Автор рисунка: Noben
Глава 0.0. Привет, новый мир Глава 0.2. Мартин, простой научный Рэйлган и внутренние разборки ангелов.

Глава 0.1. Сыграем?

Переписывал главу раз десять минимум. Ничего не получается, а сюжет продуман на несколько глав вперёд. Выкладываю наиболее удачный вариант, за который меня вполне предсказуемо закидают минусами. Писал, исходя их того, что в Эквестрии уже есть зачатки научной фантастики, а научный прогресс на уровне 80-х.

Если нам когда-нибудь встретятся во вселенной другие разумные существа, то их первые слова вряд ли будут: «Отведите меня к вашему главному». Скорее они скажут: «Сыграем, парень?»

Линус Торвальдс. «Just for fun».

— Знаешь, Лира, я была знакома с одним очень хорошим человеком. При первом знакомстве он сказал мне: «Ты не с моей планеты. Сыграем?». Я хочу то же сказать тебе. Давай так — ты отвечаешь на мой вопрос, а я на твой, — Ниник съела последний маффин и теперь страдала от безделия. Лира, похоже, тоже никуда не торопилась.

— Согласна. — Лира устроилась поудобнее. — И кто первый?

— Я. Ты сама делала эти маффины?

— Конечно же сама. — единорожка была почти что оскорблена таким вопросом.

— Отлично, — ангел сделала пометку в неизвестно откуда появившемся блокноте. — Теперь ты.

— Ладно... Откуда ты? Не похоже, что ты с нашей планеты. Ну, я имею в виду, что людей никто кроме меня не видел.

— Ты задаёшь правильные вопросы, Лира. На такой, казалось бы простой, вопрос сложно ответить. Но я постараюсь. Смотри. — Ниник достала из кармана маленький предмет, похожий на авторучку, и направила его в сторону ближайшей поляны, на которой появилась объемная карта эмулируемых вселенных. — Вот эта линия, на которой расположены самые большие точки называется «Прайм». На ней находятся все главные миры. Вот здесь, — Ниник показала на точку, находящуюся в стороне от других, — находится Эквестрия, в которой мы сейчас находимся. А вот эти линии, которые проходят через миры «Прайма», называются осями альтернативных миров. Точки вокруг них — альтернативные варианты развития основного мира. Если два таких мира находятся в одной плоскости, значит это миры-отражения. Они будут отличатся только небольшими отличиями. Выше «Праймы» есть ещё две линии. На первой лежат миры-бэкапы. Это резервные копии всех остальных миров. Если что-то где-то пошло не так, то мир просто восстанавливается из резервной копии. Вторая линия — это хранилища непроработанных альтернатив. Отдельные эпизоды из остальных миров, которые могли бы произойти, но этому помешали какие-то обстоятельства. Есть ещё третья линия, но она официально не признана. На ней есть только две точки. Первая — это система «паутина вероятностей». Она исполняет почти все мои обязанности — создаёт новые альтернативные миры и следит за их уникальностью, подставляя отдельные фрагменты из хранилища непроработанных миров. Вторая — Цитадель Ангелов. Мой родной мир.

— Так всё... запутанно.

— Да. Есть такое. Где ты видела людей?

— Мне... Мне снятся сны. В них я — человек. Играю на арфе. У меня-человека тоже есть лучшая подруга — Бон-Бон. Живу в том же домике в Понивиле. Как ты там говорила, миры-отражения? Я бы назвала эти сны именно так. В реальной жизни я даже на лире посредственно играю. Это удел пегасов. Их крылья более приспособлены к этому. Да я даже кьютимарку получила после одного из своих снов.

— Кьютимарка? А, да. Можешь не объяснять. Это распространённая практика во многих мирах. Только судя по тебе, она появляется благодаря изменению структуры волосяных луковиц, а не нанесением краски под кожу. — Ниник увеличила участок карты рядом с «Эквестрия Прайм». — Вот. Видишь точку, чуть левее и ниже «Прайма»? Это тот мир-отражение, который тебе снится. А справа — его двойник. Всё то же самое, только население у него не люди, а пони. Интересно, уже можно материться на мелкомягких, или подождать, пока не облажаются посерьёзнее?

— Мелкомягкие? Это создатели всех этих миров?

— Что?! — Ниник в ужасе вскочила на ноги. — Слава Всевышним, конечно же нет! Только одна «паутина». И то скоро навернётся с критической ошибкой. А мне потом всё разгребать. В конце концов, я же хранитель всей Эквестрианской оси. Так что лучше лишний раз не чихай, а то мало ли...

— Хорошо, не буду.

— Слушай... А ты хочешь посмотреть на людей? Самых настоящих. Которые и создали всё это? «Земля Прайм», тот мир, который находится на одной оси с Цитаделью, — точная копия мира Создателей. — Ниник нашла способ досадить Шефу. Помощник ангела — пони с генетическим отклонением. Интересно, как ему это понравится?

— Подожди. — До Лиры постепенно начинал доходить смысл слов Ниник. — То есть, всех здесь создали люди?

— Можешь не заморачиваться по этому поводу. Они почти ничего тут не могут. Создатели могут только наблюдать, да и то ограниченно. Можешь считать их обычной декорацией, скрывающей пустую бетонную стену, за которой ничего нет.

— Ладно, тогда как мы попадём туда? На этой странной штуке, которая упала с неба? — Лира показала копытом на десантную капсулу.

— Ну. Ведь я — Ангел! — За спиной Ниник на несколько мгновений проявился силуэт крыльев. О, да. Она ведь всегда уделяла большую часть времени зрелищности и эффектности. — А если серьёзно, то на орбите планеты сейчас находится мой корабль. Это — десантная капсула. К слову сказать, собранная самыми криворукими конструкторами, каких только можно найти, но каким-то образом всё ещё работающая.

— Так, Лира. Это галактический экспериментальный крейсер «Арлингтон Mk1». Там — навигационная комната. Там — жилые помещения. Там — лаборатории. — Ниник шла по центральному коридору, объясняя Лире внутреннюю планировку корабля. — Лифт в конце коридора. На втором этаже обсерватория и оружейные платформы.

— Зачем тебе оружие?

— Видишь ли, Лира. То, что в вашем мире нет войн и насилия, ещё не означает, что их нет нигде. Мантисы, критосы, интеллионы, зерги... Один раз даже протоссы посчитали, что их корабль выдержит залп дуговых пушек. Ну, в общем они были правы. Пришлось добивать из ATA батарей. Да, знаю, это кощунство — использовать несчастные лазеры таким образом. Но основное орудие разнесло бы ещё и пару планет. Эээ... Лира?

— Ниник, скажи мне, что что люди не такие! — единорожка в ужасе прижалась к ангелу. — Скажи, что они не воюют друг с другом. Никого не убивают и не вредят друг другу.

— Упс. Кажется, здесь более уместна сладкая ложь, чем горькая правда. Но в этот раз скажу правду. Люди — милые, добрые существа. Ну... По крайней мере в оригинальной «Земле Прайм» и в небольших количествах.

— Успокоила, нечего сказать.

— Не волнуйся. Место, куда мы отправляемся, называется Сент-Питерсбург в штате Флорида. Его ещё называют «Солнечный город». Хорошая погода круглый год, куча дружелюбных туристов, отличные кафешки и просто замечательный эспрессо-романо. Время... Примерно 2012 год. Всё, что нам нужно — под правильным углом войти в кротовину. — Ниник своим классическим пинком по приборной доске открыла шлюз в навигационную комнату.

— Кротовину?

— Точка перехода между мирами. Все миры, как основные, так и альтернативные, соединены системой кротовых нор. На вид это такой относительно небольшой шарик, метров сто в диаметре, состоящий из маленьких синеньких частиц. Работает всё это при помощи особой ангельской магии, ибо противоречит всем законам физики и логики. К каждой кротовине привязано сразу несколько транспортных туннелей. В зависимости от точки вхождения, корабль направится по одному из них. Переход в общей сложности занимает пару секунд. Ещё минута, и ты уже будешь наслаждаться кофе в кафешке с видом на набережную. Если, конечно, нам повезёт...

— Что значит, повезёт?!

— То и значит. Прыгаем!

— Ниник, ты даже не дала мне хоть немного посмотреть на Арлингтон , — Лира сидела за столиком кафе, удерживая в телекинетическом поле кружку с кофе.

— Это невозможно. Внутри он гораздо больше, чем снаружи. По самым скромным подсчётам — пара сотен квадратных километров. Склад боеприпасов, хранилище транспортной техники, лаборатории... Много чего. Так что если ты захочешь отправится в путешествие в одиночку, будь добра — не заблудись.

— Хорошо. А почему на меня никто не обращает внимания? Я же, вроде как, пони.

— Фильтр восприятия. — ангел дотронулась до своей серьги в правом ухе, которая представляла собой три причудливо изогнутых, ничем не связанных элемента. — Позаимствовала у одного из интеллионов, земля ему пухом. Сейчас все окружающие видят тебя, как милую девушку, лет двадцати, возвращающуюся после тяжёлых занятий в консерватории, которая решила отдохнуть в кафе за чашечкой эспрессо. Всегда поражалась его воображению.

— Привет, девочки. Можно к вам? — к столику подсел уже немолодой мужчина, аккуратно придерживая стаканчик с латте макиато.

— Никак, сам Мартин Северн к нам пожаловал? — Ниник протянула ему блокнот с ручкой. — Место в обмен на автограф.

— Ну, право, не стоит. Я всего лишь скромный композитор.

— И что такой скромный композитор делает в Сент-Питерсбурге?

— Меня пригласили на открытие проекта N.A.S.D.A. Интернет и телевидение только и делают, что обсуждают его. Вы что, не слышали?

— О, нет. Только не говори, что сейчас 2085-й год. — Ниник ускоренно начала копаться в своём коммуникаторе. — Чёрт. Сейчас 2085-й год.

— Что, что-то не так? — спросила Лира.

— Всё не так! Всё! Мы промахнулись! Навигационная система не была откалибрована. Это не «Земля Прайм». Это...

— Очень плохая ситуация. — Сработала антимат-система в коммуникаторе.