двинуться вперед. На удивление, у меня это получилось отлично: призрачное тело всегда слушается превосходно.

"Видение? Грезы? Что это такое?"

Раз я — призрак, то это — не обморок, но я же бодрствовал...

Мои сомнения развеяла яркая вспышка золотой магии прямо вокруг меня, которая, затем, превратилась в кольцо и принялась стремительно сжиматься: всего лишь видение, когда время на мгновение замирает, и ты видишь странные, зачастую непонятные картины, которые могут изображать как прошлое, так и возможное будущее.

Тени подо мной сгустились, и из них вырвалась большая пушистая черная туча, зависнув строго над моей головой. Через мгновение все вокруг осветила яркая вспышка: с громким треском туча разрядилась молнией в золотой обруч, оставив на месте попадания дымящуюся дыру, а затем еще и еще...

Столь же внезапно мысленная картина пропала, вернув меня на землю. Мир вокруг, не в пример видению, заиграл яркими красками, преимущественно желтым. Появилось странное ощущение легкости, как будто сияние мне больше не мешало. Шаг, затем второй... легко, как будто на прогулке! Окрыленный, я перешел на рысь и в два счета догнал принцессу, которая, к тому времени, уже открывала дверь наружу. Со вздохом облегчения я покинул это странное место, которое должно было быть всего лишь обычной лестницей, но, по стечению обстоятельств, стало какой-то необычной полосой испытания.

— Редко кто ходит этим путем, ведь нужна большая сила воли, чтобы прорваться сквозь чары, — произнесла принцесса, закрыв за мной дверь своей магией, — должна признать — мне отрадно, что Твайлайт нашла себе такого необычного друга.

— Благодарю за похвалу, — я учтиво кивнул, а затем, наконец, обратил свой взор на интерьер этого помещения.

Сам кабинет, он же, видимо, и спальня (огромная двуспальная кровать, украшенная позолотой, виднелась за одной из приоткрытых дверей), представлял из себя круглое помещение, разделенное на несколько комнат небольшими перегородками. В центре же была куполообразная конструкция, внутри которой и был спуск вниз.

Как и предполагалось мною ранее, большие стопки бумаг были аккуратно сложены на большом серпообразном столе, да и несколько изображений Эквестрии висели на специальной доске рядом, но на этом сходство с моими мыслями заканчивалось. Большой книжный шкаф, обитый по краям железом, стоял вдоль одной из стен, поражая взгляд обилием самых разных вещей, которым место в музее (если таковые тут вообще есть): книги, большей частью потрепанные и заново переплетенные, золотой ларец, с выгравированным на пузатом боку символом в виде метки Твайлайт, странная металлическая штуковина, похожая на трезубец, какие-то шарики на тарелке, статуэтки всех четырех рас пони, портрет Луны... в общем, было на что посмотреть. Помимо этого, в глаза бросались яркие гобелены, украшающие все пустые пространства между окнами, парочка матовых шаров на подставках (да-да, куда же без них), и... признаться, я только сейчас обратил на это внимание: пол был сделан, преимущественно, из белого мрамора, но перед выходом с лестницы красовался желтый круг, разорванный в двух местах.

"Вот это да! Откуда в Эквестрии это знают?"

— Не стой столбом, проходи, — Селестия перехватила мой взгляд, обращенный к символу, и улыбнулась, — ты удивлен?

Подняв взгляд на аликорна, я попытался понять, шутит ли она, или же этот вопрос был задан серьезно. К сожалению, за несколько тысяч лет она идеально научилась управлять выражением лица, так что увидеть что-либо было просто невозможно.

— Конечно удивлен, моя принцесса, вы ведь знаете, что это такое?

Моя собеседница чуть заметно поморщилась и кивнула:

— Да, и прошу, не надо называть меня принцессой, для Твайлайт и ее друзей я просто Селестия, — неожиданно, она подмигнула, — можно просто Селли.

Собравшись было покивать, мол, Селестия — так Селестия, без проблем, я поперхнулся от неожиданности и чуть было не уронил челюсть на пол, лишь в самый последний момент смог силой воли удержать тело в узде.

— Хорошо пр... Селестия, но учитывая вашу прямо-таки божественную внешность, язык не поворачивается называть вас как-то иначе.

— Вот и славно, — она развернулась и неспешно проследовала к круглому стеклянному столику у дальней стены, а затем уселась на небольшой красный пуфик, — присаживайся, — кивок в сторону точно такого же, — не стесняйся.

Перед нами материализовались две маленькие аккуратные чашечки, каждая из которых имела что-то вроде двух изогнутых рогов по бокам, видимо, для удобства земных пони и пегасов. Спустя секунду в белой вспышке появился и сам чайник, с прозрачной стенкой, наполненный немного необычной красной жидкостью.

— Ох, эти повара, они вечно прячут его куда-нибудь, — посетовала принцесса прикрыв глаза. Ее рог (кстати, много длиннее моего) запульсировал искрящейся желтой магией и через пару мгновений стеклянную столешницу украсил средних размеров торт.

Я удивленно выгнул бровь: для серьезного разговора обстановка подходила все меньше и меньше, при этом сама принцесса даже не особо и старалась это как-то исправить, приняв лик обычной кобылки. Особенно, к месту был это торт, украшенный с одной стороны изображением полнокрупого аликорна, а с другой стороны припиской "дорогой сестре".

— Каждый имеет свои маленькие слабости, Найт, даже я, — она блаженно зажмурилась, распробовав кусочек кондитерского изделия, — и скрывать их — не всегда лучшее решение.

"Да уж, я заметил". Передо мной появилась и зависла в воздухе серебристая ложечка, недвусмысленно намекая, чтобы я тоже предался уничтожению кулинарного изыска.

— Но вы позвали меня сюда не для того, чтобы устроить чаепитие? Или я уже ничего не понимаю...

— Ты совершенно прав, и я не собираюсь устраивать тебе допрос, поэтому просто расслабься и попробуй уже этот чудесный напиток, — принцесса демонстративно подхватила чайник магией и налила себе немного алой жидкости, — он бесподобен.

— Ну... хорошо, — мысленно поставив крест на любых попытках поместить ситуацию в рамки моего понимания, я повторил действие принцессы, налив себе полную чашку блестящей в солнечном свете жидкости. На вид она была похожа на вино (которое, к слову, в Эквестрии тоже делали), но вот аромат... Искоса взглянув на аликорна, которая невозмутимо отпивала "вино" небольшими глоточками, я зажмурился и последовал примеру, попробовав эту ядреную смесь сноягод, которые сразу распознал по запаху, перца и чего-то еще. У меня в горле будто бы открылся филиал ада и неведомая вещь, похожая на чистую эссенцию огня потекла дальше, зарождая внутренний пожар. Закашлявшись, я подумал было, что солнечная пони меня отравила, но вскоре огонь поутих, а на место его пришло ощущение силы.

— Хилар — таково название этого напитка, придуманного одним из северных пони в незапамятные времена, — не подавая совершенно никаких признаков дискомфорта, Селестия спокойно осушила свою порцию и налила себе еще, — согревает, стимулирует работу мозга и, что особенно сейчас важно, восстанавливает силы. Очень редкий, дорогой и эффективный. Можешь заглушить пламя едой, — улыбнувшись, она кивнула в ее сторону, — если нет сил терпеть.

"Она даже это предусмотрела?". Медленно, опасаясь разбудить заснувшую внутри меня саламандру, я призвал совсем маленькое темное облачко и вдохнул его ртом, задержав после этого дыхание. Чуть заметное прикосновение Тьмы, не в пример прохладнее, довольно быстро распространилось по всему телу, приятно его остужая.

"Все же я маг Ночи, а не шарлатан какой-то".

— Спасибо, но моя магия здесь будет эффективнее.

Хилар действительно был к месту: до сего момента я и не представлял, что бой на арене меня настолько вымотал, но сейчас же голова чудесным образом прояснилась, да и чувство небольшой тяжести во всех конечностях куда-то улетучилось. Не удержавшись я потянулся, зажмурившись от удовольствия, и впервые за весь наш разговор по-настоящему улыбнулся. Могло случиться все что угодно: от сорвавшегося заклинания "полета" и непринятия "слезы ночи" местными ювелирами, до моего полного поражения там, внизу, где сейчас древняя магия понемногу стирает следы дуэли со стен и пола. Могло, но не случилось; удача на этот раз взирала на меня благосклонно. И сейчас за одним столом со мной сидело существо, в сотни раз меня старше, и мы всего лишь пили чай (если это можно так назвать). Все это — более чем удивительно, но самое странное, что в Эквестрии, в отличие от других посещенных мною миров, большинство событий подобного рода — норма.

— Хорошо, Селестия, я готов отвечать на вопросы, серьезно на этот раз.

В короткой желтой вспышке все, что было на столе, а затем и сам стол — пропало, телепортировавшись неведомо куда. Принцесса, до того возвышающаяся надо мной, легла на все четыре ноги, таким образом выравняв наши линии взглядов.

— Тогда не будем откладывать дело в долгий ящик, — она чуть качнула головой, и ее волшебная грива заструилась вбок, перестав заслонять ей пол-лица, — расскажи мне, что произошло на арене.

"Вот так, сразу от яйца до дракона, но если подумать, альтернатив сильно-то и не было".

— Хорошо. Если не вдаваться в подробности работы заклинаний и их эффектов, дело обстояло так...

Тяжело описывать ход боя кому-либо, чья стихия совершенно отличается от твоей. Рассказывать Свету, как ведет себя Тьма в твоих копытах — все равно, что пытаться объяснить земному пони, как это прекрасно — летать, поэтому я даже и не затрагивал эту тему, описывая все в стиле "атаковал, защитился, отбежал и вновь атаковал". И все время, пока длился мой монолог принцесса смотрела на меня спокойно, не выпуская наружу никаких эмоций. Словно изваяние... но слушала она меня, несомненно, внимательно, хотя все равно создавалось ощущение, что говорю со стеной.

— ... и вот я вспомнил, как показала практика, совсем не к месту, о телекинезе. Раньше, к моему великому стыду, это заклинание было мне неведомо, но ваша ученица обучила меня ему, и я захотел испытать свою новую способность.

— Удержать другое существо магией на месте? — тихо спросила принцесса.

— Да, — я кивнул, — признаю, идея была не самая лучшая, но тогда мне так не казалось. Если честно, я просто чувствовал, что близок к поражению, и нужно было что-то необычное, что могло бы повернуть исход сражения в другую сторону.

— Не было похоже, что Файр Роуз мог победить того, чего не видел, — аликорн нахмурилась, — твои способности в плане незаметности были весьма хороши, даже Фезер не мог тебя достать.

— Тем не менее, он не давал атаковать своего хозяина, и именно поэтому я сменил приоритеты целей, постаравшись нейтрализовать самого опасного противника.

Сосредоточившись, я заставил Тьму сгуститься передо мной, из-за чего в воздухе завис небольшой пухлый шарик, распавшись, затем на три фигурки: два единорога и некоторое подобие огненной птицы, только вместо пламени был клубящийся черный туман.

— То, что произошло затем, сложно объяснить, поэтому я постараюсь это показать.

Фигурки заняли свои места на полу, точно повторив позиции своих прообразов в моем воспоминании. Немного подумав, я добавил еще немного деталей: рамку еще не родившегося портала и третьего единорога.

— Когда я применял телекинез, то вспомнил, совершенно случайно, Твайлайт, — темный феникс окутался едва заметным сизым туманом, а внутри портального кольца образовалась тоненькая пленочка, — после чего появилось вот это, — я ткнул копытом в парящий сбоку от темного-меня круг, посреди которого загорелось неровное белое сияние.

Как и в тот раз, странная связь дала о себе знать, лишь стоило о ней подумать, появившись в виде небольшой радужной линии между мной и фиолетовой единорожкой, что была сейчас в Понивилле, а затем, мгновение спустя, она отобразилась и на моей небольшой магической модели, но уже в виде черной ниточки с фиолетовой полосой (цвета моих стихий неизменны, что ж поделаешь).

— Было такое ощущение, что ваша ученица будто бы предоставила мне свою магию, но такого просто не может быть, — мой рог тускло полыхнул и темный вихрь, родившийся, на первый взгляд, словно из ниоткуда, начал свой замысловатый танец вокруг нас, частично заглушив свет из окон, — будучи магом Ночи, я привык, и, если можно так выразиться, полюбил эту стихию и уже не в силах управлять чем-то другим...

Внезапно мне в голову пришла довольно неожиданная, и в то же время важная мысль.

— Простите, Селестия... вы понимаете, о чем я говорю? — я смущенно взглянул на нее, внутри ругая себя за то, что упустил весьма логичное начало нашего разговора.

— Ты о знаках магии? — она на мгновение задумалась, рассматривая творимые мною чары. — Мне это ведомо. Продолжай, пожалуйста.

Удивленный кивок с моей стороны.

— Маг одной стихии не в состоянии управлять другой, вы это можете почувствовать, если попытаетесь взять мои чары под контроль, — замолкнув, я подождал, пока принцесса засветит свой рог, — но в тот раз случилось, исходя из моих предыдущих высказываний, невозможное: та связь наделила меня силой, чужой, но я мог ее использовать.

"И почему я рассказываю это в деталях?"

— Ну а дальше все было просто: Роуз Файр утратил свое главное оружие и был подавлен, так что провести атаку в нужное время было уже совсем несложно.

Я замолк, в ожидании уставившись на солнечную пони. Это было странно, но мне почему-то казалось, что Селестия знает ответ на эту загадку. Связующая нить между двумя существами... Конечно, она существовала, но в несколько ином образе я ее себе представлял. Так называемая эмпатия простая, когда поверхностные мысли свободно слышимы для твоего напарника, что позволяет эффективно действовать в команде, встречалась среди защитников не то чтобы очень часто, но редкостью не была точно; эмпатия стихийная, по магическим каналам которой перетекала сила от одного мага к другому, но элементы их должны были обязательно совпадать, иначе эффект не приносил никакой пользы. Но то явление никак не относилось к тому, что лежало в области моего понимания, поэтому медленно но верно у меня начал созревать вопрос к царственной особе, что лежала сейчас передо мной и не подавала никаких признаков знания, либо незнания.

Или, может быть, это и была та самая "магия дружбы"? Хотя... Твайлайт весьма подробно рассказывала, что происходило с ней и девочками во время их памятных сражений, и это никак не увязывалось с текущей ситуацией. Совсем никак.

— Прежде чем ты задашь свой вопрос, — опередила меня принцесса, и мне пришлось захлопнуть рот, который открыл, желая сдвинуть наш разговор с мертвой точки, — взгляни на это.

Окруженный золотистым сиянием, ко мне подлетел небольшой свиток и остановился, разогнав вокруг себя бледные темные облачка моего, уже выдохшегося заклинания. С интересом перехватив его, я развернул пергамент и уставился на строки, написанные удивительно ровным, знакомым почерком.

Очередное заклинание, которое показал ей черный единорог, не сразу удалось воспроизвести, но ее настойчивость, вкупе с обширными знаниями в области магии, сделали свое дело. Счастливо вздохнув, Твайлайт позволила себе удовольствие немного порадоваться плодам долгих упражнений, даже закрыла глаза, представляя, как обрадуется наставница новым умениям ее ученицы.

— Совелий, будь добр, принеси пару чистых свитков, — обратилась она к неподвижно сидящему филину, на что тот ответил "уху" и упорхнул вниз, к сундучку с пергаментом.

Теперь, когда самые трудные моменты были уже позади, оставалось самое простое, но и самое скучное — записать заклинание в ее личную книгу. Книга эта, как считала сама единорожка, была чем-то обыденным, такой вещью, которая должна быть у всех уважающих себя магов, но на самом деле толстый пурпурный фолиант заслуживал много большего внимания. Все заклинания, которые так или иначе проходили через Твай, находили пристанище на его страницах в виде текстов на древнеэквестрийском, заполнив собой уже почти половину тома, делая его, как минимум, пособием для высших учебных заведений, а на самом деле неплохим артефактом, который не стыдно хранить в музее.

С любовью, разбавленной небольшой капелькой гордости, единорожка оглядела свое детище, и, аккуратно приподняв его магией с полки, пролевитировала на свой рабочий стол, существенно усилив и без того царивший там беспорядок. Хотя... ей не привыкать; как обычно, разложив нужные ей книги небольшими стопками вокруг, тем самым возведя небольшую крепость, Твайлайт опустила свой "каталог чар", раскрытый где-то в районе середины, и поискала глазами последнюю запись. "Небесный взор" — гласил небольшой заголовок где-то внизу страницы, обведенный в тонкую рамочку и отмеченный небольшим полумесяцем — признаком того, что этим чарам ее научил Найт. Пони усмехнулась, вспомнив, как он долго пытался придумать название для этого заклинания, ведь, по сути, оно было особенным и значительно отличалось от своего прообраза — "Лунного зрения".

Помотав головой, чтобы развеять воспоминания, пришедшие совсем не к месту, единорожка подхватила магией перо и принялась быстро водить им по бумаге, с легкостью выписывая не самые простые буквы старого, забытого многими языка.

Увязнув в работе, словно в непроходимой топи, Твай не заметила, как ухнул филин, скинув на стол несколько свитков, а затем сделал небольшой круг над ее головой, словно прося чуточку внимания и, не получив желаемого, вернулся на одно из своих любимых мест — самый высокий шкаф на втором этаже. Казалось бы, отвлечь пони от любимого занятия невозможно, но судьба всегда может подкинуть тебе сюрприз, который превзойдет все твои привычки, разобьет желания и заставит обратить на себя внимание.

— Твайлайт... лайт... лайт... — раздался шепот, идущий словно отовсюду, но одновременно не имеющий источника, по крайней мере, видимого. Вздрогнув, единорожка резко распрямилась, оказавшись чуть выше своей "научной баррикады" и огляделась вокруг. Никого не было, даже Совелия, который сейчас с равным успехом мог спать в своем гнезде, либо же летать по улице, общаясь с другими зверями.

— Кто тут? Кто это? — произнесла она, тщетно пытаясь увидеть хоть кого-то. Тишина вокруг ответила ей в своей излюбленной манере — не издав ни единого звука.

"Показалось" — хмыкнула про себя Твай и вновь нырнула под защиту книг, продолжив начатую работу. Впрочем, продолжиться долго это не смогло: словно в насмешку над неведением юной эквестрийки, странное чувство завладело ей, окончательно и бесповоротно поставив крест на ее занятии.

Мир на мгновение померк, а затем Твай ощутила, как где-то вдалеке бьется чье-то сердце, пульсируя очень знакомой энергией. Видение было столь ярко, что пони даже прикусила губу, дабы убедиться в реальности происходящего.

А затем пришло ощущение силы...

Все случилось столь внезапно, что неподготовленная к этому кобылка чуть не потеряла сознание. Энергия стремительным потоком разлилась по всему организму, чуточку обжигая, словно состояла из пламени. У Твайлайт аж перехватило дыхание: если ее магия была послушной и всегда была на одной волне с хозяйкой, то эта, пришедшая извне, немного сопротивлялась, усваиваемая телом пони. А еще она была до боли знакомой...

"... Поразмышляв и проведя соответствующие эксперименты, я пришла к выводу, что это было самое, что ни на есть, явное проявление одной из многочисленных граней магии дружбы. К сожалению, я не смогла точно определить, кто же именно оказался со мной на связи, но, учитывая предшествующие этому обстоятельства, могу предположить, что это была Рарити. Прошу у вас совета по этому поводу.

Ваша верная ученица.

Твайлайт Спаркл."

Со смешанными чувствами я свернул письмо и отпустил его болтаться в темно-фиолетовом облачке. Погрузившись в себя, я попытался вспомнить, что ощущал, когда впервые по-настоящему соприкоснулся, как оказалось, с магией дружбы. Ощущение неправильности, диктуемое, наверное, всего лишь привычкой управлять двумя определенными элементами, немного тяготило, добавляя свою порцию темных красок, но могущество, которым наделила меня Связь, с лихвой все это компенсировало. В целом, я был не против новой способности, но прежде чем прибегнуть к ней вновь, следовало бы разузнать о ней поподробнее, ведь рассказы фиолетовой единорожки с реальностью отличались весьма заметно.

— Значит, это была та самая магия, которую с таким энтузиазмом изучает ваша ученица... — я неслышно вздохнул, — но почему она тогда столь непохожа на то, что описывала мне Твайлайт?

— Не знаю, — принцесса пожала плечами, — только она, единственная из ныне живущих, посвятила себя этой магии и ей одной ведом ответ на этот вопрос.

Неожиданно... На несколько мгновений кабинет погрузился в тишину, пока до меня доходил неординарный ответ принцессы.

— Но Селестия... как это, не знаете? Ведь это вы являетесь ее учителем!

Она усмехнулась.

— Это не так, мой маленький пони, хотя доля правды в твоих словах есть. Я лишь подтолкнула ее на этот путь, не более.

Просто замечательно... Ну, по крайней мере, Селестия не против того, чтобы я и дальше общался с Твай, хотя искра ревности, пусть и слабая, но все же проскочила в ее глазах. Единственное близкое существо за последнюю тысячу лет. Аликорна можно понять, и я прекрасно это осознавал, даже пообещал, что буду оберегать фиолетовую единорожку, пока для этого есть силы (в принципе, я и так уже к ней привязался достаточно, чтобы появился страх ее потерять). Взамен, помимо благодарного взгляда принцессы, я получил небольшой медальон с выгравированным на нем рисунком, повторяющим метку Селестии, и статус "королевский маг". По уверениям единорога, что разбирался вместо меня с какими-то, Хаос знает кому нужными документами, это очень почетное звание, которое можно заслужить лишь сильно отличившись перед коронами и продемонстрировав хорошее владение магией. Я считал, конечно, что это было пустое, ведь Твайлайт (отталкиваясь от новоприобретенных знаний) оперирует силой гораздо большей, чем я, и уж точно на хорошем счету при дворе, но при этом никакого громкого звания, кроме ученицы, у нее нет.

~

— Королевскому магу предоставляется бесплатное жилье в столице, желаете выбрать сейчас? — Стэйр Вайт, белый единорог, поднял на меня взгляд, приостановив движения пера, что выводило сейчас какую-то очередную закорюку.

— У меня уже есть дом, спасибо, — устало вздохнул я, и принялся водить вокруг себя хороводы из живых теней. Полезное занятие: помогает развеять скуку и ускорить работу чиновника; вон как у него шерстка дыбом встала от одного лишь вида летающего сгустка темноты! Поступать так, конечно, не очень вежливо, но речь о вежливости идти не может, когда меня ждет та, из-за которой, во многом, я и прибыл в Кантерлот.

— Тогда поставьте подпись здесь, — единорог указал копытом на небольшую рамочку внизу страницы, искоса наблюдая за тенями, тут же замершими на месте, — и вы свободны.

— Только здесь, и все? — переспросил я, засвечивая рог. Спустя секунду магия молний выжгла на бумаге мою метку, которую я посчитал подходящей альтернативой тем замысловатым загогулинам, что любят использовать многие и многие пони.

— Да, — он удивленно посмотрел на чернеющий рисунок, — остались лишь небольшие формальности, но я смогу все уладить сам и вашего присутствия не потребуется.

"О, хорошие новости".

— Замечательно. Спасибо вам и прощайте!

С нетерпением повернувшись, я магией толкнул створку ворот и разбежался, на ходу подготавливая чары смены облика. Послышался удивленный вскрик: видимо, Стэйр решил, что я идиот-самоубийца, но мне было уже все равно, ведь жгучий интерес, который меня все это время снедал, был поважнее всяких там правил и норм поведения. В длинном прыжке я стрелой вылетел из окна и отпустил магию, позволив ей окутать все мое тело. Через секунду два огромных драконьих крыла распахнулись по бокам, выдернув меня из хаотичного падения, обратив его в плавный полет. Ради интереса я глянул назад и увидел морду единорога с расширившимися от удивления (а может, и испуга) глазами, и не смог удержаться, чтобы не показать ему длинный раздвоенный язык: он все равно не увидит, а мне хочется хоть как-то отомстить за целый час времени, что отобрали у меня по его вине ненужные "важные" бумаги. Совершив сию небольшую шалость, я лег на правое крыло и начал быстро облетать комплекс дворцовых башен по широкой дуге, выискивая среди них одну-единственную, нужную мне сейчас.

~

— Странный ты пони, — вздохнула Селестия, поднимаясь, — ты будто стал моим отражением для тех существ, которые мне больше всего дороги.

— Простите...? — что-что, но фраз, наполненных тайной до краев, я от принцессы уже не ожидал.

Она улыбнулась и качнула головой, возвращая гриву в привычное положение, после чего медленно и величественно процокала к дальнему окну. Я же, опираясь на знания дворцового этикета, полученные от Рарити, поднялся, сбитый с толку внезапной сменой обстановки: вроде бы только что пили "чай" и болтали, словно старые друзья, а теперь нате вам — аликорночка Селли вдруг превратилась в Аликорна Селестию.

— Знаешь, а мне вот уже как целый час интересно, кем ты меня считаешь, — деланно простодушно призналась солнечная пони, вновь сломав новый образ, зарождающийся у меня в голове, — кто я для тебя?

"Хороший вопрос... теперь".

— Вы ввергли меня в пучину неопределенности, ti valas so lum, так звучит это на моем языке... не знаю, — я сосредоточился, понемногу вбирая в свое тело магию обеих стихий.

Услышав незнакомую речь, произнесенную, к тому же, явно не так, как это делали многие разумные существа в Эквестрии, принцесса едва заметно вздрогнула, но когда она обернулась, на ее лице по-прежнему играло благодушное выражение.

— Прости меня, Найт, я и не вспомнила сразу, что ты явился к нам не из Эквестрии...

Энергии моих элементов в один момент вырвались наружу, окружив меня мерцающим темным облачком, и принцесса умолкла, с интересом разглядывая необычное зрелище, открывшееся перед ней. Я же, справившись с рвущейся на волю энергией и придав ей внешний вид пони так, что теперь мое тело будто бы находилось внутри своей теневой копии, расставил передние ноги пошире и поклонился, уводя всю магию за собой. Это должно было получится эффектно.

— Вы — Свет, Hal, как говорят драконы, великий маг и самое прекрасное существо, которое я когда-либо видел, — стихия исказила мой голос, сделав его чуть более глубоким и звучным, — правительница, чья страна процветает и не знает ужасов войны, жители которой веселы и беспечны. Вы воспитали достойную ученицу, которая, познав настоящую дружбу, открыла великую магию, неведомую до сих пор в великом множестве миров, известных ордену Защитников. Вы — единственная, перед которой я преклоняюсь.

Высказавшись, я замер, уперев взгляд в пол и не смея поднять его на аликорна. Не знаю, что на меня нашло, но говорил я сейчас чистую правду, обернув ее, зачем-то, в форму то ли исповеди, то ли признания. Быстрая смена обличий принцессы с простой, "своей в доску", пони до царствующей особы хоть и затуманили мое общее впечатление, но Селестия по-прежнему была для меня чем-то божественным, что и послужило причиной рождения этих слов.

Прошла минута, целых шестьдесят секунд абсолютной тишины, во время которых я сохранял свою позу, поддерживаемый Тьмой и Молниями извне. Не знаю, как это объяснить, но что-то глубоко внутри меня, неразрывно связанное с моими стихиями, одобрило мои слова и обрадовалось, так что гнетущее ощущение, что я сделал что-то неправильно, не разгоралось со временем, хоть и было.

Послышался тихий цокот, а затем белое копыто мягко легло мне на плечо. Я поднял голову.

— Спасибо тебе, Ночная фурия, за эти слова, — сказала Селестия, совершенно искренне улыбнувшись, — теперь я вижу, что точно могу тебе доверять.

Ее рог засветился, и в воздухе материализовался странный предмет, очень похожий на медальон.

~

— Она в это время спит, но ты не волнуйся, если что — можешь смело ссылаться на меня, — сказала мне тогда Селестия на прощание, когда меня уже ждал, нетерпеливо переминаясь на месте, писчий ее величества, — думаю, ее башню ты найдешь точно. И еще одно, — добавила принцесса, когда мы с белым единорогом уже вступили на лестницу; я обернулся, — возраст обманчив.

"И что же значит последняя фраза белой аликорн?" — подумал я про себя, зависнув на месте. Мерно взмахивая крыльями, я рассматривал приглянувшийся мне балкон, перила которого были щедро украшены множеством изображений полумесяца, да и изнутри лучилась слабенькая, едва заметная ночная аура.

"Надеюсь, стража дворца не сильно всполошится".

Как же замечательно, что тот, кто проектировал все это великолепие, очень любил делать наружные двери большими, такими, что я без труда пролез внутрь, даже не меняя облик. Личная комната Луны (назвать это кабинетом, чем по идее должно было быть это место — язык не поворачивался), встретила меня тишиной и спокойствием. Мягкие синие цвета, потолок, украшенный сияющими звездами, большой пушистый ковер с вышитым на нем огромным белым полумесяцем — все это производило впечатление настоящей обители мага Ночи, красоты, до которой мне с моим гнездом еще очень и очень далеко.

Я замер и прислушался. Чуткий драконий слух не подвел меня и на этот раз: из-за одной из стен, что также, как и в башне Селестии, разделяли собой большую круглую комнату на несколько сегментов, доносилось чуть слышное дыхание. Теперь осталось лишь толкнуть дверь и войти внутрь — простые действия, но почему-то они вдруг стали для меня чем-то очень сложным и невыполнимым. Этому, правда, было объяснение: прямо сейчас я собирался просто взять и разбудить могущественное существо, правительницу целой страны.

Собравшись с духом, я сделал несколько мягких шагов вперед и надавил лапой на шарообразную ручку, сделанную из одного большого сапфира. Тихо скрипнув, дверь отворилась.

Большой круглый пуф, на котором могло бы разместиться три-четыре пони, занимал практически все пространство небольшой спаленки без окон. Украшенный тончайшей золотой вышивкой, он производил впечатление подушечки для дорогих и хрупких вещей и, если подумать, так оно и было, ведь аликорн, что лежала сейчас на нем, укутавшись собственными крыльями — была самой настоящей драгоценностью. Все мои мысли насчет большого возраста этой пони вдруг куда-то пропали: ну никак не увязывалось в моей голове то, что ей две тысячи лет, и при этом спящая Луна производила впечатление всего лишь большого жеребенка.

Невольно умилившись прекрасной картиной, раскинувшейся передо мной, я передумал будить спящую, и тихонечко прокрался в уголок, улегшись на живот и вознамерившись подождать, пока Луна сама не вернется из царства грез. Селестия ясно дала мне понять, что я могу и должен высвободить ее сестру из объятий сна, вот только не объяснила, зачем это надо делать, поэтому я решил, что исчезни оно все в Хаосе, но я ни лапу, ни копыто для этого не подниму.

Большинство драконов, и тенекрылы здесь не исключение, умеют выжидать очень долгое время. Эта способность стала неотъемлемой частью их жизни и они развили ее столь хорошо, что могли, не взирая на позывы тела хоть как-то подвигаться, сидеть, словно изваяния, долгие часы. Зная это, я расслабился и углубился в собственные мысли, приготовившись потратить много-много времени в никуда.

...и, видимо, уснул, иначе огромный луг, заросший высокой, достававшей мне до головы, травой, просто так не объяснишь. И никаких спецэффектов, вроде вспышки света, туннеля телепортации или чего-нибудь подобного не было; просто хлоп — и я тут.

"Какого?"

Я удивленно встал на все четыре, попутно отметив, что конечности совсем не затекли, как должно было быть, а затем, опираясь на хвост и помогая себе крыльями, поднялся на задние лапы, возвысившись над зеленой стеной. Открывшееся мне зрелище было необычно настолько, что я невольно замер, стараясь даже не дышать: огромный лес окружал это место, поляну, посреди которой было небольшое озерцо с водой нежно-фиолетового цвета. От него шел пар, больше похожий на мерцающий туман, придавая окружающей природе оттенок таинственности и скрывая в себе то, отчего у меня чуть быстрее забилось сердце.

"Это точно сон..."

Внезапно мне в грудь подул легкий ветерок и крылья, до того раскрытые, предательски хлопнули, принимая на себя освежающие потоки. Довольно заметный звук привлек внимание лежащей прямо на водной глади пони, и она подняла голову.

"Хаос, она заметила".

Быстро нырнув обратно под защиту зелени и распластав свое тело на земле (кстати, неожиданно мягкой и теплой), я прикинулся неподвижной черной тряпкой и прислушался к мелодии этого места, стараясь узнать среди множества звуков взмахи крыльев, всплеск воды, или же поступь копыт.

"Почему среди всех встреченных мною существ по всем мирам, именно она получила место в моем сне?"

Шелестящий звук разнесся по всей поляне, и, в ту же секунду, мое тело окружило мягкое голубоватое сияние. Чисто инстинктивно я резко сложил свои черные полотна на спине, чтобы не дай Тьма, их не выкрутило, переломало, или еще чего похуже, и попытался сделать максимально удивленную морду.

"Хотя... Если это не реальность, то со мной ничего не случится".

Сияние загорелось ярче и потянуло меня вверх, остановившись лишь тогда, когда оказался на одном уровне с парящей Луной.

— Ночная фурия... И почему я не удивлена? — произнесла она, совершенно не делая попыток развеять сковывающую меня пелену.

"Потому-что ты — моя греза, разве не так?". Сосредоточившись на мгновение, я высвободил небольшую порцию своей магической энергии и развеял ее по кругу. Обычно, такой нехитрый прием позволяет разрушить ткань сновидений, если она сковывают тебя и не желает отпускать в реальный мир, но в этот раз все ограничилось лишь тем, что ночная кобыла широко улыбнулась.

— Мне приятно знать, что не я одна ведаю про эту уникальную магию, но сейчас она не сработает.

Оценив свое положение с учетом новых знаний, я глубоко вдохнул, выдохнул, при этом тихо зарычав, и наклонил голову вбок.

— Интересно, и почему же?

— Все просто, — она усмехнулась, — это мой сон.

"Отлично. Не хватало мне еще сойти с ума". В этот раз магический всплеск был куда как серьезней, прорвавшись в реальный мир в виде материальных теней. Спустя мгновение пришло ощущение, что нечто принялось дергать мое правое крыло, стремясь разбудить спящее сознание.

Магическая ловушка, удерживающая меня, развеялась, и я мягко приземлился на все четыре лапы, победно вскинув голову. Между мной и ночной кобылой стали появляться круги искажения, символизирующие мой скорый подъем. Блокируя любую попытку применить магию на равнинах грез, они позволили мне безнаказанно развернуться к пони хвостом и двинуться навстречу открывшемуся в воздухе разлому — моему персональному выходу отсюда. Наверное, на этом мое путешествие по стране грез могло и окончиться, если бы не случилось совершенно необычное и непредвиденное:

— Пожалуйста, не уходи, — вдруг как-то жалобно произнесла Луна и от этих слов меня будто ударило молнией. Я замер.

— Знаю, ты мне не веришь, но ты и вправду попал в мои сновидения, — продолжила она таким голосом, словно была в чем-то виновата.

Резво развернувшись, как это обычно делают небольшие по размеру драконы, я вновь взглянул на принцессу, окруженную разводами, но в этот раз на моей морде было по-настоящему удивленное выражение.

— Но если это так, и вы реальны так же, как и я, то почему бы вам просто не приказать мне остаться?

— Хороший вопрос, — она горько улыбнулась, — наверное потому, что я не могу?

— Можете, принцесса, — я немного наклонил голову — чисто символический жест с моей стороны, — и мне ведь придется подчиниться.

В этот раз она по-настоящему, искренне улыбнулась, словно я сказал ей что-то приятное, или смешное.

— Я прекрасно понимаю, что ты выполняешь приказы просто из вежливости, да и то только лишь те, которые сам мысленно одобряешь, — она неопределенно махнула копытом, — и не пытайся меня в этом переубедить.

— Не буду, зачем? Только лишь существа, которых породил мой разум, умеют читать мои мысли.

Полностью выпрямившись, я выгнулся дугой и распахнул крылья, потягиваясь, а затем сел на задние лапы и, просто ради интереса, сосредоточил немного магии на искажениях. Как и ожидалось, они начали пропадать, и разлом за моей спиной схлопнулся с протяжным шипящим звуком.

— И я не верю вам, принцесса, что это отражение реальности — ваше, а не мое.

— Это ожидаемо, — сделав пару взмахов, она приземлилась на траву и замерла на мгновение, гордая и величественная аликорн, — ты можешь пойти со мной и задать интересующие тебя вопросы, либо же я просто заставлю тебя проснуться, выбирай.

"Заманчивое предложение".

Где-то в глубине моего сознания боролись два начала. Первое, более рассудительное, считало, что лучше всего проснуться, дабы не тешить себя напрасными надеждами, что даст мне этот сон, ведь с реальностью он не имеет ничего общего. Но вот второе... Что я потеряю, если соглашусь на ее предложение? Мое тело, там, в Кантерлоте, оплетено живыми тенями, которые растолкают меня в случае чего и защитят от внезапных атак, ментальный барьер... брр, что за бред? Это лишь грезы.

Сорвавшись с места, преодолев разделявшее нас расстояние в стремительном прыжке, я оказался совсем рядом с принцессой, отчего она вздрогнула всем телом и еле удержалась, чтобы не отшатнуться.

— Я с вами.

Мы стояли перед волшебным озером, наслаждаясь красотой этого места. Редкий нежно-фиолетовый туман окутал наши тела, делая нас похожими на двух призраков, словно сошедших со страниц какой-нибудь сказки. Аликорн и тенекрыл... Два мага Ночи, единственные в Эквестрии, находились сейчас совсем недалеко друг от друга, словно сама судьба устроила эту встречу. Хотя... в этот раз у "судьбы" было имя.

— Это моя сестра надоумила тебя, как добраться до моей спальни? — сказала Луна, аккуратно опустив копыто на водную гладь. Вопреки логике вода не расступилась, а наоборот, будто бы уплотнилась, позволив принцессе совершенно свободно на ней стоять.

— Она лишь указала, где находится ваша башня, не более того.

Я попытался повторить трюк аликорна, но моя лапа легко ушла под воду, уперевшись в песчаное дно.

— И как ты пробрался через охранные чары, что должны были спеленать тебя и усыпить?

Легко и спокойно, словно она весила не больше перышка, Луна пошла прямо по воде, направляясь точно к центру озера, правда, через несколько шагов она остановилась и обернулась. Я виновато оскалился и кивнул вниз, где прохладная жидкость омывала уже две черные чешуйчатые лапы.

— Надо лишь сильно захотеть, и все получится, — широко улыбнулась пони и демонстративно попрыгала по водной глади, словно по земле, — видишь, это просто.

"Как-будто она маленькая кобылка, а не принцесса".

— Это для вас может быть просто, — я чуть отошел от кромки воды, — вы — великий маг.

— Спасибо за комплимент, — она легко, совсем как я недавно, поклонилась, а затем ее рог ярко засветился и меня вновь окутало сияние ее ауры.

"Вот только не надо опять меня таск...", — додумать я не успел: пролевитировав мое черное, закованное в природную броню, тело совсем немного, Луна развеяла свою магию и вода, над которой я оказался, стремительно полетела мне навстречу. Инстинктивно сложив крылья и закрыв глаза, я приготовился нырять и очень удивился, когда мои лапы мягко спружинили обо что-то твердое.

— Я же говорила, — хихикнула ночная кобыла и продолжила свой путь к центру.

"Ага, смешно". На всякий случай я расправил правое крыло и постучал его нижней кромкой по фиолетовой глади. "Словно камень". Неопределенно хмыкнув, я последовал за Луной прямо в сердце густой дымки, что собралась сейчас над озером.

— И все же, как ты избежал моих чар в башне? — спросила принцесса, заинтересованно разглядывая маленьких бирюзовых рыбок, что плавали прямо под нами, нисколько не опасаясь двух больших теней сверху.

— Трудно ответить, тем более я же сейчас сплю, хотя не собирался.

Странный это туман. Пока мы не пришли в его пушистые объятия, со мной все было более-менее в порядке, но сейчас внутри меня словно разгорался какой-то необычный огонь, понемногу путая мысли.

— Если бы они сработали, ты бы сейчас не грезил, — парировала она, — но ты сейчас здесь, видишь меня, разговариваешь, — она вздохнула, — мои любимые чары дали сбой.

Понемногу я начал ощущать тепло, исходящее от принцессы, чуять ее особенный запах, который сложно перепутать с чем-то еще... Пришлось встряхнуться, чтобы прогнать наваждение.

— У меня уже было такое. Когда Твайлайт впервые зашла в мой дом...

"Да что же это такое?". Меня будто молотом по голове ударило, в одно мгновение выбив все нормальные мысли и заменив их на более, кхм, странные.

— Что с тобой происходит? — встрепенулась Луна, заметив, что я остекленевшим взглядом пялюсь на ее аппетитное тело. Ммм... Наверное, в этот момент у меня даже тоненькая ниточка слюны свесилась из пасти. Острые когти, более напоминающие лезвия, сами собой выдвинулись наружу, предвкушая будущую работу...

Дыхание участилось, в горле собрался тугой теплый комок, вся моя драконья суть была готова действовать, настойчиво подсказывая, что мне необходимо сделать.

"Ни за что".

— Не понимаю, со мной такое не происходило со времен обучения в Храме, — произнес я, очнувшись от короткого транса и с усилием отведя взор от пони, — всегда, сколько себя помню, контролировал это чувство, но сейчас почему-то не в состоянии этого сделать.

"И это еще мягко сказано". Словно в насмешку надо мной, сознание принялось подкидывать мне образы принцессы, причем настолько точные, что я мог разглядеть каждое перышко крыльев, каждую шерстинку ее тела. Большой, синий с черным, круп, мускулистая спинка, мягкая шея с такой замечательной жилкой, несущей по себе алый нектар жизни...

Тревожный вскрик раздался в моем сознании, и нечто невидимое сдавило меня поперек туловища, заставив покачнуться и упасть на бок. К счастью, это необычное явление позволило мне в короткой схватке с самим собой, вернуть контроль над разумом и быстро-быстро сплести чары развеивания. Наваждение, сейчас слабое и незаметное, никуда не делось, зато я хорошо так, с громким всплеском, ушел под воду, в миг лишившись навыка хождения по ней.

Морская стихия безропотно приняла меня в свои объятия, окутав собой от носа до кончика хвоста. Охлаждая разгоряченную охотничьим азартом шкуру, она также охладила и мой разум, медленно, но верно вытесняя из него незванные мысли и эмоции. Маленькие руны на лапе ярко загорелись синим, вызывая из глубин сознания благословение моего товарища Рейна и спустя секунду я ощутил, что могу дышать.

"Найт?" — сквозь толщу вод донесся до меня голос Луны, — "Не шевелись, я тебя сейчас вытащу".

Вновь образ пони, представленный взглядом хищника, явился перед моими глазами, и я вздрогнул от одной лишь мысли, что бы мог натворить, пусть это всего лишь грезы. С некоторой натугой я раскрыл крылья до конца и отгородился ими от чар принцессы. Сверкнула вспышка и послышался долгий тихий звон, будто бы кто-то ударил в гонг, после чего весь мир вокруг резко пошел разводами.

Судорожно хватая ртом воздух, словно меня сейчас душили, я вскочил на лапы и принял боевую стойку. Живые тени, что мягко обвивали мои лапы и живот, аккуратно сползли на пол и бесшумно растворились, как будто не желали беспокоить призвавшего их мага. Медленно обведя комнату взглядом, чуть-чуть задержав его на ложе принцессы, я медленно успокоился и расслабил до того напряженные крылья, готовые в любой момент со страшной силой подкинуть своего хозяина в воздух. Всего лишь сон... но какой! Не каждый день желание охотиться на живые существа было во мне столь сильно. Мое понячье начало, а ранее — человеческое, спокойно подавляло хищника, но в этот раз он вырвался на свободу, словно ничто более его не сдерживало.

Страшно подумать, что бы случилось, будь это реальный мир... Хотя пони вроде как справляются с нападками моих менее разумных родичей на западных границах.

Живо представив, как меня оплетают толстыми веревками и тащат, беспомощного и беззащитного, куда-нибудь в тюрьму, я всем телом основательно вздрогнул и совершенно случайно самой кромкой крыла задел пуф-кровать, из-за чего его поверхность пошла волнами, словно внутри была вода.

Прекрасные бирюзовые глаза ее распахнулись в тот же момент, а еще спустя секунду раздался громкий стук захлопываемой двери.

"Ой".

## Глава 17. Окунись во Тьму

Ie nev — я реален Ashu! — пока! прощай! Варх — понячий аналог рыцаря (warhorse)

Несколько дней почти полного одиночества... Лишь Твайлайт иногда заглядывала в мое гнездо, чтобы спросить что-нибудь, либо же просто поболтать, но и это продолжалось недолго: мне необходимо было время, чтобы настроить все самые важные свои заклинания. Та дуэль с Роуз Файром... Меня банально угнетала мысль, что какой-то маг, не имея достаточно опыта, был способен выиграть бой со мной так легко, поэтому-то я и изолировался в Вечносвободном, дни и ночи перестраивая и доделывая руны, приводя их в порядок. Как результат, мой репертуар боевых и не очень заклинаний увеличился почти вдвое. Очень сложные, узкоспециализированные, особо разрушительные — любые заклинания, которые я посчитал нужными, встали на мое вооружение.

Теперь, когда по силе я почти сравнялся с Найтом Веродарским, понадобилась практика. Одним из немногих (одновременно и многих) мест, где это можно было сделать — был так называемый Астральный мир.

Скорее не измерения, а их кусочки, астральные миры всегда были своеобразными полигонами для тренировки боевых навыков и способностей к выживанию моих товарищей по ордену. Каждый такой мир был уникален, и всегда содержал в себе загадку: какой-нибудь древний артефакт, не обязательно сильный (наш наставник — глава храма — носил на шее медальон, поддерживающий тепло в небольшом радиусе) но от этого не менее желанный, ведь собирать коллекцию из таких раритетов — самое распространенное хобби среди Защитников. К сожалению, артефакты защищали сами себя: будучи запертыми в своих особых ларцах, они проецировали энергию хаоса вокруг, создавая условия для появления отвратительных, порой, очень сильных существ, которые и служили им невольными стражниками. С другой стороны, таких не жалко было уничтожать; не убивать, нет, а именно — уничтожать, ведь порождения хаоса не имеют собственной души; у них нет жизни, лишь жалкое существование, наполненное единственным смыслом — служить своему господину. Простые куклы, механизмы, инструменты (назвать их элементалями язык не поворачивался: призванный магический конструкт имеет хоть какую-то связь с живым существом — призвавшем его магом), они не заслуживали пощады и никогда, сколько себя помню, ее не получали.

В принципе, путешествие в астрал мне еще и сверхнеобходимо, ведь здесь, в Эквестрии, мне почти ничто не угрожало, а безопасность расслабляет...

Сосредоточившись на мгновение, я представил, как широкие каскады молний разрывают в клочья темные небеса, освещая их тысячами ярчайших вспышек, как неистовствует великая стихия, сокрушая все на своем пути, и через пару секунд вокруг меня прямо, из воздуха, появились три вибрирующих шарика, зависнув ровно на месте.

Души молний, мои собственные элементали... Пусть они и не способны вытворять такое, что вытворял феникс на той дуэли, но все равно большая сила бурлила в этих белых сферах, испускающих крошечные линии во все стороны.

Удовлетворенно хмыкнув, я протянул переднюю правую ногу к неподвижной "душе", на что та незамедлительно ответила слабым разрядом прямо мне в копыто.

"Отлично".

Обведя взглядом свою пещеру-гнездо, я выцепил парочку необходимых мне предметов и телекинезом положил их в седельную сумку, что лежала рядом. Так, теперь немного еды, денег... Уже через пять минут мои прозрачные магические крылья,что делали меня похожим на аликорна, быстро несли меня к городку.

~

— Принцесса? — я оторопело глянул за дверь, освещенную магией ночной кобылы — единственный выход отсюда...

Рог Луны погас, как и творимые ею чары, и комната погрузилась во мрак. Точнее как во мрак... тенекрылы не так уж и плохо видят даже в абсолютной темноте.

— По крайней мере, в этот раз ты не убежишь от меня, — произнесла она совсем не заспанным голосом и, помогая себе крыльями, встала со своей кровати.

"Ну спасибо, утешила".

— А теперь, когда с тобой вроде бы все в порядке, расскажи мне, что же произошло тогда, на озере?

— На... озере?

Друг за другом, словно стояли в очереди и дожидались своего часа, во мне вспыхнули два сильных чувства: удивление — "Так этот сон взаправду был ее...", а затем страх. Страх, что принцесса все поймет не так и возомнит меня опасным хищником, который начнет вырезать пони, дай только волю.

— Полагаю, теперь ты мне поверишь? — с хитрой улыбкой произнесла аликорн, усевшись передо мной на призванную черную тучку.

Я кивнул.

— Итак, я слушаю, — она забавно подперла голову копытом, тепло улыбнулась и свесила крылья по бокам, тем самым придав себе вид, прямо скажем, не очень официальный.

— Ну... — подобное поведение короны уже не было чем-то необычным для меня, но все равно сбивало с толку, — в общем, когда мы с вами зашли в тот странный туман, то я, как бы это выразиться...

— Хотел попробовать меня на вкус? — томно спросила принцесса, полуприкрыв глаза.

Если бы драконы могли краснеть, то я, наверное, осветил бы алым сиянием все вокруг, а так у меня лишь округлились глаза. Ну а потом пришло чувство раздражения: ей легко шутить, а мне до сих пор надо приложить лишь толику усилий, чтобы представить, как нейтрализовать жертву и в какое место вкуснее кусать; чужая жизнь стремительно теряла цену.

— Хотел, — согласился я, — в прямом смысле.

— В прямом смысле... Ах вот оно что, — потянула Луна, вдруг как-то погрустнев, — неожиданный эффект. Даже хорошо, что ты сейчас не пони.

Я насторожился. Ее тон был явно необычным, и уж точно не негодующим, как ожидал ранее; лишенный ноток ярости, страха, он был очень похож на... сожаление?

— Этот "туман", как ты его назвал, притупляет разум, позволяя потаенным чувствам находить свой выход. Настоящий сон, когда мечты становятся реальностью, пусть и на короткое время.

— ...и хищник, что живет во мне, лишился своих оков, — я глубоко вздохнул, — понятно.

Просто замечательно. Получается, что каждый раз, когда мне придется засыпать в облике тенекрыла, то при пробуждении меня будет ждать зверский голод и мечты, далекие от мирной жизни бок о бок с пони? Словно в подтверждение моим мыслям в горле потеплело, что было эквивалентно бурчанию в животе у единорога.

— Я сожалею о сво... — она запнулась, словно ей щелкнули по носу, — то есть, прости меня, пожалуйста, Найт. Я не могла представить, что грезы подействуют на тебя так.

"Интересно, а как они должны были тогда подействовать?".

Я уставился на ночную пони, разглядывая ее, словно ответ на невысказанный вопрос заключался именно в ней. Она развалилась на своей тучке, совсем непохожая на величественную принцессу, да и тогда, во снах, вела себя, как жеребенок. И хоть передо мной сидела коронованная особа, но я ее не ощущал, вместо нее была самая обычная кобылка.

Самая обычная... Я нахмурился.

"Возраст обманчив", — прозвучал в моих мыслях голос Селестии, окончательно переводя мои мысли в новое русло, о котором, поначалу, боялся даже думать. Итак, тысячу лет Луна провела где-то далеко-далеко, не разговаривая, даже не встречаясь ни с одним живым существом. Столько времени чистого одиночества... По сути, она же недавно словно бы родилась заново!

— Я не могу не простить столь прекрасную пони, — я оскалился, на мгновение показав ровные ряды зубов, — и, если вы не против, это была больше моя вина, чем ваша. Не стоило мне вот так просто заваливаться к вам в кабинет.

— Это называется спальня, — она улыбнулась, хоть и немного грустно, но, по крайней мере, не с таким убитым видом, — и вообще, только очень близкие пони имеют право заходить ночью к кобылкам.

— Я — дракон вообще-то, так что мне можно, тем более, что сейчас день, — подхватил я эстафету у принцессы, и та издала тихий смешок.

— Странный ты, — произнесла принцесса фразу, которую, наверное, мне следует вырезать на камне, а потом носить с ним кулон, и с тихим шелестом расправляемых крыльев грациозно спрыгнула со своей пушистой платформы, — пойдем, со мной.

~

Передвигаться по лесу пешком и пролететь над ним по воздуху — две абсолютно разные вещи, поэтому уже вскоре я приземлился перед живой библиотекой, подняв на дороге небольшое облачко пыли. У меня совсем не было идей, как уговорить фиолетовую единорожку отправиться в путешествие по столь далеким, одновременно близким землям, поэтому я решил действовать по наитию, используя в качестве основного аргумента описание того, что мы сможем найти. Опасность, конечно, была не мала, но мой опыт и подготовка должны будут сделать свое дело, сведя риск к минимуму.

Примерно с такими, в общем-то, беспокойными мыслями я и подошел к аркообразной двери. Три живые тени тут же метнулись вперед, издав по дереву замысловатый перестук. Пришлось отступить чуть назад, чтобы не получить прямой удар в морду, если Твайлайт захочется вдруг открыть вход телекинезом.

Тишина... Ни цоканья копыт, ни ворчания, с которым мне обычно открывал Спайк, ни уханья Совелия... вообще ничего, словно в библиотеке не было ни души. Это странно. Обычно либо дракончик, либо питомец единорожки всегда были тут на случай посетителей, и никогда, сколько себя помню, это правило не нарушалось. Собравшись было уходить, я вдруг почувствовал, как мне на круп кто-то садится и удивленно обернулся. Довольно удобно устроившись на такой замечательной черной подушке, Совелий (легок на помине) неотрывно смотрел на живое дерево-дом. Заметив мой, в, общем-то, необычный взгляд, он призывно ухнул и показал крылом на вход.

— Хорошо, — я хмыкнул и, стараясь не уронить свой пернатый груз (лишняя предосторожность на самом деле), проследовал приглашению.

Библиотека встретила меня тишиной и идеальным порядком. Было видно, что единорожка полностью прибралась, прежде чем уйти, и даже извечные баррикады из книг, что множились, несмотря на все усилия Спайка, на этот раз отсутствовали.

"Что же могло такого произойти?", — спросил я сам себя, неспешно исследуя взглядом все внутреннее пространство дерева.

— Уху?, — требовательно угукнул пернатый, обращая на себя внимание. Не знаю, как Твайлайт и Шай могли понимать, что он говорит, но то, что он снялся с меня и перелетел на шкафчик с развлекательной литературой, говорило само за себя.

— Прости, Сов, я не за книгами, — внезапно меня осенило, словно идея в голове только и ждала того момента, чтобы красиво появиться в моей голове, — а ты, случаем, не знаешь, куда ушла Твайлайт?

Пернатый несколько раз угукнул, но заметив мой непонимающий взор, взмахнул крыльями и перелетел на рабочий стол, угукнув уже оттуда. Затем послышалось шебуршание бумаги. Заинтригованный, я подошел к столу и увидел, как питомец Твай увлеченно копается в пухлом томике — альбоме единорожки.

— Уху, — он поманил меня крылом, а затем указал на одну из фотокарточек, на которой красовалось изображение всей дружной шестерки.

— Все элементы Гармонии, так?

— Уху, — подтвердил филин, а затем перевернул еще пару страниц.

— Сел... Принцесса Селестия?

— Ух-ху, — в этот раз немного укоризненно, мол, уважай корону.

"Ага, как же, когда она сама меня попросила называть ее по-имени".

Дальше было изображение Кантерлота на фоне заката, а затем брат единорожки, розовая аликорн (Кейденс вроде), и, зачем-то, тронный зал, где опять же была солнечная пони.

— Девчонки отправились в Кантерлот, чтобы встретиться с принцессой, Шайнингом и Кэйденс?

— Уху, — кивнул филин и, захлопнув альбом, перелетел на книжный шкаф, прикинувшись там декорацией.

Я опять хмыкнул и, поблагодарив Совелия, а также пообещав ему вкусняшек, неспешно двинулся к выходу.

Значит, всю шестерку вызвали в столицу, или они сами туда поехали? В любом случае, что же мне теперь делать: остаться и подождать их прибытия, или самому отправится в город? Первый вариант более соблазнителен, потому что лень-матушка не дремала, но вот второй, сам по себе, интереснее. Мне же, в конце-концов, должно быть любопытно, что будут делать герои Эквестрии в непривычной им столичной обстановке?

— Уху? — окликнул меня филин, когда я уже тянул копыто, чтобы открыть дверь.

Обернувшись, я увидел, как пернатый показывает крылом на невесть откуда взявшуюся у него на шее бабочку.

— Принарядиться? Понял, спасибо.

Дверь, движимая живыми тенями, отворилась и я вышел на залитую солнцем улицу. Небольшой поворот головы и Кантерлот, который видно прямо отсюда, предстал передо мною во всей своей красе.

— Ладно, девочки, скоро увидимся.

~

Мы спускались по винтовой лестнице, которая, что удивительно, была шире, чем в башне Селестии, и свободно могла пропустить тенекрыла. Луна строго-настрого запретила мне менять облик, аргументируя это тем, что всегда мечтала о своем собственном драконе, и я мог, пусть ненадолго, исполнить ее мечту. Ну, раз осчастливить целую принцессу так просто, то почему бы и нет?

— Знаешь, — подала голос ночная кобыла, — а это довольно странно, идти сквозь возведенные собственнокопытно барьеры и чувствовать, что они не работают, хотя никаких ошибок допущено не было.

— У меня есть несколько вариантов на выбор, — я попытался ощутить присутствие чужой магии... и ощутил! Сплошная синяя пелена, на вид непробиваемая, но свободно пропускающая как принцессу, так и меня, — наша магия суть одинакова, я — дракон, а не пони, и третий вариант, проверенный Твайлайт Спаркл лично...

— Лично? Боюсь даже спросить, что она там сделала, чтобы это было "лично", — Луна на секунду обернулась, чтобы показать хитрую улыбку, — говори, не стесняйся.

— Луна... — укоризненно произнес я, старательно изображая оскорбленную невинность, — Спаркл каким-то образом, как бы это сказать правильнее... ну, родственна мне, и поэтому мои защитные чары ее свободно пропустили в мое гнездо.

— Родственна? В смысле...

— Нет, — поспешил прервать принцессу, пока ее не занесло, — это скорее духовное родство, а не то, о чем вы... ты, несомненно, подумала.

Она усмехнулась и промолчала, толкнув широкую дверь наружу.

Разговор возобновился лишь за небольшим обеденным столом. Точнее как за столом... Я был для него несколько великоват в своей текущей ипостаси, поэтому ел из корзины на полу, совсем как настоящий питомец. И знаете что? Я был вовсе не против, ведь впервые за долгое время я ел большую, настоящую, вкуснейшую рыбу! О Тьма, это было непередаваемое чувство, словно нашел что-то очень-очень ценное, но до того потерянное.

— Может, попросить сестру ввести должность "королевский питомец"? — задумчиво произнесла Луна, глядя куда-то под потолок, — хорошая оплата, личные покои во дворце, всегда в центре внимания...

Схватив зубами рыбину за хвост, я подкинул ее в воздух и, чуть подавшись вперед, поймал ртом, проглотив целиком, при этом издавая довольное урчание.

— ...бесперебойные поставки свежих морепродуктов, — она улыбнулась, явно входя во вкус, — только представь, целые ящики этой замечательной пищи! И все это будет твое, стоит лишь...

— Луна, пожалуйста, — тоскливо взглянув на почти пустую "миску", я встал на все четыре и выгнулся по-кошачьи, прямо как тогда, во сне, раскинув крылья в стороны, — я не могу быть драконом вечно: на поддержание облика расходуется магия, да и тенекрылы, одного из представителей которых вы можете сейчас наблюдать, очень свободолюбивые существа. Это чувство настолько глубоко во мне, что я до сих пор не могу его подавить.

— Жаль, — театрально, совсем как Рарити, вздохнула аликорн, — может, стоит приказать тебе?

Я усмехнулся и лег обратно на живот.

— Птицы не поют в неволе, да и к тому же, как ты сама сказала недавно, я не подчинюсь.

— Гвардия, арест?

"Мясо в панцире, ага".

— Большинство воинов так называемой "гвардии" даже сражаться толком не умеют, — парировал я, с наслаждением вытягиваясь на пушистом коврике, и закрывая глаза, — да и опыта у меня побольше, чем у большинства местных магов. Тяжело ребятам будет выколупывать меня из Вечносвободного.

— А если поймать тебя прямо тут, где ты не можешь скрыться?

— Меня Рарити ждет, и если я пропаду без вести, она тут поднимет такой визг...

Принцесса звонко рассмеялась и телекинезом метнула из своей тарелки в меня чего-то непонятное. Едва почувствовав проявление родной магии, а затем услышав сквозь смех звук броска, я быстро приподнял правое крыло, защищаясь от снаряда. Послышался шлепок и что-то липкое принялось стекать по тонким наружным чешуйкам.

— Прости, не сдержалась, — скороговоркой произнесла ночная пони, и в ту же секунду меня окутала синяя дымка, — сейчас уберу.

— Эм... Луна, — я вздохнул, собираясь с мыслями.

— Да? — прозвучал ее голос, сопровождаемый чуть слышным дребезжанием каких-то чар о чешую.

— Скажи, как мне стоит разговаривать с тобой? Ты — принцесса, но при этом ведешь себя...

— Как жеребёнок, не так ли? — послышался спокойный голос уже со стороны двери.

Резко, словно на меня собрались нападать, я открыл глаза и сфокусировал взгляд на большой белой пони, что стояла сейчас на входе. Ее появление было очень неожиданно.

— Не дергайся, мне не удобно, — тут же среагировала ночная пони на мои попытки встать и буквально пригвоздила меня к месту, не давая возможности даже просто пошевелиться.

Селестия же не обратила на большую черную тряпку никакого внимания, смотря только на свою сестру.

— Луна, к тебе пришел Сильвер Лай, серебряный единорог, говорит, что проехал пол-страны, только чтобы тебя увидеть, — сказала она, забавно улыбнувшись.

— Очередной ухажер, да? — немного, как мне показалось, усталым голосом произнесла Луна, одним финальным движением отклеивая остатки пищи от моего несчастного крыла, — а как он умудрился подбить тебя на разговор?

— Забавным способом, — белая аликорн прошла к нам и уселась рядом, почему-то с интересом теперь поглядывая на меня, — телепортировался прямо на балкон моего кабинета.

— Но твоя магия должна была отбросить его в исходную точку?

— Моя магия была полностью нейтрализована в тот момент, и именно поэтому я пришла сюда, — произнесла Селестия, и в следующую секунду меня окутало золотое свечение.

~

В этот раз я постеснялся финишировать "полет" рядом с городом, вместо этого затормозив перед туннелем в горе, который, если не врали карты, вел в один из многочисленных кварталов. Приняв обратно облик единорога и вытащив из сумки несколько полюбившийся мне серебряный плащ, я быстренько завязал на шее узел, по привычке наколдовал под ткань магические крылья и неспешно двинулся вглубь черного зева.

Чувство, что нечто странное ожидает меня в конце туннеля, появилось уже где-то на середине пути и становилось тем сильнее, чем ближе был выход. Преодолев уже почти все расстояние, когда до города оставались считанные минуты пешком, я места себе не находил и с трудом боролся с мыслью повернуть назад. Не может же быть так, что у меня боязнь закрытых помещений?

Как показало время, действительно не может. Первая интересная неожиданность случилась прямо около больших резных ворот, за которыми начинался, непосредственно, город. Во-первых, они были закрыты, что само по себе уже выдающееся событие: за время существования Кантерлота, судя по историческим книгам, их использовали по прямому назначению лишь десяток раз, каждый из которых был следствием чего-нибудь глобального. Сейчас же, вроде, никаких войн нет, засуха в принципе невозможна, эпидемии всяких болячек не грозят довольно чистоплотным поняшкам...

Крохотная черная ниточка протянулась вперед, аккуратно "запрыгнув" на неожиданное препятствие, а затем, пробежавшись немного по деревянной поверхности, нырнула в щель между створок. Никаких баррикад, подпирающих балок, ворота были просто закрыты и удерживались в таком состоянии... тележкой?

— Простите, сэр, город закрыт, — окликнули меня сверху.

Подняв голову, я увидел единорога в полном гвардейском обмундировании, наполовину свешивающегося из неприметного окошечка прямо в деревянной стене. Та легкость, с которой он, бескрылый, торчал над такой высотой, немного настораживала.

— Приказ ее величества, — продолжил пони, — можете подождать в гостинице неподалеку.

"Приказ Селестии? Все так серьезно?

И Твай с подругами там, внутри...

— Это туннель под горой и никаких домов, тем паче, гостиниц тут нет, — прокричал я в ответ, доставая из нагрудного мешочка подаренный Селестией медальон, — королевский маг Кантерлота, открывайте!

— Приказ ее величества, — повторился страж, даже не пошевелившись.

— Мы все будем держать ответ перед ее величеством в том случае, если вы не выполните мою просьбу, — "О Тьма, что я несу?", — я — за выломанные к Хаосу врата, а вы — за то, что не смогли этого остановить.

— Попробуй, — ухмыльнулся гвардеец и исчез, захлопнув за собой люк.

"Ты же ведь несерьезно? Несерьезно, да?", — прошептала одна часть моего сознания, когда как вторая, ослепленная наглостью этого пони, готовила "импульс ночи" огромной мощности. "Девчонки, которые стали мне друзьями, сейчас одни, там, а я не могу им даже капельку помочь, потому-что какой-то приказ ее Селестийства сдерживает меня?" Волна энергии прошлась вдоль моего рога и принялась собираться в шар, направляемая желанием поскорее увидеть шестерку. Ветер, который создавали творимые мною чары, заставлял мою гриву и хвост трепетать, а также поднимал в воздух и закручивал различные бумажки, какие-то невесть откуда взявшиеся деревянные и даже стальные обломки, прочий сор, создавая вокруг красивое и жуткое зрелище. Возможно именно оно, или банальный страх за свою репутацию и шкуру, послужили причиной того, что ворота дрогнули и медленно принялись расходиться в стороны.

С сожалением, что не удалось выплеснуть ярость на волю, а также с облегчением по этому же поводу, я развеял "импульс", который превратился в две тонких черных линии и хлестнул по стенам, развеявшись. Из открывшегося прохода, к моему вящему удивлению, вышла довольно красивая белая кобылка, без крыльев, рога, и не облаченная ни в какую броню, что было крайне необычно для гвардии. Ее походка, взгляды, которые она бросала, ухоженное тело — все говорило о том, что передо мной пони-аристократка. Причем довольно привлекательная аристократка, я бы даже сказал, аристократочка...

Закрыв на мгновение глаза и вздохнув, чтобы отогнать наваждение, я выдавил из себя блеклую улыбку и поправил чуть сбившийся плащ, который, походу, намертво пригвоздился к крыльям.

— Приветствую, королевский маг, — произнесла пони и по-особенному на меня взглянула, отчего по моей шкуре волной прошлись мурашки, а дыхание сбилось, — прошу прощения за задержку, следуйте, пожалуйста, за мной.

И как можно было не принять такое приглашение? Сдержанно кивнув, я пошел за пони, минуя сначала того самого единорога, а затем его крылатого напарника... И безразличие, безразличие витало в воздухе, словно и не было перепалки перед входом! Мой взгляд, брошенный на эти два бронированных изваяния, не вызвал совершенно никаких эмоций, и я тихо вздохнул, подивившись их бесподобной выдержке.

— Как вас зовут, о достопочтимый маг? — обратилась ко мне кобылка, когда мы дошли до выхода из туннеля. Осталось лишь преодолеть последний заслон в виде ступенек вниз и вот он — Кантерлот, блестящая жемчужина Эквестрии.

— Найт.

— Хорошо, Найт, — она усмехнулась и аккуратно, можно сказать, нежно, копытцем повернула мою голову к своей, — посмотри мне в глаза.

~

Как только магия принцессы коснулась меня, сработали защитные рефлексы, но щит, который только-только соткался, не продержался и доли секунды. Тут же пришло ощущение, что меня закинули в печь: солнечная магия обжигала, причем делала это весьма равномерно и качественно, хотя запаха подпаленной кожи еще пока не было. Собравшись с силами, я обратился к своему второму, волшебному сердцу и оно принялось подогревать меня, стремясь уравнять температуру.

— Потерпи немного, пожалуйста, — несколько напряженным голосом "обрадовала" меня белая аликорн, зажмурившись. Ей вторила несильная белая вспышка, после которой все вокруг затянула знакомая серая пелена.

"Опять?"

Опять. Вновь история повторилась: золотой обруч, черная туча, локальный шторм, ощущение свободы. Что-то внутри меня сопротивлялось чужеродной энергии, не давая ей как следует развернуться, и в этот раз я мог бы попытаться выяснить природу этого явления поподробнее. К сожалению, как только я сделал шаг вперед, все видение мгновенно пропало, выдернув меня в реальный мир.

Хотя... почему к сожалению? Реальность оказалась ничуть не беднее на сюрпризы. Моему взору, когда я, наконец, проморгался, предстала донельзя удивленная мордочка солнечной принцессы, окруженная почти такой же золотистой аурой, но только с вкраплениями темных и ярко-синих пятен.

— Ты отразил мое заклинание, — произнесла она очевидное, рассматривая меня, словно экспонат.

Пользуясь случаем, я поискал взглядом Луну, чтобы затем сбежать под ее крыло и оттуда уже в страхе глазеть на солнечную пони, но не нашел даже намека на ее присутствие и отполз чуть в сторону от Селестии.

— Совершенно бессознательно, — продолжила она свой монолог, — к тому же, разбил мои чары... да хватит зажиматься, я не буду ничего с тобой делать!

Услышав заветные слова, я убрал большое кожаное крыло со своей головы и попытался было несмело улыбнуться. Вышло... не очень.

— Возможно, я не все повидала в своей жизни, — принцесса встала и легким движением головы разбила наложенную на нее магию, осветив все вокруг яркой золотой вспышкой, — я не виню тебя в произошедшем, если ты этого так опасаешься.

"Она знает об этом что-то?"

— Селестия, подождите, — окликнул я ее, когда белая аликорн уже собралась оставить меня совсем одного в этой большой и неуютной комнате.

Она обернулась; в ее взгляде читался безмолвный вопрос.

— Если честно... — я немного замялся, — я и сам не очень хорошо понимаю, что происходит...

— Дай угадаю, — она улыбнулась, карикатурно поднеся копыто к подбородку, — ты попросишь меня объяснить тебе это, так?

— Это не смешно, принцесса.

— Нет, конечно нет. — На секунду обернувшись к двери, она что-то тихо шепнула и вновь устремила на меня свой пронзительный взгляд. — Думаю, Луна вернется еще не скоро, так что у нас с тобой есть немного времени...

~

Безмолвная схватка развернулась между мной и этой кобылкой-соблазнительницей. Ее чары, так похожие сейчас на то, чем "проверяла" меня Селестия, уперлись в черную тучу, огрызающуюся молниями в наступающий на нее зеленый пучок. И все это на сером фоне...

Конец всей этой вакханалии заклинаний был весьма ожидаем: когда я открыл, наконец, глаза, дабы вернуться в нормальный мир, то увидел весьма испуганную пони, "упакованную" в едва заметную фиолетовую пленку.

— Что ты сделал с Таи? — злобно прошипел кто-то сзади, после чего раздался крик, полный боли, а затем какой-то хруст и парочка зеленых вспышек.

"Потому что бить в спину можно только тогда, когда умеешь это делать".

Быстро прыгнув в сторону, я развернулся и созвал черные цепи, что соткались под моими ногами и, словно змеи, расползлись вокруг. И вот тут меня ждало первое серьезное потрясение.

Не стражники, и даже не пони стояли сейчас передо мной, но самые настоящие насекомые: хоть своими очертаниями они и могли бы сойти за эквестрийцев, однако, хитиновый покров, стрекозиные крылья, дырки в ногах и острые передние зубы портили все впечатление.

"Промедление — смерти подобно", верный принципу, что вбил нам в головы наставник, я с ходу размахнулся несколькими цепями и ударил ими по второму врагу, который, к его счастью, не догадался ударить мне в спину. Коротко прожужжав, высвобожденное заклинание ударило тварь в грудь, отбросив к стене, после чего обвило его путами Тьмы и замерло, слабо мерцая. "А теперь усни".

Второй противник, чье копыто задранной вверх ноги было надежно зафиксировано ярко-фиолетовым обручем где-то на уровне моей холки, судорожно пытался выбраться, дергаясь так, словно его жарили молнией. "Заманчивая мысль, кстати, но неосуществимая, пока я в Эквестрии". Те же чары испустили свои звенья, и еще одно тело отлетело к стене, потеряв сознание.

— Таи, значит. — Я медленно повернулся к поняше, запертой в ловушке собственного заклинания.

— Н-не н-надо, не надо! — пролепетала она, глядя на меня расширившимися от ужаса глазами.

На вид, обычная белая поняшка, но если присмотреться... Ее аура немного полыхала ядовито-зеленым цветом.

— Не надо было приходить сюда, не надо было останавливать меня.

Моим словам вторила слабая вспышка, источником которой был мой рог, и земнопони начала медленно заваливаться на бок, теряя очертания эквестрийки и приобретая взамен тело насекомыша, такого же, как и ее оглушенные друзья.

"Всего лишь усыпление, но кажется мне, это был не лучший вариант".

~

Аккуратно и тихо, прижимаясь боком к стене так, чтобы всегда оставаться в тени, я шустро продвигался к единственному городскому вокзалу, в тщетной надежде встретить там своих подруг. "Наверное, они прибыли в поезде и их там задержали... Х-хаос, надо хоть языка взять".

Странные существа, что встретили меня у ворот туннеля, бегали и летали по всему городу, изредка собираясь где-то кучками по пять-десять особей. Особенно большое их количество, словно рой насекомых, обращалось вокруг дворца, но оно и неудивительно: принцессы вместе стоят целой армии. Приходилось двигаться максимально скрытно, потому как с группой таких тварей я уже не справлюсь обычными чарами-глушилками, а брать кровь на свои копыта совсем не хотелось.

"Но это не значит, что я отступлюсь, если от этого будут зависеть жизни пони".

Очень повезло с тем, что большинство домов имело всякие бортики, выступы и прочие декоративные штуки, позволяющие мне иногда выходить даже на середину улицы не опасаясь, что "пелена" спадет с меня, выставив на обозрение этим насекомоподобным. Довольно удобно в случае, когда они сами, Хаос ведает зачем, идут, потирая своими хитиновыми боками каменные стены.

Как жаль, что сейчас не ночь. Ведь могла же Луна поднять свою подопечную, чтобы мне было легче перемещаться? А так... Я резко остановился на границе тени какой-то будки, прямо перед большой ромбовидной площадью, освещаемой солнцем почти везде. Путь закрыт, а о прорыве нечего и думать: незамеченным не проскочу точно, а вырубить всех, кто там ходит, просто нереально. Необходимо было соображать быстрее, потому-как "пелена" не дарует абсолютную невидимость, и странные искажения воздуха, создаваемые чарами, рано или поздно привлекут бы чье-то внимание.

Мой выбор пал на небольшой домик, ютившийся между двух торговых лавок. По идее, у них должны были быть двери между строениями, на крайний случай черный ход сзади, что поможет хотя бы преодолеть тупик. Оглянувшись на предмет наблюдателей (на самом деле больше из-за привычки, ведь насекомые вели себя невероятно беспечно, точно не ожидая такой наглости, как незримый единорог), я тихонько подобрался и запрыгнул в распахнутое окно, заглушив звук приземления чарами. Моим глазам тут же предстала довольно странная картина: на середине гостиной (если это была она) неподвижно сидел, уставившись вперед, хороший экземпляр насекомоподобного пони, а напротив него, также замерев, лежала изумрудная пегаска, накрыв своим крылом жеребенка. Весь вид кобылки говорил о том, что она боится, но не так сильно, как возможно. Видимо, насекомыш просто пришел, сел стеречь, и больше ничего не делал.

Свет от магических фонарей, что висели прямо над входом, попал на меня и разбил чары. Незримый плащ принялся рваться и сползать на пол, открывая меня перед взглядом других, и пони тут же заметила это, ее глаза расширились.

"Хаос!"

Магические крылья резко распахнулись, бросая меня вперед, прежде, чем насекомыш успел должно на это среагировать. Стремительный удар копытом в морду, усиленный темной магией, и хрупкое тельце, закованное в хитин, отлетело к стенке, глухо ударившись и медленно сползая на пол.

— Тихо! — зашипел я на пони, заметив, что та широко открыла рот, чтобы закричать, — сколько еще этих, — вытянутая нога в сторону моей жертвы, — к вам заходило?

— О-од-один, — заикаясь, пропищала пегаска, — честно-честно!

Темное щупальце метнулось вперед, пробежавшись по хитину, и отрапортовало, что "пациент скорее жив, чем мертв". Вздохнув про себя, "все обошлось", я приподнял оглушенного насекомыша телекинезом и подтянул поближе к себе.

— Скажи, о прекрасная хозяйка, здесь есть веревки, чтобы связать его?

— Связать?

"Нет, крылатая, чтобы сплести символ огня".

— Просто ответь на вопрос, у меня не так уж много времени.

Она на секунду зажмурилась, потом подскочила и бросилась к ближайшей двери, спровоцировав живые тени подо мной вытянуться в ее направлении. К счастью, опасения были напрасны: через пару мгновений пони вернулась, неся в зубах моток чего-то, сильно напоминающего бинт, только с кружевами.

— С ним все будет в порядке? — спросила пони, когда насекомыш стал крепко связан по ногам и крыльям.

— Наверное, да, — завершив процесс прикрепления получившейся мумии к стулу, я отпустил несчастный перевязочный материал и немного потуже затянул узлы, чтобы это существо точно не сбежало раньше времени, — оглушающие удары обычно не причиняют много вреда. Скажи, о пегаска, здесь есть какие-нибудь тайные пути на вокзал?

Похоже, ее немного удивил мой вопрос, а иначе такую задумчивую мордочку сложно объяснить.

— Сколько тут живу, но о таком впервые слышу, — ответила она, а затем, немного поколебавшись, добавила: — вообще-то ты можешь пройти через дома, но в любом случае тебе придется перебежать пару улиц.

— Это не проблема, — я улыбнулся, — ладно, закрой все двери и окна, бери жеребенка и прячься куда-нибудь подальше, и это насекомое с собой забери, оно еще с пару часов не очнется. Спасибо за информацию.

— Подожди! — не дала мне сделать даже шагу поняша, — ты ворвался в мой дом, смел одного из этих стрекоз к стене, связал его и просто так уходишь? А что вообще происходит, кто эти создания? Где гвардия, принцессы?

Хмыкнув про себя я толкнул тенью дверь и, на ходу сливаясь с окружающим пейзажем, быстро выбежал наружу. Ни к чему мне лишние споры, когда есть дело поважнее.

Поважнее... Интересно, а где на самом деле могут быть мои подруги? И что я буду делать, когда найду их? Помочь выбраться, а затем вернуться к принцессам?

На всякий случай пришлось обернуться, чтобы посмотреть, не совершила ли пегаска непростительную глупость, выбежав за мной. Несколько секунд напряженного вглядывания в дверь, к счастью, не предоставили мне возможности увидеть зеленую крылатую пони, и я, про себя радуясь этой маленькой победе, продолжил свой путь в тенях.

Следующую вынужденную остановку пришлось сделать уже совсем недалеко от вокзала. Я замер, укрытый с двух сторон каменными стенами, да еще и сверху каким-то деревянным навесом, что в совокупности давало очень неплохую маскировку и облегчало поддержку "пелены". На этот раз мой путь пересекал один из широких проспектов-лучей, как и ожидалось, плотно "населенный" насекомышами. Перебежать его незаметно не было никакой возможности, причем, на этот раз, фокус со зданиями не выгорит. Немного помявшись на месте, раздумывая над своими дальнейшими действиями, я заметил, как один (одна?) из насекомышей заинтересовался моим укрытием и неспеша двинулся в мою сторону.

"Или, может быть, изменить свои планы?"

Едва заметное темное облачко послушно замерло, окружив собой угол здания. Сам я очень медленно и аккуратно принялся двигаться в сторону одного из небольших переулков. Насекомыш, войдя в прямиком в зону действия моих чар, остановился и недоуменно посмотрел на пустое место, в котором явно что-то было, но, при этом, ничего не было. Затем его взгляд зацепился за небольшие искажения воздуха, развевающиеся надо мной, и он пошел прямо мне в копыта, с интересом разглядывая, наверное, новое для него явление природы.

Раздался короткий треск — готовое к действию заклинание сработало: облачко резко разраслось вширь, заслонив собой все пространство от дома до дома, а также сильно добрало в густоте, создав непроглядную завесу. Одновременно с этим я выпустил большой поток энергии, принявший форму черных веревок, и накинул их на ошарашенного пони-жука. Пару секунд короткой борьбы, и надежно, но, к сожалению, ненадолго связанный насекомыш парил кверх ногами рядом со мной, окруженный темно-фиолетовой аурой.

Со стороны проспекта послышалось множественное стрекотание, какие-то крики и топот, что подействовало на меня, словно заряд молнии в круп: необходимо было спрятаться, причем быстро. Я огляделся. Двери-двери-двери, большинством запертые. Окна с разбитыми стеклами, куда, походу, уже забрались. Подвал... Подвал? Подвал!

Тени метнулись вперед и приподняли люк так, что мне удалось в него втиснуться и втянуть за собой пленника. Крышка тут же с глухим стуком упала на место и мы оказались в полном мраке.

Грозы... Яркие вспышки, разрезающие небо огненными линиями, оставляющие страх в сердцах суеверных существ... Я открыл глаза. Три жужжащих шарика послушно зависли над моей головой, образовав почти идеальный треугольник. Свет, который исходил от них был достаточным, чтобы разглядеть всю окружающую обстановку, но при этом, из за игры теней, она предстала несколько мрачноватой.

"Что ж, тем лучше".

Редкие мерцающие частицы разлетелись вокруг, сформировав звуконепроницаемое поле.

Мой пленник висел абсолютно молча, смотря на меня своими синими глазами без зрачков. Немного сжалившись, я опустил его на землю и чуть-чуть ослабил черные путы, заодно уменьшив нагрузку и на свои магические резервы. "Души молний" — элементали стихии гроз, теперь подстраховывали меня: стоит лишь послать слабый оглушающий разряд, на который не нужно много времени и сил, как он будет усилен в несколько раз.

— Что ты теперь будешь со мной делать? — довольно приятным кобыльим голосом вдруг произнесла пони-насекомое, не совершив ни единого движения, не попытавшись даже сбежать.

Я удивленно уставился на нее: эта фраза застала меня врасплох. Те трое, что валялись сейчас без сознания около ворот, составляли с этим экземпляром очень большой контраст: отчаянная агрессия против полного безразличия.

— Это зависит от того, как ты будешь себя вести.

Возможно, в моем голосе все же проскользнула нотка неуверенности, потому как та невесело усмехнулась.

— А если плохо? Что ты сделаешь тогда, жеребец? — последнее слово было произнесено с некой толикой презрения.

Почему-то мне тут же вспомнились события далекого прошлого... "Главное, не выйти из себя. Кровь на копытах мне не нужна". Придав себе несколько отчужденный вид, я взглянул на пленницу взглядом, выражающим скрытую агрессию.

— Прежде, чем я перейду, непосредственно, к угрозам, я хотел бы сначала вежливо попросить ответить на все мои вопросы.

— Ни за что, — тут же откликнулась она, с вызовом взглянув мне в глаза, — лучше пытай, изнасилуй, убей, но ничего про свой рой я тебе не скажу.

Я сделал фейсхув правой, вскинув левую в жесте "ради Селестии, что ты несешь?", при этом пришлось взмахнуть крыльями (зачем они мне вообще были нужны все это время — не понятно), чтобы сохранить равновесие.

— Мне никак не интересен ни твой "рой", ни его секреты, — произнес я, аккуратно складывая магические полотна обратно под плащ, — помимо тех, которые напрямую относятся с вашим, в общем-то, нежеланным прибыванием в Кантерлоте... Что с тобой не так?

Глаза насекомыша расширились, словно за моей спиной открылись врата в какое-нибудь не самое приятное место и оттуда повалили обглоданные оживленные тела. В этих синих блюдцах читался такой ужас, что я даже невольно обернулся, чтобы проверить, все ли в порядке. Пустые каменные стены, плотно закрытая крышка люка, одинокая тумбочка и обломки лестницы — вот и все, на что можно было обратить внимание; ничего жуткого или необычного.

— Храни меня королева... т-ты аликорн? — моя пленница аж вжалась в обвивающие ее тени, причем с такой силой, что умудрилась, вопреки сопротивлению пут, сдвинуться чуть назад.

Я нахмурился и усилием вернул уперающееся всеми копытами тельце на место.

— Н-не надо, не трогай меня! — на этот раз она почти закричала, и голос ее был наполнен настоящим животным страхом, — я всего лишь простой чейнджлинг, я не хотела лететь на Кантерлот, клянусь королевой!

Я мгновенно сделал шаг назад, инстинктивно пригибаясь, чтобы казаться меньше и безобидней. Тут же обругав себя за подобное поведение, выпрямился и взглянул на свою пленницу уже другим, совсем не враждебным взглядом. "Хаос, а ведь она и вправду обычная напуганная пони, только странная немного с виду".

— Тогда почему ты здесь?

— У меня не было выбора! Слышишь! Просто. Не было... выбора... — ее голос утих, словно кто-то наложил на нее чары безмолвия, как и сама пони: она расслабилась и низко опустила голову.

"Ну что же, просто замечательно, Найт. Ты — непревзойденный мастер выпытывать информацию".

Что же теперь? Что мне делать в таком случае?

— Скажи, что бы ты сделала со мн... с другим пони, если бы поймала его в плен? Врать не советую.

Последние три слова подействовали на нее, словно хлыст: пони-насекомое вздрогнула всем телом и постаралась сжаться в комочек, все еще удерживаемая живыми тенями.

— Все как обычно, — тихо пролепетала она, — обернулась бы эквестрийкой, постаралась подружиться. Положительные эмоции других пони поддерживают в чейнджлингах жизнь.

Я удивленно приподнял бровь.

— Это правда! — вновь выкрикнула она, а затем опять вся сжалась, словно ожидая, что понесет кару за этот поступок.

— Тогда почему, когда я просто хотел войти в город, меня атаковали трое из твоего народа?

— Такого не может быть, — произнесла она глухо, — тебя должны были соблазнить и увести куда-нибудь, не более того.

"Соблазнить, говоришь?" Действительно, было такое, зато потом я взбеленился и раскидал их всех по углам.

— Э-эм...

И что сказать? "Прости, но твои друзья где-то там валяются, вроде бы даже живые, только вот не способные взаимодействовать с миром"? Х-хаос!

— Твайлайт Спаркл, тебе знакомо это имя?

— Нет...

— Эплджек, Рарити, Селестия в конце-концов?!

Она замерла и, не проронив ни звука, обмякла в черных путах, а затем подняла на меня свои глаза, постепенно наполняющиеся слезами.

— Я не хочу умирать! У меня дома семья, дети, которым необходима забота... Пожалуйста, отпусти меня!

Ее взор был столь жалобен, что все мои попытки собраться с силами проваливались в тот же момент. Не выдержав, я отвернулся, уставившись на душу молний, проплывающую вдоль одной из стен.

— У меня близкие друзья, тут, в городе, — тихо проговорил я, разглядывая жужжащий шарик, забавно потрескивающий крошечными ударами молний в мрачный камень, — они, может, в опасности, а я даже помочь им толком не могу. Просто ответь на мои вопросы, и будешь свободна, хорошо?

Молчание было мне ответом. Я глубоко вздохнул и засветил рог, отпуская живые тени на волю. С легким шелестом они разошлись в стороны от хитинового тельца, образовав чудную многолучевую звезду вокруг нее, да так и остались, ожидая новых команд.

— Теперь ты будешь говорить? Слово Тьмы, ты покинешь это место невредимой.

— Слово... чего? Ладно-ладно, — спохватилась она, поймав мой тяжелый взгляд, — хорошо...

"Твайлайт, я скоро".

— Итак. Что случилось с принцессами?

Возможно, это был неверный вопрос, и он подействовал на насекомыша как-то не так: она вновь вся сжалась, но теперь, в отличие от прошлых случаев, жалость у меня это не вызвало. До меня вдруг дошел весь смысл ее реакции. Она знала. Знала, но боялась произнести вслух.

Тени на огромной скорости метнулись к единственному выходу, со всей силы дернув крышку вверх. Магические полотна заструились за моей спиной. Два длинных скачка, прыжок и взмах... Огромный розовый купол, исходящий откуда-то со стороны дворца, настиг меня и припечатал к стене. Сила удара была такова, что каменная кладка потрескалась и сверху что-то с противным скрежетом упало...

"Жизнь замечательна", — пронеслась в сознании мысль, воплотившись в грязно-белый светящийся туман, что повертелся вокруг меня и улетел куда-то вверх. Вновь серая пелена вокруг, но на этот раз я точно помнил, что предшествовала ей отнюдь не попытка хоть как-то повлиять на сознание.

И что же мне сейчас делать-то? В прошлые разы было хоть какое-то развлечение, а сейчас — сполшная серость, куда не глянь. Уныло вздохнув, я плюхнулся на круп и принялся ждать конец этого видения, в уме перебирая возможные картины, что суждено будет увидеть, когда очнусь. Наверное... Твайлайт? Она выйдет предо мною из яркого нежно-фиолетового света, похожего на разлом в пространстве... "Хаос, — спохватился я, воочию увидев, как это происходит, — здесь любые мысли находят свои воплощения?"

— Найт, это ты? — произнесло "видение", медленно приближаясь ко мне. — Это и вправду ты, или мне кажется?

— Ie nev, — удивленно выдал я, осознав, что фиолетовая единорожка совсем не плод моего воображения.

Подбежав, она кинулась мне на шею и повисла, обхватив ее передними ножками. "Никакой тяжести, хотя что тут удивляться — призрачный мир". Все еще не до конца доверяя происходящему, я перенес вес на три ноги, обхватив передней левой поняшу. "Но тактильные ощущения весьма реальны".

— Я почувствовала, как ты вновь вышел со мной на связь, а потом словно бы видела тебя все это время, пока мой брат и Кэйденс не создали замечательное заклинание, вытолкнувшее чейнджлингов из Кантерлота, — оповестила меня пони, прижавшись так, словно мы не виделись как-минимум месяц.

— Розовый купол?

Она расцепила объятия и чуть отошла, немного покраснев.

— Да... А откуда ты знаешь?

Я удивленно приподнял бровь.

— Скажем так, именно он стал причиной того, что я потерял сознание.

— Потерял сознание? — единорожка испуганно обвела взглядом местность вокруг, и, судя по расширившимся от удивления глазам, увиденное ей было в новинку. "Чего не скажешь обо мне... мда".

— Мы, по идее, в моем сознании, если можно так выразиться, — упредил я ее вопрос, — а не в реальном мире, как ты, возможно, подумала.

— В сознании? — тихо переспросила она. — Но как?

— Откуда я знаю? — я покачал головой. — Время сейчас не на нашей стороне, так что давай оставим взаимные удивления на потом. Расскажи лучше, как вы там? Я недавно зашел в библиотеку где Совелий рассказал мне, что вы отбыли в Кантерлот, а когда прилетел сюда, столкнулся нос к носу с нежеланием этих насекомышей пускать меня в город. С вами все в порядке?

— С нами да, — несколько неуверенно ответила пони, — в целом, да...

— Селестия, Луна?

— С ними все хорошо, — кивнула пони, — а почему ты спрашиваешь?

"Все хорошо", — эхом пронеслись в сознании эти два слова, воплотившись в белесый туман, что волнами разошелся вокруг. Получается, мой опрометчивый рывок был столь напрасен, что даже сама мысль о нем звучала, как полный бред? Хорошо хоть, что меня, в силу особенности текущего состояния, не сильно волнует мое тело, лежащее где-то совсем без контроля.

— Есть причины, Твайлайт, поговорим об этом чуть позже, хорошо?

Наверное, самый желанный ответ был для нее сейчас — "нет", но, заметив, что серый мир принялся понемногу исчезать, она спешно кивнула и отошла назад, к разлому.

— Встретимся во дворце, — произнесла единорожка, после чего ее окутало яркое сияние, вынудив меня зажмуриться, а когда я все же смог открыть глаза, то увидел, что серость более ничем не нарушалась.

"Что же, подождем".

И вот, спустя несколько бесценных минут одиночества, пребывания в тюрьме собственного сознания, я ощутил, наконец, что реальность окутывает меня своим заботливым крылом. Дымка развеялась, словно на нее кто-то подул, уступив свое место абсолютной черноте, на которой, затем, словно художник рисует на чистом холсте, начали быстро появляться разноцветные пятна. И с осознанием реальности пришла сильная боль в голове...

"Восстановление", — первое побуждение к действию, что пришло мне на ум. Собравшись с силами, я попытался было зарядить руну, но что-то непонятное помешало мне это сделать, что-то не совсем нормальное...

Два клыка, что упирались мне в горло.

"Какого хаоса?". Я резко распахнул глаза, постаравшись, однако, не совершать лишних движений. Перед моим взором тут же предстали три гвардейца в золотой броне, нацелившие на нас свои отполированные до блеска золотые копья. И чернота подземелья. "Я что, свалился обратно в подвал? Или же меня сюда втащили?" за последнюю версию говорила повязка у меня на голове из моего же плаща, что свисал клочьями с правого бока, освободив магические крылья.

"Магические крылья... Это надо использовать".

— В последний раз прошу, сдавайся, и может быть, наша принцесса тебя пощадит, — проговорил страж, что посередине, не самым уверенным голосом. Я внутренне усмехнулся и принялся пересобирать руну крыльев, вызвав на них, тем самым, легкую синюю рябь.

Моя бывшая пленница, а ныне похитительница, лишь зарычала, демонстрируя готовность совершить кровавое действо, и указала своей ногой на проем люка (крышки не было; видимо, я немного перестарался).

Руна, что горела перед мысленным взором, на мгновение вспыхнула и залучилась энергией, демонстрируя свою готовность, и я тут же начал необычный акт чародейства. Чтобы мой рог не вспыхнул, излучая магию и выдавая меня с потрохами, надо было просто перенаправить ее из существующего источника в другой. Полотна за моей спиной сильно потускнели, но зато оттуда же сразу раздался тихий треск боевого заклинания.

Лишь теперь, опасность, что насекомыш с испугу осуществит непоправимое, отпала, и можно было говорить.

— Сделайте, что она просит, я сам с ней разберусь, — произнес я, изо всех сил стараясь удерживать чейнджлинга под действием паралича и, одновременно, не двигаться, сохраняя видимость, что именно она контролирует ситуацию.

— Но сэр, у нас приказ... — открыл было рот один из "бронированных красавцев"... и тут же захлопнул его, наткнувшись на мой, в общем-то, злой взгляд; да и ситуация способствовала, так что уже через пару секунд все трое захлопали крыльями и довольно резво вылетели вон.

"Что за бред, а главное, зачем я его вытворяю?", — примерно с такими мыслями я проводил трех пегасов взглядом, чтобы окончательно увериться, в том, что они не помешают, а затем аккуратно разжал хватку чейнджлинга у меня на шее и опустил черное (кстати, прямо как моя шерсть), тело на каменный пол.

Прекратив получать подпитку, чары паралича стали нестабильными и должны были вот-вот развеяться, а пока это происходило, я окутал себя облачком "восстановления", тихо наслаждаясь приятным ощущением, что создавала моя магия.

— Зачем ты это сделал? — глухо проговорила чейнджлинг, забавно шевеля всеми четырьмя ногами, видимо, пытаясь встать, — зачем отослал цепных псов Селестии?

— Тоже их не уважаешь? — несильная темная вспышка на моем роге и остаточный эффект заклинания развеялся с насекомыша, вернув ей полный контроль над телом. — Полностью с тобой солидарен, хотя ребята не виноваты, им просто не хватает опыта.

— Знаешь, это было бы смешно, если бы я не находилась сейчас одна в незнакомом городе, где, к тому же, все настроены враждебно по отношению к тебе, — однако ж, несмотря на все, она, хоть слабо, но улыбнулась, чего я и пытался добиться.

Теперь, когда мне точно было известно, что мои подруги в безопасности, а угроза успешно отражена, можно было расслабиться и нормально поговорить, для чего необходимо было подготовить почву.

— Я обещал, что ты выберешься отсюда целой и невредимой, ведь так?

— Так, но...

— Но я всего лишь обычный жеребец, какой-то пони, которому нельзя доверять. Кстати, это ты наложила повязку? — я указал копытом себе на голову.

— Да, я... Но ты не обычный жеребец, аликорн не может быть обычным жеребцом, — она немного смутилась, но по прежнему не подавала никаких признаков страха или отчаяния, что было само по себе достижением.

Я усмехнулся и демонстративно распахнул тусклые крылья, краешки которых уже принялись понемногу пропадать.

— Спасибо. И я не аликорн, — с этими словами я пустил легкую дымку по своему телу и крылья превратились в мельчайшую пыль, что стала медленно опадать, мерцая фиолетовым, — а теперь, когда мы провели вместе уже столько времени, позволь узнать, как тебя зовут?

Вот это прелесть... Сконфуженная и ошеломленная, она выглядела столь забавно, что если бы вместо нее была одна из подруг, я бы не смог удержался от смеха; а так лишь легкая усмешка могла выдать мое настроение. Ее лицо выражало поочередно столь разные эмоции, что невольно вспомнилась синегривая "королева драмы" и наше с ней первое знакомство.

— Лит. Меня зовут Лит. А тебя?

"Другое дело".

— Друзья зовут меня Найт, — я подошел к ней и протянул переднюю ногу, — хоть мы и разные, причем, ты даже не представляешь насколько, но после всего между нами не должно более быть враждебных отношений, а посему, мир?

Она посмотрела на меня как-то по-особенному, широко раскрыв свои голубые глаза, а затем вздохнула, кивнула и быстро-быстро, словно опасаясь обмана, цокнула своим копытом о мое. А затем по-настоящему, радостно улыбнулась.

Мастерица перевоплощений, Лит обратилась в какую-то земную пони столь быстро и качественно, что я, если бы мог, умер бы от зависти. Ни единого изъяна, лишь слабые отголоски магии, что воплощались в едва заметные зеленые всполохи ауры, открытые тем, кто мог видеть.

— Должен признать, твоя способность маскироваться весьма удивительна, — я внимательно рассмотрел ее мордочку, но не увидел сходства с таковой у чейнджлинга, даже клыки превратились в острые передние зубки.

— Так умеет каждый из нашего народа, — даже ее голос изменился, став тепепь более мягким, — а теперь, как мне отсюда выбраться?

— Сейчас что-нибудь придумаем.

Закончив осмотр серенькой пони с алой гривой и меткой в виде трех шестеренок, я хмыкнул и неспешно двинулся к выходу, на ходу подготавливая свой собственный способ на время поменять тело.

Вообще, это довольно странно, что кобылка-насекомое совершенно спокойно приняла новости о поражении ее народа в этой коротенькой войне... я бы даже сказал, она была немного рада этому. Никаких истерик, угроз и прочего, более того, Лит вела себя так, словно всегда попадала в такие ситуации, и безоговорочно мне верила.

Слабое темно-фиолетовое поле соткалось под моими ногами и неспешно двинулось вверх; своеобразный лифт, только не требующий каких-либо сторонних механизмов.

Только вот я не подумал, куда же именно девать насекомыша. С одной стороны, надо бы ее доставить в дом родной, а с другой... хотелось бы позадавать вопросы, но в таком случае придется пропустить встречу с Твай.

"Или же все-таки пойти на компромисс?"

— С вами все в порядке, мистер? — окликнул меня один из бронированных пегасов, когда мое черное тело явилось свету, в пару взмахов белоснежных крыльев оказавшись рядом со мной, — вас провести в больницу?

"Давай, моя дорогая руна, оживи".

— Спасибо, но нет, со мной все хорошо, — осмотрев небольшую улочку вокруг себя, где толпилось, наверное, с десяток стражников и в три раза больше зевак, я немного поразмыслил и полез в свою сумку телекинезом, шарясь там на предмет золотистого медальона.

— Вы в этом точно уверены? — насторожился крылатый пони, вздрогнув, когда мой рог особо сильно полыхнул темным пламенем.

— Вот, — искомый предмет выбрался из своего вместилища и подлетел к стражнику, — возьмите и подержите, если не сложно.

Надеюсь, знак королевского мага в кои то веки послужит регулирующим элементом, позволив мне осуществить задуманное, потому-что отбиваться от своих же, подозревающих во мне чейнджлинга, не хотелось вовсе.

Пегас, недоверчиво на меня уставившись, протянул копыто и взял золотистый предмет, как мне показалось, очень-очень аккуратно, а затем чуть не выронил его, когда меня внезапно окутало темное сияние; сам я при этом засветился, меняя свое тело.

"Интересно, а смогут ли поладить между собой Лит и Твайлайт... хотя бы на время? Или же лучше разделить наши встречи?"

Когда сияние развеялось, обнажив под собой черную крылатую рептилию, какая-то часть толпы отхлынула, но другие же напротив — заулыбались и подошли ближе. "Прогулка тенекрыла по Кантерлоту не прошла незамеченной". Стражник, что стоял передо мной, изумленно плюхнулся на круп, кидая быстрые взгляды то на мою чешуйчатую морду, то на украшение у него в копыте.

— Я заберу этого чейнджлинга с собой. Если что, ответ перед принцессами буду держать лично, — вытянув вперед лапу, я подцепил когтем медальон и поднес к себе, где его окружило небольшое поле, подвесив в воздух.

"Интересно, как скоро они осознают, какая наглость совершается прямо у них под носом?"

Опустив хвост в проем люка, я почувствовал, как в него вцепились четыре ножки и с силой потянул его обратно, вытащив, словно рыбку из пруда, серую пони.

— Садись на шею, замри, и, ради Т... Селестии, не кричи.

Крылья мелко-мелко подрагивали, заряженные магией до самых кончиков, и начинали понемногу искриться, отпугивая рядом стоящих стражников. Их копья, кстати, еще не были расчехлены, но во взглядах уже сквозило недоверие, вперемешку с врожденным страхом перед хищниками.

"Нет бы сейчас сидеть у себя в гнезде, так надо же было идти куда-то, искать себе приключения на свой чешуйчатый зад".

— Ashu! — последнее, что сказал я ошарашенному пегасу прежде, чем резко оторваться от земли с такой скоростью, что даже Рейнбоу посмотрела бы на меня с уважением.

Отсюда, с высоты драконьего полета, город смотрелся не так уж и плохо, как можно было бы ожидать от последствий вторжения. Создавалось ощущение, что чейнджлинги просто пришли и подавили сопротивление, на чем все, собственно, и закончилось. Совсем не так бы все обернулось, будь намерения захватчиков чуть более агрессивные... А каковы они, кстати, были на самом деле?

— И что теперь, мой варх-спаситель? — подала голос наездница, выпустив, наконец, мои бедные рога из мертвой хватки, — за нами сейчас будет погоня, и ты не сможешь оторваться.

"Конечно не смогу". Кое-как прикинув расположение своего гнезда, я прицелился и отпустил заклинание, что стремительным вихрем подхватило мое тело и с головокружительной скоростью потащило вперед.

Это чувство... Оно неописуемо. Именно во время "полета" я чувствую наибольшее единение с древним родом драконов. Вот бы когда-нибудь встретиться хотя бы с одним из них! Узнать о себе больше, выучить новые умения, померяться силами...

Вечносвободный проносился подо мной очень и очень быстро. Небольшие речки, полянки, луга, лесные массивы — все превращалось в размытое пятно, в котором было весьма сложно различить хоть что-нибудь.

"Стоп", — словно засланка, сама сформировалась в мозгу мысль, диктуемая рефлексами и я резко взмахнул крыльями. С тихим хлопком чары развеялись; мы с Лит теперь были совсем близко от Понивилля.

— Прости, что не сказал сразу, но мне хотелось бы поговорить с тобой, получить ответы на некоторые вопросы, ты не против?

Пришлось чуть подергаться в воздухе, даже сделать бочку, чтобы моя наездница ожила и подала хоть какие-то сдавленные звуки.

— Эй! — вновь раскрыл я пасть, "нырнув" чуть к земле, — ты вообще меня слышишь?

Серая пони завозилась на моей шее, а затем, зачем-то громко пискнув, еще сильнее сжала мои рога.

"Отлично, еще одна враждующая со скоростью". Надо будет прокатить Рэйнбоу, посмотреть на ее реакцию, потому как, к примеру, в Веродаре люди совсем не страшились "полета".

Обреченно вздохнув, я с усилием толкнул себя вперед и быстро полетел в сторону своего гнезда.

Даже приземлился я на сей раз аккуратно, мягко спружинив всеми четырьмя лапами, предварительно подняв под собой целый ураган из-за частых мелких взмахов, совсем как насекомое. Вход, скрытый листвой, но видимый для меня, манил внутрь, обещая приятную полутьму и свежесть чистого лесного ручья, воду которого можно использовать для создания недолговечной искусственной купели. Недолго думая, я, быстро переставляя лапы, втиснулся в проем вместе со своей полуживой наездницей и, успокоив охранную руну, вышел ровно на середину комнаты.

Небольшой шарик воды, окутанный моей фиолетовой аурой, неподвижно завис над головой пони, безмолвно ожидая команды.

— Не надо, я поняла, я сама, — неожиданно произнесла кобылка, встряхнув своей алой гривой.

Я удивленно приподнял бровь. Несостоявшийся принудительный душ, словно получив пинок от кого-то невидимого, не спеша поплыл на свое обычное место.

— Вообще-то я хотел просто привести тебя в чувство, но если уж ты собралась умыться...

— Это мне не помешает, ты прав, но все же хочется самой, — чейнджлинг, на секунду засветившись зеленым пламенем, вновь сменила облик на свой обычный и, не спеша, словно находилась у себя дома, пошла к моему "умывальнику".

Проводив ее взглядом (на этот раз у нее появилась довольно красивая грива, похожая на какую-то тягучую жидкость, или дымку, причем, тоже с дырками, как и в ногах) я хмыкнул и уселся на сформировавшийся гравитационный щит, дожидаться своей очереди.

"Интересно, и как такие существа смогли собраться с духом и напасть на Кантерлот, при этом преодолев сопротивление стражи, и даже самих Принцесс?"

— Послушай, Лит, мне надо будет отлучиться, надолго... — начал было я, но замер, увидев выражение мокрой мордашки насекомыша, которая мгновенно высунула голову из прохладных потоков и посмотрела на меня. Счастье, это было настоящее счастье, совсем не та эмоция, что должна была ею владеть после всего пережитого.

— Я смогу найти путь домой, будь уверен, — произнесла она довольным голосом, улыбнувшись так, что даже длинные и чрезвычайно острые ее клыки показались сейчас скорее красивыми, нежели опасными, — ты сдержал свое обещание, и я не хочу обязывать тебя сделать что-то еще.

— Вообще-то... А хотя ладно, слишком это все растянется, — я вытянулся на своем щите, ощутив полную расслабленность, словно ее навеял кто-то, — скажи, можно будет тебя навестить, там, у тебя дома?

Словно в нее попало оглушающее заклинание, Лит замерла, уставившись на меня немигающим взглядом синих глаз.

— Ты это серьезно? — произнесла она таким тоном, будто разговаривала с ребенком. — Или мне послышалось?

— Я все правильно сказал... вроде. Я хочу навестить тебя в твоем доме; это возможно?

Теперь она смутилась, и даже опустила взор, как, впрочем, и я после этого зрелища.

— Да, это возможно, просто... Не знаю, ты точно уверен?

"Нет, я просто так спрашиваю".

— Само собой, но если все так плохо, то я, пожалуй, воздержусь.

Резво спрыгнув со своей магической "подушки", я прошел к большой трещине рядом с устьем ручейка (плохая мысль была кинуть "виброшар" внутрь гнезда), и, прямо на глазах у чейнджлинга, создал своеобразный туннель для воды, чтобы она заполнила мою импровизированную "ванную".

— Вообще-то я не против, да и королева, думаю, тоже не воспрепятствует, просто уже несколько десятков лет в нашем улье не было почти ни одного пони. Между прочим, ваш народ, нас боится, — она покачала головой, — или ты на самом деле дракон?

— Нет, я пони, — сфокусировав молнии на одной точке, я добился появления "души молний" и мысленно попросил ее опуститься и подогреть воду, — просто очень неосведомленный. Я ничего не знаю ни про чейнджлингов, ни про ваши ульи.

— Вот как? — она внимательно, даже с некоторым интересом смотрела на мои манипуляции, — а ты знаешь, что мы, чейнджлинги, можем превращаться в тех, кого ты больше всего любишь, а затем притворяться ими очень длительное время?

Ее искривленный рог слабо сверкнул зеленым, а затем мой ментальный щит тоже сверкнул, но уже фиолетовым, обнажив сползающую по нему кляксу чар насекомыша.

— Знаю, одна из ваших уже попыталась взять меня под свой контроль, — я улыбнулся и смахнул копытом пятно, заставив щит вновь стать прозрачным, — как видишь, барьер держится до сих пор.

Вряд ли она хотела сделать мне что-то, скорее решила просто покрасоваться, поэтому, наплевав на все привычки, что буквально возопили о новых слоях защиты, я аккуратно опустил копыто в воду, чтобы проверить температуру. Спустя секунду над поверхностью торчала только моя голова.

— Ммм, — она замялась, удивленно уставившись на меня, — как ты это сделал?

— Искусство защищаться — первое чему меня научили, — я расслабился, ощутив, как расползаются в воде черные клубы моей магии, делая ее похожей на большую монотонную кляксу, — и, поверь, однажды попав под эти чары, мне совсем не хочется повторять опыт вновь.

— Но это безопасно, да и, тем более, что тут может быть неприятного-то?

— Возможно, ничего, — я уловил странные движения чейнджлинга, немного подумал и отодвинулся в сторону, позволив ей тоже забраться в темную воду купели.

Не сказать, что я смутился, ведь эквестрийские кобылки могут спокойно принимать ванну вместе с жеребцами, при этом не считая это чем-то интимным; однако ж удивлен все равно был: она забралась в непрозрачную странную воду, к жеребцу, которого едва знала, и теперь совершенно спокойно развалилась на мне, уперевшись своей твердой спинкой мне в бок.

— Тогда почему ты поддерживаешь свой щит? — буквально проворковала она, в момент разомлев под обновляющим эффектом моей стихии.

— Привычка, я очень не люблю контроль.

Я закрыл глаза и на секундочку представил себе, как сейчас странно мы выглядим со стороны... Два незнакомых существа, что общаются совершенно свободно и позволяют себе несколько более близкий контакт, чем диктуют нормы наших народов.

— Скажи, почему Ты ведешь себя так...

— Раскованно? — она усмехнулась. — Вызывающе?

— ...что-то в этом роде, да.

Лит зашевелилась, отодвинувшись, а затем я почувствовал, как она в буквальном смысле забирается на меня!

— Я всего лишь хотела тебе спину потереть, — пискнула чейнджлинг, когда длинная тень обвила ее тело поперек и чуть приподняла в воздух.

— Предупреждай в следующий раз, потому-что этого я никак не ожидал, знаешь ли, — повинуясь короткому приказу, чары развеялись, опустив насекомыша обратно мне на спину. — С чего это вдруг ты решила позаботиться обо мне?

Ее тельце, покрытое хитином, весило, однако, совсем немного, и не создавало особых неудобств. Острые копытца принялись прохаживаться по шее, вырисовывая там замысловатые узоры, и я, волей-неволей, расслабился, прикрыв глаза.

"Но лететь-то все равно надо: Твай волнуется, девчонки волнуются, и принцессы, наверное, заодно с ними".

— Чейнджлинги питаются хорошими эмоциями, — послышался ее звучный голос, изредка перемежаемый тихим стрекотанием стрекозиных крыльев, что вздрагивали, стряхивая с себя случайные капельки воды, — и ты, если можно так выразиться, "накормил" меня так, что хватит всей моей семье на несколько недель вперед. Я твой должник.

— Накормил? Но как, я же ничего не почувствовал.

Она усмехнулась и пересела чуть назад, уделяя теперь внимание спине.

— А это и не ощущается. Все существа поглощают эту энергию, просто мой народ, в отличие от других, умеет ее использовать.

"Использовать... А не очередной ли это аспект магии дружбы?"

— Слушай, Лит, — я уперся всеми ногами в скользкое дно и резко встал, потащив за собой чейнджлинга и вынудив ее пискнуть от неожиданности, — я рассчитывал ненадолго оставить тебя здесь, слетать в Кантерлот, к друзьям, вернуться и нормально поговорить, но, видимо, этому плану не суждено сбыться.

"Чем бы обтереться? А, хаос с ним, не столь важно".

— Я могу подождать, если ты так этого хочешь, — немного неуверенно ответила насекомыш, скатившись с меня, словно с горки, и уже на своих ногах с дырочками пошла за мной.

— Не хочу, потому-что знаю подруг, — я усмехнулся, представив, что же меня может ожидать по прибытии, как минимум, в розовые копытца. — Мероприятие может растянуться на долгое время, а у тебя там семья, дети... В общем, ты примерно знаешь, в какой стороне твой дом?

— Конечно! Я же тебе говорила недавно...

— Тогда — вперед, не будем терять драгоценные песчинки времени.

Оказавшись на улице, я обернулся драконом и легко, словно перышко, подсадил чейнджлинга на себя крылом.

— Если ты боишься скорости, советую тебе схватить меня за рога, Лит.

## Глава 18. Суета

Пробую свои силы в новом жанре. Надеюсь, получилось приемлемо.

— ... а потом я отвез Лит к границе, где еще такая маленькая деревушка, наполовину скрытая в чаще...

— Миствуд, я бывала там, — подала голос Рейнбоу, но, уловив грозный взгляд Твай, мгновенно захлопнула рот и не стала продолжать.

— И что дальше, ты ее просто отпустил? — подхватила эстафету ЭйДжей, игнорируя свою фиолетовую подругу.

— Да, а затем вернулся сюда, прямо вам в копыта.

Сжатая история моих похождений, откуда были выкинуты все излишние подробности, была теперь рассказана и я отвернулся ото всех, сделав вид, что надулся.

— Ладно вам, девочки, вы же его обидели, — вступилась за меня лимонная пегаска, — на самом деле, если эта чейджлинг оказалась хорошей, почему он должен был делать ей плохо?

— Просто передать в копыта стражи — в этом нет ничего плохого, — вновь взяла инициативу Твайлайт, поднявшись и принявшись ходить по комнате, — кто знает, что бы она с тобой могла сделать, разрушься твой барьер?

Я проследил за ее, в общем-то, нервными движениями, и тихо вздохнул, бросив тоскливый взгляд за окно, где полным ходом шла подготовка к предстоящей свадьбе. Событие, что обещало стать одним из самых заметных в не самой серой жизни города, было для меня, словно учебник — узнать и почувствовать обычаи пони, сравнить их с теми, что видел раньше, да и просто неплохо провести время — чем не замечательный отдых перед тем, что собирался делать дальше?

— Она была такой же, как и ты, Спаркл: обычной пони; напуганная и очень слабая из-за этого, их, особого голода, — я тоже встал. — И если вы собрались раскритиковывать мое решение, то я намерен сейчас лучше слетать переговорить с принцессами, чем все это выслушивать.

Рог окружило фиолетовое пламя, осветив дворцовую комнату, в которой мы сейчас сидели, ярким, нереальным светом, и, спустя пару секунд, я уже мог взмахивать призванными магическими крыльями.

— Постой, — пошла на попятую ученица Селестии, коснувшись моего плеча своим копытцем, но тут же его отдернула, словно обожглась.

Я удивленно выгнул бровь, не ожидая такой странной реакции. Мой взгляд скользнул на место касания, где красовалась лишь моя черная шерстка, не более, а затем на залившуюся пунцовой краской Твайлайт.

— У нас тут скоро состоится свадьба, не желаешь помочь? — быстро произнесла Рарити, даже кашлянув, чтобы привлечь мое внимание. — Мне как раз нужен доброволец для... ммм, таскания тяжестей.

— Нет, прости, — я покачал головой, дивясь про себя столь странному поведению, — мне на самом деле надо на прием к Селестии, да и стоит узнать о чейнджлингах побольше, как-никак собираюсь наведаться к ним в гости, но грядущее мероприятие я не пропущу... что вы на меня так смотрите?

Шесть пар огромных удивленных глаз неподвижно уставились на меня. Все до единой пони, даже вечноактивная Пинки, замерли, словно решили прикинуться изваяниями. Я даже начал пятиться к окну, так, на всякий случай.

— НЕТ! — отчеканила фиолетовая единорожка, засветив свой рог, — не смей даже думать о таком, я тебя не пущу.

Все мое тело окутало свечение, неожиданно сильное, и немного приподняло над землей, полностью обездвижив.

— Обещай мне, что ты никогда не отправишься в логово зла, обещай немедленно, иначе никуда не сдвинешься!

Она встала, широко расставив ноги, и направила рог прямо на меня.

— Твай, ты что? — ЭйДжей подошла и аккуратно тронула ее копытом, — он же просто пошутил; так ведь? — обратилась уже ко мне.

— Чейнджлинги страшные и злые... — тихо вторила ей Шай, остальные же просто плюхнулись на круп, попеременно глазея то на меня, то на свою разбушевавшуюся подругу.

Я же, пребывая в несколько экстремальной обстановке, мог лишь тихо сходить с ума.

— Видишь, он молчит, а молчание — это согласие. Отпусти его, — продолжила оранжевая пони, при этом прожигая взглядом почему-то именно меня.

Этот взгляд...

— Что с вами случилось, девчонки? — спросил я, невзирая на несколько напряженную ситуацию, — что они с вами сделали?

— Напали, сражались с нами, — подала голос Рарити, встряхнув роскошной гривой и встав рядом со своей рогатой подругой в такую же воинственную стойку, — их королева подчинила себе брата Твайлайт и победила Селестию, и если бы не своевременная помощь Кейденс, то все бы было очень, очень плохо.

— ...она бы выкачала любовь из всех и каждого, погрузила бы Эквестрию в ужас своего правления, — подхватила моя пленительница, — она — зло, чудовище, и ты собираешься направиться в ее логово?

— Она сделала это не просто так, — совсем неожиданно вырвались слова, практически не спросив у меня разрешения.

— Откуда ты знаешь, а, черный? — взъярилась ЭйДжей, — это с тобой они дрались? Тебя взяли в плен?

"А какого, собственно, Хаоса, я тут оправдываюсь?"

— Нет, Эплджек, меня беспрепятственно пустили в город и даже выложили путь до дворца красной ковровой дорожкой, — произнес я спокойным голосом, и словам моим вторил пронзительный звон разрушенного заклинания единорожки, — но даже если вам чейнджлинги и кажутся опасными, что не так на самом деле, вы не вправе запрещать мне вершить собственную судьбу.

Я подошел к окну и легким толчком распахнул резные деревянные створки, впустив свежий вечерний воздух. Тут же, почуяв запах свободы, затрепетали магические крылья.

— Мы всего лишь беспокоимся за тебя, глупый, Твайлайт беспокоится, — тихо произнесла Пинки, прижав розовые ушки к голове.

— Кто знает, что может тебя там ждать? — Рарити подошла и аккуратно тронула полураспахнувшееся крыло, вернув его в обычное, сложенное состояние, — прости, если обидели тебя, но мы и вправду не хотим...

— ...чтобы Защитник оставался тем, кем он должен быть?

— Нет, я не это имела ввиду... — она чуть отпрянула, опустив голову.

Я глубоко вздохнул, повернулся и окинул взглядом кобылок, отметив про себя одинаковые расстроенные мордочки.

"И растопился лед сердца его".

— Я понимаю ваши чувства и отнюдь не собираюсь рисковать собой просто так. Должно пройти некоторое время прежде, чем я наведаюсь в гости к Лит, и оно будет потрачено с пользой, поверьте мне.

Живая тень выпрыгнула из-под меня, и, метаясь от пони к пони, приподняла каждой их опущенные головы, а затем вернулась ко мне, свернувшись клубочком на спине.

— И не расстраивайтесь попусту ни в коем случае, — я улыбнулся, — тем более вас ждет мероприятие, на котором грустным кобылкам не место, не так ли?

~

Не часто мне приходилось это замечать, но птичье пение на фоне лесной тишины звучало более, чем прекрасно. Особенно, если вокруг меня не лес, но королевский сад. Даже удивительно как-то: может, он зачарован? Я точно знал, что совсем недалеко сейчас происходило довольно шумное мероприятие, но здесь, в кругу природы, стояла тишина, словно и не существовало мира за его границами вовсе.

Та самая скамейка, расположенная под раскидистым деревом, на которую мне указала Селестия, пустовала, поэтому я просто улегся на нее и прикрыл глаза, наслаждаясь прекрасной мелодией этого места; ожидая.

Довольно странно прозвучит моя просьба на фоне недавнего разговора с подругами. Героини Эквестрии, чьи сердца полны храбрости (ну, почти), боялись за меня, считая, что я сам себя защитить не в состоянии; и после этого я хочу взять Твай с собой в... хм, не самый безопасный, но зато интереснейший поход. Наверное, все же не стоит? И почему так странно ведет себя фиолетовая единорожка в моем присутствии, а главное, почему для меня это так заметно? Ведь, не сосредотачивая на этом внимание, это сложно увидеть...

Мои размышления прервали хлопки больших крыльев, явно не принадлежащих птице. Я приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть, что это такое снизошло на землю...

— Подвинься, — коротко бросила белая аликорн, сложив свои крылья и направившись ко мне.

Я аж подскочил, спрыгнув со скамьи, и встал на месте, с перепугу полностью скопировав дежурную стойку местной стражи.

— Спасибо, но я не настолько большая, — улыбнулась принцесса, усевшись на пригретое место и похлопав копытом рядом с собой, — садись, не бойся.

"Не бойся, ага, после такого-то".

Но все же, пересилив необъяснимый страх, я примостился рядом, ощутив даже тепло, что исходило от бока Селестии.

— Прежде всего, мне бы хотелось задать тебе пару вопросов, а потом уж перейдем к твоим темам. Ты не против?

Я отрицательно покачал головой, мол, "не против", и навострил уши.

— Отлично, — она усмехнулась, — столь немногословен... Буквально десять минут назад ко мне прибежала моя лучшая ученица, и сообщила, что некий черный единорог собирается лично отправиться в улей чейнджлингов.

Я посмотрел на нее несколько обиженным взглядом и горестно вздохнул.

— И вы собираетесь мне запретить это?

— Надо бы, мой маленький пони, — ничуть не смутившись откликнулась она, задумчиво уставившись вперед, где, посреди кустов притаился ее питомец — феникс Филомена, чудесным образом не воспламенив вообще ничего, — это — довольно необычный народ. Они питаются положительными эмоциями, и чтобы заполучить их, готовы пойти на что угодно... Да что я рассказываю, ты и так это, наверное, знаешь.

Она дождалась, пока я кивну, а затем продолжила:

— На самом деле, вот уже несколько десятков лет я пытаюсь собрать экспедицию в те земли, но постоянно что-то препятствует: то нет достаточно подготовленных пони, то, по прошествии некоторого времени, просто забываю об этом.

— Забываете? — перебил я ее, не удержавшись.

— Да, представь себе, Найт, моя память отнюдь не безгранична, — весело проговорила аликорн, подмигнув мне, — к примеру, я уже не помню, что было в моде сто лет назад, что ели, пили, даже каких пони я любила...

Я показательно наморщился.

— Селестия, прошу, не надо таких подробностей.

— А что такое? — притворно удивилась принцесса. — Ты собираешься в место, где каждая кобылка — без пяти минут совратительница, и не выносишь такие темы?

— Я способен эффективно защищаться от посягательств на собственное сознание, и именно вы и открыли во мне эту способность, — я фыркнул, принимая игру короны, — на крайний случай обращусь в тенекрыла. У него, по крайней мере, нет влечения к пони и им подобным.

Селестия тихо рассмеялась, распахнула крыло и неожиданно притянула меня к себе, надежно спеленав своей белой оперенной простыней.

— Ты забавный. Когда сестра взахлеб рассказывала об ее "ручном дракончике", я не могла до конца понять о чем речь, но теперь все ясно.

Я хотел было открыть рот, но туда тут же попыталась попасть воздушная грива принцессы, которая вдруг, совершенно незаметно, решила течь в мою сторону. Пришлось молчать и принять надутый вид.

— Мои пони слишком почитают меня, а с недавних пор и мою сестру, — продолжила она, словно ничего необычного и не произошло, — и лишь с немногими можно поступить так, как сейчас с тобой. Ты — словно наш маленький брат, с которым можно поиграть, отвлечься от всей этой мирской суеты.

Небольшой мерцающий щит отделил цветные локоны от моего лица, встав между нами непреодолимым барьером.

"Игрушка для богинь, почему бы и нет? С другой же стороны..." Признаться, теплые объятия принцессы, столь могущественного существа, были весьма приятны и даровали ощущение абсолютной безопасности... Наверное, стоит, ради дружбы с ними, сделаться тем, кем они хотят меня видеть?

— Не буду скрывать, мне довольно приятно общаться и с вами, Селестия, и с вашей сестрой, но чтобы изменять ради этого себя...

— Сие не требуется, Фурия, — аликорн сложила крыло, но отодвигаться не стала. Немного подумав, я тоже остался на месте, бок о бок с солнечной пони. — Просто оставайся собой, ну и навещай нас время от времени; посидим за чашечкой чая, ты расскажешь о своем мире, я — о своем, — мечтательно возведя очи к небу, она вздохнула и покачала головой, — но позже, конечно, ведь сейчас нас ждут более сложные, земные проблемы.

Земные проблемы... Я уставился на Филомену, что сейчас вытворяла в своем убежище что-то невообразимое: набрав откуда-то небольших веточек, она свила себе некоторое подобие гнезда и совершенно комфортно в нем устроилась, при этом по-прежнему не прожигая ничего своим огненным телом.

— Продолжая прошлую мою речь: на самом деле я не просто не против твоей прогулки в улей чейнджлингов, а очень даже за. Я хочу узнать, почему они атаковали нас. Их мотивы, требования, отношение к Эквестрии — все, что может быть полезным. Ты сможешь выяснить все это?

Я удивленно взглянул на принцессу, совершенно не ожидая от нее такого. "А, впрочем, уже столько раз ловил себя на удивлении, направленном на короны, что пора бы и привыкнуть".

— Вообще-то это будет скорее дружеский визит, но раз это так важно для вас... Я постараюсь.

— Вот и хорошо, — она улыбнулась, — если тебе понадобится что-нибудь необычное, смело спрашивай у меня, Луны, или дворцового распорядителя; и, разумеется, я поговорю с Твайлайт, так что о ней можешь не беспокоиться. А теперь, давай перейдем к твоей просьбе.

~

Свадьба розовой аликорн и высокого статного жеребца-единорога — брата Твайлайт, прошла более чем неплохо... И, к моему разочарованию, вовсе не отличалась от таковых, скажем, в том же Веродаре. Единственное, что можно отметить — молодожены покинули столицу на карете, запряженной пегасами. В принципе, счастливый билет для меня, потому что мне понадобилось всего каких-то полминуты, чтобы развести Спаркл на приватный полет — тихое и незаметное преследование ее брата, куда отправились лишь фиолетовая единорожка и тенекрыл.

— Я так счастлива за него, что не передать словами, — уже в который раз донесся со спины радостный писк, вынудив меня опять вспомнить Хаос и забраться еще выше, чтобы почетный эскорт нас не услышал.

— Да, Твай, я понял, честное слово, — тихо пробурчал я, мерно работая крыльями, — сдается мне, мы уже на солидном расстоянии от Кантерлота, девчонки волноваться не будут?

— Нет, я предупредила, что буду поздно. Давай еще чуточку полетаем за ними, а?

"Это будет продолжаться вечно". Я кивнул.

Воздух становился тем прохладнее, чем выше мы забирались, поэтому вскоре мне пришлось подогревать себя, чтобы моя наездница не замерзла. "За ее состояние теперь отвечаешь ты", — фраза Селестии не давала мне покоя. С ума сойти, я ведь теперь — королевский маг — телохранитель первой ученицы принцессы Селестии Эквестрийской, личный тайный агент Эквестрии, и, в придачу — ручной дракон Луны. Столько всего на меня свалилось...

Быстро улегшись на левое крыло, я избежал встречи с объемистой темной тучкой, нагло притаившейся перед нами на фоне ночного неба, и, заметив, что карета принялась медленно снижаться, юркнул вниз, под аккомпанемент судорожного вздоха поняши.

— Они, похоже, направляются во-он в тот городок, — я вытянул левую лапу в направлении указанного объекта, мерцающего сотней огоньков, — там меня заметят почти сразу, стоит сворачиваться.

Каков бы черный я не был, но если меня подсветить снизу, то любой, даже самый слепой, сможет разглядеть.

— Уже улетаем? — немного грустно переспросила пони. — А ты не можешь... Ну, немного с другой стороны подобраться?

Приметив удобный выступ на небольшой скале, что тщетно пыталась дотянуться до неба прямо под нами, я аккуратно приземлился и сложил крылья на спине домиком, куда тут же заползла Твай, спасаясь от ночной прохлады.

— Могу. Укрыть нас невидимостью и летать над городом до самого рассвета — всегда пожалуйста... Но стоит ли это нарушения их личной жизни?

Даже не глядя себе на спину, почувствовал, как кобылка поникла.

— Наверное... но мне так хочется! Я ведь его сестра, я волнуюсь за него. А вдруг с ним что-нибудь случится?

— Принцесса зацелует до смерти, а? — я оскалился и улегся на брюхо, вытянув лапы перед собой. Если честно, очень хотелось потянуться, но если сделаю это, моя наездница скатится с меня, словно с горки.

— Прекрати, — она легко ударила копытцем по моей бронированной шее, — это не смешно, если бы ты был младшей сестрой, ты бы меня понял.

Вот теперь я уже тихо засвистел, на грани хохота.

— Скорее всего, но я никак не могу ею быть, хотя бы потому, что родом даже не из Эквестрии.

Кобылка повозилась немного, устраиваясь поудобнее, и зарыла задние копытца в складки моей хвостовой перепонки. Щекотно.

— Это не проблема, Найт, — произнесла она, закончив шевелиться, — попроси Селестию, и, думаю, она не откажется тебя усыновить.

— Зачем мне это? Мне и одном... Погоди, — до меня вдруг дошел смысл ее фразы и я даже взглянул себе за спину, чтобы убедиться в реальности происходящего, — что ты сейчас сказала?!

Это было столь неожиданно, что я даже вздрогнул всем телом, конвульсивно схлопнув крылья.

— Эй, сделай шалашик обратно, в нем было так тепло! — шутливо возмутилась Твай, прижавшись ко мне всем телом, — я не говорила ничего необычного, не надо драматизировать.

— Ты сейчас сказала... Хаос, вашими совместными усилиями я уже не знаю что и думать-то о принцессах, — напрягши маховые мышцы, я вернул укрытие для поняши на место, — вроде бы две великие пони, что возродили Эквестрию из пепла и живут в ней уже очень много лет, но ведут они себя со мной, словно две маленькие девочки: одна хочет сделать ручным зверьком, а вторая, похоже, личным малышом...

— Скорее уж учеником, — засмеялась она, весело шкрябая ножками по моей чешуе, — зато будем вместе изучать магию дружбы. Только представь себе: какие великие открытия можно свершать, комбинируя твои знания и мудрость принцессы!

"Как эффективно нейтрализовывать неугодных и как хорошо управлять страной. Воистину сильная комбинация, ага".

— Спасибо, Твай, за предложение, но я уже иду путем Ночи и Гроз, и сворачивать совсем не собираюсь. Пусть силы дружбы оплетают тебя и твоих друзей, мне же это немного чуждо.

— Но тебе же это понравилось! — в миг потеряла поняша хорошее настроение. — У меня ведь тоже есть, как ты говоришь, своя особая магия, но и эта мне дается, пусть и не очень хорошо, но все же.

Несильно качнувшись, я, на мгновение, приподнял Твайли над собой телекинезом и улегся на бок, свернувшись калачиком. Тихо пискнувшая от неожиданности кобылка поначалу попыталась вырваться, но затем, когда я опустил ее прямо в объятия своих лап, успокоилась и даже прикрыла глаза от удовольствия: все же это намного лучше, когда тепло идет отовсюду, а не только снизу. Улыбнувшись, я накрыл ее своим крылом.

— Ты принижаешь свои способности, а также преувеличиваешь мои. Я всю сознательную жизнь, будучи Защитником, посвятил двум своим стихиям, и совершенно уже не способен познать еще одну так же хорошо. Другое дело ты, — я аккуратно почесал ее по спинке самыми кончиками когтей, услышав в ответ звук, отдаленно похожий на мурчание. — У тебя есть к этому талант и силы.

— Ммм... это было безумно приятно, — потянула единорожка довольным голосом, развалившись, словно в собственной кровати, — должна признать, что на тебе довольно мягко лежать... Ой, — она встрепенулась, — ты ведь не против?

— Нет конечно, — успокоил ее, еще раз очень мягко проведя по ней лапой.

"Надо же, многие заводят себе питомцев специально, чтобы было, кого погладить, а я, вот, нашел себе поняшку и почесываю ее лезвиями, что способны без труда перерубить небольшое деревце".

— Талант и силы... — продолжила она разговор, нежась в тепле, словно жеребенок, — ты красиво сказал, но на самом деле это, в большинстве случаев, совсем не так. Две самые сложные битвы в моей жизни: с Найтмэр Мун и с Дискордом, прошли с участием Элементов Гармонии. Небольшие ситуации, требующие сколь угодно малого применения волшебства, я преодолела, но стоило лишь мне столкнуться с чейнджлингами без этих легендарных побрякушек, — она вздохнула, — провал.

— Мой путь тоже не был усыпан розами. Пару раз дело доходило даже до того, что моим товарищам приходилось вытаскивать едва дышащее тело из самого дворца Хаоса, Тартара по вашему, и лишь вера в собственные силы, единение со стихиями, помогли мне пройти все испытания и стать тем, кого ты сейчас видишь.

— Большую живую печку, — мечтательно произнесла она, свернувшись клубочком.

— Грозного дракона, что способен одним лишь криком оглушать других, — обиженно ответил я ей, легонько стегнув задней кромкой крыла по фиолетовому крупу.

В целом, разговор на этом и окончился, не считая гневных возмущений отшлепанной пони и прямого удара задними копытами по крылу, что чуть не оторвал мне его. Я лежал, не в силах придумать, как правильнее предложить единорожке составить мне компанию в грядущем путешествии, а она, похоже, просто разомлела и уснула, тихо посапывая.

Я чуть приподнял крыло, чтобы получше разглядеть удивительно милое и уютное зрелище: фиолетовый клубочек, издающий тихие-тихие звуки, настолько малозаметные, что даже ночные птицы, редкие гости здесь, в горах, без труда перекрикивали ее. Как забавно все это выглядит со стороны, наверное... Крыло медленно вернулось обратно, укрыв спящую, а я попытался вернуться к своим невеселым мыслям.

И почти преуспел в своем начинании, но тут, совершенно неожиданно, кто-то невидимый словно постучался в невидимый же купол, что раскинулся вокруг меня. Самое забавное, что я его не поднимал...

— Войдите, — произнес первое, что пришло в голову, а затем ошалелым взглядом наблюдал, как синяя аликорн появляется буквально из воздуха, окруженная ореолом серебристого сияния.

— Спасибо, что разрешил войти в твой сон, — молвила она, улыбнувшись, — можно задать тебе вопрос?

Я все еще смотрел на нее пустым взглядом, не в силах осмыслить происходящее. "То есть, я все это время спал?" Не удержавшись, даже заглянул под крыло, и, о чудо, никого там не оказалось.

— Не говори мне только, что удивлен, — вздохнула она, покачав головой.

— Не скажу, не хватит слов, — я встал и прогнулся дугой, потянувшись, — я сейчас вообще-то не должен спать, тем более это место... — только сейчас обратил внимание на то, что вокруг была зеленая поляна с мягкой землей вместо скал, да и небо было немного сиреневого цвета, — скажем так, оно несколько отличается от того, на котором я нахожусь.

— Оно и неудивительно, — многозначительно сказала аликорн, — сны не могут быть реальностью.

— Порой, со мной случаются и такие казусы, принцесса, — я потоптался на месте и, передумав куда-либо ходить, плюхнулся обратно на место, — после того, как вы получите ответ на свой вопрос, разбудите меня, хорошо?

Она кивнула и уселась напротив, заглянув мне в глаза. Не знаю, что Луна хотела, но вряд ли она что-нибудь там увидела, кроме удивления, что сама же на меня и навела.

— Просто хотела узнать, что с Твайлайт Спаркл. Ее подруги волнуются и попросили меня поискать в стране грез, и я даже нашла, но она не пускает меня в свой сон.

— Она спит под защитой. Это могло бы быть причиной, — я вытянул передние лапы и положил на них голову.

— Возможно... Всякое может быть. Итак, ты знаешь, что с ней, где она?

"Сны-сны-сны, как живые картины, что можно рисовать прямо на ходу".

Потребовалось лишь немного усилий, чтобы изображение вокруг нас поблекло, а затем и вовсе исчезло, уступив место другому. На этот раз мы парили в воздухе, очень близко к дракону и его наезднице, что спали сейчас сном младенцев, лежа на серой неуютной скале.

— Не думал, что получится, однако ж, — я поднял голову и оглядел свое творение. Картина из моей памяти была абсолютно статична, но это совсем не помешало Луне понять все много лучше, чем если бы я попытался что-то рассказать. Она кивнула, сделав таинственную мордочку, и ярко сверкнула рогом, растворившись в множестве искажений.

~

Светлый волнистый щит мерцал и переливался напротив меня, так и дразня метнуть в него что-нибудь убойное, и я даже приготовил уже "Импульс", но ждал, потому, что фиолетовая единорожка, которая держала эту магию, еще не подала сигнал. Фиолетовые завихрения на моем роге были столь сильны, что заставляли гриву и хвост развеваться, трепетать в потоках воздуха. Не требовалось большого воображения, чтобы догадаться, что Твайлайт выглядит примерно также.

— Я готова! — послышалось из-за барьера и я с выдохом облегчения отпустил чары, что стремительным потоком унеслись вперед. Черный луч ударился в щит, раскинув в стороны сотни малых лучей-рикошетов, но ничего особого более и не сделал, оставив сияющую поверхность целой и невредимой.

— Как себя чувствуешь? — крикнул я кобылке, удовлетворенно отметив результат своей атаки.

Через пару мгновений нежно-фиолетовые чары развеялись, обнажив немного взмокшую, тяжело дышащую поняшу.

— Такое ощущение, что сейчас лопну, — произнесла она, низко опустив голову и перебрав передними ножками, чтобы не упасть.

— Высвободи энергию, любым способом, это поможет, — я встряхнулся и соткал вокруг себя полупрозрачную сферу сине-белой магии молний, — выстрели в меня чем-нибудь.

Она мотнула головой, чтобы перекинуть гриву на другую сторону, и подняла ее, недоверчиво на меня взглянув. Наверное, для нее просьба от меня атаковать меня же звучала очень необычно, поэтому я поспешил улыбнуться, и даже показал язык прежде, чем сфера сгустилась, значительно прибавив в мощи.

— Ты сам попросил, — услышал я ее голос, после чего мой щит сотряс удивительно сильный удар, заставив его заискриться и побледнеть.

"Вот это сила! Даже как-то странно, что единорожка, с ее сокрушительным лучом, будет для нас щитом, а не я".

— Ты жив?

Взбрыкнув, я нанес несколько ударов по сфере своими передними копытами, разорвав ее в клочья, и предстал перед кобылкой довольным и улыбающимся.

— Более чем, Твай, более чем. Меня не так-то и просто отправить на тот свет с одного удара, так что можешь сильно не волноваться на этот счет.

— Не запрещай мне волноваться, ведь я всегда буду это делать, — она смешно потерла носик сгибом ноги и еле удержалась от того, чтобы чихнуть, — ну и пыли мы тут развели!

Как-то до этого и не замечая ничего вокруг особого, я вдруг осознал, что в воздухе вокруг нас витало много-много мельчайших частиц, поднятых с земли ураганами наших чар, а на земле красовались две небольшие воронки.

— Ага, надо бы сходить помыться, а то прибудем в город в прикиде из песка с землей...

Я встряхнул головой, чтобы выбить сор из гривы, и с надеждой посмотрел вдаль, где, среди величественных диких деревьев, притаилось мое гнездышко с уютной купелью внутри.

— Мы уже возвращаемся? — не до конца доверяя происходящему переспросила Твайли, встав точно на линии моего взгляда, — а как же обещанные тобой чары магического доспеха?

Со вздохом оторвав взгляд от горизонта, я опустил его на единорожку и постарался сделать его столь усталым, насколько это было вообще возможно.

— На сегодня с нас обоих хватит. Не очень люблю магическое истощение, а оно мне может очень даже светить, ведь мне еще надо на своей спине тащить тебя в Понивилль.

— Это совсем необязательно, — надула она губки, — я и сама могу спокойно добраться до города.

Я хмыкнул и пошел под широкое дерево, что раскинуло свою листву очень хорошо и правильно, создав большую удобную тень. Недолго подумав, кобылка двинулась следом.

— В таком случае Спайк с меня шкуру спустит, ведь я обещал ему лично передать тебя в лапки.

— Я поговорю с ним, он не обидится, — парировала она, удобно развалившись в корнях, — либо можем вместе пойти пешком, и это также не будет плохим решением.

— Ну уж нет, извиняй, пешком идти мне просто лень, да и долго выйдет, — я плюхнулся совсем рядом с поняшей, привалившись к немного теплой волнистой коре, — к тому же, что толку делать что-либо из последних сил, когда можно все это перенести на завтра?

Создавалось ощущение, что дерево, которое укрыло на от нещадно палящего солнца, было живым и гудело, словно внутри был какой-то механизм. Не удержавшись, я постучал по стволу, но услышал в ответ лишь немного обиженный стон.

— Знаешь, пожалуй, ты прав, — вдруг ошарашила меня пони, хихикнув, — но в таком случае ты повезешь меня сначала туда, где можно хорошенько отмыться, а то Спайк будет очень недоволен новой грязи в столь замечательно убранной библиотеке.

"Однако".

— Договорились, моя маленькая пони, — не смог устоять перед искушением попробовать стиль общения принцессы, — в таком случае, не желаешь немного поплескаться в Ночной купели?

И вновь дракон, опять с наездницей, я мчался в сторону своего неприметного места обитания, перебирая в уме, как бы это странно не звучало, варианты дверей, которые можно было бы поставить за защитный слой; чисто из эстетических соображений. Обычные деревянные, что использовали пони, не подходили ввиду своей, в основном прямоугольной, либо аркообразной формы, а других вроде бы и не было. Обтянуть кожей, как я делал это раньше, понятное дело, тоже не вариант, а больше ничего придумать и не мог.

"Надо будет кого-нибудь спросить в Кантерлоте. Там точно есть мастера подобного".

— Когда мы отправляемся? — донеслось со спины, заставив меня вынырнуть из пучины рассуждений и вернуться в реальный мир; при этом было ощущение, что меня оглушили. Пришлось встряхнуться, чтобы прогнать неприятные ощущения.

— Когда узнаешь все необходимые, (которые я посчитаю таковыми, заклинания, и будет готова парочка нужных артефактов. В астральных мирах пребывать неподготовленным — не самая лучшая затея.

— Зато столько всего нового и интересного! — она опять превратилась в радостного жеребенка, которому родители дали конфетку и разрешили поиграть с огнем или водой, — а там будет еще кто-нибудь, помимо стражей артефакта?

— Скорее всего нет, — я отрицательно покачал головой, не особо задумываясь о том, увидела ли этот жест Твай, — я даже не могу представить, кто способен выжить в таких условиях.

Совершив два финальных взмаха, я спрыгнул на землю, мягко спружинив лапами, и обычной своей хищнической походкой устремился к сокрытому входу.

— К тому же, вряд ли мы встретим кого-либо намеренно, потому-что местные могут быть враждебны нам, а лишних неприятностей добывать не стоит.

— Ты так говоришь, словно мы отправляемся в Тартар, — подвела черту поняша, после чего принялась "расцеплять" магические путы, удерживающие ее в седле.

Она аккуратно соскользнула с моей шеи и самостоятельно направилась в мое гнездо, пройдя защитную руну, словно нож сквозь масло, при этом не получив и толики магического воздействия. Я в очередной раз хмыкнул, дивясь про себя этой странной аномалии, и применил обратную смену облика, оказавшись внутри пещеры уже в теле единорога.

Практически все как и в тот раз, с Лит, только почему-то теперь я был выгнан из своей уютной ванной, ибо "мне нужно место, чтобы нормально почиститься". Более того, пришлось отгородиться непроницаемой взору черной стеной, потому-что единорожка вдруг начала краснеть и смущаться, а затем и вовсе спряталась в ночной воде так, что лишь голова торчала над поверхностью.

"Удивительно".

Зато теперь я мог закончить руну перехода, чем и занялся, развернув ярко-белый рисунок перед собой.

И все же, как просто было уговорить Твайлайт на столь необычное и, может быть, пугающее мероприятие для пони. Наверное, Селестия была права, когда сказала, что такой опыт будет бесценен для ее ученицы? Настоящие сражения ждут нас там, а не те блеклые дуэли, что пышным цветом расцвели по всему Кантерлоту и за его пределами; и пусть большинство разрушений буду приносить я, но ставить и поддерживать щиты — тоже сложное и довольно захватывающее занятие, требующее сил и сноровки. А самое главное, за чем, собственно, собрался идти я, и чем соблазнилась фиолетовая кобылка — неизвестный артефакт, чьи силы и эффекты пока еще нам неведомы... Тяга драконов к могущественным вещицам столь велика, что может поспорить на равных даже с желанием Твай изучать что-то новое, поэтому последнее время меня словно кто-то подстегивал, заставляя концентрировать внимание на процессе перехода из Эквестрии в астральный мир, а также на поисках быстрого пути обратно.

— Я закончила! — оповестила меня пони и процокала к дальней стороне пещеры, где по-хозяйски зарылась носом в углубление-хранилище.

Ненужная более матовая стена развеялась, заполонив ненадолго все помещение маленькими темными облачками, и я, наконец, смог вздохнуть спокойно, вновь ощутив себя одним целым со всем своим гнездом.

— Хорошо. Тогда, давай быстренько перекусим, и я подкину тебя до библиотеки, а затем займусь уже рунами.

Сдвинув ногой магический рисунок в сторону, я неспешно отправился к фиолетовому крупу, торчащему наружу, в то время как передняя, для меня сокрытая, часть кобылки полностью исчезла в зеве моего "подвальчика". Забыл ей сказать, что раз я сильно поднял свою магию, то простое и, в принципе, ненужное более хранилище в старом его понимании кануло в летах, уступив место новому, улучшенному и наделенному ночной магией аналогу. Теперь в банальном с виду углублении красуется крошечный синий кристаллик, до которого надо лишь дотянуться магией...

— Твай, вылезай оттуда, у меня тут все изменилось.

— Я заметила, — тут же глухо отозвалась она, — секундочку.

Круп шевельнулся и через пару мгновений моим глазам предстала немного растрепанная, но зато безукоризненно чистая после недавнего купания поняша.

— Мне казалось, ты сделал там где-то секретную кнопку, — несколько виновато призналась она, — иначе с чего бы вдруг то углубление так расширилось, что я туда смогла пролезть?

Я усмехнулся и вытянул переднюю левую ногу вперед, указав точно на ту самую "секретную кнопку", тускло мерцающую в свете пламенеющих белых линий по стенам моего гнездышка.

— Твай, посмотри туда.

Дождавшись, пока она обратит свой взор на одинокий сапфир, я собрал немного энергии в рог и выстрелил ею точно в синюю цель. Показалась яркая вспышка, в свете которой сформировалась небольшая фиолетовая сфера, что принялась медленно и грациозно выплывать наружу.

— Просто немного магии вот по этому камешку, ты почти угадала — я улыбнулся, — а теперь отойди, пожалуйста.

Кобылка послушно попятилась, при этом не отрывая взгляда от сферы, а та, в свою очередь, почуяв достаточно свободы, резко разрослась и подернулась рябью, обнажив свое содержимое.

— Вот это да... — Твай, видимо, намертво влипла в пол и теперь только титаническим усилием можно было ее сдвинуть отсюда, — откуда у тебя эта штуковина?

Помимо еды, воды, денег и прочих хозяйственных вещей, окруженная несколькими золотыми цепочками, разноцветными тряпочками и дорогими моему сердцу кулонами с чешуйками Арста и Градара — лучшими товарищами по ордену, в центре всего этого великолепия плавала, злобно сверкая руническими лезвиями, моя глефа; "Крыло ночи", любимое оружие...

— Моя прелесть и гордость, частичка Найта, — произнес я, аккуратно растолкав прочие предметы и нежно схватив отполированное древко зубами. Глефа, ведомая магией, тут же принялась подстраиваться под меня, выпустив из основания лезвий маленькие иссиня-черные лучи, что сразу же кинулись оплетать меня, словно сеть. Когда я выбрался из сферы и отошел обратно, "Крыло" ярко засветилось, изменяя форму, и уже через пару секунд в моих зубах висело оружие, которое с удобством мог использовать даже единорог.

— Я знаю, что оружие эквестрийцам чуждо и противно, но ты попробуй отринуть предубеждения и взгляни на красоту, грацию этой вещи, — я повернул глефу на бок и медленно, но верно вдел копыто в рогатую выемку сбоку от древка, а затем встал на три ноги, помахав оружием в воздухе. Руны на стали излучали свой особый свет, и после каждого резкого движения оставляли за собой размывчатый, быстро растворяющийся в воздухе дымчатый синий след.

— Это очень красивая вещь, — совершенно искренне произнесла поняша, зачарованно наблюдая за танцем двух лезвий, — между прочим, оружие у нас — предмет искусства, и в большинстве своем, не учитывая копья, хранится в музее.

Сделав еще пару быстрых взмахов, я опустил ногу на землю и глефа, ощутив мое небоевое настроение, со слабым железным звоном схлопнулась, полностью задвинув древко внутрь стального шарика посередине.

— Такую красавицу мне жалко кому-то отдавать, тем более мы с ней родственные души, — я улыбнулся воспоминанием, а затем встряхнул головой и потянулся к парящим в воздухе связкам ароматной свежей травы, — а теперь, когда я похвастался, время немного подкрепиться?

...Время собирать еду, чем больше — тем лучше. Настало утро следующего дня, а я уже бродил по Вечносвободному в поисках хорошей съедобной травы, чтобы создать запасы для грядущего путешествия. "Крыло" приятной тяжестью давило на правую переднюю ногу, даруя ощущение силы и могущества. Теперь пусть хотя бы один агрессивно настроенный местный обитатель сунется ко мне — мне есть чем отмахаться.

Прямо как в старые, совсем не добрые, но оттого не менее приятные времена, только разница лишь в том, что я сейчас один, без отряда хорошо тренированных лучников за спиной. Хотя... кому они нужны здесь, в Эквестрии? Даже Вечносвободный, со своим диким нравом, не столь опасен, чтобы ходить здесь под охраной.

Мое внимание привлекла большая, красивая и, на вид, сочная трава, растущая сплошной стеной вдоль границы луга и деревьев. Ощущая мои желания, глефа раскрылась, готовая к действию. Я широко улыбнулся, в мыслях танцуя, и взмахнул ногой, к которой крепилось "Крыло". Лезвия пропели свою особую песню, и пучки травы, отрезанные совершенно легко, неспешно принялись опадать на землю.

"Просто сказка".

К гнезду я возвращался уже с сумками, набитыми искомым доверху. Вчера я обещал Твай, что научу ее еще парочке заклинаний... Поэтому совсем неудивительно, что она уже ждала меня, гуляя кругами перед входом в мой дом.

— Ты очень рано, могла бы и подольше поспать, — бросил я с ходу, нацепив на себя обычное выражение морды.

Она вздрогнула, обернулась и расслабленно выдохнула; наверное, думала, что я очередной зверь диковинный из Вечносвободного.

— Я просто раньше легла, вот и выспалась. К тому же, — она бросила оценивающий взгляд на мою ношу, — так у нас с тобой будет больше времени для тренировок.

— Несомненно, — я усмехнулся и отодвинул широкий лист, прикрывавший собой спуск в пещеру, — но сначала надо упаковать и убрать наш будущий рацион, да и мне не помещает немного очистить хвост, потому-что... — я встряхнул упомянутой частью тела, откуда тут же вылетели парочка колючих и очень-очень приставучих шариков с какого-то очередного необычного растения.

Кобылка улыбнулась и кивнула.

Упаковать... Сильно сказано. Мы с Твайлайт довольно быстро разделили всю траву на двадцать примерно одинаковых пучков, после чего я убрал свежесозданные "пайки" в специальную сумку-изумруд и закинул его в то же самое хранилище, к своему синему собрату.

К сожалению, в астральных мирах, обычно, совсем не случается так, что пригодная пища встречается хотя бы где-то, поэтому приходится тащить с собой столько всего. И хорошо бы, если бы только еда...

— Слушай, — произнес я, довольно лихо нарезая привезенные с фермы ЭйДжей яблоки глефой, — Твай, а ведь я совсем забыл набрать питье в городе... Похоже, тебе придется подождать здесь, пока я не слетаю в Понивилль и не возьму несколько бутылей с водой.

— Совсем необязательно, я сама схожу, ведь мне почти делать-то и нечего сейчас, — откликнулась она, судя по звукам, поднимаясь с моего гравитационного щита, на котором лежала последние десять минут, — ты ведь не будешь против?

"Забавно, а?"

— Разумеется, нет, ты мне как раз немного времени освободишь, — я кивнул приостановив на время танец лезвий, и обернулся, чтобы, Тьма знает зачем, еще раз взглянлуть на кобылку, — и не забудь, пожалуйста, что никакой сидр нам не нужен. Можно взять немного сока, но не больше пары-тройки бутылочек, хорошо? Отдавай предпочтение воде, но, желательно, в не самых больших вместилищах, чтобы не было необходимости тратить уйму времени на одну лишь распаковку.

— Да, я поняла.

— Главное, не бери больше, чем можешь унести. Маленький, но важный пункт.

Поняша кивнула и, широко взмахнув хвостом, поскакала к выходу и совсем скоро я уже не мог ее расслышать.

"Быстрая, однако".

Улыбнувшись своим мыслям, я вновь раскрыл схлопнувшуюся было глефу и продолжил терзание фруктов, превращая более-менее круглые плоды в небольшие дольки.

Подготовка, тренировка, сон. Цикл, что наложил на меня оковы на ближайшие три дня. Мои мечты о том, что, помимо защитных чар, Твайлайт научится эффективно атаковать врагов, с каждым разом все меркли и меркли, пока полностью не растворились об вялый сверкающий шарик, что на самом деле должен был гореть, словно солнце. Никакие ухищрения не помогали, единорожка честно старалась, да и я не отлынивал особо, но нормальные боевые чары у нее никак не желали сплетаться; наверное, из-за изначально мирной натуры эквестрийских пони. В конце-концов я сдался и бросил эту затею, ведь щиты у кобылки получались много прочнее, да и за каких-то два дня она умудрилась создать собственный образчик, который с гордостью мне и предъявила.

Энергетическое поле бледно-фиолетового цвета, прямо как аура единорожки, похожее на гигантские соты, невозмутимо и неподвижно парило в воздухе, скрывая за собой гордую улыбку. Для меня ее общество было очень неожиданно, ведь это время она обычно проводила с подругами, а я просто валялся на ближайшем к гнезду дереве, лениво наблюдая за закатом.

Конечно же, какой-то там закат не мог соперничать с созерцанием медленно продвигающейся к моему дому Твай, окруженной довольно странным (это для меня) щитом, поэтому когда она добралась до самого входа, я спрыгнул со своего любимого места на самой верхушке, и, мелко-мелко работая магическими крыльями, спланировал вниз.

— Ну, хвастайся, если я правильно все понимаю.

Я подошел ближе и внимательно уставился на барьер, немного плеснув на него магии, чтобы проверить его на прочность. На удивление, это был самый обычный, ничем не примечательный защитный слой, поэтому вскоре мое внутреннее удивление отразилось на моей морде.

— Я эксперементировала с "Платьем" (так она назвала мой "Магический доспех", перекроенный на лад магии Души), и получилось вот это, — несколько виновато произнесла кобылка, погладив щит копытцем.

— На вид ничего необычного, я не понимаю.

— Это просто, — она улыбнулась, — помнишь, ты говорил, что обычные магические щиты свободно пропускают разные материальные объекты?

Быстренько перебрав в уме события последних дней, я кивнул, но все еще продолжил оставаться с недоумевающим видом.

— Смотри, — Твай телекинезом подхватила камешек, что лежал у меня под ногами, и с разгону запустила в себя. Ярко сверкнул барьер, отбив снаряд в сторону, а затем на месте попадания появилось небольшое светлое пятнышко; ничего красочного более не произошло.

Наверное, у меня сейчас челюсть поехала вниз. Спохватившись, я понял, что это действительно так, и быстро водворил ее на место, пока единорожка не заметила. Такое мощное заклинание защиты... Даже мне необходимо использовать как минимум два щита: обычный и гравитационный, чтобы обеспечить уровень сохранности моей шкурки на позиции "как можно более безопаснее". Ну а Твай... Самородок, иначе и не скажешь.

— Забудь про прошлые неудачи с атакой, — я улыбнулся и плюхнулся на круп, — защита — вот твой конек. Я за все свое время, что провел в Храме, а потом и в измерениях, не сделал на этом поприще столько, сколько сделала ты за эти дни. Объединить физическую и магическую защиту в одно... Во имя Ночи, это очень и очень круто!

— Спасибо. Ты не представляешь, насколько приятно слышать эти слова, — ее мордочку также озарила улыбка, и она в один взмах головой разбила свои чары на мелкие-мелкие кусочки, предоставить нам возможность нормально видеть друг друга, а затем тоже уселась на землю, уперев взгляд в меня.

Странно это... Я поймал себя на том, что разглядываю поняшу, словно экспонат. Такие большие, выразительные глаза, немного острые забавные ушки... Вздрогнув, я попытался отвести взгляд, и получилось это совсем не с первого раза.

— П-пойдем, я покажу тебе, как открывать портал на маяк, — произнес фразу, что давно плавала в неспешном потоке мыслей, и которой я хотел встретить кобылку... О Тьма, что со мной не так?

— Пошли, — откликнулась она, забавно покраснев.

Трудно было работать, когда неведомое тебе очень мешает, но мы справились, и теперь Твайлайт, ценой огромных затрат энергии, могла вполне сносно использовать экстренную телепортацию к маяку. Комплекс рун, запечатленный на стене, служил точкой, куда необходимо было целиться, чтобы попасть из астрального мира обратно в Эквестрию, и чтобы создать это великолепие, я потратил целый день.

Итак оставалось совсем немногое: проверить все, что необходимо с собой взять, затем перепроверить (поручу сие Твай, ведь это она придумала, пускай теперь отдувается), чиркнуть письмо Селестии, оповестить подруг, чтобы не волновались, ну и, собственно, открыть дверь-портал.

Первый пункт выполнить было относительно легко: вся еда плавала в магической сумке-изумруде, а вода в его синем собрате. Никакая одежда нам не была необходима, а оружие торчало из наших лбов; ну и глефа на моей ноге, да. Различные дополнительные "рюшечки", броня и прочие извращения для знающих толк... для столь небольшого путешествия такие серьезные приготовления вовсе не нужны. А вот, кстати, перо и чернильницу я не взял.

— Твай!

— Да? — послышалось снаружи моего гнездышка. Кобылка что-то там делала с каким-то инструментом, очень похожим на концентратор энергии звезд, что родом из Веродара. В целом, просто убивала время, ожидала, что она мне рано или поздно понадобится.

"Вот и понадобилась".

— У тебя есть писчие принадлежности?

— Перья, чернила, бумага? Есть. А тебе зачем?

Вернув ненормально тяжелые камни-сумки со всем необходимым на место, в хранилище, я повернулся к выходу и попытался взглядом выцепить фиолетовое тельце.

— Говорят, если растолочь бумагу и залить чернилами, подогретыми на костре из перьев, получается очень вкусно.

Снаружи донесся смешок и через пару секунд требуемые вещи грациозно вплыли внутрь, поддерживаемые фиолетовой аурой.

— Премного благодарен.

"Итак, инструменты есть, но что же писать?" Я задумался, машинально принявшись грызть несчастное перо. Принцесса просила сообщить ей тогда, когда мы уже вот-вот отправимся в путь, но что именно должно быть в письме — этого она не упомянула.

"И, Хаос, как же сбивает то ощущение, что испытываю, когда гляжу на Твай".

— Найт, я ухожу. Меня еще Рарити ждет и госпожа мэр, — вновь послышался голос кобылки, — во сколько завтра встреча?

"Не хочу ее отпускать, эх...".

— В середине дня жди меня у себя, я сам залечу.

— Хорошо.

Удаляющееся цоканье. Тишина.

Быстро написав в письме всего два слова: "В пути" и подписавшись своим именем, я скатал бумагу в трубочку и улегся на парящий в воздухе гравитационный щит, погрузившись в раздумья.

Раздумья ничего путного не дали, лишь понаделав еще больше вопросов, поэтому в ночь, которую, по-идее, должен спать, я воспарил над лесом на магических крыльях и устремился к старым развалинам, где когда-то в древности вместе правили Селестия и Луна.

~

Замок встретил меня тишиной и спокойствием, наделенным сущностью ночной стихии. Две косых башни, проигравшие безмолвный бой с тяжестью времен, все еще гордо охраняли огромные парадные ворота. Но вот сами ворота подвели своих стражей: некогда красивая каменная арка развалилась, витая железная решетка проржавела насквозь и частично превратилась в пыль, а от двух гобеленов по бокам остались жалкие клочки. Время всегда берет свое.

Ощутив всем сердцем древность этого места, величие старой магии, что поддерживала постройку, пусть и не так хорошо, как раньше, я мгновенно успокоился и вступил на потрескавшиеся ступени, намереваясь пройти этот путь до конца, чтобы разобраться в самом себе. Парадный зал, чернеющие дыры, кое где еще сохранившие в себе куски факелов, зачарованные доспехи, на поникенах... Развалины-развалины-развалины. Прыгая, словно кролик, периодически подмахивая призванными крыльями, я преодолевал комнату за комнатой, коридор за коридором, стремясь добраться до тронного зала. "Возможно, надо как-нибудь походить тут, чтобы просто полюбоваться, а то, ведь, живу совсем рядом с самым настоящим памятником, и ничего о нем не знаю".

Пришлось протискиваться сквозь щели в дверях, иногда расталкивая ногами тяжелые дубовые створки, но как бы ни были запутаны ходы, я приближался к своей цели — маленькой секретной комнатке, чей вход находился в самом большом и величественном зале некогда красивого дворца.

Выломанный кусок стены, где неудачно "пристенился" один тенекрыл, встретил меня, словно старый друг, безмолвно указывая верное направление. Пройти сквозь ту дверь, затем вперед, через разбитую комнату с обвалившемся потолком, дойти там до конца и вновь двери...

Как и в тот раз, тронный зал меня поразил до глубины души своим размером. Огромное пространство, где мог развернуть свои крылья даже Градар... для чего оно было нужно? Сотни пегасов, что парят над троном, держа в копытах копья, или же трубы? Попытавшись представить, какого это, иметь такой оркестр над головой, я улыбнулся и двинулся к левой части стены.

Повернуть тот канделябр, а затем сразу отодвинуть стул у стены (хоть бы он не развалился), и тайная дверь, вроде бы, должна открыться. Проделав необходимые манипуляции, я вперил взгляд в фальшивую каменную стену, но она даже и не подумала шевелиться, пребывая на месте, словно настоящая.

"Странно, может, это было на другой стороне?"

— Ты забыл, что повернуть надо оба канделябра, причем, одновременно, — послышалось сзади, и каменная громада, дрогнув, начала отъезжать в сторону.

Луна стояла сзади меня, все как обычно, и предстала перед моим взглядом, когда я обернулся, с хитрым выражением мордочки. Картину дополняло то, что аликорн была окутана в прекрасный плащ с белой каймой, цветом повторяющий ее гриву.

— Почему ты встал? Иди, если собрался.

Я пожал плечами и зашел в темный зев, оказавшись в знакомой комнатке, освещаемой лишь слабеньким лучиком лунного света, что пробивался сквозь узкое окно. Все здесь было также: пыльный шкаф, минимум мебели, алтарь, разве что в прошлый раз, вроде бы, на столике стояли огрызки свечи.

Тяжелый металлический звук заставил меня вздрогнуть: "дверь" захлопнулась, и из прохода показалась ночная пони.

— Расскажи мне, почему ты пришел сюда, что хотел увидеть?

Я покачал головой, засветив свой рог. Через пару мгновений посреди комнаты завис яркий полумесяц, наполняя ее своим чарующим сиянием.

— Я... не знаю. Мне надо разобраться в себе, нужно место, где я мог бы соединиться со своей стихией и ощутить себя.

— И ты выбрал этот старый замок, — она села прямо на каменный пол и наклонила голову набок, — почему?

— Наверное потому, что здесь наша с тобой магия особенно сильна? — я сделал круг и поднял голову, стараясь ощутить потоки Тьмы. Живые тени, прячущиеся в самых темных уголках, отзывчивые, и нисколечко не злые, они принялись осторожно собираться вокруг, одержимые моим зовом. Неожиданно, копыто, что легло мне на плечо, помешало сфокусировать чары и тени, призрачным вихрем раскрутившиеся было вокруг меня, разлетелись в стороны, словно испуганные зверьки.

— Ты пытаешься переложить все на магию, — произнесла Луна, слегка надавив ногой, вынуждая меня сесть, — но попробуй сейчас просто подумать, рассказать мне о своей проблеме. Наверное, я смогу помочь, а может быть и так, что ты поймешь все сам. Хорошо?

— Вообще-то я просто хотел, как выражаются многие, "помедитировать", — я подчинился и уселся на пол, прямо напротив принцессы, — но раз вы... ты предлагаешь мне помощь...

Я на секунду замер, обдумывая сей вариант. Проблема, с которой я еще пока не встречался, но Луна, тысячелетнее существо, вполне могла знать, в чем суть.

— Расскажи, не бойся, ночь умеет хранить секреты, — улыбаясь, мягким голосом подбодрила меня она.

"Ну... ладно".

— Все началось еще тогда, когда я сражался на арене Кантерлота с Роуз Файром. Ты знаешь, почему я победил?

Она кивнула.

— Эта эмпатийная связь как-то странно повлияла на меня. Во многом это вылилось в то, что я стал задаваться вопросом: "Почему именно Твайлайт, а не кто-то другой?", и чем больше думал об этом, тем сильнее я понимал, что вовсе и не против этого.

— И? — подогнала меня аликорн, блеснув хитринкой в глазах.

— А дальше, — я вздохнул, обращая мысленный взор к событиям недалекого прошлого, — дальше начинаются отклонения в моем нормальном поведении, такие как, к примеру, невозможность порою оторвать взгляд от Твай, словно она меня околдовывает. Может, она тоже чейнджлинг? Одна из...

Пришлось прервать мою речь, потому что Луна, совершенно не соответствуя высокому статусу принцессы, громко расхохоталась, даже распахнув крылья, чтобы не упасть. Любопытные тени, подобравшиеся к самой границе круга света, излучаемого призванным полумесяцем, испуганно отпрянули, вжавшись в стены и слившись со своими бездушными сестрами, и я покачал головой, мысленно постаравшись их успокоить.

— Это могло бы быть смешно, если бы не наше грядущее путешествие. Астральные миры — совсем не то место, где можно вот так просто распускать свое внимание и подчиняться неведомым желаниям.

— Неведомым, да ладно? — глубоко вздохнув, аликорн мгновенно успокоилась и придала себе более-менее невозмутимый вид, — это очень даже нормальные, самые обычные желания для пони, да и не только для них.

Вот сейчас я почувствовал, что начинаю злиться, и опустил взгляд, решив лучше созерцать живую тень, что темным клубочком устроилась вокруг моей передней ноги.

— Ты на самом деле не понимаешь, что с тобой происходит, или разыгрываешь меня? — продолжила она, немного дрожа от пережитого приступа веселья.

— У меня не тот характер, чтобы шутить на серьезные темы, Луна.

— Что ж, тогда я знаю ответ на твой вопрос, — она вздохнула, — другое дело — хочешь ли ты услышать его?

— Само собой! Не за этим ли я бодрствую в свою последнюю спокойную ночь на ближайшие дни?

— Ах, даже так? — она аж подпрыгнула, быстро подобрав меня телекинезом, совсем как игрушку, и отнесла на алтарь, — тогда, думаю, магия этого места поможет тебе выспаться за эти жалкие часы.

— Луна, уходить от ответа второй раз подряд — уже нечестно.

Я даже не брыкался, позволив манипулировать моим телом как угодно, лишь прожигал ночную кобылу взглядом все это время.

— Я знаю. Может, Селестия права, когда твердит мне, что после заточения я стала похожа на жеребенка? И лучше уж мне учиться жить заново прежде, чем становиться принцессой?

Мой взгляд из обиженного резко стал недоумевающим.

— Вообще-то ты и так сейчас принцесса, разве нет?

— Титул, пустое, — Луна фыркнула, а затем подошла к моему ложе и сняла свои оплетающие чары, — прежде, чем я скажу тебе, в чем заключается твой недуг, позволь сделать одну вещь.

— Ну, эм... Позволяю.

— Тогда закрой глаза, расслабься, — тихим и спокойным голосом буквально пропела аликорн, накрыв меня своим крылом, — дыши спокойно, представь, что ты паришь высоко-высоко в воздухе, освещаемый светом Селены...

— Ты убаюкать меня хочешь, Луна?

— Почти.

Внутренне удивляясь тому, что сейчас происходит, я послушно смежил веки и расслабился, растянувшись на спине. Тень, которой я, видимо, понравился, юркнула рядом, примостившись под боком.

"Словно питомец".

— Молодец. А теперь представь, что рядом с тобой стою не я, но Твайлайт Спаркл. Представил?

Это не составило для меня большого труда, ведь разум в последнее время, мне на зло, пытался

подкинуть ее образ всюду, о чем бы я не думал. Немного улыбающаяся фиолетовая мордочка...

— Да.

— Не говори, потеряешь момент, — ночная кобыла положила сгиб копыта мне на лоб, немного задев рог, который тут же засветился: зарождались рефлекторные чары защиты.

Я кивнул, вновь замерев и представив единорожку. Итак...

Через секунду моих губ коснулись бархатные губки принцессы.

## Глава 19 (ч.1). Радуга в пустыне

Ker'ter vohes ti zes'q — (дословно) нежить останется в прошлом, прям. — "нежить сгинет" Zers so fenu — Аналог фразы "капитан очевидность", дословно — "страж порядка". Dol so defseh — буквально — "спокойной ночи"

— Успокойся, глубоко вдохни, времени у нас с тобой полно; если не выйдет, пробуй еще раз.

Я стоял в своем понячьем обличье, крепко уперев ноги в землю, чуть наклонив голову и закрыв глаза. Рог ярко светился, высвобождая мои чары. Стихия фиолетовой единорожки сейчас исполняла свой замысловатый танец, окружив свою хозяйку сплошной грязно-серой пеленой — единственное, что мог видеть своим внутренним взором.

— Помни: отзывайся на зов, но не проявляй инициативу.

Позволив Твайлайт самой призывать портал, я надеялся, что она хоть немного ощутит отклик своей стихии. До этого момента пони обучала меня своей собственной магии и достигла в этом успеха, но теперь пришло время поменяться ролями. Личная ученица Селестии, избранная невероятным по силе артефактом; повелевая магией Души, она станет очень могущественной, под стать своему званию, и, чем Хаос не шутит, когда-нибудь даже сможет помочь белой аликорн управлять этой огромной страной?

Моя собственная магия, воплощенная в виде черных нитей, опутала кокон Твай, подстраховывая ее и предотвращая такие неожиданности, как, к примеру, взрыв. Будучи един со своим заклинанием, я ощущал, как равномерно пульсирует серая поверхность, отмечая удары сердца кобылки. Это было по-своему необычно, даже приятно: чувствовать и понимать немного больше, чем обычно. Наверное, в этот момент эффект единства для меня простер свои цепкие объятия чуть дальше, чем обычно.

— Я чувствую! — воскликнула пони радостно, на что тут же отозвалась и ее магия, завертевшись сильнее.

— На что похоже? — я чуть напрягся в стремлении удержать свой контроль над сотворяемыми чарами.

— Сложно описать. Словно белая сфера в огромном сером пространстве, она хочет... поговорить со мной?

Импульс удивления прошелся по магическому вихрю, передавшись и мне.

— Это оно, — я удовлетворенно кивнул, совершенно не волнуясь о том, заметила это Твай, или нет, — теперь сфокусируй на нем внимание, узнай, что он пытается донести до тебя.

"Странно, однако. Обычно, мне это представлялось как черные пирамидки, парящие в безграничном пространстве".

Вздохнув с облегчением, я развеял свою магию и позволил себе на мгновение расслабиться, низко опустив голову. Теперь, когда задача единорожки перестала быть для нее чем-то фантомным, моя помощь не нужна более, лучше потратить время на что-нибудь другое.

Ведомые телекинетическим захватом, наши сумки взлетели в воздух и выстроились в ряд, по-очереди обнажая свое содержимое. Придирчиво все это осматривая, я поймал себя на мысли, что раньше этим не страдал: видимо, часть характера фиолетовой кобылки перешла ко мне. "Еда, вода, инструменты", — на последнем пункте хмыкнул, раскрыв магическую сумку-самоцвет. Несколько книг, рулоны пергамента, перья, чернильницы, какие-то непонятные мне приборы плавали в бледной белой сфере (Твай сама ее сделала!), одним своим видом вгоняя меня в ужас от ощущения того, что все это придется тащить на своей спине. Даже если магия и позволяет уменьшить объем предметов, уместив их в один-единственный драгоценный камешек, то от веса она, к сожалению, не избавляет.

"С ума сойти. Словно на пикник отправляемся".

Схлопнув чары, отправил все на свои места и вновь обратил взор на кобылку. Понемногу беспорядочный вихрь ее принимал узнаваемые очертания, сжимаясь в ровное светлое гало. Энергия заставляла окружающую природу трепетать: деревья, кусты, травы слабо покачивались, словно от ветра, и, вкупе с красивым ровным светом, зрелище было невероятным и захватывающим. На такое я мог бы смотреть вечно, тем более, все это дополнялось жемчужиной, что была внутри... Если я правильно умею угадывать, сейчас Твайлайт впервые полностью использует силу своей стихии и неизбежно для нее сейчас наступит диалог, ведь каждый элемент, будь то хоть Душа, хоть Огонь, или Ночь — любой из семи является частью тебя, твоего разума, и когда-нибудь наступает такой момент, когда ты начинаешь чувствовать его, приходит ощущение, что он разумен...

Мой первый контакт наступил довольно неожиданно, очень необычным способом, который, однако, происходил весьма часто в Храме. Будучи новичком, который пробыл там совсем немного, я еще плохо понимал, что такое магия и как она работает, и шел тем путем, который мне указывал адепт. Весьма стандартная практика: отправлять юных Защитников по очереди в шесть разных мест, где были своеобразные святилища стихий.

~

"Пик Авир" — высокая гора, внутри которой была вырублена винтовая лестница на большой открытый балкон — любимое место магов Воздуха, сразу мне не понравилась из-за сложностей, связанных с восхождением на нее: мало того, что сама лестница насчитывала почти тысячу ступенек и тянулась вверх на две сотни метров, так еще и путь до нее не был усеян розами; пересечь горную местность — нелегкое испытание, но большинство магов, кого избрала небесная стихия, отличались физической силой, выносливостью и они вполне могли выдержать такое (ну а те, кто использовал сам воздух как оружие, обычно просто летели туда на послушных потоках).

Сразу почуяв, что ничего мне не светит в этом холодном, открытом всем ветрам месте, я решил отправиться сразу к Лазурному озеру. Идти, конечно, ничуть не меньше, но зато вполне себе неплохая дорога, и даже небольшое поселение раскинуло свои границы ровно на середине пути.

Добрался я туда без проблем, и сразу же был пленен красотой этого места: ровная водная гладь бирюзового цвета, над которой все время стояла похожая по цвету легкая дымка, красивые берега с ровными, ухоженными деревцами, пристань с аккуратными маленькими лодочками — все это навевало ощущение сказочности, невероятности происходящего. Казалось бы — вот оно, лишь протяни руку, и стихия океанов примет тебя, наделит своей силой, но нет, не произошло ровным счетом ничего. Как бы не силился почувствовать в этом озере нечто большее, чем, собственно, озеро, ничего у меня не получалось. Никто не заговорил, призраки не явились, все было нормально; словно пришел просто отдохнуть.

Разочарованный, вернулся обратно и обреченно плюхнулся на кровать, размышляя. Еще оставались несколько мест, которые мне следовало посетить в ближайшие дни, и если я не найду свою стихию, придется тащиться на эту неприветливую гору...

К моему счастью (разумеется, тогда я этого не понимал и чуть не убил его за то, что помешал лечь спать), в мою комнату зашел мой друг — Фанг, тоже новичок, как и я, и сразу, без разговоров, потащил меня (признался на половине пути) в часовню Лок'деф — святилище использующих Свет. Не очень понимая, зачем он это делает, тем более, что в темное время суток там никого уже и не было, я все же пошел за ним. И вот, освещаемое последними лучами закатного солнца, деревянное здание с большим позолоченным куполом высилось перед нами, блистая большим магическим рисунком в виде разорванного в двух местах кольца — символом дневной стихии, что завис точно над самым входом, изредка покрываясь рябью из-за легкого ветерка.

— И зачем ты привел меня сюда?

Он положил мне руку на плечо, а другой указал на солнце, кусочек которого все еще виднелся над горизонтом.

— Смотри, сейчас Сонра опустится, и ты увидишь то, что не видел раньше, это я тебе обещаю.

Хмыкнув, я отошел от тропинки и уселся прямо на траву, придав себе недовольный вид.

— Ты же знаешь, я побаиваюсь ночь.

— Это потому, что ты ее просто не понимаешь, — он улыбнулся и покачал головой, — и кстати, я не знал про это.

— Не знал? — я даже не удивился в этот раз, ибо Фанг частенько любил пошутить, — я думал, что прожужжал об этом уши всем в Храме. Когда садится солнце, тени вокруг меня словно сгущаются, появляется чувство, что кто-то за мной следит.

— Оно у всех появляется, это не странно.

— Да, у всех, но у меня оно... — я замялся, — я раньше не верил в магию, у нас ее вообще не существовало, а потом на тебе — она вдруг появляется, более того, каждый может управлять ей. Чудеса случаются, так почему бы теням и не следить за мной?

Он хихикнул, а затем сказал совершенно серьезно:

— Потому, что им это и не нужно вовсе. Не веришь, спроси у них сам.

Я оторвал взгляд от земли, приподнял бровь и взглянул на человека, что стоял передо мной, как на дурака. Впрочем, это продлилось недолго: за его спиной начало происходить настолько необычное зрелище, что оно тут же перетянуло на себя все мое внимание. Руна Света начала быстро меняться: сначала две дуги соединились, образовав полумесяц, а затем из его центра выросла небольшая полоска, похожая на коготь. Засияв, магический рисунок вспыхнул, но быстро угас, поменяв цвет с бледно-желтого на насыщенно-синий. Сразу же будто волна разошлась вокруг здания, и то самое чувство, что я описывал, вновь овладело мной; я непроизвольно положил ладонь на рукоятку меча.

— Как ночь сменяет день, так меняется и эта часовня. Пять минут назад она была обителью дневной магии, но теперь же... Пойдем, посмотришь, — он схватил меня за свободную руку и потянул за собой, — и не бойся, никаких злых духов здесь нет.

Скептически помотав головой, я попытался было воспротивиться, но из его железной хватки не так просто было выбраться, поэтому пришлось последовать приглашению.

Мое сердце должно было застыть от ужаса: по некогда чистому белому залу, освещенному теперь мягким лунным светом, перемещались настоящие тени, состоящие из клубов темного тумана. Причем, совершенно не было понятно что их отбрасывает, тем более, все предметы стояли на своих местах и совсем не двигались.

"Не хватает кладбища под боком для полноты ощущений".

Послышался тихий стальной звон: сам того не замечая, я вытянул меч из ножен почти на треть; подумав, завершил начатое и упер обнаженное лезвие в пол, так, на всякий случай. Взглянув на своего товарища, я не увидел на его лице и нотки замешательства, он даже не взял в руки свои излюбленные ножи, что было весьма странно: лишь учуяв опасность, эти два серых лезвия тут же появлялись в его руках.

— Фанг, мне хотелось бы узнать...

— Подожди, сейчас все будет, — он поманил меня за собой и двинулся к каменному пьедесталу в центре зала, над которым сияла уменьшенная копия руны над входом, — просто почувствуй, что тут происходит, не смотри, а именно чувствуй.

— Чувствовать? Здесь все похоже на сцену из ужасов, которыми меня кормили в моем изначальном мире.

— Хаос! — он остановился и обернулся, сверкнув взглядом, — выкинь свои предубеждения в мусор. Здесь не то, что было когда-то: другое место, другое время, не та луна над нами и магия в наших руках! Прекрати, наконец, думать и начинай ощущать.

Пожав плечами, я кивнул и пошел за ним следом, дивясь его неожиданному порыву. "Ощущать... легко сказать, когда происходящее уже не лезет ни в какие ворота". Сосредоточившись, я закрыл глаза и попытался представить, что все события вокруг лишь сон. В таком случае, почему бы и не поверить Фангу?

— И кстати, если ты вдруг подумаешь, что спишь... — вдруг произнес мой товарищ и с разворота кинул в меня самую обычную шишку, неведомо откуда у него взявшуюся, которая угодила мне в плечо. В этот момент, уже до конца уверив в причуды мира грез, я почувствовал боль и инстинктивно дернулся, оступившись. "Засранец", — пронеслась мысль, возглавляя собой зарождающийся план мести, в то время как тело, не слушая глупый разум, обернулось и выставило руки, приготовившись к неизбежному жесткому соприкосновению с мраморным полом... которого так и не наступило: я завис в воздухе, поддерживаемый снизу плотным черным туманом.

— Вот видишь, Тьма не враг нам, но хороший друг, — послышалось сзади насмешливое, — и надо быть дураком, чтобы бояться друзей.

Без труда вернув себе нормальное положение, я отряхнул подол балахона и вернул свой клинок обратно в ножны. Туман, что поддерживал меня, развеялся по полу, вновь приняв вид множества небольших черных пятен.

— И ты уверен насчет тьмы?

— Также, как и в том, что наш адепт, эта хитрая лиса, вместо того, чтобы спать, последовала за нами, — он улыбнулся еще шире и указал на пьедестал, — подойди сюда и просто закрой глаза.

— Насчет Миранды ты это зря, она всегда ночью спит, — я тоже улыбнулся и, уже без того страха, но теперь с некоторым трепетом интереса подошел к указанному предмету, и сделал все так, как хотел Фанг. Закрыв глаза, представил этот странный символ перед своим внутренним взором и сосредоточился на нем.

А через секунду, словно где-то внутри меня что-то пробудилось и я услышал тихий, спокойный, даже немного заботливый голос, шедший словно из ниоткуда.

— Привет, Ночная фурия.

Удовлетворенно кивнув, большая лиса, расположившаяся в кустах так, чтобы не был загорожен обзор, но и ее саму не было видно, тихо встала, развернулась и отправилась домой: ее подопечный, наконец, почувствовал свою стихию; дело сделано.

~

Шторм уже завершился, когда я вернулся из своих воспоминаний; заклинание, творимое Твай, принесло свои плоды и результатом был красивый белый узор прямо на земле — гигантская руна, ключ, который откроет дверь в другой мир. Потоптавшись немного на месте, двинулся к Твай и встал рядом, взглянув в небо, как и она.

— И как оно?

Она молча опустила свой взор на меня, а затем перевела его на свою грудь.

— Странный голос, словно я говорила сама с собой, он... исходил отовсюду, — она замялась, помотав головой, — кажется, я говорю бред, но иначе это не выразишь.

— Это не бред, я тебя понимаю, — улыбнувшись, начертил копытом в воздухе символ Тьмы, — со мной произошло то же самое: друг затащил в обитель Ночи, где я впервые услышал свою стихию. Кстати, — взглянул на нее с интересом, — можно узнать, что она тебе сказала?

Легкий ветерок прошелся по нам, разметав итак уже растрепанную фиолетовую гриву в стороны, отчего улыбка ее стала еще загадочнее.

— Не знаю, почему, но мне кажется, ты сам это прекрасно знаешь.

— Сам, хм? — усмехнулся, подставив морду навстречу ветру, словно он мог принести мне ответ на своих бесплотных крыльях. — То, что ты услышала, есть частичка тебя самой, не меня, Селестии, либо твоих подруг, но именно тебя. И, — на этом моменте, наверное, в моих глазах проскочила искра счастья, разбавленная гордостью за свою подругу, — ощутить в себе этот голос — значит сблизится со своей стихией настолько, насколько это вообще возможно. Кажется, кхм, я увлекся... Я не знаю, что сказала тебе Душа, но могу предположить, что это были слова приветствия, так?

Вновь этот выразительно-хитрый взгляд, похоже, означающий наслаждение моим мимолетным неведением. Что ж, наверное, это одна из черт ее характера, непосредственно связанная с недюжинным умом.

— Ты был близок, и теперь мне интересно, откуда взялось такое предположение?

— Ты не ответила на мой вопрос, — парировал ее выпад, неспешно направившись к ожидающим нас сумкам, — предлагаю правду за правду.

Услышал сзади странное шуршание и, поддавшись инстинктам, сделал быстрый шаг в сторону. Оказывается, не зря: мимо того места, где стоял секунду назад, проплыла небольшая палочка, подгоняемая сзади нежно-фиолетовым телекинетическим полем.

— Опять ты предлагаешь эту странную игру, и вновь уворачиваешься от моих сюрпризов, — наигранно обиженным голосом сказала Твай, прошествовав мимо вслед за снарядом, целью которого должно было, видимо, шлепнуть мне прямо по метке, — хотя знаешь, — она кивнула, — так будет даже интереснее.

— Конечно, это всегда так волнительно, дрожа всем телом, побеждая разум и обуздывая сердце, говорить сокровенную правду, — сказал я, пригнувшись, чтобы злобная палочка не врезалась мне в лоб, — эй, ты чего? Я ж пошутил.

— Ты так сказал, словно, как ты выразился, "стихия" поведала мне что-то секретное, — произнесла Твай, не забыв улыбнуться, — и если думаешь именно так, должна тебя разочаровать.

— Не надо, о великая разрушительница мечт и желаний! — притворно воспел, приложив для наглядности копыто к груди, — а если серьезно, то мне Ночь сказала что-то вроде: "Привет, фурия".

— И все? — единорожка даже повернулась ко мне всем телом, — вот так просто, "привет"?

— Так и было, ни капли лжи, лишь реки истины, — вновь воззвал к образу Рарити, в этот раз поставив на пути плывущего снаряда щит, об который и закончился его вынужденный полет.

— Хватит строить из себя непонятно что, тем более, время не безгранично, — пони была сама серьезность.

Покачав головой, одним плавным усилием поднял сумки над землей и разделил их на две кучи. Одну из них подтащил к себе и нацепил на спину, следя за тем, чтобы небольшие, но ощутимо тяжелые мешочки расположились для меня комфортно и не натирали бока, а ремни не резали шкуру, вторую же заботливо (очень заботливо) уложил на Твай, оставив процесс застегивания в ее умелые копыта. Немного подумав, открыл мешочек, а затем и выплывшую из него сумку-алмаз, взял свою глефу и вдел в рога правую ногу, надежно зафиксировав на себе оружие.

— Времени у нас полно, Твай, но не беспокойся, я прекрасно понимаю твое стремление поскорее перейти грань портала: когда это впервые происходило со мной, предвкушение тоже было очень и очень сильным.

"Хотя разница между прошлым мной и нынешней тобой большая: если я хотел лишь испытать свои силы, судьбу, то тебя влечет неизведанное, что лежит по ту сторону этого сложного белого круга".

— Спасибо, а то я думала, что придется тебя подгонять, — она подмигнула, встряхнулась и решительно направилась в центр огромной руны, всем своим видом показывая, как сильно она желает, чтобы событие, к которому мы столько готовились, уже произошло наконец.

Чувствуя легкие прикосновения фиолетовых копыт, магический рисунок волновался, переливаясь светом, словно желал быть активированным, и лишь я один не спешил, поняв вдруг, что моя подруга сейчас пытается уйти от ответа.

"Совсем как Луна".

Призвав магические крылья, оттолкнулся от земли, перелетел через единорожку и приземлился прямо посередине руны, сходу перелив в нее нужное количество энергии. Ярко-белое сияние окружило меня, спеленало, словно кокон, а через пару мгновений я ощутил, что проваливаюсь в неизвестность.

~

Мои глаза мгновенно распахнулись, и взору предстала виноватая, но, я ощущал это каким-то шестым чувством, счастливая мордочка синей аликорн. Иллюзия Твай, сотканная из грез, развеялась почти мгновенно, не удерживаемая более жалкими цепями разума, вернув меня в реальность, полную неожиданностей до самых краев.

— Луна?

Она приложила мне копыто к губам, мягко, но в то же время властно и настойчиво, словно мой голос доставлял ей боль.

— Магия, которую помним только мы с Селли. Лишь трепетный физический контакт, — она наклонила голову вбок, нацепив на себя маску серьезности, — наделенный древней магией аликорнов, позволяет использовать ее. Через пару минут ты уснешь и, пройдя через множество снов, осознаешь себя, поймешь свою проблему; на утро же проснешься полным сил.

Наверное, в моих глазах было такое удивление, что при желании оно могло принять осязаемую форму. Собравшись было с силами, попытался встать, а то, лежа вверх ногами, было очень проблематично вести нормальный разговор, но ночная пони просто положила мне на грудь крыло, которое оказалось неожиданно сильным и еще более щекотным, и все мои попытки канули в небытие.

— Прости, но ты сам сказал, что тебе нужно разобраться в себе, так почему бы не таким способом?

— Потому, что он слишком необычен, — ощутив, как резко отяжелели веки, быстро призвал легкое облачко Тьмы и вдохнул его, словно воздух, закашлявшись ненадолго, — а еще хаотически приятен, если говорить честно, и именно по этому я не понимаю ровно в два раза больше, чем раньше.

Аликорн убрала с меня свои конечности и отошла к небольшому окошечку, сделав вид, что любуется восходящей Селеной. Воспользовавшись секундной заминкой, собрал разум в кучку и быстро оценил свое состояние, ловя и классифицируя сигналы ото всех частей тела. Как результат, я осознал, что магия, использованная Луной, действительно очень мощная: даже несмотря на мое ночное сопротивление магии, а также заклинание "ясного ума", которое было призвано сдерживать любые искажения восприятия, будь то сон, страх, подчинение. Она распространилась по всему телу и ожидала момента, когда моя защита спадет, чтобы очень быстро погрузить податливый разум в царство синей аликорн.

— Я могла бы тебя убаюкать, или стукнуть чем-нибудь тяжелым, но эффект от этого не был бы столь великолепен, как от "поцелуя сна".

"Предупредив заранее, ты не нанесла бы урон моему рассудку".

— Даже если это и заклинание, то я всего лишь просто единорог, а ты — великое, просто недосягаемое существо, вне всякого сравнения со мной. Почему ты смогла поцеловать меня?

Она резко повернула ко мне голову, бросив взгляд, наполненный гневом, что послужило сродни магической атаке: я дернулся, уворачиваясь, чем чуть не отправил себя в непродолжительное путешествие "колыбель-пол", и если бы не подставленный вовремя щит, то не избежать мне небольших увечий.

— Пока мы друзья, мы равны, даже будь ты простым пони с окраин страны, — произнесла она сдержанно, отвернувшись затем, — мне и так хватает этих высших вод общества, которые только и думают о том, как подлизаться ко мне, но не считают меня чем-то живым.

"Чем-то живым..."

С помощью щита перебравшись обратно в объятия синего тумана, я уставился в потолок, пытаясь придумать, что ответить, но голова вдруг, словно отключилась от тела и вместо мыслей, красочных и наполненных эмоциями, осталась лишь пустота и какое-то искаженное чувство сопереживания.

— Ты пришел ко мне, пусть и не ожидая меня тут застать, прося о помощи, и что я за пони, если откажу тебе в этом?

"Хаос, действительно, она ведь для меня старается".

Слова благодарности застыли на губах, ибо в следующую секунду чары "чистого разума" завершили свою работу, оставляя меня совершенно беззащитным перед надвигающимся сном, который, злобно отвергнув мои слабые попытки еще немного сдержать его, решительно забрал меня в свое царство.

Реальность потемнела, а затем развеялась,уступив свое место красивым картинам грез.

Луна, осмотрев усыпленного единорога пристальным взглядом бирюзовых глаз, удовлетворенно хмыкнула, а затем неслышно вздохнула, расправила крылья и приготовилась к телепортации наружу, чтобы затем, как обычно это бывало, взлететь и направиться к ей одной ведомой роще, где ее ждет старый-старый и очень добрый энт. Но, перед выполнением столь обычной и столь полюбившийся процедуры следовало соблюсти один маленький пунктик, просто так, для очистки сердца и души.

— К тому же, я просто хотела сделать это, — прозвучало в тишине, после чего раздался тихий хлопок телепортации.

~

Ощущение, словно я парю в бесконечной пустоте. Ничто меня не тяготит, взмахом призванных крыльев могу отправить себя куда угодно, лишь только ноги остались без опоры, а значит, без дела. Ставшее знакомым ощущение невесомости уже не доставляло мне каких-либо хлопот, но вот Твай, которая, если она решилась на это, должна была ощутить на себе абсолютно то же самое впервые, и это вызывало волнение. Как она справится с этим? Хотя... Она сильная пони, у нее должно получиться.

Конец переходу настал столь быстро, что я едва не проворонил его. Весь мир окрасился белым, ослепив меня на мгновение, а затем кокон развеялся, предоставив мое тело свободному падению. Рефлексы сработали безупречно: лишь только теплый ветер ударил мне в живот, крылья тут же распахнулись во всю ширь, подарив драгоценные секунды на то, чтобы сосредоточиться и сориентироваться.

Сплошная пустыня простиралась вокруг нас, освещаемая немного тусклым оранжевым солнцем. Везде, до куда доставал глаз, высились песчаные барханы и никаких признаков артефакта, даже чего-нибудь отличного от природных образований.

"Хаос, уж лучше бы лес".

Позади меня раздался вскрик, а затем второй, когда гравитационный щит принял на себя фиолетовую поняшу. Бросив последний печальный взгляд вдаль, я развернулся и подлетел к Твай, которая даже не делала попыток подняться на ноги, рассматривая все вокруг с крайне удивленным видом. Хмыкнув про себя, приземлился на мерцающее фиолетовое поле и сел на задние ноги, возвышаясь над единорожкой, словно башня. Со шпилем.

— Найт? — моя тень упала на нее, возвращая на эту землю; она резво повернулась, и в фиолетовых глазах ее плавали большие-пребольшие знаки вопроса.

— Это я.

Она улыбнулась, улыбнулся и я, внутренне радуясь тому, что кобылка довольно легко перенесла процедуру перехода, но через секунду улыбка моя угасла, потому что Твай с размаху впечатала копыто мне в грудь. Я даже пошатнулся, удивившись, наверное, много больше, чем единорожка.

— И это все, что ты скажешь? Может, пару слов о том, где мы оказались и что нам теперь делать? Я хочу объяснений.

Во гневе она была донельзя милой, но поддаваться этому впечатлению я нехотел, потому что ее состояние также было весьма опасно, и дойти до того, когда она захочет меня превратить в лягушку, совсем не было желания.

— Астральный мир, мы посреди пустыни, где артефакт, не знаю. Это все.

Наверное, надо было завернуть небольшую лекцию, как больше всего любила Твай, но я чувствовал, что это находилось за гранью моих сил, и чем больше я вот так прямо смотрю на единорожку, тем меньше моему мозгу хочется работать в нужном направлении. К тому же, время теперь играет против нас, ведь запасы еды и воды не безграничны, а значит, надо поскорее решить этот вопрос.

— И что нам делать? — произнесла Твай, убрав от меня вытянутую ножку.

— Идти, верить, что рано или поздно артефакт даст о себе знать, надеяться только на лучшее.

Поймав себя на мысли, что начал разговаривать как призванный элементаль, я отвернулся и спрыгнул со щита, медленно планируя на землю.

— Сейчас сосредоточься, представь себе руну, которая нарисована в моем гнезде, — выждав, пока единорожка кивнет, продолжил, — чувствуешь ее зов?

— Да, похоже, словно она хочет, чтобы я ее коснулась.

— Отлично, если вдруг что-то случится, мысленно позови ее и тебя тут же перенесет назад, и не советую пробовать сейчас.

— Билет в один конец?

— Именно, — я кивнул, немного гордый тем, что она сама догадалась, после чего мягко приземлился на землю и принялся опускать щит с нежным грузом.

— Между прочим, ты мне не дала спросить: ты в порядке?

Ойкнув, когда мерцающее поле плавно остановилось у самой земли, она спрыгнула на теплый песок и подошла ко мне ближе, словно чего-то опасаясь.

— Вполне. Спасибо, что спросил.

Она подарила мне мимолетный, полный благодарности взгляд, даже улыбнулась, а затем устремила взор вдаль, мгновенно посерьезнев.

Хмыкнув про себя, испытывая непонятную радость внутри от осознания факта, что мы с единорожкой вдвоем, я поднял голову навстречу ветру и решительно двинулся вперед, раскинув вокруг себя широкое поле обнаружения. Если артефакт здесь, я его найду.

...Может быть. По моим ощущениям, прошел целый час, а мы все также брели по пескам, изредка останавливаясь, чтобы немного попить. Плюнув на то, что надо экономить энергию, я соорудил над нами небольшое черное облачко, плывущее очень низко и заслоняющее от нас противное жаркое солнце. Идти стало бесспорно легче, но зато теперь, если тут водятся хищники, им стало значительно легче нас вычислить. Именно в этот момент я понял, что черный цвет одинаково плох как для чешуи, так и для шкуры. С меня пот лил градом, делая похожим на большую ходячую лейку, и мне было очень жаль Твайли, которая, благодаря своему "библиотечному" образу жизни, совсем не была готова к такому испытанию на выносливость. Она брела, низко опустив голову; ее грива неведомым мне образом растрепалась, а шерстка была насквозь мокрая. Зрелище вызывало столько сочувствия, что я одно время шел, стараясь не смотреть на нее. Но вечно такое происходить не могло.

— Твай, остановись.

Меня все время поражало ее упорство; вот и сейчас — кобылка замерла и переместила на меня взгляд, в котором можно было прочитать готовность, желание, интерес, но только не усталость, которая, видимо, была спрятана в глубине души, под семью замками.

— Не делай вид, что ты в порядке, ибо это не так, — я покачал головой, плюхнувшись животом прямо на песок, — останавливаемся и отдыхаем.

Наверное, она хотела что-то возразить, но увидев мое выражение лица (очень постарался), молча кивнула и улеглась рядом, уронив голову на вытянутые передние ноги.

Жаль, она не умеет летать, ведь в таком случае мы могли бы двигаться в разы быстрее. И жаль то, что в облике тенекрыла, который как нельзя кстати подходил для данной ситуации, я не мог очень сильно раскидывать обнаружение, потому что магия дракона на порядок слабее; как итог: перемещаемся быстро и с ветерком, но, зато, неизвестно куда.

Если не считать тихий шелест песка и едва заметный гул, исходящий от моей тучки, вокруг была тишина и спокойствие. Закрыв глаза, можно представить, что песок под нами — лишь частичка пляжа, а чуть в стороне располагается ровная гладь моря, и в таком случае становится так хорошо... У меня даже улыбка на морде появилась, что, похоже, и вызвало удивление со стороны Твай.

— О чем мечтаешь?

Со вздохом разогнав свои иллюзии в голове, я приоткрыл один глаз, направив на единорожку немного укоризненный взгляд.

— О великом.

Прозвучало как "отстань", но для кобылки, видимо, это имело обратный смысл. Она, не меняя позы, подползла ближе ко мне (выглядело забавно) и толкнула меня своей магией в бок, заставив издать обреченный стон.

— Расскажи поподробнее.

Усмехнувшись, я перекатился на спину, подставив морду свету, и закрыл глаза.

— Я хочу большой-большой дворец, украшенный черным золотом и тысячами зеркал, которые будут отражать прекрасный свет Селены, — произнес, вернув себе ту самую глупую улыбку, что потерял недавно, — а во дворце будут ходить наложницы, с синими бантами на спине...

— Но в Эквестрии ведь нет наложниц, — искренне возмутилась Твайли, — где ты их возьмешь?

"Добуду в бою".

— Да какая разница? — отмахнулся от нее. — Это ж всего лишь мечты.

— Ничего себе, я думала ты хочешь чего-нибудь иного.

"И откуда ты знаешь это, позволь спросить?"

Я перевернулся на бок, чтобы была возможность лицезреть кобылку.

— У всех есть сокровенное, что не предназначено ни для каких ушей. Позволь мне утаить это, хорошо?

Было видно, что Твай сейчас борется со своим любопытством, похоже, поставив перед собой выбор: знание или дружба; возможно, это продлилось бы еще Хаос знает сколько, но на помощь мне пришла сама судьба: "обнаружение" коротко тренькнуло, предоставив вниманию мерцающую бледно-желтую точку вдалеке.

"Есть".

Я уцепился за эту возможность, словно утопающий за ветви дерева, нависшего над рекой. Судорожно сфокусировав свою магию в роге, я направил ее потоки вдоль своего тела, взывая к жизни уже порядком забытое, но требуемое ситуацией мощное боевое заклинание. Едва заметное темное свечение, исходящее от моей шкурки, оповестило меня о правильности использования, и я спокойно вздохнул, расправив сильно изменившиеся, ставшие теперь похожими на драконьи крылья.

Когда ты понимаешь, что Тьма — не просто инструмент, приходит желание узнать ее поближе, а когда это происходит — хочется иметь такие же способности, какими знамениты ее чары. Соединяя себя с Тьмой на время, я становлюсь сильнее физически, магически, а мои атаки почти невозможно избежать, хотя здесь проявляется и обратная сторона медали.

Яростно зашипев от боли, возникающей теперь при свете солнца, я резко встал и сходу перешел в галоп, стремясь как можно быстрее добраться до найденного живого существа.

— Что с тобой? — послышался звонкий взволнованный голос моей спутницы, которая, несмотря на все, последовала за мной.

Она бежала рядом, легко и непринужденно, словно и не было на ее спине двух тяжелых сумок, а солнце лишь светило, но не жарило так, что даже песок казался обжигающе горячим.

— Я ощутил неподалеку живое существо, это может быть подсказкой в нашем поиске.

— Я не об этом, Найт, — она на бегу повернула ко мне свою голову, буквально заглянув мне в душу своими выразительными фиолетовыми глазами, — почему за тобой остается след, словно ты стал призраком?

"О Тьма, ее жажда познания верховодит разумом, а это сейчас не очень хорошо".

— Я стал призраком.

Крошечная точечка все разрасталась и разрасталась, сильно будоража мои чары, притягивая к себе словно магнит. "Интересно, это говорит желание поскорее завершить путешествие, либо же так на меня влияет единорожка?" Позволив энергии Тьмы свободно течь по моему телу, я собрался с силами и, помогая крыльями, выстрелил себя вперед, словно темный ангел воспарив над песками. Ощущение, словно я один в безбрежном океане усилилось, принеся новые волны неотвратимой боли из-за солнечного света, но что ж тут поделать, ведь тело пони очень слабо и без поддержки извне не выдержит и пары неожиданных атак.

Окинув взглядом округу, я не заметил на нашем пути ничего, хотя "обнаружение" совершенно точно показывало местоположение странного существа и ошибаться не могло. Столь же резко спланировав обратно, перегородил своим телом путь кобылке, и она, уперев передние копыта в песок, успела остановиться в последний момент.

— Найт!

Подошел к ней вплотную и положил переднюю левую ногу на плечо, столь неявным для нее действием вынудив замолкнуть.

— Тихо, Твай, пожалуйста, сейчас это очень важно.

Для уверенности подарил ей свой самый серьезный взгляд, а затем обернулся и вгляделся в пески на нашем пути.

Чувства, развитые и обостренные "единением", соединили свои усилия, чтобы обнаружить любое чужое присутствие, но неведомое существо, словно бы насмехаясь надо мной, никак не желало открывать себя.

"Попробовать рассеять чары? Исключено, задену себя ненароком, а тратить еще больше сил не хочется вовсе. Может, поиграться с тенями? Или же пройти аккуратно вперед? И, Хаос, как же жжет дневной свет".

— Эй, — тихо произнесла Твай, медленно протянув свою изящную ножку вниз, — смотри.

— Я и так смотрю, слушаю, ощущаю, — несколько раздраженно ответил ей, — но не вижу.

— Потому что не на то обратил внимание, — она нахмурилась, — в нашей пустыне, что к западу от Эквестрии, водятся большие скорпионы, которые закапываются в землю, чтобы избежать жары.

— И? Думаешь, оно закопалось, а не невидимо?

— Первое, видишь, песок немного шевелится?

Всмотревшись в то место я увидел, что и вправду имело место быть подобное явление. Раздался глухой вибрирующий звук: мое копыто, зачарованное Тьмой, приложилось о лоб, также защищенный этой стихией.

— Я дурак, забывающий думать головой.

— Эй, — она, видимо, восприняла это близко к сердцу, и теперь уже положила свою ножку мне на плечо в успокаивающем жесте, — не надо так, все ошибаются.

— Так легендарно — лишь единицы, — но не в пример своему настроению, взглянул на кобылку с благодарностью и даже нежностью, на что получил мгновенное смущение с ее стороны и пунцовые щечки, — спасибо, что подсказала, теперь осталось лишь как-то вызвать его на разговор.

— Позволь мне?

"Нет", — уже было вырвалось у меня, но мне удалось вовремя попридержать язык. Ведь, если подумать, среди нас двоих именно единорожка обладала теми навыками общения, которые намного более превосходили мои; к тому же, если я все буду делать вместо нее, то какой опыт она вынесет из нашего путешествия?

— Хорошо, только аккуратнее, пожалуйста.

"Я за тебя волнуюсь".

Она кивнула, улыбнувшись своей таинственной улыбкой, затем призвала на себя магический доспех и смело двинулась вперед. Глядя ей вслед, мне почему-то казалось, что над ней парит ярко-белый ореол, словно бы шепча мне: "Я не брошу ее в беде, вместе мы непобедимы". Устало вздохнув (по-прежнему солнце жгло меня фантомным огнем), я уселся на песок и прикрыл себя тучкой, немного облегчая свою ночную участь.

Целых тридцать секунд мне удалось просидеть в безмятежности, смотря на все удаляющийся фиолетовый круп, но затем, словно по команде судьбы, раздался громкий вскрик, и кобылка будто бы растворилась в воздухе, оставив после себя лишь небольшие бледные частицы, некогда опавшие с ее брони.

Я даже не очень понял, как оказался на ногах. Весь мир на мгновение погас, возвращаясь в новом, ярком свете. Все чувства обострились до предела, тело налилось невероятной силой, а рог засверкал так, что начал соперничать по свету с самим солнцем. Окрик застрял в горле, остановленный могучим инстинктом делать все быстро, тихо и точно. С едва заметным шуршанием глефа раскрылась, хищно блеснув синим, а в следующую секунду, ведомая коротким движением передней ноги, унеслась вперед, очень быстро вращаясь. Сам я вытянулся в гигантском, усиленном магией прыжке, по скорости соперничая с летящим "крылом". Еще не до конца осознавая, что же произошло, я направил вперед копыта, горящие глубоким синим цветом; не повезет тому, кого они коснутся!

Безрассудная атака, нет, даже две атаки, направленные почти в никуда, вопреки логике, принесли свои плоды: благодаря тому, что я преодолел большое расстояние в один миг, мне удалось вовремя заметить довольно эффектное появление единорожки и отозвать ведомую магией глефу обратно.

Из-под земли, вызывая целые потоки песка, скользящего по полупрозрачной бледно-белой поверхности, появился сначала купол защитного заклинания, а затем и сама кобылка... восседающая на спине оч-чень знакомого зеленоватого паукообразного существа.

Довелось мне однажды повидаться с ткачами, но я никак не ожидал увидеть такого теперь, тем более, в закутке миров. Шестилапые жуки, используют для передвижения лишь две пары, а оставшиеся служат им своеобразными "руками" и личным оружием. Множество острых шипов, выращенных внутри их тел и способных пробивать легкую броню, нашли свой приют в их передних лапках, готовые по велению разума своего хозяина очень быстро отправиться вперед, прошивая насквозь противников. Пришлось тогда призвать на помощь все свои навыки, лишь бы только выжить под смертоносным дождем.

Тени вокруг меня взметнулись вверх, приняв форму огромного длинного клинка, острие которого было нацелено точно в вытянутую шею, блистающую темно-зеленым хитиновым покровом. Повинуясь моей воле, чудовищное оружие замерло, готовое в любой момент метнуться вперед с огромной скоростью, чтобы нанизать на себя паукообразное тело.

— Простите, что вы провалились, о странное фиолетовое существо, — прозвучал голос в моей голове, точно в такт шевелению челюстей ткача, после чего тот аккуратно наклонился, ссадив пони на землю, — я не хотел причинять вам зла...

Он замер, заметив черное лезвие, а все его глаза расширились в безмерном удивлении. Впрочем, как и мои: чтобы ткач так осторожничал с чуждыми ему созданиями, да еще и извинялся? Вопреки всем своим правилам, я просто стоял и пялился на ткача, даже не замечая того, как теневое лезвие мелко-мелко дрожит в нетерпении. К слову сказать, Твай была удивлена не меньше нашего.

— Найт? — как-то тихо и жалобно спросила она, мелкими шажками отодвигаясь от неожиданного гостя.

"Что я? Я тут в замешательстве вообще-то".

Повинуясь моей команде, лезвие, с характерным мелодичным звуком, развалилось на тысячи осколков, которые, затем, превратились в черную пыль и развеялись по ветру. Пришлось пойти на это, потому что есть хоть и маленький, но шанс разобраться в ситуации мирным путем, ведь кровавая расправа на глазах у Твайли... кхм, не самая лучшая затея.

Ощутив, что его жизни больше ничего не угрожает, ткач заметно расслабился и уже с интересом уставился на меня, изучая взглядом; хмыкнув, я ответил тем же, фиксируя каждое его резкое движение, особенно направленное в сторону единорожки, которая медленно двигалась ко мне поближе.

— Кто вы? — вновь раздался этот странный голос, заставив меня вздрогнуть, а кобылку аж подпрыгнуть и, забыв обо всем, галопом умчаться мне за спину.

Ощутив, что она спряталась за меня, словно за стену, почувствовал прилив смелости, что очищающим потоком промыл мне голову, освободив ото всяких ненужных сейчас эмоций.

— Мы простые путешественники, ткач, и не желаем зла твоему улью.

— Не желаете зла? М-м-м, — он, похоже, задумался, с большой вероятностью перебирая в уме всех существ, которые вообще могли знать об улье хоть что-то, — в таком случае, откуда ты, четвероногий монстр, излучающий черную ауру, знаешь о ткачах?

"Ну да, подавай ему всю правду на блюдечке".

— Однажды твои братья попытались лишить меня жизни. Несколько раз. Научен горьким опытом, так сказать.

— Братья? — его мысленный голос был окрашен удивлением. — Наш улей мирный, мы никогда не воевали с такими как ты.

Почувствовав робкие прикосновения к крупу, я обернулся на мгновение. Кобылка, на мордочке которой отражалась решительность вперемешку со страхом перед неизведанным, изо всех сил стараясь не делать резких движений, показала своей ножкой сначала на рог, а затем на ткача, мол, "нападаем?". Я отрицательно покачал головой и постарался безмятежно улыбнуться. Вроде сработало, судя по тому, что она облегченно выдохнула.

— Твоя подруга меня боится? — произнес ткач, возвращая мое внимание обратно на свою персону.

— Она не хочет сражаться, но и только.

— Это хорошо, — он забавно щелкнул передними лапками, — но тогда позвольте узнать, что вы делаете тут, в этой мертвой пустыне, причем, совершенно одни?

"Он действительно настолько непосредственный, либо же просто прикидывается простаком?"

— Рассказать наш главный секрет? Прости, но нет. Мы ведь даже не знаем твоего имени.

— Как и я — вашего, — парировал тот, — меня зовут Скитск.

Он уставился на меня взглядом, словно бы говорящим "а теперь вы". Ну что ж...

— Очень приятно, Скитск, я — Найт, а эта воительница у меня за спиной — Твайлайт, — "готов поспорить, ей импонирует такое звание", — мы странствуем в поисках сокровищ.

— Сокровищ? — ткач словно бы оживился, принявшись смешно покачиваться на четырех своих лапках. — Какого рода сокровищ?

Я удивленно выгнул бровь, чуть наклонив голову. "Он ведет себя так, словно что-то знает".

— Любых. Пусть то будет золото, иль серебро — все это одинаково хорошо для нас.

Твайлайт, умница, подыграла мне, не подав виду, что удивлена, ведь в Эквестрии драгоценные камни и металлы не имели столь большой цены, как я тут косвенно описал. Более того, она вышла из-за меня и встала рядом, вытащив из своей сумки прекрасный ограненный сапфир и подвесив его между нами.

— Особенно, дороги вот такие вещи, — произнесла она голосом заправского торговца, расхваливающего свой товар, покачав "вещью" в воздухе.

— Да, девушки охочи до самоцветов, — я обезоруживающе улыбнулся, а затем резко стиснул зубы и глухо зашипел от внезапно накатившей волны боли. Она накапливалась во мне, словно в аккумуляторе, и теперь нашла свой выход, разливаясь по всему телу. Одинокий луч ночи посреди океана света... С усилием вернув себе контроль над магией, разорвал ту тесную связь со своей стихией, что была между нами до этого, ощутив сильную усталость, но вместе с тем расслабленность.

— Найт? — взволнованно окликнула меня Твай, подарив взгляд, полный волнения и заботы.

— Все в порядке, просто побочные эффекты от заклинаний, — постарался произнести как можно более уверенным голосом, — право, не стоит так переживать.

"Как же не вовремя, Хаос!"

— Тебе нужна помощь? Я умею исцелять, — подал свой мыслеголос ткач, подойдя чуть ближе.

— Нет, благодарю, я сам.

Черное облачко окутало тело, немного охлаждая и очищая. Все как обычно.

— Давай не будем тянуть резину, мне с моей подругой несколько тяжеловато вот так стоять под солнечными лучами, — решился насильно повернуть разговор в другое русло. Уже скоро (я чувствовал) наступит ночь, а значит, температура упадет непозволительно низко и надо сейчас задумываться об убежище, желательно, небольшом, чтобы я мог прогреть его, будучи тенекрылом.

— Что ты хочешь узнать?

"Мне показалось, или Скитск произнес это с какой-то скрытой надеждой? По мысленному голосу сложно определить".

— То, что ты хочешь предложить, но не решаешься.

"Укусите меня, я, верно, сплю".

Неспешно взмахивая кожаными крыльями, пребывая в теле дракона, я прокладывал себе воздушный путь к месту, которое ткач называл своим домом. Возможно, это должно было быть самое удивительное, но это не так: Твайли буквально за пару минут умудрилась разговорить Скитска и теперь они вместе что-то там обсуждали, причем, пони делала это с помощью голоса, а паук — мысленно.

Я же не слушал их, про себя проворачивая события ближайшего прошлого, а именно — рассказ ткача.

Наверное, стоит упомянуть, что артефакт буквально сам о себе заявил, пропитав собой всю эту печальную историю.

Неведомо как, рой ткачей, во главе с их королевой, попали в этот кусочек мира и, не имея обратных путей, поселились тут. В принципе, жили они себе хорошо, не особо горюя о прошлом, добросовестно трудясь и отстраивая новый дом, пока группа рабочих не наткнулась на странные пещеры. Тут же, по мановению волшебной палочки, нашлись энтузиасты, которые полезли в эти неизведанные места, причем, без должного вооружения и обмундирования, полагаясь только лишь на шипы в своих передних лапках. Авантюристы, поглоти их Хаос... Жажда легкой наживы, присущая, наверное, всем разумным расам (кроме Эквестрийских пони, разумеется) спела свою песнь. И эти ткачи даже вернулись обратно!

Мертвыми.

Неизвестно как, но этот артефакт собрал себе неплохую защиту из нежити и теперь нам с Твай предстоит совсем не скучная прогулка по самому настоящему ожившему кладбищу.

— Ker'ter vohes ti zes'q, — прошипел на драконьем, прекрасно осознавая, что на самом деле просто храбрюсь. Драться с противником, состоящим из плоти и крови, таким же, как ты — это одно, но вот противостоять мертвому разуму в мертвом же теле, которым управляют лишь самые примитивные инстинкты — совсем другое; событие, что вызывает ужас из самых глубин сознания.

С другой же стороны, почти всегда ожившие мертвецы ходят во тьме, а значит, преимущество будет за нами. За нами с Твай...

Повернув голову, покосился на фиолетовую единорожку, которая совершенно безмятежно общалась с довольно необычным, с точки зрения, существом. Она ведь слишком нежна и неподготовленна для подобного испытания, но, с другой стороны, эта кобылка со своими подругами совершила такие подвиги, до которых мне, с моими скромными магическими способностями, не дотянуться вовсе...

"Ситуация такая, словно она изнеженное дитя богатых пони — большие, но не раскрытые возможности, а я же — сорванец с улицы, которого жизнь уже научила очень многому". Усмехнувшись про себя такому, в общем то странному сравнению, я решил, что пусть все течет своим чередом, и мое вмешательство наступит лишь тогда, когда это будет действительно необходимо.

Ну а пока... окинув взглядом безбрежный песчаный океан, постарался выцепить любые, пусть даже самые невероятные признаки входа в улей ткачей. Кто бы мог подумать, что после той самой памятной битвы с этими паукообразными, когда я впервые узнал, что такое по-настоящему порванные крылья, я загляну прямо в сердце этим существам, буду в самом драгоценном для них месте? Жажда знаний, та, которая ведет Твай, перекинулась и на меня, заставляя быстрее и тверже взмахивать крыльями, чтобы скорее донести меня и двух наездников до цели.

— Найт, — раздался в голове требовательный голос, оторвав меня от размышлений.

Пару раз быстро моргнув, чтобы разогнать всякие мысли, показательно навострил уши, прекрасно понимая, что они мне не нужны,чтобы разговаривать с ткачом. Скитск этот жест не оценил, но зато это сделала Твай, мило засмеявшись. "Когда ты так делаешь — выглядит забавно", — как-то раз сказала она, когда мы были в библиотеке, причем я — в качестве подопытного дракона.

— Слушаю, Скитск.

— Та гора, справа от нас, направляйся к ней.

Сощурив глаза, взглянул в указанном направлении, где действительно вырисовывался массивный треугольный силуэт.

— Понял, держитесь.

Немного погасив набранную скорость, лег на крыло и описал широкую дугу, на всех парах затем устремившись к заветной цели. Как и предсказано было ранее, солнце совершенно внезапно решило покинуть небосвод, очень быстро, буквально на глазах, опускаясь к горизонту; в результате, температура резко начала падать.

— Слушай, Скитск, нам точно позволят провести ночь в улье?

— Разумеется, — сразу же ответил он, мысленно хмыкнув, — почему нет?

— Ну... — я запнулся, раздумывая, стоит ли рассказывать о принципах, к примеру, Веродарцев, которым пришлось следовать одно время, — я не могу наверняка это знать, поэтому и уточняю.

— Элементарные правила гостеприимства, не понимаю, что тут уточнять.

— Учитывай, что мы разные, — вытянув "приклееные" воздушным потоком к брюху передние лапы перед собой взглянул на них, словно они были не мои, — очень разные.

— Возможно для тебя это и так, пони-дракон, — теперь его голос звучал назидательно, — но если судить по рассказам Твайлайт Спаркл, между нами нет такой уж большой разницы, помимо строения тел.

"Ничего себе аргументы".

Я даже не знал, что можно ответить на это, поэтому продолжил двигаться молча, рассекая небеса быстрой черной тенью. Отринув все разговоры в сторону, сосредоточился на одиноко торчащей среди барханов горе. Уже подлетая к ней, я так и не смог разглядеть ни темный зев тоннеля, ни какие-либо ворота, либо еще чего, хоть как-нибудь напоминающее вход. Ровная, грязно-желтая пыльная поверхность, ничего особенного. Немного трещин, выцветшие зеленые наросты, кое-где даже виднелись серебристые проблески какого-то странного металла...

— Куда теперь?

— К подножию, с другой стороны.

"Ну да, это, как минимум, очевидно".

Искомое место оказалось всего-навсего широкой пещерой, внутри которой виднелось нечто большое и, неожиданно, зеленое. Шумно приземлившись, я отпустил магические путы и подождал немного, пока единорожка и ткач спрыгнут с моей спины, после чего вернул себе нормальный облик и неспешно двинулся за Скитском. Взглянув мимоходом на Твай, увидел на ней прекрасную мерцающую белую броню, инкрустированную многочисленными аметистами, хмыкнул и призвал на себя такую же, только темно-фиолетовую с сапфирами. Осторожность излишней не бывает.

Нечто зеленое оказалось очень большим и широким растением, плотно закрывающим проход дальше. Ни я, ни Твай не видели такого раньше и совершенно одинаково уставились на это великолепие природы, а когда растение дрогнуло, почти сразу затем свернувшись в столбик, кобылка даже ахнула, а я про себя с ней полностью согласился.

За скрывшейся зеленой завесой обнаружился широкий подземный ход, довольно чистый и украшенный источающими мягкий бирюзовый свет кристаллами. Ткач призывно махнул передними лапками и быстро засеменил внутрь, из-за чего долго стоять с открытыми ртами у нас с кобылкой не получилось. Удивленно покачав головой в ответ на вопросительный взгляд единорожки, я двинулся следом, не забывая расставлять маленькие магические метки, благо довольно слабое освещение этому способствовало.

Чем ниже мы спускались, тем интереснее и красивее становилось вокруг. Уже через пару минут туннель значительно расширился; пропало ощущение, что стены давят на меня. Нам стали попадаться многочисленные ответвления, причем, в некоторых из них можно было увидеть небольшие залы, наполненные самыми разными предметами: корзины, свитые из какого-то бежевого материала, наполненные большими зелеными листьями (похоже, именно того растения, которое встретило нас у входа), многочисленные стойки с серебристыми одеяниями, забавные низенькие столы, просто тупики, затянутые блестящей паутиной, один раз даже услышал тихое журчание, что раздавалось из какого-то ярко освещенного закутка. "Подземная речка, не иначе". В общем, на первый взгляд улей оказался совсем не таким местом, которое вырисовывало мое воображение ранее. Да и ткачи были весьма доброжелательны, не в пример доброжелательней тех, которые когда-то пытались отправить меня на тот свет. На протяжении всего нашего пути нам встретилось, наверное, с десяток других паукообразных, каждый из которых приветливо взмахивал передними лапками, при этом сохраняя крайне удивленное выражение морды. Выглядело забавно, хотя мы тоже не особо от них отставали: каждый раз поднимая ногу в ответном жесте, я глупо улыбался, а Твай так вообще, светилась счастьем.

Кстати, насчет пути: я до самого конца не представлял, куда мы двигаемся, пока после очередного поворота мы не оказались на краю огромного зала, не столь хорошо освещенного, по краям которого виднелось множество грязно-белых огромных яиц.

Раздался звонкий металлический звук: Твайли буквально вжалась в меня, отчего наши доспехи соприкоснулись, пропев свою особенную песню. И я очень хорошо понимал единорожку: меня самого прошиб холодный пот, но сейчас мне непозволительно было показывать свой страх, поэтому пришлось гордо вскинуть голову и встать ровно, как делали это гвардейцы принцессы. Хотя, все же меня выдала глефа, ощутив мое настроение и с шуршанием распахнув лезвия.

— С вами хочет говорить королева, — произнес очевидное Скитск, а затем быстро исчез в тенях, отступив обратно в туннель.

— Zers so fenu...

Королева ткачей, она должна быть очень большой, чтобы нести яйца подобного размера. Не удивлюсь, если из них вылупляются уже взрослые особи. Окинув взглядом помещение, заметил шевеление в дальнем конце зала и тут же навел туда вымышленный прицел — точку, куда отправится следующее боевое заклятие; конечно, в открытую это несколько невежливо делать, поэтому ни одна капля магии не скатилась с моего рога, но зато тени весьма угрожающе вытянулись в ту сторону, приняв вид гротескной зубастой пасти.

— Приветствую вас, о воины-путешественники, — раздался в моей голове низкий звучный глас, совсем не похожий на таковой у Скитска. В нем чувствовалась сила, мудрость и опыт, подаренный долгой жизнью. Я невольно наклонил голову в знак уважения, после чего, сообразив, что при таком приветствии нам вряд ли угрожает опасность, расслабился, закрыв глефу и вернув тени в их изначальное положение.

— Мое почтение, королева, — громко произнес в пустоту, замолкнув затем и ободряюще прикоснулся своей ногой к ножке Твай.

О Тьма, поняше ведь сейчас совсем несладко от всего этого: я отчетливо ощутил, как она мелко-мелко дрожит, но при этом, молодчина, никуда не пытается убежать и держится более-менее ровно. "Как и подобает ученице принцессы Эквестрийской".

— Зачем вы пожаловали в мой улей? — вновь подала "голос" повелительница ткачей, по-прежнему не показываясь нам на глаза.

— В ответ на просьбу вашего подданного. Мы знаем вашу историю и хотим предложить свою помощь.

Она замолчала, видимо, раздумывая. Пользуясь моментом, наклонился к Твайли тихо шепнул:

— Как ты?

— Немного страшно, спасибо, что спросил, — ответила, неуверенно улыбнувшись.

— Выдержишь еще чуть-чуть?

— Да, конечно.

Это, несомненно, хорошая новость, потому что в следующую секунду огромная арахнида почтила нас личным присутствием, появившись перед нами во всем своем величии словно бы из ниоткуда. "Невидимость, мог бы и раньше догадаться".

В принципе, она почти ничем не отличалась от рядового ткача, разве что лапок было восемь, а не шесть, ну и размером она была побольше... Намного побольше. Пришлось поднять голову, чтобы можно было нормально взглянуть в, с ее позволения сказать, морду, а на самом деле что-то тайное, скрытое от моего взгляда парой больших отточенных жвал.

— Каждое существо ищет выгоду в своих поступках, что же хотите вы в обмен на вашу "помощь"?

Я ожидал подобного, самого обычного и ничем не примечательного вопроса, а потому ответ был частично готов.

— Глубоко в тех пещерах, которые вы случайно нашли, спрятан корень всех бед — неизвестный артефакт, излучающий мертвую ауру, которая и поднимает нежить. Главной наградой для нас станет именно он.

Вновь королева молчала вместо ответа. Смотрелось, в целом, очень грозно: она размеренно покачивалась вправо-влево, абсолютно бесшумно, словно бы готовая в любой момент нападать.

— Это приемлемо, нам никакие магические игрушки не нужны. Что еще?

"Отлично, дальше-проще, а то ведь могла бы и наложить свои лапки на столь соблазнительное сокровище".

— Еще нам надо место, где можно отдохнуть и проводника.

"И армию в придачу, которая нас вытащит в случае чего, хотя тут я размечтался".

— Любой свободный кластер на ваш выбор, в проводники можете взять Скитска, а теперь расскажите, как вы собираетесь избавить нас от проклятия?

А вот этот вопрос застал меня врасплох. Масло в огонь подлила еще и Твай, вопросительно на меня взглянувшая. Проблема была в том, что я и сам толком не знал, чего нас ждет и, соответственно, какими методами действовать. "Но ведь она хочет не подробностей, а всего лишь надежду?"

— Ну, — "ладно, расскажу, лишь в общих чертах", — у каждого артефакта есть свой хранитель, воля которого поднимает и управляет нежитью. Если его победить, защита полностью угаснет, после чего вы будете свободны.

— Ты говоришь уверенно, но откуда ты это знаешь?

— Я уже проходил это, и не один раз, — произнеся эту фразу, будто наяву увидел четыре довольных морды своих напарников: трех драконов и Рейна в облике волка. Они счастливо оскалились, что придало мне уверенности в успехе будущей вылазки, — все будет именно так, и никак иначе.

Вновь молчание, сопровождаемое тихим шуршанием покачивающегося тела. Правда, вскоре послышались знакомые щелчки лапок по каменной поверхности и сзади нас объявился Скитск, тихой тенью остановившись совсем рядом.

— Королева попросила меня сопроводить вас в жилые кластеры, — прозвучал в моей голове совсем другой голос обычного ткача, — следуйте за мной.

Я обернулся и кивнул, легко толкнув Твай, которая почти все это время рассматривала гигантскую арахниду. Единорожка слабо вздрогнула, а затем, словно бы по команде отстранилась от меня, и обратила, наконец, внимание на нашего общего знакомого. Скитск приглашающе щелкнул передними лапками и устремился вон из зала.

— Пойдем, — тихо сказал кобылке, первым последовав за отдалившимся паукообразным, — аудиенция окончена.

~

Жилые кластеры оказались ничем иным, как ветвистыми тоннелями, по бокам которых были вырыты небольшие помещения. Когда мы спустились на этот уровень, Скитск молча повел нас по одному из каменных коридоров. Пока мы неспешно шли, я старался замечать все, но некоторые вещи особенно бросались в глаза: к примеру, многие проходы были перекрыты этим странным растением, но некоторые "двери" были сложены, обнажая множество полупрозрачных синих кристаллов, большими кучками наваленных прямо на полу. На вид они состояли словно бы из замершей воды, красиво переливаясь, когда мягкий бирюзовый свет, отражаясь от наших с единорожкой доспехов, попадал на них.

— Из этих минералов мы делаем броню, — пояснил наш проводник, словно почувствовав, куда я постоянно бросаю взгляд.

Поставив в уме галочку, благодарно кивнул, подумывая о том, чтобы попросить парочку этих кристалликов в качестве сувениров.

Путь наш окончился в небольшом ответвлении, в стенах которого было всего три прохода. Скитск отвел нас к самому дальнему, показал как пользоваться "шелковой лозой" — тем самым растением, а затем, пожелав тихих снов, удалился в неизвестном направлении, оставив нас наедине.

Нажав на основание лозы, вынудил ее быстро свернуться и с любопытством заглянул внутрь.

Самая обычная круглая пещера предстала моему взору. По бокам, с разных сторон, торчали три местных кристалла-светильника, погружая выделенную нам комнату в таинственную бирюзовую полутьму; но в принципе, мне этого света вполне хватало. Никакой паутины, которая, по идее, должна тут быть, но при этом и никакой мебели. Чистая, в каком-то смысле уютная комнатка.

Впустив первой единорожку, зашел следом и мягко тронул стебель, закрыв тем самым "дверь". Сразу же, опасаясь банально забыть, начертил на каменной поверхности охранную руну, чтобы предотвратить неожиданные визиты, и, с чувством выполненного долга, прошел в центр пещеры, где находилась кобылка, а затем уселся подле нее.

— Ты молодчина, Твай, — постарался сделать свой голос как можно более мягким.

— Спасибо, — тихо произнесла она, уставившись в пол.

"Хоть бы доспех рассеяла, тяжеловато же".

Сочувствующе вздохнув, сконцентрировал немного энергии в рог и пустил вокруг развеивающую волну. С тихим звоном наши сияющие одежды растворились в воздухе. Следующим шагом расцепил все застежки седельных сумок и аккуратно снял их и с себя, и с кобылки, сложив в кучку неподалеку.

— Выше нос, ты же ученица Селестии, — попытался подбодрить ее, сняв с себя глефу и приобняв кобылку освободившейся ногой. Она в ответ прильнула ко мне, слабо улыбнувшись.

— Это не мешает мне быть простой испуганной пони.

— "Простая пони"... хорошо звучит, — я тоже улыбнулся, успокаивающе погладив ее по плечу, — только вот простая пони не в состоянии открыть портал в это место, а затем пережить все потрясения, что пережила ты.

Не меняя позы вызвал несколько облачков, принявших форму маленького столика и двух дисков, неподвижно висящих в воздухе. Затем мое внимание переместилось на наши сумки. Одна из них раскрылась, выпустив на волю блестящий сапфир, который, в свою очередь, наполнился внутренним светом и распустил вокруг себя сферу, в которой болтались связанные пучки травы и пара бутылочек. "Рацион так себе, но много лучше, чем ничего".

Два пучка окутались бледно фиолетовой аурой единорожки и медленно выплыли из сферы. Взглянув на нее, увидел, как она счастливо улыбается, довольно легко манипулируя сразу несколькими предметами, и это все с оглядкой на недавно пережитое потрясение!

Немного поразмыслив, вытащил еще один пучок и бутыль, после чего развеял магию камня и убрал его на месте.

— Ты сейчас съешь больше, чем обычно, и это вообще не обсуждается, — произнес в ответ на удивленный взгляд фиолетовых глаз, на что единорожка насмешливо фыркнула, но спорить не стала.

Наш небольшой обед (ужин?) был аккуратно разложен на меньшем призванном диске, который, не спеша, подплыл к нам, распространяя аромат душистых трав.

"Как это, Хаос его раздери, приятно, что пони может питаться только травой; очень упрощает выживание".

— Ну что же, приятного аппетита! — сказал, аккуратно подхватив первую порцию телекинезом.

— И тебе.

Следующие десять минут были полностью заполнены лишь сосредоточенным пережевыванием, и изредка глотками довольно вкусной (никогда бы не подумал) воды. Я все это время размышлял, а кобылка просто должна была собраться с мыслями и успокоиться.

Да уж... Наверное, она себя сейчас чувствует точно также, как я, когда впервые вступил на землю родного измерения Защитников. А что чувствовал тогда я? Удивление, интерес, страх... да, пожалуй именно так, хотя мне и не приходилось пробираться сквозь пустыню, спускаться глубоко под землю и лицезреть огромную разумную арахниду.

— Куда отправимся теперь? — первой нарушила молчание единорожка, несколько грустно взглянув на пустующую темную поверхность импровизированного столика.

— Спать, Твайли. И тебе, и мне нужен отдых, причем тебе — особенно, — легонько оттолкнул столик влево, чтобы моя оставшаяся порция оказалась прямо перед фиолетовой мордочкой, — ешь.

Показательно прижав ужи к голове, мол, "ничего не слышу", встал и подошел к более большому диску, принявшись лбом отодвигать свою будущую кровать, спокойно до того парящую над полом, поближе к стене. К счастью, поняша ничего не возразила, поэтому, минуя этот бессмысленный спор, я дотянулся небольшой тенью к охранной руне, проверив ее на всякий случай. Хоть ткачи и оказались гостеприимным народом (по крайней мере, в пределах этого улья), но я не перестал быть от этого более доверчивым. Уверившись в надежности чар, запрыгнул на щит, который тут же прогнулся в центре, повторяя очертания моего тела, подтянул "Крыло Ночи" поближе и расслабился, закрыв глаза.

— Dol so defseh , Твайлайт.

~

Пробуждение настало для меня очень быстро по двум причинам: во-первых, я спал не так уж и давно, а во-вторых, и это самое важное, мне приснился весьма занимательный сон, в котором я, будучи человеком, фехтовал своей глефой со всякими разными существами. Сам по себе я драться особо-то и не умел, боевой маг как-никак, который использует чары для борьбы с противником, а не холодное оружие; правда вот, иногда возникают ситуации, когда ближнего боя совсем не избежать, и именно в такие моменты на помощь приходит "единение".

С неохотой продрав глаза, увидел Твай, мирно сопящую на собственном защитном заклинании.

"Придется действовать тихо".

Мой собственный щит прижался к земле, подарив мне возможность без лишнего шума сойти на землю, что я и сделал, неподвижно затем замерев. Моя глефа, подстроившаяся под единорога, была относительно небольшой и больше пригодной под метание (чем я и воспользовался разок), но резать ею врагов в упор было немного проблематично; во многом еще и потому, что копыта пони не предназначены для того, чтобы удерживать в них древко. Но вот если бы у меня были руки...

Закрыв глаза и сосредоточившись, мысленно дотянулся до частички родной стихии внутри себя, вызвав мощный эффект усиления тела. Потоки Тьмы прохладными ручейками устремились по моим венам и артериям, укрепляя и преображая организм. Темное сияние плотным облачком окутало меня, делая похожим на монстра из многих сказок, которыми пугают жеребят. Но это теперь не все, чего я хочу достигнуть. Человек... Очень ярко представив свой первооблик со стороны, "попросил" стихию изменить свою форму, чтобы подстроится под мысленный рисунок. Сгусток Тьмы в моем сердце радостно кивнул и по всему телу прошелся импульс, принося с собой странное ощущения неудобства, словно бы я теперь стоял на четвереньках.

Открыв глаза, я начал медленно вставать на дыбы, попутно отмечая все ощущения, что теперь вызывает это действо. Раньше это было очень необычно, потому строение пони не рассчитано на такие извращения, но сейчас процесс шел очень легко: магия бережно поддерживала меня, снимая нагрузку с некоторых мышц. Полностью встав на задние ноги, я замер, прислушавшись к себе. "Вроде... ничего страшного, а теперь маленький шажок". Ежесекундно опасаясь грохнуться на спину (хотя, там все еще мой щит, так что ничего страшного), шагнул вперед на манеру человека и, о чудо, мне удалось сделать это очень просто, я бы даже сказал, слишком просто.

Сделав пробный круг и полностью удовлетворившись результатом, вернулся в исходную позицию и протянул обе передние ноги к глефе, "взяв" ее, а точнее, захватив двумя темными сгустками возле самых копыт. Почуяв изменения, оружие неярко засветилось иссиня-черным светом и преобразилось прямо на моих глазах, приняв так полюбившийся мне вид длинной алебарды, только с лезвиями на обоих концах.

— Крылышко мое, — произнес шепотом, не удержав в себе чувства, а затем сделал широкий взмах, ударив воображаемого противника сначала лезвием на одном конце, а затем и на другом. При этом, во время полета, оружие издало уже позабытый мною вибрирующий звук, когда руническая сталь рассекла воздух.

О Тьма, это было приятное, я бы даже сказал, пьянящее чувство превосходства над другими пони, которые не умели применять магию подобным образом. Наслаждаясь песнью "Крыла", я закружил танец смерти по всей комнате, яростно нанося атаки по воздуху и выкручиваясь из-под воображаемых ударов. Правда вот, пространства было очень немного: каждый раз приближаясь к Твайлайт, я опасливо останавливал свою убийственную мельницу и отходил к противоположному концу пещеры.

"Почему я раньше не догадался так сделать, когда освоил "единение" в облике пони?"

Крутанув глефу на месте, выставил ее вперед, зачаровав буквально за полсекунды, и убрал от нее копыто. Злобно сверкая молниями и оставляя за собой светло-синий след, оружие принялось все ускоряться,создав целый диск света, сквозь который, как я знал, невозможно ни нанести удар, ни бросить заклинание. Жаль, что эта магия недолговечна: спустя несколько секунд вращение закончилось и "Крыло" неподвижно замерло, окруженное легким голубоватым сиянием.

— Как ты это делаешь? — послышалось откуда-то сбоку сонное.

Вздрогнув от неожиданности, я улыбнулся и не спеша опустился на все четыре, разъединив близкую связь со своей стихией.

— Наследие прошлого и магия Тьмы. Прости, что разбудил.

— Ничего, — она отмахнулась, — я выспалась.

— Ты это говоришь почти каждый раз, когда я вижу тебя падающей с ног от усталости и недосыпа, — покачал головой, вдевая правую ногу в рога уже изменившегося "Крыла".

— Но это правда, — пони мило улыбнулась, сделав невинную мордочку.

"Вот кто ее этому научил? Весь мой разум разваливается и куда-то улетает, когда Твай делает это, оставляя меня абсолютно беззащитным, словно я ребенок какой-то.

Обиженно отвернувшись, развеял свою "кровать" и проделал несколько операций по извлечению еды из сумки.

— Сейчас перекусим и сразу выдвигаемся, выспавшаяся ты моя.

Оглядев пещеру на предмет чего-нибудь, что мы могли забыть, и ничего такого не обнаружив, удовлетворенно кивнул, развеял охранную руну и нажал копытом на основание "двери". Сразу же за дверью обнаружилось столь странное зрелище, что я даже замер, переполненный удивлением до краев. Сбоку от выхода, подобрав под себя лапки, лежал (лежал!) наш знакомый, одетый в изящную алую броню с золотыми ободками.

Похоже, он спал, но наше появление не осталось без внимания: выдав тихое шипение, ткач встал, отчаянно моргая всеми шестью глазами и отряхивая с нагрудника несуществующую пыль.

Очнувшись от кратковременного транса, я сделал сочувствующий взгляд и приподнял ногу в приветственном жесте.

— Здравствуй, Скитск, ты все время тут лежал?

— Нет, — он отрицательно мотнул головой, сделав странное волнообразное движение, чтобы, видимо, размять задние лапки, — вы готовы?

— Думаю, да, — я вопросительно взглянул на единорожку.

Та утвердительно кивнула:

— Я готова.

Призывно махнув лапками, ткач, молча, как обычно, засеменил вперед, вынуждая нас с Твай перейти на рысь.

## Глава 19 (ч.2). Радуга в пустыне

Тоннели, широкие пути и узкие лазейки, скользкие дорожки, неисчислимые пещеры, забитые всяческими вещами. Жилые кластеры оставались где-то наверху, или сбоку... Я точно не знаю, да и, если честно, мне было все равно. Проблема, что всецело поглотила мой разум, была куда как важнее. Восставшие ткачи... Не особо хотелось проходить сквозь ужас былого вновь, тем более — вместе с Твай, но делать больше нечего. Кичась налево и направо, именно я затащил единорожку в эту авантюру, заодно накидав светлых надежд Селестии. Время отступать прошло, теперь есть лишь один путь.

— Твайлайт, — окликнул задумавшуюся пони, удостоившись чуть заинтересованного взгляда в свою сторону, — ты боишься?

— Боюсь, — прозвучал тихий ответ, заставив мое сердце трепетать от вины. Я понимал ее чувства, знал, что это такое, но, в отличие от пони, уже через это прошел.

Сражения, вылазки, бойни, командный дух и скрытность одиночки, верхушка копья и надежный щит; жизнь многому меня научила, взамен забрав то, что так ценимо обычными людьми, пони, любыми существами. Рожденный неведомо для чего, без судьбоносного призвания, я был выброшен из своего мира, чтобы с головой окунуться в новый, полный магии и маленького, но счастья. Годы, проведенные в храме... колыбель юного мага, а затем еще и тенекрыла, сущности, неразрывно со мной связанной. А затем, обученный искусству сражаться, я отправляюсь в свое первое серьезное путешествие. Раниус, мир рыцарей и ведьм, славы, крови, разрушений. Тяжелые битвы, жизнь в горах, порою, весьма одинокая, лишения, безумства и сладкий вкус победы... Неотвратимо двигаясь вперед, токи времени берут свое: следующий мир, новые свершения и прочий пафос. Впервые тенекрыл использует скрытые силы драконов в битве с порабощенными сородичами (если можно так выразиться, ведь я, по сути, двулик) и впервые сталкивается с ткачами. Безжалостными бойцами, безо всякого вооружения сеющими смерть у себя на пути. Слава Тьме, на большой высоте их иглы не могли пробить мою чешую, оставляя лишь небольшие вмятины, но вот крылья... Даже не знаю, что было больнее: перелом позвоночника или последующее исцеление, которое впору было бы назвать: "воскрешение".

Теперь же призраки прошлого возвращались вновь и вновь, навязчиво напоминая все то, что я силился забыть. Хотя... уроки, данные войной, Защитникам следует помнить всегда.

— Бояться боя — это правильно, это именно то, что отличает тебя от меня, причем, в лучшую сторону.

Отцепив телекинезом "Крыло" от крепления на ноге, я подвесил его перед собой, оставив медленно вращаться. Рунические лезвия тут же принялись сверкать, отражая мягкий, в каком-то смысле даже уютный бирюзовый свет.

Задумывался ли я когда-нибудь, сколько жизней прервала моя глефа? Глефа, которая сама в какой-то мере является живым существом, со своей душой, своей судьбой, своими чувствами... пусть даже они и тесно сплетены с моими. Оружие, закаленное в крови, такое же, как и его хозяин. Нам место на поле брани, но, что странно, сама Тьма привела меня в мир, где привычные жизненные устои рушатся в мгновение ока. Там счастье и радость текут рекой, вечномолодые правительницы (одна из них, правда, слишком "вечномолодая"), сообща, правят своей страной, продвигая ее к процветанию без неисчислимых войн, культов, жестоких законов и прочих жутких, но, к сожалению, обычных для многих цивилизаций вещей. Конечно, изгибы идеала найдутся и там, но нет порядка без хаоса.

И вот, вырвавшись из чарующего плена Эквестрии, пусть и ненадолго, я задумался о своей роли вновь. Совершенно ясно, что страна пацифистов без сколь малой поддержки продержится совсем немного, когда под боком обитают самые разные существа, от минотавров до грифонов; карманная армия Селестии и десяток могущественных боевых магов, конечно, чего-то да стоят, но против действительно огромной толпы, скажем, пять-шесть тысяч бойцов, им не выстоять ни за что. Казалось: вот, изволь, ты послан оберегать чудо-страну, но, если присмотреться, кому там нужен самый обычный маг, пусть и с некоторым опытом, когда на страже стоят два аликорна, о силе которых даже говорить-то сложно, да и незачем: достаточно знать, что именно они обеспечивают жизнь всем существам по всей земле и если кто-то, по великой глупости, попрет на них войной, то Селестии достаточно лишь немного подольше подержать над агрессорами Солнце... ну, или не держать вовсе.

А если приходит великое зло, то затем, иногда сразу, иногда с небольшой задержкой является великое добро и ставит зло на колени, в большинстве случаев обращая его на сторону Порядка. Сила, чье величие затмевает даже сестер Эквестрийских, и один из составляющих ее — элемент Магии, воплощение чародейства пони, идет со мной на встречу приключениям, затаив хитрую ухмылочку.

— Когда ты выдаешь такие непонятные, но вроде бы мудрые вещи, мне хочется их записать, чтобы показать тебе, скажем, через месяц, — произнесла она, заметив мое внимание.

Ой, да пошли все мои сомнения в сердце Хаоса! Пусть судьба что-то там себе алхимичит, я лишь буду просто жить; конечно же отдавая дань приютившему меня миру: помогая совершенствовать его механизмы самозащиты.

— Я тогда сгорю от стыда, Твай. Ты когда-нибудь видела единорога, оборачивающегося в живой факел?

— Называется пирогрив, — пони едва заметно улыбнулась, — редкое явление.

Я хмыкнул, изобразив на морде заинтересованное выражение. Поддерживать разговор было очень выгодно и мне, и кобылке; надеюсь, она это тоже понимает.

— Грива-из-огня, так? И где ж такие обитают?

— Никто не знает толком, Найт, — ее тон начал понемногу обращаться в лекторский, — говорят, пирогрива можно встретить там, где есть взбешенные единороги.

— Дух, призрак?

— Что-то вроде этого, — улыбка стала чуть шире.

— Тогда, когда мы вернемся домой, напомни мне побесить тебя немного, или самому побеситься. Уж очень взглянуть охота.

— Хорошо, — пони тихо рассмеялась и у меня потеплело на душе. Что и говорить, общение с близким другом — неплохой антидепрессант.

Пещера, что стала исходом нашего маршрута, раскинулась вокруг очень внезапно. Большая, на удивление светлая, забитая ткачами сверх того, что нам довелось наблюдать, она была немного похожа на главный зал, где обитала королева улья. Окинув взглядом каменные своды, я попытался представить, как же можно было, имея лишь предоставленные собственным телом инструменты, отрыть, выточить такую громаду. Сколько же это заняло времени?

Повсюду располагались ткачи, слава Тьме, живые, упакованные в точно такую же броню, что и у нашего проводника, только цвет у нее был синий. Большинством они сидели, либо лежали прямо на хладном полу, провожая нас заинтересованными, совсем не враждебными взглядами. Так непривычно...

Я поймал себя на том, что двигаюсь мягкой, почти невесомой походкой, стараясь воспроизводить как можно меньше шума, и напряженно вслушиваюсь: не раздастся ли откуда свист рассекающих воздух шипов? Тихо вздохнув, попытался расслабиться и взглянуть на все с иной стороны: такие сильные союзники будут неплохим подспорьем в нашей маленькой кампании. Довольно шустрые, убийственно меткие, хладнокровные... эх, если бы только не они же сами выступали против, порабощенные стражем артефакта.

Двигаясь по небольшой тропке, свободной от арахнид, кусков их брони и всяческого мусора, мы понемногу приближались к дальнему концу зала, где зиял небольшой разлом. Именно разлом, а не очередной опрятный круглый проход; при взгляде на него появлялось ощущение, что кто-то пробился сквозь каменную толщу, причем, этот "кто-то" размерами явно побольше рядового ткача. Совсем скоро моему взору открылись небольшие кучки праха, прикрытые покореженными кусками синей брони, местами утыканной шипами: остатки мертвяков. Когда нежить погибает, а точнее магия, удерживающая ее в таком состоянии, исчезает, тело сразу же рассыпается в пыль.

Осмотревшись тщательнее, я приметил еще несколько кучек сбоку, а также укутанные блестящей паутиной объемные тельца. Павшие бойцы?

— Найт, Твайлайт Спаркл, мы добрались, — раздался в голове голос нашего провожатого.

От непривычки я вздрогнул, но остановился; что ж поделаешь, всю сознательную жизнь слушая ушами, трудно привыкнуть использовать для этого лишь разум.

— Но пещеры же дальше? — с недоумением в голосе произнесла единорожка, скосив на меня вопросительный взгляд. Я хмыкнул, прицепив парящую глефу на ее законное место на ноге и окинул то самое темное место оценивающим взглядом.

— Скитск выполнил свою задачу, теперь наша очередь, так?

— Не совсем, — откликнулся ткач, принявшись забавно раскачиваться, — здесь мы должны дождаться основного отряда.

Прервав занимательное изучение пути, которым мы вскоре пойдем, я с удивлением воззрел на Скитска. В моих глазах, наверное, можно было прочитать очень и очень многое. Нежданное чувство спокойствия: с другими бойцами мне много легче, чем одному, настороженность, интерес и даже некую радость. С одной стороны вдвоем мы не так заметны, а с другой — толпа всяко сильнее.

Заслышав тихие щелканья, я резво повернулся в сторону источника звука, чтобы увидеть, как группа арахнид во главе с особью в алых доспехах, ловко лавируя между многочисленными препятствиями, весьма шустро продвигается к нам. Их было шестеро, совсем безоружных, но от того не менее опасных. Весьма легкая и быстрая походка, на которую, казалось, броня совсем не влияет, небрежно приподнятые лапки с поблескивающими в ровном свете шипами, холодный острый взгляд шести глаз. Страх исправно ломал барьеры сознания от одного только взгляда.

"Отряд" добрался до нас и остановился, после чего арахнид в алых доспехах вышел вперед, встав точно перед Скитском. Произошел, видимо, безмолвный разговор, во время которого оба ткача вяло жестикулировали лапками, делая себя похожими на кукол. Краем глаза уловив улыбку единорожки, я повернул голову и согласно кивнул: что-что, а манера общаться без слов выглядит забавно.

— Мы готовы идти.

Не сразу сообразив, что это со мной заговорил наш паукообразный друг, я вздрогнул и хотел было переспросить Твай; одумался уже, когда открыл рот.

— У вас есть какие пожелания? — продолжил он совершенно спокойно, изредка покачиваясь на лапках... как и все остальные.

Вопрос. Сейчас, возможно, стоило бы решить, в каком строю двигаться, но из головы никак не лезли всякие посторонние мысли. Взглянув в глаза ткачу, я попытался сосредоточиться и даже собрал в уме небольшое заклинание, чтобы хоть как-то толкнуть разум в нужном направлении.

— Меня... нет, — указал передней ногой на кобылку, — ее надо поместить в хвост, я сам могу встать куда угодно.

"Хотя, признаться честно, мне страшновато идти впереди всех".

— Хорошо, мы учтем.

Он махнул лапкой своим товарищам, и все они одновременно двинулись вперед, к разлому, внутри которого нас ждало мало приятного. Получив легкий тычок в круп от Твай, я тихо вздохнул и пошел следом, на ходу окутывая себя бледным фиолетовым сиянием.

Ну что же, приключения зовут.

~

По ту сторону оказалось все значительно хуже в плане окружения. Тоннели были вырыты кое-как, неясно кем, да и смотрелись ужасно. Картина дополнялась еще абсолютной темнотой, что было для нас реальной проблемой: наши доспехи, наша магия — все так или иначе светилось, превращая своих владельцев в неплохие мишени; но без этого просто не обойтись. Броня, сотканная из чар, не уступала стальной в прочности, однако, была не в пример легче, позволяя находиться в ней долгое время даже таким физически слабым пони, как мы с Твай. Однако, стоило отметить, что "Лунное зрение" прекрасно уравновешивало этот неприятный эффект, даруя нам обзор значительно больший, чем метр-два вокруг себя.

Даже несмотря на то, что воздух был буквально пропитан сладковатым запахом гнили, по пути нам пока-что не встречались признаки "жизни". Создавалось ложное ощущение безопасности, усиленное, к тому же, присутствием ткачей. Вообще, эти ребята вели себя так, словно два единорога в хвосте отряда (нас поставили именно туда) — скорее элементы декорации, нежели бойцы, и действовали без оглядки на нас, поэтому, приходилось иногда догонять их галопом, или, что менее весело, замирать на месте и оставаться в такой позе некоторое время. Сие поведение меня расслабляло, я доверился этим арахнидам и вел себя соответственно: не прислушивался, не ожидал нападения, лишь только запоминал дорогу и периодически проверял свои боевые заклинания.

И, как это обычно происходит в подобных случаях, ситуация захватила меня и понесла вперед в стремительном водовороте.

Все ткачи одновременно словно бы взвентились, что сразу передалось и мне, чувство, похожее на легкий ветерок опасности. Среагиовал я не сразу; лишь только сердце начало биться быстрее, а мысли направились в привычное русло войны, меня, да и Твай тоже, Скитск и его товарищи буквально утащили за собой в какое-то ответвление пещер.

— Их много, следует избежать, — прозвучал его мысленный голос, — не шумите, они слепы, но слышат превосходно.

Твай испуганно кивнула и замерла, остановив на мне взгляд широко открытых глаз. Хоть у меня на душе было примерно то же самое, я нашел в себе силы подмигнуть и указал копытом на место подле себя. Послушавшись, единорожка передвинулась ближе и прижалась боком, прошептав едва слышное "спасибо".

Вместе всяко легче переживать страх... Вскоре послышались знакомые щелчки. Сначала тихие, они становились все громче и громче, пока перед нами не предстала процессия из нескольких десятков мертвяков, вяло бредущих куда-то в сторону. Они шли очень медленно, целенаправленно, не обращая на наше укрытие ровно никакого внимания.

Я затаил дыхание, готовый в любой момент нападать; кобылка тоже решила не дышать, а наши ткачи вообще перестали хоть как-то двигаться, похожие теперь больше на изваяния. Время принялось ползти еле-еле, продлевая "приятные" ощущения. Сердце мое билось так, словно желало пробить себе путь наружу. Собственно, только гулкие эти удары я и слышал, пока напряженно разглядывал наших врагов, стараясь определить любое их движение, направленное против нас.

Однако, вопреки всему, к чему готовился, нежить не обратила на крошечную кучку живых ни капли внимания; поначалу, ужасные, изуродованные тела прошли и пропали из виду, а затем и звуки их ходьбы затихли полностью, осталось лишь зловоние, да несколько шипов, выпавших из разлагающихся передних конечностей.

Подождав еще несколько секунд, я тихо встал, и выбрался наружу, постоянно озираясь по сторонам. Запах здесь был столь ужасным, что пришлось дышать через раз, да и то помогало не очень; риск задохнуться и присоединиться к тому самому отряду существовал, и был очень непривлекателен. Быстро, ориентируясь на щупальца заклинаний, я обследовал путь нежити, а также остатки их ауры. Стоило ли удивляться, что повсюду сквозил Хаос?

Остальные вышли друг за другом, оставив единорожку позади. Однако, она первая оказалась возле меня, принявшись прожигать вопросительным взором.

— Влияние на них не сильно, и это плохо, — произнес скорее для себя, но удостоился вдруг внимания всех ткачей и вопросительно приподнял бровь.

— Ты что-то про это знаешь? — прозвучал в голове голос ткача, но не Скитска. В ответ на мой взгляд всплеснул лапками другой паукообразный, второй, кто был закован в алую броню.

Я хмыкнул.

— Немного, что успел насобирать за прошлые путешествия.

Эгида Хаоса над мертвыми и прочими куклами становится тем слабее, чем больше существ под контролем так называемого "мастера", существа, чья воля и управляет ими. Обычно, это вовсе не показатель, ведь сила мастера может быть просто мала, однако, и "однако" это — суть большое, сейчас нас миновал довольно крупный отряд нежити, что составляет лишь часть от всего, здесь обитающего.

Противник наш довольно сильный.

— Что именно ты можешь поведать?

За небольшим рассказом, которому одинаково внимали все, кроме Скитска (он вел отряд и не мог отвлекаться), время пролетело незаметно и вскоре мы вышли в довольно обширную пещеру, потолок которой терялся где-то в высоте, недосягаемый даже для "Лунного зрения". Конечно, мы остановились, но теперь не как тогда: двое ткачей разошлись в стороны, один пошел чуть вперед и все они начали что-то делать на своих позициях. Скитск и его алый друг встали вместе, принявшись обсуждать какую-то проблему, ну а мы с Твай, пользуясь случаем, незаметно друг для друга оказались совсем рядом.

— Ты как? — поинтересовался у нее, проведя сгибом ноги ей по щеке.

Она прикрыла глаза и прильнула ко мне, словно бы искала защиты.

— Чувствую себя также, когда брат однажды запер меня в комнате и выключил свет.

Твай тихо усмехнулась, усмехнулся и я, чтобы поддержать ее хоть как-то.

— Прекрасно тебя понимаю. — Усевшись на каменный пол, я потянул кобылку за собой и она, пискнув от неожиданности, завалилась на меня. — Я ведь тебе рассказывал, как впервые познакомился со своей стихией?

— Нет, — произнесла единорожка, чуть покраснев. Она поерзала немного и тоже уселась, привалившись ко мне, как к столбу. — Поведай, пожалуйста.

Улыбка окрасила мою морду. Сказочник из меня — так себе, но озвучить события прошлого я вполне в состоянии, а Твайли более и не надо. От природы любознательная, она мгновенно забывала о заботах, лишь только разум становился заинтересованным чем-то. А придумать это "чем-то" вовсе и не сложно: достаточно вспомнить какой-нибудь эпизод из своих похождений.

— Был у меня товарищ в Храме, Фангом его звали. Мы с ним вместе пришли, только вот из разных мест...

Познакомились почти сразу, не знаю что нас роднило и почему, но факт оставался фактом: сквозь учебу и экзамены, сквозь насыщенную жизнь, лишения и радости мы проходили вместе, постоянно оставаясь где-то неподалеку друг от друга даже если приходилось разделяться. Фанг был мне словно брат, и я был брат ему. И вместе мы столкнулись с проблемой поиска стихий.

— ...ты представляешь, насколько это было страшно и обидно: взбираться на высокую гору, лишь чтобы понять бесполезность сего поступка? — я усмехнулся. — А затем я пошел к озеру-святилищу, но Фанг отказался следовать, оставшись. Ну, по крайней мере, мне казалось, что он остался.

Кто же знал, что именно ему первому открылась Ночь, указав путь к часовне Лок'деф? А когда я попал туда, стоял посреди зала, окутанный тенями, и не такими, что наполняют нашу повседневную жизнь, но теми, которые следуют всюду за избранными Тьмой, защищают их, оберегают; когда темные осязаемые сгустки ползали вокруг меня, я тоже чувствовал себя похожим образом.

Мое ухо дернулось, уловив легкий щелчок. Тут же вокруг нас с единорожкой взметнулся темный барьер, остановив прямо в полете несколько острых шипов, нацеленных явно мне в морду.

— Нас заметили, защищаемся! — пришло запоздалое оповещение от Скитска. Отряд ткачей быстро сбился в кучку и каждый из них, приподняв лапки, принялся запускать смертоносные свистящие снаряды вперед, в темноту.

— Найт?

Резким движением я поднялся на все четыре и встряхнул головой, дабы убрать упавшую на глаза гриву назад. Впереди, словно их щедро сыпанула огромная рука, в странном разрозненном построении находились мертвяки, занимая большое плоское пространство. Они не прятались, и даже особо не шевелились, лишь только мерно взмахивали лапками, расстреливая нас своими шипами.

"Интересно, а как получилось так, что мы увидели их только сейчас?"

— Разговоры позже, Твай, вспоминай, чем мы занимались последнее время.

Мой собственный барьер упал, обратившись в темное копье, неподвижно зависшее надо мной. Пробежавшись взглядом по противнику, я прикинул, где ударить сейчас эффективнее всего и послал заклинание туда. Почти одновременно с тем, как чары, тихо звеня, устремились вперед, вокруг меня засиял бледный ореол: единорожка делала все как необходимо.

— Должен признать, я уже начинал бояться худшего исхода.

Мы двигались сейчас по полю сражения, осматривая следы недавней битвы. Мертвяков было относительно немного, но даже в таком количестве они заставили нас напрячься: наши арахниды были утыканы шипами, похожие на небольших дикобразов, ну а мы с Твай, огражденные ее щитом, всего лишь устало дышали, понемногу восстанавливаясь. Слишком много чар выпустил я, слишком много атак приняла на себя кобылка.

— Ты не одинок в своем мнении, — поддержал меня Скитск, стряхивая со своего бока воткнутые в металл снаряды, — мы собирались отступать.

— Что толку... — я покачал головой, — нарвались бы тогда на что-нибудь еще.

Подойдя к кучке праха, похороненной под искореженными, местами разорванными "плетью Тьмы" доспехами, я пнул ее, и тут же буквально отпрыгнул в сторону. Каким-то боковым зрением заметил, что металл лежит не совсем естественно, и не прогадал: что-то черное, вроде бы даже крылатое выбралось оттуда и кинулось мне на морду.

— Taen! (глагол-удивление), — вскрикнул, и, пятясь, споткнулся, завалившись на бок. Эта неведомая вещь сплошной пеленой загородила взор, заставив разум панически метаться, но никак не соображать... Эффект усилился в разы, когда это "нечто" вдруг открыло глаза — четыре ярко-голубых круга, что уставились на меня в упор...

Темную вспышку испустил мой рог, и вокруг меня мгновенно распространились веревки "плети". Все ткачи, кто оказался в зоне досягаемости, а также единорожка и эта черная тряпка оказались быстро подняты в воздух и надежно зафиксированы в случайных позах. Ненадолго, впрочем: провисев меньше секунды, они опустились на землю, а я получил возможность лицезреть возмутителя спокойствия, благо он (она? оно?) теперь не двигался, видимо, испуганный.

— Хаос! — ругнулся сам на себя и сел на задние ноги, ощущая, как истерический смех пробивается из глубин сознания.

Без лишних слов, хоть и немного дезориентированные, ткачи образовали кольцо вокруг нас, взяв "тряпку" на прицел; запоздало засияли белые щиты.

Иногда судьба подкидывает такие сюрпризы, словно бы насмехается над тобой. Казалось, совсем недавно я рассказывал Твайлайт о существах, обитающих в часовне Дня и Ночи, о тенях, несущих в себе стихию, и обладающих собственным сознанием. Редко где можно было их встретить, и редко когда они вели себя так... необычно, в основном незаметно преследуя, пропадая сразу же, как только кто-либо обращал на них внимание. И вот теперь мне выпала, наверное, уникальная возможность разглядеть такую штуку вблизи.

Плавно отодвинув слишком близко подошедшую единорожку, я кивнул Скитску, передав взором просьбу отойти, и медленно опустился на живот. Как только я оказался на его уровне, а ткачи отошли, опустив угрожающе вздернутые лапки, маленький оживший элементаль зашевелился, выпустив наружу свою остренькую мордочку, усеянную крошечными зубками.

Тень смотрела на меня испуганно, но одновременно с надеждой и интересом. Ее черное тельце, на удивление стабильное, было очень похоже на дракона: длинное, хрупкое, снабженное когтистыми лапками и двумя парами крыльев. Конечно, шкурка, сотканная из тончайшего шелка магии Тьмы, смотрелась очень странно и интересно, однако, усилием воли мне удалось перебороть в себе жажду рассмотреть ее поближе. Я наклонил голову вбок.

"Но что мне сделать, что сказать?"

— Ты же ведь дракон, так? — прошептал едва слышно, скорее для себя. — Nev asen fo vokar?

Звонкое "р-р-ре" было мне ответом. Я не знал, что это могло значить; тень раскрыла зубастую пасть и вновь издала этот удивительный звук, преданно глядя мне в глаза.

Неожиданно, мне в голову пришла довольно интересная мысль, возможно, не совсем осуществимая, но что-то в ней было. Я помню, когда эти духи Ночи поддерживали меня в трудных ситуациях, иногда играли с моими чарами, веселились, но все это происходило лишь в часовне, нигде более. Помню, но почему-то только сейчас соизволил взглянуть на это с другой стороны.

"А что, если..."

— Маленькая тень, — сосредоточившись, я постарался ощутить ее присутствие как свою родную магию — комочек ночной стихии, — ты хочешь пойти со мной?

Если бы у ткачей могла отвалиться челюсть, то непременно мне бы это стало известно, а так все ограничилось лишь удивленным вздохом Твай, которая потрудилась за всех.

С радостным "р-р-ре" тень подпрыгнула в воздух, плавно взмахнула всеми крылышками и перелетела мне за спину. Тут же крупа коснулись удивительно теплые лапки, а затем элементаль, совершив пару скачков, оказался у меня на шее и зарылся мордочкой в черно-синюю гриву.

"Р-р-ре".

На душе вдруг стало совсем спокойно, будто нашел то, что всегда не хватало. Обычно, я не заводил себе питомцев, да и мало кто из Защитников этим занимался: сказывался особый стиль жизни. Лишь раз у меня появился пес, который, вскоре, куда-то убежал, после чего находить нового маленького друга как-то расхотелось... до этого момента.

— Найт, ты серьезно? — удивленно произнесла единорожка, во все глаза рассматривая элементаля, который, к слову, отвечал взаимностью, частично высунувшись наружу. — А вдруг оно опасное?

Окинув взглядом отряд, я усмехнулся и кивнул.

— Tagra so tagra. Тьма есть Тьма, Твайлайт. Эта малышка очень опасна, но меня и моих друзей она не обидит. Я чувствую это, и тень — тоже.

Дальнейший путь был безынтересен — лишь голые каменные стены, да обломки всякой брони и, что удивительно, оружия. На мой резонный вопрос, их ли это, Скитск помотал головой и посоветовал двигаться аккуратнее.

Бесполезный совет, ведь мы с единорожкой и так шли сзади, и не зыркали на спящую тень время от времени, в отличие от наших арахнид, которые, похоже, считали ее врагом. За такое пренебрежение ситуацией они и поплатились, вновь вляпавшись в неприятности.

Пришлось еще немного потрудиться, расчищая себе путь темными вихрями. На этот раз, правда, я немного рискнул, позволив себе игнорировать угрозу магических атак (Твай справлялась диво как хорошо), и выполнил "слияние с Тьмой", чтобы сражаться еще эффективнее. Свою роль сыграла и Тэн, как я назвал живую тень, бешеной черной птицей носящуюся от мертвяка к мертвяку и сбивающей их с толку.

Так мы и добрались до места, которое можно было бы назвать "вход в святилище" — большая каменная арка, края которой были исписаны рунами неизвестного происхождения.

— Погодите, — окликнул я ткачей, и сам остановился, ощутив, как Твай ткнулась мне в бок.

За аркой, словно за барьером, ощущалась какая-то странная аура, похожая на липкий, дурно пахнущий туман. Она была не очень сильная, но сбрасывать такое со счетов было бы непозволительно.

— Что случилось? — раздался в голове голос ткача. — Нам нельзя останавливаться.

Сложно было сказать вот так, сходу, что именно произойдет с тем, кто пересечет границу. Я отрицательно покачал головой в ответ на реплику Скитска и наклонился вперед, направив рог точно по центру. Небольшой темный луч, тихо звеня, вырвался на волю и улетел, не встретив никакого сопротивления.

— Я... не понимаю. Здесь что-то не так, — произнес, рассматривая арку в тщетных попытках разгадать ее секрет, — но что именно, мне не известно.

— Я тоже чувствую, — задумчиво сказала Твай, — похоже на пар, только не настоящий.

Лидер отряда взмахнул лапками, и ткачи, до того стоящие группой возле входа, принялись разбредаться по сторонам, выискивая себе подходящие места.

— Ничего здесь нет, так говорит каждый, кто сейчас с нами, — Скитск повернулся ко мне и уставился всеми своими глазами, — но вы считаете иначе. Можете объяснить?

— Нет, это только предчувствие.

Я подошел к самой кромке и аккуратно протянул закованную в магический доспех ногу вперед. Ничего не произошло, легкий щит, созданный только-только, даже не вздрогнул, никаких частиц вокруг не появилось, словом — пустота.

Не знаю, не уверен, но стихия не может лгать. Теперь мне ясно, что эта самая аура видна лишь в свете "Лунного зрения", у нее полностью отсутствует физическое воплощение, и именно поэтому ткачи ее не ощущают. Как, в таком случае, указать им на возможную опасность?

Фыркнув, я окутал себя в щит попрочнее и смело шагнул вперед. Грязное, темно-коричневое марево окутало меня почти мгновенно, но никакого вреда не нанесло. Некоторое время прислушиваясь к собственным ощущениям, я не отметил агрессию и кивнул Скитску.

— Чисто.

Ошибка.

Совершенно неудачно, что решил выкинуть эту странную ауру из головы. Когда я повернулся и продолжил движение, то почти сразу услышал противный скрип, а затем звонкий вскрик Твайлайт.

Мгновенно развернувшись, я отыскал единорожку взглядом, готовый переходить к активным действиям, если это вдруг потребуется. И это потребовалось: дрожащей ножкой она указала в сторону, где лежал, корчась в конвульсиях, один из ткачей, кто решился пересечь незримую границу. Словно ответ на вопрос, вокруг него бушевал небольшой шторм, пропитанный Хаосом насквозь.

Решение нужно было принимать быстро.

— Твай, в сторону!

Первое — предупредить возможную угрозу единорожке.

Второе — действовать.

Черные нити рванули вперед с такой скоростью, что я даже пошатнулся, едва удержав равновесие. Живая тень, сидящая у меня на спине, тихо пискнула и взвилась в воздух, ведь опора вдруг исчезла: я, двигаясь не менее быстро, поскакал к пострадавшему. Окутанный Хаосом, он лишь захрипел, когда "плеть Тьмы" одним ударом выбила его из-под воздействия и приподняла в воздух. Чужая магия не желала так просто отпускать свою жертву, и не позволяла мне схватить ткача телекинезом; гравитационная подстилка также не сработала, разбившись в пыль. Тихо рыкнув я уперся в обездвиженное тело головой и принялся толкать его прочь из опасной зоны.

Удивительно, что после всего этого аура Хаоса по-прежнему никак не реагировала на меня, будто и не было тут существа, обладающего совершенно противоположной стихией.

Путь, что проделал невезучий ткач, к моему и его превеликому счастью, был совсем небольшой и уже вскоре арахнид замер, прекратив дергаться и ломать себе конечности. Мгновенно возле него оказался ткач в алом, не Скитск, который в этот момент пристально взирал на меня, и, не церемонясь особо, буквально разодрал нагрудную броню на своем товарище. Увиденное не было особо приятным даже для меня, Защитника, который до сего момента не питал к паукообразным теплых чувств: хитин на брюшке весь растрескался, местами из разломов текла темная жидкость.

— Что произошло? — раздался возглас единорожки, только подоспевшей к нам, — ох!

Эх, Твай, лучше бы ты этого не видела, лучше бы вообще осталась у себя в Эквестрии. Проклятый я идиот, что затащил тебя в такую дыру, где смерть буквально витает в воздухе!

— Вердикт? — глухо произнес, обращаясь, в сущности, ко всем. Моя ошибка, небольшая, в размен на жизнь.

— Не способный сейчас сражаться, необходим длительный отдых, — пришел ответ от Скитска, весьма спокойный, если подобное определение можно отнести к мысленному гласу.

Потребовалось порядка десяти секунд, дабы его слова добрались до моего сознания.

— То есть он жив? Хорошо.

Но, в таком случае, что же нам теперь делать? Один из отряда не способен передвигаться, что влечет за собой еще минус: кто-то должен защищать его.

Задумчиво оглянувшись в сторону барьера, я уселся на каменный пол и принялся раздумывать, все еще пребывая в легком шоке от произошедшего. Вздрогнул, когда Тень, штопором спустившись с потолка, приземлилась мне на загривок и развалилась там, словно на кроватке.

Сражаться было не очень просто, хотя нас было много, но теперь, когда ткачи практически потеряли собственного товарища, их силы заметно упали; да и пройти дальше, видимо, они более не смогут. С одной стороны это хорошо: себя и напарника я спрячу с легкостью, но если целей будет больше — то мои силы истают очень быстро; с другой же — чем нас меньше, тем меньше боевой потенциал. Немаловажную роль играет сила и слаженность ткачей, показатели, которые были у них на высоте.

Shaas, тут нечего и думать! Если мной движет страх, то нужно его сейчас же давить и действовать как Тьма: спокойно и неумолимо приближаться к цели.

— Скитск, — привлек я его внимание, — похоже, что вам лучше остаться, а мы пойдем дальше.

Он протестующе взмахнул лапками.

— Исключено, у нас задание.

— У вас раненый товарищ и стена, которую не преодолеть. Не ведаю, что за магия, и как ее обойти, поэтому и предлагаю свой вариант: развернитесь и возвращайтесь в улей.

Он посмотрел на меня укоризненно, и я вернул взгляд. Взгляд, что застилал темный туман моей стихии.

— Когда мы пойдем дальше, нам нужно быть уверенными, что не придется возвращаться и вытаскивать вас из какой-нибудь очередной eseara.

Ткач грустно усмехнулся, издав неприятный скрипящий звук, и опустился почти вплотную к земле.

— Я понимаю вас, — его мысли просто излучали бессилие, — понимаю, но не могу просто так отвернуться и сбежать. За нами наш дом, мы — последний оплот.

— Вовсе и не так.

Мы со Cкитском вздрогнули почти одновременно и повернули головы к той, кто произнесла эти странные слова.

— Твай?

— Подожди, Найт, — она отмахнулась от меня ножкой, вынудив сесть, захлопнуть рот и удивленно наблюдать за зрелищем. — Скитск, — обратилась теперь к главному ткачу, — обещаю, мы сделаем все возможное там, и вернемся с победой. Просто поверь нам, хорошо?

Чисто физически я ощутил, как переменился вдруг паукообразный. Словно сдутый воздушный шарик наполнили вновь: он весь ожил, наверное даже заулыбался, и посмотрел на мою фиолетовую подругу так, как не смотрел ни на кого из нас до этого.

— Я верю тебе, Твайлайт Спаркл. Не знаю почему, откуда такие мысли, но мне ясно точно: ты сдержишь свое слово. Хорошо, — он повернулся ко мне, — мы отойдем вглубь пещер, достаточно далеко, чтобы нас не заметили, и все-же близко, чтобы успеть прибыть на помощь. Идет?

Я улыбнулся.

— Идет, мой друг, храни тебя Тьма.

— Пусть богиня взирает на тебя благосклонно, — вернул пожелание арахнид и довольно шустро развернулся.

— Твай? — тихо шепнул, наблюдая, как паукообразные один за другим исчезают из поля видимости "Лунного зрения".

— А?

— Спасибо.

~

Последний враг, преграждавший нам путь, обратился в яркую белую пыль и осел на землю, сраженный магическим лучом единорожки. Облегченно выдохнув, я поймал глефу и прицепил ее на место, после чего повернулся к Твай и подарил ей слабую улыбку.

— Наша цель совсем близко, я чувствую это.

А она молодец: справляется ничуть не хуже меня. Реакции ей, правда, немного не хватает, но это с лихвой восполняется мощностью щитов, которые, к тому же, позволяют мне выкладываться на полную. Как результат — я сейчас больше походил на призрака, нежели на пони: слияние с Тьмой, ни разу не прерванное, достигло такой стадии, что все мое тело состояло сейчас из переливающейся магической материи. Она подошла ко мне и встала рядом, неосознанно прижимаясь. Несколько раз уже испытав подобное, я лишь хмыкнул и игриво толкнул ее бедром, дабы доказать собственную материальность.

— Найт! — хихикнула кобылка, отскочив в сторону столь резво, словно и не было всей той усталости.

— Да, меня зовут именно так.

Я повернул голову и устремил взгляд вперед, туда, где под каменным сводом уютно расположилась огромная куполообразная пещера. Идти до нее осталось немногим более пары минут, и путь этот был безопасен: никаких врагов я не видел, да и демоническая аура была очень блеклой, совсем не заметной. Финишная черта, за которой нас ожидал хранитель артефакта, ну и, собственно, сам артефакт. Единорожка посмотрела на меня своим фирменным "что-ты-сейчас-несешь" взглядом и первая двинулась вперед, обмахнув мне морду полосатым хвостом.

Щекотно, хоть и состою сейчас из магии.

Тихо пискнув, с моей спины стартовала Тэн и умчалась куда-то вверх. Верный знак, что я уже застоялся.

— Ну хорошо, моя маленькая пони!

Тормозить пришлось очень резко и с громким рычанием: думая, что Твай остановилась, дабы подождать меня, я совсем не ожидал увидеть перед собой огромную пропасть. Уперев копыта в землю, остановился и растерянно глянул вниз.

Словно огромная рана на теле земли, расселина тянулась далеко в стороны, настолько широкая, что края ей не было видно... как и дна. Она была совсем не похожа на те пещеры, что встречались мне раньше. Ощущение, будто здесь произошел какой-то крупный взрыв, катаклизм, иначе существование этой, довольно огромной преграды никак не объяснить.

— Что будем делать? — спокойно спросила единорожка, безуспешно пытаясь разглядеть хоть что-то в белесом тумане, недвижимым облаком лежащим снизу.

— Не знаю, я и не подозревал о таком.

Вру, вообще-то знаю, только вот этот способ сделает меня бесполезным, если мы вдруг нарвемся на какие-нибудь неприятности. Однако, спуститься тоже не получится, ибо на дне с большой вероятностью лежат всякие обломки, очень сильно мешающие передвижению. Да и страшновато, если честно, идти сквозь это марево и знать, что где-то там, наверху, каменная толща отгораживает собой солнце.

Я слабо вздрогнул и глубоко вздохнул, чтобы отогнать непрошеные мысли.

— Здесь есть какой-нибудь другой путь? Если пойти направо, может, там проход?

— Сомневаюсь, Твай, — я помахал ногой над пропастью, — даже если ты и права, спускаться мне не хочется, тем более это займет много времени, которого просто нет.

Ткачи нас там ждут, и неведомо, сколько еще продержатся, к тому же, мне надоели эти неуютные тоннели.

— Но тогда... — она осеклась, — ты же ведь не хочешь предложить... полет? Здесь ведь не так много места!

— И что? — я натурально удивился. — Конечно, до Рэйнбоу Дэш мне далеко, но летать-то все равно умею.

Хотя и не имею ни малейшего желания это делать: в облике тенекрыла моя магия значительно ослабевает.

Она взглянула на меня так, словно я вдруг стал зомби, долго молчала, но вскоре тихо фыркнула и покачала головой.

— Твоя взяла. Только верни себе нормальный вид, а твоя полупрозрачность немного... сводит с ума.

Ну что же, разрешение дано, а себя уговорить не проблема. Показав напоследок Твайке язык, я исчез в сиянии своей стихии и вновь, спустя несколько секунд, увидел мир уже через глаза с вертикальным зрачком. С наслаждением расправил крылья и потянулся, как ребенок радуясь ощущению свободы и силы этого тела.

Радость, однако, была не долгой: "Слияние с Тьмой" развеялось окончательно, значительно ослабив и без того малые силы. Пришлось обреченно вздохнуть и присесть на все четыре лапы, дабы кобылка смогла оседлать меня.

Прыжок, взмах, и жалкий кусочек земли, на котором мы некогда стояли, стал стремительно отдаляться. Пони даже не пискнула, молча перенося страх перед бездной, что разверзлась перед нами. Она верила, что я ее не уроню, и я не собирался разочаровывать ее, двигаясь как можно более аккуратно. Трудно... но что не сделаешь ради нее?

— Найт, а почему мы здесь?

...все, кроме лжи, естественно.

— Ради артефакта.

— Это не правда, ну или, по крайней мере, часть правды. — в ее голосе появились нотки решительности. — Я хочу знать все.

Хорошо, что Твай не видит сейчас моей морды... Обреченно выдохнув я совершил очередной взмах крыльями, наслаждаясь таким родным звуком хлопка. Почему именно мне выпала роль того, кто расскажет ей о совсем не дружном мире, окружающем Эквестрию? Почему именно я, не Селестия, не Луна?

— Тренировка способностей — еще одна причина.

— Одна, но не последняя, — единорожка беспокойно поерзала на мне, — зачем же ты тогда взял меня с собой, ведь сам со всем прекрасно справляешься?

— Нет, моя дорогая, не надо принижать свой вклад...

Договорить не вышло: нечто темное метнулось к нам снизу с такой скоростью, что мне пришлось заткнуться и одним мощным рывком бросить нас с кобылкой вперед. Громко заверещала Тэн, свалившись с моего хвоста, пискнула Твай, да я и сам почувствовал резкое онемение во всех конечностях: какой-то невероятный страх, глубинный ужас мгновенно окружил меня, проник внутрь и стал подбирался к самому сердцу, заставляя его трепетать.

— Откуда?..

Кое-как заметил огромные шипы, внезапно выросшие из темного тумана, и метнулся влево, чтобы избежать весьма болезненной встречи. Пришлось полностью сосредоточиться на полете, ведь снизу появлялись все новые и новые опасности.

"Действительно, зачем же все это затеяно? Лишь чтобы показать молодой пони, пусть и избранной сверхмощным артефактом, что такое жизнь вне гармонии?" Страх холодил душу, искажал мою ауру. Я очень быстро подбирался к пределу своих возможностей, стараясь и уворачиваться от опасностей, и держать сознание в узде. Непрошенные мысли, обрывки памяти вдруг начали появляться перед внутренним взором, все больше и больше мешая.

"Но что ее даст это путешествие, помимо знаний о разрушении? Хотя... разрушение и есть то, на чем стоит весь смысл существования Храма. В таком случае, нормально ли мое присутствие, как души, несущей в себе частичку войны, в мирном мире пони?"

"О Тьма, о чем же я думаю-то?". Сейчас следовало поскорее убраться отсюда, ведь неизвестно, как этот страх отразится на доброй кобылке. Испытывала она подобное? Полагаю, что нет, а значит, ей будет очень сложно перенести его без последствий. Чудом избежав встречи с каменной колонной, выросшей в мгновение ока, я сложил крылья и резко упал вниз, развернув их затем, чтобы завершить маневр широкой дугой, позволившей мне еще больше ускориться. "Здесь ведь не так много места..." Чистая правда, но тенекрылы — драконы, рожденные, чтобы летать. Стремительно ускоряясь, я двигался, тем не менее, весьма хаотично, кидаясь из стороны в сторону, словно птица, попавшая в шторм. Путы Тьмы держались безупречно, не давая наезднику свалиться, вот только оберегая от этой опасности, они оставляли ее уязвимой для многих других, и именно это подгоняло меня более всего. Не страх, который веял снизу, но страх за жизнь единорожки.

Однако, как бы муха не трепыхалась в паутине, ее судьба уже предрешена. Моя скорость была уже слишком велика, чтобы осознанно избегать препятствий, поэтому я теперь полагался лишь на удачу... которая и подвела.

В мгновение ока каменный барьер раскрылся передо мной из тумана, а в следующий момент я ощутил, что проваливаюсь в пустоту.

~

Тьма... Такая родная, такая приятная, она окружала меня, окунув в чистые воды спокойствия. Я лежал на чем-то мягком, и было так хорошо... почти идеально, если бы не свербившее где-то на задворках сознания чувство, что нечто требовало моего внимания.

— Вставай, Фурия.

"Что? Кто здесь?"

Я открыл глаза и обнаружил себя в довольно знакомом здании, которое видел когда-то. Вспомнить бы только, что это за место...

— Городская библиотека, Понивиль, Эквестрия.

"Спасибо". Я вдруг поймал себя на мысли, что все это очень странно, особенно в свете того, что не помню никаких предшествующих событий.

— Вставай, Фурия.

Какой милый голос, похожий на детский. Откуда он?

— Если ты поднимешься, ты меня увидишь.

"Скажи, ты читаешь мысли, а?"

— Конечно, сам ведь распинался, мол де в каждом из на живет частичка стихии.

— Я не понял, — честно признался, теперь уже вслух, не делая никаких попыток подняться.

Что-то мелкое взметнулось из-за бортика моего ложе, и черной тряпкой приземлилось мне прямо на живот. На удивление, никакой боли я не ощутил, даже наоборот, было... приятно.

— Подъем, воин, возомнивший себя достойным!

Маленькая черная драконица, всюду разукрашенная серебристыми полосками, сидящая на мне и взирающая с самым, что ни на есть, злобным видом, смотрелась мило. Я даже улыбнулся.

— Я никем себя не возомнил, не кричи, пожалуйста.

— Да что ты? А если так?

Она взмахнула лапкой и окружающая реальность посыпалась маленькими картинками. Чем больше их было, тем яснее становились забытые воспоминания. Защитник, Эквестрия, Твайлайт Спаркл... То, что не давало мне покоя, неожиданно привязалось к этому имени, диктуя свои правила сознанию. Эта цель — моя цель.

— Мне надо найти Твайлайт, — обратился больше к самому себе, но затем переключил внимание на драконицу, — ты знаешь, где ее найти?

— Ты делаешь успехи, Фурия, глядишь, скоро научишься думать, — съязвила мелкая, показав в улыбке многочисленные остренькие зубки. — Осмотрись. Где ты?

Она что, издевается?

— Библиотека, Понивиль, Эквестрия — все так, как ты сказала.

— И-и-и?

Мне вдруг очень захотелось ее ударить, вот только для этого надо было сначала снять ее со своего живота, а сделать это без помощи магии не представлялось возможным. Зажмурившись, я призвал внутренние силы и попробовал совершить задуманное... с удивлением обнаружив, что телекинез не сработал, обернув собой пустое место.

— Дурак ты, — беззлобно сообщила мне драконица и расправила крылышки, похожие на два кусочка звездного неба. За пару взмахов она поднялась к самому потолку, а затем поманила за собой лапкой.

Ну что же, если она так хочет...

— Если только ты ответишь на мои вопросы.

Я перекатился на бок и ловко спрыгнул с кровати, встав на все четыре ноги. Грива, до того хаотично разбросанная по подушке, опустилась теперь на морду и полностью преградила взор. Сверху раздался смех.

— Между прочим, — небольшое магическое воздействие уложило непослушные волосы на их законное место, — кто ты такая?

Смеется она тут, видите-ли! Недовольно фыркнув, я осмотрелся теперь уже с позиции стоя. В глаза сразу же бросился серебристый плащ, который когда-то для меня сшила единорожка Рарити. Он висел на вешалке совершенно одиноко, тускло мерцая в свете магических ламп. Почему-то, я не знаю причины, мне захотелось его взять и надеть, что и сделал, еще немного поорудовав телекинезом.

Он лег идеально, как и должно было быть. Я даже немного покрасовался перед зеркалом, невесть откуда здесь взявшимся; по крайней мере, память об этом молчала.

— Ну-ну, обычно ты ведешь себя так.

— А тебе не все ли равно? — обернулся и раздраженно уставился на нее. — Мелкая, я даже не знаю кто ты такая!

Стремительным вихрем она прыгнула мне на морду, вцепившись своими коготками прямо в меня. Фыркнув, я резко отскочил, одновременно ударив передней ногой себе по носу. Что интересно, боль была только от собственного удара. К тому же, я совсем не ощутил драконицу...

— Ты искал Твайлайт? Так иди, ищи.

Я хмыкнул и обернулся, но никого за спиной не было, хотя голос, вроде бы, шел именно оттуда. Пошарив глазами по комнате, не увидел даже намека на черную засранку, зато на память это повлияло положительно.

Твайлайт живет здесь, но никакие более ауры я тут не ощущаю. Значит, она могла пойти куда-нибудь. Вот только куда?

— Посмотри в главном здании. Все обычно ходят в главные здания.

— Ну спасибо, советчица ты моя. Может, покажешься?

— Нет, иди.

"Она меня раздражает, но говорит, вроде, дельные вещи. Так и быть". Дверь открылась передо мной совершенно сама, и я, удивленно отметив этот факт, вышел на волю.

На улице была ночь. Луна-полумесяц вовсю сияла, даря земле свой мягкий серебристый свет. Тихо шумел легкий ветерок, раскачивая деревья где-то вдалеке... но это был лишь единственный звук. Ни шорохов, ни голосов, ни даже простого шума от каких-либо работающих механизмов — только тишина. Такого я от города, населенного пони, не ожидал совсем.

Жизнь кипит всегда, вне зависимости от времени суток. Пусть даже это и не самое населенное место, скорее, большая деревня, но даже здесь должны быть те, кто всегда что-то делает. Ночные гуляки, пони, что сидят на скамеечках, уставившись на звездное небо, да хотя бы просто лунатики!

Было пусто, словно все, кроме меня, разом исчезли. В окнах не горел свет, в домах не теплилась жизнь. Да что там, создавалось ощущение, что всю магию изо всех мест просто взяли и вынесли! Я, со своей темной аурой, был здесь как крошечная лодочка в безбрежном океане пустоты.

"И как я должен найти тут Твайлайт?"

Свернув на давно знакомую улочку, я двинулся к ратуше, полный сомнений, что хоть кто-то там будет обитать. По пути старался вспомнить хоть какое-нибудь заклинание обнаружения, но, как назло, ничего на ум не приходило. А я ведь знал! Точно знал.

После нескольких безуспешных попыток пришлось довольствоваться чарами, которые пришли на память случайно: тени под моими ногами ожили и принялись плясать свой замысловатый танец. Найдет эта магия кого-нибудь... ну, вряд-ли, зато превосходно защитит от неожиданностей. Призраков, к примеру.

— Ты боишься призраков?

— Тех, кто пытается меня убить — да. — огрызнулся на голос, искренне недоумевая, откуда во мне вдруг столько злости.

Я даже остановился, чтобы прислушаться к себе. С чего бы мне срываться на этом существе, которое, если задуматься, ничего мне даже не сделало? Все звуки утихли по велению разума, осталось лишь едва слышные удары сердца... Гнев, словно липкий пар, наполнил мое тело полностью, но лишь на мгновение, уступив затем место ледяному спокойствию. Борьба с самим собой была недолгой: мне как-будто помогали извне, и вернуть прежнее расположение духа не составило особого труда.

Но это лишь пока.

— Прости за этот порыв.

— Не извиняйся, — тут же зазвучал голос, — я все знаю и так. Теперь иди.

"Хорошо".

Сколько еще меня будут понукать? Здание ратуши, какое-то сильно выцветшее и, как все тут, пустынное, возвышалось надо мной, словно пытаясь отговорить войти всем своим мрачным видом. Оконные ставни были разблокированы и свободно болтались, следуя желанию ветра, ну и дверь еще немилосердно скрипела своими ржавыми петлями, добавляя свою долю ужаса в общее впечатление.

Мне вдруг очень расхотелось входить. Кто знает, что ждет меня там? Пустые глазницы окон смотрелись жуть как негостеприимно.

— Ты боишься пустого места? Но ведь я же с тобой!

Я удивленно обернулся, очень четко услышав, как драконица говорила откуда-то сзади, вроде даже с моей спины.

"О Тьма, точно!".

Озарение пришло, как всегда, совершенно неожиданно. Это было похоже на то, как если бы в моем разуме не хватало одной шестеренки, которую вдруг, ни с того ни с сего, воткнул на место мастер. Темная драконица, читает мысли, всегда рядом, но ее не видно... Действительно, есть такое существо, и очень удивительно, что догадался об этом только сейчас.

— Ты — Тьма, ведь так?

Темное облачко сформировалось у меня перед носом, а затем взорвалось, явив миру мелкую проказницу, улыбающуюся во всю свою зубастую пасть.

— Это успех, мой дорогой друг, — произнесла она, покивав, — да, это — мое имя. По крайней мере то, которое дал мне ты.

Как будто находишь ключи от памяти: каждый лежит в своем месте и открывает свой кусочек.

— Теперь я помню... помню также наш вечный спор о том, что никто тебя так не называл. Ты сама выдумала все это.

— А вот и нет, — древняя стихия просто-напросто надулась, — ты не прав. Но, — она выставила лапку вперед и покачала ею в воздухе, призывая к молчанию, ведь я собрался опровергнуть ее слова, — сейчас не время и не... место для всего этого. Потерпи еще немного, хорошо?

Ну как такой милашке откажешь? Особенно, если она — частичка твоей души.

— Хорошо.

Вдвоем всяко веселее, пусть даже мы — одно целое. Сопровождаемый стихией, осторожно следующей по пятам, я подошел к двери и тихо толкнул ее. Словно врата, ведущие в потусторонний мир, она отворилась, предоставив моему взору чистое черное полотно. Свет от полумесяца каким-то мифическим образом не попадал сюда, да и мое драконье зрение не давало о себе знать; я будто ослеп. Пришлось осторожно отойти.

Кто знает, что за чудеса тут происходят? Хоть мир вокруг и был похож на тот, который я знал, но такая явная, хоть и неясная пустота не могла не настораживать. Здесь запросто могла быть ловушка — какая-нибудь магическая печать, или просто механизм, только и ожидающий, что в его объятия заглянет слепая жертва...

— Но как же Твай? — сама собой вырвалась на волю фраза, вдруг пришедшая на ум.

"Как же тогда единорожка зашла сюда, в эту злую тьму?"

Щупальце заклинания шустро уползло вперед, следуя моему желанию узнать. Я не призывал эти чары, тем более не направлял; все случилось как-то само, и было приятной неожиданностью.

— Тьма?

— Ты сам, — она улыбнулась, — не думай, что магия — такая простая штука.

Моя бровь удивленно поползла вверх, но драконица, вместо объяснений, просто подпрыгнула и перелетела мне на спину. Совершенно молча, никакой помощи, лишь нагнала больше теней. Засранка!

— Ну знаешь... ты не можешь быть частью меня. Я не прячу правду подобным образом.

— Уверен? — прозвучало скептическое. — А как насчет недавних событий?

Видимо, небеса решили подшутить надо мной: совершенно неожиданно, посреди тихой ночи раздался сильный гром и яркая, прямо-таки живая молния осветила землю. Удар был столь неожиданный, что я буквально отпрыгнул назад, но в полете, в этих кратких мгновениях страха, успел заметить, что свет от нее частично приоткрыл завесу тайны: где-то в глубине ратуши мелькнул отчетливый след могущественного артефакта.

Сердце бешено колотилось, все еще ощущая на себе внезапную встряску. Последующие разряды грома, не такие уж и сильные, если подумать, звучали все реже и реже, к тому же, больше не освещая мне дорогу. На мгновение закрыв глаза, я сосредоточился и глубоко вздохнул. Помимо отзвука чувств, появилось настойчивое желание сделать нечто, что поможет мне с продвижением внутрь. Что-то... знакомое? Что-то, уже применяемое мной ранее.

— Взгляни на небо, — ткнула меня лапкой в шею Тьма, — ты вспомнишь.

Не буду спорить.

Повернувшись, я уставился наверх. Странно знакомый полумесяц, ничуть не изменившийся за прошедшее время, редкие облака, ну и, конечно, мелькающие то тут, то там, яркие белые грозовые разряды. Ничего необычного, даже звезды сияют как прежде.

И здесь должен быть ответ?

— Да, именно так. Достаточно лишь ощутить.

На этот раз голос был другой. Звонкий и какой-то потусторонний, словно со мной говорило само небо. Я вздрогнул от неожиданности, когда по моему рогу, мерцая синим, прошлась небольшая молния. Она попрыгала, как маленький зверек, и развеялась в воздухе, оставив после себя опадающие частички, похожие на крошечные драгоценные камни.

"Молния".

Мощный удар разорвал небеса напополам, и прямо ко мне, громко треща и освещая все вокруг нереальным светом, устремился огромный грозовой разряд. Слабо запахло серой. Я зажмурился, ожидая боль, но, спустя пару секунд, вместо нее пришло еще одно воспоминание.

Это же моя стихия!

Широко распахнув глаза, я смотрел на то, как шипящий белый луч соединился с землей, ударяя прямо в невесть откуда взявшуюся руну восьмиугольной формы. Вибрация, исходящая от него, словно бы вступала в резонанс со мной, с моей душой, принося с собой чувство чего-то родного... И почему раньше ничего подобного не случалось?

Страх перед неизведанным и бьющая через край послушная сила смешались воедино, родив за собой необдуманную команду. Молния мгновенно последовала моему желанию и причудливо изогнулась, нацелившись на вход. Последовала ослепительная вспышка, прозвучал громкий хлопок, а затем демонический крик. Тени встали передо мной щитом, но этого можно было не делать: все свершилось в мгновение ока. Здание было пробито насквозь, и из-за дымящихся обломков некогда нормальной двери виднелась дальняя стена с красивой ровной дыркой.

Широко раскрытыми глазами я наблюдал, как густой темный туман покидал ратушу, выползая из нее словно кровь и растворяясь на воздухе. Хоть это была магия ночи, но она не ощущалась как родная, огрызалась на любые порывый моих теней приблизиться яркими грязно-коричневыми вспышками.

И в это я должен был войти?

Все свершилось за какие-то жалкие десятки секунд, и теперь, вместо затаившегося зла, можно было разглядеть вполне нормальную, если можно так выразиться, обстановку. Мебель пыльная, покрытая паутиной, местами черная и обугленная, сломанные светильники, магические кристаллы в которых давным давно треснули, выцветший ковер на полу и, конечно же, прекрасный лунный свет, бьющий через окна и две больших дыры в стенах. Ничто теперь не указывало на опасность; окруженный защитой и танцующими молниями, изредка бьющими из рога, я более не ощущал себя слабым и, пригнувшись, дабы не задеть ненароком свисающие деревяшки, спокойно вошел внутрь.

Тот самый артефакт, чей отблеск я приметил ранее, открылся передо мной во всей красе: большой голубой самоцвет, отдаленно напоминающий своих собратьев с метки Рарити, парил в воздухе, излучая слабый бледный свет. Он был неправдоподобно большой, а еще чем-то напоминал защитную руну: ощутив меня, медленно повернулся так, чтобы я мог видеть его переднюю сторону.

Слева появилась черная драконица, а справа — бело-синяя змея, мерцающая тысячами крошечных разрядов. Обе они уставились на меня почти одновременно, молча ожидая, что я буду делать.

Наверное, придется их разочаровать, ведь память не собиралась выдавать ничего, да и инструкций поблизости не было. Даже огляделся специально, с нулевым результатом.

— Чего ты ждешь? — раздался мелодичный голос мелкой. — Ты, помнится, за артефактом пришел сюда?

Сделав шаг назад, я отрицательно помотал головой.

— Твайлайт. Я пришел за Твайлайт.

— Но ее же тут нет, верно? — активизировалась Молния. — Только этот кристалл.

Тьма лишь показательно фыркнула и пошла вперед, забавно взмахивая крылышками при каждом шаге.

— Ты сейчас не в том состоянии, чтобы принимать осмысленные решения, Фурия. Твоя память раздроблена, сознание спит.

Повинуясь магии Тьмы, артефакт подпрыгнул на месте и засветился ярче. В нем начали появляться картины, мне не знакомые, но с обязательным участием либо черного единорога, либо дракона. Осколки воспоминаний? Я вгляделся.

Чем дольше это делал, тем сильнее казалось, что какая-то часть меня: воспоминания, переживания, эмоции — заперта в этом самоцвете, не в силах выбраться наружу. Картины всплывали одна за другой, задерживались на передней грани совсем ненадолго, ровно настолько, чтобы я успел увидеть изображенные на них сюжеты, после чего рывком уходили вверх и пропадали. Ни разу не повторившись, они снова и снова удивляли меня, завораживая внимание. Вспышки магии, сражения с врагами, постоянно мелькающие силуэты пони — все смешалось в одно, затрудняя и без того сложную задачу опознавания всего этого. Незаметно для себя я сел на круп и чуть наклонил голову, чтобы было хоть немного комфорта в подобном времяпровождении.

Мои стихии, видимо, остались подобным поведением довольны, и, не мудрствуя лукаво, растворились в воздухе, предоставляя меня самому себе. Что же, их право. В конце концов они — это я.

Однако, спустя немного времени, калейдоскоп изображений вдруг замер, остановившись на одном единственном моменте — та самая единорожка, оседлавшая тенекрыла. Мой взгляд тут же был прикован к дракону, если наполовину состоящее из разорванных полотен Тьмы существо можно так назвать. Не знаю, либо не помню, как такое возможно, но глаза мне не врали: представитель древнего рода был еще жив лишь потому, что яркое-яркое небесно-голубое свечение в груди, там, где должно было быть сердце, постоянно пульсировало, гоняя энергию по всему организму.

"Но ведь это лишь картины, да? Невозможные события. Почему же тогда меня вдруг полностью сковал страх?"

— Перед тобой — осколок сердца Рат'агара, который позволит узнать ответы на некоторые вопросы, — прозвучал чарующий голос моей стихии; как обычно, откуда-то сзади, — это не проклятие, не ловушка, как ты мог подумать, а дар. Дар, который преподносится не так уж и часто.

— Кто?

— Всмысле? — смутилась незримая драконица, мгновенно растеряв весь пафос, как только услышала мой простой и, в общем-то, понятный вопрос.

— Дары на дороге не валяются, — несмотря на четкое понимание того, что Тьма и сама все прекрасно знает, решил все же уточнить, — поэтому я и спрашиваю: кто? Кто щедр столь, что разбрасывается подобными вещами?

— Ответ в камне, — спустя пару секунд прозвучало обиженное, — больше ничего не скажу. Все. Решай сам.

"Тьма... теперь я точно знаю, какого ты рода".

Склонив голову набок, я вновь сфокусировался на самоцвете. На этот раз, словно ощутив мое изменившееся к нему отношение, камень замерцал сильнее. Его волшебная аура задрожала и исторгла на свет крошечный сияющий пучок, будто маленький грозовой разряд принявшийся тянуться к моему телу. Тени взметнулись, но тут же вернулись в исходное положение, почуяв в зарождающейся связи что-то свое, что-то родное...

Осколок моей души, потерянный совсем недавно.

Я это понял почти сразу, как ниточка соединила артефакт и мое тело, исходя оттуда, где у меня было сердце. Он молча спросил разрешения, не проявляя более никакой активности, словно не желая причинять мне вреда, беспокоясь обо мне, как о ребенке. Знания, так нужные сейчас, покоились в этом "даре", однако было и еще кое-что, небольшой факт, воспоминание, переданное через эту связь, заставившее меня оцепенеть.

То синее сияние в драконе... Драконом был я, это было реальностью. Страшной реальностью, где Защитник, прыгнув выше головы, оказался в довольно-таки нелепой ситуации, заодно очень сильно осложнив судьбу доверившейся ему единорожки.

Кажется, я умер.

## Глава 19 (ч.3). Радуга в пустыне

Третья — завершающая часть девятнадцатой главы.

— Я не верю! — громко выкрикнул в пустоту и резко отпрыгнул в сторону. Вместе со мной взбеленилась и магия. Короткий, резкий удар копытом по полу, сопровожденный мысленным приказом, вызвал целую теневую бурю. Нити Тьмы разлетелись во все стороны, со всей силы врезаясь в любые препятствия на своем пути, будь то стены, мебель, всякий мусор. В один момент спокойная тишина наполнилась свистом пут и треском разрушаемых вещей. Будто специально за окном послышались громовые раскаты и шум дождя. Погода реагировала очень чутко, неизвестно вот только, на мое состояние, или на возмущения ауры.

— Во имя Храма, такое невозможно, нереально!

Клубок чар привычно слился с моим сознанием. Повинуясь, нити захватили кристалл и приподняли его над землей, опутав так плотно, что ни одно существо теперь не сможет его вытащить оттуда. Я посмотрел на него, как на врага. За какие-то пару мгновений безобидная безделушка в моих глазах обратилась в демоническое устройство, которое только и ждало момента, чтобы поработить мой разум. Пусть даже он ничего и не сделал, теперь это уже не имело значения. Чары Тьмы — проводник моей ярости, сжали самоцвет с такой силой, что послышался слабый звон. Жаль, бездушный камень не умеет говорить...

Дождь все капал и капал, когда я вышел на улицу, случайно выломав небольшой кусок стены прыгнувшими следом путами. Встряхнувшись, подставил морду освежающему потоку. Вечный трудяга, теплый ливень принялся смывать с меня всю грязь, всю пыль, накопленную в ратуше. И вместе с мутными ручейками, в землю уходили все пережитые недавно эмоции. Злоба, растерянность, страх — все это закончилось во мне, оставив лишь пустоту. Ни Тьма, ни Молния, не говорили ни слова, но их присутствие ощущалось; единственные, кто не бросит меня, похоже, никогда, и единственные, кто скрашивал мне сейчас одиночество.

Артефакт довольно явно намекнул, находясь уже почти на грани разрушения, что с помощью него я смогу исправить ситуацию, но не сказал как, и это спасло его. И выгнало меня на волю, да... Необходимо было обдумать, хоть немного понять, что это и к чему приведет. Если я умер, то почему же стою тут, дышу, мыслю в конце-концов? Где мне взять ответ на этот вопрос?

— Сердце Рат'агара.

— Лучше молчи, частичка едва живой души, — беззлобно ответил, опустив голову, — все стремительно становится похоже на клетку с одним лишь выходом... Думаю, продолжать мысль не надо?

— Почему сразу клетку? Может, это твое гнездо?

Я усмехнулся, качнув головой, дабы стряхнуть капельки с челки.

— Гнездо... У пони нету гнезд.

— Пони? — голос стихии стал удивленным. — Ты даже не заметил, что разговариваешь сейчас на драконьем, языке, который этому народу неведом?

— Драконьем?

Точно. Она права. Но... как?

— Все просто, это место располагает. Посмотри... — моя собеседница материализовалась передо мной, тут же прикрывшись крылышками от многочисленных капель, — посмотри на небо, скажи "вода". Ясно и четко.

На секунду мне захотелось взять ее и хорошенько потрясти, чтобы достать из этого черного тельца все ответы, которые там таятся. Только вот... слишком сильно я уважаю и люблю эту проказницу, чтобы наносить ей хоть какой-нибудь вред. К тому же, она не раз меня выручала, как показывает уцелевшая память, и никогда не делала что-либо во зло.

Я вздохнул.

— Anere.

Слабый гул прошелся по земле. Волна неведомой энергии родилась у меня под ногами и разошлась кольцом. Ей вторил ветер, вдруг проснувшийся от длительного сна и принявшийся раскачивать деревья в округе, наполнив мир громким шелестом листвы и прекрасными ароматами цветов. Природа, пребывающая в мертвенно-спокойном состоянии, наконец, дала о себе знать.

Медленно, нехотя, дождь прекратился, отпустив напоследок немного крупных капель. Одна из них упала прямиком Тьме на мордочку, вынудив ее смешно фыркнуть и встряхнуть головой.

— Действительно... — я удивленно огляделся, отмечая обновленную жизнь, — что это за место такое, где слова имеют столь большой вес?

Некоторое время потребовалось драконице, чтобы вытереть морду, а после она подарила мне загадочный взгляд, в котором, укрытый тенями, тускло светился какой-то секрет.

— Это сон.

Я усмехнулся. Вполне вероятно, ведь только в грезах могут происходить подобные события... вот только тут есть небольшая проблема.

— Слишком этот "сон" реален, Тьма. Больше смахивает на загробный мир.

— Нет-нет-нет, — она помотала головой, — ты неправильно понял, а все из-за того, что не знаешь.

— Я не знаю, а ты — знаешь. При всем при этом мы с тобой одно целое, — пришла моя очередь изображать недоумение. — Как такое возможно?

— Хочешь, я расскажу длинную-длинную историю? — она улыбнулась, хитро сощурившись. — Это займет много времени, а после, когда настанет конец моим речам, ты осознаешь, что и так все прекрасно знал. Вперед?

Маленькая, противная... А что, если я возьму ее за шкирку и подвешу перед собой, прямо как провинившегося ребенка? Признаться, эта мысль была вполне себе ничего. Она будет раскачиваться в воздухе, глядя на меня жалобным взглядом, не понимая, что ей делать дальше, испытывая ровно то же самое, что довелось мне.

— Ты знаешь, каков будет ответ, — после нескольких секунд раздумий сдался я, — твоя взяла, мне спорить не охота.

— Вот и хорошо.

Легким взмахом крыльев она подняла себя в воздух, зависнув аккурат перед моими глазами. Темно-фиолетовое сияние окружило черное тельце, разгораясь и разгораясь, словно пламень свечи. Магия, знакомая мне, ниспадающим потоком заструилась вокруг, так похожая на небольшой фонтан, чьи воды блистали и переливались под сиянием бледного полумесяца. Замышлялось какое-то сложное чародейство, суть которого мне не удалось понять с первого раза. Все же я решил пока не вмешиваться и досмотреть спектакль до конца, лишь только отошел чуть назад.

Спустя небольшой промежуток времени, сопровождаемый потрескиванием и вибрацией ауры, драконица сформировала шар из энергии, очень похожий на запертый в пространстве вихрь, и, придерживая его лапками, аккуратно опустила на землю. В ее глазах проскользнул странный блеск, когда она задрала голову и бросила взгляд на луну; сердце мое в этот момент беспокойно трепыхнулось.

— Главное, не бойся, — прозвучали заботливые слова, а после Тьма, махнув хвостом, и более не мешкая, просто нырнула в шар.

Он принял ее полностью, будто состоял из воды. Только вот характерного всплеска не прозвучало, да и "пловец" не обратно не показался. Хотя об этом теперь вполне можно было догадаться: вместо чувства поддержки, вместо маленькой холодной лапы, что всегда лежала у меня на плече, пришла жуткая пустота, как будто у меня вырвали часть души... Закашлявшись, я упал на колени и совершил героическое усилие, едва удержавшись в таком положении. На глаза навернулись непрошеные слезы; от осознания ли утраты, или от мгновенного истощения — я не знаю. В горле пересохло, и зарождавшемуся призыву не удалось увидеть свет.

"Ты бросила меня, Тьма? Тьма!"

— Успокойся, Фурия, ты как ребенок, — прошипел голос второй стихии, — ты вообще не умеешь ждать, и думать тоже. Она тебя хоть раз оставляла одного?

"Нет, но я до этого и не умирал ни разу... Хаос, как это трудно!"

— Это никогда не было легко. Терпи.

После пустоты пришла боль. Огонь, широкими волнами распространившийся по моему телу, заставил меня стиснуть зубы и молча пережидать. Тело свело судорогой, двигаться не было никакой возможности, я мог только моргать, но не делал даже этого. Если раньше из меня выдернули душу, то теперь в освободившуюся область заливали расплавленный металл; может это и неправда, но по ощущениям вполне похоже.

— Терпи, ты сможешь.

— А у меня разве есть выбор? — кое как прошипел и вскрикнул, когда острые шипы, пусть и нереальные, врезались мне в бок.

— Нет, — философски заметила змея, — либо так, либо никак вообще. Главное, не убей сам себя.

Сквозь гримасу боли проступила безумная улыбка.

— Думаешь, я совсем дурак?

— Иначе я бы и не сказала.

Ноги разом подкосило, будто по ним резко прошлись лезвием, и мне пришлось грохнуться на круп, а уж затем и набок. Странно, но так боль ощущалась меньше, хоть и неудобно.

— Хватит...

Лед. Все, что пожирало неистовое пламя, мгновенно похолодело, выдавив из меня судорожный вздох. Дышать стало невыносимо трудно, я даже потянулся копытами к горлу, но вовремя одумался и просто расслабил мышцы тела. Это ведь... знакомый холодок, только значительно более сильный. Впервые я познакомился с ним в часовне Лок'деф, когда Фанг показал, как пустить в себя стихию Ночи, как управлять ею, как подружиться. Было очень, ну... необычно. Я тогда совсем не ожидал испытать подобное, ну а пережить повторение истории вновь... То, во что поверить сложно до сих пор.

— Тьма?

Шар передо мной, совершенно не спеша и слабо мерцая, вытянулся в плоский блин, а затем начал раздуваться. Мало-помалу его очертания начали принимать хоть какую-то осмысленную форму.

Боль, словно призрак, ударила по мне последний раз, ослепив напоследок, и ушла столь же внезапно, как и появилась. Вот теперь уже копыта добрались до морды, коими я начал усердно тереть глаза, стараясь прогнать затмившие взор блики света восвояси. Помогло, только не сильно: когда я взглянул на магию снова, захотелось закрыть глаза и протереть их еще разок.

— Прости меня за этот поступок, — прозвучал голос, в разы более женственный и глубокий, — так было необходимо.

Зажмуриться... Сосчитать до десяти...

Передо мной стояла уже не та маленькая чешуйчатая подруга, но уже весьма крупная, и очень красивая драконица, с отметиной на лбу в виде когтистого полумесяца. Она преобразилась очень сильно, став более... могущественной? Великой? Невероятно...

— Как?

— Твоя память разбита, но есть инструмент, который позволит восстановить ее полностью. — Тьма распахнула большое крыло и указала мне за спину. — До тех же пор я ничего не скажу.

~

Вот... Как бы я ни сопротивлялся, но все равно пришлось сделать именно так, как желали мои стихии. Вернись, Фурия, доверься артефакту, не думай, и вообще — ты сейчас не особо живой. Упомянув стихию разрушения еще разок, я обреченно уселся на круп и уставился на камень, пытаясь прожечь его взглядом.

Интересно, а почему Тьма выросла, но Молния — нет? И вообще, почему она выросла? Из-за моей преждевременной кончины? Но ведь я вполне себе живой, и даже дышу.

Шумно втянув воздух, наполненный ароматом ночных цветов с легкой примесью запаха горелой древесины, я с наслаждением выдохнул, даже закрыв глаза в этот момент... Нет, определенно на тот свет мне путь закрыт, но тогда...

— СЕРДЦЕ!

Я аж пригнулся и трусливо прижал уши к голове, когда вполне себе взрослый драконий голос, невероятно мощный, прозвучал прямо из-за спины.

— Подумать только, Фурия, тебе столь сильно разбило не только память, но и мозг? Ты ведешь себя, словно ребенок.

Мне не будет покоя, по крайней мере, пока рядом этот ужасный монстр...

— Хорошо, но если что, за себя не отвечаю.

Аккуратно протянул переднюю правую ногу к самоцвету и коснулся его, ощутив, как приятное тепло окутало копыто. Кристалл запульсировал и вновь сформировал связь между нами. На этот раз, правда, он никак со мной не взаимодействовал: никаких посторонних чувств не ощущалось.

И что мне следует делать теперь? Я должен понять сам, наверное, но мыслей не было. Попробовать потянуться к нему магией?

Я сосредоточился и попросил тень подо мной выполнить задуманное. Черное щупальце уползло вперед. Тонкая и хрупкая ниточка с виду, но прочная, словно сталь, на самом деле, она вытянулась под кристаллом и захватила его в объятия, пустив внутрь немного энергии.

Самоцвет отреагировал вяло, коротко "мигнув" внутренним светом, не более. Как висел, так и продолжил висеть.

Поначалу, конечно, я обрадовался такому исходу, ведь это значит, что насиловать себя не придется, без особой цели и выгоды используя неведомую вещь. Просто надо развернуться, выйти отсюда, и... что-нибудь сделать?

— Умереть, к примеру, — привычно изрекла моя стихия, продолжая сидеть в разломе, который когда-то был дверью, загораживая его собой полностью, — только если ты это сделаешь, твои друзья не обрадуются.

— И нет иного пути?

Драконица закрыла глаза и медленно помотала головой.

— Defseh kha asen, Фурия, и я стараюсь вести тебя так хорошо, как могу. Неужели ты не веришь мне?

Я поморщился.

— Ох, не начинай, пожалуйста.

Ну что тут скажешь? Спорить с частичкой самого себя, которая, к тому же, обладает истинно женским характером — прямой путь сойти с ума и не вернуться более.

— Но если ты xo'kha меня, тогда, может, подскажешь, как использовать, — тычок в сторону "сердца", — это?

~

Пульсация различных энергий продолжалась еще долго, а вместе с ними расколовшиеся фрагменты памяти собирались воедино, проносясь у меня перед глазами стремительным потоком картин. Ощущения, пережитые в этом месте, накладывались на события недалекого прошлого, порождая множество вопросов, много больше, чем было получено ответов.

Я умер... почти. Меня поддерживали сразу две великих силы: зов сердца Рат'агара, чье сияние испускалось остановившимся драконьим сердцем, и духовная связь, образовавшаяся давным-давно между мной и единорожкой. Кристалл, который теперь стал частью меня, показывал то самое место, в которое я вскоре должен был вернуться: мое тело, почти полностью обращенное в темную энергию, и оседлавшая меня единорожка. Рог ее испускал множество изогнутых нитей, распространившихся вокруг наподобие солнечных лучей. И лучи эти, уходя совсем недалеко, упирались в едва заметную, бледную желтоватую сферу одного из самых таинственных заклинаний, которые я когда-либо видел.

— Так вот почему ты стала такой, моя Тьма... Ты связалась с Твайлайт и переняла ее силы, верно?

— Не переняла, — вежливо поправила крылатая, — получила.

— Разве такое возможно?

Она смешно фыркнула и высунула язык.

Я усмехнулся. Повзрослела? Вряд ли. Просто стала побольше.

— Вскоре чары "времени вспять" развеются, моя стихия, и мы с тобой вернемся в бой, но пока, раз уж есть возможность, может, ты расскажешь мне про этот сон?

Твайлайт... Маленькая фиолетовая единорожка, кровь от крови расы цветных улыбчивых пони, обитающих в эдакой копии Авалона. Смешная девчонка, заучка, как "величали" ее некоторые, большая любительница узнать что-нибудь, достать и записать новое знание... Она ни разу не участвовала в мало-мальски серьезных конфликтах, за исключением атаки на Кантерлот, и владела до этого лишь базовым набором самых обычных заклинаний. Не спорю, ее особый щит — нечто, но по сравнению с магией, которая удерживала нас обоих в своих цепких объятиях, ее саму и мое тело — там, а разум Найта — тут, она не стоила и потухшего огненного шара.

"Время вспять" — легендарные чары... И как они ей дались-то? Откуда она их знала? Чудеса, да и только.

— Ты хотел услышать про сон.

Я вздрогнул, очнувшись от одолевшего меня удивления.

— Верно, извини.

— Оправдываться — лишнее, — Тьма раскрыла крылья и жестом пригласила меня перейти ближе, — садись. Ты ведь обнимал поняш в облике тенекрыла? Желаю того же.

Что тут скажешь... По ту сторону реальности — замершая битва, а здесь — гостеприимно распахнутые объятия драконицы. Я передвинулся к ней ближе, ощутив, как темное крыло заботливо укутало меня, оставив снаружи лишь рог и морду. Тепло и неожиданно приятно.

— А пони и вправду миленькие, — она мягко приобняла меня лапой, — ты готов услышать страшную правду?

— Нет, я сейчас усну.

Это было шуткой лишь отчасти — в теплом плену меня очень быстро уносило в сон, даже несмотря на то, что я и так в нем. Как странно было ощущать себя маленьким, окруженным заботой собственной стихии. С другой же стороны... разве то же самое не продолжалось всю мою сознательную жизнь, начиная от того памятного посещения часовни Лок'деф?

— Это сон сердца Рат'агара, то есть, если можно так выразиться, богини Тьмы.

Размышления тут же сдуло ураганом, засосало в черную дыру, смело веником. Мой удивленный возглас даже не вырвался на свободу, потонув в безграничном удивлении. Я резко дернулся, но чешуйчатые крылья держали крепко.

— Что?!

— Именно поэтому здесь я обладаю собственным, — Тьма щелкнула зубами, — телом и разумом, чуть отличным от твоего. И нет, — заметив в моих глазах растерянность, драконица отрицательно качнула лапой, — то, что принял ты — лишь артефакт, не более, суть тень истинного сердца.

— Ты сказала... богини?

— Не совсем, — драконица смущенно поскребла лапой по крылу, жест, который вижу впервые, — это трудно объяснить... я назвала ее так скорее для того, чтобы правильно выделить среди таких же. Ладно, поймешь со временем, — она подняла голову и взглянула на звезды, сияющие, почему-то, неестественно ярко, — а пока ближе к делу.

Оглянись. Вокруг почти нет жизни — предметы не омываются вездесущей волшебной силой. Трава, деревья, да даже здания смотрятся неестественно, но при этом вполне знакомо. Ощущаешь? Все потому, что это — копии, подделки, созданные на основе твоих воспоминаний. Ты погрузился в сон, но не свой, поэтому можешь в нем ясно мыслить, даже ходить, но изменять саму ткань сновидений...

— Стоп-стоп-стоп, — я потолкал копытами бронированный живот, — до этого я и сам дошел, меня больше интересует владелец.

— Вечно ты торопишь события! Мы сейчас во временном мире, который исчезнет тогда, когда закончится действие заклинания Твайлайт. Сам мир — аномалия Тьмы. Так яснее?

— Ах это аномалия? — возмущенно пнул ее, как когда-то делала единорожка, — ты не могла сразу это сказать? Смысл городить тени?

Драконица опустила взор и неожиданно мне подмигнула. Легкая улыбка украсила чешуйчатую морду, в миг изменившись на садистскую, когда черная лапа легла мне на голову и Тьма принялась усердно скрести, вызвав тем самым мой протестующий рык.

— Мы сидим сейчас тут, вне миров, вне времени, только ты и твои стихии. Через некоторое время водоворот судьбы вернет тебя в бой, и в сердце твоем вновь закипит ярость. Ты знаешь это, понимаешь, но вместо того, чтобы хоть как-то приготовиться, пытаешься вытащить из меня абсолютно бесполезные знания. Кто же ты после этого?

На пару мгновений вся моя концентрация ушла в шуточную борьбу с не в меру разыгравшейся Тьмой, поэтому эти ее слова, произнесенные словно бы в насмешку, для меня были словно удар молотом.

— Пожалуй... да, стоит призадуматься. И не смей смеяться!

~

Белый свет объял все тело, подарив чудесное ощущение невесомости. Все звуки разом исчезли, оставив лишь тихий мелодичный звон. Мои мысли устремились кто куда, как испуганные зверьки, уступая мысли лишь одной. "Как избежать повторной смерти". Время, повернутое вспять, со стоном вливалось в прежнее русло. В одной короткой вспышке настоящий мир вернулся, искаженный магическим полем так, что не сразу удалось сообразить, где я сейчас нахожусь; видно было лишь множество разноцветных пятен, словно грязь, размытая по стеклу. И слабое-слабое чувство опасности свербило в сердце... В кристаллическом теперь сердце. Ужас.

Нечасто я попадал во временные аномалии, но все равно каждый последующий раз не становился более простым: отчаянно хотелось двигаться, что невозможно, когда время вокруг течет медленней обычного. Словно находишься в очень густой жидкости, из которой, к тому же, никак не выбраться. С тихим стоном я напряг крылья, дабы убедиться в их наличии. Мышцы послушно отозвались слабой болью. "Однако ж".

Понемногу все вокруг приходило в движение: заклинание единорожки развеивалось, возвращая все в привычные токи. Тихий хлопок оповестил собой начало развития событий: наконец я ощутил, что начинаю куда-то двигаться, причем, с каждой секундой все быстрее и быстрее, хотя не получалось шевельнуть даже ухом.

— Э-э-э?

~

— Тьма, прекрати уже, ты мне рог сломаешь!

Чудовищная пытка, к моему превеликому счастью, завершилась, правда тяжелая лапа переместилась мне на спину, заставив судорожно дернуться, когда я шкурой ощутил кончики холодных острых лезвий.

— Ой! — драконица смутилась и заключила меня в объятия передних лап, — ты думай, а я пока наслажусь биением твоего сердца.

— На романтику потянуло?

— Думай!

Я усмехнулся. Какая же все-таки странная у меня душа: человек, дракон и пони, а еще две девушки: Ночь и Молния. Как только с ума не сошел?

Итак, мое тело надежно зафиксировано заклинанием в каких-то жалких пару секунд до столкновения, пережить которое не выйдет. Что делать будем? Единственное, что приходит на ум — полное слияние с Тьмой, тогда смогу обратить свое тело в призрачную форму на пару мгновений, но оно совсем не затронет Твай, так что не вариант. Увернуться, скорее всего, не выйдет вообще: хоть пони и использовала весьма мощную магию, но сделала она это неосознанно, а потому во времени нас отбросит совсем недалеко. Надеюсь, хоть эти самые пару секунд и будут.

— А помнишь ту связь, которая установилась между вами с Твайлайт? — произнесла драконица, легко хлопнув крылом по спине.

Честно говоря, хоть сидеть так и приятно, но все эти тычки и пихи надоели уж.

— Хорошо, больше не буду, — легко согласилась та с моими мыслями, — так вот, господин недотрога, у меня есть неплохая идея.

— Поведаешь?

Она показала сдвоенный язык.

— Нет, догадайся сам. Я только дам маленькую подсказку.

Она взмахнула лапой, соткав из воздуха картину, что недавно показывало мне "сердце": как мы с единорожкой висим перед огромной каменной колонной, окруженные полем искаженного времени. Выглядело довольно страшно, особенно запоминался взгляд Твай, в котором читался невероятный ужас и знание неизбежного. Я невольно опустил взор, чтобы не видеть последствий своей ошибки; прочитав эти мысли, драконица обняла меня крыльями крепче и уткнулась чешуйчатой мордой в черно-синюю гриву, молча выражая свою поддержку.

"Связь..."

Это простенькое слово эхом прошлось в моей голове, бережно собирая необходимые крупицы знаний в одно целое. В ту невероятную магию, которая поможет нам с пони преодолеть все преграды.

~

Я закрыл глаза. Даже странно, что веки меня слушались, в отличие от всего остального, хотя в это крохотное мгновение, растянувшееся на несколько секунд, сие было не особо важно.

Придется колдовать совсем без подготовки, отбросив руны, энергию, изящность и мощь. Только одно чувство имеет место быть, только оно способно воплотить чары в жизнь.

Все быстрее и быстрее двигались изображения. Пятна обратились в картины, пространство наполнилось запахами, а, чуть погодя, и звуками. Незыблемое ранее, мое тело вдруг рванулось вперед, стремясь продолжить роковой полет.

"Аномалия..."

С громким треском сфера чар развалилась, предоставив свободу действий. Сразу же, рефлекторно, я расправил крылья полностью, чтобы уйти вбок, но все равно вытворить подобное уже было невозможно.

"...защита".

Молю тебя, Тьма, что эта мысль была верна, а иначе будет очень... неприятно.

Каменная колонна устремилась ко мне на огромной скорости, оказавшись перед самым носом так близко, что я даже умудрился разглядеть крошечные трещинки по всей ее поверхности; картина, которая тоже надолго останется в памяти. Зарождающийся крик единорожки достиг ушей и больно резанул по сердцу, но продлился совсем недолго, точнее, меньше секунды.

Знакомый звук, похожий на тихий хлопок, раздался отовсюду, перекрыв все остальные, а затем пришло знакомое ощущение призрачной плоти. Не только моей...

~

— Смотри, — драконица ткнула на изображение меня, — ты можешь летать, а у единорожка — нет. Из-за этого ты вынужден нести ее на своей спине и совсем не способен поэтому колдовать. Плохо?

— Ага, — я согласно кивнул, — и что тогда?

— Вот-вот. Тогда, учитывая твою догадку, почему бы тебе... не подарить ей крылья?

~

Какой ужас. Такое я делаю впервые, и, если честно, мне очень-очень страшно.

Собравшись с той смелостью, которая еще осталась, я мысленно запретил себе материализоваться обратно и заблокировал попытки Тьмы провернуть это помимо моей воли. В итоге удивленно-испуганная пони обрела свое тело совершенно одна и, не найдя под собой чешуйчатой опоры, стремительно понеслась вниз.

"Подарить ей крылья... Ну да, почему бы и нет, ведь сердце-то, считай, уже отдал". Мысленно усмехнувшись, рванул за пони и окружил ее, использовав нашу связь как окно между разумами.

"Слияние с Твайлайт!" Как звучит, моя поняша?"

— Найт? — проорала она безгранично удивленным тоном, — во имя Селестии, я же падаю! Ты где?!

"С тобой, Твай. И пока это так, ничего с тобой не произойдет".

Теперь я словно стихия для нее. Собственных способностей к созданию чар у меня больше нет, зато можно вполне брать заготовки прямо из мыслей пони. И именно сейчас она больше всего на свете хотела избежать встречи с землей. Исполним!

"Лети, мой ангел".

Тихо-тихо, словно тени, распахнулись два огромных черных крыла. Они затрепетали на ветру, плавно взмыли вверх, а затем со всей силы опустились вниз, существенно замедлив падение своей хозяйки. Еще взмах, сопровождаемый небольшим ураганом, и Твайлайт зависла на месте, во все глаза рассматривая такую близкую сейчас темную поверхность земли.

"Так уже лучше. Теперь поднимайся в воздух".

— Как? — прозвучало истеричное. — Где вы вообще?

"Я обратился в призрака и слился с твоей магией. Остальное потом расскажу, ведь ты в смертельной опасности вообще-то".

Где-то сбоку раздался громкий треск, сопровождаемый шумом множества падающих камней. Громко пискнув, Твайлайт инстинктивно отпрянула в сторону, чем я и воспользовался, поделившись с ее сознанием своими навыками полета. Этот небольшой трюк позволил поняше собраться и высоко взлететь, увернувшись от попытки хранителя оборвать ее жизнь.

"Хорошо. Теперь внимай. Я не могу сам использовать чары, однако, в силах исполнять твою волю".

— Но...

"Как? Не знаю, да это и не особо сейчас важно. Враг очень сильный, много сильнее, чем я предполагал. Сконцентрируйся на портале домой, я буду держать защиту".

— Домой? Ах! — она испустила судорожный вздох, когда рванула вбок и избежала встречи с колонной. — Но ведь ткачи до сих пор в беде, разве мы не должны им помочь?

"Должны, но твоя жизнь важнее. Впрочем, запретить сражаться не могу, поэтому, выбирай, а я последую за тобой хоть на край света".

Пони призадумалась. Было видно, что ее раздирает на части желание одновременно и помочь, и послушаться меня. С одной стороны данное обещание, которое доброе сердце единорожки просто так отринуть было не в состоянии, тяготило душу, а с другой был страх за свою и, видимо, мою жизнь. Страх и ужас пережитых недавно мгновений. Сложный выбор... Что бы на ее месте сделал бы я?

Глупый вопрос, и так все ясно.

Когда очередная угроза объявилось точно под Твай, она вдруг резко опустила голову и послала навстречу яркий белый луч, расколовший каменное щупальце на множество частей.

— Ты бы не убежал. И я не убегу. Я сдержу свое слово.

Улыбнувшись про себя, приготовился к бою, чувствуя, как приятное тепло растекается по призрачному телу.

"Иного и не ожидал от тебя, Твайлайт Спаркл".

~

"Темный вихрь".

— Поняла!

Отлетев в сторону, Твайлайт взмахнула головой, разрезая белым лучом пространство перед нами. В довесок к ее испепеляющей магии вперед устремились десятки небольших черных полумесяцев, разлетевшись широким веером. Множество черных тучек, чье появление сопровождалось тихими хлопками, наполнило пространство, обрисовав контуры нашего врага: большой грязно-серый шар света, успешно скрывающийся от нас за каменной оградой. Хранитель-дух, очень неприятный враг, с которым довольно трудно сражаться.

"Не повезло нам, Твай. Двигайся вперед, попробуй смешать свои чары и "Плеть Тьмы".

Послушная моим просьбам, единорожка рванула вперед и прикрылась полупрозрачным куполом своего щита. Я последовал за ее мыслями и усилил защиту своими чарами, одновременно подготовив боевые заклинания к действию.

Удивительное взаимопонимание... Впервые использую магию обращения в стихию, впервые мы с Твайлайт объединяемся, но уже, спустя пару жалких минут, достигаем невероятного уровня слаженности. Словно вытворяли такое многие годы...

Луч белой энергии устремился вперед, а сразу за ним вытянулись тени, образовав некие подобия щупалец. Двойная атака, невероятная сама по себе, шустро добралась до нашего врага и проломила его защиту, откинув духа в сторону. К сожалению, "плеть" не дотянулась до жертвы во второй раз и развеялась, оставив после себя лишь опадающие черные частицы.

"Вроде достали. Это хорошо".

Взмах и взмах, единорожка отлетела вбок, внимательно разглядывая то место, куда удрал дух.

— Найт... Откуда во мне такая решительность?

"Нашла время философствовать. Может, это из-за того, что ты помогаешь доверившимся тебе существам?"

Сбоку пришла атака — огромное полупрозрачное поле, словно стена, двинулось на нас, не предвещая ничего хорошего.

— Не уверена в этом.

В этот раз пони использовала лишь меня, послав навстречу опасности огромный черный клубок. Врезавшись в стену, он пробил в ней брешь, куда Твай и нырнула, спасаясь от опасности.

"Чтобы тебе было спокойнее, могу предположить, что это я виноват: мое чувство битвы перешло к тебе. В любом случае, не вижу ничего плохого. "Проклятие смертного", а затем бей сбоку".

— Хорошо.

Едва дух показался из-за своей импровизированной крепости, под ним развернулся магический круг, из которого снизу-вверх пошел черный дождь. Стремительный рывок в сторону, и я воплотился в яркой молнии, устремившись к цели. Снаряд, подчиненный моей воле, обогнул препятствие и ударил точно по призрачному телу, разбросав всюду снопы искр.

"Сейчас он оденется в броню, гляди".

Сопроводив заявление мысленным указанием, я осмотрел поле боя, поддавшись легкому чувству опасности. Чутье меня обычно не подводило, но никаких других угроз помимо хранителя видно не было. Где-то прячется?

Как и должно было случиться, вокруг духа появилась бледная аура, притягивающая к себе мелкие предметы. Осколки камней, разломанные кристаллы, всяческий другой мусор — все устремилось к светлячку, образовывая вокруг него все больший и больший шар. Воздух буквально зазвенел, сотрясаемый творящейся мощной магией.

— Ух ты! Красиво. — Твай буквально загляделась на это чародейство. — А прервать мы это никак не сможем?

"Увы, — я мысленно помотал головой, — самовозводящиеся чары, тут "проклятие" бессильно.

Кстати, насколько я помню его поведение, он сейчас атакует".

— Я знаю. Мне открывается твоя память.

"Что, вся?"

Побочный эффект связи, со мной происходило то же самое, однако... хорошо, что призраки не умеют краснеть, а то бы я сейчас загорелся и сжег вместе с собой все вокруг.

— Нет, лишь небольшие кусочки, но и они довольно интересны. К примеру, я теперь знаю, что круп Луны очень даже ничего.

"Ах ты вредина. — я усмехнулся. — Ну тогда поведаю тебе другую страшную тайну. Ты иногда любишь одевать полосатые носочки, подвязывать хвост широкой резинкой, и в таком виде..."

— Что?! — раздался громкий вскрик, после чего последовала белая вспышка телепортации.

Я замер, ожидая невероятных ощущений. В мгновение нас с единорожкой скрутило в тонкую нить, которая растянулась до далекой точки наверху, а затем сжалась в ней, обратившись шар. Миг, и мы парим в другом месте, а промазавший магический снаряд неспешно разворачивается в нашу сторону.

"Я понял, обсудим это потом. Пронзающий мрак".

Она кивнула, немного нервно, и прицелилась, выпустив навстречу опасности черный туман, принявший форму наконечника копья. Хмыкнув про себя, я взял заклинание под свой контроль и повел его в атаку, со всей силы врезавшись в чары противника.

Странно, что мы чувствуем мысли друг друга; странно и плохо. А вдруг она узнает что-нибудь, чего знать не следует? Или наоборот, я получу тайну, с которой потом не смогу заснуть? Хорошо бы понять, как работает эта магия-аномалия...

Откинув размышления в сторону, я сосредоточил силы на одной лишь точке, где острый конец чар Тьмы упирался в округлый снаряд хранителя. "Пронзающий" — это не просто так; собрав всю свою волю в этот порыв, толкнул заклинание чуть вперед, пробив в бледной сфере небольшую брешь. Ее поверхность покрылась темными трещинами и заискрилась, но ломаться полностью не возжелала. Ну что же, тем веселее. Достаточно немного продержаться.

С громким треском чары врага развалились, а Тьма прорвалась вперед, сменив прицел на каменную образину. Коротко просвистел ветер, удар достиг цели, оставив после себя темную вмятину на магической броне духа.

~

— Довольно!

"А?"

Развернувшись, чтобы после атаки вернуться к хозяйке, я вдруг ощутил, что нечто, спрятанное глубоко в сердце, сильно натянулось, а затем оборвалось, пустив по призрачному телу волну боли. В глазах на мгновение потемнело, словно на меня накинули непрозрачную ткань, а потом малоприятный холодный ветер начал дуть мне в живот.

"Что это еще за приколы?"

В мгновение ока тело вернулось ко мне, и на одной лишь удаче мне удалось выровнять полет. Не до конца соображая, что и как сейчас произошло, я повернул нос в ту сторону, где должна была быть Твайлайт, но ничего не увидел. Совсем ничего, ни остатков магии, ни одного следа, сплошная пустота. И кстати, а кто так здорово рявкнул?

Сложив крылья, устремился вниз, чтобы перехватить падающую поняшу, если она действительно такое сейчас вытворяла, однако, полет был грубо прерван невидимой силой, резко ударившей мне в грудь. Сильный рывок впечатал мое чешуйчатое тело в стену, выдавив из меня хриплый стон. Больно...

— Лучше не шевелись, дракончик, и все пройдет быстро.

Кое как поднял голову наверх, чтобы увидеть, как некое толстое существо в грязно-оранжевом плаще медленно спускается из-под потолка, окруженное уже хорошо знакомым, а оттого еще более ненавистным ореолом Хаоса. От него исходило неровное сияние, обращенное ко мне, и то же самое сияние обволакивало меня самого, не давая даже пошевелиться. Распят на голом камне...

Сосредоточившись, попробовал сжаться в комок, и у меня даже получилось пошевелить передними лапами, но спустя секунду острая боль пронзила живот, сразу же выбив из головы любые мысли о хоть каком-то шевелении. Едва удержав стон, я опустил голову, чтобы увидеть, как вниз падают, прощально сверкая с свете Хаоса, мои черные чешуйки, а из открывшейся раны понемногу вытекает кровь.

— Я же сказал, дракончик, не двигайся, а то накажу, — толстый черт высунул из-под балахона пухлую руку и погрозил мне указательным пальцем.

— Да иди ты... — тихо прошипел про себя, со всей силы дернув крылом.

К счастью, зачарованные Тьмой, крылья мои способны были разрушать магию, и этот случай не был исключением. Правая часть моего тела стала свободна и я позорно повис на левых лапах. Тут же пришел удар, подкинувший меня высоко вверх, а затем следующий, впечатавший обратно в стену.

— Последнее предупреждение. Видит мастер, я прибыл сюда всего лишь за одной вещичкой, и не хотел никого мучать. Просто потерпи, и умрешь быстро. Идет?

— Нет, so'shaas, — с усилием изогнулся и взглянул на него, — я умру тогда, когда посчитаю нужным, не ранее.

"Найт?" — прозвучал слабый мысленный позыв, тихий голос, родившийся прямо в глубинах сознания, как будто со мной заговорил ткач. Только вот... мысли эти были очень знакомы и родны.

"Твайлайт?" — поначалу просто не поверил в чудо, и постарался найти пони. Провально, к тому же меня опять крепко приложило о камень. Три раза.

"Найт! — мыслеголос пони срывался, — что он с тобой делает? Кто он?!"

Толстячок неспешно подплыл к хранителю и протянул к нему руку. Раздался противный звон, затем скрежет, сопровождаемый яркой вспышкой, и несчастный дух буквально лопнул, раскидав по округе остатки своей брони. Приглядевшись, я рассмотрел странную треугольную штуковину, оставшуюся на месте ужасной гибели.

"Он играет со мной. Не важно, надо остановить его любым способом. Ты можешь двигаться?"

"Да...- чуть не плача ответила пони, — сейчас сделаю что-нибудь, держись!"

Конечно я продержусь, куда уж тут деваться? Не умереть бы только в самом деле.

Жаль, что облик сменить не дает какая-то неведомая фигня, а в драконьем теле особо то и не поколдуешь. Правда, тут полно своих плюсов... Собравшись с силами, ощутил в груди теплый комок, быстро перекатившийся в рот, и плюнул его прямо в жирное тело. Неподвластный никакой контролирующей и отводящей магии, сгусток плазмы шустро преодолел все расстояние между нами и аппетитно вгрызся в ткань, проделав в ней немалую дыру. Повезло уродцу, что его тело было прикрыто еще и щитом.

— Тьма не дремлет, тварь.

Я зажмурился, ожидая новую серию ударов, которые так и не пришли. Приоткрыв глаз, увидел, как у жреца Хаоса в прямом смысле дымится зад, а новый белый луч хищно устремляется к своей цели.

"Молодчинка".

В два счета разорвал связывающие меня путы и оттолкнулся от стены, помогая себе крыльями. Сильный рывок и вот уже я совсем близко, острые когти-лезвия блестят, предвкушая кровавую жатву...

Он просто взмахнул рукой. Послушная ему магия вспыхнула, осветив все вокруг потусторонним бледным светом, ей вторил ужасающий металлический звон, больно ударивший мне по ушам. Ослепленный, оглушенный, я извернулся в воздухе, попытавшись достать до цели лапами, но промахнулся, не дотянувшись совсем чуть-чуть... Мощная волна магии отбросила меня в сторону.

"Вот eseara, он явно не шутит", — подумал, прежде чем проломить своей спиной дыру в одной из каменных колонн, оставленных ныне покойным хранителем. Довольно неприятное чувство подстегнуло мою ярость и впервые за долгое время я начал ощущать, как спящий доселе дракон начал пробуждаться.

Предки тенекрылов почти не пользовались магией, полагаясь, в основном, на острые когти, мощные крылья и темную чешую, способную поглощать свет. Во многом из-за последнего я любил этот облик, ведь свойство оставаться незаметным как нельзя кстати подходило для разведки, или же охоты... выставляя меня совсем в плохом свете во время битвы. В бою менять чары на когти было не выгодно, поэтому редко когда всерьез сражался как тенекрыл, предпочитая дракону нормальное обличье. Честно, и сейчас бы сменил облик, но что-то препятствовало этому, разрушая любую магическую связь с моими рунами. Теперь я был совсем без чар. Хорошо хоть, Твайлайт еще может колдовать.

Пролетев по инерции еще немного, я развернулся и метнулся вперед, надежно вцепившись в разрушенную колонну. Десять секунд на передышку.

"Твай, ты можешь телепортироваться?"

"Нет, мне мешает это существо".

Конечно, это должно было понять сразу, как только этот самодовольный тип вообще тут появился. Ничего не бывает так просто...

"Плохо. Я-то вообще не в состоянии колдовать".

Острый слух не подвел: едва услышав слабый звон боевого заклинания, я оттолкнулся от поверхности и резко взлетел вверх. Мое небольшое укрытие тут же лихо взорвалось, закидав осколками все вокруг. По брюху раздались слабые щелчки.

— Эй дракончик, не летай так быстро, мне трудно попасть!

Сильно взмахнув крыльями, ушел вбок и свечкой нырнул за еще целый столб, опять уцепившись в него со всей силы.

Не получается подобраться, что делать-то?

"Найт, у меня есть идея, ты можешь отвлекать его от меня, пожалуйста?"

"Как будто он еще про тебя помнит, — я оскалился в усмешке, хоть Твай это и не сможет увидеть, — положись на меня".

Когда ты не знаешь, как победить противника, приходит страх. Когда приходит страх, начинаются ошибки, поначалу маленькие, незначительные, но даже такие могут вполне стать последними. Если страх овладел тобой, поможет лишь отступление... или чудо, как произошло сейчас. Связь между нами была велика, и я знал, что могу совершенно спокойно, без единых колебаний, доверить поняше свою жизнь. Казалось, знаем друг друга меньше месяца, в совместную битву вступили впервые, а уже такой дух?

Ну что же... Эквестрия оставила на мне свой отпечаток.

"Твай, не ведаю, что ты задумала, но знай, что я полностью тебя поддерживаю".

Быстро перебирая лапами, с каждым движением высекая из камня снопы искр, быстро забрался на самую верхушку и поставил крылья так, чтобы они создавали эхо произносимых мной слов. Мой взгляд уцепился в толстую фигурку жреца Хаоса, который, похоже, почуял неладное и замер в нерешительности.

"Спасибо... — прозвучал ее мысленный голос, окрашенный неподдельной радостью и теплом, — я постараюсь сделать все, что в моих силах".

"Давай. Попробую схлестнуться с ним в ближнем. Прошу, закрой ушки".

С дуновениями легкого ветерка пришло ее согласие, словно целительный бальзам, успокоив метающуюся душу. Прочно уперевшись задними лапами в камень, я чуть-чуть привстал и глубоко вдохнул затхлый воздух пещеры. Теплые потоки еще не родившегося плазменного пучка разлились по пасти, приятно согревая и искажая дыхание. Оно стало более сиплым... и громким.

Интересный трюк, который показал мне один товарищ. Небольшое врожденное заклинание, суть простое, основаное на некоторых особенностях выдыхаемого мной огня. Представив на мгновение, как весело скачет по зеленой траве довольная своей победой Твайлайт рядом с не менее довольной принцессой Селестией, как радуется она, находясь вместе со своей наставницей, как чувствует гордость аликорна за свою лучшую ученицу, я сконцентрировал все чувства в своем новом сердце, воплотив их в оглушительном реве.

Мощная волна, многократно отразившись от стен, колонн, моих крыльев, ушла вперед и накинулась на нашего врага. В установившемся грохоте я не слышал, что он там орет, но то, как он зажал свои уши руками, его широко открытый рот — все это говорило о боли, которую сейчас испытывает. Не теряя ни секунды я сильно оттолкнулся и бросился вперед, всей своей сущностью стремясь добраться до него. Во что бы то ни стало.

На пару мгновений время словно бы замедлилось, позволив мне увидеть, как сформировывается в руке жреца разрушительное заклятие. Совершенно удивленный такому странному чувству, я дернулся вбок, уходя из-под удара, и сделал еще один стремительный рывок, рискуя по-глупому пролететь мимо. Выбора, правда, не было, поэтому пришлось так поступить.

В нужный момент время опять замедлилось, зарядив в мозг еще большую дозу удивления. Вместе с удивлением пришло странное знакомое чувство, когда сознание само вырисовывает самые вкусные места на жертве...

Вкусные места?

Я обрушил на врага мощный удар передней лапой, выдвинув когти на полную, но вместо приятного ощущения рвущейся плоти ощутил лишь неясную гладкую поверхность. Разочарованно зашипев извернулся и хлестнул врага хвостом, ровно с тем же результатом, после чего на инерции пролетел дальше. Правда вот, полет совсем не замедлился, а очень даже наоборот, направляемый окружившим меня оранжевым сиянием. Успев лишь повернуться боком, чтобы защитить морду, сильно приложился о стену.

Удар вышиб из меня дух, но при этом еще сильнее разжег закипающую внутри ярость.

— Что ты там делаешь, лошадь? — достигло моих ушей гневное, заставив их встрепенуться.

Отвернулся от меня, shaas? Ну нет, я твой противник!

Драконья сущность внутри меня радостно согласилась, безмолвно призывая на охоту, и зов этот заключался во все возрастающей жажде крови. Тьма, хоть бы я не напал на Твайли после всего... С легкостью оттолкнувшись от приютившей меня вмятины, совершенно не обращая внимания на слабую ноющую боль в правом боку, я вновь устремился в прямолинейную атаку. В два взмаха, в два мощных гребка крыльями по воздуху пересек разделяющее нас пространство воспарив над врагом. К счастью, драконья натура, застилающая разум, все же позволяла мне думать, прежде чем бить; нанеся несколько быстрых ударов, нырнул под врага и попытался вцепиться в жирное тело, чтобы утащить его с собой на землю.

Увы. Когти, способные пронзить металл, лишь проехались по его магическому щиту, высекая снопы искр, а вот его атака вполне до меня добралась, прилетя мне прямо в морду. Чудовищная сила дернула вниз, парализовав половину тела, из-за чего не получилось даже шевельнуть крылом. Со злобным рыком, в котором смешались еще ярость и отчаяние, я устремился во тьму ущелья, не имея ни единой возможности предотвратить болезненную встречу.

Ожидаемый, но оттого не менее неприятный удар пришелся в этот раз по спине. Что-то тихо хрустнуло. Пыль взметнулась в воздух, создав на некоторое время непроницаемый свету барьер, скрыв жреца Хаоса от моего взгляда, а вместе с потерей цели начал успокаиваться и дракон внутри. Силы понемногу уходили вместе с тоненькими ручейками крови, что извиваясь между чешуйками, стремились найти себе путь от раны в животе до такого приятного, холодного песочка.

Интересно, а откуда тут песок? Тут что, раньше было какое-то озеро? Вяло встряхнув головой, дабы отогнать ненужные сейчас мысли, я перекатился на лапы и кое-как встал, уже отчетливо ощущая, как трудно стало шевелиться. Хоть моя природная броня и тверда, это не дарует полную неуязвимость, к тому же, если меня со всей силы швыряют об твердые поверхности, словно игрушку.

Задрав голову кверху, я осмотрелся, но не увидел даже намека на врага. Характерное свечение также пропало, оставив меня в полном недоумении: куда он подевался? Мне ведь никак нельзя оставлять его одного!

"Твайлайт, ты меня слышишь?"

Прислушался к своим мыслям... тишина, но присутствие поняши ощущалось более чем отчетливо. Волноваться не о чем, пока что, однако разруливать ситуацию придется в одиночку. Похоже, единорожка колдует там нечто очень и очень сложное, и мне самое время, в таком случае, возвращаться в бой.

Упершись на задние лапы, подпрыгнул, взмахнул крыльями... и грохнулся обратно, опять же на многострадальную правую часть тела. Нехорошее подозрение закралось в мое сердце, обдавая его могильным холодом. Встав на лапы так быстро, насколько позволяло состояние организма, обернулся, чтобы увидеть, как одно из крыльев совершенно неестественно изогнуто.

Сломал крыло... Тенекрыл сломал себе крыло... Поддавшись этой назойливой мысли, я в страхе сделал несколько шагов назад, спасаясь неизвестно чего. Повсюду вдруг начали мерещиться призраки, жаждущие лишь одного — вкусить крови обездвиженного дракона. Разум затрепыхался в чешуйчатой клетке, все больше и больше отдаваясь панике, вторя ему, сердце глухо запульсировало.

Но... как это произошло? Мои кости куда как крепче многих материалов, иначе "полет" просто размалывал бы меня в невесомый порошок.

Окинув взглядом окружающее пространство в поисках хотя бы чего-нибудь, я заметил странное сверкание на земле и устремился туда, ощущая, как волочится по земле кромка безжизненно свисающего крыла. Пришлось все силы бросить на то, чтобы перебороть животный страх, поэтому следить за обстановкой у меня не вышло. А зря.

Глухой взрыв раздался сбоку, обдав тело сначала невероятным холодом, а затем адским огнем. Он нещадно ударил меня так, что отбросил далеко в сторону, и лишь вовремя вонзив когти передних лап в землю, чем проделал несколько длинных борозд в ней, я умудрился затормозить перед самой каменной колонной. В ту же секунду, когда озлобленно посмотрел вперед, что-то небольшое неприятно щелкнуло меня по носу и упало, издав протяжный металлический звон. Я рефлекторно отпрыгнул в сторону, и лишь затем обратил внимание на эту странную вещь.

Покрытая пылью, одним лезвием торчащая из песка, передо мной лежала, сверкая рунами, моя глефа. "Крыло ночи", подарок, который я никак не ожидал увидеть в данной ситуации.

— Крылышко мое... — тихо прошептал и сделал шаг к оружию.

Будто почуяв мое настроение и ощутив мое состояние, глефа тускло засветилась, испуская приятный глазу мягкий лунный свет, и принялась менять форму. Лезвия обратились в голубоватый туман, закрутившись вокруг древка причудливым вихрем, а само оружие слабо замерцало и приподнялось в воздух. Недолго думая, я рывком добрался до "Крыла", схватил его зубами, и побежал дальше.

Животный страх тотчас отступил, позволяя вернуться в прежнее воинственное состояние. И пусть летать теперь возможности не было, зато у меня появилась вещь, вполне способная нанести врагу пару смертельных ран. Продолжая преображение, глефа приняла полностью нематериальную форму и тоненькими змейками потекла по моей шее, разделившись в районе груди на два потока, каждый из которых устремился к своей передней лапе. Слабая щекотка ощущалась даже сквозь мою природную броню, заставив меня даже пару раз фыркнуть.

Подпрыгнув на ходу, я вонзил когти в каменную колонну и принялся шустро по ней забираться. Если врага не видно снизу, может, посмотреть сверху?

Пока карабкался, заметил, что когти мои стали чуточку длинней, и принялись светиться, а на передних лапах образовались два браслета из странного темного материала. Неожиданная форма для "Крыла", если честно, я больше привык к другой, что и неудивительно: никогда еще не пользовался в этом облике каким-либо другим оружием, кроме того, что дала мне природа.

Мой противник обнаружился совсем недалеко, и в весьма странном состоянии: окруженный бледным свечением, он неподвижно замер, силясь что-то сделать. На его лице, точнее на той небольшой части, видимой сейчас из-под капюшона, было написано великое напряжение, руки полыхали пламенем Хаоса, но при этом не происходило ровным счетом ничего: сдерживающие чары на нем были очень и очень сильны.

"Ну, Твайлайт, ты даешь... Откуда ты знаешь эту магию?"

Быстро оценив ситуацию, а также ощутив, как трудно даются поняше эти чары, я подобрал под себя задние лапы, сильно оттолкнулся, и, помогая себе здоровым крылом, с кровожадным рыком прыгнул на врага. Он попытался было отмахнуться, но такой слабый толчок в грудь, что получилось сколдовать, ничего моему весу сделать не смог, позволив мне беспрепятственно обрушиться на его в яростной атаке. Когти-лезвия пробили брешь в защите, и я на этот раз вцепился мертвой хваткой, повиснув на нем, словно живое украшение. Сияние ауры единорожки продолжало выполнять свое дело даже несмотря на мое вмешательство. Не продержавшись и пары секунд, магия Хаоса, поддерживающая своего хозяина, лопнула, отправив нас в свободный полет.

Впервые за все это время на лице жреца появился страх, столь приятное для моих глаз чувство, означающее, что он не настолько силен, чтобы победить нас обоих. И пусть Твайлайт была еще совсем неопытным бойцом, ее природный ум, сильно развитый за долгое время обучения, а затем соприкоснувшийся с моей памятью, делал свое дело.

— Ты боишься, tenere so'beyo fo shaas! — победно прошипел ему в лицо, прежде чем мы успешно приземлились и я придавил его земле всем своим телом.

Вряд ли это ему сильно повредило, зато у меня появилась весьма неплохая возможность как следует разодрать магическую защиту. Оправившись от "мягкой посадки" чуть быстрее, я поднялся на задние лапы, а затем со всей силы опустил на него передние, довольно глубоко вонзившись в переливающийся оранжевым щит. От удара во все стороны пошли трещины, но эта противная скорлупа выдержала, тем самым поддразнив мою кровожадность. Недовольно зарычав, я вновь замахнулся, но в этот раз был остановлен мощным заклинанием, схватившим меня за горло и отбросившим в сторону.

"Вот зараза, крепкий".

Упав на спину, я резво перевернулся и прыгнул за каменные обломки, спасаясь от возможной повторной атаки, а заодно и пропадая из зоны видимости. Оглушенный моим ревом, ослепленный темнотой, он и так едва меня видел, а теперь и вовсе потерял. Превосходство Тьмы.

Затаившись, наблюдал, как приверженец Хаоса медленно поворачивается вокруг своей оси, стараясь одновременно скинуть надоевшие оковы и не проворонить мой выпад. Тщетно. Бесшумно сместившись в сторону, я выждал, пока он не повернется боком, после чего стремительно атаковал в прыжке, повалив его на землю. Раз за разом нанес три быстрых удара когтями-лезвиями и вновь отступил во тьму, совершенно безнаказанно. На этот раз несколько ярких, похожих на огненные лучей вырвались из его рук и, громко шипя, разрезали пространство впереди, разрушив все, до чего коснулись. Видимо, жрец потерял терпение, или же сделал это от безысходности, в любом случае для меня это было приятной новостью.

Потому что я был все это время сзади.

Бесшумно метнулся к нему опять, сбив на землю своим весом. Он успел было перекатиться на спину и даже вскинул руки для защиты, но сразу же получил удар, пронзивший магическую броню насквозь. Мои когти оказались в опасной близости от его плоти.

— Что ты за чудище такое? — испуганно произнесла жертва, толкнув меня в грудь магией. В ответ на это я навалился на передние лапы со всей силы, немножечко приблизив его скорую кончину. Опасный блеск темных лезвий был так близок...

Неясное белое свечение принялось задаваться совсем недалеко от нас, осветив мрачную расселину светом утренней зари. Волны творимых чар, таких знакомых, но и таких чужих одновременно, окружили мое тело, придавая сил и заставляя сердце трепетать. Хищный оскал постепенно сошел на нет, уступив место радостной улыбке, отражающей сейчас мое настроение, мою гордость за то, как хорошо использовала пони мои знания. Победно взглянув на врага, я чуть приподнялся на задних лапах и полоснул передними крест-накрест.

Протяжно зазвенев, его защитное заклятие распалось, разбросав во все стороны небольшие сгустки оранжевой магии, некоторые из которых очень неприятно вгрызлись в мою чешую. И так испытывая не самые приятные ощущения от многочисленных ушибов, ране на животе и сломанного крыла, я чуть было не сломался пополам и не успел нанести завершающий удар, за что и поплатился: на моих лапах помимо черных, образовались еще и грязно-коричневые браслеты.

— Ты заплатишь. — сплюнув на землю сгусток крови, произнес приверженец Хаоса, и поднялся на ноги. — Дорого заплатишь. И лошадь твоя тоже.

Повинуясь взмахам рук, его оковы на моих лапах дернули меня в сторону, заставив потерять равновесие. С глухим рыком я грохнулся на бок, придавив и так уже нерабочее крыло. Ожидаемо, боль пронзила меня острейшим копьем, многократно усилив животное чувство страха, и сразу появилось желание уйти в тень, сбежать как можно дальше. На мои слабые попытки пошевелиться, тело теперь почти не реагировало.

— Все ваши зверства, ваши игры — ничто. — он замер напротив меня, воздев руки к каменному небу, и над моей головой принялось сформировываться, освещаемое тысячами крошечных вспышек, нечто. — Хаос меня не оставит, как оставил тебя этот ничтожный Порядок.

Эта перемена... она была крайне неожиданна. Он что, все время притворялся? Или же это у всех приверженцев Хаоса так?

Собравшись с остатками сил, отчаянно стараясь не впасть в панику, кое-как приподнялся на лапах и тут же прыгнул. Впустую, к сожалению: невидимая сила схватила меня поперек туловища и приложила о землю, а затем приподняла вновь так, что наши глаза оказались на одном уровне.

— Посмотри на меня, дракон! — выпалил жрец, дернув рукой так, словно ему в зад вставили раскаленный кинжал. Следуя жесту, его магия вывернула мне оба крыла кверху, сильно натянув мышцы; уже привычные импульсы боли прошлись по телу, заставив меня злобно зашипеть. — Как тебя вообще можно называть драконом? Ты ведь даже победить не можешь. Слабее любого из древнего племени.

"Найт, пожалуйста, удержи его на месте еще немножечко времени".

Услышав мысленный позыв моей боевой подруги, вдруг перебивший неприятный старческий голос врага, я встрепенулся и с усилием отогнал туман отчаяния, подбирающийся к разуму. Мой взгляд резко переменился, отражая мысли, которые теперь были направлены на достижение одной-единственной, в целом, очень простой цели. Жрец это заметил. Заметил и отшатнулся от меня, словно от прокаженного, за что я наградил его свирепым оскалом.

— Ты же почти мертв! — казалось, страх, сковывающий меня до этого, полностью ушел к нему. — Нет, ты уже мертв! Почему ты так этим доволен?

"Твайлайт, бей изо всей силы. Ты просто должна победить, иначе я себе этот день никогда не прощу".

— Ты пролил мою кровь. Кровь тенекрыла. — указал ему кивком вниз, где уже собралась небольшая темно-красная лужица.

— И что? Будет необходимо, пролью еще.

Я устало выдохнул и приготовился к применению не самой лучшей, но зато безотказной драконьей магии, не подчиняющейся никакому контролю со стороны.

— Зря ты так, лучше бы завел себе друзей, которые не бросают тебя одного даже в самой трудной ситуации.

Потому что когда ты попал в западню, друг обязательно выручит, подставит плечо, каким бы маленьким оно не было.

Черный полумесяц с протяжным свистом появился откуда-то сверху и врезался в моего противника, заставив его пошатнуться. Отразившись от свежесозданного щита, магия Тьмы сверкнула и преобразилась в уже знакомую мне четверокрылую тень, преданно глядящую на меня взором четырех небесно-синих глаз.

— Р-р-ре!

Путы, сдерживающие меня, все как один оборвались, чем я тут же и воспользовался. Спрыгнув на землю, ударил крылом превратившуюся в продолговатый снаряд Тень, отправив ее прямо в лицо врагу, а сам, про себя шипя и отплевываясь, поставил передние лапы в лужицу крови.

— Понятие не имею, как древние драконы называли этот ритуал, поэтому пусть будет... "Кровавая луна!"

Мир вокруг содрогнулся, алая дымка заполонила собой взор, принося отвращение и силу. Силу, которая точно может мне помочь, как бы ее не презирал.

Заглянув глубоко в свою душу, я отыскал там свою частичку, дракончика, что сжался в комочек, поглаживая лапой переломанное крыло. Силой мысли послал потоки алой магии к нему, и ощутил, как тот встрепенулся, с превеликим удовольствием приняв угощение. Вновь огонь войны стал разгораться в сердце, и даже несмотря на туман перед глазами, видеть я стал четче, замечать получалось больше. Инстинкты хищника смешались с магией крови, явив миру весьма страшного гибрида.

Я поднял переднюю лапу, на секунду залюбовавшись капельками, стекающими с когтей, и с ревом опустил ее на землю. На месте удара образовались разломы, источающие ярко-красный, какой-то невероятный свет, и принялись весьма быстро вытягиваться к моему врагу. В какой-то момент они вспыхнули особо ярко, после чего погасли, и тут я понял, что время показать всю свою мощь, наконец, настало.

Как тайфун, налетел на противника, совершенно не обращая внимание на его сопротивление. Оковы на моих лапах ярко-ярко загорелись, но, оплетенные тоненькими красными нитями, уже ничего не могли поделать, даже боли ее было. Ничто уже не могло отбросить меня назад, к тому же, массовое ударное заклятие крови поставило на жертве свой отпечаток. Мощная атака лапой, оставляющая за собой едва заметный алый след, заставила щит Хаоса побледнеть, а последующий плевок драконьим пламенем — сжаться до размеров тела своего хозяина.

— Тьма никогда меня не оставит, Молнии не перестанут полыхать в моем сознании. Ты сделал крупную ошибку, появившись здесь со злыми намерениями!

Невысоко подпрыгнув, я приземлился на него всем весом, вдавив немного в хладный песок, после чего принялся с кровожадным ревом полосовать когтями-лезвиями магическую броню. На все его попытки хоть как-то избавиться от моего общества, лишь огрызался, нанося особо сокрушительные атаки в область лица, все больше и больше раздирая и без того шаткие чары. Теперь, когда кровь тенекрыла завладела мной полностью, я перестал совершать обдуманные, а оттого весьма медленные движения, полностью отдавшись древней жажде убивать. Атака за атакой вбивали приверженца Хаоса все глубже в землю, выдавливая из него невнятные хрипы и стоны. Пламя враждебной стихии окружило меня, стараясь остановить, но вспыхивало раз за разом лишь напрасно, а вот мои лезвия подбирались все ближе...

В конце концов он попытался телепортироваться, удрать как самый последний трус. Такое вполне могло выгореть, если бы мною владел мой разум, а не жажда крови, сложенная с желанием победить во что бы то ни стало ради Твайлайт: чувства лишь немного намекнули мне, а я уже вонзал когти передней лапы в раскрывшуюся область на груди. Смерть остановилась совсем близко, задев его кожу так, что наша кровь смешалась на кончиках моих природных клинков, хотя, это не было особо важно теперь, как и то, что его отчаянная атака начала приносить свои плоды, сокрушив чешую сразу в нескольких местах; яркое солнце магии Твай пульсировало так сильно, что я мог ощущать это даже кончиком хвоста. Улыбнувшись напоследок, вложил все силы в последний рывок, чтобы удержать гада в своих тисках, подставив его под удар поняши.

Что-то громыхнуло, и расселину осветило столь ярко, словно все это происходило на открытом воздухе днем. Узрев в глазах противника невероятный ужас, я обернулся, чтобы увидеть, как огромная радуга устремляется к нам откуда-то из-за светлого горизонта, снося любые препятствия на своем пути. Волна чистой энергии, воплощенная в прекрасной форме... Время будто замедлило свой бег, предоставив возможность наслаждаться зрелищем чуть больше обычного. И пусть даже сила этих чар столь невероятна, что достичь такого я смогу, дай Тьма, только через много лет, пусть легкая завись понемногу грызла меня изнутри, а вполне материальный хаотический огонь сжигал снаружи, все равно отрываться от этой красоты не хотелось.

Когда волна приблизилась почти вплотную, я закрыл глаза и глубоко вздохнул, на пару мгновений отринув всю свою злобу, ярость и боль, чтобы принять дружелюбную магию всей своей сущностью, ведь в ней совершенно отчетливо проглядывалась такая знакомая, такая, теперь уже, родная душа...

Это был конец самой сложной и страшной части нашего путешествия.

## Глава 20. Конец путешествия

Когда сияние тысячи звезд, воплощенное в яркой радуге, наконец, угасло, я устало выдохнул и разомкнул глаза. То место, где должен был быть наш противник, пустовало, и лишь грязная тряпка, некогда бывшая балахоном, лежала, пронзенная насквозь моими когтями. Ни запаха, ни магии его не чувствовалось, даже пятен крови не было. Похоже, это действительно конец.

Магия крови, выполнив свою работу, развеялась, заодно забрав с собой и дикую драконью натуру, оставив меня совсем без сил. Не удержавшись на вмиг одеревеневших лапах, я повалился на землю, протяжно выдохнув, и прикрылся здоровым крылом. Куда-то идти, что-то делать — все одинаково не хотелось; вроде бы приключения закончились, а значит, можно позволить себе хотя бы немного поваляться без дела.

— Найт, Найт! — раздался взволнованный голос совсем недалеко. — Ты где?

Разумеется, побыть одному сейчас не выйдет, как не выйдет и избежать многих вопросов. Но что я мог сказать ей, когда сам знаю лишь самую малость? Кое-как подняв голову, выплюнул в воздух небольшой теплый комок, взорвавшийся надо мной краткой вспышкой фиолетового пламени, после чего устало опустился на вытянутые лапы.

С легким шорохом передо мной приземлилась Тень, чуть более блеклая, чем обычно. Видать, бедняжке тоже досталось. Выдавив из себя тихое вопросительное "Р-р-ре", и получив мой кивок, она шустро забралась мне под крыло, свернувшись там клубочком в тепле и уюте; а буквально спустя секунду из-за колонны показалась скачущая на всех парах пони, оставляющая за собой неяркий белый след.

"Мимо не пробеги с такой-то прытью", — передал ей свои мысли, скрашенные иронией, и очень удивился, когда обнаружил, что до того нерушимая ментальная связь попросту пропала. А впрочем, с чего бы это ей быть постоянно, ведь она — результат магического единения.

Смиренно дождавшись, пока единорожка не окажется настолько близко, чтобы охнуть, увидев мои повреждения, я повернул к ней голову и молча уставился в ее прекрасные глаза. Удивление, шок, сожаление, страх — все отразилось на фиолетовой мордочке, открытой для моего взора. Ее эмоции были дополнительной болью и для меня, но не настолько сильной, чтобы это невозможно было потерпеть. Через силу улыбнулся, указывая передней лапой на место возле себя. Она не стала возражать, также безмолвно проследовав приглашению. Коротко пискнув, когда заметила Тэн, Твайлайт плюхнулась животом на прохладный песок и привалилась к моему, относительно целому боку.

Так мы и пролежали вместе некоторое время, поддерживая установившуюся тишину. Я обдумывал грядущий разговор, а пони просто тихо про себя плакала, периодически слабо вздрагивая, что ее и выдавало. В конце-концов я не выдержал и обнял ее крылом, притянув к себе поближе.

— Не печалься так, моя маленькая пони. Все худшее позади.

Она ничего не ответила, только подарила мне вымученную улыбку, скрывая за ней истинные чувства: шок, ужас перед неизведанным, мерно угасающие угольки "жара битвы". Не сомневаюсь, что пони уже переживала подобное как хранительница артефактов, оберегающих ее мир, однако, здесь все же случилось кое что другое. Подумав об этом, я вдруг пришел к очень интересному выводу, на который до этого совсем не обращал внимания...

— Эй, — привлек ее внимание, — ты помнишь наше единение?

— "Слияние с Твайлайт" — так ты его назвал, — она смешно фыркнула, — конечно, такое не забудешь.

Мое крыло лежало на ее спине и укрывало Твай, словно одеялко. Так я смог почувствовать, что дыхание пони немного успокоилось, когда кобылка направила свои мысли в привычное ей русло размышлений. Залюбовавшись задумчивой мордочкой, не удержался и лизнул фиолетовый нос.

— Найт! — от неожиданности пони отпрянула, наткнувшись на мои задние лапы, надежно преграждающие путь к отступлению. В течение пары секунд ее зрачки были расширены в испуге, а сама она дернулась в попытке высвободиться, на что я просто распахнул объятия, молча предлагая ей покинуть теплое убежище. Мгновенно осознав свою мимолетную слабость, Твай потупила взор и сильно ко мне прижалась, напрочь отказываясь уходить.

— Прикоснувшись к моему разуму, ты должна была осознать, что я не в силах причинить тебе вред, — произнес немного обиженно, вернув приподнятое крыло на место, — неужели, я настолько страшен?

— Ни в коем случае! Просто, понимаешь... — она запнулась, — я — пони, ну а ты сейчас... как бы это сказать помягче...

— Тенекрыл? Дракон?

— Хищник, — прозвучало с интонацией, просто невероятно похожей на Флаттершай, — я видела, как ты ешь других существ, вот и... Эй, что ты делаешь?!

— А-ам! — захлопнул пасть прямо перед ней, облизнувшись после. — Вот я тебя, такую глупую пони, и съел, даже косточки не оставил. А если серьезно, — решил все же пояснить, увидев бездонное удивление в ее фиолетовых очах, — кажется, ты пропустила мимо ушек последнюю мою фразу.

— Вовсе не так, это все из-за глупых инстинктов... Ой! Что это я сейчас сказала?

Хмыкнув, я положил переднюю лапу перед кобылкой подушечками вверх и внезапно выпустил когти наружу. Как и ожидалось, пони вздрогнула, но теперь уже никуда не дернулась.

— Эти "глупые инстинкты" — мощнейшее оружие, что у тебя есть. Страх перед опасностью, выплескивающий в тело адреналин, желание охранять жизни близких тебе пони, чувство дружеского плеча, значительно укрепляющее твою магию — все это было и раньше, просто ты не смотрела на это с моей стороны, в тебе до этого не было частички дракона... Так-то, юная Защитница.

Возможно, в этом и заключалась тайна нашей с пони связи. В наших с ней сердцах была одна цель, одно желание, стремясь к осуществлению которого, мы двигались практически одной и той же дорогой. И пусть моя шла через Храм, а ее — через Эквестрию, все равно они пересеклись, здесь, в месте, куда еще не ступала нога Защитника, или эквестрийца, создав в своем слиянии невероятную комбинацию Души и Тьмы, в силах которой оказалось поставить на колени сам Хаос. Удивительно.

— Защитница?

Я кивнул.

— Даже не являясь моей сестрой по ордену, ты тоже стоишь на страже своего народа, тем самым следуя по нашему пути. Кто знает, может когда-нибудь, когда пройдет уже достаточно времени, ты вступишь в наши ряды?

— Это будет очень интересно, я подумаю. — поняша подмигнула мне, — Насколько у вас большая библиотека?

Думает вечно о своем... Ну что за пони? Хотя, по крайней мере, она точно отвлеклась от своих переживаний.

— Большая... Полная книг, которые никогда не видели жители Эквестрии, даже Селестия и Луна, представляешь? — решил поддразнить ее воображение. — А еще там есть подземный музей, в коллекцию которого мы собираем реликвии разных народов.

В ответ на это пони тихо заскулила и толкнула меня копытцем в бок, обиженно насупившись. Можно только представить, как сильно ее пленила такая картина, понемногу становившаяся, наверное, навязчивым желанием.

— К тому же, есть парочка знакомых, кто разбирается в магии, в частности, твоей магии Души, очень хорошо. Можно сказать, они все свое время посвящают этому.

— Прекрати-и! Ты ведь прекрасно знаешь, что я не смогу теперь спокойно спать по ночам.

— Знаю, — устало вздохнул, — и говорю все это совсем не просто так.

Как бы мы далеко не уходили от темы, наслаждаясь приятным послевкусием победы, как бы не проматывали совместно время, это неожиданное появления воина Хаоса не желало вылезать из моей головы. Я бывал в местах, подобных этому, много раз, но никогда еще не натыкался на такое, и совершенно точно не ввязывался в бой со жрецом этой жуткой стихии.

А за что мы в итоге сражались? Что получили, положив на алтарь мою жизнь, кровь, наши силы и магию? Взглянув вбок, где висел небольшой камешек, окруженный бледным сиянием, я фыркнул и попытался притянуть его к себе чарами. Аура вспыхнула, но сам артефакт не двинулся с места, продолжая кружиться в воздухе. Вторая попытка оказалась также провальна; пришлось признать поражение и просто расслабиться.

— Если начал мысль, то договори ее, пожалуйста, — Твайлайт решила не обращать внимания на драгоценность совсем рядом с нами, предпочтя этому возможность попинать меня, дабы выбить такую интересную для себя информацию. — Что ты имел в виду под своим "не просто так"?

Я посмотрел на единорожку и медленно покачал головой.

— Помимо тех, с кем обычно сражаются Защитники, у нас есть и другие враги. Предпочитая быть незаметными, они редко выходят из тени, но если уж такое делают, то неспроста, и об этом должны узнать старшие братья и сестры, чтобы выяснить причины, устранить угрозу. Сейчас нам с тобой "повезло", — я указал лапой на поле боя, — столкнуться с очень опасным противником, более того, он был повержен, тем самым провалив свое задание по поиску во-он той штуковины. Как ты думаешь, что мне стоит делать в таком случае?

Риторический вопрос. Прикоснувшись к моей памяти, пони вполне способна просчитать некоторые мои шаги наперед, о чем я узнал из, собственно, ее разума. Поразмышляв совсем немного, она вдруг вся засияла, как-будто внутри загорелся фонарь счастья.

— Ты возьмешь меня с собой? — спросила таким тоном, которым обычно дети пытаются прознать, что же запаковано в подарках.

— Скорее всего, да... Но не обольщайся раньше времени! Нам еще выбраться надо, и это как минимум.

~

Мое несчастное крыло требовало к себе внимания, желательно, целительного, однако в нынешнем состоянии позволить себе такое не было возможности. И дело тут не в том, что я был измотан битвой; скорее наоборот: блок, который установил воин Хаоса, позволил собрать в себе большое количество энергии. Хватит на что-нибудь очень убойное... если бы в силах дракона было такое сотворить. Чары этих существ, отличные от кровавых, к сожалению, были совсем слабыми, не способными "починить" такое серьезное повреждение.

Задумавшись над тем, как у меня вышло сломать себе столь важную конечность, я вновь ощутил чувство страха и непроизвольно дернулся, что тут же заметила сидящая на мне верхом Твайлайт.

— Ох... Что такое?

— Пугаюсь из-за крыла, это драконье, — произнес, прикрыв на секундочку глаза и представив ночное небо, — не беспокойся.

В самом деле, сколько это чувство еще будет иметь надо мною власть? Подумаешь, пару увечий... Если что, верну себе облик единорога, вместе с ним вернув свои силы, ну а драконом вылечусь потом. Не о чем беспокоиться, и все же делаю это.

— Сказала же, чтобы ты вернул себе нормальное тело! — возмутилась пони, сделав попытку слезть с моей спины. — Пусти, так будет лучше.

"Нет, Твай". Магические путы держали ее крепко, не позволяя в порыве заботы совершить глупость, нанеся себе совсем ненужный вред.

— Чтобы ты опять упала от истощения? Ты даже ходить не можешь! — беззлобно прошипел в пустоту. — Успокойся, пожалуйста, и не двигайся. Позволь позаботиться о тебе.

~

Полежав еще немного на неприветливом холодном песке, мы решили все же встать и отправиться к выходу. Артефакт, вблизи оказавшийся весьма красивым прозрачным белым камнем, взяла себе поняша, потому как на нее он совсем никак не реагировал, да и сама она вызвалась нести его; ничего более отсюда нам было не надо, оставалось только решить, каким путем выбираться наружу. После всей этой свистопляски я вообще не имел понятия, в какую сторону идти. Именно идти, а не лететь: Твайлайт слишком сильно вымоталась, чтобы телепортироваться, и о магии-аномалии речи также быть не могло. Больше никаких вариантов не оставалось, кроме как найти тот скалистый балкончик и завалиться отдыхать под ним.

Немного посовещавшись, мы решили следовать невесть откуда взявшемуся кобылкиному чутью и, не спеша, поплелись между разваленных, местами взорванных под корень каменных колонн — последнее, что оставил после себя дух-хранитель. Буквально через несколько минут Твайлайт оступилась на ровном месте и чуть было не упала, удержавшись только благодаря вовремя уперевшейся в фиолетовый бок Тэн.

Поначалу я поверил заверениям пони, позволив продолжать путь на своих четырех, хотя подозрения насчет случившегося уже появились. В отличие от меня, крупно колдовавшего лишь силами крови, она, сама того не ведая, повернула время вспять, пусть и ненадолго, а затем создала поистине разрушительные чары, обратившие в ничто могущественное существо. Очевидно, что сейчас ей владеет магическое истощение; не ясно только, насколько сильное.

Впрочем, достаточное, чтобы она тихо пискнула и не удержалась на вмиг подкосившихся ногах. На этот раз все же повалившись на песок, Твай виновато взглянула на меня, и уже не сопротивлялась, пока я аккуратно сажал ее себе на спину.

— Могла бы сразу пожаловаться, моя маленькая пони. Судьба собственного напарника мне никогда не была безразлична.

~

— Твай.

— А? — раздалось над ухом полусонное.

Я тихо усмехнулся про себя, отмечая, как быстро ее склонило ко сну мерное покачивание моей спины, всегда сопровождающее пешее движение.

— Скажи мне, как ты смогла создать ту радугу, по следам которой мы сейчас идем?

Конечно, про чары, изменяющие время, пока решил умолчать. Если пони сама поднимет эту тему — поддержу, но только в таком случае.

— Не знаю, — судя по шевелению на мне, она подперла голову копытом, лежа в такой странной, но вроде бы немного удобной позе, — это получилось как-то само... Ну, может, чуть-чуть помог этот загадочный камешек.

Неожиданное заявление... я даже остановился, чтобы, извернувшись вопросительно взглянуть на наездницу.

— Артефакт?

— Да-да, артефакт, — пони продемонстрировала кристалл, тихо и спокойно лежащий у нее в копытце, — он сияет почти также, как мой элемент Гармонии, видишь?

Честно, присмотревшись, не увидел ничего, что можно было бы списать на подобное, и отрицательно помотал головой.

— Правда? — Твай нахмурилась. — А я вижу, и это очень странно... Ладно, — подкинув самоцвет в воздух, она резко убрала из-под него ножку, оставив его левитировать перед нами, что удивительно — своими собственными силами, — в общем, благодаря ему мне удалось превратить подсмотренное в твоем сознании заклинание в свое собственное, и использовать его. Похоже, что "артефакт" — своего рода магический аккумулятор.

— И не поспоришь, — согласился с ней, попытавшись пощупать камушек Тьмой, на что тот никак не отозвался, и, разумеется, никакой энергии не передал, — но я ничего не чувствую... Впрочем, это не важно, меня больше интересует, что из моего арсенала ты забрала себе?

"И если это что-то, связанное с "фазами луны", я умру от зависти, хотя гигантская радуга не похожа ни на одну из них".

— Ты называешь чары так, что местечко в сердце Луны тебе точно обеспечено, — пони улыбнулась, заставив меня скорчить страдальческое выражение морды, отвернуться и поплестись дальше, — это была "Песнь Ночи", если я правильно поняла; когда магия распространяется сплошной волной, окружает и подавляет силы. Это она, да?

Сосредоточившись на мгновение, попытался вспомнить озвученную руну. Название знакомое, но вроде бы не совсем привычное. Было ли такое?.. Порывшись в памяти, мысленно прошел сквозь Эквестрию, затем Веродар, Раниус... Раниус, мир рыцарей и ведьм. Точно.

Довольно рыкнув, улыбнулся, позволяя воспоминаниям ненадолго овладеть сознанием, неся в себе тихую радость победы, те самые мгновения, когда осознаешь себя частичкой единого целого, таким же, как все те разные люди, обращающиеся порою в совсем изумительных существ. Когда простое слово "защитник" приобретает другой смысл, становится более весомым... Похоже, я просто-напросто соскучился по своему дому, по этому прекрасному белокаменному зданию, по лесам, что ждут своих друзей с распростертыми объятиями (в прямом смысле: энты иногда не прочь подурачиться), и особенно по маленькой волшебной часовне, где впервые встретился, если можно так выразиться, со своей темной судьбой. С первой ее половинкой.

— Помню, Твай, ты все верно описала. Я удивлен, — слабо погладил ее бок ее кончиком здорового крыла, — от неумехи в атаке, использующей лишь простой луч, ты выросла до моей "Песни", которую и сам применяю с трудом. Как назовешь новенькие чары?

"Зарделась? Зарделась ведь, да?", — тихонечко погадал про себя, не смея сейчас оглядываться на нее. В конце-концов так интереснее услышать, что же она ответит, а еще неплохая возможность подурачиться.

— Спасибо, мне очень приятно слышать подобное, — прозвучало немножко застенчивое, — насчет названия не знаю: у меня нет привычки все называть как-то по-особенному. Может, придумаешь ты?

— Ни в коем случае, — я покачал головой, — эта честь принадлежит тебе и только тебе, не отрекайся от нее.

Это заняло ее надолго, хотя не похоже, что она хоть что-то там про себя думала, скорее просто отдыхала от произошедшего. Пережить подобное для эквестрийца, пусть даже и такого необычного — невероятный шок. Сейчас она могла бы просто тихо плакать, либо все время молчать, глядя на мир пустым взглядом. Случись такое, я бы совсем не удивился... но ведет себя пони вполне адекватно, можно сказать: как обычно. В чем суть, и почему я не могу понять этого?

Все так же неспешно перебирая лапами, неся нас с единорожкой неведомо куда по пути, на который она же и указала, я понемногу сходил с ума, пытаясь, вновь и вновь прогоняя в голове все события, осознать все. Начиная от странного измерения, где я получил необычную способность от не менее необычного артефакта, заканчивая неожиданным появлением жреца Хаоса — все это никак не желало выстраиваться в нормальную картину, чудным образом сопротивляясь любым моим попыткам. Почему, к примеру, так неудачно мы с Твайлайт наткнулись на такого сильного Хранителя, если опыт построения руны перехода у единорожки напрочь отсутствовал? Врожденная способность? Хотя, (на этом моменте я хмыкнул), с этой волшебной пони возможно, как мне кажется, все. Возводить гибридные щиты? Легко. С первого раза копировать сложные чары? Пожалуйста.

Обязательно затащу ее в Храм, пусть наставник удивляется, архивариус в кои то веки свалится от усталости, а хранители истории охрипнут, разъясняя всякие факты в подробностях.

— Я тут поразмышляла, — начала пони таким тоном, что я сразу почуял неладное, — как ты думаешь, можно ли брать с собой других?

— Не знаю, — ответил, чуть помолчав, — смотря куда.

Кажется, это ее немного смутило.

— Ну как куда... туда, к тебе, в "храм". Можно ведь?

Ах вот о чем речь. Интересный вопрос.

— Запрета такого нет, по крайней мере не было, когда я отбыл оттуда в последний раз. Другое дело, что там, в основном, нечем особо заниматься, — ответил, вспоминая все, что могло бы быть интересно нашим подругам: небольшие сады вокруг Храма, немногочисленные мастерские, леса, полные зверей, и все такое прочее, — Эплджек или Рарити, безусловно, найдут что-то себе по душе, и Шай тоже, если наведается в лес Друидов, но вот Пинки и Рейнбоу... вечеринки не особо часты, гонять облака почти бесполезно — они не такие, как в Эквестрии. Не думаю, что это хорошая затея.

Несколько секунд пони молчала, видимо, обдумывая сказанное, прежде чем подать голос.

— Понимаю, но я не о них. Есть у меня на примете одна пони, которая очень любит путешествовать. На данный момент, насколько я знаю, она вместе со своим мужем ищет утерянную в веках часть Эквестрии, и уж точно не откажется побывать в гостях у другого народа.

— Одна пони? — негромко усмехнулся, — ну, еще одну пони взять можно, только не забудь проинформировать ее насчет местных обычаев. Если меня не обманывает память, поедание чего-нибудь животного происхождения для вас — нечто, что никем не практикуется, в то время как у нас весьма распространено.

— Знаю, я займусь этим. Значит, договорились?

Повернув к ней голову на мгновение, весело подмигнул.

— Возможно, но сначала стоит сообщить ткачам новости и вернуться в Эквестрию, поэтому давай не будем загадывать наперед.

— Давай, — радостно согласилась кобылка, уже, наверное, предвкушая события ближайших дней.

И совсем не волнуется о прошлом ведь!

~

Продолжительный путь привел нас к огромному разлому в стене, пробитому весьма знакомой магией, отголоски которой ощущались даже сейчас, спустя, минимум, пару десятков минут. Через дыру с оплавленными краями проникал приятный глазу солнечный свет, совсем немножечко нагревая мою черную чешую. Далеко вперед тянулся выжженный туннель, стены которого блестели, отражая светлые лучи своей гладкой поверхностью, создавая причудливые узоры, похожие на магические письмена.

— С ума сойти, — я аж уселся на задние лапы, тут же услышав недовольный писк сонной пони, — посмотри, Твайлайт, что ты наделала.

На моей спине началось шевеление: привязанная магией, не в состоянии упасть, но при этом находящаяся в странной вертикальной позе (я сидел лишь на двух лапах), она попыталась забраться повыше, чтобы разглядеть открывшуюся перед нами картину. Одумавшись, я улегся на все четыре, при этом не сводя взгляда с такого интересного явления природы, как длинный сквозной туннель к самой поверхности.

— Это я? — то ли голос, то ли писк. — Не может быть. Ты же шутишь?

Я отрицательно помотал головой. Здесь прослеживался совершенно четкий след ауры единорожки, который чуть ли не полыхал в некоторых местах, выдавая ее с головой.

— Тебе точно есть, чем гордиться, моя маленькая пони, — единственное, что смог сказать в этот момент.

Дальше оставалось только идти, взбираться по скользкой поверхности, оставляя после лап глубокие узкие дыры. Пока что глефа держала себя в "раскрытом" состоянии, блистая редким синим цветом лезвий на моих когтях, позволяя преодолевать туннель без труда. И это было на самом деле весьма просто, даже несмотря на дополнительный фиолетовый груз, спокойно лежащий на моей спине.

Чем ближе была поверхность, тем яснее ощущалась непонятная прохлада, легким ветерком обдувающая морду. Сам того не замечая, я ускорил движение, иногда подмахивая себе здоровым крылом; другое при этом беспорядочно дергалось. Не знаю, отчего мне так захотелось вдруг попасть наружу, но это стремление я не находил чем-то необычным, потому и не сопротивлялся особо. Все шустрее и шустрее двигал лапами, легко подпрыгивая на каждом шагу, все ближе и ближе был заветный свет. В нос слабо ударил запах влажной земли, перебивая собой затхлый воздух подземелья, ушей достигли шелестящие звуки. Затем пришла догадка, невероятная по своей сути.

Последний участок туннеля я преодолел чуть ли не бегом. Твайлайт тоже заинтересованно вглядывалась вдаль, привстав на передних ногах и слабо вздрагивая, когда мне приходилось прыгать из стороны в сторону. Буквально выпрыгнув наружу, чуть не наступив на стелющееся правое крыло, я очень хорошо ощутил множество знакомых запахов, которые никак не могли соответствовать пустыне, и в следующее мгновение просто плюхнулся на землю, не в силах осмыслить происходящее.

Пустыня... Такого просто не может быть, никакая стихийная магия на такое не способна! Вокруг нас, до куда доставал взор, раскинулся большой и величественный лес. Песок почти всюду обратился землей, сохранившись лишь в нескольких местах, кусты и травы зеленели вместо полумертвых корешков, небольшие ручейки стекались в речку, мерно текущую куда-то к горизонту. Невероятная картина... Но самое, пожалуй, странное — надо всем этим сверкала в лучах теплого летнего солнца огромная радуга, концы которой терялись в кронах далеких деревьев.

— Твайлайт... Мы ведь не могли уйти так далеко, да?

Молча потянув зубами за черное ухо, пони повернула мою голову в сторону, чтобы я смог увидеть знакомую гору, в недрах которой находился вход в улей ткачей. Все такая же странная, гора теперь приоделась в зеленое платьице, вьющимися растениями достающее до самой середины. Все подножие укрывала сплошная зеленая пелена, делая невозможным разглядеть главный проход, но даже без этого можно было смело утверждать, что именно здесь мы с единорожкой последний раз были на поверхности.

— Что тут случилось? — озвучила очевидный вопрос пони, на что я просто покачал головой.

— Сам толком не понимаю. Кажется, будто все это — большая иллюзия, либо встретивший нас вначале песчаный мир — обман...

Вскопнув землю, приподнял лапу, наблюдая, как с нее осыпаются вполне реальные темные комочки земли. И пахли они весьма натурально; обычная лесная почва. Отправив небольшое заклинание в полет, я увидел, как бледный полумесяц отрезал толстую ветвь, с громким шумом повалившуюся в кусты.

— Но реальность такова, что мы сейчас в самом настоящем диком лесу, причем никто не знает, насколько дружелюбном. Идти сама можешь?

— Да, — с готовностью отозвалась пони, попытавшись с меня слезть.

Так я и поверил.

— А сейчас — честно.

Твай понурилась, словно получила выговор от Селестии, и печально помотала головой. Успокоившись, она, видимо, смирилась с тем, что придется всю дорогу ехать верхом, и улеглась как прежде, вытянув передние ножки вдоль моей шеи. Довольно фыркнув, я встряхнулся и не спеша двинулся к горе.

~

— Как мы пробирались сюда — отдельная история. Могу сказать лишь, что тотальные изменения природы удивили нас не меньше.

Сейчас мы со Скитском неспешно прогуливались вокруг огромного колодца — центральной части улья, по стенам которого ткачи передвигались с нижних уровней на верхние и обратно, спеша по своим делам. Жизнь здесь бурлила, особенно сильно теперь, когда пустыня вокруг почти бесследно исчезла и на ее месте объявился девственно чистый лес. Новые ресурсы, новые враги; довольно часто я замечал, как вверх ползут небольшие отряды арахнид, закованных в синюю броню.

— А где тот камень, повинный в появлении наших мертвых братьев и сестер? — мысленно поинтересовался ткач, как и я, провожая взглядом бряцающих доспехом шестилапых бойцов.

— Он вместе с Твайлайт, крутится вокруг нее, — улыбка наползла на мою морду, — они, похоже, поладили.

Когда я принес кобылку в жилой кластер и уложил ее отдыхать, загадочный артефакт не возжелал с ней расставаться, зависнув точно над ней. Ни на какие попытки сдвинуть его с места он не реагировал, непоколебимо удерживаясь в воздухе безо всякой магии, а затем и вовсе начал медленно плавать вокруг пони, периодически испуская тусклый белый свет. Пришлось удостовериться, что это все не опасно, после чего я потерял к нему интерес и пошел вместе со Скитском к королеве.

— Поладили? — мыслеголос был удивленным. — Как можно поладить с бездушным куском породы? К тому же таким опасным...

Задержав на секунду дыхание, я призвал руну и, спустя несколько мгновений вернул себе нормальный облик. Энергия привычно влилась в организм, что составляло с телом дракона большой контраст. То, что было неподвластно, стало возможным, в обмен на исчезнувшие крылья, длинный хвост, когти и прочную чешую. Два браслета на некогда черных лапах вновь соединились на моей ноге, приняв вид сложенной глефы.

— Магия — это и есть душа предметов. Подчинив ее себе — ты ничего не добьешься, но другое дело, когда испытаешь дружбу, привязанность. Она связана с твоими эмоциями, олицетворяет их, и кому как не элементу Гармонии, воплощению этой самой магии, владеть подобным артефактом?

Руна коротко мигнула, появившись перед моим носом, забрала необходимую энергию и вернула ее в преображенном виде: два полупрозрачных волшебных полотна на спине. Взмахнув пару раз для пробы, я повернулся к колодцу и подошел, остановившись перед самым краем.

— Все дело в том, Скитск, что у этой пони понимание магии совсем другое, и ее элемент как нельзя кстати к этому подходит. Она может то, что не могут другие, достаточно просто показать ей, что такое вообще возможно. Ты ведь видел сквозную дыру в земле, возле входа в ваш дом?

— Нет, — ткач встал рядом и развел передние лапки в характерном для этого народа жесте отрицания, — я был на поверхности совсем недолго, чтобы только лично убедиться в реальности происходящего, а затем вновь спустился на нижние уровни. Мы ждали, пока вы вернетесь, сдерживали смерть... Честно говоря, — кажется, он вздохнул, — никто не был уверен, что вы вернетесь, и уж точно неожиданность, каким именно путем вы это сделаете.

Я повернул голову к ткачу, оглядев его от головы до хвоста. Вроде хрупкий извне, чьи постоянно резкие движения невольно наводят на мысль, что он всего вокруг боится, но то, как просто он "сказал" такую фразу... Каким смелым надо быть, чтобы вместе с двумя незнакомцами отправиться в логово Хаоса... нет, чтобы просто привести их в свой родной дом, а потом, рискуя жизнью, встречать их?

— Очень благородно с твоей... вашей стороны.

— Ничто, по сравнению с услугой, оказанной вами, — парировал тот, — к тому же, через некоторое время те туннели полностью опустели; отправлялись поисковые отряды, но даже те не смогли найти присутствия врагов, словно все наши мертвые братья и сестры просто испарились. Это произошло еще до магического взрыва.

Так значит взрыв... Та энергия, что прошла сквозь меня, даже не задев, стремительным клинком прорезала горные породы, вырвалась наружу и взорвалась, оставив после себя весьма заметный след, так громко, что услышали даже тут. Чудовищная мощь... и это сделала обычная единорожка? Ну, не совсем обычная, но все же еще не чета аликорнам, созданиям, превосходящим ее по силе в разы. Если так, то что может сотворить эта добрая и заботливая белая пони с солнышком на крупе, и какая власть над Тьмой у грустной, недавно переродившейся синей кобылы?

— Взрыв, дыра, победа над врагом, возможно и исчезновение пустыни — результат лишь одного-единственного заклинания, — устремив взор вниз, тихо произнес я, совершенно не волнуясь, что ткач не расслышит: мысли, сопровождающие речь, не имеют громкости, — и та, чей великий разум создал подобное, сейчас спокойно отдыхает где-то внизу, когда как я, не сделавший почти ничего, не достойный, иду на встречу с вашей королевой... Впрочем, — прозвучала моя усмешка, — это путь Тени, а тень должен кто-то отбрасывать...

Распахнув крылья, я прыгнул вперед и нырнул во тьму колодца, зависнув примерно на одном уровне со Скитском, тут же оказавшемся на стене. Безмолвным голосом он указал мне путь и шустро пополз вперед, оставалось лишь плавно подниматься, следуя за ним.

Подъем этот был очень странным, хоть и относительно коротким. Цепкие лапки арахнид позволяли им свободно перемещаться по вертикальным поверхностям, меня же природа таким не снабдила, и единственный выход был — лететь. Казалось — обычное дело, но сейчас меня не отпускало чувство некоторого беспорядка в происходящем: и я умолчу о том, что половина всех, кто тут был, глазела на меня, как на экспонат... нет, самое странное — видеть темно-зеленые спины ткачей, когда как сам находишься словно носом к земле. Бесконечное падение, ну а если к нему добавить вполне реальную высоту... Несколько раз приходилось судорожно выравниваться исправляя тело, желавшее "выпрямиться" по отношению к "земле".

— Путь здесь, не пропусти, — поступило мысленное оповещение. Приметив проход в скалистой стене, я расправил крылья и аккуратно спланировал, коснувшись, наконец, копытами земли. Непередаваемое ощущение.

Словно из-за горизонта, в проход вполз Скитск, казалось, совсем не смущенный переменой положения в пространстве, взмахнул передними лапками и засеменил вперед, безмолвно приглашая следовать за ним.

Ну что же, это можно.

Вновь дорога наша пролегала через светлые, чистые туннели, стены которых были покрыты сияющими кристаллами, свисающими растениями, и даже, порой, какими-то грибами, растущими прямо сквозь породу на двух, или трех ножках. Не удержавшись, с согласия ткача сорвал себе подобный экземпляр и всю оставшуюся часть пути разглядывал его. Словно состоящий из желе, гриб забавно перекатывался и менял форму в моем поле, иногда мерцал, а еще очень приятно пах, но только вблизи. Есть такое, правда, я бы не рискнул, и перед тем, как мы остановились перед входом в знакомый гигантский зал, трофей был убран в сумку за моей спиной

Кивнув мне напоследок, Скитск отошел подальше и молча уселся (улегся? Я не знаю точно) ждать.

— Спасибо. Обратно меня вернешь?

— Конечно, не волнуйся об этом, — пришел насмешливый ответ, словно ткач серьезно не понимал, как тут можно вообще заблудиться.

Можно, легко, особенно мне.

Собраться с мыслями было совсем непросто, но я справился, и, прежде чем двинуться вперед, развеял крылья. Не знаю, принято ли тут заходить в святыню с действующими чарами, потому решил перестраховаться. "Лунное зрение" также исчезло.

Зачем-то пригнувшись, и прижав уши к голове, ощущая непонятный страх, я вошел в сердце улья. Огромная невидимая арахнида, как и в тот раз, сразу не показалась, спровоцировав тени подо мной закружиться в особенном защитном танце, причем, совершенно без моего приказа или просьбы. Опять тот же страх неведомого, на этот раз разбавленный положительными воспоминаниями, только вот совсем недавно подле меня стояла пони, а сейчас нет ни души, кроме глефы... Услышав мои эмоции, оружие задрожало, безмолвно предлагая помощь.

"Нет, дорогая моя, битва уже закончена, сейчас просто отдыхай".

И пусть "Крыло" подобного не любит, оно все равно успокоилось, вызвав у меня улыбку. В очередной раз я задумался, чем же на самом деле является глефа. Выкованная неведомо кем, и неведомо где, она была найдена мной точно также, как и новая игрушка Твайлайт — в защитной сфере оранжевого цвета, оберегаемая довольно жутким, очень живучим существом, похожим на массу переплетенных щупалец, в довесок снабженных множеством зубастых пастей на стебельках. Тогда мы еще не знали, что это такое, и странный шарик с двумя лезвиями, торчащими из гладкой, иссиня-черной поверхности, отдали мне, как магу Ночи. Лишь спустя неделю после похода оружие "ожило", и только через две мы подружились. Знаю, "подружились" — звучит странно, но тем не менее это так.

Из тихих размышлений меня вывел глас Королевы, раздавшийся в моей голове подобно громовому раскату.

— Вы сдержали свое обещание.

Я даже вздрогнул, пропустив смысл фразы, но даже когда мысленно вернулся чуть в прошлое, все равно ничего не понял. Что мне ей ответить?

— Ммм... Да, хранитель уничтожен.

Пространство передо мной исказилось, явив миру мать улья во всей красе. Огромная, больше меня в несколько раз, возвышающаяся на шести лапах, она стояла настолько близко, что при желании я мог рассмотреть острейшие шипы на двух передних лапках, подобиях рук. На этот раз ее тело было украшено красной тканью, свисающей с брюшка, столь тонкой, что в мягком свете кристаллов напоминало простой туман.

— Я удивлена, но также и обрадована. Вдвоем вы, странные создания, смогли сделать то, на что не хватило сил у лучших магов. Позволено ли будет узнать ваш секрет?

Признаться, подобный вопрос сбил меня с толку, как и то, что Королева совершенно не замечала отсутствия половины команды, либо же ей было все равно...

— Ну, секрета, как такового, особенно и нет, — произнес, задумавшись о прошедших часах, — хотя случившееся все равно не укладывается в рамки обыденности. Просто я бывал в таких местах раньше, более подготовлен и знаю, что делать, а с моей спутницей мы — крепкая команда.

Да что я говорю, когда и сам задаюсь тем же вопросом?

— Магия, что случилась, что изменила наш мир, вновь вернув наш дом в объятия леса, — вновь произнесла арахнида, щелкнув передними лапками, — вы владеете подобным. Я ощутила ее сквозь толщу земли и множество магических завес, твоя напарница — это ее чары, но они физически невозможны для существа столь маленького. Как получилось так?

"Магия Твайлайт... так это она изменила мир вокруг?" Заметив, что мои глаза становятся похожими на две полных луны, поспешил встряхнуться и сосредоточиться на вопросе.

— Возможно, мне стоит полностью пересказать события прошлого, ведь именно там кроется ответ, недоступный сейчас и мне. Я могу лишь строить догадки, но сказать точно — увы...

Время пролетело незаметно. Я немного увлекся, совершенно четко ощущая теперь влияние Твайлайт. Как единорожка переняла от меня спокойствие во время битвы, так и мне частично передалось ее неуемное желание учиться, исследовать, обучать. Хороший слушатель, которым оказалась Королева, лишь больше разогревал интерес, и в итоге все, что произошло в темных пещерах, было озвучено в красках, даже сны-вне-времени — и те получили местечко в монологе. Магия слияния, примененная мной впервые, битва с воином Хаоса, сокрушающая радуга, чуть раньше — путешествие к расселине, странная волшебная стена, воздействующая лишь на ткачей — все-все было обернуто в слова, а те, в свою очередь, в мысли, благодаря которым арахнида и могла разбирать мою речь. Под конец, закончив пересказ, я даже ощутил некоторую неловкость, но огромная арахнида, когда вопросительно взглянул на нее, не подала виду, что чем-то недовольна. По монотонному покачиванию на лапах вообще сложно было что-то сказать.

Потянулось тихое время раздумий, во время которого мне оставалось лишь смирно стоять на месте. В прошлый раз со мной была Твайлайт, рядом с которой я ощущал себя более сильным, но сейчас... Только Ночь и Молнии, как в старые добрые времена.

Через минуту я заметил, что даже стихии, даже глефа не разбавляют более одиночества, и пусть они сейчас вместе со мной, но некое чувство пустоты никуда не уходит. С пониманием этого все вокруг стало вдруг совсем неуютным: пещера начала казаться больше и страшнее, яйца ткачей какими-то мерзкими склизкими штуковинами, ну а возвышающаяся надо мной матерь улья — жутким демоном, способным убить меня даже не напрягаясь. Как шерсть от такого дыбом не встала — я не знаю, но "Крыло Ночи", совершенно четко уловив мои мысли, со звоном раскрылась, хищно блеснув синими рунами.

"Э, что со мной происходит?"

Встряхнувшись я провел по глефе свободной ногой, успокаивая ее, хотя сам оставался неспокоен. Возможно, слишком сильно волнуюсь, что пони осталась совершенно одна? Или же это всего лишь подсознательный страх перед более крупным существом? Не люблю тоннели?

— Ты чего-то хочешь, — неожиданно произнесла Королева, заставив меня вздрогнуть, — стремишься как можно быстрее покинуть этот зал, я чувствую твои эмоции, твое сердце бьется в клетке, желая свободы.

— Сердце желает свободы? — Глупо переспросил ее, не угнавшись за необычными мыслями.

— Да, — последовал немедленный ответ, — ты этого не ощущаешь пока, дитя. Не буду больше тебя задерживать, иди вперед по дороге судьбы, и прими мою благодарность за то, что избавил наш дом от страшной угрозы.

Раздался тихий звон заклятия, укрывшего Королеву завесой невидимости, и она мгновенно исчезла, оставив меня наедине с безмерным удивлением.

— Ч-что?

В состоянии полного недоумения меня обнаружил Скитск. Не дождавшись хоть какой-нибудь внятной реакции, он толкнул меня лапкой в бок, но добился лишь того, что подо мной засветился защитный круг.

Магия сама заботилась обо мне, пока я пребывал вне пределов мира...

Закрыв, а затем открыв глаза, я попытался разглядеть арахниду, эту гигантскую пародию на паука, изъясняющуюся странными, до конца не понятными фразами, безо всякой логики. Могла ведь сказать хоть что-нибудь по поводу всех наших с пони похождений? А по поводу артефакта — камня, отравившего их жизнь? О Тьма, в конце-концов лес, раскинувший свои владения на месте пустыни уж точно заслуживал своего внимания!

— Найт?

— Какого so'shaas тут происходит? — мгновенно вскипел, рывком повернувшись к ткачу. — Мне с головой хватило всего, случившегося там, внизу. Тайн — хоть весь год разгребай, а тут такое... "Сердце в клетке"! И самое странное, — продолжил уже тише, прислушиваясь к себе, — она права... Права, а я не знаю даже в чем.

Глухая боль послушно запульсировала, стоило лишь на мгновение обратить взор в себя, и источник ее находился в самой драгоценной части тела. Возможно, это последствия слияния с "Сердцем Рат'агара", когда живой кристалл стал частью организма? Это бы объяснило многое, случись оно раньше, сразу после "Времени вспять", но нет же. Нет, это чувство, которое испытываю впервые, объявилось совсем недавно, исключая любую возможность списать его на знакомые события.

— Королева передала мне указания, Найт, моя миссия тут выполнена. Не желаешь вернуться в жилые кластеры?

А та, кто знает, просто-напросто исчезла, оставив прозябать в неведении... Такое чувство, что кто-то специально подстраивает события подобным образом.

— Пожалуй, — буркнул себе под нос и в два мгновения вернул крылья, двумя полупрозрачными полотнами высвободившиеся со спины.

~

— Не знаю, о чем говорила наша мать, но даже мне удавалось ощущать чувство пустоты, гнетущее тебя, — сказал мне на прощание Скитск прежде, чем растение-дверь распахнулось, скрыв ткача от моего взгляда.

Закатив глаза к потолку, тихо, насколько позволяли копыта, вошел в нашу уютную комнатку, остановившись возле магического щита Твай. Не знаю, что меня занимало больше: артефакт, плавно двигающийся вокруг единорожки, или его новая владелица, мило сопящая, свернувшись калачиком на своей "кровати". Один из них таил в себе множество тайн, а также был желанен для Хаоса, вторая же недавно продемонстрировала великую силу, способную выжигать землю и менять природу. Что мне интересно больше?

Коротко звякнула глефа, аккуратно опущенная на землю, пропел свою песнь возводимый щит, прогнувшись подо мной, когда я завалился на него, как на мягкую кроватку. Седельные сумки были бережно отнесены телекинезом в угол, к своим собратьям, а маленькие сгустки молний, созданные почти сразу, напротив, отправились ко входу, создав возле него подобие треугольника.

Больше всего мне интересно сейчас спать: слишком уж заразный пример подавала пони.

Закрыл глаза я вроде бы в пещере, но открыл в весьма знакомом месте, уж явно отличающемся от каких бы то ни было помещений в улье. Здание ратуши безмолвно поприветствовало меня неровной дырой там, где, по-идее, должна была быть дверь, а немногочисленные вывески, местами разбитые, словно насмехаясь надо мной, качались на несуществующем ветру. Лишь черной драконицы не хватало, чтобы вызвать ностальгию.

— Нет, это действительно издевательство!

Я даже ударил одной ногой о другую, вызвав вполне реальную боль. Но одного лишь этого не хватило: в миг на кончике рога сформировался шипящий белый шар, стремительной птичкой устремившись к ближайшему дому. Раздался короткий треск, яркая вспышка и в деревянной стене появилась едва дымящаяся вентиляция.

"Опять этот сон... Виновата снова Твайлайт, да?"

На мой вопрос никто не ответил: Тьмы нигде не было видно. Я заглянул внутрь ратуши, походил вокруг, но не нашел даже следа жизни. В конце концов решил вернуться к разломанному лично мной строению и уселся возле "входа", даже натянул на голову капюшон плаща, в котором и обнаружил себя в этом странном месте.

"Ничего себе сон. Больше похоже на пытку".

Оставалось лишь смириться и дотерпеть это до конца, чем и занялся, не двигаясь и тупо пялясь вперед. Мертвая природа, которую я имел счастье лицезреть, была по-своему красива. Более темная листва иногда мягко покачивалась в такт несуществующим порывам ветра, деревья, выцветшие, но все равно прекрасные, навевали спокойствие, хоть и не излучали магию природы как обычные. Они вообще ничего не излучали, будто нарисованные на картине, и это было забавно, ведь нигде более такого я не видел. Вообще, если подумать, здорово было вот так вот спать, но при этом и бодрствовать, мечтать на разные темы, размышлять, пока организм отдыхает. Хотя, вряд ли он отдыхает... Тень подо мной вытянулась куда-то в сторону, значительно прибавив в густоте, как будто кто-то встал позади меня с ярким фонарем. Волей-неволей я устремил туда внимание: обычная тихая улица местного Понивилля, мягко сияющая в лучах бледного полумесяца. Ничем не выделяясь среди других таких же, разве что другими по цвету домиками, она тем не менее почему-то тянула на себя магию, будоража обычно спокойные чары.

"Что же там такое?"

Сон ли это, или нет, но чувство интереса оставалось таким же ярким, как во время бодрствования. Казалось, что человеческая натура пробуждается во мне, нещадно, сантиметр за сантиметром оттесняя обычно спокойную единорожью. Ведомый желанием узнать, я встал на все четыре и медленно двинулся туда, куда показывал темный луч под ногами. Медленно — это действительно медленно; шаг за шагом отходил от избранного в качестве скамьи крылечка, направив часть усилий вниз, где, взбудораженные, причудливо метались тени. Мало-помалу образовался и окреп защитный круг, позволив уделять меньше внимания безопасности, поэтому я свободно взглянул вперед... и тут же встал, как вкопанный. Ветер, до того подгоняющий меня сзади, досадливо разбился о преграду моего плаща и исчез, повинуясь едва слышному слову на драконьем.

Передо мной, закутанный в плащ почти также, как я сам, находился самый настоящий человек. Двуногий, двурукий, совсем не похожий ни на пони, ни на других жителей Эквестрии, он остановился, чуть не выронив из рук сучковатую, выломанную совсем недавно палку. Взгляд его глаз отчетливо передавал удивление, ничем не уступавшее моему, словно я появился тут впервые, и без спроса.

"Хотя, если подумать..."

— Кто ты? — задал первый пришедший на ум вопрос, заметив, как ночной гость опустил свое импровизированное оружие, демонстрируя тем самым если не дружескую, то хотя бы нейтральную позицию, правда вот не учел, что драконий знают-то не все... — ты понимаешь меня?

Опустив руки, человек отбросил свою палку. Это почти никак не повлияло на меня, я лишь немного склонил голову на бок: вряд ли он мог мне сделать что-то этой штуковиной, но под тонким слоем одежды и кожи, под этим внешне хрупким телом скрывался огромный резерв энергии, причем не какой-либо, а самой настоящей энергии Тьмы. Маг ночи, который оказался в этом же "сне"... но что он тут делает? Какая судьба, безжалостно играясь событиями, словно фигурами на шахматном поле, привела его сюда, в мир, существовавший лишь в разуме древней Тьмы?

Ведомые моей воле, тени сильно вытянулись вперед, чтобы разойтись дельтой где-то между нами. Не то чтобы хотелось демонстрировать агрессию, но нежелание поймать "сюрприз" было самую чуточку сильнее.

— Ты не из этого мира, — утвердительно произнес незнакомец почти на чистом драконьем и вытянул вперед руку в каком-то странном, но вроде бы обыденном для него жесте.

Легкая настороженность моя тут же сменилась животрепещущим удивлением. Он знает древний язык, причем, очень и очень хорошо, да еще и несет в себе Ночь? Как может случиться подобное совпадение? Был бы он чуть пониже, без длинных волос, ниспадающих из-под капюшона, вооруженный парными клинками, тогда, быть может, я бы признал в нем исчезнувшего Фанга. Обрадовался бы как ребенок, побежал обниматься... Но это точно не он, и дело не совсем во внешности: никогда, насколько себя помню, не ощущал сильного проклятия на моем друге из Храма, в отличие от этого человека, чья аура была разрезана пополам неведой магией, и в этот разлом, понемногу, крошечными капельками, выливалась энергия Ночи.

"Так кто же ты такой?"

Уже собравшись повторить свой первый вопрос, чтобы открыть-таки между нами ворота понимания, провести бомбардировку вопросами и установить, что может делать представитель рода двуногих в Понивилле, я вдруг отчетливо ощутил опасность, источник которой находился прямо передо мной, но все же чуть дальше, чем стоял незнакомец. Как стремительный вихрь захватывает всякий мелкий сор, как огонь в момент сжигает бумагу, события развернулись и понеслись вперед с невероятной скоростью.

Успев лишь крикнуть "обернись", я прыгнул вперед, один за другим мгновенно посылая в бой три подготовленных магических полумесяца, но все это было слишком поздно. За спиной человека вспыхнула какая-то серая сущность, мгновенно окутав его своим туманным телом. Он повернулся, чтобы встретить опасность лицом к лицу, и попытался что-то нащупать рукой среди ремней, одиноко свисавших с его одежды. На удивление, нащупал, только вместо личного оружия им почему-то оказалась моя глефа, материализовавшаяся прямо внутрь сущности. Раздалась яркая синяя вспышка, сопровождаемая мелодичным звоном, которая поглотила тонкую фигуру, забрав ее во все возрастающий, словно маленькое солнце, шар темной энергии. Глаза тут же заслезились, протестуя против подобного зрелища, а сердце пару раз резко сжалось, то ли от страха, то ли от неожиданности. Низко опустив голову, пользуясь капюшоном как барьером между мной и светом, я ощетинился щитами и приготовился давать отпор неведомой угрозе, неуловимой для моих обычных чувств, но все же давящей на сознание самим своим существованием.

Множество разных проявлений Тьмы, энергичных разрядов Молний были готовы сорваться с кончика рога, тени надежно ограждали и фронт, и бока, все чары были на взводе, но когда я поднял голову, чтобы осмотреть шар из энергии,

то не увидел ничего. Ни магии, ни серой сущности, ни даже незнакомца, лишь хищно блестящее руническое лезвие, что неподвижно торчало из земли.

Шипящий белый разряд пронзил пространство, закономерно разбившись на тысячи искр о стену дальнего дома, едва не задев глефу, и совсем не задев ничего по пути, на что я втайне надеялся.

"Пропали".

Мысль пришла словно со стороны: такая была спокойная и умиротворенная. Казалось, мне сейчас следует сойти с ума и со всех ног нестись на место вспышки, чтобы отыскать следы, но некое чувство удерживало меня от скоропостижных решений. Чувство, что так оно и надо, так и должно быть... Лишь единственный вопрос вертелся в голове, понемногу занимая видное место в моем разуме: что именно сделало "Крыло", а главное, почему и как оно совершенно самостоятельно атаковало предполагаемого противника, вылетев из креплений на ноге?

~

Просыпаться не хотелось вовсе. Столько всего неразрешенного оставалось с той стороны барьера грез, столько вопросов... Лишь слабая вера в то, что вскоре, быть может, я вернусь туда и продолжу свое маленькое исследование, удерживала от того, чтобы повернуться на другой бок и продолжить спать.

Нет, придется вставать, ведь мы не дома, да и наше присутствие более не требуется. Выполнив свою миссию, наша маленькая команда теперь может отправиться на заслуженный отдых, в ожидающий нас уютный городок, где трудолюбивые пони уже подготовили нам встречу, ведомые странным, можно сказать, мистическим "Пинки-чувством" одной розовой кобылки. Кстати, что же будет, когда мы вернемся? Отправимся во дворец, или же сначала к подругам? А может, подождем денек в моем гнезде? Последнее было бы совсем неплохо, особенно в свете того, что стоит посвятить моей глефе немного свободного времени...

— Р-р-ре! — раздался громкий вскрик, и нечто темное приземлилось прямо на мой щит-кровать, уставившись на меня взглядом четырех голубых глаз, — р-р-ре!

Неожиданное явление Тэн народу заставило меня отпрянуть, в результате чего щит наклонился и Тень с верещанием сползла ко мне в объятия. Ударившись о мои ноги, она шустро вцепилась в них и судорожно замахала крылышками, стараясь усесться поудобнее. Я улыбнулся и уселся на круп, вытянув ногу перед собой.

— Какая же ты все-таки милая... Кстати, спасибо тебе за вчерашнее.

— Р-ре? — смешно пропела та и ловко пробежалась по импровизированной жердочке вперед, оказавшись в опасной близости от моей морды. Миг, и я был вылизан теплым шершавым языком.

— Эй! — шутливо возмутился, легко толкнув ее носом, чем вынудил отпрыгнуть. — Вредина, прекрати.

Определенно, с этим мелкая была не согласна, вновь попытавшись приблизиться, но в этот раз наткнулась на небольшой барьер, выставленный заблаговременно. Похоже, что наша небольшая возня, наконец, добралась и до поняшки, потому как в стороне раздалось шуршание, а затем громкий зевок.

— Проснулась, Твай?

— Как тут не проснешься, при таком-то шуме, — сонно ответила она, и, судя по звукам копытец, вяло опустилась на землю.

Кое-как поборов наседающую Тень, я тоже спрыгнул со своей кровати, и с хрустом потянулся, да так, словно находился в одной и той же позе пару дней. Глухо тренькнул щит, распавшийся на множество мелких огоньков, вспыхнули и исчезли шарики у двери: маленькие молнии выполнили свою задачу и теперь могли свободно развеяться.

— Когда поживешь пару дней в одной пещере с другим драконом, осознаешь, каково это — спать в любой ситуации.

"Ох, чуть не вылетело из головы!"

Повернувшись вбок, я увидел глефу лежащей ровно там же, где ее и оставил недавно. Словно и не происходило ничего, она спокойно валялась себе на каменном полу, слабо мерцая синим, как бы говоря: "Все в порядке". Но чувства не обманешь... наклонившись, продел ногу в специальные рога и закрепил оружие, другой проверив, болтается ли оно. Вроде все в порядке, просто так ее теперь отсюда не выдернешь.

Вдруг, ни с того ни с сего, по телу прокатилась волна знакомой энергии, выродившись в чувство пустоты, немного похожее на то, что владело мной ранее. То были эмоции, шедшие от моего оружия, причем настолько яркие, что даже дурак понял бы. Сосредоточившись на мгновение, совсем не обращая внимания на всякие внешние раздражители, вроде устроившейся на моей голове Тэн, я попытался мысленно дотянуться до "Крыла Ночи", но не ощутил ничего интересного. Все та же неведомая тоска, быстро утихающая под токами моей Тьмы, что небольшой речкой омывала рунические лезвия, словно мать успокаивала сына.

— Если ты не забыл, я вообще-то и живу с драконом, — подала ехидный голос кобылка, — и прекрасно знаю, какого это — вставать посреди ночи, или же не спать до утра.

Я улыбнулся.

— Обязательно познакомлю тебя с Градаром, потом скажешь мне эту фразу вновь.

Пока единорожка аппетитно жевала траву, запивая ее простой Эквестрийской водой, я сидел напротив и пытался понять, что же делать нам дальше. Скитск, когда мы шли, обещал подарить мне и единорожке какое-то особое украшение, служившее в улье символом воина, поэтому следовало немного подождать здесь, в нашей комнате; к тому же, я могу и не найти выход самостоятельно. Времени полно, надо куда-нибудь его тратить.

Может быть, попробовать новенькую магию еще раз?

— Эй, Твай, у меня есть идея.

— Позволишь догадаться? — с усмешкой ответила та. — Ты хочешь сделать что-нибудь, связанное с магией?

— Невелика догадка, — я тоже усмехнулся и поднялся на ноги, — если быть конкретным, хочется вновь выполнить "слияние с Твайлайт".

Пони возмущенно пискнула, подавившись пучком травинок, и посмотрела на меня взором, полным смущения; ее прекрасные фиолетовые щечки заполыхали, выдавая ее странное настроение, заодно сбив меня с толку. "Что я сказал не так?"

— Найт, назови это как-нибудь иначе, пожалуйста!

Оставалось лишь выгнуть бровь и изобразить полнейшее непонимание на морде.

— Ну... хорошо, если ты настаиваешь. А что тут такого?

— Звучит так, словно это что-то нехорошее... ты должен понять, жеребец как-никак!

Хмыкнув, я пожал плечами. Вроде ничего страшного в простом названии нет, но раз пони просит, то отказать не выйдет.

— Ты меня слишком хорошо знаешь, и можешь понять, что никакого скрытого смысла во всем этом нет. Ну так что насчет небольшого эксперимента?

Перевоплотившись, я стоял перед пони в облике дракона, неподвижно замерев. Мы не видели друг друга: наши глаза были закрыты, но этого и не требовалось, ведь души были связаны воедино заклинанием. Невероятные ощущения, не затмеваемые на сей раз смертельной опасностью. Все было спокойно, наше уединение надежно защищалось парочкой действенных заклинаний и лишь невероятные обстоятельства могли нарушить эту идиллию.

Пребывая в состоянии покоя, я мог точнее и лучше воспринимать мысли кобылки, зная даже, когда какое движение она совершит. Улыбнувшись, переставил задние лапы, идеально повторив движения Твай.

— Надо же, я могу двигаться, как ты.

— Я тоже, — последовал немедленный ответ, — какая странная магия, и ощущения невероятные!

— Не могу не согласиться, — утвердительно кивнул, зная, что единорожка ощутит этот жест, — причем события, благодаря которым это заклинание попало ко мне в копыта, столь же необычны, если не больше.

К тому же именно благодаря твоей магии изменения времени, примененной, как вижу, несознательно, я попал в "сон" и Тьма во мне стала сильнее. Теперь, правда, надо бы как-нибудь уравновесить ее с Молнией, а то дисбаланс в душе вредит здоровью.

— Когда вернемся, отдохнем как-следует, ты расскажешь мне все в подробностях, договорились?

— Вполне. Начнем?

Теплая волна магии пришла со стороны пони, окутав меня на мгновение, как ночь принимает в свои объятия спящую природу. Это было, наверное, самое искреннее согласие, даваемое кем-то в моей жизни, что я даже не удержался и вернул чары, погрузив кобылку на мгновение в мягкую сферу Тьмы.

Впрочем, это совсем не то, лишь часть того, что можно вытворять во время "слияния". Большая, исписанная множеством символов, руна неподвижно зависла между нами, просто ожидая команды, двух слов, что принесут в этот мир мощь наших связанных душ и стихий. Осталось только выполнить небольшой ритуал...

"Тьма, Молнии, вы готовы?"

Высвободив часть энергии, я позволил ночной стихии взять контроль над телом и развеять его черным туманом, из-за чего тут же потерял все обычные чувства. Вспыхнул и погас тревожный огонек в разуме, после чего фантомного плеча коснулась холодная, такая родная лапа.

"Аномалия..." — слово, что заставило руну засветиться, едва-едва вибрируя от соприкосновения с большим потоком магии. "...Защита" — приказ, воплотивший рунические письмена в жизнь. Мое тело полностью обратилось в волшебство, незримым куполом окружив единорожку.

Пони судорожно вздохнула, поддавшись потоку чувств. На сей раз все прошло куда лучше, мост между нашими разумами был более крепок и красив. Как свои собственные, перед мысленным взором стали пробегать картины воспоминаний пони, и, в свою очередь, то же самое происходило с Твай. Мы видели друг друга, знали, понимали, были просто единым целым.

"С трудом верится, что подобные чары существуют".

— Поддерживаю... — произнесла пони вдохновленным голосом, — это просто изумительно!

"Только вот немного нарушается личное пространство. Надо как-то разделить нашу память. Есть идеи?"

Открыв было рот для ответа, она постояла так секунду и задумалась, оставив взгляд блуждать, как иногда любила делать. Задумался и я, даже попробовал поставить мысленный блок, что, ожидаемо, не получилось просто так. Впрочем, оставлю проблему своей напарнице, а сам лучше изучу открывшиеся возможности. Пусть Твайлайт и не видела этого, но в ее ауре до сих пор оставались следы довольно мощных заклинаний, и если первое было мне неведомо, то во втором прослеживалесь определенные последовательности, характерные лишь для моих боевых чар. "Песнь Ночи", если быть точным.

Потребовалось совсем немного времени, чтобы представить руну этого заклинания, пусть и в не настолько мощном варианте, после чего, с чувством выполненого долга, передал эти знания единорожке.

"Сможешь воспроизвести это?"

Она просто кивнула.

— С твоей помощью, наверное, да. Ты хочешь выпустить радугу сейчас?

"Упаси тебя Тьма, нам еще не хватало пробить улей насквозь... нет уж, не надо так. Лучше сделаем это, когда прибудем домой, заодно похвастаешься Селестии".

— Похвастаюсь? Но я никогда не хвастаюсь...

"А сообщаешь об успехах, верно? — я мысленно улыбнулся, — ну, ты называешь это так, я — иначе. Не суть важно, главное — тебе будет приятно. Как насчет испытать на себе заклятие Авалона?"

— Это то, что вызывает ночь?

"Не совсем точная формулировка, но в целом верно".

На самом деле оно обращает день в ночь, меняя сами потоки магии. Все остальное: звезды, полумесяц, небо — мишура, сделанная лишь для красоты.

— Я прочитала о нем в твоей памяти, — спустя пару секунд сказала пони, закрыв при этом глаза, — оно возвращает тебя в родную стихию, где ты лучше всего себя проявляешь. Но во мне нету ничего такого, как "Авалон" может на меня повлиять?

Хороший вопрос...

"Ну... Если подумать, то я стану в этот момент сильнее, как следствие — ты тоже. Просто проверим".

Мною двигал чистый интерес, подогреваемый такой чудесной мощью, осознанием, что вместе мы способны побеждать весьма сильных противников, прошлый бой — тому доказательство. Ну а пони же просто впала в счастье от обилия разных, по большей части бесполезных для нее знаний. Множество путей, пройденных мною, картин, увиденных в чужих мирах, заклинаний, созданных не только спустя дни кропотливых трудов, но и спонтанно. Мы оба были за, и ничто особо нам не мешало, так что...

— Ммм... Я просто должна сказать это? Авалон?

Пусть даже она не до конца осознавала, как работают эти чары, зато это знал я. Повинуясь моей воле, следующей приказу Твай, магия вокруг нас всколыхнулась темным пламенем, постепенно образовывая небольшой купол, в котором одна за другой зажигались звезды, согреваемые бледным светом полумесяца. Легкие дуновения ветерка слабо лизнули бока единорожки, когда Тэн, привлеченная знакомыми ощущениями, быстренько прилетела "на огонек". Быстро-быстро замахав маленькими крылышками, она зависла точно над головой Твайлайт, и, прицелившись, села ей на голову.

— Эй! — возмущенно пискнула кобылка, но мое неслышное "подожди" остановило зарождающуюся тираду.

"Она так на мне сидела. Похоже, чувствует, где я".

— Ну знаешь ли... Ох.

Если бы у меня было дыхание, его бы точно перехватило, а так я лишь безмолвно выдохнул, стараясь не потерять рассудок в этом мгновенном порыве близости. Казалось, что мы уже и так одно целое, но нет: как только я оказался под луной, словно лопнули незримые барьеры, закрутив нас в водовороте общих чувств и переживаний. Как свои собственные, я видел картины памяти пони, все те, что были даже очень стары. Как маленькая она игралась с родителями, сидела за учебниками, училась в какой-то школе, где помещения были большими и светлыми, украшенными прекрасными орнаментами. Затем юность при Селестии, приезд в такой знакомый Понивилль, жизнь с пятью подругами. Я отмечал, как искренне она радовалась их успехам, переживала о провалах, как сильны были ее чувства к няне, той, доселе толком неведомой аликорн, к брату, к Спайку... настоящая счастливая жизнь, хотя различия миров не позволят сравнить ее с моей.

— Ух ты, сколько всякой магии! — воскликнула пони, радостно подпрыгнув на месте, — и как красиво называется-то!

Уфф... Я мысленно покачал головой. Кто о чем, а моя напарница все о чарах. Знания прежде всего, и всякое подобное... С другой стороны ясно, почему она так тяжело вначале поддавалась очарованию дружбы и заводила друзей; определенно — небольшой промах солнечной пони. Кстати...

Мысль, почему-то вдруг посетившая меня, заставила призрачные щеки полыхать. Поначалу я немного сопротивлялся ей, но она была столь навязчива, столь желанна, что скоро все мои барьеры рухнули и нужные фрагменты памяти послушно встали перед взором.

Все больше и больше картин проплывало, цепи памяти становились поистине огромными, собираясь из изученных звеньев. Параллельно с этим Твайлайт с головой погрузилась в мои заклинания, жадно изучая их структуру и особые свойства.

Прошло несколько минут. Совсем не ощущая усталости, я, отчаянно краснея и не понимая, откуда вдруг подобные влечения, уже почти полностью увидел главные воспоминания, но не нашел ни одного, связанного с искомым. Из этого приходилось делать простой, весьма удивительный вывод.

Кажется у Твайлайт, взрослой кобылы по меркам поняш... не было ни единого жеребца!

А удивителен он был, в основном, тем, что Твайлайт весьма красива, можно сказать богата, и периоды "кобыльих дней" уже давным давно начались... и ни один эквестриец не предложил ей копыто. Почему?

— Ой, Найт, я вижу рисунок "Слияния с Тьмой". Можно мне тоже попробовать сделать такое?

Отвлеченный раздумьями, я даже не обдумал ответ, брякнув дежурное "Хорошо", и вновь вернулся мыслями к проблеме. К непониманию, точнее; никак не мог уяснить, почему все так обернулось, ведь по уровню привлекательности для меня она стояла где-то на одном уровне с Селестией и Луной, а те были, как-никак, эталонами красоты... Эй-эй, что это за мысли? Раньше такого не было!

Стоп.

Только сейчас до меня дошло, чего именно хотела вытворить единорожка. Быстренько обдумав воздействие этой магии на нее, я ужаснулся последствиями и постарался воспрепятствовать колдовству. Не вышло.

"Твай, а ну стоять! Это заклинание объединяет тебя с твоим внутренним элементом, а в данном случае Тьмой для тебя являюсь..."

Вспыхнула руна, вопреки моим усилиям задействовав магию, переданную ей поняшей. Как же быстро она это сколдовала... Волна чистой энергии захлестнула меня, выжигающим пламенем распространившись по всему телу, оставляя после себя чистейшую эйфорию. Словно в меня разом попало с десяток исцеляющих заклятий, я блаженно расслабился, не в силах даже удержать рассудок. Очень быстро угасли все связи с пони, мой слух, зрение, а вскоре и магическое осязание, после чего, под стройный хор прекрасных лунных созданий, я провалился в пустоту.

~

Сознание возвращалось тяжело и очень неохотно. Вроде ничего не болело, но было чувство, словно внутри меня разрезали невидимые ниточки. Кое-как подняв голову, услышал протяжный тяжелый стон Твай и повернулся туда... впрочем, сразу же отвернулся; хорошо, что драконы не краснеют.

— Живая?

— Д-да, кажется... Что произошло? Я чувствую себя странно... иначе, чем раньше.

Это и не удивительно, ведь только что она просто взяла, и соединилась со мной. Со мной! Целиком! И это пока я сам был в элементальной форме. Тут могло случится все что угодно вплоть до разрушения моей личности и слава Тьме, все обернулось именно так... хотя все равно стыдно.

— Память вернется со временем, не волнуйся, — утешил ее, одновременно отозвав охранную руну от двери, — я пойду выйду, а ты пока... ну... почистись, хорошо?

— Да...

"Драконы не краснеют. Драконы не краснеют!" — как заведенный повторял про себя, двигаясь к выходу, хромая и спотыкаясь. В нос ударил доселе неизведанный слабый запах, немного приторный, что подстегнуло меня и я аж прыгнул вперед, на едва гнущихся лапах покинув комнату.

Когда растение-дверь распустилось за моей спиной, я облегченно выдохнул и немного расслабился. Странное настроение, владеющее мной, исчезло, словно осталось по ту сторону прохода, позволив спокойно обдумать ситуацию. Запоздало пришел страх смерти, но так как мне уже ничего не угрожало, он покрутился в сознании немного и исчез бесследно. Легкий бессмысленный ветерок.

Обижусь ли я на пони из-за случившегося? Это вряд ли, ведь стоит ей выразительно на меня посмотреть, и я тут же ломаюсь как тросточка, не в силах сопротивляться; к тому же, по большей части, виновата совсем не она. Это именно я предложил вновь испробовать новенькое заклинание, еще толком не опробованное, таящее в себе множество сюрпризов. Кто же знал, что оно требует не только мастерства и желания, но еще и силу воли? В этой безмолвной битве мы с Твайлайт потерпели поражение, окунувшись в жизни друг друга вместо того, чтобы просто синхронизировать сознания... Слишком сильное слияние, как бы пони не получила эмоциональную травму.

Немного поблуждав взглядом, я нашел туннель, отмеченный едва заметными всполохами магии, и двинулся по нему. Особой цели у меня сейчас не было, но возвращаться пока нельзя, так что... Заметив проходящих невдалеке ткачей, мысленно окликнул их и спросил дорогу на поверхность, на что те шарахнулись от меня, как от кошмара. Не сразу понял в чем проблема, но когда понял, пришлось перевоплощаться обратно в пони и извиняться. Слава Тьме, хоть в единороге признали Найта.

Итак, дорога на поверхность. Один из арахнид указал мне на длинный проход, который, как я знал, ведет к центральному колодцу, поэтому уже через минуту я шустро поднимался вверх. Огромный зеленый кристалл равнодушно взирал на меня, своим мягким светом укутывая все это огромное пространство, вопреки всему делая его еще более зловещим, чем оно было на самом деле. Ткачи деловито сновали туда-сюда, неся на своих спинах корзины с разными листьями, отрубленными (подозреваю, что еще и откусанными) ветвями деревьев, ярко-красными ягодами и подобными им большими плодами. Выглядело аппетитно, но это не смущало. Моя цель была другой, немного странной, достичь которой сейчас желал больше всего на свете.

Где-то под самым потолком оказалась небольшая расщелина, весьма населенная, так что пришлось даже немного постоять в очереди со всеми этими безмолвными жильцами улья прежде, чем девственный лес, наконец, предстал передо мной.

~

Градар, Арст, Рейн, ребята, где же вы сейчас, что делаете, как живете? Отправились ли в новый мир, или же осели где-нибудь? Сколько астральных миров уже преодолели?

Несмотря на то, что они были единственными моими друзьями до того, как замечательная Эквестрия приняла меня в свои объятия, о нашем вынужденном расставании я нисколечки не жалел: в любом случае мы вскоре встретимся, быть может даже раньше, чем планировали. И все из-за Хаоса... Наш враг, о котором мы ничего толком и не знаем, показался из норы. Пусть даже он больно получил по носу, это вряд ли поумерит его пыл, и скоро он вновь заявит о себе, в этом-то то я абсолютно уверен.

Вздохнув, я перекатился на бок, ощущая шкурой всю рельефность листвы какого-то дерева, на котором сейчас лежал, наблюдая красивый закат. Мне очень нравились подобные картины и иногда, как в Храме, так в других мирах, вечером Найта можно было найти свисающим вниз головой с очередной толстой ветви, достаточно прочной, чтобы выдержать вес тенекрыла. Закат для меня был словно рассвет для других: время, когда моя родная стихия вступала в свои права. Тьма укроет своим крылом эту землю, зажгутся звезды, измененная энергия потечет по моему телу, и именно в этот момент я стану сильнее себя прежнего, но лишь до наступления утра. Таков мой дар, и проклятие одновременно.

Конечно, рассуждая о таком, я забываю о молниях, что неслышимыми грозами бушуют внутри меня. Именно они, моя вторая стихия, держат меня в строю, не давая сорваться в ночную жизнь. Все ночью спят, и я — не исключение, пусть даже это не совсем нормально для мага Тьмы... Но зато нормально для мага Молний.

Эх, элементы мои... Все время вы были в равновесии, позволяя мне быть тем, кем я есть. Каждое темное заклинание несло в себе частичку неукротимой стихии гроз, каждый шипящий разряд разил еще и лунной магией. Все поровну, все честно.

Но случилось так, что чаши весов перестали быть на одном уровне. По вине обстоятельств Тьма выросла, подарив силы и возможность относительно безопасно использовать магию-аномалию, но также и частично повлияв на мой рассудок. Как иначе объяснить случайный всплеск неподконтрольных мне эмоций? Помню, когда магия ночи впервые покорилась мне, как я тогда был безразмерно, прямо-таки ненормально счастлив, весел. Товарищи все как один отмечали эту странную перемену в характере, больше волнуясь за меня, чем радуясь, но изменить что-то уже не могли... Ничто не могло, по-идее, однако это произошло.

Когда вместе с Тьмой во мне стала обитать вторая стихия, мой характер стал даже более спокойным, нежели раньше. В очередной раз мне удалось удивись всех, включая самого себя, и в очередной раз никто не мог понять, что со мной происходит. Ни на кого больше из моих знакомых магия так не влияла; с другой стороны лишь я обладал сразу двумя элементами, что могло быть веской причиной.

Ведомое моей волей, перед моим носом сформировалось простое черное облачко, воплощение магической энергии. Попрыгав туда-сюда, оно разрослось до размеров жеребенка и лопнуло, разойдясь вокруг темным туманом. Спустя мгновение несколько переливающихся колец окружили меня, медленно вращаясь в разных направлениях. Я оглядел их. Сотканные из теней, они мерцали крошечными синими вспышками, разрезающими темное полотно замысловатыми изогнутыми нитями. Все так, как и должно было быть, именно так выглядит почти готовое заклинание, на котором я обычно проверял баланс стихий. По моей команде оно взорвется, и по тому, насколько сильно все вокруг меня почернеет, можно определить превосходство Тьмы над Молниями.

Кольца громко зазвенели, а затем вспыхнули, разгораясь все ярче и ярче. Я сразу же зажмурился, не в силах выдержать исходящий от них свет. Сейчас... сейчас произойдет небольшой взрыв, и все... Уже подлетая вверх на теплом воздушном потоке, я осознал, что впервые эти чары сработали не так, как надо.

"Безобидная вспышка" окутала собой всю верхнюю часть дерева; вниз по стволу побежали руны, чередуясь между синими и черными, а затем вся эта конструкция вдруг исчезла, оставив на несчастном растении множество выжженых пятен.

"Ничего себе".

Но это было еще далеко не все. Послышался громкий треск, по мощной коре прошло множество сияющих иссиня-черных трещин и в один момент дерево словно бы лопнуло изнутри, развалившись как иссохший пень.

Совершенно сбитый столку, я парил над местом происшествия, с трудом пытаясь осознать случившееся. Рунический взрыв впервые что-то... взорвал. Сколько раз им пользовался, сколько раз он исправно выдавал результаты, и тут такое...

"Ты не прав, мы в равновесии".

"Были в нем всегда, оно не пошатнется".

Голоса раздались словно бы внутри головы, хотя ушами их я тоже слышал. Несомненно, они принадлежали двум моим хранительницам, неведомо зачем решившим со мной заговорить.

— Не пошатнется, говоришь? А что, в таком случае, со мной происходит?

"Не мы виноваты, ты просто не понимаешь".

Передо мной возник символ Тьмы — полумесяц с когтем посередине, и воздух вокруг него заискрился. Постепенно из редкого тумана соткалось подобие рамки для картины.

"Помнишь Аругу? Помнишь, что ты тогда ощущал?"

Внутри рамки появилась картина: прекрасная золотая драконица, лежащая на лугу в окружении множества голубых и белых цветов. Ее чешуя ярко блестела, отражая лучи весеннего солнца, маленькие белые рожки просто сияли, а зубастая пасть была приоткрыта в сонной улыбке. Красавица, да и только! Сердце, правда, никак на это не среагировало, продолжая также мерно биться.

— Все как-то смутно. Вроде как она предложила мне стать консортом?

"Это верно, но не то, что надо. Вспомни свои первые чувства, ты ведь почти согласился тогда".

Было дело... Ну очень уж она была привлекательна по меркам драконов, особенно тенекрылов, жаль только оказалась простой соблазнительницей, стремящейся с помощью могущественного покровителя выбить в своей стае местечко потеплее. Желание ее, конечно, понять можно, но с такой я судьбу связывать не пожелал: слишком уж люблю свободу, чтобы вечно обитать возле какой-то золотистой красавицы.

— Кажется, меня к ней влекло... Но это было вполне осознанное желание, обусловленное, к тому же, особенностями моего драконьего рода. Я прекрасно осознавал все и держал себя в копытах. Что же теперь? Странные желания, которые ну вот никак не стыкуются с моим образом мышления.

"Но ведь сейчас ты вовсе не дракон. Твои предпочтения изменились вместе с телом".

— При чем тут это? Если бы меня привлекала Твайлайт, это было бы уже давно ясно.

Моя невидимая собеседница недовольно фыркнула и стегнула своих хвостом мне по спине, что выродилось в небольшой холодок, словно ветер прошелся. А ведь он мог вполне пройтись, ведь я до сих пор парил в воздухе.

"Привлекала? Чушь, хватит судить все нашими мерками. Ты же пони, так? Вот и будь как пони".

— И как же мне себя вести в случае, если я вообще не знаю, о чем ты сейчас говоришь? Много раз со мной случалось подобное?

"Ты больше ноешь, чем пытаешься хоть что-то сделать. Если нуждаешься в помощи, обратись к друзьям за советом. Просто же".

— Конечно просто, всего лишь зайти к кому-нибудь и спросить: "А что со мной происходит?"

Я внутренне усмехнулся, представив, как задаю такой вопрос, например, Рейну. Этот волчонок точно удивится больше, чем я за весь этот день, а потом будет подкалывать всю оставшуюся жизнь. Ответ, разумеется, я не услышу.

"Ты мог бы поговорить с Луной".

— С Луной? — произнес возмущенно, аккуратно приземлившись на обломки некогда могучего растения. — Она — принцесса, а не кобылка какая-нибудь. Кроме меня у нее точно найдутся заботы поважнее, чем болтать о всякой чепухе. И вообще, почему я сейчас разговариваю с тобой, Тьма, на эту тему, когда прямо у меня под носом испытанное заклинание дало сбой?

"Потому, что это чувство грызет тебя изнутри, мой дорогой Защитник, и оно не успокоится, пока не обратишь на него внимание".

~

Когда я, поглощенный спором со своей стихией, вернулся в жилой кластер, встретил там Скитска и Твайлайт, мгновенно покрасневшую при одном лишь моем появлении. Решив, что стоит проигнорировать это и забыть случившееся как нелепую ошибку, я сразу обратил все внимание на ткача.

Перед ним, плавая в золотистом поле, висел странный предмет, похожий на выпуклый диск. Сделанный из неведомого мне бледно-желтого металла, лишь слегка похожего на золото, он, казалось, заключал в себя падающий на него свет, который затем маленькими нитями распространялся по поверхности, образовывая странный рисунок. По краям диска было несколько выемок, обрамленных прекрасными мерцающими кристаллами, такими же, какие торчали из окружающих нас стен, освещая все помещения улья.

На первый взгляд эта вещь напоминала очень дорогое украшение, но... когда то я и сам занимался заколдовыванием предметов, поэтому хорошо сейчас чувствовал, как струится магия в этом, с виду безжизненном куске металла. Это оружие, причем, зная ткачей как противников, очень сильное оружие, способное составить конкуренцию их природным иглометам.

— Приветствую, — не заставил себя ждать ткач, — я ожидал, что ты уже покинул нас. Стражи доложили об этом.

— Без Твайлайт я отсюда не уйду, — я улыбнулся, — не волнуйся. Что это за удивительная вещь?

"Удивительная вещь" вдруг резко подскочила и притянулась к единорожке, разорвав сдерживающие ее чары. Определенно неожиданное для меня, действо не произвело ровно никакого эффекта на эту парочку, поэтому на фоне неподвижно замеревших Скитска и Твай мой рывок выглядел несколько... глупо. Запоздало высвободились тени, вытянувшись из-под меня во все стороны в поисках цели.

— Это нормально, здесь не с чем сражаться.

— Никто не говорил, что я собираюсь это делать. Просто меры предосторожности, — смущенно ответил ткачу и повернулся к пони, подарив ей вопросительный взор, — что это?

Казалось, она сейчас сгорит от пламени, надолго поселившемся на ее щеках, однако, мой взгляд был предельно серьезен. Ну еще бы, ведь только что опасная, по моему мнению, вещь совершила действие, угрожающее жизни моей напарницы.

— Это подарок от королевы...

— Знак почета, "солнечное лезвие" — так название будет звучать для вас, — вмешался арахнид, принявшись забавно раскачиваться на лапках, — мои извинения, что перебиваю, Твайлайт Спаркл. Позволено ли мне будет объяснить до конца?

Встряхнув головой, поняша глубоко вдохнула и медленно выдохнула. В ее глазах появился отчетливый блеск вернувшегося разума, и она утвердительно кивнула.

— Конечно. Я пока соберу вещи.

Дальше произошло очень необычное, но зато отвечающее на некоторые вопросы событие: рог единорожки засветился и на поверхности диска наметились две черных полосы, лежащие крест-накрест. Тихо заскрипев, механизм открылся, выпустив наружу уже хорошо знакомый волшебный камешек.

— Когда будешь готов, зайди и забери "Крыло", — спокойно попросила кобылка, после чего повернулась, и, сопровождаемая парящим артефактом, скрылась за "дверью".

Я улыбнулся.

— Готов слушать, Скитск.

Понятия не имею, зачем мне нужна была вся эта информация, значительную часть которой почти сразу выбросил из головы. История создания первых образцов, некоторые легенды, уходящие вглубь веков, прочие пыльные факты — все это было интересно моей напарнице, но никак не мне. Зато как эта штуковина работает и что умеет — это я запомнил на будущее. Неплохое оружие, внутри которого можно хранить личную реликвию, артефакт в нашем случае, имеющее небольшую связь с владельцем. Похоже на мою глефу, даже четыре когтистых лезвия выдвигаются по бокам, только вот они точно не умеют делать это самостоятельно, активируясь лишь специальной маленькой руной на обратной стороне диска.

Теперь точно будет чем похвастаться перед всеми.

Аккуратно нажав на растение, я спровоцировал его свернуться, освободив проход, и заглянул внутрь. Не было смысла самому забирать глефу: достаточно было "позвать" ее; другое дело сам факт отсутствия свидетелей: Скитск не пошел за мной, предпочтя остаться снаружи. Как только "дверь" закрылась, меня тут же окутали чары единорожки, едва заметным куполом развернувшись в этом небольшом помещении.

— Случившееся навсегда останется между нами, пока ты не захочешь обратного. Слово Тьмы.

Я догадывался от том, что меня ждет, и говорить об этом вовсе не хотел. Немного резковато вышло, но лучше решения пока не видно.

Пони, взирающая на меня жалобным взглядом, вздрогнула и опустила голову, принявшись ковырять копытцем камень. Однако это не скрыло от меня зарождающуюся улыбку.

— Я также прекрасно понимаю твои эмоции и причины, по которым произошло это... недоразумение. Ты не виновата, что бы себе не говорила.

— Все равно, — послышался тихий всхлип, — все равно мне не следовало так делать. Я слишком увлеклась, это не правильно!

— Но-но, не надо только плакать... пожалуйста?

Я хотел было подойти к ней, но пони опередила меня, в короткой вспышке телепортировавшись вперед, и сама бросилась в объятия; пришлось чуть присесть на задние ноги, чтобы удержать равновесие.

Тихая просьба не помогла: пони свернулась калачиком в моих передних ногах, дав волю своим чувствам. Мне не оставалось иного, как молча позволить ей выплакать все, что накопилось в ее добром сердце за эти дни.

~

За дверью, как и ожидалось, находился Скитск. Правда вот его положение...

— Мы готовы, — произнес я, посмотрев, как и Твайлайт, на потолок, где совершенно невозмутимо сидел ткач.

Все вещи были при нас, включая свернувшуюся вокруг моего рога Тэн и парящий рядом с единорожкой подаренный диск, заключивший в свои металлические объятия добытый нами артефакт. Ничто более нас тут не держало, и Эквестрия, родной дом кобылки, мир, что приютил Защитника, звала нас обратно.

— Хорошо, пойдемте, я провожу вас.

Присутствие Скитска не требовалось более, когда мы добрались до места, откуда началось наше путешествие в улей, поэтому он попрощался с нами и очень быстро скрылся в глубинах этого огромного, удивительного подземного дома. Мы остались одни, не считая Тэн.

— Ну что, Твайлайт, ты готова?

— Разумеется! Я уже так соскучилась по девочкам и Спайку.

Живая, энергичная, ни о чем не волнующаяся, так похожая на ту самую Твайлайт до перехода в этот мир, она мне нравилась такой больше. Ощущать подле себя волшебное по своей чистоте души существо — бесценное чувство, недоступное большинству моих товарищей по ордену. До этого момента она даже не ведала вкус настоящей битвы, но теперь же, еще и частично переняв мою личность, мое отношение ко всему этому, совсем не испортилась, продолжая оставаться самой обычной эквестрийской кобылкой... ну, не совсем обычной.

Удивительно, как сильно можно повлиять на ее настроение, всего лишь несколько минут поработав "подушкой для плакания".

— Помнишь маяк, расположенный в моем гнезде в Эквестрии?

Пони кивнула. Рог ее засветился.

— Хорошо, — я довольно кивнул, — портал полностью твой. Действуй.

Наша миссия выполнена. Приключения, какими бы они не были — позади. Все пережитое здесь мы запомним надолго, никакие ошибки не останутся без внимания. Мы стали сильнее, возможно даже настолько, что разум мой объять такое не способен; но ничто не бывает просто так.

Хаос — противник, с которым мы еще не сражались, заявил о себе. Древнее зло, как гласят рунописи под храмом, что находится в вечном противостоянии с Порядком: С Тьмой, с Душой, со стихией океанов и лесов, солнечного света и яркого пламени. Вся магия, доступная Защитникам, объединяется под одной эгидой, единым знаменем, неся которое мы очищаем миры от скверны. И если Хаос — та самая скверна, значит у нас нет иного пути.

Не знаю, как будет выглядеть эта война. Будет ли она вообще, станет длинной, или все решится в коротком сражении; где находятся поля битв, кто явится на них — все это не важно для меня. Важно лишь одно. Я буду сражаться вместе с братьями и сестрами.

Defseh kha qar.