Автор рисунка: Siansaar
16. Приготовления 18. Пушистый сюрприз

17. Суд

Твайлайт сидела, нервничая, за столом в левой части зала суда. Родители Скуталу и их адвокат были напротив них и справа. Адвокат, гнедая пегаска, выглядела чуть старше их и, казалось, она совсем не хотела там быть.

Твайлайт едва могла вынести их вид, настолько отвратительными пони они были. Закованные в цепи, они развалились в креслах и не отрывали взгляда от стола. Твайлайт понаблюдала за ними еще немного, и ее страхи, что они могли сделать что-то, чтобы навредить Скуталу, понемногу угасли. Она смотрела на них, практически желая, чтобы они встали и выкинули чего-нибудь, чтобы она могла им сделать чего-то. Ненависть за то, что они сделали со своей дочерью, росла, но рациональная сторона говорила ей успокоиться.

Отведя, наконец, взгляд, она увидела, что трибуна судьи все еще пуста. Они сидели в зале уже лишних пятнадцать минут, а его все еще не было. Она знала, что судьи всегда должны быть вовремя — по крайней мере, так говорили книги.

— Эй, умница, тут не о чем беспокоиться… — прошептала справа Рейнбоу, заметив, как нервничает ее подруга. — Поверь, у нас все будет путем!

Она погладила Твайлайт по спине копытом, проведя им между оснований крыльев.

Твайлайт улыбнулась, но не расслабилась ни на мгновенье.

— Я знаю, Рейнбоу, но боюсь, что суд может счесть нас неподходящими опекунами… — прошептала в ответ Твайлайт и посмотрела на Скуталу. Тепло и ободряюще ей улыбнувшись, она охватила малышку за плечи крылом и подтянула к себе. — Ты как?

— Х-хорошо, я думаю… Просто хочется, чтобы уже все закончилось, — мягко ответила Скуталу, прижимаясь к боку Твайлайт.

— Погоди, что ты там говорила о том, что мы можем не оказаться хорошими опекунами? – копыто Рейнбоу замедлилось на секунду прежде, чем продолжить гладить.

— Ну… Мне стоило сказать раньше, но когда мы с Селестией ходили арестовывать родителей Скуталу, то она сказала, что если мы хотим удочерить Скуталу, то согласно закону, приемные родители должны состоять в браке, а так как мы даже в отношениях друг с другом не состоим, я… — Твайлайт замолчала и сделала неровный вздох перед тем, как продолжить. – Я более, чем уверена, что Брик Ламп и Транкуил Бриз будут лишены родительских прав, это данность, но меня волнует то, что мы можем оказаться недостаточно подходящими…

— Что?! Это куча лошадиных яблок! – яростно прошептала в ответ Рейнбоу. – Ты же знаешь, что мы лучшее, что случалось в жизни Скуталу с момента рождения, и она зна…

— Да, Рейнбоу, я знаю это, но не знает суд! – Твайлайт быстро осмотрелась, чтобы убедиться, что они не слишком шумят. – Чем мы можем доказать им, помимо наших слов, что мы достаточно хороши для нее?

Она замолчала, ожидая ответа Рейнбоу, та несколько раз открыла рот, пытаясь дать ответ, но, прождав несколько секунд, Твайлайт продолжила.

— Видишь? Вот из-за этого я и волнуюсь.

— Но-но ты же принцесса! Сено, даже принцесса Селестия на нашей стороне! Она еще в больнице видела, как плохо со Скуталу обращались ее родители, поэтому для суда тут все должно быть четко и ясно!

— Да, но ничего из этого не доказывает, что мы способны должным образом о ней позаботиться, Дэш! – ответила Твайлайт, стараясь говорить не слишком громко, чтобы ее не услышала Скуталу. Принцесса нервно оглянулась, гадая, сможет ли она различить знакомые лица в море пони позади. Кажется, об этом заседании пошел слух, и множество заинтересовавшихся пони решили его посетить. Твайлайт заметила своих родителей и Спайка, сидящих посередине в заднем ряду.

Родители ободряюще улыбнулись ей, указывая, что ей стоит оглядеться вокруг. Спайк, в свою очередь, вскочил на ноги и показал два больших пальца, широко улыбнувшись. Чувствуя себя немного увереннее, Твайлайт улыбнулась и обернулась, хотя из-за нервов еще немного дрожала. Посмотрев налево она увидела трех принцесс, занявших особые места в зале суда.

Селестия тихо сидела и листала какие-то документы, наверное, освежая в памяти доклады об аресте, а Луна и Кейденс о чем-то болтали. Рядом с ними сидел их собственный адвокат Куик Куилл, избранный лично Селестией.

Куик Куилл был личным юристом принцессы Селестии и был ее важным помощником во всем, что касалось законов. Он был светло-серым земным пони, хорошо разбирающимся в законах Эквестрии, особенно в скользких ситуациях, вроде текущей. Он точно знал одну вещь – Селестия выбрала его за одну его черту: фотографическую память. Эта способность дала ему возможность изучить и запомнить все детали из папки, выданной ему несколькими днями ранее. Другим юристам, обычно, требовалось больше времени, целые недели, чтобы разобраться во всем, но не ему.

Ёрзая на маленькой подушечке, Твайлайт закусила губу и начала вспоминать все возможные худшие варианты развития, но после первого же маленькая дверца в углу за трибуной судьи открылась, явив гнедого земного пони. Зал суда быстро затих.

— Председательствовать на этом судебном процессе будет почтенный судья Силд Скролл. Всем встать, — глубоким монотонным голосом произнес одинокий охранник у трибуны судьи, когда тот вошел в зал. Все встали и вежливо молчали, пока судья занимал свое место. – Все были приведены к присяге.

— Спасибо вам всем, и доброе утро. Присаживайтесь, и мы сможем начать это заседание, — произнес Силд Скролл, раскладывая бумаги. – Рассматривается дело «Брик Ламп и Транкуил Бриз против принцессы Твайлайт Спаркл и Рейнбоу Дэш».

Он повернулся к родителям Скуталу и произнес:

— Мистер Ламп, против вас были выдвинуты следующие обвинения: угроза безопасности и здоровью жеребенка, а также нападение на представителя королевской семьи. А против вас, миссис Бриз — угроза безопасности и здоровья жеребенка. Вы признаете себя виновными?

— Не виновны! – прокричали они. Брик Ламп даже возмущенно ударил копытом по столу перед собой. Твайлайт от неожиданности немного подпрыгнула.

— Пожалуйста, успокойтесь, мистер Ламп, — услышала она шепот их адвоката. – Если вы хотите выиграть на суде, то вы должны вести себя прилично.

— Эй, я буду делать, что пожелаю! – громко заявил Брик Ламп и топнул копытами по полу.

Судья несколько раз ударил молоточком. Когда Брик Ламп успокоился, судья сказал:

— Мистер Ламп, если вы не будете вести себя подобающе и уважительно, у меня не будет иного выбора, кроме как вывести вас из зала суда.

— Хорошо, ваша… честь, — фыркнул Брик Ламп и будто выплюнул последнее слово.

— Хорошо. Продолжим, — прокашлялся Силд Скролл. – По результату этого заседания определится, будете ли вы признаны виновными в выдвинутых против вас обвинениях, а также будете ли вы лишены права опеки над юной Скуталу. Останется ли она с вами или будет передана в приют – решат присяжные.

— А что насчет нас? Почему она не может быть передана под нашу опеку? – яростно прошептала Рейнбоу на ухо Твайлайт.

— Ш-ш-ш, мы сможем выдвинуть эту идею, когда будем выступать, — прошептала в ответ Твайлайт. – К слову, кажется сейчас все и начнется.

— Мисс Рейнбоу Дэш, так как вы первая обнаружили причину, по которой мы сегодня здесь собрались, я предлагаю вам выступить первой, — сказал Силд Скролл.

— Ну, понеслась, я думаю… — прошептала Рейнбоу на ухо Твайлайт и встала. Даже не глядя на родителей Скуталу, она прошла к трибуне. Их адвокат присоединился к ней секундой позже.

— Хм! – кашлянул Куик Куилл, когда остановился перед Рейнбоу. – Мисс Дэш, назовите, пожалуйста, свое имя перед судом?

— Эм, хорошо… Рейнбоу Дэш.

— Спасибо. Не могли бы вы рассказать нам все, что произошло, с самого начала?

— Конечно… — ответила Рейнбоу Дэш, бросив холодный взгляд на Брик Лампа и Транкуил Бриз. – Все произошло около двух недель назад. Погодная команда и я как раз закончили устраивать ежегодную снежную бурю, и вернувшись поздно домой, я уже почти готова была лечь спать, когда услышала, как кто-то плачет снаружи, под моим домом, — заметив, как некоторые присяжные удивленно подняли брови, она быстро добавила. – Я живу в облачном доме.

Увидев, что они расслабились, пегаска продолжила.

— Хоть я и хотела спать, я все же выглянула в окно. Тогда-то я и убедилась, что кто-то плачет, и узнала голос, — она замолчала и указала на Скуталу. – Это была Скуталу. Она одна из понивилльских кобылок, которую я взяла под крыло в последние несколько месяцев, и мы успели хорошо сблизиться. То есть, мы ходили в походы с моей подругой и ее младшей сестрой, и, вообще, развлекались.

— Понимаю… — произнес Куик Куилл. – Можете ли вы назвать себя менторской или сестринской фигурой для нее?

— Да! – ответила Рейнбоу с немалой дозой гордости.

— Хорошо. Продолжайте, пожалуйста, мисс Дэш. Вы говорили, что обнаружили ее на улице посреди снежной бури?

— Да. Тогда я услышала, что она плачет. И должна вам сказать, той ночью было очень морозно. При таком холоде кобылка ее размера могла легко замерзнуть насмерть, поэтому я озаботилась ее безопасностью. Я пыталась ее дозваться, но она не обращала внимания, — голос пегаски становился все громче, показывая, насколько она была сердита. – Я была уже уверена, что чего-то не так, поэтому вылетела и встала перед ней. Я позвала ее по имени, но она даже не услышал меня! Сено, когда она натолкнулась на меня, я увидела большой ушиб на ее голове! Я…

Рейнбоу чуть замолчала, когда увидела Твайлайт поднимающую и опускающую копыто, безмолвно показывая ей успокоиться немного.

Прежде, чем продолжить, Рейнбоу несколько раз глубоко вдохнула.

— Когда она таки узнала меня, то вцепилась так, будто я спасала ее от чудовищ. Тогда я и не знала, что так и было…

— Что вы имеете в виду, мисс Дэш? – спросил ровно и спокойно Куик Куилл.

— Я имела в виду родителей Скуталу, — выплюнула это слово Рейнбоу. – Если их так можно назвать, выгнавших ее из дома в такую ночь. Я уверена, что они еще были в хлам пьяны.

— Что, по-вашему, выгнало Скуталу из дома?

— О, это я могу сказать четко, потому что Скуталу сама рассказала мне, что она сделала и почему. Когда я убедила ее рассказать, она объяснила, что ее жизнь не была так уж хороша, как она показывала другим. Позвольте заметить, Понивилль – отличное местечко для жизни. У нас нет преступников, практически отсутствует преступность и все очень дружелюбны. Зная это, для меня было шоком узнать, насколько плоха жизнь Скуталу.

— Что вы имеете в виду под этим? – спросил Куик Куилл, теперь расхаживая вперед и назад.

— О, вам это понравится… — сарказм из слов Рейнбоу прямо сочился. – Для начала, оба ее родителя сильно пьют, мучают ее физически и психически, когда пьяные, они ее не кормят, и, в конце концов, когда я обратилась за помощью к принцессе Твайлайт Спаркл, то, когда мы вернулись, мы обнаружили, что одно ее крыло было сломано! – От ярости Рейнбоу топнула копытом. – Много ее перьев было вырвано, и в ту же ночь ее пришлось госпитализировать. И только благодаря милости принцессы Селестии ей не пришлось страдать еще несколько недель. И да, в первую ночь, когда я ее нашла, то позволила остаться у себя. Она была так травмирована, что я позволила ей спать со мной – она не хотела оставаться одной. Она сказала, что всегда хотела, чтобы мама обняла ее крыльями, и я это сделала. И я, и Твайлайт заботились о ней последние недели, и хоть все это было неожиданно, я знаю, что способна позаботиться о ней.

Брик Ламп неожиданно вскочил и обрушил копыта на стол, напугав всех в зале, причем некоторых сильнее прочих.

— Я не могу сидеть и слушать все эти бредни! Это полное дерьмо, и вы знаете это, судья, — рявкнул он.

— Порядок! В зале суда должен быть порядок! – закричал на него судья и несколько раз ударил молоточком. – Если вы будете говорить не в свою очередь, то я прикажу вывести вас из зала. Поверьте, вы этого не захотите, — он повернулся к Куик Куиллу и произнес. – Можете продолжать.

— О, у меня больше нет вопросов, ваша честь. Спасибо за ваши показания, мисс Дэш. Принцесса Твайлайт Спаркл, не займете ли вы место на трибуне?

Твайлайт кивнула и встала в одно время с Рейнбоу Дэш. Когда они проходили мимо друг друга, пегаска ободряюще ей улыбнулась и подмигнула. Секунды спустя Твайлайт заняла ее место на трибуне. Ее сердце нервно колотилось.

— Итак, начнем… Принцесса Твайлайт Спаркл, как вы связаны с этим делом? – спросил Куик Куилл.

— Рейнбоу Дэш пришла ко мне после того, как вернула кобылку домой. Она просила моей помощи, преимущественно для того, чтобы я использовала свое положение принцессы, чтобы забрать Скуталу от ее ро… Брик Лампа и Транкуил Бриз. Рейнбоу быстро пересказала мне важные детали, особенно касающиеся маленьких крыльев Скуталу, и когда я все это услышала, то поняла, что должна действовать, — ответила Твайлайт.

— И что же вы сделали? – спросил Куик Куилл, склонив голову набок.

— Рейнбоу привела меня к дому Скуталу, и когда мы подошли, то услышали раздавшийся изнутри пронзительный крик, несомненно изданный Скуталу. Рейнбоу вошла первой, а я последовала за ней. Услышав еще один крик, я поднялась наверх и увидела, как отец Скуталу прижал ее к полу и бил. Одно ее крыло было уже сломано, как указано в медицинских справках, которые должны у вас быть, — она подождала несколько секунд, пока он не кивнул, указывая ей продолжать.

— Последние недели я и Рейнбоу заботились о Скуталу, как о собственной дочери. Я знаю ее уже достаточно давно, а благодаря этой ситуации мы стали еще ближе. Как принцесса Эквестрии я считаю, что все мои подданные должны жить счастливо и продуктивно. Увидев положение Скуталу и стремление Рейнбоу Дэш сделать ее жизнь лучше, я не могла просто стоять и не помочь.

Твайлайт кашлянула и продолжила.

— В доме Скуталу мне пришлось отвести Брик Лампа от дочери с помощью моей магии. После этого он набросился на меня и мне пришлось еще раз применить магию против него, чтобы он не навредил мне.

— Но она напала на меня первой! – возмущенно закричал Брик Ламп. – Я воспитывал свою дочь, а она приложила меня так, что у меня в глазах все поплыло!

— Мистер Ламп, это последнее и окончательное предупреждение! – рявкнул на него судья. – Если вы еще раз заговорите не в свою очередь, то будете выведены из зала заседаний! Если вы желаете иметь хоть какой-то шанс на победу, то я рекомендую вам замолчать и взять пример с жены: молчать дальше!

Некоторые пони в толпе захихикали.

— …Хорошо. Я буду молчать, вашчесть, — фыркнув, сел на место Брик Ламп.

— Так или иначе… — медленно произнес Куик Куилл, приподняв бровь в ответ на вспышку Брик Лампа. – Что вы сделали потом, принцесса?

— Пока я разбиралась с этими двумя… — указала Твайлайт на родителей Скуталу. – Я велела Рейнбоу лететь со Скуталу в больницу – ее увечья были настолько серьезными. Своею властью, я посадила родителей Скуталу под домашний арест, связалась с принцессой Селестией, и прибыла в больницу как раз к моменту, когда Скуталу вывозили из операционной, — по залу суда пронеслось оханье. – Да, все было настолько плохо. Брик Ламп и Транкуил Бриз определенно не заботились о дочери, ваша честь. Я не могу поверить, что чему-то подобному позволяли продолжаться столь долго, а записи, которые я получила в мэрии Понивилля показывают, что родители Скуталу целенаправленно и злонамеренно не заботились о безопасности и благополучии дочери. Они не заслуживают зваться родителями.

— Хм… Сильное заявление, — невозмутимо произнес Куик Куилл. – У меня нет больше вопросов, ваша честь!

— О! Эм, прошу прощения, ваша честь, у меня еще есть, что сказать, — быстро произнесла Твайлайт, глядя на судью. – Могу ли я продолжить?

— Разрешаю. Вы можете продолжить, принцесса.

— Благодарю. Последние две недели я и Рейнбоу заботились о Скуталу, как о собственной дочери. Одной из моих задач, как личной ученицы принцессы Селестии, помимо обучения, была забота о маленьком драконе с момента его вылупления, Спайке, — она улыбнулась и быстро посмотрела в его сторону. – Хоть для нас обоих это было иногда сложновато, я получила ценные знания о заботе о детях. Используя этот опыт, я смогла должным образом заботиться о нуждах Скуталу последние недели, и могу определённо увидеть у нее улучшения после нашего прямого вмешательства в ее жизнь.

— Я чувствую, что должна кое-что добавить, — прямо посмотрела Твайлайт на Брик Лампа. – Скуталу снятся яркие кошмары, в которых ее преследуют родители. Я два раза была прямым свидетелем, как кошмары влияют на ее жизнь, и я представить не могу, через какой ужас она проходит каждый раз, ложась спать и гадая, будет ли у нее очередной кошмар. Честно говоря, судья, я не знаю, сколько кошмары у нее продолжаются. Оба раза, что ей снились кошмары в моем доме, она просыпалась, крича и рыдая, из страха за свою жизнь. Кобылка определенно не заслуживает такой жизни, — она всхлипнула и почувствовала, как в уголках ее глаз собираются слезы. Твайлайт смахнула их и чуть прокашлялась. – У меня все, ваша честь.

Коротко кивнув, Твайлайт встала и вернулась на свою подушку, стараясь даже не глядеть на родителей Скуталу. Она снова села между Скуталу и Рейнбоу, и смотрела прямо вперед, стараясь справиться с чувствами. Она расслабилась только когда ее коснулась Рейнбоу. Твайлайт посмотрела на подругу, гадая, что ей нужно, и увидела ее улыбку.

— Ну, что? – спросила Скуталу Твайлайт. – Уже все? Я домой хочу…

Твайлайт чуть удивленно наклонила голову. Она хочет домой? Это не может быть ее старый дом… Может, она говорит о Понивилле или еще о чем?..

— Ш-ш-ш… Я знаю, милая. Я не знаю, сколько еще это займет, но, когда все закончится, мы пойдем съедим по мороженому. Хорошо? – прошептала Твайлайт в ответ, ласково потрепав кобылку.

— Ага…

— Мистер Ламп, как один из ответчиков, вы можете встать, — сказал Силд Скролл, прерывая их разговор.

Отец Скуталу тихо встал со своего места и прошел к трибуне. Там он сел и отбросил с лица сальные волосы.

— Быстрей там, мисси, — сказал он своему адвокату. – У меня нет времени на все эти ваши штучки-дрючки.

— Мистер Ламп, — ответила, встав, адвокат. Ее голос был строг и ясен, как у дворян Кантерлота. Она подошла к трибуне, где сидел ее подзащитный. – Прежде, чем мы начнем, я должна попросить вас не обращаться ко мне «мисси». Меня зовут Шарп Уит, что я говорила вам уже несколько раз.

— Ага, ага, я понял. Я просто шутил. Спрашивайте, Шарп Уит.

— Хм… Хорошо тогда. Мистер Ламп, не могли бы вы изложить свою версию событий?

— С радостью. Моя жена и я однажды вернулись домой и увидели, как наша дочь выливает всю нашу выпивку, и качественную притом! Она уже успела вылить двадцать бутылок в мойку прежде, чем мы успели ее остановить, и конечно мы были злы! Она же только что извела хорошего бухла на почти три сотни бит! Скуталу что-то там болтала, что выпивка делает меня жестоким и что она хочет счастливую семью, но это все чушь. Чтобы показать, что она ошибается, я начал воспитывать ее, но она выбежала из дома.

Затем он указал копытом на Рейнбоу, неожиданно повысив голос.

— А потом нарисовалась она! Эта тупая кобыла той ночью похитила дочь из нашего дома, а когда вернула на следующий день, то без разрешения вошла на мои владения. Кроме того, ее подружка вон там… — указал он на Твайлайт. – Напала на меня и сделала так, что при попытке выйти из дому становилось очень больно. Эта сумасшедшая пони причинила мне и моей жене эмоциональную травму.

— Погодите минуту, сэр… — заговорил Силд Скролл. – Скажите прямо – вы утверждаете, что Рейнбоу Дэш похитила вашу дочь, так?

— Да, сэр! – гордо заявил Брик Ламп.

— А на следующий день она вернула ее в ваш дом, без следа вреда, и оставила на ваше попечение, так?

— Ага. Но пока она была там, она…

— Это все, что мне нужно было услышать, — прервал его Силд Скролл. – У вас есть еще вопросы к своему подзащитному, мэм?

— Нет, ваша честь, — Шарп Уит повернулась к Брик Лампу. – Вы можете вернуться на свое место. Вызывается миссис Бриз!

Транкуил Бриз встала. Ее цепи гремели, пока она осторожно шла к трибуне. Их адвокат задала ей те же самые вопросы, что и мужу, и получила удивительно схожие ответы. Чтобы ответить на них понадобилось лишь несколько минут, и каждый ответ закапывал ее и Брик Лампа все глубже.

— Мистер Ламп, миссис Бриз, ваши показания полностью противоречат показаниям как мисс Дэш, так и принцессы Твайлайт. Я больше склонен поверить им, благодаря уликам против вас, но судьбу вас и вашей жены решат присяжные, — сказал судья. Повернувшись к Шарп Уит, он спросил. – У вас есть еще вопросы к свидетелям?

— Нет, ваша честь, — быстро ответила она, наблюдая, как на свое место возвращается Транкуил Бриз. – Но я бы хотела вызвать другого свидетеля – мисс Дэш!

— Что? Почему меня? – очень удивленно спросила Рейнбоу. Она наклонилась к Твайлайт и прошептала на ухо. – Я уже давала показания... Зачем меня зовут еще раз?

— Это так работает. Теперь не тянись и иди к трибуне, — прошептала в ответ принцесса.

— Эм, хорошо… — чуть нервничая она встала и пролетела к трибуне. Чуть неуклюже приземлившись, она кашлянула и повернулась к адвокату родителей Скуталу, ожидая вопросов.

— Итак, мисс Дэш, в ночь, когда вы обнаружили дочь моих клиентов среди снежной бури, вы сказали, что «оставили ее у себя»… это верно?

— Эм, да? К чему вы ведете?

— И в ту ночь вы спали в одной кровати? – проигнорировала Шарп Уит вопрос Рейнбоу.

Пегаска чуть приподняла бровь.

— Ну да. Я охватила ее крылом, и мы обнимались, как она хотела, — Рейнбоу увидела, как Шарп Уит улыбнулась, будто она сказала то, что она ожидала услышать, но продолжила. – Я предложила ей лечь на диване, но она отказалась, сказав, что не хочет быть одна или вроде того.

— Вижу, вижу… — в глазах адвоката появился мрачный блеск. – А теперь, пока вы и Скуталу были одни в эти последние недели, были ли у вас с ней физические контакты, неприемлемые или иные?

— Что?! Как вы смеете спрашивать… подобное?! – вскочила и ударила копытами по ограждению Рейнбоу. Она взмахнула крыльями и зависла перед лицом Шарп Уит. – Конкретно, о чем вы спрашиваете? Вы, наверное, с ума сошли, если думаете, что я могу сделать что-то… подобное со Скуталу!

Твайлайт вдруг почувствовала, как Скуталу тянет ее за крыло.

— О чем это они, Твайлайт? – удивлённо спросила пегасочка.

Твайлайт чуть застыла.

— О! Эм, ни о чем, Скуталу. Об этом ты узнаешь, когда подрастешь и все такое, — она подтянула ее к себе поближе и продолжила слушать.

— …и потому ответ на ваш вопрос – нет, я не имела неприемлемых контактов со Скуталу ни в каком виде, форме, образе и чем-либо, что можно таковым засчитать, — закончила Рейнбоу. – Теперь, если у вас больше нет ко мне реальных вопросов, то я закончила.

Шарп Уит молчала, и потому Рейнбоу ушла и уселась рядом с Твайлайт, прямая и жесткая, как палка.

Ух ты, я и не знала, что она может так говорить… восхищённо подумала Твайлайт. Она решила, что Рейнбоу будет говорить проще, но была приятно удивлена – это только повышало их шансы. Она посмотрела на Рейнбоу, но та к ней не обернулась.

— Итак, я думаю, присяжным пора решить, виновны ли они по предъявленным обвинениям или нет, — сказал Силд Скролл, складывая бумаги. – Мы снова соберемся через час…

***

— И снова здравствуйте, — произнес судья, занимая свое место, и посмотрел на присяжных. – Давайте закончим все хорошо и быстро, так? Вы приняли решение?

Одна из присяжных, бледно-розовая пегаска, встала.

— Да, ваша честь. Мы признали обвиняемых, Брик Лампа и Транкуил Бриз, виновными по обвинению в угрозе безопасности и здоровью жеребенка. Брик Лампа мы также признали виновным в попытке нападения на члена королевской семьи, ваша честь.

— Я вижу… — судья сел и замолчал на несколько секунд. Потом поднялся и посмотрел на обвиняемых. – С сего момента вы лишаетесь родительских прав на Скуталу. Записи из Понивилля показали, что вы регулярно отказывали ей в безопасности и благополучии. Поэтому я изымаю ее от вас – что должно было быть сделано уже давно. Брик Ламп, суд признает вас виновным по всем обвинениям и приговаривает к двадцати пяти годам тюремного заключения – двадцать за угрозу безопасности и здоровью жеребенка и пять за нападение на члена королевской семьи.

Судья замолчал и сфокусировался на Транкуил Бриз, полностью игнорируя возмущение Брик Лампа.

— Миссис Бриз, суд признает вас виновной по обвинению в угрозе безопасности и здоровью жеребенка. Так как вы – мать этой кобылки, я считал, что вы должным образом заботитесь о своём ребенке и желаете ей достойной жизни. Поэтому я вынужден дать вам максимальный срок по этому обвинению, двадцать лет тюремного заключения. Вы оба лишаетесь права на условно-досрочное освобождение, и принцесса Луна заверила меня, что лично подобрала для вас двоих камеру, — Силд Скролл посмотрел на Гвардейцев Селестии у стен. – Охрана! Уведите обоих!

Рейнбоу не могла не почувствовать невероятного облегчения при виде уводимых родителей Скуталу. Она повернулась к Твайлайт, чтобы стукнуться с ней копытами – но обнаружила ее очень серьезной, и неотрывно глядящей на судью.

— Что будет со Скуталу, ваша честь? – спросила Твайлайт. В ее голосе чувствовалась нервозность. Она положила крыло на спину кобылки и подтянула ее поближе. Все трое смотрели на глубоко вздыхающего Силд Скролла.

— Боюсь, мы должны отправить ее в сиротский приют Кантерлота.

— Погодите, а мы не можем пропустить всю ненужную бумажную волокиту и просто передать ее на мое попечение? – спросила, встав, Рейнбоу. Она держала крылья сложенными, чтобы оставаться в рамках приличий. – Мы уже суперблизки, и я четко могу сказать, что она скорее согласится остаться со мной, а не отправиться в какой-то там приют. И принцесса Твайлайт, и я уже заботились о ней, и, сверх того, Твайлайт заверила меня, что поможет мне заботиться о Скуталу, так в чем проблема?

— Это так, принцесса? – посмотрела на Твайлайт Силд Скролл. – Вы подтверждаете, что поможете мисс Дэш в этом предприятии?

— Да, ваша честь. Честно говоря, я всем сердцем стремлюсь к этому.

Силд Скролл задумался и чуть постучал копытом по столу. Глядя на Твайлайт и Рейнбоу, он спросил:

— Вы живете в разных домах, так? И не состоите в браке друг с другом?

— Эм… да, каждая из нас живет в своем доме. У Твайлайт есть библиотека, а я живу в облачном доме. И мы не состоим в браке. Почему? Какое это имеет отношение ко всему этому? – спросила Рейнбоу.

О, сено, сено, сено, сено, сено, сено, сено, сено, сено начала паниковать Твайлайт. Я как знала, что так случится!

— Хм… — нахмурился Силд Скролл. – Мне неприятно это говорить, но закон гласит, что не входящие в круг ваших ближайших родственников, не могут жить в общественных зданиях. Кроме того, желающие усыновить жеребенка, с которым дурно обращались, в нашем случае – Скуталу, должны жить в одном доме и состоять в браке, дабы должным образом о ней заботится, — он замолчал, когда Твайлайт и Рейнбоу хором ахнули. – Но так как речь об удочерении не идет, этот закон тут не применим, — он чуть хихикнул, увидев, как явно расслабились Твайлайт и Рейнбоу. – Но один вопрос остается стоять – проживание… — он посмотрел на Рейнбоу. – Мисс Дэш, так как из вас двоих лишь вы обладаете личным жильем, Скуталу будет жить у вас. Это возможно?

Глаза Рейнбоу расширились. Ее лицо растеклось в радостной улыбке.

— Ага! То есть, да, ваша честь.

— Вы знаете, что забота о жеребенке с эмоциональной травмой – это большая ответственность, так? Следовательно, учитывая ее неспособность летать и форму вашего дома, вы должны или обеспечить ей средства доступа в дом ее собственными силами, или найти жилье где-то на земле. Если эти требования не будут выполнены в течении семи дней, начиная с завтрашнего дня, то по решению суда Скуталу будет забрана от вас и помещена в приют. Вы все понимаете и согласны?

— Да, ваша честь, — твердо ответила Рейнбоу. Она чувствовал себя на миллион бит и едва сдерживалась, чтобы подхватить Скуталу и сделать с ней круг почета в зале суда.

Судья неожиданно посмотрел на Скуталу.

— Юная леди, не могли бы вы сделать шаг вперед? – спросил он, игнорируя встревоженные выражения лиц Твайлайт и Рейнбоу. Скуталу неуверенно выступила вперед, выходя на середину зала заседаний.

— Эм… что-... в чем дело, ва-ваша честь? – спросила малышка, махая хвостом и стараясь прикрыть им бедро.

Судья ободряюще и мягко ей улыбнулся. Перегнувшись через ограждение, он мягко спросил:

— Скуталу, в данный момент у тебя нет никаких законных опекунов, поэтому у меня несть несколько вариантов. Во-первых, ты можешь отправиться в приют к другим кобылкам и жеребчикам. Во-вторых, ты можешь жить с мисс Дэш и принцессой Твайлайт. Тебе чего больше хочется?

Скуталу посмотрела на судью. Ее глаза были полны слез. На ее лице появилась маленькая улыбка и она обернулась к Твайлайт и Рейнбоу.

— Я… я хочу жить с Рейнбоу и Твайлайт! – с этими словами она бросилась к старшим подругам. По ее лицу текли слезы счастья и облегчения. Рейнбоу раскрыла копыта как раз вовремя, чтобы малышка пригнула в ее объятия, и та вцепилась в старшую пегаску так сильно, как смогла. Скуталу зарылась лицом в грудь Рейнбоу, и с ощущением охватывающих ее крыльев почувствовала, что все теперь как надо.

— Тогда решено, — произнес Сид Скролл при виде того, как Твайлайт положила свое крыло на спину Рейнбоу. Его улыбка стала шире от этой радостной картины. – Итак, принцесса Твайлайт Спаркл, мисс Дэш, вы готовы взять на себя ответственность и стать постоянными законными опекунами Скуталу?

— Да! – в идеальной гармонии ответили они.

Силд Скролл еще раз ударил своим молоточком.

— Тогда решено! Удачи вам обеим, — с улыбкой произнес он. Встав, судья посмотрел на Рейнбоу Дэш. – Помните, мисс Дэш, вы должны будете в течении семи дней, начиная с завтрашнего дня, предоставить документы о том, как вы решили вопрос с доступом Скуталу в ваше жилье. Желаю вам хорошего дня, — добавил он, собирая бумаги.

— Да, мы сделали это! – сказала Рейнбоу, держа Скуталу в своих объятиях. Что бы ни произошло, она не хотела отпускать кобылку. Неожиданно Рейнбоу почувствовала, как об ее щеку трется Твайлайт. И это длилось дольше обычного.

— Ты хорошо постаралась сегодня, Рейнбоу, — с гордостью произнесла принцесса.

— Не, мы сегодня хорошо постарались, — с торжествующей улыбкой ответила пегаска. Она посмотрела на Скуталу и начала гладить ей спинку копытом. Рейнбоу сложила крылья и подняла Скуталу на свои копыта. Она сильно ее обняла, и когда Скуталу обняла ее вдвое сильнее обычного, не могла не почувствовать слез радости. – Мы сделали это, Скуталу… Мы сделали это.