# Песнь Лазоревки

RainboomDashie

Любая звезда в своё время обречена упасть. Рэйнбоу Дэш оказывается в западне собственного прошлого, но с помощью Твайлайт Cпаркл ей предстоит совершить открытие, что перевернёт весь её мир. Но какой ценой?

Посвящается Дональду Кэмпбелу и его "Блубёд", за преодоление границ только потому, что они существовали. Также Стивену Хогарту и группе "Мариллион" за песню "Out of this World", в которой автор (да и я тоже) черпали вдохновение.

Так как это моя первая работа по переводу, ругать и критиковать обязательно. Но, прочитав этот роман (фанфиком назвать язык не поворачивается), я просто захотел поделиться им с теми, кто не слишком хорошо дружит с языком оригинала. Поэтому заранее прошу понять и простить некоторые ошибки. В рамки жанров "Лазоревка" вписывается из рук вон плохо — здесь каждый найдёт что-то своё. Романтика, фэнтези, детектив — главное, чтобы вам было не всё равно. Как и мне в своё время.Майк.

## Глава 1. Заголовки вчерашних газет

Начнём! Взлёты и падения, сорванные эксперименты, зависть — или нечто большее?

Словно острый клинок нас отсёк друг от друга,

Мы кричим в лабиринте замкнутого круга,

Одержимые снами…

1. «Заголовки вчерашних газет».

— Ничего себе посадочка, сахарок!

Рэйнбоу Дэш застонала: под её сомкнутыми веками мир, взорвавшийся сверхновой, теперь кружился хороводом ярких красок. Попытка открыть глаза принесла за собой волну удушливой боли. В неясной дымке полузабытья показалось лицо Эпплджек, выражавшее смесь сочувствия и досады. Приходя в себя, Дэш ощутила влажную грязь просёлочной дороги и лёгкое прикосновение капель моросящего дождика.

— Эй-Джей? – пробормотала Рэйнбоу, и пони-фермер облегчённо вздохнула, помогая пегасу подняться с земли.

— И что же, окромя яблочек, ты пыталась вытворить на этот раз? – гневно спросила Эпплджек.

— Упражнение семь-двадцать, вспышка из «штопора», — ответила Дэш, и хотя её голос дрожал, а непослушные ноги так и норовили подогнуться, в её словах вновь зазвучали хвастливые нотки. Ведь новый трюк в коллекции – это вам не шутки! Рэйнбоу дотронулась копытом до шишки на лбу размером с яйцо и поморщилась от боли. К счастью, до крови дело не дошло, и она вздохнула с облегчением.

— Эмм, и что случилось? – продолжала Эпплджек, выжидающе подняв бровь.

— Забей. Ничего не вышло.

— Похоже на то. – Эй-Джей решила сменить тему. – Пошли ко мне, тебе надо привести себя в порядок. Если дойдёшь, конечно.

Дэш с благодарностью опёрлась на плечо подруги, и они не спеша направились к ферме «Сладкое Яблочко». Пегас за всю дорогу не проронила ни слова, сменив прежнюю разговорчивость на подавленное молчание. Раз за разом она прогоняла в голове последние минуты тренировки, пытаясь понять свою ошибку. Вот она набирает скорость, вращаясь вокруг своей оси, безукоризненно выполняет основную часть трюка и вдруг мыслями снова возвращается к событиям сегодняшнего утра. Статья в газете. Сердце сжимается в груди и словно сходит с ума. Стоило ей отвлечься – и встречный поток ветра сбивает летунью с курса, не давая ей возможность сгруппироваться перед ударом. Последние воспоминания – земля, радостно несущаяся навстречу, крылья, беспомощно бьющие по воздуху, тошнотворный звук глухого удара – и всепоглощающая темнота

Дэш замерла, уставившись в одну точку, и вздрогнула, когда Эпплджек похлопала её по плечу.

— Всё в порядке, солнце?

«Скажи ей, просто расскажи ей всё!» — еле слышно взмолился внутренний голос, но и без того уязвлённая гордость заглушила его.

— Со мной? Конечно же, — усмехнулась Рэйнбоу. – Я и не в такие аварии попадала!

— Не знаю, ты словно… Отключилась, – не отставала Эпплджек.

— Говорю же, всё в порядке! – огрызнулась Дэш и вздрогнула, сама удивляясь своему тону.

— Ладно, ладно! Тише, как скажешь.

— Прости, Эй-Джей, — пегасочка виновато опустила глаза. – Я не хотела накричать на тебя. Голова просто раскалывается.

Если ты – Элемент Честности, то это даёт некоторые неоспоримые преимущества. Эпплджек чувствовала ложь за версту – очевидно, Дэш что-то скрывала от неё, но пони-фермер решила оставить Рэйнбоу в покое, особенно сейчас, когда пегас так слаба. Но именно эта слабость и настораживала Эй-Джей: куда более серьёзные травмы Дэш переносила, чуть ли не смеясь, а сейчас над ней словно повисла плотная пелена неловкого молчания. К счастью, совсем скоро за придорожными деревьями показалась крыша фермы, и спустя несколько минут подруги уже стояли на её пороге.

— Прости, что отвлекаю тебя от работы, — чуть слышно произнесла Рэйнбоу. – Я приведу себя в порядок и тотчас же уйду.

— Ничего, — отмахнулась Эпплджек. – Что бы c тобой не произошло, главное – поскорей добраться до душа!

— Спасибо, Эй-Джей. – Дэш впервые за этот день абсолютно искренне улыбнулась и обняла подругу.

— Не за что, сахарок! – Откликнулась Эпплджек. Они ступили за порог дома, прошли кухню с её терракотовыми стенами, богато украшенными семейными реликвиями Эпплов, и груду деталей, в которой угадывался новый, пока ещё не собранный плуг Биг Макинтоша. И вот, в дальнем конце коридора показалась лестница, ведущая на второй этаж дома.

– Наверх, затем вторая дверь налево!.. — Подсказала Эпплджек, и, провожая Дэш взглядом, чуть слышно добавила:

— Что же за петрушка приключилась с этой пони?

*

Не прошло и получаса, а копыта лазоревой пегасочки, посвежевшей после душа, цокали по булыжной мостовой главной улицы Понивилля. Вопреки протестам смущённой Дэш, Эй-Джей угостила её на дорогу яблочным пирогом, а когда летунья ушла, земная пони ещё долго провожала её взглядом, полным заботы и тревоги.

Рэйнбоу понимала, что своим подавленным настроением весьма расстроила Эпплджек. Чувство стыда тяжким грузом легло на плечи – от того, что она не нашла в себе смелости рассказать подруге всю правду. Внутри неё бушевала настоящая буря, и стоило Дэш закрыть глаза, как в памяти эхом вновь зазвучали слова злополучной статьи, с которой издевательски ухмылялось его лицо.

«Она высмеяла бы меня. Как и все остальные»/

«Конечно же, нет, они же твои друзья».

«Они бы посчитали меня глупой и узколобой»

«А разве это не так? Почему это тебя так волнует?»

«Я не знаю…»

— Ты просто пустышка! – Дэш замерла как вкопанная. Её гневный голос эхом разлетелся по улице, отзываясь жжением в уголках глаз. Всё стихло. Оглядевшись по сторонам, Рэйнбоу к своему стыду поняла, что последнюю фразу, адресованную самой себе, она выкрикнула на всю улицу. Некоторые пони обернулись, полагая, что она обращается к одному из них. Дэш закрыла глаза, её щёки пылали. Шишка на голове немилосердно саднила, и пегасочка пожалела, что отказалась от повязки, предложенной Эпплджек.

— Всё в порядке, мисс? – раздался низкий голос. Пегий жеребец с густой гривой приближался к Дэш, не сводя с неё обеспокоенный взгляд. Рэйнбоу не удостоила его ответом и ускорила шаг. Её гордость, так бережно лелеемая, уже в третий раз за день попала под удар. Взмахнув крыльями, она взлетела в небо, растрепав гриву удивлённого прохожего.

Стоило ей подняться в небо, как головная боль взялась за Дэш с удвоенной силой, исторгнув стон из её груди.

«Мне нужно лекарство», сказала Рэйнбоу сама себе, раздражённо потирая шишку на голове. Прямо под ней, в центре города, расположилась библиотека, вокруг которой деловито сновали разноцветные точки – горожане спешили по своим делам. Наконец, она решила спуститься вниз. Возможно, решила Дэш, все, что ей нужно – лишь немного магии.

*

В библиотеке царил полумрак: шторы на окнах были плотно задёрнуты, не давая полуденному солнцу пробиться внутрь. На складном столике посреди главной комнаты сгрудились колбы, книги и прочие принадлежности адепта магических наук. Совелий удивлённо хлопал крыльями и ухал, глядя на беспорядок и радуясь наступлению сумерек средь бела дня. Сама же библиотекарь, не сводя глаз, смотрела на бурлящий в хрустальной мензурке раствор.

— Вот это уже другое дело, — пробормотала Твайлайт Спаркл, подняла в воздух карандаш и сделала пару отметок в своём блокноте, так же подхваченным заклинанием левитации. Затем, она огляделась по сторонам в поисках своего помощника.

— Спайк!

— Угу? – с готовностью отозвался малыш-дракон, появляясь из-за её спины.

— Эксперимент номер четыре удался. Теперь мне нужен неочищенный Радужный настой и бихромат калия.

— Не вопрос! – В полутьме раздался топот драконьих лапок, а затем – приглушенный треск и звон.

— Ой! – Послышался раздражённый голос. – Почему здесь так темно?

— Спайк, Ты же знаешь, насколько чувствительно к свету неочищенное Радужное сырьё. Вспомни наш последний эксперимент! И потом, драконы же могут жить в пещерах – значит, и твои глаза скоро привыкнут к темноте.

— Наверное. – Из кладовки ещё несколько секунд доносилось пыхтение и шорохи, а затем – торжествующий клич. – Нашёл! Вот и всё, — вскоре Спайк вприпрыжку вошёл в комнату, одной рукой удерживая гору пробирок и мензурок, чуть ли не больше его самого, а другой – сжимая ушибленный палец на задней лапе.

— Спасибо, Спайк! Ты – лучший помощник на свете!

Спайк с облегчением поставил на стол бутыль с мутной маслянистой жидкостью – Радужным настоем, и собирался уже избавиться и от неудобной мензурки, как одна из штор, закрывавшая окно на дальней стене, оказалась отдёрнутой. Свет заполнил комнату, выхватывая из темноты фиал Радуги.

В наступившей тишине вздох Твайлайт казался исполненным самоиронии и смирения.

— Восхитительно…

В следующий миг свет сделал то, что и должен был – быстро и неотвратимо. Жидкость в колбе взорвалась брызгами насыщенных красок, разбив свою темницу и разлетевшись по комнате лучами всех цветов радуги. Твайлайт не сразу удалось собраться с силами посреди радужного хаоса, но вот призрачное свечение охватило её рог. Сложное заклинание Исчезновения, отбрасывая алые искры на лоб Твайлайт, в одночасье заставило сгинуть без следа и радугу, и осколки битого стекла, и канонаду радужных лучей, оставив после себя лишь эхо и еле заметный пурпурный дымок.

В комнате снова воцарилась тишина. Спайк лежал на спине, по струнке вытянув хвост; на его мордочке застыла маска безграничного удивления. Сердце Твайлайт стучало, словно кузнечный молот. Пылкая обвинительная речь была готова сорваться с её губ, когда она повернулась к открытому окну и увидела понурую фигуру небесно-голубой виновницы происшествия. Несмотря на причинённый ущерб, не говоря уже о стоимости неочищенной Радуги, гнев Твайлайт угасал на глазах. На озорную и стремительную Рэйнбоу Дэш нельзя было злиться дольше нескольких секунд. «Всё дело в этой её игривой расцветке», решила Твайлайт.

— Смотрите-ка, ещё одна Радужная Катастрофа! – едко заметила Твайлайт. – Беда не приходит одна. И тем более, не пользуется дверьми.

— Эм-м, прости, Твай! – ответила Дэш, стараясь не смотреть подруге в глаза. Её извинения были искренни – как и краска стыда, залившая лицо, и Твайлайт почувствовала, что дело не только в срыве эксперимента. Тем временем, зрачки Спайка приняли прежний размер, и он поднялся на ноги, приходя в себя. По очереди отдёрнув шторы с каждого окна, дракончик прогнал из комнаты ставший уже ненужным полумрак. Совелий вернулся на свою жердочку, глядя на Твайлайт так, словно она собственнокопытно подстроила для него какой-то дурацкий розыгрыш.

— Ничего страшного. Это исследование не представляло особой ценности, — приободрила гостью Твайлайт, понимая, что за неожиданным появлением Дэш стоит нечто большее, чем визит вежливости, а случайное слово может ранить посильнее клинка. – Всё в полном порядке!

Но, даже не смотря на примирительный голос Твайлайт, Рэйнбоу так и не решилась поднять глаза.

— Что-то случилось, Дэш?

— А? О, нет, всё в порядке.

— Хм-м, — Твайлайт хорошо понимала, что это не так.

— Просто я немного повздорила с землёй, — Дэш потерла шишку на голове, заставив Твайлайт не на шутку испугаться

— Погоди, ты что, ударилась головой? – воскликнула она. – Когда? Ты как?

— Где-то с час тому назад. Эй-Джей помогла мне привести себя в порядок и всё такое. Я подумала, не знаешь ли ты какое-нибудь обезболивающее заклинание?

— Разумеется! – ответила Твайлайт, перебирая в уме известные ей целительные чары. – Ещё где-нибудь болит?

— Не-а, не думаю, — покачала головой Рэйнбоу. – Слушай, Твай, можно войти?

Единорог удивлённо моргнула, только сейчас заметив, что всё это время Дэш так и стояла на подоконнике.

— Ой, прости! – выдохнула она. – Конечно, заходи! Ну и хозяйка из меня – так задумалась, что забыла пригласить тебя войти, и я… — Твайлайт осеклась, поняв, что несёт бессмыслицу, и Дэш тихо хихикнула, свесившись с подоконника, словно с насеста.

— Ничего, — сказала она, ловко скользнув в комнату. Затем Рэйнбоу вздохнула. – Знаешь, я… — Её голос дрогнул. Лавандовая пони-единорог с участием посмотрела на Дэш.

— Да? – Не зная, что за душой у пегаса, Твайлайт решила немного помочь ей раскрыться.

«Да говори уже!» — подгоняла сама себя Рэйнбоу.

«Она подумает, что я слабачка…»

«Да ты и есть слабачка – даже слова сказать не можешь!»

«Ладно, ладно».

— Мне надо кое в чём признаться, — начала Дэш, не отрывая глаз от пола.

— Тебя что-то беспокоит? – осторожно спросила Твайлайт.

— Да… Я не смогла рассказать Эй-Джей, думала, она решит, что это глупости. Наверное, и ты так подумаешь, но может быть, хотя бы поможешь мне во всём разобраться.

— Ты знаешь, что я на всё готова ради тебя. Как и все мы.

— Я знаю, Твай. Спасибо, для меня это так много значит! – в голосе Дэш скользнула неожиданная искренность и теплота. Твайлайт ободряюще улыбнулась в ответ.

— Ну, что стряслось?

Дэш глубоко вздохнула, собираясь с силами.

— Знаешь что? Я лучше тебе всё покажу!

— Не поняла, — озадаченно промолвила Твайлайт.

— У тебя есть архив газет?

Твайлайт не скрывала удивления. Что в её архивах могло так взволновать Рэйнбоу? Куда делась самоуверенная, болтливая Дэш, которую все так хорошо знали? Неужели газеты распустили про неё какие-то грязные слухи? Одна мысль об этом заставила Твайлайт задрожать от ярости.

— Конечно… Архив там, в подвале, — чуть отойдя от удивления, произнесла она. – Но не лучше ли нам сначала заняться твоим лечением?

— Не-а, — Дэш покачала головой, слегка поморщившись от боли. – Хочу разделаться с этим раз и навсегда. Ещё чуть-чуть – и у меня снова не хватит духу.

Дэш уверенно направилась к лестнице, ведущей вниз, и Твайлайт последовала за ней.

Темноту круглой комнаты подвала рассеивал лишь призрачный свет нескольких свечей, поддерживаемых силой магии. Твайлайт уверенно шла вперёд, словно не замечая жутковатую обстановку. Дэш, напротив, с каждым шагом чувствовала себя всё больше и больше не в своей тарелке. Ей и в голову не приходило, что под библиотекой могло быть нечто похожее на этот подвал. Она замерла на ступеньках, заметив в его центре разнообразные установки, в том числе и ту, что напоминала перевёрнутое блюдце с множеством мигающих лампочек и проводов. Очевидно, это устройство должно было крепиться к голове пони. Дэш нервно хихикнула.

— Это что, Твай? Машина для чистки мозгов?

Твайлайт отвлеклась от содержимого картотеки, в которой она хранила старые газеты.

— Что-то вроде того. Но после исследований Пинки-чувства эта машина стала работать из рук вон плохо.

— Ещё бы, — поддакнула Дэш. Твайлайт вернулась к ящикам, и Рэйнбоу вскоре присоединилась к ней.

— Итак, что мы ищем?

Дэш задумалась на мгновение.

— «Клаудсдейлский Вестник», если он, конечно, у тебя есть. Тот выпуск вышел пару недель тому назад, хотя я и добралась до него только этим утром. – Она качнула гривой. – Не знаю, зачем я тебе это показываю – это такая ерунда.

— Нет, ты не права, — настаивала Твайлайт. – Я должна знать причину твоего расстройства, какой бы она не была. Так, так… «Вестники»? Вот они. Наверное, этот. Нет, этот…

Твайлайт выдвинула один из ящиков картотеки, в котором ровными рядами лежали выпуски газет, пожелтевших от времени. Дэш придвинулась ближе – но её ушки тотчас же печально повисли, стоило ей увидеть тот объём газет, в которых им предстояло найти одну единственную нужную. Раньше ей не приходилось сталкиваться с такой работой.

— Просто здорово, — в её голосе прозвучала неуверенность. – Эта газета где-то здесь. Где-то…

С этими словами она начала просматривать номера по первым страницам.

— Они не по порядку! – раздражённо воскликнула Дэш.

— Извини, — Твайлайт возвела очи горе. – Больше никогда не доверю Спайку сортировать архивы поздней ночью.

— Могло быть и хуже, — голос Дэш казался приглушённым, так как её голова наполовину исчезла в ящике.

— Знаешь, Дэш, никогда бы не подумала, что ты из тех, кто читает газеты.

— Что тут скажешь? Мне нравится быть в курсе событий, как и многим другим пони. То, что я не знаю все сонеты Шетландспира наизусть, не значит, что я не умею читать!

— Ты права. Но всё-таки чтение – это немного… не спортивно.

— Шутишь? Полёты – это ещё не всё. В курсе, сколько часов в сутки я могу проспать?

Твайлайт не нашлась, что ответить. С этим нельзя было поспорить – казалось, половину своей жизни Дэш проводит в бешеном ритме полётов, а другую – во сне в облаках. Всё – или ничего.

— Ага! Вот и он! – Покрытая библиотечной пылью, но довольная, Дэш зубами вытащила из ящика почти новую газету.

— Поздравляю, — улыбнулась Твайлайт.

— Отлично! Но не пора бы нам убраться отсюда? – пробормотала Дэш, не сводя глаз со странного аппарата. – От этого места у меня мурашки по коже.

*

Чуть позже Твайлайт и Рэйнбоу сидели в общей комнате библиотеки, разложив найденную газету на столе. Солнечные лучи пронизывали комнату, выхватывая из общего потока танцующие пылинки. На мгновение Твайлайт почувствовала профессиональный страх перед тем, что могут сделать прямые солнечные лучи с архивными материалами.

— Смотри, вот и та самая статья! – сказала Дэш, пробегаясь по заголовкам первой страницы. – Знаю, что глупо выгляжу, Твай, и я зря нагружаю тебя своими проблемами. Знать бы, почему эта статья меня так задела. Хотелось бы мне хоть иногда быть такой же умной, как и ты.

— Мы во всём разберёмся, не переживай! – Твайлайт ободряюще улыбнулась Дэш, которая была почти на грани срыва. Затем она пробежалась глазами по заголовку, под которым была фотография белоснежного пегаса-жеребца с вьющейся золотистой гривой. Предчувствуя недоброе, Твайлайт начала читать.

НОВЫЙ РЕКОРД СКОРОСТИ

На этой неделе мы с вами стали свидетелем исторического момента – на очередном знаменитом Пятидесятимильном Забеге, устраиваемом Академией Нова, подающий надежды лётчик Лайтнинг Флэр официально преодолел отметку скорости в 1100 миль в час. Когда мы спросили Флэра о его планах на будущее, амбициозный ученик «Новы» заявил: «Попробую податься к «Вандерболтс. Если им повезёт, они согласятся». Выполняя свой коронный номер, Лайтнинг создал волну статического электричества, сопровождающую звуковой удар. Его поклонники, чьё число растёт не по дням, а по часам, уже окрестили этот маневр «Сверхзвуковым Громом».

Выдающееся достижение Флэра позволяет пегасу на голову обойти мисс Рэйнбоу Дэш, нашего предыдущего рекордсмена. Напомним, что именно она стала звездой прошлогоднего Конкурса Молодых Лётчиков, когда ей удалось спасти жизни нескольким членам команды «Вандерболтс» и её подруге, Рэйдиенс. Во время описываемых событий, как показал анализ экспертов, мисс Рэйнбоу удалось преодолеть отметку скорости в 900 миль в час. Именно такая скорость позволила ей стать первым пегасом в истории, преодолевшим звуковой барьер, а также создать её коронный номер, «Радужный Взрыв», который так и не удалось повторить ни одному из ныне живущих летунов. И, хотя это выступление надолго останется в нашей памяти, мне начинает казаться, что в небесах теперь новый чемпион. Ведь вы не сможете предсказать, куда ударит Молния в следующий раз?

Эксклюзивное интервью Лайтнинг Флэра читайте на странице 21.

Несколько мгновений Твайлайт не могла вымолвить ни слова, поглощённая волной досады, захлестнувшей её сердце. Она хорошо запомнила тот день, когда неделю спустя после Конкурса в её библиотеку влетела Рэйнбоу, размахивая письмом, в котором судейский комитет официально признавал её новый рекорд. Грандиозная вечеринка Пинки, устроенная по этому случаю, подняла планку праздников Понивилля на новый уровень. Твайлайт хорошо понимала чувства Дэш, чьё лучшее достижение жизни в одночасье оказалось втоптанным в грязь. В её глазах читалась мольба, и лишь сейчас Твайлайт поняла, почему пегасочка не хотела во всём признаваться своим друзьям.

Дело было не в том, что она чувствовала себя побеждённой этим жеребцом. Дэш побоялась, что многим её переживания могут показаться несерьёзными. Твайлайт хотела сказать, что поняла причину её беспокойств, и что она готова помочь Рэйнбоу пережить эту чёрную полосу в жизни, но не могла подобрать нужные слова. Пробежав глазами статью, она выпалила первое, что пришло ей в голову:

— Рэйдиенс? Они что, серьёзно?

## Глава 2. Мы ждём перемен

Ещё одна глава — осталось всего 43. Прогресс налицо! Внутренние диалоги, синдром самозванца (http://www.rb.ru/article/o-sindrome-samozvantsa/6929097.html), и возможное начало романтической линии. Поживём — увидим!

И когда пройдёт время

Безразличья и фальши,

Камни станут алмазами,

И сгинут печали.

Глава 2. Мы ждём перемен

В библиотеке воцарилось неловкое молчание. Лишь одно можно было сказать наверняка – в настоящий момент Твайлайт собиралась с мыслями. Почувствовав себя немножко лишним, Спайк вышел из комнаты, пробормотав что-то насчёт новых писчих перьев; Совелий же мирно дремал на своей жёрдочке. Дэш так и не решалась посмотреть в глаза Твайлайт, уставившись на собственные копытца, но вот Твайлайт, наконец, нарушила молчание.

— Мне жаль, Рэйнбоу. Я знаю, каково тебе сейчас.

— Что? – Удивлённо встрепенулась Дэш. – То есть, ты не считаешь меня глупой, или завистливой? – Её голова вновь поникла. – Ведь на самом деле так и есть, — чуть слышно добавила она.

Твайлайт подошла к Дэш и нежно приобняла её.

— Нет, не считаю, — тихо произнесла она. – И тебе не стоит. Какой же из меня друг, если я не смогу поддержать тебя в трудную минуту?

Впервые за весь день глаза Дэш и Твайлайт встретились, и пегасочка слабо улыбнулась. Это испугало Твайлайт – улыбка казалась настолько хрупкой и нежной, что была совсем не похожа на хвастливую и самоуверенную ухмылку той Дэш, которую так хорошо знали все её друзья.

— Это так много для меня значит, — голос Рэйнбоу слегка дрогнул, а уголки глаз заблестели. – Я наткнулась на эту статью сегодня утром… Врать не буду, расстроилась. – Она подошла к столику и взглянула на разворот газеты, нахмурившись при виде пегаса на фотографии. Дэш сделала глубокий вдох, словно собираясь с мыслями.

— Но, знаешь что? – В её голосе звучала горечь, она словно выплёвывала слово за словом. – Дело не в рекорде, всё дело в нём. Я посмотрела на это лицо, прочитала его слова, и угадай, кого я увидела на самом деле?

Твайлайт Спаркл подошла к столу и вгляделась в фотографию заносчиво улыбающегося молодого спортсмена.

— Не знаю, — в замешательстве произнесла единорог. В ответ Дэш опустила голову ещё ниже, а с её губ сорвался шёпот, полный горечи и вины.

— …Себя.

Твайлайт отшатнулась от подруги, едва ли не рассердившись за такие слова.

— Рэйнбоу, посмотри на меня! – Пегас послушно подняла глаза. – Да, ты можешь быть заносчивой, иногда хвастливой, но никто не считает это чем-то плохим! Ты – Рэйнбоу Дэш, и этим всё сказано. Я не могу представить тебя другой! – Глаза Твайлайт решительно сверкнули, и она слегка притопнула, подчёркивая важность её последних слов.

Но на Дэш эта речь не произвела должного эффекта.

— Конечно, ты привыкла к такой Рэйнбоу Дэш, — еле слышно произнесла она. – Но я не могу. В смысле, ты только посмотри на него! – пегас в сердцах ударила по фотографии копытом, слегка сминая газетную страницу. – Тупоголовый показушник! Встреться он нам на улице – никто бы из нас и не оглянулся на него! Но на его месте могла бы оказаться и я, — почти неслышно добавила Дэш.

Твайлайт оставалось только наблюдать, как боль разрывает сердце её подруги на части.

– Посмотри правде в глаза, Твай, — от пылкости старого «сверхзвукового» стиля общения пегасочки не осталось и следа – только опыт и рассудительность. – Если бы не вся эта история с Элементами Гармонии, вы бы возненавидели меня. Я стала бы очередной Трикси! – Глаза Рэйнбоу заблестели, и в ярости она сбросила газету со стола одним взмахом крыла. Листы бумаги закружились по комнате, словно опавшие лепестки. Она отвернулась, в изнеможении бросившись ничком на ковёр, и уставилась на пустой камин. На её лице можно было прочесть лишь одно: отвращение к самой себе. Крылья Дэш безвольно упали на пол по обеим сторонам тела – признание безоговорочного поражения.

— Мне пора, — вздохнула она, прикрыв глаза. – Хватит с тебя моих глупостей. И если бы я не была такой заносчивой, самовлюблённой ду…

Дэш не договорила. Твайлайт подскочила к пегасочке, и в порыве сочувствия заключила подругу в крепкие объятия. Спустя мгновение Дэш обняла Твайлайт в ответ, чувствуя, как впервые за этот долгий день слабеет на сердце ледяная хватка ненависти к самой себе. Мир словно остановился вокруг двух тесно прижавшихся друг к другу пони, и Твайлайт с облегчением почувствовала, как дыхание Рэйнбоу становится ровнее, вновь ощутила приятный, свежий запах её шкурки.

— Дэш, — прошептала она, не сдерживая более подступающие слёзы. – Никогда не думай так о себе – ты знаешь, что это неправда! Я же говорила, ты – Рэйнбоу Дэш, а не какой-нибудь пустозвон! У всех есть недостатки, но свои ты с лихвой окупила верным сердцем! И мы все любим тебя такой, какая ты есть!

Когда Твайлайт произнесла последние слова, на её щеках появился лёгкий румянец. Пускай – лишь бы снова увидеть улыбку Дэш – счастливой, беззаботной прежней Рэйнбоу Дэш

— Я… Я не знаю, хочу ли я быть собой, — сквозь слёзы произнесла пегасочка, и её слова болью отозвались в сердце Твайлайт.

— Это не так, и ты сама знаешь это, — с уверенностью в голосе ответила единорог и теснее прижалась к Рэйнбоу, нежными прикосновениями копыт смахивая слезы с уголков пурпурных глаз. – Если ты думаешь, что всё дело в тебе, я с радостью помогу тебе измениться к лучшему. Но я ни за что бы не хотела, чтобы ты перестала быть собой. – Она посмотрела Дэш прямо в глаза.

— У нас получится. Я помогу тебе!

Дэш промолчала, и лишь по её глазам Твайлайт поняла, как много значили для пегасочки эти слова.

— Я просто не хочу быть такой, как он, — прошептала Рэйнбоу.

— Ты не такая, — Ласково ответила Твайлайт. – Уверенность в себе и заносчивость – разные вещи.

Дэш кивнула, и на её губах расцвела робкая непрошеная улыбка. Твайлайт, решив, что кризис миновал, попробовала отстраниться от Рэйнбоу и подняться на ноги, но Дэш не отпускала её. Время замедлило свой бег, и ещё несколько мгновений Твайлайт смотрела в глаза подруги, наблюдая, как в их уголках вновь начинают плясать прежние озорные искорки.

Но ничто не длится вечно: разорвав объятия, пони поднялись на ноги, разминая копыта и крылья. Твайлайт собрала разбросанные по полу газетные листки. В комнату прокралась атмосфера стыдливой неловкости, не давая никому из подруг ни малейшей возможности продолжить разговор. Словно из библиотеки выкачали весь воздух вместе со словами, которые должны были вот-вот сорваться с их губ. Они даже старались не смотреть друг другу в глаза.

Твайлайт знала, через что пришлось пройти Дэш, когда та лицом к лицу встретилась с пугающей пародией на саму себя, заглянув в самые тёмные уголки своей души. Твайлайт пошла бы на всё, чтобы вновь дать Рэйнбоу силы поверить в себя – но не знала как. Холодная реальность в очередной раз напомнила ей, что на некоторые вопросы не сможет ответить даже самая мудрёная книга из библиотеки.

— Знаешь, я не всегда была такой, — чуть слышно произнесла Рэйнбоу Дэш.

— Ты о чём?

— Не пойми меня превратно, я никогда не была как Флаттершай, — ухмыльнулась Дэш, и Твайлайт тихо хихикнула над нелепостью подобного сравнения. – Но я… Не знаю, раньше я могла добиться чего-то и не трепать об этом на каждом углу. – Она приложила копыто ко лбу, сожалея, что в своё время предпочла курсам психологии факультатив в лётной школе. – То есть, мне незачем было хвастаться перед другими, когда я была маленькой. Не знаю, с чего всё началось, но мне вдруг захотелось... Доказать им всем, что они не правы.

— Кому?

— Да всем! – Фыркнула Дэш, закатив глаза. – Всем тем, кто считал меня бесполезной. Другим жеребятам, преподам… Папе… — на последнем слове её голос снова дрогнул.

Удивлению Твайлайт не было предела. Подумать только, до этого момента она ничего не слышала о родителях Рэйнбоу. И вообще – что она знала о прошлом пегасочки? Дэш никогда не была сильна в подобных разговорах, предпочитая слушать других.

— А твой папа, он… — начала было единорог.

— Он был не очень, — отрезала Рэйнбоу, отводя глаза. – Прости, Твай, мне бы не хотелось говорить о родителях прямо сейчас.

Твайлайт не терпелось узнать больше о прошлом Рэйнбоу, но она могла и потерпеть – ради благополучия подруги.

— Ничего страшного, Дэш! – улыбнулась она. – Но если захочешь поговорить – я всегда буду рядом.

— Спасибо, — Рэйнбоу улыбнулась в ответ; и хотя в глазах всё ещё стояли слёзы, силы потихоньку возвращались к ней. – Знаешь, мне действительно пора. Нужно кое-где прибраться, — с этими словами она легонько постучала по своей голове.

— Разумеется, — отозвалась Твайлайт, проверяя последовательность номеров страниц в злополучной сложенной газете.

— Я… Ты не против, если я заскочу завтра? – слегка взволнованно спросила Дэш.

— Конечно же! В любой день – как будешь готова! – Приободрила подругу Твайлайт, как вдруг её осенило. – Вообще то, ты можешь даже кое в чём помочь на неделе. Я занимаюсь исследованиями пегасов, и было бы здорово подключить тебя к экспериментам.

Дэш подозрительно прищурилась.

— Я с радостью… Только чур никаких уколов! — В ответ Твайлайт улыбнулась и покачала головой.

— Только полёты, — сказала она и не могла сдержаться от смеха, глядя на ликование на лице Дэш.

— Всеми копытами за! — От радости Рэйнбоу захлопала крыльями, мгновенно забыв обо всех своих невзгодах, и тут же вскрикнула, поморщившись от боли.

— Ой! – она подняла глаза к потолку. – Голова всё никак не уймётся!

— Прости, прости! – охнула Твайлайт. Окунувшись с головой в волнующие события этого вечера, она абсолютно забыла про целительное заклинание, обещанное Дэш.

– Не двигайся! – приказала она, и Дэш застыла на месте в немного нелепой позе с выражением абсолютного повиновения на лице. Не зная даже самых элементарных основ магического искусства, многие пегасы очень часто опасались любых проявлений магии, и Рэйнбоу не была исключением. Несколько секунд на подготовку – и Твайлайт ощутила, как по её рогу пробежали волны тепла и статического электричества. В ту же секунду шишка на голове Дэш подёрнулась рябью, словно поверхность потревоженной воды, а затем также быстро разгладилась, не оставив после себя ни следа; боль исчезла вместе с ней.

— Вот и всё, — улыбнувшись, сказала Твайлайт.

Рэйнбоу дотронулась до места ушиба и облегчённо вздохнула, ничего не почувствовав.

— Совсем другое дело! Спасибо огромное!

— На здоровье!

Дэш взмахнула крыльями и воспарила над полом библиотеки, направляясь к выходу.

– Мне есть о чём подумать, — она замерла у самого порога. – Может быть, мне стоит сходить к доктору, если станет хуже, но я сначала попытаюсь разобраться во всём сама. Спасибо ещё раз, ты мне здорово помогла!

— Не за что, — улыбнулась Твайлайт. – Ты же знаешь – я всегда буду рядом.

Дэш отвела взгляд, пытаясь скрыть румянец на её щеках. Твайлайт, в свою очередь, поступила также – и по той же причине. «Это же не было похоже на признание?», думала она, повторяя в памяти свои последние слова. Надеясь, что не поставила Дэш в неловкое положение, она внимательно посмотрела на пегасочку.

— Если будут новости, обязательно расскажешь, — сказала она первое, что пришло в голову – лишь бы прервать неловкое молчание.

— Конечно! – как ни в чём не бывало, ответила Рэйнбоу, и Твайлайт вздохнула с облегчением. – Значит, до завтра?

— До завтра! Приходи, когда будешь готова!

— Замётано! – и с этими словами Дэш вылетела за дверь библиотеки, набирая высоту и растворяясь в небе, оставив после себя след из пылинок, пляшущих в свете окна.

«Надеюсь, с ней всё будет в порядке», — подумала Твайлайт Спаркл, закрывая за Дэш дверь. Непрошеная мысль пронзила её: «А вдруг это и было признание?» Багрянец смущения вновь озарил её щёки. События долгого дня угасали, и тем значимее становилось то, что случилось за последние десять минут. «Почему я обняла Рэйнбоу? Я хотела просто поддержать её, но всё же…» Если быть до конца честной, что-то важное произошло между двумя пони, когда они лежали, обнявшись перед погасшим камином. Твайлайт обхватила голову копытами, проклиная своё сердце за то, что оно решило выкинуть нечто подобное именно в этот момент. «О, Селестия! Как же всё это не вовремя! Я ничего не знаю об этом!..»

Именно так всё и было. За годы обучения под руководством принцессы Селестии, Твайлайт едва обмолвилась хотя бы парой слов с другими учениками на темы, не относящиеся к учёбе. Она сама возвела эти стены, что позволило ей преуспеть в изучении магических наук, но так и не испытать сладость первого поцелуя и свиданий при луне. Разумеется, в теории она была сильна, да и как тут не вспомнить не слишком подобающие ученице фантазии, объектом которых неизменно была её наставница? (тут Твайлайт покраснела ещё больше, поскорее отбрасывая эти воспоминания в дальние уголки памяти). И даже с тех пор, как она начала новую жизнь в Понивилле, Твайлайт никогда не замечала за собой подобных мыслей, особенно по отношению к своим друзьям. Оно и понятно – сражения с драконами, гидрами и бог-ещё-знает-с-чем заставляют забыть о многих своих проблемах. Но сейчас, взглянув на Дэш без налёта хвастовства и самоуверенности, Твайлайт увидела её с другой стороны.

И Рэйнбоу Дэш была прекрасна.

«Почему сейчас! Почему она!» — прошептала Твайлайт. Воспоминания о том, как она заглянула в глаза пегаса, заставило её сердце болезненно подскочить в груди: в бескрайнем море пурпура, за непробиваемой стеной показной грубости и заносчивости, она увидела настоящую – нежную и ранимую Рэйнбоу.

Твайлайт решила было написать письмо принцессе, но это показалось ей признаком непрофессионализма и признанием собственной слабости. «Я подумаю над этим позже», подытожила она. «У нас есть проблемы посерьёзней». Единорог вздохнула, пытаясь сосредоточиться — что давалось с большим трудом. Каждый раз, закрывая глаза, она видела перед собой пурпурную бездну. Собравшись с духом, она прогнала лишние мысли и положила перед собой перо и свиток, готовясь делать записи.

В своё время все знакомые Твайлайт считали Дэш упрямой и заносчивой, и пегаса это ни капельки не волновало. Друзья же всегда находили в этих качествах особую привлекательность, за редким исключением, когда Дэш становилась просто невыносимой. Как больно было видеть, как Рэйнбоу терзает себя сомнениями!

«… вы бы возненавидели меня. Я стала бы очередной Трикси!..»

Эти слова эхом отозвались в голове Твайлайт. Дэш считала, что обманом завоевала их дружбу, как если бы все её положительные качества и благородные поступки ничего не значили. Всё это время Твайлайт делала заметки в свитке, и теперь ещё раз перечитала их. В самом низу виднелись два слова, отмеченные знаком вопроса:

«Синдром самозванца?».

Заглянув в самую суть проблемы, Твайлайт ощутила прилив сил. Она глазами пробежалась по секциям библиотеки. «Орнитология», «Поведение», «Популярная физика»… Ага, «Психология»! С верхней полки она заклинанием подхватила слегка потрёпанную книжку. «Психические расстройства среди пони» — пытаясь разобраться в себе после случая с Всезнайкой, Твайлайт успела ознакомиться с её содержанием. Но тогда её исследования ни к чему не привели – одна криво подшитая страница всё время мешала ей сосредоточиться. На этот раз даже чернильное пятно во всю страницу не помешает ей довершить начатое, ведь её дело – первоочередной важности! Твайлайт улыбнулась в предвкушении очередного интеллектуального «марш-броска». И если сегодня вечером Дэш чувствовала себя неуверенной и разбитой, то завтра Твайлайт будет готова встретить все её проблемы во всеоружии.

Пора размять глазные мышцы!

## Глава 3. Обжигающий Лёд Воспоминаний

Мне с трудом давались первые параграфы перевода — холодная проза жизни добралась и до Эквестрии. Но Доброта преодолевает всё — и канареечная пегасочка в очередной раз доказывает нам это. Романтическая линия, похоже, набирает силу, а в конце главы переводчику и вовсе что-то попало в глаз... Приятного прочтения!

Ты витаешь в облаках,

И, падения не страшась,

Тень сомнений оставляешь

На далёких берегах.

3. «Обжигающий Лёд Воспоминаний».

Всё пространство тесной кухни, почти осязаемо клубясь ядовитым туманом, наполнял запах виски «Олд Тандерхед». Стены дома, сотканные из облаков, поглотили часть испарений, но всё же малышка-пегас с каждым вдохом чувствовала тошнотворную горечь на губах. Она научилась бояться этого запаха. Источник же его стоял по другую сторону стола, исполнившись ненависти, на которую был способен только заядлый пьянчуга – бессмысленной и безграничной.

— Да хватит уже твоих дурацких мечтаний! – кричал он, и пегасочка вжалась в стену, пытаясь ничем не показывать свой страх. Взрослый пегас – она уже давно не могла назвать его отцом – внезапно сменил тон. Теперь его голос был тихим и насмешливым – лучше бы он продолжал кричать!

— Девочка моя, думаешь, ты – особенная? Так, так, так, — скривился он. – У меня для тебя плохие новости. Ты – никто! И так и останешься никем! Если ты у нас вся такая разособенная, объясни, почему даже мать не захотела жить с тобой под одной крышей?

Он снова закричал, уже плохо ворочая языком, затем со всей силы опустил недопитый виски на столешницу, и бутылка скрылась в мягкой облачной поверхности почти наполовину.

— Это ты выгнал её! – Закричала поняша, плохо скрывая дрожь в голосе. – Мама ушла от тебя – и правильно сделала! Ни одна пони не проживёт и дня с таким грязным пьяницей, как ты! И обещаю, что как только встану на крыло, я улечу отсюда, и ты меня больше никогда не увидишь!

— Да? Да? Так это я виноват? – пегас насмешливо упёр копыта в бока, каждое его слово источало неприкрытую злобу. – А кто содержит крышу над твоей головой? Чью пищу ты ешь? Пора тебе напомнить!

С этими словами он начал приближаться к дочери. На его лице застыла маска злости и извращённого наслаждения – наслаждения страхом и беспомощностью в глазах пегасочки. Она бросилась к входной двери, но он оказался быстрее, прижав её к стене и занося копыто для удара.

— Прости, Дэши, — ухмыльнулся он. – Для меня ты всё ещё недостаточно проворна.

* * *

Рэйнбоу Дэш затрясла гривой, пытаясь прогнать из головы незваные воспоминания. Слёзы застилали глаза, и она зажмурилась, закрывая дорогу прошлому в её жизнь. «Всё позади. Всё позади, его больше нет», шептала она, не открывая глаз.

Покинув дом Твайлайт не более пяти минут назад, она намеренно отклонилась от привычного маршрута, чтобы не попадаться на глаза понивилльцам – ей нужно было побыть одной. Всего несколько минут – и она дома, а пока у неё есть время, чтобы собраться с мыслями. Она летела через поля, почти касаясь земли, когда образы далёкого детства захлестнули её с головой.

Так было всегда – каждый раз, переживая нервное потрясение, Рэйнбоу оказывалась в плену воспоминаний, до этого таящихся в глубинах подсознания. Даже спустя годы она всё ещё помнила запах виски. Дэш понимала, что рано или поздно ей придётся рассказать всё это Твайлайт, но только не сегодня.

Она летела, забыв о мире вокруг, как вдруг услышала чей-то испуганный писк. «Вот идиотка! Летать с закрытыми глазами! Садись!», её внутренний голос звучал жёстко и безапелляционно. Она открыла глаза, но было поздно. Мир вокруг неё стал ярко-жёлтым, и она влетела во что-то мягкое. Рэйнбоу упала на траву, а её случайная жертва – на саму пегасочку. Скорость полёта была невелика, и никто не пострадал, хотя пони со шкуркой канареечного цвета продолжала испуганно пищать от страха и удивления. Дэш не составило труда догадаться, с кем же она так неожиданно столкнулась.

— Флаттершай? – тихо спросила она. Её голос всё ещё дрожал, а в каждом слове чувствовался привкус горьких слёз. Канареечная пони-пегас скатилась с Рэйнбоу, и теперь бегала кругами в поисках какого-нибудь укрытия. Цветы, которые она рассматривала до появления Рэйнбоу, рассыпались по земле. Дэш встала на ноги и помахала копытом прямо перед лицом Флаттершай.

— Эй, Флаттершай! — второй пегас, наконец-то, остановилась и посмотрела на Дэш. Страх в её глазах быстро сменился удивлением.

— Р-рэйнбоу Дэш? З-зачем ты это сделала? – выдохнула она, с лёгким раздражением в голосе – и уже это для Флаттершай было очень необычным явлением.

— Прости, Шай! — Слабо улыбнулась Рэйнбоу. – Я не специально – просто сегодня я только и делаю, что путаюсь у всех под копытами.

— Всё в порядке, я просто немного испугалась, — улыбнулась Флаттершай в ответ, приходя в себя.

— Я сглупила, надо было смотреть по сторонам, — виновато пробормотала Дэш.

— Не переживай! – Но тут Флаттершай посмотрела в глаза Рэйнбоу. – Что-то случилось? Ты… Ты плачешь?

— Я? Плачу? Да ты что! – Повинуясь защитному рефлексу, Дэш отвернулась, но затем сдалась. – Ну ладно. Плачу, — спокойно произнесла она. Флаттершай удивлённо посмотрела на Рэйнбоу.

— Что стряслось? – Воскликнула она, затем её голос вновь стих до уровня привычного шёпота. – Эм-м, если ты не против, что я спрашиваю, конечно же…

Дэш была против. Даже в разговоре с такой чуткой пони, как Флаттершай, она не хотела касаться тем, затронутых в недавней беседе с Твайлайт. Но сказать это в лицо робкому и такому ранимому пегасу она не могла.

— Я… Я просто вспомнила папу, — прошептала Рэйнбоу.

Это было правдой. Конечно же, не только эти воспоминания заставили её расплакаться, но Дэш не лгала. Глаза Флаттершай сочувственно заблестели, и она огорчённо поникла.

Два пегаса знали друг друга ещё по Лётной Школе, и были неразлучны со дня их первой встречи. Флаттершай была единственной, кому Рэйнбоу доверяла секреты своей семьи. Чуть повзрослев, Флаттершай потеряла счёт вечерам, когда после очередных выходных, она пробиралась в спальню Дэш, успокаивая плачущую подругу и зачастую помогая держать пакеты со льдом на наиболее крупных синяках. Всем же остальным Дэш говорила, что это – следы неудачного приземления. Сваливая всё на собственную беспечность, Рэйнбоу вскоре завоевала репутацию весьма посредственного летуна и обидную кличку – Радужная Авария.

И только Флаттершай знала всю правду. Может быть, кто-то и догадывался, и время от времени, рассказывая очередную небылицу про столкновение со скалой или колонной, Дэш видела в их глазах отблески сомнений. Но даже тогда никто не задавал лишних вопросов. Со временем, её лётное мастерство стало неоспоримо, что сделало Рэйнбоу постоянным объектом насмешек завистников. Все эти «клёвые парни» с большими амбициями и совсем скромными способностями, окружённые толпами легкомысленных кобылок, не давали ей проходу. Зная, что в небе она могла легко оставить позади любого из них, её атаковали на земле. Они подтрунивали над её стилем, принижали её способности, смеялись над каждым новым синяком или порезом.

Вскоре по школе поползли грязные и беспочвенные слухи о настоящей природе их с Флаттершай дружбы – лишь завидев подруг вместе, многие оборачивались и насмешливо присвистывали. Все знали, что Рэйнбоу Дэш неравнодушна к девочкам — она этого не скрывала, но её сильно ранило то, что все эти слухи касались и Флаттершай, которая стала для Дэш почти сестрой. Робкая пегасочка и без того была постоянным объектом насмешек; теперь она ещё теснее вжалась в собственную раковину. Рэйнбоу же пошла по другому пути: она предпочла защите нападение – едкая ухмылка и остроумный ответ на каждую насмешку, бесконечные рассказы о собственных достижениях и подвигах, переходящие в откровенное хвастовство.

Она жаждала признания. Она хотела стать «клёвой», такой, как те пони, что превращали жизнь Дэш и Флаттершай в нескончаемый ад — как те, кого она так сильно ненавидела. Долгими бессонными ночами она думала о том, правильно ли она поступает, тем ли путём идёт по жизни, а потом просто смирилась. Показная напыщенность, хвастливость, сарказм – всё это стало частью её личности, частью её жизни, и всё только потому, что она устала с этим бороться. Устала от вопросов, на которые нельзя было ответить.

Ни тогда, ни сейчас.

И вновь Рэйнбоу поняла, что погрузилась в себя, уставившись в одну точку. Флаттершай сочувственно смотрела на пегасочку, ожидая, когда та нарушит молчание. Дэш знала, что её подруга всегда была рядом, и не оставит её в трудную минуту, с чем бы Дэш не пришлось столкнуться. Почему бы и не рассказать ей всё сейчас? Рано или поздно все друзья будут в курсе её проблем, но сначала Рэйнбоу хотелось разложить всё по полочкам. А когда рядом с тобой пони, готовая выслушать и поддержать тёплым словом и советом – чем не хорошее начало?

— Шай, ты ещё выписываешь «Клаудсдейлский Вестник»? – спросила она.

— Нет, — покачала головой Флаттершай. – Когда я уехала из Клаудсдейла, я не сообщила редакции свой новый адрес.

— Слушай, можно я тогда заскочу к тебе на минутку? Если ты, конечно же, не против. Мне кое-что надо тебе рассказать.

— Разумеется! – улыбнулась Флаттершай. – Я уже покормила животных, и как раз собиралась нарвать маргариток для супа. Знаешь, мне не помешает компания. Последние два дня я с копыт сбилась, ухаживая за больными животными – и теперь мне хочется поговорить с кем-то, кто может поддержать разговор, — она тихонько хихикнула, и Дэш улыбнулась в ответ. Они с Флаттершай давно не болтали, как в старые добрые времена, и теперь пришло время наверстать упущенное.

И вот, наши подруги направились к дому Флаттершай, сохраняя молчание, в котором не было и следа неловкости. Дэш поняла, что друзья всегда готовы поддержать её, и никогда не оставят в трудную минуту. Хотелось бы ей самой стать им таким же верным другом! А ещё Рэйнбоу была рада тому, что Флаттершай не видит, как блестят сейчас её глаза. И как не старайся, нельзя было понять, что это: слёзы горя – или радости.

* * *

— …Когда она сказала, что поможет мне, я улетела, и… Натолкнулась на тебя…

В обычно ухоженной и чистой комнате Флаттершай сейчас царил беспорядок. На журнальном столике стояло шесть пустых чайных чашек и коробка салфеток. Светило Селестии клонилось к горизонту, заливая пространство комнаты мягким закатным светом. Тут и там на полу валялись несколько пакетов с кормом для животных – тех самых, что Флаттершай так и не успела убрать перед приходом нежданной гостьи. Рэйнбоу лежала на диване, и её глаза покраснели от воспоминаний этого дня. Хозяйка дома сидела напротив, на старом кресле-мешке, которое она бережно хранила со времён Лётной Школы, и внимала каждому слову Дэш с пониманием и сочувствием. Даже не смотря на слёзы на щеках, Рэйнбоу ощущала внутреннее умиротворение — как будто канареечная пегасочка излучала нежность и заботу, прогоняя прочь тяжёлые мысли. Несколько чашек травяного чая Флаттершай также внесли в это свой вклад.

— Рэйнбоу, ну почему же ты сразу не пришла ко мне! – Флаттершай почти укоризненно смерила взглядом гостью.

— Не знаю, Шай. Утром я была сама не своя, — ответила Дэш. – Вот и решила, что тренировка поможет.

— Хорошо, — кивнула канареечная пони. – Ещё чашечку?

Стоило Дэш пошевелиться, как её живот сыто заурчал.

— Думаю, с меня пока хватит, — смущённо улыбнулась она.

— Я так рада, что ты мне всё рассказала! – Несмотря на улыбку, в голосе Флаттершай всё ещё слышалась тревога. – Поверить не могу, что ты могла такое о себе подумать!

— Не знаю… Я до сих пор думаю так же…

— Не смей так говорить! – Флаттершай повысила голос – теперь он звучал так же громко, как и голос Дэш.

— Не волнуйся за меня, всё образуется! – Рэйнбоу вложила в эти слова столько уверенности, сколько смогла. – Мне просто нужно время. Надо перестать быть такой пустоголовой, сделать что-нибудь, чтобы заслужить вашу дружбу… — Она глубоко вздохнула, вновь ощущая себя разбитой.

Услышав последние слова, Флаттершай вскочила на ноги.

— Послушай меня, Рэйнбоу Дэш! – Воскликнула она, пронзив подругу взглядом. – Ты – замечательная пони, и более чем заслуживаешь каждую из нас! Ты – Элемент Верности! А как бы ты стала Элементом Верности, не будь ты хорошим другом?

Худшего аргумента и придумать было нельзя. Дэш будто бы стала меньше, вжавшись в диван.

— Да уж, Верность, — пробормотала она. – Ответь, Флаттершай, не стань я одним из Элементов, кем бы я стала для вас? Может быть, ты и я продолжали бы дружить – ведь у нас за плечами Лётная Школа и всё такое… Ты всегда помогала мне – даже тогда, когда я поначалу отталкивала тебя. Ты умеешь находить во всех нас лучшие качества, цепляясь за них, как за соломинку. Но остальные? Нельзя проявить верность, не подружившись с кем-то для начала, а кто захочет иметь такого друга, как я?

Флаттершай вздохнула, села на место и обхватила голову копытами.

— Ты не пустоголовая, Дэш, — прошептала она. – Помнишь Гильду? Что ты сделала, когда она ушла? Будь ты такой же «крутой», ты ушла бы с ней. Вспомни, что ты тогда сказала?

— «Если крутость д-для тебя – самое главное», — голос Рэйнбоу задрожал. «То почему бы тебе не найти крутых друзей в-в другом месте…» — Она посмотрела на подругу.

— Вот именно! – ласково улыбнулась Флаттершай.

— Но я ничем не лучше Гильды! – Воскликнула Дэш в ответ. – Знаешь, как давно я со страхом жду момента, когда кто-нибудь из вас скажет мне те же слова! Но мне всё сходит с копыт – даже когда я перехожу черту, вы улыбаетесь и говорите мне, что всё в порядке. Ещё один урок Магии Дружбы – вот и всё. Я не достойна ни одной из вас!

— Ты не можешь так думать! – Почти прокричала Флаттершай, заставив Рэйнбоу испуганно отшатнуться от обычно робкой и спокойной подруги. Та в отчаянии махнула копытом. – Сколько раз можно повторять – ты никого не обманула, ты стала нашей подругой, потому что так оно и должно было быть! Неважно – с Элементами, или без!

— Тогда скажи на милость, — Дэш наклонилась вперёд. – Если я заслуживаю таких друзей, как вы, то почему в Лётной Школе меня никто не любил? Даже мой отец знал, что я – никчёмный кусок навоза!

— Они завидовали тебе! Все они! – Флаттершай не снижала громкость голоса, пытаясь пробить невидимую стену, возведённую Дэш. – Что же до твоего отца, — тут в её голосе появились жёсткие нотки, как и каждый раз, стоило ей заговорить на эту тему. – Никогда, никогда не обращай внимания на то, что он когда-то говорил тебе! Он сам был никчёмным куском навоза, и ты это прекрасно знаешь!

В ту же секунду, тоненько пискнув, Флаттершай в ужасе от собственных слов зажала рот обеими копытами. Потеряв равновесие, она рухнула в кресло, а когда вновь смогла сесть прямо, гнев в её глазах вновь сменился участием.

— Если… Если ты не против, что я так про него скажу… — Еле дыша, добавила она.

Ещё никогда Рэйнбоу не слышала от робкой пегасочки подобных выражений, и только сейчас Дэш поняла, как сильно переживает за неё Флаттершай, что творится в душе её подруги. Гнев на саму себя угасал, превращаясь в тупую боль под ложечкой. На мгновение она уткнулась головой в диван, растрепав разноцветную гриву, затем вновь выпрямилась.

— Прости, Шай! – Пробормотала Рэйнбоу. – Теперь ты понимаешь, как сильно мне нужна ваша помощь, да?

— Наверное, — улыбнулась Флаттершай, покраснев от стыда за собственную несдержанность. – Я согласна с Твайлайт: мы обязательно постараемся тебе помочь!

— Завтра я схожу к ней, — Дэш не могла сдержать улыбку, предвкушая их встречу. – Она мне всё объяснит. Как знать, может, к утру мне уже полегчает?

— Думаю, ты не случайно первым делом направилась в библиотеку, — сказала Флаттершай. – У Твайлайт есть целая секция книг по психологии, и я более чем уверена, что сейчас она их тщательнейшим образом штудирует. Знаешь, если кто тебе и нужен сейчас – так это Твайлайт!

При последних словах на щеках Рэйнбоу вспыхнул непрошеный румянец, а её крылья слегка дрогнули.

— А? – Флаттершай сама покраснела, смутившись реакции Дэш. – Ой, я не это имела в виду! — виновато произнесла она, но в уголках её губ уже промелькнула озорная улыбка.

— Знаю, знаю, — нервно рассмеялась Дэш, на мгновение забывая о своих проблемах. – Всё ещё никак не приду в себя…

— А у тебя, часом, не было личных мотивов для сегодняшнего похода в библиотеку? – В голосе Флаттершай проскользнули игривые нотки. Ни с кем другим на подобные темы робкая пегасочка заговорить не решилась бы, но годы, проведённые в компании Рэйнбоу Дэш, сделали Флаттершай более раскованной, когда рядом с ней была её подруга. По вечерам, вдали от школьных задир, поняши могли разговаривать часами. Флаттершай рассказывала про красивых жеребят, которым не решалась даже взглянуть в глаза, а Дэш делилась самыми сокровенными мыслями о девочках из её класса. Так Флаттершай проводила лучшее время в Лётной Школе – в укромном уголке мира посреди насмешек и неудач на уроках.

— Эм-м, у меня голова болела, — Дэш всеми силами избегала смотреть Флаттершай в глаза. – Вот и всё, вроде бы, – действительно, именно головная боль и привела её в библиотеку в этот день. Но это не объясняло другие визиты к Твайлайт, которые за последнее время становились всё чаще. Флаттершай, похоже, это хорошо понимала. Радуясь, что хоть чем-то смогла отвлечь подругу от мрачных мыслей, Флаттершай широко улыбнулась.

— И давно уже? Ну, скажи! – игриво подначивала она. Дэш всё ещё избегала смотреть на Флаттершай, понимая, что врать и юлить бесполезно. Подруга знала её лучше всех.

— Хорошо, хорошо! Я сдаюсь! – Дэш подняла копыта в знак капитуляции. – Два, может быть, три месяца. – Она посмотрела на канареечную пегасочку и залилась краской гуще прежнего. – Довольна?

— Как мило! – пискнула Флаттершай, искренне радуясь за подругу.

— Просто здорово, — возведя очи горе, произнесла Рэйнбоу Дэш.

— Кстати, почему Твайлайт? – С лица Флаттершай не сползала довольная улыбка. – Она ведь, эм-м, вроде как, ботаник. Думала, что тебе больше нравится Эпплджек – ну, знаешь, спортивная, сильная…

— Эй-Джей? Да Бабуля Смит мне крылья поотрывает! И потом… Ну, Эпплджек… Немного не в моём вкусе.

— Неужели? – недоверчиво переспросила Флаттершай.

— Поверь, Твайлайт как раз в моём вкусе.

— Ой, точно! – Вспомнила пегасочка и слегка покраснела. – Ты говорила, что тебе нравятся единорожки, не так ли?

— Типа того, — призналась Дэш. – Но не только поэтому! – испуганно добавила она, понимая, насколько поверхностным может показаться такое объяснение.

— Тогда почему? – игриво улыбалась Флаттершай.

— Ну, во-первых, признай, что вся эта «учёность» выглядит очень мило, — зарделась Дэш. – Во-вторых, она очень храбрая. Помнишь, ты рассказывала мне, как Твайлайт бросилась на гидру? Она никогда не сдаётся, мы все это знаем. Если бы не Твайлайт, мы бы все ещё плясали под дудку Дискорда! – При этих словах Флаттершай зябко поежилась, вспоминая своё ужасное поведение в тот день. Увидев это, Рэйнбоу почувствовала себя виноватой и сменила тему. – И потом, как можно устоять перед этой улыбкой?

Дэш и сама улыбалась во весь рот, и Флаттершай тихонько хихикнула – ей снова удалось заставить Дэш забыть про самокопание.

— Думаешь, она догадывается? – спросила пегасочка.

— Не знаю, — задумчиво покачала головой Дэш. – Я покраснела как рак когда она обняла меня сегодня, но не думаю, чтобы Твай заметила, — сдержанно промолвила Рэйнбоу. В это же самое время вся сила воли пегаса была брошена на то, чтобы удержать на месте непослушные крылья.

— Ты ей признаешься? – Не унималась Флаттершай.

— Наверное, когда-нибудь. Очень на это надеюсь!

— Ты не уверена?

— Совсем нет! – Вздохнула Дэш. – Наверняка, она не такая, и что она мне тогда скажет? В школе всё было по-другому – если тебе откажут, то можно выкинуть эту девчонку из головы, и больше никогда и парой слов с ней не перекинуться, так? Но Твайлайт – мой друг, и я не хочу её терять. Что, если я её испугаю?

— Уверена, этого не случится, — заметила Флаттершай. – Но всё равно – решать тебе.

— Ну да, — Рэйнбоу положила голову на передние ноги. – Только сначала голову в порядок приведу.

«А всё было так хорошо,» подумала Флаттершай, слегка расстроившись. Но Дэш не собиралась вновь впадать в депрессию – она встала на ноги и потянулась.

— Спасибо, что выслушала меня, Шай! – тепло произнесла она. – Не знаю, что и как произойдёт в скором будущем, но ты мне здорово помогла. Мне стало намного лучше.

— Пожалуйста, Рэйнбоу! – Глаза Флаттершай просто светились добротой, и Дэш знала, насколько искренни эти чувства. Она была счастлива иметь такого друга, но чувство вины вновь зашевелилось в глубине её сердца. «Почему мне достались такие друзья? Заслуживаю ли я кого-нибудь, как Твайлайт?» Силой остановив этот поток мыслей, она собралась с духом, прежде чем вновь заговорить с Флаттершай.

— Мне, пожалуй, пора! Уже поздно, а у тебя ещё так много работы!

— Ох, ну, если только всё в порядке, — Флаттершай подошла и обняла подругу. – Если захочешь поговорить – я всегда буду рядом, – тут она заговорщически улыбнулась.

— И да, сразу расскажи мне, если у вас с Твайлайт что-нибудь получится!

-Ты узнаешь всё первой! – Хихикнула Дэш, направляясь к двери. – Увидимся, Шай! Было приятно поболтать!

— Да, давно так не сидели, — Флаттершай открыла входную дверь, пропуская Рэйнбоу.

— Ещё раз спасибо, Шай! – чуть слышно добавила Дэш на пороге. – Давай! – уже громче произнесла она, разминая крылья.

— Рэйнбоу? – в последний момент окликнула её Флаттершай. Оглянувшись, Дэш увидела одинокую фигурку на пороге.

— Ага?

— Постарайся не делать себе больно, — на лице Флаттершай расцвела добрая открытая улыбка, а глаза излучали теплоту и понимание. – Я помню, как мы впервые встретились – ты тогда делала изумительнейшие трюки и не думала хвастаться! Ты не ломала границы возможностей, бросая вызов другим пони, ты бросала вызов самим границам. В этом была твоя суть. И ты можешь вновь стать прежней!

Дэш улыбнулась, понимая всю глубину этих слов. На душе стало теплее, как если бы обжигающий лёд воспоминаний и неуверенности дал трещину и начал таять. У неё появилась надежда. Дэш ещё не стала той пони, которой хотела быть, но теперь она хотя бы знала, куда идти.

— Обязательно, Шай! Я стану лучше, обещаю! – Воскликнула она, взмывая на несколько футов над землёй.

— Хорошо, — подмигнула ей Флаттершай. – Но теперь не доказывай другим, что они не правы. Докажи сама себе, что ты права. – Она помахала подруге и закрыла за собой дверь. Чувствуя, как стихает боль в груди, Дэш полетела домой. Теперь она знала, что на самом деле стоит за её хвастовством, и перемены в её жизни казались уже не такими недостижимыми.

Завтра ей будет о чём рассказать Твайлайт Спаркл.

## Глава 4. Всё, о чём я молчала

Итак, новая глава. И снова в глаз что-то попало. Даже в оба. Эта глава — о том, что иногда надо просто идти вперёд, несмотря ни на что. И следовать лишь зову своего сердца. Приятного прочтения!

Возьми меня за руку,

Убей – иль спаси,

На острове, за морем,

Вся жизнь впереди.

4. «Всё, о чём я молчала».

Утро следующего дня выдалось на редкость мрачным, и дождь нетерпеливо барабанил в окна библиотеки. Но ни шум дождя, ни далёкие раскаты грома были не в силах разбудить Твайлайт, мирно посапывающую в своей постели – эта ночь совершенно измотала бедняжку. Рядом с кроватью высились две пирамиды из книг – в той, что поменьше, были книги по психологии, что покрупнее, – труды, посвящённые физиологии пегасов и аэродинамике. На столе в другом углу комнаты были разбросаны диаграммы и листки с расчётами, скрупулёзно проведёнными Твайлайт этой ночью. На стене над столом повисли ещё две схемы: первая – строения крыла пегаса, вторая – птичьего крыла. Обе схемы были дочерна исписаны мелким почерком дополнений и расчётов.

Со стороны входной двери раздался шорох – в комнату вошёл Спайк. Он замер на пороге, удивляясь радикальной и неожиданной перепланировке, глядя на листы пергамента, развешанные на стенах и стопки книг у кровати. Годы, проведённые рядом с Твайлайт, позволили ему привыкнуть к порой чудаковатому поведению пони-библиотекаря, создав вокруг дракончика непробиваемую стену из юмора и здравого смысла. Поэтому он просто пожал плечами, пробираясь сквозь завалы книг, подошёл к кровати и нежно потрепал спящую пони по плечу.

— Твайлайт! – тихо позвал он, боясь спросонья напугать её. Единорожка пробормотала нечто нечленораздельное, но так и не проснулась. – Твайлайт? Уже почти десять утра, — повторил он чуть громче. Она, наконец, пошевелилась и открыла один глаз.

— Радуга… – пробормотала она спросонья. Даже верный помощник Спайк не сразу понял, что имела в виду Твайлайт.

— Не беспокойся! Я имел смелость заказать новую партию Радужного сырья, взамен того, что было уничтожено нашей общей знакомой. Его доставят через пару дней!

Твайлайт проснулась окончательно, покраснев от того, что снова разговаривала во сне. Вспомнила она и пригрезившуюся ей радугу,– разумеется, это был не дорогостоящий реагент, а густые локоны одной пони-пегаса, столь же ранимой и уязвимой, как и Радужный настой. Однако слова Спайка позволяли ей успешно выпутаться из щекотливой ситуации, не вдаваясь в лишние объяснения.

— Спасибо, Спайк! – она слабо улыбнулась. – Уж извини за беспорядок!

В ответ дракончик оглядел комнату, изогнув бровь.

— А что, подвала уже недостаточно? Думаю, надо издать закон о том, что безумный учёный должен занимать не более одной комнаты в доме.

— Точно, — пробормотала Твайлайт. Её нельзя было назвать жаворонком, и поэтому каждое движение давалось её с трудом. – Кофе, берегись! Я уже иду!

— И всё-таки, зачем тебе это? – Спайк обвёл лапкой убранство комнаты.

— Мой новый проект, — Твайлайт, прищурившись, ещё раз пробежала взглядом по результатам вчерашних расчётов. – Долго не могла заснуть, и после того, как разобралась с одним делом, — она посмотрела на горку учебников по психологии. – Решила уделить пару часиков и ему.

— Значит, этот проект как-то связан с пегасами? – Спайк коготком постучал по схематическому рисунку крыла, лежавшего у его лапы.

— Полностью, — кивнула Твайлайт. Она прочистила горло, и Спайк закатил глаза, узнавая Твайлайт, Читающую Лекцию. – Я дважды перепроверила расчёты, и все они абсолютно верны. Разумеется, мне ещё предстоит подтвердить мою теорию в эксперименте с живым пегасом, но уже на данном этапе я уверена в своей правоте. Видишь ли, на прошлом конкурсе Молодого Лётчика меня заинтересовало кое-что, касающееся пегасов. Стиль их полёта разительно отличается от того, как двигается большинство прочих летающих существ. Даже больше, некоторые маневры пегасов полностью противоречат основным законам…

Она оборвала речь на полуслове, разочарованно вздохнув: взгляд Спайка блуждал по стенам комнаты – дракончик не слышал и половины её объяснений. Твайлайт покачала головой, в очередной раз удивляясь непостоянству внимания своего помощника. Пытаясь развеять скуку, он уставился на схему строения крыла пегаса и подписи под ним.

— А правда, что у них полые кости? – скорее, из желания поддержать разговор с Твайлайт спросил он. Пони кивнула, и собралась было дать развёрнутый ответ, но внимание Спайка поглотил следующий пункт в описании характеристик крыла. – А что такое «эрогенная зона»? – уже с неподдельным интересом спросил дракончик.

— Это… Эм-м… Пошли, приготовим завтрак! – Воскликнула Твайлайт, выхватывая свиток из лап дракончика и надёжно сворачивая хрустящий пергамент. Есть вопросы, на которые лучше не отвечать столь ранним утром.

* * *

Никто в Отряде Погоды особо не обрадовался отсутствию Рэйнбоу Дэш на рабочем месте, особенно учитывая приближающийся к Понивиллю грозовой фронт. Признаться, Дэш выбросила из головы все свои обязанности, стоило злосчастной газете попасть в её копыта. По дороге к Твайлайт она натолкнулась на нескольких изрядно промокших пегасов из Отряда. Узнав про «аварийную посадку» Дэш прошлым утром, они припомнили и прочие неудачи пегасочки, не выказав ей должного сочувствия. Разве что Дитси Ду улыбнулась при встрече и протянула Рэйнбоу промокшую карточку с пожеланиями скорейшего выздоровления и загадочным посланием, гласившим: «Слоны не боятся клубники», наспех нацарапанным восковым карандашом. Что бы это не значило, Дэш тепло приняла такое проявление заботы.

Объяснив своё вчерашнее отсутствие «личными обстоятельствами», она отпросилась на несколько дней. Отряд нехотя согласился, и Дэш пришлось выслушать пару едких комментариев, стоило ей попрощаться с пегасами и взмыть в небо. И вот она уже летела над дождевыми облаками, думая, что заслужила подобное обращение. «Всё к лучшему – только вспомни вчерашний день!», сказала она сама себе.

Её сердце подскочило, когда она подлетала к библиотеке – совсем так же, как и перед участием в прошлогоднем конкурсе Молодых Лётчиков. Она страшно нервничала. «Перестань!», попыталась взбодриться она. «К чему нервы? Это же всего лишь Твайлайт! Ты видишь её почти каждый день, и сегодняшний день не лучше и не хуже остальных!»

А вот и нет. Вчерашнее признание Флаттершай помогло Дэш лучше разобраться в себе. И в Школе, и в более позднем возрасте, все её чувства к другим пони-девочкам были не более чем влюблённостью, мимолётными увлечениями. И если ей не отвечали взаимностью, ничто не мешало Дэш двигаться дальше. Но теперь всё было по-другому. Только теперь Рэйнбоу поняла, насколько важна была для неё Твайлайт. Боялась ли она потерять её дружбу в случае отказа?

Как бы то ни было, сердце Дэш стучало, словно кузнечный молот. До этого дня, в компании объектов своих увлечений Дэш неизменно чувствовала себя уверенно и решительно, но сейчас на кону было нечто большее, чем просто сиюминутный флирт. Судьба не лишена иронии. Ещё вчера она хотела быть не такой самоуверенной и жёсткой как раньше, и сегодня её желание исполнилось. «Где же твоя крутизна, Дэш?», спросила она себя.

В просвете облаков мелькнул шпиль библиотеки. Взмахнув крыльями, она заложила крутой вираж и пошла на снижение. Достигнув дождевого облака, она резко затормозила, приложив невесомую ткань всеми четырьмя копытами. Облако рассеялось призрачным туманом, и Рэйнбоу довольно ухмыльнулась, увидев, что площадь перед библиотекой очищена от дождя. Сложив крылья, Дэш камнем рухнула вниз, затормозив у самой земли напротив библиотечного окна, и хотела было постучаться, как внутренний голос одёрнул её.

«Ах, да. Дверь,» — сказала себе Рэйнбоу, вспомнив вчерашний упрёк Твайлайт.

Стараясь обходить лужи и грязь, Дэш подбежала к входной двери библиотеки. Стоило ей занести копыто, чтобы постучаться, тревога вновь охватила её. «Я ведь не рано? Как я выгляжу? Как крылья? Не слишком запачкалась? Селестия милосердная, я веду себя, как Рэрити!», — возмущённо подумала она. Конечно, ей предстояло изменить свою жизнь, но превратиться в озабоченную внешним видом неженку не входило в планы Рэйнбоу. «Соберись, Дэш! Это тебе не свидание! Вперёд, поняша!»

Она оторвала копыто от земли и постучала в дверь три раза.

* * *

Твайлайт уже почти доела рулет с сеном и маргаритками, как в дверь постучали. Чуть не подавившись, она отставила в сторону тарелку и подбежала к двери. Увидев небесно-голубую пегасочку на пороге, Твайлайт не смогла сдержать широкой улыбки.

— Привет, Дэш! – радостно произнесла она, надеясь, что приветствие не прозвучит чересчур восторженно. Ведь, в том случае, если депрессия Дэш за последний день только усилилась, чрезмерное проявление радости со стороны Твайлайт может быть понято превратно. Однако Рэйнбоу улыбнулась в ответ.

— Приветик, Твай! Прости за грязь…

— Ничего, заходи!

Дэш приняла приглашение, вытерев копыта о дверной коврик.

— Надо же, — хихикнула Твайлайт. – Обычно ты просто заходишь внутрь и следишь! Я польщена!

— Наверное, просто пытаюсь быть более внимательной, — отозвалась Дэш, пожав плечами.

— Так… — Мысли ураганом завертелись в голове Твайлайт, не давая вымолвить ни слова. Раньше ей не приходилось скрывать своих чувств от других пони, и поэтому Твайлайт было особенно неловко. Но её признание должно было подождать – если вообще она когда-нибудь отважится на такой шаг. Наконец, она прервала тягостное молчание.

— Выпьешь чего-нибудь?

— Конечно! – Дэш осталась в главной комнате библиотеки, когда Твайлайт побежала на кухню. – Что можешь предложить?

— Так, — донёсся до Рэйнбоу голос единорожки. – У нас есть чай, кофе, яблочный сок и… Наверное, это всё.

Дэш слегка зевнула в ответ.

— Кофе – в самый раз!

Спустя несколько мгновений Твайлайт вернулась с кухни, в которой уже радостно зашумел чайник.

— Нам надо много о чём поговорить, — ободряюще улыбнулась Твайлайт.

— Это точно…. – Голос Дэш опустился до шёпота, и она поняла, что заблудилась в бездонных глазах Твайлайт, очарованная её улыбкой. Радость на лице единорожки сменилась озабоченностью.

— Всё хорошо, Дэш?

— А? Что?.. Всё в порядке. Просто плохо спала этой ночью, — ответила Рэйнбоу. «Пронесло», подумала она с облегчением. И тут же её словно молнией ударило. «Минуточку, когда это я успела так раскиснуть? Почему я так сильно хочу её сейчас? У нас есть важные дела, не отвлекайся!»

Твайлайт прервала её размышления.

— Как ты? Удалось хоть немного разобраться в себе?

— Не совсем, — вздохнула Дэш, возвращаясь к реальности, старательно избегая смотреть Твайлайт в глаза. – Зато я вчера заскочила к Флаттершай, и она отнеслась ко мне с пониманием.

— Пониманием? – Твайлайт приподняла бровку.

— Да, — пожала плечами Дэш. – Мы с Флаттершай давние друзья, и она знает меня лучше, чем кто-либо. И она знала моего папу… Думаю, это тоже важно… — Голова Рэйнбоу поникла.

— Я не хочу, чтобы ты говорила о чём-то неловком для тебя, — нежно произнесла Твайлайт. Их глаза встретились.

— Нет, нет, — покачала головой Дэш. – Неважно, о чём мы говорили с Флаттершай вчера. Я должна тебе всё рассказать – с самого начала. – Она глубоко вздохнула, зная, что ещё никто кроме Флаттершай не был в курсе истории семьи Рэйнбоу. Но чем больше Дэш смотрела на Твайлайт, тем больше понимала, что нет в мире ничего такого, чего она не могла бы рассказать единорожке, ничего такого, чего бы Твайлайт не выслушала со всей чуткостью и вниманием. Все тревоги и неловкость рассеялись без следа, и впервые за долгие годы Дэш поняла, что ей не нужно притворяться, а просто быть собой рядом с Твай. Может быть, это и было её первым шагом к выздоровлению, но в данный момент для Рэйнбоу это казалось не столь важным. «Селестия милосердная!», удивлённо подумала она. «Кажется, я влюбилась!».

Осознание этого придало Дэш сил, и она рассказала Твайлайт всё.

* * *

Некоторое время Твайлайт просто слушала. В уголках её глаз блестели слёзы – она тяжело переживала то, как несправедлива была жизнь к маленькой пегасочке. Дэш рассказала всё – и про то, как её мама ушла из дома, не в силах выносить грубость и пьянство отца, и про то, как её отец вымещал на ней всю злобу и недовольство миром. Про то, как жестоки были другие ученики Лётной Школы. За всё это время ни слезинки не скатилось с глаз Рэйнбоу, хотя она тщательно избегала встречаться взглядом с Твайлайт. И всё же единорожка понимала, как нелегко сейчас её подруге.

Прошлой ночью Твайлайт от корки до корки прочитала все руководства по психологии, всё больше утверждаясь в правильности своего диагноза. Это был синдром самозванца. В детстве Дэш так часто видела, что её достижения и победы втаптываются в грязь, что и сама чуть не поверила своим мучителям. И, чтобы этого не случилось, при любом удобном случае Рэйнбоу начинала хвастаться и красоваться, чтоб доказать их неправоту. Установив для себя недостижимые цели, она сломалась. Её не удалось сломить никому из школьных задир, как обычно случается в подобных случаях. Она слишком многого от себя требовала, и чтобы Дэш не делала, каких высот бы ни достигала – этого было мало. Поняв это, Рэйнбоу посчитала себя слабой, недостойной ни друзей, ни прежних достижений. Дэш видела себя лишь с плохой стороны, став самозванцем в собственной жизни.

— … И вот, в конце концов, Шай бросила школу. И я ушла вместе с ней. Жить в Клаудсдейле – даже смотреть в его сторону – было просто невыносимо. И мы переехали сюда. Шай выбрала эти места из-за богатства животного мира – она уже дано грезила Понивиллем. И если в Клаудсдейле купить хороший дом могло обойтись в неплохое состояние, то на земле дома стоили сущие копейки. Свой дом Шай получила почти бесплатно, ей оставалось только привести всё в порядок. Я же всё делала своими копытами, и, пока облака схватывали форму, я часто зависала с ней. – Тут Дэш снова вздохнула, опустив голову.

– Я едва видела отца больше чем два или три раза – между тюремными сроками, что вполне нормально для таких, как он. Драки, кражи, разбой… Он и сейчас, наверное, сидит… — впервые за всё время разговора голос Дэш дрогнул, а на глаза навернулись слёзы. – Я даже не знаю, жив ли он. Наверное, нет, если вспомнить, как он налегал на «Олд Тандерхед». – Она резким движением копыта смахнула влагу с глаз. – Теперь всё это – история.

Несколько бесконечно долгих минут Твайлайт не отрывала глаз от Рэйнбоу. Самые противоречивые чувства сошлись в её душе не на жизнь, а насмерть. Твайлайт чувствовала огромное уважение к смелости Дэш, решившейся посмотреть в лицо демонам прошлого, и необычно глубокое сопереживание её тяготам и лишениям. Но сильнее всего была злость. Злость на отца Дэш, на школьных хулиганов, на всех тех, кто сломал Рэйнбоу жизнь. Твайлайт никогда не любила насилие, но сейчас ей хотелось лично отыскать всех этих негодяев и заставить их испытать то же самое, что выпало на долю пегасочки. Но отнюдь не из-за побоев, унижения и насмешек. Не из-за того, что они ненавидели Дэш.

А из-за того, что они заставили Рэйнбоу возненавидеть саму себя.

Твайлайт не находила слов. Тяжесть прошлого Дэш немыслимым грузом легла и на её плечи, и единорожка почувствовала, что бесконечно тронута доверием своей подруги.

— Я… Я… Не знала… — «Конечно же, не знала!», заворчал её внутренний голос. «Что за дурацкое заявление!» — Спасибо, что рассказала мне всё, Дэш! – чуть слышно добавила Твайлайт. – Хорошо, что ты мне всё рассказала!

— Конечно, Твай! – Их глаза встретились, впервые после начала рассказа Дэш. – Я полностью доверяю тебе!

Единорожка могла поклясться, что увидела румянец на щеках Дэш, но была слишком занята разговором и не придала этому особого значения.

— Ещё… Ещё кто-нибудь знает?

— Нет, только Шай – это ведь была и её история! Она мне как сестра. Она практически спасла мне жизнь – не знаю, что бы я и делала без неё. Нам тогда было не очень-то весело…

Стоило Твайлайт услышать эти слова, как её сердце дрогнуло. Повинуясь, скорее, зову сердца, она подбежала к Рэйнбоу и крепко обняла её.

— О, Дэш! Мне так жаль! – шептала она на ухо пегасочке. – Ты не заслужила этого! Ни на секунду! Ты – лучший друг, что может желать любая пони; да как они могли так поступить с тобой!

Дэш залилась краской, но всё же обняла Твайлайт в ответ и закрыла глаза.

— Я могла стать намного лучшим другом всем вам, — прошептала она. – Теперь ты знаешь, почему я стала такой. Пришло время всё изменить!

Твайлайт вздохнула.

— Думаю, ты уже сделала всё, что нужно. Ты приняла себя, своё прошлое – остальное придёт со временем.

Рэйнбоу всё ещё была мрачнее тучи.

— Я просто хочу быть тем, кем должна быть. Хочу быть достойной вас – вот почему я жду перемен.

Смесь разочарования, но в то же время и решимости захлестнула Твайлайт. Теперь, когда она увидела настоящую Дэш, разделив с ней боль, что снедала пегасочку изнутри все эти годы, она поняла, что чувствует к ней. Смотреть на Рэйнбоу Дэш – это как смотреть на солнце, обжигающее в своём великолепии. Она отстранилась настолько, чтобы заглянуть в глаза пегасочки. Румянец густо заливал их щёки, но Твайлайт было уже всё равно.

Единорожка видела, как много потребуется сил, чтобы заставить Дэш вновь поверить в себя, в то, что она более чем заслужила их дружбу. Она должна была помочь. Время полумер прошло.

— Что, если я не хочу, чтобы ты менялась? – Решительно спросила Твайлайт.

— А? – Удивлению Дэш не было предела.

— Что, если я хочу видеть прежнюю Дэш? – Твайлайт глубоко вздохнула, собираясь с силами. – Если бы я сказала, что не могу жить без тебя – такой, какая ты есть на самом деле?

Глаза Рэйнбоу стали ещё шире; миллионы мыслей пронеслись в её голове, когда она спросила:

— Твайлайт… Ты хочешь сказать, что…

На мгновение Твайлайт сомкнула веки. «Пути назад больше нет», сказала она сама себе. Кровь, пульсируя, ревела в ушах. Библиотека исчезла. Весь мир исчез. Восторг и ужас, гордость и стыд – всё накатывалось на неё удушливыми волнами. Внезапно Твайлайт поняла, что ей всё равно, что будет дальше. Всё, чего она хотела – превыше всего остального – сделать жизнь Дэш чуточку ярче.

— Да, – прошептала она. – Да!

И, прежде чем пегасочка смогла хотя бы шевельнуться, губы Твайлайт крепко прижались к губам Рэйнбоу Дэш.

## Глава 5. Всё так незнакомо…

Извиняясь за задержку, прошу услышать новую главу в нашей истории. Приятного чтения!

Я просыпаюсь, не чувствуя боли.

День и ночь,

Свет и полёт…

И я не хочу ничего иного.

5. Всё так незнакомо…

…Долгие годы Рэйнбоу Дэш была вынуждена носить маску. Но сейчас эта маска соскользнула с лица и разбилась на тысячу осколков. Дэш знала, что больше ей не придётся скрывать своих чувств. Пегасочке ещё никогда ещё не было так хорошо. Стоило ей почувствовать нежное прикосновений губ Твайлайт, Рэйнбоу словно окаменела. Она не слышала рокота собственного сердца, не чувствовала, как сомкнулись её веки. Весь мир вокруг исчез – не было ничего, кроме хрупкой единорожки в объятиях Дэш. Испуг и удивление первых секунд сменились решительностью, и Рэйнбоу сначала ласково провела копытом по гриве Твайлайт, а затем крепко обняла её и ответила на поцелуй – со всей страстью и нежностью, на какую была способна…

…Сначала Твайлайт охватил страх – что, если Дэш оттолкнёт её от себя, что если в этих пурпурных глазах отразятся гнев и отвращение? Но – о чудо! – этого не произошло, и скоро все страхи Твайлайт рассеялись под ласковыми прикосновениями Рэйнбоу…

Когда Дэш ответила на поцелуй, словно бесчисленные молнии пробежали по спине единорожки. Рэйнбоу ещё сильнее прижалась к Твайлайт; её крылья воспрянули вверх, а затем нежно обхватили тело единорожки.

Твайлайт ощутила влагу слёз Дэш на своих щеках, прервала поцелуй и нежно, застенчиво, капельку за капелькой стала смахивать слёзы с мордочки возлюбленной прикосновением своих губ. Вдруг она почувствовала, что ей надо объясниться, сказать Дэш, что этот поцелуй — не простая попытка воспользоваться мимолётной слабостью пегасочки.

— Рэйнбоу… — Прошептала Твайлайт. В ответ Дэш приоткрыла глаза, и у Твайлайт перехватило дыхание – эти прекрасные океаны пурпура были так близко, и в них отражалась настоящая Рэйнбоу Дэш, сломавшая заслоны и стены, годами возводившиеся в её душе. Твайлайт со страхом ждала увидеть в этих глазах смущение, страх или боль – но в них царил покой и молчаливое согласие.

Слова были не нужны. Ничто не могло заглушить хрустальную мелодию тишины. Ничто не могло затмить эти прекрасные глаза.

— Я знаю, — тихо ответила Дэш. – Я… Я знаю. – Она ещё крепче прижалась к Твайлайт и подарила ей ещё один поцелуй.

Спустя несколько мгновений, зардевшись и тяжело дыша от нахлынувших чувств, Твайлайт отстранилась от Дэш и опустила глаза.

— Я… Прости меня! – прошептала она. – Не знаю, что на меня нашло, но когда ты рассказала, через что тебе пришлось пройти… Я не могла стоять и смотреть, как ты мучаешь себя…

Всё это время Рэйнбоу не сводила с Твайлайт глаз, и когда их взгляды снова встретились, во взоре Рэйнбоу дремала необъяснимая мудрость и глубина.

— Ты действительно хотела этого? – Спросила она.

Твайлайт закрыла глаза. Она должна знать наверняка. Быть уверенной в том, что её чувства к пегасочке больше, чем просто жалость. И если в её душе остаётся хоть крупица сомнений, лучше признаться в этом сейчас, не обманывая надежд Рэйнбоу – не становясь ещё одним островком боли в океане её воспоминаний.

Поцелуй. Он решил всё. Вновь увидев перед собой глаза Рэйнбоу, Твайлайт знала ответ на все вопросы.

— Ещё ни в чём я не была так уверена, — застенчиво улыбаясь, произнесла она.

Дэш хотела сказать хоть что-то в ответ, но слов было недостаточно, чтобы выразить всю глубину её чувств. Ещё никогда Твайлайт не видела пегасочку столь умиротворённой.

— Ты… Ты была не против? – спросила единорожка.

— Против? – Улыбнулась Дэш. – Хорошо, — нервно хихикнула она. – Время открывать карты.

Она закрыла глаза.

— Я… Я мечтала об этом вот уже несколько месяцев!

Твайлайт покраснела: неожиданное признание не могло не польстить ей.

— Правда? Я… Я не догадывалась об этом! Ты хорошо научилась скрывать свои чувства.

— Да уж… Я решила, что у меня нет шансов! – Дэш вздохнула. – Никогда не подумала, что тебе нравятся девочки.

Дэш снова поставила вопрос ребром, заставив Твайлайт задуматься. На самом деле ни разу в жизни Твайлайт не делала осознанного выбора, кто ей нравится больше – подобные вопросы она считала неуместными и несвоевременными. И даже если бы Дэш была бы жеребцом – с тем же характером, с тем же жизненным опытом, с теми же глазами, разве Твайлайт стала бы любить его меньше?

Вряд ли, призналась Твайлайт самой себе.

— Мне не нравятся девочки, — ответила она. – Мне нравишься ты.

— Меня это вполне устраивает! – рассмеялась Дэш, польщённая признанием Твайлайт. – И знаешь что? Ты мне тоже нравишься!

Она сделала шаг назад и легла на ковёр. Ещё один миг – и Твайлайт последовала за ней, легла рядом. Дэш игриво хихикнула.

— Знаешь, сейчас на этом ковре гораздо удобнее, чем вчера!

Твайлайт нахмурилась, вспоминая события прошлого вечера.

— И что теперь с этим… «вчера»?

— Знаешь, я вообще об этом не думаю, — ответила Рэйнбоу. – Воспоминания всё так же приносят боль, но сейчас у меня достаточно поводов для того, чтобы быть счастливой. И, кажется, я знаю, как мне справиться с моими проблемами… Но не сейчас – всё это может подождать.

Как ни была заинтригована Твайлайт, она решила не вдаваться в подробности плана Рэйнбоу. На кону был прекраснейший момент в её жизни!

— Итак, — заговорщически спросила Твайлайт. – Что дальше?

Рэйнбоу была приятно удивлена решительности в голосе единорожки.

— Не знаю, — чуть помедлив, ответила она. – Давай, выясним вместе!

Твайлайт была не в силах сдержаться ни секунды дольше. Не говоря ни слова, не отрывая взгляда от глаз Рэйнбоу, она обхватила её всеми копытами, чувствуя, как пегасочка повторяет её движения. Их губы встретились, и в этот момент время остановилось, и весь мир вокруг исчез в дымке наслаждения. Твайлайт оказалась сверху, чувствуя, как бьётся сердце возлюбленной. Дэш разомкнула губы, и Твайлайт, не отдавая отчёт своим действиям, воспользовалась этим. Их язычки встретились, лаская друг друга, и Твайлайт словно закрутило неудержимым водоворотом. Тихий стон сорвался с губ Рэйнбоу, и тепло её дыхания скользнуло между губ Твайлайт. Наслаждение было невыносимым, и единорожка смиренно закрыла глаза. Весь мир принадлежал им, и никто и ничто не мог им помешать.

Именно в этот момент, ведомый не иначе как дланью безжалостного и бесстрастного рока, в дверях кладовки появился Спайк. Закончив уборку, он хлопнул дверью и, довольный собой, прошествовал в комнату.

И замер.

Вернее, окаменел.

Он увидел двух пони на ковре перед потухшим камином. Успел заметить, что они обнимались. И то, как страстно впиваются друг в друга губы Твайлайт Спаркл и Рэйнбоу Дэш.

— О-оу! – воскликнул он, неистово краснея и в бескрайнем смущении прикрывая глаза чешуйчатой лапкой.

Твайлайт и Дэш обернулись на крик и лишь теперь заметили присутствие Спайка.

— О-оу! – их голоса слились в один, когда они попытались высвободиться из тесных объятий. Спустя несколько неловких мгновений пони смогли-таки встать с пола, представляя собой печальное зрелище: гривы взъерошены, щёки пылают от стыда. Твайлайт поняла, что совсем забыла о своём помощнике, как если бы Спайка и вовсе не существовало.

— Спайк! – Воскликнула она. – Я могу всё… Это не… Это…

— Именно то, на что это похоже? – отрезал Спайк, удивительно быстро приходя в себя.

— Ну да, наверное, — Хотя в голосе Дэш чувствовалось смущение, она улыбнулась во весь рот, пытаясь уложить непослушные крылья.

— Спайк, прости! Пожалуйста! – Твайлайт была просто раздавлена. — Я совсем про тебя забыла! Я не хотела, чтобы ты…

Спайк больше не мог терпеть. Он фыркнул и разразился громким смехом, упав на спину и катаясь по полу. Твайлайт вздохнула с облегчением: ей совсем не улыбалось писать в своём отчёте Принцессе о том, как психике дракончика был нанесён непоправимый урон – теперь в этом не было необходимости.

— Видели бы вы… Ваши лица!.. – выдавил из себя Спайк, едва переводя дух. Оглянувшись на Дэш, Твайлайт заметила улыбку на её губах. Вскоре и Твайлайт не смогла сдержаться и улыбнулась сама. Тем временем Спайк сел на хвост, смахивая слёзы когтистой лапкой. Когда дар речи вернулся к нему, он спросил, переводя взгляд с одной пони на другую.

— Значит, вы теперь..?

Твайлайт и Дэш переглянулись: им ещё не довелось обсудить случившееся, и никто не знал, что ждёт их впереди. Они молчали – и каждая ожидала первых слов признания от своей подруги. «Какого сена!», — подумала Твайлайт и решительно ответила:

— Думаю, да! Если Рэйнбоу не против.

В ответ Дэш поцеловала единорожку в щёку.

— Я определённо «за»! – улыбнулась она. И снова, забывая обо всём, Твайлайт ответила Дэш нежной улыбкой.

— Знаете что? – Нарочито раздражённо фыркнул Спайк. – В следующий раз просто развернусь и уйду в кладовку. Жить.

— Знаешь, Спайк, — заметила Дэш. – Тебя всё это не слишком удивило.

— Что тут скажешь? – Пожал плечами Спайк. – Рано или поздно это должно было случиться.

— Значит, ты не против того, чтобы Твайлайт встречалась… Со мной?

Дэш очень волновалась. Спайк и Твайлайт были как брат и сестра, и ей никак не хотелось навредить их отношениям.

— То есть, с другой пони-девочкой? Нет, этим меня не удивишь, — тут он подмигнул Твайлайт. – Особенно после того, как я нашёл рисунки с Принцессой, нарисованные тобой ещё в Кэн…

Всего одно заклинание – и застёжка-молния надёжно опечатала рот дракончика, оборвав его на полуслове.

— Ты обещал выкинуть мои черновики! – вспыхнула Твайлайт, заливаясь краской. Спайк хотел было что-то ответить, но безуспешно. Единорожка посмотрела на Дэш. Рэйнбоу изогнула бровь и усмехнулась:

— Ох, Твайлайт, дорогуша, какие же ещё тайны ты скрываешь от нас? – попытка изобразить голос и манеры Рэрити давалась пегасочке с трудом – она еле сдерживалась от того, чтобы не рассмеяться в голос.

Твайлайт же казалось, что её грива вот-вот вспыхнет от гнева.

— Ещё хоть слово! – Она пристально посмотрела на дракончика, и тот кивнул, закатывая глаза в безмолвном смирении.

Рог Твайлайт снова вспыхнул и погас — в ту же секунду Спайк был свободен. Не переставая ухмыляться, он направился к выходу.

— Ладно, до встречи, голубки! Мы тут с Рэрити собирались поискать самоцветы…

Твайлайт улыбнулась — наконец-то у них с Рэйнбоу будет время поговорить наедине.

— Только смотри не перепутай настоящие алмазы с меткой одной твоей знакомой пони! – отозвалась единорожка, заставив теперь покраснеть и Спайка.

— И-и-и… захвати парочку камешков для Твайлайт! – рассмеялась Дэш.

— Не смешно, буркнул Спайк и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.

* * *

Твайлайт облегчённо вздохнула и оглянулась на Дэш – пегасочка улыбнулась в ответ.

— Значит… Ты действительно хочешь, чтобы мы были вместе? Знаю, Спайк так и не дал нам времени объясниться…

Твайлайт положила копыто на плечо Рэйнбоу. Подозрения Дэш в неискренности сначала немного укололи её, но, вспомнив, через что пришлось пройти пегасочке, Твайлайт расценила такую реакцию как защиту от возможной боли и разочарования. В голосе Дэш чувствовался страх, и единорожка знала, как прогнать его прочь.

— Всем сердцем, — ответила она, нежно целуя Рэйнбоу.

Словно опьянев от полноты чувств, Дэш рассмеялась.

— Твайлайт Спаркл, моя девушка! — Сквозь улыбку на её лице проскользнула тень былого одиночества. – Никогда не думала, что произнесу эти слова не только во сне…

И снова Твайлайт увидела боль в глазах Рэйнбоу Дэш – наверняка, осколки прошлого навсегда поселятся в этих океанах пурпура. Но тут же единорожка дала себе обещание, что её любимой никогда не придётся скрывать своих чувств, мыслей и страхов.

Но не только от самой Твайлайт – но и от всех друзей. Она всегда может быть собой, не боясь ни насмешек, ни подлого удара в спину.

— Знаешь, что? – Твёрдо сказала Дэш.

— Что?

— Я знаю, что нужно сделать.

Твайлайт казалось, что в этот момент Рэйнбоу думает только о них, и была заинтригована и удивлена поворотом разговора.

— Что ты задумала?

Рэйнбоу прислонилась к стене, задумчиво глядя вдаль.

— Когда-то, давным-давно, я делала потрясающие вещи. И не хотела никому ничего доказывать – просто делала то, что получалось у меня лучше всего. Так будет снова.

— Но как?

— Я установлю новый рекорд скорости! – воскликнула Дэш и, взмахнув крыльями, воспарила над полом библиотеки.

Твайлайт не могла сдержать улыбку, глядя на Рэйнбоу. И дело было не в заразительной радости на лице пегасочки – просто эти слова были так похожи на слова прежней Рэйнбоу Дэш – решительной и бесстрашной.

— Значит, ты решила обогнать Лайтнинг Флэра?

Дэш сложила крылья и опустилась на пол, и ликующая улыбка вмиг слетела с её губ. Она тряхнула гривой.

— Нет, мне на него наплевать. — По её глазам было видно, что каждое сказанное ей слово – правда. — Может, с неделю назад, он что-то и значил бы для меня, но не теперь. Дело не в нём – дело во мне.

Рэйнбоу опустила глаза, и продолжила.

— Всю свою жизнь я только и делала, что пыталась что-то доказать другим. Вчера я увидела, к чему это привело. – Она подняла копыто, обрывая возражения Твайлайт на полуслове. – Я решила, что не заслужила вас, ребята, вашу дружбу. Но ты заставила меня поверить в обратное. Неважно, что я делала, кем я была – главное, кем я буду теперь. Как ты мне и говорила, я заглянула в лицо прошлому. Я приняла его.

Разумеется, я могла бы проучить Лайтнинг Флэра, всех пони, что лишили меня детства в Лётной Школе – каждого ткнуть носом в мои победы и достижения. Но, знаешь, мне этого не нужно. Я начну всё сначала. Стану той пони, какой была раньше. Я перешагну границы Возможного только потому, что они существуют. Стану той, которой должна была стать давным-давно.

Дэш тепло улыбнулась, и Твайлайт заметила в её глазах необычную даже для пегасочки решимость и уверенность. Рот единорожки был полуоткрыт от изумления.

Как могла Рэйнбоу так измениться за последние два дня? Как раньше Твайлайт могла считать её незрелой, неспособной на взрослые мысли и поступки? Ей захотелось сказать хоть слово, но язык не слушался единорожку.

Внезапно Твайлайт исполнилась бескрайним уважением к пегасочке. Но за ним было чувство, намного глубже и сильнее; чувство, что ровным и могучим пламенем горело в сердце Твайлайт и ждало своего признания. Чувство, что позволило единорожке вновь обрести дар речи. На самом деле, никаких других слов и не требовалось здесь и сейчас, кроме тех, что произнесла Твайлайт. Произнесла, не покраснев от смущения.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — ответила Дэш, и в её голосе не было ни горячности, ни пылкого придыхания – только отпечаток мудрости и принятой истины.

Обе пони знали, что события развиваются очень быстро. Что чувства Твайлайт были ещё совсем юны – но в этот самый миг ничто больше не имело значения. Твайлайт, не отрываясь, смотрела в глаза Дэш, когда их губы снова встретились. На этот раз поцелуй был исполнен спокойствия и нежности, занимая место страсти и скорости. Они целовались так, словно в их распоряжении было всё время мира.

В тот момент так оно и было.

Когда влюблённые прервали поцелуй, сердце Твайлайт было готово вырваться из груди, и пони хотела лишь одного – никогда не привыкнуть к этим ощущениям. На лице Дэш также блуждала восторженная улыбка. Осмотревшись по сторонам, они увидели, что стоят прямо на записях Твайлайт.

— Ой! — Хихикнула Дэш, соскакивая с помятого свитка с вычислениями. «Надо же, втоптала в грязь свои труды», — подумала Твайлайт. «Должно быть, слишком высоко витаю в облаках…»

— Ну, — спросила Рэйнбоу, с интересом рассматривая записи единорожки. – И что там с твоим новым проектом?

## Глава 6. Головоломка

Доброе утро! Новый день — новая глава! Прогулки под полуденным солнцем, приятное кафе и неспешный разговор. Тайны и откровения. И нелёгкий выбор, вставший перед маленьким дракончиком...

От любви не укрыться –

Всё так незнакомо,

Когда сердце подаришь

Кому-то другому

6. Головоломка

Солнцу, наконец, удалось пробиться сквозь грозовые тучи, и теперь город утопал в полуденном свете, обсыхая после дождливого утра. Твайлайт Спаркл и Рэйнбоу Дэш решили сменить обстановку и где-нибудь перекусить, и теперь их копытца радостно цокали по мостовой тихих улочек Понивилля.

Несмотря на солнечную погоду, на улице было прохладно, а порывы обжигающе ледяного ветра нисколько не помогали согреться. Стоило им только отойти от библиотеки, Дэш заметила, что Твайлайт дрожит от холода. Она простерла над ней крыло и, чуть нервничая, обхватила замерзающую единорожку. Твайлайт оценила этот жест признательности – к тому же, она чуть согрелась; улыбнувшись, она теснее прижалась к Дэш. В ту же минуту от тревоги Рэйнбоу не осталось и следа, и она ответила Твайлайт искренней улыбкой.

Внезапное чувство восторга охватило Дэш. Она никак не могла поверить в то, что Твайлайт, словно вырвавшись из самых сладких снов пегасочки, теперь шла рядом с ней, под её крылом. Твайлайт Спаркл – её девушка. В это мгновение их совершенно не заботило внимание со стороны других пони. Не заботило то, что другие могут подумать о них. Тем более, после грозы улицы Понивилля совсем опустели.

— Итак, — начала Твайлайт. – Моя работа…

Дэш вздрогнула, возвращаясь с небес на землю.

— А? Ах, да… — Тут она подмигнула Твайлайт. – Только полегче с вашими терминами. Не всем повезло с соображалкой, как тебе! – В ответ Твайлайт засмеялась и чмокнула Дэш в щёку.

— Я постараюсь! – Она прочистила горло. – Я занималась изучением крыла пегаса, в частности, его подъёмной силы. Я подсчитала среднюю частоту взмахов крыла в полёте, силу грудных мышц – в общем, провела все необходимые вычисления. – Твайлайт замерла на мгновение, взволнованно посмотрев на Рэйнбоу. – И заключение, к которому я пришла, тебе вряд ли понравится.

— Продолжай, — улыбнулась пегасочка, ничуть не смутившись. – Мы не используем крылья в полную силу?

— Вообще-то, как раз наоборот, — вздохнула Твайлайт. – Вы используете их слишком хорошо. – Она глубоко вздохнула. – Видишь ли, пегасы вообще не должны были летать.

Воцарилось молчание. Рэйнбоу остановилась посреди дороги, Твайлайт замерла рядом. И вдруг Дэш расхохоталась.

«Замечательно!», подумала единорожка, глядя на то, как Дэш пытается устоять на ногах, сотрясаемая взрывами хохота. Крыло, покоящееся на спине Твайлайт, мелко затряслось, а две пони, проходившие неподалёку, взволнованно переглянулись в поисках источника шума.

— Х-хорошая шутка, Твай! – выдавила Дэш, похлопывая единорожку по спине. – Пегасы не умеют летать? А потом… скажешь, что ты читать не умеешь?!

— Я не шучу! – немного рассерженно произнесла Твайлайт.

Дэш наконец-то взяла себя в копыта и убрала крыло с плеча Твайлайт. Грациозно взмахнув крыльями, она поднялась в воздух и зависла в полуметре над головой Твайлайт, и с самодовольной ухмылкой словно поплыла в воздухе, лениво помахивая крыльями.

— Глянь-ка, Твайлайт! Мы, пегасы, созданы для полётов! Иначе, как бы мы построили Клаудсдейл?

Твайлайт стиснула зубы. Пурпурное свечение магии охватило тело пегасочки, затем аккуратно поставило её на все четыре копыта рядом с Твайлайт.

— Послушай! – Она посмотрела Дэш прямо в глаза. – Взгляни на свои крылья! Просто взгляни!

Рэйнбоу вытянула крыло, оглядела его от основания до кончика, просмотрев все группы перьев, но так и не нашла ничего подозрительного. Изо всех сил стараясь не засмеяться, она подняла глаза на Твайлайт.

— Итак, с какой скоростью в среднем может летать птица?

— Эм-м…

— Пятьдесят миль в час – и это предел, — единорожка не дождалась ответа, стремясь поскорее добраться до сути. – А ты превысила скорость звука! – Она притопнула копытцем, подчёркивая важность своих слов. – Согласно моим расчётам, плотность костей пегаса такая же, как и у других пони. А ведь ваши кости должны быть полыми, как у птиц! Ваши крылья малы – они действительно непропорционально малы для летающего существа! По всем законам физики вы и от земли оторваться не должны!

Твайлайт нежно коснулась копытом груди Рэйнбоу.

— Ты развила скорость в девятьсот миль в час с помощью крыльев, которые вообще не должны были работать! Разве это тебя не беспокоит?

Дэш удивлённо моргнула, замерев на месте. Она посмотрела на своё крыло так, словно оно вот-вот отвалится. Признаться, Твайлайт была права. Раньше подобные мысли не могли прийти к ней в голову, но сейчас, взглянув на свои крылья внимательнее, Рэйнбоу ощутила их полную неприспособленность к полёту.

— Знаешь, ты права…

— А я уже подумала, что придётся читать ещё одну лекцию, — облегчённо выдохнула Твайлайт.

Дэш рассеянно улыбнулась, всё ещё под впечатлением от открытия подруги.

— С другой стороны, шутник из тебя просто никакой – без обид; к чему тебе всё это придумывать? – Она поцеловала Твайлайт в щёку. Затем, она снова обеспокоенно взглянула на крылья. Вообще-то, волноваться было не о чем – ведь Рэйнбоу и так может летать! Но другой вопрос, как?

— Тогда… — Она вновь посмотрела на Твайлайт. – Как мы летаем? Как я летаю?

— Не уверена до конца, — призналась Твайлайт. – Поэтому мне и нужна твоя помощь. Есть у меня одно предположение… — Тут её зубы застучали от очередного порыва ветра. – Слушай, давай вернёмся к этому вопросу за завтраком? Я превращаюсь в ледышку!

Дэш поспешно кивнула. Под защитой собственного оперения легко забыть, каково приходится обычному единорогу.

— Неплохая идея! – Они снова пошли по улице, и пегасочка снова приобняла дрожащую Твайлайт крылом. – Знаешь, может для полётов крылья и не очень, но иногда могут пригодиться!

— Ну как с этим поспоришь! — Рассмеялась Твайлайт. Она ласково чмокнула Рэйнбоу в щёчку, чувствуя тепло от простёртого над ней крыла. Твайлайт закрыла глаза. В этот момент, когда они шли бок о бок по пустынным улочкам Понивилля, ей не хотелось ничего иного.

* * *

«И где только носит этого дракона! Раньше он никогда не опаздывал!»

Рэрити ждала Спайка на окраине города, разместившись под кружевным зонтиком – на случай возвращения утреннего ненастья. Часы на башне подсказывали ей, что Спайк должен был появиться десять минут назад – опаздывать было не в его правилах, особенно, если дело касалось Рэрити.

А вот и он – задумчиво ковыляет по тропинке, ведущей из города. Но стоило Спайку завидеть белоснежного единорога, он – как всегда – припустил во весь дух.

— Прости, Рэрити! Я опоздал! – Сказал он при встрече. – Немного задержался в библиотеке…

С этими словами они пошли по тропинке, с каждым шагом удаляясь от Понивилля. Рэрити не могла не заметить необычную рассеянность Спайка. По правде сказать, дракончик всегда был немного сам не свой в присутствии Рэрити, но в этот раз дело было не только в ней.

— Задержался? – переспросила Рэрити. – ты определённо чем-то взволнован!

«Пух и перья, что я ей скажу?», заметался Спайк. Он не знал, собирались ли Твайлайт и Дэш рассказывать друзьям о своих отношениях – это было их личное дело. В праве ли он открыть их тайну кому бы то ни было?

— О, да… Ничего страшного – просто день выдался странным.

«Отлично, Спайк! Никакой конкретики!»

— Да? – Рэрити словно догадывалась, что дракончик что-то скрывает – или недоговаривает, однако решила не быть назойливой – по крайней мере, сейчас. – Почему бы нам не посвятить этот день изумрудам? – Продолжила она, резко меняя тему разговора.

Спайк расцвёл: он уже давно скучал по их освежающе-лимонному вкусу и надеялся закусить парочкой самоцветов, пока Рэрити не видит.

— Отлично! – Воскликнул дракончик, и пони-модельер хихикнула, глядя на радостную мордочку Спайка.

— Только постарайся оставить и мне немножко! – Словно читая его мысли, добавила она и широко улыбнулась.

Дракончик кивнул — от этой улыбки Спайк на несколько секунд лишился дара речи. Рэрити уже привыкла к подобным проявлениям чувств маленького дракона, находя их по-своему милыми. Они уже находились среди полей к востоку от Понивилля, вздымая дорожную пыль с тропинки.

Ещё пару мгновений они шли в тишине, но вот интерес Рэрити к разного рода слухам взял верх над чувством такта.

— Итак, — как можно осторожнее начала она, опасаясь напугать Спайка. – Что именно сделало этот день таким странным?

Спайк покраснел, пытаясь придумать что-нибудь неромантичное и будничное. К сожалению, безуспешно.

— Эм-м.. – Он попытался выиграть хоть пару секунд. – Да…

«Никакой конкретики!»

— В библиотеке…- В смятении Спайк сложил лапки на груди.

«Кончай краснеть! Ничего конкретного!»

— Твайлайт… Странно себя вела…

Они остановились. С одной стороны, ему улыбалась возможность произвести на Рэрити неизгладимое впечатление, открыв ей правду. С другой – медленная и мучительная смерть в копытах Твайлайт, стоит ей узнать, что он разболтал что-то настолько личное самой известной сплетнице Понивилля! В этот момент он был готов поклясться, что сомнения со свистом вырываются из его ушек струями пара.

И это лишь подстегнуло интерес Рэрити. Спайк не станет так тушеваться, если дело не касается чего-то интересного. Что бы это ни было – это очень горячая штучка! Её ресницы очаровательно запорхали, словно крылья бабочки – так происходило всегда, стоило Рэрити почувствовать сенсацию.

— Правда? Каким же образом?

Спайк стиснул зубы. Его разум кричал: «Ничего не говори! Ничего! Твайлайт превратит тебя в морковку и скормит Эйнджелу!»

— Я… Я видел…

«Она больше никогда не наколдует тебе усов. Она доверяет тебе! Не смотри на глаза! Ты сможешь противостоять её чарам! Не. Говори. Рэрити.»

— Я видел как Твайлайт и Рэйнбоу Дэш целовались на коврике перед камином в библиотеке! – Выпалил он, прежде чем разум смог приструнить горячее сердце.

«Ты труп»

Глаза Рэрити исполнились восторга. Она смотрела прямо на дракончика.

«Оно того стоило»

— О, боже мой! – Воскликнула Рэрити. – Это просто фантастика! Как я рада за них! Это уже случалось раньше?

— Нет, я не видел, — Спайк виновато понурил голову. Слово – не воробей, сказанного не воротишь, поэтому скрывать что-либо ещё не было ни малейшего смысла.

Рэрити придвинулась к дракончику, и от её близости у Спайка перехватило дыхание.

— Они целовались, или… Целовались-целовались? – заговорщически прошептала она. На её лице цвела довольная улыбка.

— А разве есть разница? – Спайк почесал затылок. – Наверное, второе. Они, вроде как… — Тут Спайк нелепо скосил глаза и высунул язык, наклонив голову набок и издавая странные булькающие звуки.

— В тебе пропадает великолепный актёр! – рассмеялась Рэрити.

Но Спайку было не до смеха. Он не мог поверить в то, что так просто предал Твайлайт; чувство вины комом встало в горле. Он всё бы отдал, лишь бы единорожка не узнала о его предательстве.

— Рэрити, — тихо произнёс он. Стоило ей заглянуть в его обеспокоенные глаза, она смолкла. – Пожалуйста, никому не говори, что узнала это от меня! Твайлайт меня уничтожит!

Пони-модельер погладила дракончика по плечу, успокаивая его. Спайку понадобилась вся сила воли, чтобы не упасть в обморок и выслушать всё, что скажет ему белоснежный единорог.

— Не волнуйся, об этом не узнает ни одна живая душа, — пообещала Рэрити. – Ты доверился мне, и я оправдаю это доверие. Мне очень приятно, что ты настолько честен со мной!

«У меня просто не было выбора, прекрасная, опасная пони!», невесело вздохнул Спайк, хотя его сердце и подскочило от её слов.

— Спасибо, Рэрити! – Улыбнулся он. – Ведь только я видел Твайлайт и Рэйнбоу вместе – и если поползут слухи, они тут же догадаются, кто предал их…

— Зная искушённость Твайлайт в заклинаниях Превращения, всё это не слишком хорошо отразится на тебе!

— Вот именно, — кивнул дракончик. – Но не только поэтому. Она вряд ли сможет причинить мне боль – это я боюсь навредить Твайлайт. Она так много для меня значит – она мне, как сестра!

— Не сомневайся, ты можешь мне доверять, — произнесла Рэрити, сплетая воедино нити Поискового заклинания, и они продолжили свой путь.

Всей душой Спайк хотел поверить Рэрити, но отлично знал, что всё было совсем не так просто.

* * *

— Аликорн? А Принцессы-то тут причём?

Твайлайт и Дэш нашли уютное кафе «Троттенсонс», что скрывалось в тенистой аллее рядом с главной площадью. Это было тихое местечко с занавесками на окнах и интерьером в красных тонах, с резными деревянными изразцами на стенах и цветами в глиняных горшочках. Наши пони расположились за дальним столиком рядом с камином – им не составило особого труда представить, что они являются единственными посетителями кафе.

На то, чтобы объяснить свою теорию, у Твайлайт ушло довольно внушительное количество времени – она постоянно сбивалась с мысли. То и дело их копыта соприкасались под надёжной защитой столика. Временами они смолкали, утопая в глазах друг друга. Всё это отвлекало Твайлайт от темы их разговора – но то были прекрасные моменты. И вот, несмотря ни на что, они добрались до самой сути работы Твайлайт.

Твайлайт покачала головой, но перед тем, как пуститься в объяснения, отправила в рот очередную порцию замечательнейших тюльпанов в тёртом сыре.

— Не совсем. Аликорном называют также и материал, составляющий рог единорога, материал, что вырабатывает магическую энергию.

— Ты хочешь сказать… Ты имеешь в виду, что кости в моих крыльях – это вовсе не кости? — Спросила Рэйнбоу, удивлённо приподняв бровь над миской томатного супа с маргаритками. Твайлайт кивнула в ответ.

— Разумеется, моей теории не хватает доказательств – но я уж точно постараюсь обойтись без вскрытия первого попавшегося пегаса, — тут они обе рассмеялись, представив Твайлайт в роли сумасшедшего учёного. – Но у меня есть все основания полагать, что пегасы связаны с магией столь же тесно, что и единороги. Кости крыла пегаса по составу приближаются к аликорну.

Дэш подалась назад, оглядев свои крылья так, словно видит их в первый раз.

— То есть, мы летаем с помощью магии?

— Именно! – Кивнула Твайлайт. – Вы пользуетесь ей интуитивно, так же естественно, как единороги пользуются копытами при ходьбе. И, если я не ошибаюсь, эта же магия позволяет вам ходить по облакам.

— Так зачем мы тогда машем крыльями, если всё это – одна сплошная магия?

— Крылья – это катализаторы.

— Простите?

— Я считаю, что когда-то пегасы летали только с помощью крыльев, а магия служила в роли усилителя. Со временем использование магии заменило грубую мышечную силу, и ваши крылья даже несколько уменьшились в размерах. Но инстинкт подсказывает вам использовать крылья в полёте – как и много сотен лет тому назад. На самом деле, в этом уже нет большой необходимости, но взмах крыла запускает и усиливает потоки магии, позволяя вам летать. Это связь между физическим усилием и магией полёта; иногда сильный стресс может ослабить или порвать эту связь – тогда полёт становится полностью магическим.

Внезапно Дэш в сердцах стукнула копытом по столешнице.

— Ты хочешь сказать, все мои упражнения на мышцы крыла абсолютно бесполезны?

— Вообще-то, тренировки здорово помогают, хоть и не столь ожидаемым способом, — Твайлайт загадочно улыбнулась и подмигнула Рэйнбоу. – Я считаю, что способность пегаса к полёту напрямую связано с силой духа, уверенностью в своих силах – и даже с самовнушением. И если ты веришь в то, что все эти упражнения улучшат твои лётные характеристики – так оно и будет. Вспомни Конкурс Молодого Лётчика – ещё перед началом выступления от твоей уверенности не осталось и следа, и ты решила, что обязательно допустишь ошибку. И этот настрой здорово подвёл тебя. Затем, ты полетела за Рэрити. Ты отбросила всё: неуверенность, страхи. Всё, что имело значение – скорость: ты должна была успеть спасти друга – и вот результат. Вспомни, чем всё обернулось?

В неясном свете камина глаза Твайлайт просто сияли теплом и восхищением пегасочкой.

— К тому же, — добавила она. – Набирая скорость ты не разу не взмахнула крыльями.

Дэш ошарашено отпрянула – части головоломки начали сходиться.

— Ух ты! – Только и вымолвила она – в этот момент ничего более ёмкого и глубокого не могло прийти ей в голову. – Над этим стоит серьёзно подумать: на первый взгляд – чистой воды безумие, но если присмотреться – в этом есть смысл! Но почему же до тебя никто до этого не додумался? Разве подобные выводы не напрашиваются сами собой?

— Все мы крепки задним умом! – Рассмеялась Твайлайт. Вдруг она поникла и печально добавила: — По правде сказать, мало кто в Кэнтерлоте уделяет достаточно внимания пегасам. А если и уделяют – так это в большинстве своём выжившие из ума ветхие стариканы. Ни одно учебное заведение не позволит урезать свой бюджет в пользу изучения подобных проблем, а сами пегасы не слишком увлекаются наукой. Иногда кажется, что многие пони с головой погрязли в средневековье. – Твайлайт горько вздохнула, тяжело переживая наличие подобной несправедливости.

— К тому же, — продолжала она. – У пегасов есть крылья. Они могут летать. Так зачем кому-нибудь пытаться заглянуть за границу этой очевидной причинно-следственной связи?

— А зачем это тебе? – Дэш приподняла бровку.

— Как я и говорила, всё началось с твоего выступления. Когда ты помчалась вслед падающей Рэрити, я дико испугалась, и лишь спустя некоторое время проанализировала ситуацию. Для того, чтобы набрать подобную скорость, тебе нужно было хотя бы махать крыльями – а этого не понадобилось. Я была заинтригована, решила всё выяснить. Мне стоит поблагодарить тебя за это!

— Всегда пожалуйста, Твай! – Хихикнула Рэйнбоу.

Твайлайт робко улыбнулась и покраснела. Дэш и раньше частенько называла её так, но теперь это было не просто дружеское прозвище. Нечто большее.

Опустив глаза, Твайлайт поняла, что еда уже начала стремительно остывать, и подруги вернулись к трапезе, некоторое время сохраняя молчание. Его нарушила Дэш, хихикнув себе под нос.

— Теперь понятно, почему Флаттершай никогда не была среди первых лётчиков Клаудсдейла. Ей бы запаса самоуверенности побольше! – Твайлайт улыбнулась и решила задать давно беспокоивший её вопрос.

— Ты знаешь Флаттершай гораздо дольше всех нас, и я думала, что… Между вами что-то… Или нет? Если, конечно, я не лезу не в свои дела… — Она густо покраснела.

Когда Дэш поняла, к чему ведёт единорожка, она поспешно воскликнула:

— Нет! Ничего подобного между нами не было! Хотя бы потому, что ей нравятся только мальчики. А ещё… — На мгновение Рэйнбоу смолкла, пытаясь подобрать нужные слова. – Она мне – как сестра, мы – что-то вроде вас со Спайком. Мне подобные мысли даже в голову не приходили. И, конечно же, ты можешь спрашивать обо всём, что пожелаешь. Я хочу, чтобы между нами не было тайн.

Твайлайт вновь окунулась в бездну пурпурных глаз, наслаждаясь каждой секундой близости. Дэш снова позволила проникнуть ей в самые глубины души и увидеть чувственного, заботливого пегаса – увидеть Дэш такой, как её никто раньше не видел.

— Спасибо, Дэш! – прошептала Твайлайт. Их губы встретились лишь на миг – в кафе были посторонние пони, и влюблённым не хотелось привлекать к себе ненужное внимание. Кто-то за соседним столиком возмущённо кашлянул, но ни Дэш, ни Твайлайт не придали этому особого значения. На своих губах Твайлайт почувствовала пикантный привкус томатного супа, который заказывала Дэш. Взглянув в глаза пегасочке, она увидела в них отражение собственного желания.

— Позже, — промурлыкала она. Рэйнбоу покраснела; вдруг её лицо на секунду исказила гримаса боли.

— Всё в порядке? – Обеспокоенно спросила единорожка.

Та ещё гуще залилась краской, пытаясь держать себя в копытах.

— Пожалела бы мои крылья, Твай! Я их только что уложила!

Щёки Твайлайт запылали в ответ, стоило ей понять, что имеет в виду пегасочка, и она не смогла сдержать озорную улыбку.

— Я польщена! – хихикнув, сказала единорожка.

— Что тут скажешь? Есть такое дело, — отшутилась Рэйнбоу, укладывая непослушные крылья.

С негромким причмокиванием Дэш разделалась со своей тарелкой супа; мгновением назад Твайлайт проглотила последний кусочек лепестка тюльпана.

— Здесь здорово! – Сказала единорожка.

— М-м-м! Суп был великолепен! – Поддакнула Дэш. – Рассчитаемся поровну?

— Не волнуйся, всё схвачено! – Ответила Твайлайт, тщетно пытаясь привлечь внимание официанта к их столику.

— Но… — попыталась протестовать Рэйнбоу, и Твайлайт тихонько шикнула на подругу: щедрое жалование от Принцессы с лёгкостью покрывало все расходы.

— Всё в порядке, правда!

— Ты и так сделала для меня слишком много…

Твайлайт нежно взяла копыта Рэйнбоу в свои, и посмотрела ей прямо в глаза.

— Как и ты для меня! – Искренне ответила единорожка. – Правда, всё хорошо!

Их взгляды встретились. И Твайлайт, и Рэйнбоу в этот момент желали лишь одного: разделить друг с другом свою любовь и нежность.

— Спасибо, Твай! – Дэш тепло улыбнулась и посмотрела в прекрасные бездонные глаза подруги.

За эти дни Дэш не только изменилась сама – менялись и её чувства к Твайлайт. Простая влюблённость переросла в глубокую связь. Она знала, что всё происходит слишком быстро, но Рэйнбоу не хотелось думать об этом. В том, чтобы назвать эти чувства «любовью», не было ни грамма фальши или притворства. Твайлайт помогла ей, словно разбудила ото сна, вернула её настоящее «я». И даже больше – единорожка подарила Дэш доброту и любовь, незапятнанную предубеждениями. Любить Твайлайт было так же естественно, как и дышать, и Рэйнбоу дала себе обещание: с этого самого момента она сделает всё, чтобы стать достойной этой маленькой пони, что так неожиданно ворвалась в её жизнь.

Наконец-то пегасочке было, за что бороться. Наконец-то, взглянув в глаза возлюбленной, Рэйнбоу Дэш поняла, что нашла дорогу домой.

## Глава 7. Мой мир – как метеор.

В очередной раз извиняюсь за задержку — и сразу к хорошим новостям. Восьмая глава почти переведена и ждёт окончательной правки. Скоро всё будет! ;3 ...А тем временем безумно долгий день близится к завершению. Полёты наяву, страхи и сомнения — и, конечно же, любовь! Приятного чтения, поняши!

Покажи мне волшебство,

Заставь забыть о прошлом.

Глава 7. Мой мир – как метеор.

Светило Селестии клонилось к горизонту, скрываясь в невесомой оранжевой дымке над холмами окраин Понивилля. Так прошёл ещё один день – город стихал, а темнеющие мостовые жадно ловили тёплый свет окон. И в каждом окне горожане готовились ко сну, знаменуя окончание рабочего дня. И только окна библиотеки темнели в гордом одиночестве.

Но если бы вы в этот час подняли глаза к небу над городом, то в вышине, над холмами вы бы наверняка заметили две точки, слившиеся воедино, парящие в вечерней тишине. Тесно обнявшись, два подёрнутых рябью силуэта летели над городом в объятиях заходящего солнца, и с такой высоты улицы под ними стелились наподобие лоскутного одеяла.

Твайлайт ни на секунду не ослабляла объятий. Мгновением раньше ей двигал лишь страх высоты, но теперь его место заняла радость близости с любимой пегасочкой. Ей приходилось летать и раньше – будь то воздушный шар или королевская колесница, но ничто не могло сравниться с сегодняшним полётом. Рэйнбоу без особого труда подхватила единорожку, для начала сделав несколько больших кругов над городом. Сейчас же они просто лениво парили в предзакатном небе.

Как ни странно, идея полёта целиком и полностью принадлежала Твайлайт. Покончив с обсуждением теории единорожки, влюблённые весь день гуляли по городу, наслаждаясь обществом друг друга. Правда, неотложные дела разлучили их на пару часов, но вскоре они вновь встретились на городской площади. Близость пьянила их, и длительное расставание было просто невыносимо. Когда наши пони вернулись в библиотеку, Твайлайт заметила, что Рэйнбоу так и рвётся в небо, и предложила полетать вместе. Дэш удивилась желанию подруги подвергнуть себя подобному испытанию, но сама мысль о совместном полёте заставила её сердце биться сильнее.

Стоило им взлететь в небеса, шум ветра в ушах и с каждой минутой удаляющаяся земля перепугали Твайлайт. Но она полностью доверяла Дэш, и вскоре её страхи остались позади. Они парили в вышине, чуть ослеплённые лучами заходящего солнца, глаза в глаза, тесно прижавшись друг к другу. Твайлайт нежно поглаживала радужную гриву Дэш, зачарованная огоньком вожделения, пылающим в глубине пурпурных глаз. С самого взлёта никто из них не проронил ни слова, но слова сейчас были не нужны.

Закрыв глаза, Твайлайт, наконец, уступила желанию, и впилась в губы пегасочки, чувствуя, как Рэйнбоу отвечает на поцелуй с томным вздохом на устах. Ветер разметал их гривы, а их язычки игриво плясали друг вокруг друга. Одним копытом Твайлайт продолжала гладить разноцветную гриву подруги, другим – упругое тело Рэйнбоу. Стоило Твайлайт задеть основание крыла Дэш, та вздрогнула и судорожно вздохнула, теснее прижимаясь к единорожке, ни на секунду не отрываясь от её губ.

Когда же, наконец, они решили прервать поцелуй, Твайлайт жадно вдохнула вечерний воздух, расцвеченный тёплыми лучами заходящего солнца. Дэш стала нежно целовать шею Твайлайт, и глаза единорожки загорелись от возбуждения. В ответ она принялась целовать ушки Рэйнбоу, слегка прикусывая кончики. Каждое подобное прикосновение заставляли тело Дэш содрогаться от удовольствия, и её прерывистое дыхание щекотало шею Твайлайт.

Спустя несколько минут Рэйнбоу слегка отстранилась, вновь заглянув в глаза Твайлайт. Они обе тяжело дышали, и румянец возбуждения плясал на их щеках.

— Полетели домой, — с улыбкой произнесла Твайлайт, поигрывая завитками гривы Дэш.

— Я бы с удовольствие парила бы здесь целую вечность, — кивнула пегасочка. – Но твоя идея мне тоже нравится!

Не разжимая объятий, Дэш стремительно понеслась к земле – прямо к дверям библиотеки. На секунду поймав взгляд единорожки, Рэйнбоу увидела восторг в её глазах, искренне радуясь тому, что смогла разделить с любимой радость полёта. Она легко коснулась земли, взметая облачко пыли у порога. Твайлайт, чуть пошатываясь, встала на копыта – и тут же опёрлась на дверь библиотеки, мгновенно потеряв равновесие.

— Ага, к этому не сразу привыкаешь! – Хихикнула Дэш.

Слегка пошатываясь, Твайлайт открыла дверь и пригласила Рэйнбоу войти. После тесных объятий вечерний воздух казался особенно холодным и негостеприимным.

— Это было просто потрясающе! – Произнесла Твайлайт, оказавшись в тепле библиотеки.

— Надо будет обязательно повторить как-нибудь! – Подмигнула пегасочка. – Любой полёт становится намного лучше, если рядом с тобой – любимая пони!

— Разумеется! – Рассмеялась Твайлайт. – Но я имела в виду не только полёты. – Щёки Дэш слегка зарделись в ответ, что показалось единорожке особенно умилительным.

— Я разведу огонь, идёт? – Дэш кивнула.

Спайк вернулся незадолго до них, и уже отправился на боковую. Заглянув в его корзинку, Твайлайт увидела, как дракончик мирно посапывает, сжимая в лапах огромный изумруд – трофей сегодняшней «охоты».

В камине догорала пара угольков, и магическая волна Твайлайт вновь оживила пламя. Вдруг внезапная мысль пронзила единорожку, словно стрелой:

«Не слишком ли мы торопимся? Надеюсь, Рэйнбоу не считает меня нетерпеливой!»

Положив несколько крупных полешек в объятия пламени, Твайлайт всеми силами попыталась отгородиться от терзающих её сомнений. Стоило огню основательно разгореться, она обернулась и увидела, с каким восхищением следит за ней Рэйнбоу. Единорожка тихонько хихикнула, и Дэш поспешно отвела взгляд, смущённо краснея.

Твайлайт почувствовала, что её жизнь, наконец, наполнилась счастьем и смыслом, но въедчивый разум мешал ей насладиться этим в полной мере.

«Мы вместе всего лишь один день! Что, если Дэши решит, что я просто тороплюсь? И на самом деле мне нельзя довериться полностью?»

На то, чтобы уйти с рельс самокопания, мыслям Твайлайт потребовалось несколько мгновений, проведённых в полной тишине. Тепло разгорающегося очага несколько облегчало задачу.

— Итак, — чуть вызывающе спросила единорожка. – Что будем делать?

Дэш, похоже, заметила тревогу Твайлайт и подошла к ней, положив копыто на плечо.

— Всё в порядке, Твай?

— Конечно, — слабо улыбнулась единорожка. – Просто мне бы хотелось иногда думать поменьше. – Её речь зазвучала несколько сбивчиво. – Я бы просто действовала, а не анализировала свой каждый шаг снова и снова. Пусть я слишком мнительна, но я не хочу торопить события и всё испортить…

Последние слова она произнесла почти что шёпотом. Рэйнбоу же обняла любимую пони и ласково прошептала в ответ:

— Твайлайт! Если ты думаешь, что мы торопимся – просто скажи! Я не против сбавить обороты – я ничем не хочу обременять тебя.

Хотя прикосновения Рэйнбоу и сняли львиную долю напряжения, этого было мало. Твайлайт принялась ходить из стороны в сторону, плохо скрывая раздражение.

— Это так… Моё сердце говорит, что всё в порядке, хоть мы и немного торопим события. Я готова пойти на всё ради тебя! Но мой разум – надоедливый занудный разум – твердит мне, что своим нетерпением я могу всё испортить, разрушить всё то, что мы создали вместе, и…

Она зарылась лицом в гриву Дэш, по-детски обняв её за шею. – Я так долго не выдержу…

Так они и простояли минута за минутой. Рэйнбоу Дэш крепко задумалась.

— Эй, — наконец, прошептала она. – Я буду двигаться с такой скоростью, как захочешь ты. Мы вместе всего день, но уже сейчас я могу, глядя тебе в глаза, сказать, что люблю тебя! Не потому, что я тороплюсь или поддаюсь влечению – я и вправду люблю тебя. Я уже достаточно повидала на своём веку, чтобы отличить истинное чувство от простого желания. Думаешь, я тороплюсь?

— Наверное, нет, — ответила Твайлайт, в очередной раз удивляясь мудрости и рассудительности подруги. – Я словно глупый жеребёнок, я… Я впервые испытываю подобные чувства. Это так много значит для меня… Ты так много для меня значишь… — Твайлайт смолкла на секунду и вновь взглянула в пурпурные глаза возлюбленной. – Я тоже тебя люблю! Вот почему я никогда не прощу себе надоедливость и нетерпение, если мне придётся потерять тебя!

— Никто из нас никуда не торопится, Твай! – Обнадёжила её Рэйнбоу. – Мы уже давно знаем друг друга, а если принять во внимание твои помощь и поддержку… Я скажу так: если что-то и должно было произойти между нами, то это должно было случиться стремительно. Обычно если пони торопят события и потом расстаются, то как правило мы говорим о флирте на вечеринке или о чём-то подобном. Они не знают – да и не хотят знать – друг друга. Я насмотрелась на это в Лётной школе. Все эти встречи и расставания – пустой звук, но то, что происходит между нами – это нечто большее. Я чувствую это. Мы смело можем пропустить этап «давай-познакомимся-поближе» — мы и так хорошо знаем друг друга! Мы, вроде как, срезали, — хихикнула Дэш. – Сказать по правде, я так и не поняла, почему твой выбор пал на меня, но я чертовски этому рада!

С этими словами пегасочка чмокнула Твайлайт в нос, отчего та облегчённо хихикнула.

— Обещаю перестать волноваться! – сказала единорожка.

— Ты? И перестанешь волноваться? – Дэш озорно подмигнула Твайлайт. – Ни в жизнь не поверю!

— Твоя правда, — откликнулась Твайлайт.

Так они и лежали у камина, весело потрескивающего сухими поленьями. Некоторое время они наслаждались теплом огня и близостью друг друга, болтая о том, о сём. Вдруг очередная тревожная мысль Твайлайт нарушила ход их беседы.

— Мы скажем остальным? Ну, о нас?

— Не вижу смысла скрываться от девчат, — пожала плечами Дэш. – Не скажем мы – за нас всё сделают слухи. Что именно тебя беспокоит?

— Просто я надеюсь, что они спокойно отнесутся к нам. Я не хочу рисковать нашей дружбой. – Твайлайт стала задумчиво трепать нитки, торчащие из ковра.

— Знаешь, на некоторые вопросы так сходу не ответить, — отозвалась Рэйнбоу. – Если ты не готова, мы можем немного повременить с признанием.

— Как думаешь, что они скажут? – Глаза Твайлайт всё равно выдавали её волнения и страхи с головой.

— С Флаттершай особых проблем не будет, — ответила Дэш. Она даже нисколько не удивится. – Тут Дэш чуть покраснела. – Вообще то, я вроде как первой призналась, что влюбилась в тебя!

— Правда?

— Ну да… Хотя, «призналась» — не то слово. Флаттершай продолжала возвращаться к этой теме, почти вытянув из меня признание!

— Вот так Флаттершай! – Хихикнула Твайлайт, чувствуя, как тают её страхи. – Мы говорим об одной и той же пони? – Тут она побледнела, представив перед собой другую пони.

— Селестия милосердная! Что о нас подумает Эпплджек?!

— А что с ней?

— Семья Эпплов славится консерватизмом, не так ли?

— Это точно! В вопросах «пчёлок и цветочков» бабуля Смит, должно быть, очень традиционна.

— Вот именно! – продолжила Твайлайт. – Вряд ли Эпплджек учили снисходительно относиться к «пчёлкам и пчёлкам».

— «Пчёлки и пчёлки»? – Рассмеялась Дэш. – А что, мне нравится!

Твайлайт не ответила, всерьёз беспокоясь за реакцию Эпплджек.

— Думаешь, она не поймёт?

— Даже если и нет – мы в этом точно не виноваты. К тому же она довольно современная пони – не то, что остальная семья Эпплов.

— Что ж, поживём – увидим! – Вздохнула Твайлайт. – Ну почему всё в жизни должно быть так сложно! Хотя, Пинки вряд ли сделает из всего этого трагедию

— И то верно, — задумчиво отозвалась Рэйнбоу. – А вот насчёт Рэрити я не уверена.

И вновь в библиотеке повисла тишина. Они смотрели на огонь, слушая треск поленьев и шум ветра за стенами. Ночь постепенно вступала в свои права, и за окном темнело с каждой минутой.

— Не против, если мы подождём со всем этим пару деньков? – Зевнув, спросила Твайлайт. – Расскажем им чуточку позже?

Тепло камина разморила Дэш, и пегасочка ответила сквозь полудрёму:

— Не вопрос… Только скажешь, как будешь готова…

Твайлайт хихикнула, оглядев Рэйнбоу с головы до ног.

— Знаешь, я и сама к этому не привыкну!

— Это словно сон, — улыбнулась пегасочка.

– И как хорошо, что всё это нам не снится!

— Согласна на все сто! – зевнула Дэш в ответ.

Взглянув на часы, Твайлайт еле скрыла удивление: как же быстро течёт время!

— Наверное, нам пора спать, — прошептала она. – Разумеется… Если ты … Ты переночуешь у меня?

Рэйнбоу Дэш взяла Твайлайт за копыто.

— С удовольствием! – Тепло улыбнулась она. – Но не хочу тебя ни к чему обязывать, или что-то вроде. Если тебе надо подумать…

— Я уже обо всём подумала, — откликнулась Твайлайт, обхватывая копыта Рэйнбоу и нежно целуя её в губы, словно подчёркивая важность каждого своего слова. Затем она встала и прикосновением магии потушила угасающий огонь в камине.

Каждый раз, глядя в глаза Дэш, Твайлайт чувствовала в них отголоски печали. Тепло любви не могло полностью заглушить это ощущение – и в этом не было ничьей вины, ведь в глазах Рэйнбоу все ещё отражалась боль предательства и унижения.

Твайлайт не могла жить без этих бездонных океанов пурпура, но каждый миг, когда она с головой окуналась в эти глаза, был сопряжён с болью от шрамов далёкого прошлого. И неважно, как давно исчез с мордашки маленького жеребёнка след копыта пьяного отца, как давно смолкли насмешки завистливых одноклассников… Твайлайт всё бы отдала, чтобы изменить прошлое пегасочки – но даже магия была не в силах ей помочь. Всё что оставалось единорожке – подарить Рэйнбоу будущее, которого она заслуживала.

Пламя свечей на плясало на их лицах, окутывая их тёплым светом. Выходя из комнаты, Твайлайт одним дуновением ветра магии потушила их все до одной, погружая библиотеку во мрак.

Когда Твайлайт и Дэш легли в кровать, прожитый день тяжким грузом лёг на их веки.

— Спокойной ночи, Твай! – Прошептала Дэш, укутываясь одеялом и вновь простирая крыло над хрупкой фигурой единорожки. Они легли лицом к лицу, тесно прижимаясь друг к другу.

— Сладких снов, Дэш! – Ответила Твайлайт, обхватывая талию возлюбленной, чувствуя тепло дыхания Рэйнбоу на своём носике. Закрыв глаза она с трудом могла представить себе, как вся её жизнь изменилась всего за один день! Проснувшись сегодня утром, она и подумать не могла о том, что вечером будет засыпать в объятиях любимой Рэйнбоу Дэш.

Также единорожка с облегчением вспомнила, что Дэш согласилась помочь ей в завтрашнем эксперименте, и, если расчёты Твайлайт верны, со временем Рэйнбоу без труда вернёт себе титул самой быстрой пони в Эквестрии. И как ни странно это не звучало, Твайлайт может стать тренером пегасочки – вот вам и ещё один сюрприз этого дня!

Перед тем, как отдаться во власть сна, Твайлайт снова открыла глаза, чтобы просто посмотреть на Дэш. Пегасочка на удивление быстро заснула, несмотря на отсутствие своего привычного облака-кровати. Единорожка улыбнулась, закрывая глаза и погружаясь в тёплую бездну сна.

Этот день был полон неожиданностей. Чем же обернётся день завтрашний?

## Глава 8. Поймать лазоревку.

Легко ли сказать: встань и иди? Твайлайт и Дэши предстоит ответить на этот вопрос. Чем же обернётся смелый эксперимент единорожки? Приятного чтения!

И разум всё равно найдёт

Лазейку, чтоб тебя предать.

Но день за днём идёт на счёт

Лишь то, что можно в руки взять.

— Так, что мне надо сделать?

Утро следующего дня наступило неожиданно быстро. Твайлайт проснулась на восходе солнца – ей не давало покоя предвкушение сегодняшнего эксперимента, но вот для того, чтобы разбудить Рэйнбоу, единорожке пришлось потратить немало сил. Однако один тот факт, что Дэш провела эту ночь в одной постели с Твайлайт, с лихвой искупал все хлопоты этого утра.

И вот, наконец, они оказались посреди большого поля на окраине Понивилля. Туман рассеивался, и последние капельки росы блестели на их копытах. Зная, что большую часть времени тёплые крылья Дэш будут в недосягаемости, единорожка предусмотрительно прихватила с собой шарф и шапочку. С помощью магии Твайлайт примяла траву на ровном участке поля, формируя импровизированную взлётно-посадочную полосу. Именно сейчас там и находилась Рэйнбоу.

Твайлайт прихватила с собой блокнот, перья и несколько измерительных приборов из лаборатории, хотя единорожка и сомневалась в том, что они понадобятся ей на первом же испытании. Сегодня её собственных глаз было предостаточно.

— Хорошо! Теперь расправь крылья. Как только ты осуществишь привязку магического поля к нашей площадке, можно будет начинать!

Дэш кивнула, но что такое «магическое поле» и для чего его нужно «привязывать», так и осталось за гранью её понимания. Решив, что сейчас не время для лишних вопросов, она распахнула крылья, расправляя их над землёй как во время парения.

— Хорошо. Теперь это прозвучит странно, но… — Твайлайт смолкла, не в силах предугадать реакцию Дэш на подобное предложение. – Попробуй взлететь и зависнуть в воздухе без помощи крыльев.

— Попробуй – что?

— Взлететь без помощи крыльев, — повторила Твайлайт, решив немного освежить память пегасочки. – Помнишь, я рассказывала, что движения крыльев в полёте – всего лишь пусковой механизм, помогающий твоему сознанию слить воедино движение мышц и магию. Полностью исключив работу мышц во время полёта, мы полностью откроем весь потенциал магии.

— Попытаюсь, — в голосе Дэш сквозила неуверенность. Твайлайт вздохнула: с таким настроем Рэйнбоу ни на дюйм не оторвётся от земли. Пока она не поверит в то, что взлететь без помощи крыльев возможно – её будут преследовать неудачи.

Но Дэш хотя бы попыталась. Она закрыла глаза и вытянулась по струнке, выгнув спину и высоко запрокинув голову. «Вверх! Вверх!», мысленно приказала она сама себе, собрав всю силу воли, чтобы взлететь. Спустя несколько секунд она открыла глаза и… Всеми четырьмя копытами она всё так же уверенно стояла на примятой траве.

Она повторила попытку, приложив все силы, чтобы оторваться от земли. Твайлайт не сводила глаз с пегасочки. После нескольких минут сосредоточенного сопения Рэйнбоу покачала головой.

— Так не пойдёт, — сказала она. Твайлайт возвела очи горе.

— О чём ты думаешь, пытаясь взлететь?

— «Вверх, вверх», наверное…

— А когда ты взлетаешь с помощью крыльев, ты тоже мысленно отдаёшь себе приказы?

— Нет, конечно! – Удивилась Дэш. – Я просто делаю взмах – и лечу…

Твайлайт стала задумчиво прохаживаться из стороны в сторону.

— Я знала, что нам с тобой придётся нелегко, но на деле всё оказалось намного сложнее. Движения крыльев теперь настолько тесно вплелись в акт полёта, что стали почти инстинктивными. И это характерно для всех пегасов – не только для тебя. Теперь попробуй взлететь как обычно, с помощью крыльев, и внимательно следи за тем, о чём ты думаешь и что ощущаешь во время взлёта.

Твайлайт опасалась, что Рэйнбоу потеряет интерес к этому эксперименту намного раньше, чем можно будет сделать хоть какие-то выводы. Однако пегасочка взмахнула крыльями и легко взмыла в воздух, зависнув в паре метров над землёй. Она замерла, пытаясь вспомнить свои мысли и чувства.

— Я ни о чём не думала! – Наконец, отозвалась она. – Я просто взмахнула крыльями — и всё! Прости, Твай. Не знаю, смогу ли я тебе помочь. Но я попытаюсь!

Она спустилась на землю и поникла.

— Знаешь, ты всегда была учёным, а я — спортсменом. А теперь мне приходится заниматься всей этой… наукой. А я даже в двух соснах без компаса заблужусь – какой из меня учёный?!

— Но в самой себе ты точно не заблудишься! – Воскликнула Твайлайт, и чуть тише продолжила. – Послушай, наверное, мы всё делаем не так. Тебе просто надо поверить в свои силы – и тогда нас ждёт успех. Уверенность – вот ключ к победе!

Дэш вздохнула:

— Я бы с радостью, но… Всё моё детство мне твердили, что я ни на что не годна. Чем бы я не отвечала – моему самомнению пришлось нелегко. Что бы я ни делала, каких высот ни достигала – они всегда преследовали меня. Даже сейчас… Их голоса… Его голос…

— Но они ошибались! — Настойчиво сказала Твайлайт. Дэш закрыла глаза.

— Твои слова так много значат для меня, Твай! Может, теперь всё будет иначе. – Она слабо улыбнулась. – Я знаю, что дело этого стоит. Я попробую ещё раз.

Твайлайт улыбнулась в ответ, но на душе её было неспокойно. Она боялась, что неудачный эксперимент может разбередить старые раны Дэш. Единорожка была восхищена смелостью подруги, раз за разом бросающейся в бой с демонами прошлого, но что если она проиграет очередную битву? Ведь её душевное состояние и так далеко от равновесия!

«Зачем тебе всё это! Если Дэш станет хуже, виновата будешь только ты!»

— Рэйнбоу! – Воскликнула Твайлайт.

— А? – Дэш уже вернулась в центр площадки, готовясь продолжить эксперимент.

— Не уверена, что нам нужно продолжать!

— Это ещё с какой стати?

— Тебе больно, я вижу. С первого раза может ничего не получиться, эксперимент может затянуться на недели и месяцы, но я не хочу, чтобы из-за этого ты вновь почувствовала себя неудачницей!

Дэш подошла к Твайлайт, заглянув ей в глаза.

— Обещаю, этому не бывать, — нежно сказала она. – Да, неудачи меня не особо радуют, но я больше не доведу себя до такого состояния, как пару дней назад. К тому же, у меня есть ты. Разве можно считать неудачницей того, у кого есть такая замечательная поняша?

Твайлайт улыбнулась, зардевшись от похвалы.

— Знаешь, Дэш, ты очень милая! – Лёгкий поцелуй в щёку красноречиво дополнил слова Твайлайт.

— Может быть, ты и права, — хихикнула Рэйнбоу. – Только не говори никому!

Поцеловав Твайлайт в ответ, Дэш вновь вернулась на площадку. Не смотря на искренность Рэйнбоу, единорожка всё ещё чувствовала себя виноватой.

Встав в центр площадки, Дэш закрыла глаза и распахнула крылья. Теперь она расслабилась, пытаясь оживить воспоминания о ощущении свободы, которое сопровождало её во время каждого взлёта. «Давай, Дэш! У тебя получится!». Она представила себе, как ветер развевает её гриву, и ощутила прилив уверенности.

На мгновение восторг полёта захлестнул её – Рэйнбоу была готова поклясться, что она словно стала легче, её копыта стали меньше давить на землю…

«Я смогу!»

Земля будто бы подталкивала Рэйнбоу вверх, казалось, ещё чуть-чуть…

«…Я здесь, Дэши. Вот почему ты снова проиграешь…»

Голос в голове принадлежал не ей. Отец. Запах виски снова ударил в ноздри.

«Нет! Ты неправ! Я докажу это!»

В ту же секунду чувство лёгкости и восторга покинули Рэйнбоу, и земля вновь усилила хватку. Всё, чего добилась Дэш за эти минуты, исчезло без следа. Горечь воспоминаний вновь вернула пегасочку на грешную землю – а она была так близка к успеху!

«… Я здесь! Я всегда буду с тобой…»

Рэйнбоу поняла свою ошибку. Она обещала никогда не делать что-то, чтобы только доказать своему отцу его неправоту. Одно лишь воспоминание – и всё пошло наперекосяк.

«… Я здесь, Дэши…»

Он сдержал обещание, данное много лет назад. Его призрак преследовал Рэйнбоу. Что, если он прав? Останется ли он с ней на всю жизнь, пожирая изнутри её душу?

Мелкая дрожь сотрясла её тело, колени подогнулись, и, перед тем, как сомкнулись веки, Дэш увидела, как Твайлайт испуганно несётся к ней. Воспоминания вновь захлестнули пегасочку. Весь мир исчез – и вдруг Рэйнбоу оказалась совсем в другом месте.

В другом времени.

* * *

— Пропустите, я член семьи, — последние слова обожгли язык крошечными угольками, заставив вжать голову в плечи. Охранник отошёл в сторону и загремел ключами, отпирая дверь.

Крепкие стены тюрьмы были холодными на ощупь и не такими мягкими, как обычные облака. Казематы Клаудсдейла под полицейским участком были созданы не для удобства. Несколько свечей отбрасывали на стены и прутья решётки неровный желтоватый свет. По обе стороны от прохода находились камеры – по шесть с каждой стороны; здесь мрачный пони-охранник нёс свою службу. В её адрес неслись солёные шутки и ругательства заключённых, но она не обращала на них внимания: её взгляд был прикован к предпоследней камере слева.

— Я здесь, — раздался хриплый голос.

Сердце Рэйнбоу Дэш сжалось, но она старалась держать голову как можно выше, чтобы глаза не выдали её. Она заглянула в камеру сквозь узкие прутья решётки. Пегас, лежащий на полу, представлял собой ужасное зрелище: один его глаз заплыл, другой слезился от похмелья. Всё его тело было покрыто синяками и ссадинами.

— Чего пришла? – Просипел он. Его прежний мейнхэттанский акцент с трудом пробивался сквозь аромат виски. – Посмеяться? Знаешь, лежачего не бьют!

Его отрывистый смех вдруг перешёл в лающий кашель. Он запрокинул голову, указывая на синяк под глазом.

— Красота, а? Личная подпись того ублюдка в баре. Хех, видела бы ты, как я его рожу подписал! Меня втроём от него оттаскивали – да не успели чуток… — В его голосе прозвучало что-то похожее на гордость, и комок желчи подступил к горлу юной пегасочки.

— Драка в баре? – Холодно рассмеялась Дэш. – Это низко – даже для тебя.

Она покачала головой. Несколькими минутами ранее она сняла заколки для волос, и её локоны волнами вторили движению головы. Заключённый заворожено смотрел на них.

— У тебя грива матери, — задумчиво произнёс он. – Только у неё – и у тебя – и больше ни у кого другого я не видел такой красоты. И, знаешь что, Дэши? – Ухмыляясь, он подался вперёд. – Ты очень на неё похожа. Ну, скажи ещё разок, как низко я пал! Сразу полегчает. Мы оба знаем, ни будь этой решётки между нами, ты бы даже не пикнула! Как и она. Ни разу не сказала мне в лицо, что думает обо мне. Записочку только оставила… Ладно, издеваться будешь – или как?

Рэйнбоу уже почти выросла – хотя размах её крыльев приблизился к параметрам зрелого пегаса всего пару месяцев назад. Но уже сегодня она знала, что и как будет делать. Сегодня она сразится с демонами собственного прошлого.

— Издеваться? – Переспросила она, изо всех сил пытаясь сохранить силу духа. – Нет. Я пришла сказать, что ты меня больше не увидишь.

Она прижалась к решётке, чётко выговаривая каждое слово.

— Думаешь, ты был жесток ко мне? Я тоже могу быть жестокой. Я бросила школу. Я улетаю из Клаудсдейла. Я хочу, чтобы ты знал: у меня всё будет хорошо.

Она улыбнулась, но в её глазах не было ни капельки тепла.

— Мы видимся в последний раз, и я хочу, чтобы ты навсегда запомнил нас именно такими. Ты под замком на холодном полу, побитый и униженный, медленно убиваешь себя. А я стою рядом – гордо подняв голову, и говорю, что тебе так и не удалось сделать то, о чём ты мечтал. Не удалось превратить мою жизнь в грёбаный ад. До свидания, папа.

Дэш отвернулась и пошла прочь. Отец снова заговорил.

— Может быть, ты и права…

«Не оглядывайся, не останавливайся, не слушай! Ты свободна! Иди!»

Но она продолжала слышать его голос. Каждое слово:

— Может, я и не увижу тебя. Но ты – ты ещё не раз увидишь меня. Я вижу твою ненависть, твои воспоминания. Вспомни свои синяки! Ложь в школе. А как же мама? Она ведь говорила, что случайно обожгла щёку утюгом, когда гладила свои вещи, да? Вот ведь выдумщица!

Вслед Дэш разнёсся резкий смех, полный садистского чувства юмора. Пегасочка уже подошла к двери и жестом попросила охранника выпустить её.

— Как же ты хочешь, чтоб я облажался! Хочешь взлететь повыше, чтобы насладиться моим падением? Хорошо, но тогда знай: взлети хоть до самого солнца, но и там я найду тебя. Я сгнию в этой камере, или сдохну в пьяном угаре – но я останусь рядом с тобой.

Дверь, наконец, открылась, и Рэйнбоу изо всех сил бросилась к выходу из участка, не обращая внимания на его последние слова:

— Пока ты ненавидишь меня, я буду…

Его речь оборвалась на полуслове, когда пони-полицейский закрыл дверь за пегасочкой. Грохот замка словно поставил точку в этой длинной истории.

Его больше нет. Отец покинул её жизнь. Она свободна.

— Вы в порядке, мисс? – спросил охранник. Она не ответила, не желая оставаться здесь ни секундой дольше. Она проскочила пост охранника, выбежала из участка и взлетела в небо, оттолкнувшись от края облака.

… Пока ты ненавидишь меня…

Эти слова эхом отозвались в сознании пегасочки, но она выбросила их из памяти, не обращая никакого внимания на их смысл. Капкан захлопнулся: ловушка, столь мастерски подготовленная её отцом, превосходно справилась с задачей.

«Он мне не нужен», повторяла она про себя. «Буду жить, словно его и не было вовсе! Я докажу, что он был неправ!»

… Докажу, что он был неправ…

Несколько слов – таких знакомых и простых.

Несколько слов, ставших для неё молитвой.

Несколько слов, за которые она возненавидит себя.

* * *

— Рэйнбоу! Давай, очнись!

Открыв глаза, Дэш поняла, что лежит на влажной траве. Твайлайт испуганно смотрела ей в глаза, тряся за плечи. Ей и в голову не могло прийти, что произошло с Дэш за эти минуты, но у пегасочки не было времени объяснять. Она знала, что надо делать.

— Я ошибалась, — произнесла Дэш. – Я так ошибалась!

Она поднялась на копыта, отстраняясь от заботливых объятий Твайлайт.

— Ошибалась? Насчёт чего? – В голосе единорожки читалась тревога – не побочное ли это действие её эксперимента?

— Не волнуйся, — прошептала Рэйнбоу, вставая в центр площадки и распахивая крылья. – Всё в порядке. Дай мне пару секунд – ты всё увидишь сама!

Твайлайт не имела ни малейшего понятия, что происходит с Дэш, но всё же отошла. Что-то подсказывало ей, что происходящее крайне важно для пегасочки.

Дэш закрыла глаза, вновь ощущая волну лёгкости, пробегающую от кончиков крыльев по всему телу. На этот раз всё было намного легче – она знала, какие чувства ей следует искать – и знала, что ждёт её дальше. Знала, для кого она готовит собственную ловушку.

«Давай!», раздался голос отца. «Докажи, что я неправ! Покажи, как сильно ты ненавидишь меня! Давай, лети!»

Дэш просто стояла и ждала, когда голос смолкнет. Затем она сложила крылья вдоль туловища. Чувство лёгкости всё ещё пульсировало внутри, придавая пегасочке сил.

«Папа, ты действительно неправ – но не в том смысле, который сам вкладываешь в эти слова. Чтобы осознать это, понадобились годы, но теперь мне всё понятно. Ты для меня – никто. Мне всё равно, прав ты, или нет. Мне никогда не надо было злиться на тебя. Не нужно было мстить. И если я взлечу, то сделаю это не против твоей воли. А ради себя.

Я забываю тебя»

Насмешливый голос смолк. Перед глазами всё ещё стояло его лицо – но теперь это была не более чем выцветшая фотография, полузабытое воспоминание. Он ничего не значил для Дэш. Он просто исчез, захватив с собой самые тёмные воспоминания, саму причину всех её несчастий. Та статья в газете стала началом пути к свободе – и лишь теперь Рэйнбоу прошла этот путь до конца. Очищение. Катарсис.

Не нужно больше обманывать себя. Тешиться напрасными надеждами или доказывать что либо. Рэйнбоу была свободна. От отца, от собственного прошлого. Пришло время посмотреть в будущее.

Дэш услышала изумлённый вздох Твайлайт. Она открыла глаза…

Рэйнбоу зависла по меньшей мере в шести футах над землёй. Ощущение невесомости охватило всё тело, и Дэш поняла, что для того, чтобы лететь, ей нужно лишь подумать об этом. Она поджала копыта и распахнула крылья, пролетела несколько метров вперёд, затем, описав широкую дугу, вернулась к стартовой площадке. За всё это время она ни разу не взмахнула крыльями. Твайлайт не сводила с подруги взгляда, исполненного удивления и восторга. Дэш подлетела поближе к единорожке.

«Вот тебе и привязка магического поля», думала Рэйнбоу, не прекращая ни на минуту ликовать по поводу своих успехов – и в эксперименте, и в собственной жизни.

Она приземлилась рядом с Твайлайт и страстно впилась в её губы. Пускай впереди долгие объяснения и рассказ об освобождении от прошлого, но сейчас весь мир может подождать. Рэйнбоу оторвалась от губ возлюбленной, желая вымолвить хоть слово. И, так как ничего путного не приходило на ум, она вновь прильнула к губам единорожки. И ощутила, как, заражаясь страстью Рэйнбоу, губы Твайлайт изгибаются в улыбке – и страстно отвечают на поцелуй.

Спустя несколько мгновений они отстранились друг от друга, и Дэш почувствовала, как с её груди спадают тяжёлые цепи – груз, которого она уже не замечала долгие годы.

— Что ж, — начала было Твайлайт, но впервые за всю свою жизнь не смогла найти слов.

— Не знаю, как ты, — озорно подмигнула Рэйнбоу. – А я объявляю эксперимент удачным!

## Глава 9. Ради Гармонии.

...Ты стала свободной, Дэши! Свободной любить и быть любимой. Свободной от призраков прошлого. Свободной даже от необходимости махать крыльями во время полёта!Но что тебе эта свобода, если ты не можешь даже пошевелиться?.. Приятного прочтения! И да,отвечаю на вопрос Kara: чистого времени на перевод и вычитку — пять часов на 3 с лишним тысячи слов.

Глава 9. Ради Гармонии.

Мне нужно укрыться

От грядущего шторма…

Рэйнбоу Дэш приземлилась на пороге своего дома-облака. Её сердце всё ещё радостно билось от осознания новых возможностей. За весь обратный путь она ни разу не взмахнула крыльями, лишь иногда она складывала и вновь расправляла их, не переставая хихикать, как пони-школьница. Как бы то ни было, летать со сложенными крыльями было не так эффектно, как с расправленными, но жажда новых ощущений полностью овладела пегасочкой.

После того, как Твайлайт и Дэш вернулись в город, они были вынуждены расстаться – пусть и ненадолго. Единорожке следовало сделать необходимые заметки об эксперименте, а Рэйнбоу – хотя бы на пару часов показаться в Отряде Погоды. Им нужно было увидеть, что Дэш снова вернулась в строй.

Дабы избегнуть ненужных вопросов, за всё время патрулирования Рэйнбоу изо всех сил старалась не показывать своих новых навыков, хотя теперь полёт с использованием крыльев казался пережитком прошлого. Движения крыла всё ещё были инстинктивными и привычными, но в то же самое время – абсолютно ненужными. Дэш больше ничего не сдерживало. Только сейчас она поняла, насколько сильно может измениться жизнь каждого пегаса, опубликуй Твайлайт результаты своего эксперимента.

Часы показывали пять вечера, когда Рэйнбоу вошла в дом и с облегчением положила лётные очки на столик в прихожей.

«Что бы такое поделать?» Она рухнула на облако-диван, испустившее струйку водяного пара под весом пегасочки, взяла с пола выпуск «Еженедельника Вандерболтс», но не прочитала ни строчки. Некоторое время Рэйнбоу просто лежала на диване, вспоминая события последних дней. И, что бы она ни делала, все её мысли возвращались к Твайлайт Спаркл.

Прошло несколько минут, прежде чем её живот негромко заурчал, заставив Дэш выкинуть из головы не совсем невинные фантазии, касающиеся одной единорожки-библиотекаря, встать с дивана и пойти на кухню. Рэйнбоу сладко зевнула – у неё был трудный день, и она заслужила кусочек чего-нибудь вкусненького. Хорошо, пять кусочков…

Пегасы – очень осторожные существа. Они чувствуют, если что-то идёт не так. Только вот иногда бывает уже слишком поздно.

Дэш навострила уши – и замерла, как вкопанная. Звук сработавшего заклинания за её спиной нельзя было спутать ни с чем, и в ту же секунду тёплые волокна силы опутали тело пегасочки. Она попыталась обернуться – и не смогла пошевелиться. Как ни старайся, лишь веки остались ей послушны. Кто-то за её спиной продолжал плести заклинание Обездвиживания, и нить за нитью серебряные потоки магии сковывали её тело. Глаза Рэйнбоу метались из стороны в сторону, но она не могла увидеть незваного гостя, в чью западню она только что угодила.

— Я бы попросил вас не двигаться и не оглядываться, но, наверное, в этом нет никакой нужды, — голос принадлежал относительно молодому жеребцу. Кэнтерлотский акцент придавал ему некоторую напыщенность, и в остальном говорящий излучал уверенность в себе и необычную силу.

— Давайте проясним одну вещь, мисс Дэш, — спокойно продолжал незнакомец. – Мне не составит особого труда поднять вас, перенести к порогу дома и сбросить с облака, не снимая заклинания. – Сердце Рэйнбоу отчаянно забилось, а глаза лихорадочно засновали из стороны в сторону – теперь уже от ужаса. Её было крайне трудно испугать: единоборство с огнедышащими драконами было для Дэш обычным делом, но ощущение беспомощности против магии было намного страшнее.

— После этого я бы вернулся к себе домой и уснул бы сном новорождённого жеребёнка. Но у меня нет особого желания убивать вас. Я ничего не имею против вас лично – просто вы оказались в неправильное время и в неправильно месте.

Дэш пыталась закричать, но безуспешно.

— Я знаю, о чём вы думаете: есть ли шанс, что я оставлю вас в покое, и мы больше никогда не увидимся? Дело в том, что я уже немолодой и вполне благоразумный жеребец, и могу утвердительно ответить на ваш вопрос. Мы можем никогда не встретиться снова – но только на определённых условиях. – Незнакомец прочистил горло. – Ваша маленькая подружка стала задаваться интересными вопросами, и ей самое время остановиться. С вами всё несколько сложнее. Это касается того, о чём мисс Твайлайт рассказала вам, чему вас научила. Итак, вот мои условия. Никто не должен узнать о работе Спаркл из ваших уст. Вы никогда не станете использовать эти приёмы в полётё. Вы перестанете помогать мисс Твайлайт в её экспериментах.

Дэш услышала приглушённое цоканье копыт и скрип открываемой входной двери. Пот градом катился с её лба – но она боялась не столько за себя, сколько за Твайлайт. Если такое происходит с ней, что же пришлось пройти единорожке? Звуки шагов незнакомца смолкли – по–видимому, он замер в дверях.

— Вы, должно быть, задаётесь вопросом: почему бы мне всё же не скинуть вас с облака, не утруждая себя уговорами и просьбами. – В его голосе послышались нотки вины. – Видите ли, наша организация служит определённой цели. Во многом, эта цель схожа с вашей – поддержание равновесия, Гармонии. Вы являетесь носителем одного из Элементов Гармонии, и я не сомневаюсь, стоит какому-либо чудовищу посягнуть на безопасность Эквестрии, вы и ваши друзья вновь спасут нас всех. И, если вас не станет, никто не окажется в выигрыше от этого. Однако, и у нашего терпения есть предел. Если нам придётся заставить вас замолчать, так тому и быть. Мы предупреждаем лишь однажды – считайте, вы только что получили наше предупреждение. Некоторые вещи имеют слишком большое значение. Мисс Дэш, нарушьте наше соглашение – и мы узнаем об этом. Поверьте мне. Если до нас дойдут сведения о вашем непослушании – я нанесу вам ещё один визит. – Говорящий едко хихикнул. – А затем я навещу и вашу маленькую Твайлайт.

Одна единственная слезинка скатилась по щеке Рэйнбоу. В тот же миг сдавленный стон прорвался сквозь скованные заклинанием голосовые связки пегасочки.

— Если вам станет легче, я тоже не получаю удовольствия от нашей с вами беседы. Но то, что бывает необходимо, зачастую не совсем приятно. Надеюсь, мы с вами больше никогда не встретимся, Рэйнбоу.

Звук закрывающейся двери. Тишина. Затем оковы заклинания спали, и пегасочка рухнула на пол. Всю её трясло – не столько от последствий магического воздействия, сколько от пережитого потрясения. Её сердце было готово вырваться из груди.

Как только она смогла стоять на ногах, Дэш вскочила и кинулась к двери, едва не снеся её с петель.

— А ну вернись и повтори, что сказал, трус! — Закричала она с порога – но всё было напрасно. На губах играл едкий металлический привкус – такой же, какой оставляло Телепортационное заклинание Твайлайт. Дэш понимала, что неизвестный жеребец был искусным единорогом-чародеем, и в данный момент мог находиться где угодно.

«Надо обо всём рассказать Твайлайт», подумала она. «Что бы это не значило».

И тут страх захлестнул её с новой силой. Её возлюбленная была совсем одна, беззащитна перед незнакомцем! Возможно, уже не одна…

«О, Селестия! Твайлайт!»

Ещё никогда она так резко не набирала высоту. Надеясь лишь на чудо, Рэйнбоу молнией понеслась к Понивиллю.

Несколькими минутами ранее.

«И последняя…»

Твайлайт взяла скрепку и захватила края листов пергамента, над которыми она трудилась последние несколько часов. Теперь, имея неоспоримые доказательства правоты своей теории, единорожка могла оформить её в виде официального отчёта, приложив к нему пару диаграмм и вспомогательных формул. Перечитав название работы на титульном листе, она не смогла сдержать улыбки:

«Теория Спаркл-Дэш: тауматургия полёта пегасов»

Твайлайт хотела сделать три копии работы: одну оставить себе, другую отослать Принцессе, третью – для статьи в научном журнале Королевского Кэнтерлотского Университета. Однако ей предстояло проделать немалую работу. Хотя у неё имелись необходимые доказательства, для развития теории потребуются более тонкие вычисления. Если бы только Спайк был рядом – но дракончик вызвался помогать Флаттершай, по крайней мере, если верить его словам. Твайлайт обратила внимание, насколько сбивчиво прозвучало его объяснение перед тем, как Спайк ушёл из библиотеки этим утром, но предстоящая работа отвлекла её от этой проблемы.

Очистив перо и надёжно завернув пробку чернильницы телекинезом, она поднялась в свою комнату, чтобы прибрать разбросанные листы пергамента. Здесь было темно – шторы так и остались занавешенными с утра, свечи были потушены. На той половине кровати, где спала пегасочка, простынь и одеяло сбились в кучу. Твайлайт замерла на пороге и вздохнула.

«Вот Рэйнбоу была бы здесь!»

Тряхнув гривой, она принялась подбирать с пола и стола листы пергамента. «Не зацикливайся!», приказала Твайлайт самой себе.

Внизу послышался звон разбитого стекла – затем, ещё один, намного громче первого. Твайлайт вздрогнула от неожиданности, и листы пергамента, словно осенняя листва, вновь упали на пол комнаты. Обернувшись, единорожка вмиг слетела вниз по лестнице, чтобы узнать причину шума. В большой комнате её поджидал не совсем приятный сюрприз, заставив Твайлайт замереть на месте от удивления.

Кто-то кинул кирпич ей в окно. Битое стекло усеивало половики и работу Твайлайт, которая, к счастью, не пострадала. Пролетев через всю комнату, кирпич разбил вазу у дальней стены. Аккуратно обходя осколки, Твайлайт заметила, что вокруг кирпича, теперь покоящегося у основания книжной полки, обёрнут кусок какого-то материала.

Отложив осмотр улики на потом, Твайлайт смела осколки в сторону волной магии и выскочила на улицу. Всё было чисто – никого, кто мог бы бросить кирпич в окно библиотеки.

— Что это ещё за фокусы! – рассержено крикнула она в пустоту улицы, затем вернулась домой, всё ещё кипя от гнева. Хотя страховка и покроет все затраты, замена оконного стекла никак не входила в ближайшие планы Твайлайт. Сотни осколков поднялись в воздух, влекомые магией единорожки, кружа вокруг неё словно хрустальные созвездия. Это зрелище можно было бы назвать красивым – если бы только Твайлайт не была столь рассержена.

Собрав все осколки в плотный шар, Твайлайт раздражённо фыркнула и отправила его прямиком в мусорную корзину. И только теперь можно было заняться кирпичом – вернее, тем, что было обёрнуто вокруг него. Оказалось, что это – кусок пергамента. Магия Твайлайт аккуратно сняла его и развернула перед лицом единорожки.

Осколки стекла чуть поцарапали пергамент в нескольких местах, но в целом лист был в хорошем состоянии, и текст, написанный на нём, можно было довольно легко прочесть. Она положила лист на стол, развернула его и придвинула свечу. Послание было выполнено убористым и изящным почерком, хотя по всему было видно, что автор его торопился. Твайлайт начала читать, и гнев на её лице сменился удивлением и страхом.

«Мисс Твайлайт Спаркл!

Кажется, теперь нам удалось привлечь ваше внимание.

Ваши исследования в области

магических способностей пегасов подошли к концу.

Вы не опубликуете ни строчки из вашей работы.

Вы никому не скажете ни слова о ней.

Вы больше не проведёте ни единого эксперимента.

В случае вашего неповиновения

последуют санкции с нашей стороны.

Для этого у нас есть все возможности,

о чём может свидетельствовать мисс Дэш.

Со временем вы поймёте наши мотивы.

Со временем вы даже захотите к нам присоединиться.

Надеюсь, вы примете эти слова к сведению.

Примите мои искренние извинения».

Твайлайт несколько раз перечитала записку. Её рот был приоткрыт от изумления, мысли нестройным хороводом носились в голове. Что такого опасного было в её исследованиях, что эти пони были настолько озабочены ими? Нужно было что-то предпринять. Но что?

Но одна строчка особенно запомнилась Твайлайт: «…о чём может свидетельствовать мисс Дэш…»

— Рэйнбоу!.. – Прошептала она, цепенея от ужаса. Если что-то случится с Рэйнбоу из-за её участия в эксперименте, вина за это ляжет на Твайлайт. Она бросилась к двери, чтобы немедля отправиться к Дэш, но тут входная дверь распахнулась от мощного удара.

Твайлайт в изумлении смотрела на ворвавшуюся в библиотеку Рэйнбоу: глаза пегасочки метались из стороны в сторону, на лице застыла гримаса ярости. Наконец, её взгляд остановился на Твайлайт.

— Где они? – Закричала пегасочка. – Если тебя хоть копытом тронули, я их всех на части разорву!

— Кого? – в замешательстве спросила Твайлайт.

Дэш перевела дыхание. Яростный зверь, защищающий жизнь возлюбленной, уступил место прежней Рэйнбоу. Она подбежала к единорожке и заключила её в поистине медвежьи объятия.

— Всё в порядке… Хвала Селестии, ты цела!

— Дышать… Не… Могу… — прохрипела Твайлайт, и пегасочка немедля ослабила хватку, испытывая неимоверное облегчение. – Это как-то связано с кирпичом? Рэйнбоу, в чём дело?

— Единорог! – Воскликнула Дэш. – Какой-то жеребец ворвался ко мне в дом. Наверняка, наложил на меня заклинание паралича – я и пошевелиться не могла. Он угрожал мне, сказал, что если я продолжу использовать технику полёта, что ты мне показала, он…Он… О, Твай! Я думала, что они и до тебя добрались!

Твайлайт в ужасе уставилась на пегасочку.

— Он угрожал тебе? – Она изо всех сил пыталась ничем не выдать своего волнения.

— Да, но… С тобой точно всё в порядке? Стоп, какой кирпич?

Всё ещё в ярости от того факта, что кто-то ворвался в дом её возлюбленной и угрожал ей, Твайлайт не сразу смогла переключиться на собственные неприятности.

— Да, кто-то швырнул кирпич мне в окно, — она жестом указала на записку на столе. – К кирпичу прилагалось послание – я думаю, это дело копыт тех же пони.

Дэш и раньше почувствовала небольшой сквозняк в библиотеке, но только сейчас заметила осколки стекла в оконной раме. Помотав головой от отвращения к подобному хулиганству, Дэш просмотрела письмо на столе,

— Ну, мне сказали примерно то же самое, разве что не предлагали присоединиться к ним, — заметила Рэйнбоу. – Слушай, зачем им всё это? Что такого важного в твоих исследованиях?

— Без понятия, — покачала головой Твайлайт. – И почему с тобой говорили лично, а мне оставили записку?

Дэш сначала пожала плечами, но вдруг внезапная догадка осенила её.

— А я знаю, почему, — она слегка улыбалась.

-И?

— Они просто трусы. Жеребец в моём доме был единорогом, и кто бы ни кинул кирпич в твоё окно, был заодно с ним. Они знают об Элементах и всём прочем. И зная, кто ты, ни один пони в здравом уме не подумал бы сразиться с тобой в открытую. Да ты любого магией по стенкам размажешь!

— Логично, — кивнула единорожка. – Я сбиваю Обездвиживание за пару секунд…- Она вздохнула. – И всё же, что не так с моей работой?

Дэш задумалась, и через несколько мгновений вновь обратилась к Твайлайт:

— Напиши Селестии. Ей надо знать обо всём этом. Ты будешь продолжать исследования?

— Разумеется! – Голос Твайлайт звучал уверенно и безапелляционно. – Если они хотят меня остановить, пусть придумают что-нибудь получше угроз и разбитых окон. Шантажом меня не взять!

Она взглянула на Рэйнбоу с яростной решимостью в глазах, но в ту же секунду опустила голову.

— Разумеется, я не стану впутывать тебя в эту историю. Я упряма и настойчива, но не хочу, чтобы ты пострадала от этого. Я справлюсь с этими единорогами, но моё исследование не должно никоим образом угрожать тебе.

Дэш решительно тряхнула гривой в ответ.

— Ну уж нет, Твай. Я всегда буду рядом с тобой. Если ты продолжишь исследования – то и я тоже в игре. – Единорожка открыла было рот, чтобы возразить Рэйнбоу, но та жестом прервала её. – Мне решать, как быть, и я решила остаться с тобой. Я знаю, что в случае беды ты защитишь меня – и хочу, чтобы и ты доверяла мне.

Глаза Твайлайт заблестели. Не было таких слов, чтобы показать, насколько важна поддержка Рэйнбоу в этот момент. Она обняла пегасочку, стараясь вложить в этот жест все невысказанные мысли и чувства. Губы возлюбленной коснулись её щеки.

— Я доверяю тебе, — прошептала единорожка.

Когда они отстранились друг от друга, Твайлайт вернулась к письменному столу.

— Ты права. Я обо всём напишу Селестии. – С помощью магии единорожка подхватила чистый лист пергамента и перо. Затем она открутила крышку с чернильницы, и обернулась, через плечо глядя на Рэйнбоу.

— И, кстати, — произнесла она с благодарной улыбкой. – Спасибо за то, что так беспокоишься обо мне. Это действительно дорогого стоит!

С этими словами, она начала писать Селестии. Дэш села рядом, опустив голову на передние копыта, и крепко задумалась, слушая скрип пера по бумаге.

«Единороги… Зачем одному единорогу мешать научной работе другого? И сдалось им исследование пегасов? Может, они из университета, и просто хотят прибрать к рукам эту работу? Не, это даже смешно – на шантаж они точно не пойдут. Надеюсь, у Селестии найдутся ответы на всё!»

— Готово! – Объявила Твайлайт спустя несколько минут. – Что скажешь?

Она протянула пергамент Рэйнбоу и та заметила, что к письму был прикреплён полный отчёт об исследованиях Твайлайт. Времени сделать копию не было, и единорожка посылала своей наставнице оригинал, надеясь, что это поможет пролить свет на загадочные происшествия этого дня.

«Дорогая Принцесса Селестия!

Я пишу вам по делу необычайной важности.

Я занимаюсь частным исследовательским проектом, касающимся пегасов, и с недавнего времени ко мне присоединилась моя подруга, Рэйнбоу Дэш.

(Прошу вас ознакомиться с материалами исследования в приложении к письму)

Сегодня неизвестный ворвался в дом к Рэйнбоу Дэш и угрожал ей, наложив заклинание Обездвиживания, после чего покинул её дом. Лишённая возможности пошевелиться, Рэйнбоу не смогла опознать незнакомца. Примерно в то же время окно в моей библиотеке было разбито кирпичом, к которому прилагалась анонимная записка со схожими угрозами. Нам обеим было приказано отказаться от дальнейших исследований, но мы не собираемся поддаваться на шантаж.

В любом случае, мы хотим известить вас о событиях этого дня.

Не можете ли вы дать нам совет насчёт дальнейших действий, или предположить, кто может стоять за этими угрозами? И что движет этими пони?

Ваша верная ученица,

Твайлайт Спаркл.»

Дэш закончила чтение и подняла глаза на Твайлайт.

— Вроде неплохо! Как только Спайк вернётся домой, можно будет отсылать. Вот только одно меня беспокоит…

— Что такое?

— Ты назвала меня просто «подругой»! – Воскликнула Дэш в притворном возмущении. – Моё сердце разбито!

— Знаешь, — несмотря на серьёзность ситуации, в которой оказались Твайлайт и её возлюбленная, единорожка не смогла удержаться от улыбки. – У Принцессы и так достаточно хлопот.

— Ну да, точно… — Рэйнбоу смолкла, вновь погружаясь в раздумья. – Я всё-таки побью рекорд, — произнесла она спустя несколько минут.

— Рекорд? – Рассеяно отозвалась Твайлайт. Волнение не давало ей собраться с мыслями.

— Ну да, мой рекорд скорости, — уточнила Дэш. – Я ещё толком не пробовала, но кто знает, какую скорость мне удаться развить, если я перейду на чистую магию? Эти единороги не отберут у меня мой шанс на победу!

Твайлайт улыбнулась решимости пегасочки.

— Давай сначала дождёмся ответа Принцессы, а?

— Идёт! – кивнула Дэш. – Слушай, Твай, пошли наверх? Здесь ужасно сквозит!

— Отличная мысль! – Лишь теперь Твайлайт заметила, как резко похолодало в комнате. – Я потом найду, чем прикрыть окно.

Твайлайт набросала записку Спайку, чтобы он сразу же отправил письмо Принцессе, как только вернётся домой, сложила чистые листы пергамента в аккуратную стопку и вместе с Дэш поднялась наверх. Ощущение нереальности происходящего ни на мгновение не покидало наших пони – словно бы их маленькому мирку стала угрожать серьёзная опасность. Они через многое прошли, многое повидали, и, казалось, должны были привыкнуть смотреть в лицо опасности, но эти угрозы были чем-то иным. Только тепло Дэш могло унять холодок, бегущий по спине единорожки. Они перешли дорогу пони, которые, по-видимому, не остановятся ни перед чем для достижения собственной цели, и с этого момента Твайлайт и Дэш словно шли по тонкому льду.

— Кстати, ты как? – Обеспокоенно спросила единорожка. – Ну, знаешь, это вторжение в твой дом, угрозы…?

— Было очень страшно, врать не буду, — вздрогнула Рэйнбоу. – Но бывало и хуже, так что ночные кошмары и бессонные ночи мне не грозят. Просто хочу узнать, что мы такого им сделали? Надеюсь, Принцесса поможет – она ведь этого так не оставит, правда? Ведь кто-то угрожал Элементам!

Их глаза встретились.

— А как ты сама? Что, если бы этот кирпич попал в тебя? А все эти угрозы?

Твайлайт тяжело вздохнула, но на её губах заиграла слабая улыбка.

— Всё будет хорошо. Пусть даже сейчас всё кажется таким странным и пугающим, но я в порядке. – Она положила копытце на плечо любимой. – К тому же, с тобой я в полной безопасности!

— Спасибо, Твай! – Зарделась Дэш. – Но я не была готова к вторжению того единорога, а если он приведёт с собой друзей – боюсь, это тебе придётся за мной приглядывать

— Неплохая идея! – Промурлыкала Твайлайт, не отрываясь от глаз пегасочки. – Давай вместе приглядывать друг за другом!.. – В этот момент словно заряд молнии прошил комнату между ними…

Ни Твайлайт, ни Дэш не знали, как и когда всё началось, но сейчас их губы страстно впивались друг в друга. Пусть это могло показаться несвоевременным — ведь их жизни угрожала непосредственная опасность; но пережитые испытания лишь многократно подчеркнули важность этого момента. Дэш прижала Твайлайт к стене, лаская её язычок своим. В ответ копытца единорожки принялись гладить крылья возлюбленной, и стон наслаждения слетел с губ Рэйнбоу, её колени подогнулись... Они рухнули на кровать, не разжимая объятий, не сводя глаз друг с друга — прекрасно зная то, что должно было случиться.

Страх за жизнь любимой позволил и Твайлайт, и Дэш по-новому взглянуть на свои чувства. Единорожка хорошо помнила то, как кипящая лава обожгла сердце, стоило ей узнать о вторжении в дом Рэйнбоу. И она видела, как Дэш ворвалась в библиотеку, забыв про то, что сама только что была на грани гибели. Впервые в жизни Твайлайт поняла, что любит — и по-настоящему любима.

Что будет, когда вернутся те таинственные пони? Сможет ли Селестия защитить своих подопечных? Внезапно, будущее стало неопределённым и покрытым мраком, иллюзия безопасности разлетелась на осколки – но всё это лишь делало любовь Рэйнбоу и Твайлайт сильнее. Теперь они могли жить лишь настоящим, тем, что происходит здесь и сейчас.

Здесь и сейчас они были вместе.

И этого было больше, чем достаточно.

## Глава 10 Драконовы Меры. Часть первая.

С извинениями за долгую задержку представляю новую — юбилейную десятую главу. Легко ли быть Принцессой? О чём думать, когда тебя предаёт тот, кого ты любишь больше всего на свете? И стоит ли мстить за обман и предательство схожей монетой? Ответы в первой части "Драконовых мер".

Глава 10.

Драконовы меры: Часть первая.

Под звёздами, что нас манят и дразнят,

Поверить сложно в то, что мы – венец творенья,

Здесь, на земле тревогами терзаясь,

Пера Создателя послушные веленью…

Лунный свет, прорываясь сквозь пелену облаков серебристыми потоками, заставлял завораживающе светиться чёрно-белые мраморные плиты стен замка. К счастью, у этого ночного представления были свои зрители.

Когда в памяти нестройным хороводом полузабытых лиц и эмоций проносится одно столетие за другим, бывает очень трудно заснуть. Солнце видит, как живёт мир — день за днём, и как мир погибает. И так будет всегда.

Селестия не чувствовала холода, но стоя у открытого окна и глядя на вереницы звёзд в небе, будто нарисованном акварелью, она не могла унять дрожь. В такие мгновения ей казалось, что если и стоило жить вечно – то только ради этого мира. Она закрыла глаза, чувствуя на веках тяжесть тысяч лет и воспоминаний, жаждущих её внимания. Принцесса вспомнила тот день – ужасный день, когда ей сказали, что она должна жить вечно. Она дрожала от страха, представляя, как секунда за секундой, вечность будет проноситься мимо. И неважно, сколько лет Селестия уже прожила на этой земле – она всегда сможет отсчитать ещё одно мгновение жизни, и ещё, и ещё – и так до скончания веков.

Её сердце едва не рухнуло в бездну отчаяния и ужаса, но Селестия заставила себе себя открыть глаза и ещё раз насладиться красотой этой ночи. Здесь и сейчас – это был её мир; будущее не должно волновать Принцессу.

«Счастье не ждёт нас в конце пути. Сам путь – это и есть счастье», повторила про себя Селестия, отчаянно желая верить в эту простую истину.

Аликорн взглянула на город, расстилающийся перед ней. Оставшись одна, Селестия могла забыть о своём величественном титуле, оставив его на потеху подхалимам из числа знати Кэнтерлота. «Принцесса Селестия» никогда не была частью её личности, целиком и полностью принадлежа государственной машине, созданной много веков назад.

«По крайней мере, у меня есть Школа». Знать, что рядом с ней находятся талантливые ученики, такие как Твайлайт Спаркл, пони, которых она может назвать своими друзьями, с которыми может быть на равных – в этом было её главное утешение. Селестии было хорошо известно то, что когда-нибудь Твайлайт состарится и покинет этот мир, как и другие любимые ученики принцессы. Когда-нибудь и её изображение украсит обратную сторону золотого картуша на шее Принцессы, с которым она не расставалась ни на мгновение. Когда-нибудь лицо Твайлайт присоединится к хороводу воспоминаний грядущих бессонных ночей.

Когда-нибудь – но не сейчас. Не сейчас.

Позади Селестии вдруг раздалось негромкое шипение, и зелёный свет озарил мрамор покоев Принцессы. В центре вспышки изумрудного пламени появился объёмистый свёрток, который тут же с глухим стуком упал на пол.

— Твайлайт? – пробормотала Селестия, удивляясь и времени доставки послания, и его размерам.

Аликорн не могла скрыть вздоха облегчения, наконец, отрываясь от собственных мрачных мыслей. Подхватив свёрток волной магии, Принцесса вернулась к не постеленной кровати и развязала нить, обернувшую листки пергамента. Внезапно, недоброе предчувствие охватило Селестию – слишком необычным было время и характер послания. Одна страница немного выбилась из общей стопки; Принцесса достала её и вгляделась в схему, изображённую на ней. Это оказался рентгеновский снимок крыла пегаса, испещрённый аккуратным почерком Твайлайт.

Ученица Селестии уже упоминала о некоторых новых проектах – наверняка, это были результаты одного из её исследований. Она ещё раз пробежалась по снимку и увидела надпись прямо на изображении плечевой кости крыла.

«Аликорн?»

— О, нет! — прошептала Принцесса.

Она схватила письмо Твайлайт, и ужас в её глазах был очевиднее с каждой секундой, что она читала строчку за строчкой. Последняя строка письма казалась дописанной впопыхах, и именно от этой строки холодок пробежал по спине Принцессы.

— Нет… — Отбросив в сторону свёрток, Селестия подбежала к стене и дёрнула за шнур небольшого колокола над дверью. Громкий звон мгновенно разнёсся по пустым коридорам замка.

Ответом на сигнал тревоги стали нарастающий рокот множества копыт и отрывистые команды. Дверь распахнулась, и в комнату ворвались пятеро стражников. Они рассредоточились по комнате, осматривая каждый угол в поисках возможной опасности; каждое их движение было чётким, отточенным долгими тренировками.

— В чём дело, Ваше Величество? – Раздался хриплый голос капитана Стражи, высокого жеребца с пронзительными и умными глазами.

— Известите секретаря, что мои встречи на завтрашний день откладываются, — без лишних слов отозвалась Принцесса. – Капитан Гладиус, приготовьте отряд быстрого реагирования. Я отправляюсь в Понивилль. Сию же минуту.

— Принцесса? – Требования Селестии вначале застали Гладиуса врасплох, но он моментально взял себя в копыта. – Как прикажете. Каков характер угрозы?

Принцесса Селестия вздохнула. Она надеялась больше никогда не произнести этих слов:

— «Закат». Они вернулись.

Гладиус отрывисто кивнул, хотя на этот раз ему не удалось скрыть потрясение – оно явственно читалось по его глазам. Он развернулся к двери, гвардейцы отдали ему честь — двое из них обменялись многозначительными взглядами — и в следующий миг весь отряд покинул покои Принцессы.

Селестия ещё раз пробежалась глазами по последней строчке письма, надеясь лишь на чудо – что она не опоздала. Вспышка её рога распахнула ставни окна.

— Мы уже идём, Спайк! – Прошептала она, соскользнув с подоконника в ночное небо, увенчанное светом луны. И в серебристом сиянии последняя строчка письма, забытого на кровати, зловеще поблескивала свежестью чернил.

«… Принцесса, нам нужна помощь. У них Спайк.»

* * *

Понивилль. Несколько часов тому назад.

Твайлайт открыла глаза. Прямо перед собой она увидела лицо спящей Рэйнбоу Дэш, в своих чертах запечатлевшее тихое блаженство. Их копыта всё ещё тесно сплетались друг с другом, и Твайлайт поняла, что они обе заснули, когда отголоски наслаждения смежили их веки. Единорожка довольно улыбнулась, вздохнула и чуть покраснела, вспоминая события этого вечера. Видимо, почувствовав, что Твайлайт уже не спит, Дэш в ту же минуту открыла глаза.

— Привет, — ласково прошептала Твайлайт.

Прежде чем ответить, Рэйнбоу ещё пару секунд сонно смотрела на любимую.

— Привет! – Наконец, откликнулась она.

— Всё было просто замечательно! – С этими словами Твайлайт теснее прижалась к пегасочке, наслаждаясь теплом стройного тела. В этот момент ничто не имело значения – даже угрозы загадочных единорогов. Реальность могла и подождать.

— Это ты была просто замечательной! — хихикнула Дэш, игриво целуя Твайлайт в кончик носа. В ответ единорожка зарделась, в то же время чувствуя облегчение.

— Знаешь, я не так уж и много читала про это, — с улыбкой откликнулась Твайлайт.

— Да ладно! – Поддразнила Рэйнбоу. – Неужели тебе не бывало одиноко? И ты не задерживалась в разделе любовных романов?

— Ну…Пару раз, может быть… — Призналась единорожка. Дэш улыбнулась и положила голову на грудь Твайлайт, в который раз за этот вечер вдыхая нежный аромат её шёрстки – теперь такой родной и знакомый.

— Кажется, оно того стоило! – Чуть слышно отозвалась пегасочка: мех единорожки значительно приглушал её слова.

— На этот раз нам хотя бы не помешали, — чувствуя, как радужная грива легко щекочет подбородок, Твайлайт целиком отдалась этой неге.

— Да уж, бедному малышу и прошлого раза хватило! – Рэйнбоу подняла голову и подмигнула. – После сегодняшнего он бы и в глаза тебе посмотреть не решился!

Твайлайт приподнялась в кровати и посмотрела в окно – только сейчас она поняла, что солнце почти село.

— Кстати, куда он подевался?

— А он раньше так пропадал? – Озабоченно спросила Дэш.

— Уверена, с ним всё хорошо, — отозвалась единорожка, и снова легла, теснее прижимаясь к Рэйнбоу. – Он что-то упоминал про визит к Флаттершай…

* * *

— Она тебе сказала?!

Спайк был готов взорваться. Чуяло его сердце, что очередная еженедельная посиделка Рэрити и Флаттершай добром не кончится. Он не питал ни малейших иллюзий по поводу любви пони-модницы к сплетням и слухам, а значит, если кому-нибудь и доведётся узнать секрет Твайлайт – то это случится именно в злосчастном спа-салоне.

Нет, он и в самом деле помогал Флаттершай по огороду, но для него это было не более чем надёжным прикрытием. Он сделал вид, что просто проходил мимо, но теперь для того, чтобы поднять волнующую его тему, требовалось всё его мужество. Он знал, что Флаттершай, скорее всего, не станет лгать насчёт их с Рэрити вчерашней встречи – в особенности насчёт того, о чём пони-подружки говорили в парной. Именно поэтому он и пришёл к канареечной пегасочке – Спайк хотел знать, остался ли его секрет в целости и сохранности.

К счастью, его ловкие коготки идеально подходили для работы с землёй, и поэтому Флаттершай была очень благодарна дракончику. Наконец, заканчивая с прополкой моркови, Спайк как бы невзначай спросил, не слышно ли от Рэрити каких-либо новостей, в особенности, про их общих друзей. Флаттершай промолчала, но её удивлённый тихий писк и густой румянец были самым красноречивым ответом.

— Поверить не могу! – В сердцах воскликнул Спайк, хлопая себя по лбу когтистой лапой. – Не видать ей больше моих пламенных рубинов!

— В чём дело? – Пискнула Флаттершай, оторопев от такой бурной реакции дракончика.

— Ты ведь знаешь, да? Про… — Спайк в гневе заскрежетал зубами.

— В смысле… — Ещё гуще покраснела Флаттершай. – Про Твайлайт и Рэйнбоу Дэш? – Её голос перешёл в еле слышимый шёпоток – робкая пегасочка не привыкла говорить на подобные темы с кем-либо, кроме Дэш и Рэрити.

— Ну да! Рэрити взяла и просто рассказала тебе всё!

— Ох, нет, — замотала головой Флаттершай. – Всё было совсем не так! Она только начала рассказывать, сказала, что я ни за что не поверю… А потом с-смолкла…

— Но смолкла ненадолго, так? – Спайк был не особо впечатлён.

— Я… Я буквально вытянула всё из неё… — Прошептала Флаттершай, поникнув. – Она рассказала, что натолкнулась на Рэйнбоу и Твайлайт на улице, когда они… эм-м-м… — Тут она стихла, поняв, что слово «целовались» может ввести её в полнейший ступор – и попросту продолжила рассказ. – Я всё расспрашивала и расспрашивала Рэрити, пока она мне всё не рассказала. Но почему ты так расстроен? Я бы ни за что не стала лезть в это дело, знай, что ты воспримешь всё настолько близко к сердцу…

С этими словами пегасочка виновато посмотрела на Спайка, хоть и до конца не понимая всей причины его теперешнего состояния. Дракончик в свою очередь немало удивился тому, что Рэрити придумала собственную историю про Дэш и Твайлайт, никак не упоминая Спайка, но всё равно он чувствовал себя обманутым – и крайне рассерженным на пони-модельера. К тому же он не мог представить себе «настойчивую» Флаттершай: они не могли похвастаться особо близким знакомством, и пегасочка всегда была немного замкнутой в присутствии Спайка. Как бы то ни было, малая толика благодарности Рэрити всё-таки зародилась в его сердце, хоть вся правда мгновенно бы открылась, будь на его месте Твайлайт — или Дэш.

— Значит, натолкнулась? – Сухо рассмеялся Спайк. Флаттершай рассказала ему правду, и дракончик чувствовал, что должен отплатить ей той же монетой. – Пожалуй, тебе стоит узнать, почему я так расстроился!

Он смолк – внезапная мысль остановила его на полуслове.

«Расскажешь Флаттершай правду – она возненавидит Рэрити. Ты же знаешь, как она ценит верность слову!»

«Рэрити заслужила это. Я всё ей расскажу – пусть знает, как Рэрити воспользовалась мною!»

— Всё дело в том, что… — и снова тишина. Флаттершай обеспокоенно посмотрела на дракончика, не подозревая о буре в его душе.

«Может, Рэрити и виновата, но чем провинилась Флаттершай?»

«Слушай, да говори уже!»

«Они с Рэрити хорошие подруги. Неужели ты разрушишь их дружбу из-за своей мстительности? Ты и так уже напортачил – постарайся хоть теперь всё сделать, как надо!»

— Я… Я просто ревную.

— Ревнуешь? – Удивлённо отозвалась Флаттершай.

Спайк вздохнул. Он знал, как пегасочка рассердится на Рэрити, скажи он всю правду. Ей незачем знать.

— Ну да, ревную. Она ведь рассказала первой тебе, а не мне! – Он поник головой, изо всех сил пытаясь изобразить искреннее сожаление. – Твайлайт рассказала мне о себе и Дэш, и о том, что Рэрити видела их вместе. А я надеялся, что Рэрити сразу же поделится со мной этой новостью… Как глупо, по-детски с моей стороны! Кто я для неё? Зачем ей что-то мне рассказывать?

— И поэтому ты так расстроился, что она всё рассказала именно мне? – В глазах Флаттершай застыло искреннее удивление.

— Ну да… — Спайк уже ненавидел себя за эту ложь, но знал, что правда порой может ранить намного сильнее. – Наверное, мне просто хотелось, чтобы она мне больше доверяла. Рэрити ведь наверняка рассказывала тебе, что я в неё по уши втрескался. – Вот теперь он и в самом деле почувствовал горечь, подступившую к горлу. – Если ты влюблён, то постоянно делаешь какие-нибудь глупости.

Он глубоко вздохнул, осознав, насколько правдивы его слова. «Посмотри-ка, Рэрити — Я только что спас твой круп. Хотя, Селестия мне свидетель, ты этого и не заслуживаешь».

Когда он поднял голову, то, к своему удивлению, увидел бусинки слёз в уголках глаз Флаттершай.

— Я знаю, о чём ты говоришь, — тихо молвила она. – Не волнуйся – я всё понимаю. Помню, ещё в Лётной Школе, был один мальчик, который мне вроде как… нравился. Я попросила Рэйнбоу достать мне первоцвет, потому что он такого же цвета… как и моя шкурка, а потом подсунула цветок ему в шкаф для одежды. – Она остановилась. – Оказалось, у него была аллергия на цветы. Два дня пролежал в лазарете с крапивницей. Я даже не решилась отправить ему открытку – и он просто решил, что кто-то над ним подшутил. – Флаттершай улыбнулась дракончику. – Так что я знаю, на что способна любовь.

— Это уж точно, — хихикнул Спайк. – Но ты же не знала! А я знал – догадывался, к чему всё приведёт, и всё равно вёл себя как последний дурак. – Для Флаттершай это прозвучало, как слова утешения, но для дракончика в них был заключён иной смысл. Предупреждение.

— Ты влюблён – и имеешь право на глупости. Спасибо за то, что всё мне рассказал, Спайк. Ты очень храбрый! – Теперь Флаттершай чувствовала себя намного увереннее рядом с дракончиком, и она тепло улыбнулась ему. Из уст любой другой пони её слова могли показаться завуалированным нравоучением, но Флаттершай была искренна. – Ты здорово помог в огороде – не хочешь чашечку чая перед тем, как пойдёшь домой?

Спайк оглянулся на линию горизонта и увидел, что солнце превратилось в алую полоску между небом и землёй. Ему уже давно пора было отправляться домой, но, с другой стороны, он немного устал, и несколько минут отдыха перед дорогой не повредят.

— Было бы здорово! – Кивнул он. – Спасибо!

Когда Спайк вошёл в дом вслед за пегасочкой, он не мог избавиться от мыслей, правильно ли он поступил. Предательство Рэрити, то, как легко она раскрыла все его тайны, разумеется, огорчали дракончика. Но в то же время, он чувствовал гордость за себя. Сейчас Флаттершай тепло улыбается, её жизнь идёт своим чередом – скажи он правду, разве всё не было бы по-другому? Значит, он поступил правильно. Устроившись на диване, он спросил себя – любит ли он по-прежнему Рэрити? Разумеется, каждый раз вспоминая о ней, он чувствовал, как сладко замирает сердце, но теперь это чувство было несколько приглушено своего рода настороженностью. Когда-нибудь он обязательно поговорит с ней обо всём этом – но не сейчас. Пусть всё поуляжется.

— Чёрный, или с травами? – Спросила Флаттершай.

— Наверное, чёрный, — немного отвлечённо произнёс дракончик. Через пару минут Флаттершай вернулась, неся одну кружку с чаем в копытах, другую – в зубах.

— Повалушта! – Пробормотала она, поставив чай дракончика на стол.

— Ой, прости! Я бы сам мог принести его! — Обеспокоенно воскликнул дракончик, но в последний момент не смог удержаться от улыбки, глядя на Флаттершай с кружкой в зубах. Пегасочка улыбнулась в ответ, осознав комичность ситуации. Она села напротив, прижимая к себе горячую кружку, чтобы согреться.

— А как ты относишься к тому, что Рэйнбоу и Твайлайт встречаются? – Тихо спросила она – и тут же пискнула, поспешно добавив: — Если ты не против, что я спросила, конечно же…

— Абсолютно спокойно, — взмахнул коготком Спайк. И сделал очередной глоток. Чайник совсем недавно вскипел, и вода разве что не бурлила в чашке, но у того, что ты – огнедышащий дракон, есть свои преимущества. Даже этот кипяток Спайку казался не теплее обычной питьевой воды. – Поначалу, я… немного удивился, — тут он улыбнулся сам себе, понимая, насколько мягко это было сказано. – Но это жизнь Твайлайт. Она мне как сестра, и если Дэш будет хорошо к ней относиться – то и я спокоен относительно их будущего.

— Я очень рада за них — Дэш уже давно влюблена в Твайлайт!

— Ой, блин! – Выдохнул Спайк. – Они же сейчас одни в библиотеке!

Пару мгновений Флаттершай недоумённо смотрела на Спайка – а затем залилась краской. Спайк проклял свою недалёкость, вспоминая, какой робкой и стеснительной была Флаттершай.

– Я это к тому, что им надо быть поосторожнее – не хочу вернуться домой и с-… — Он одёрнул себя перед тем, как почти сказал «снова». – То есть, не хочу застать их врасплох, как это получилось с Рэрити. Вот.

— О, я понимаю, — прошептала Флаттершай, ещё гуще краснея и зарываясь в собственную гриву.

— Ну, это ещё ничего! – Рассмеялся Спайк. – А вот если бы…

Он так и не закончил. Они даже не успели обернуться.

Дверь распахнулась, громко лязгнув петлями. Многочисленные животные и птицы, мирно дремавшие в доме, в испуге заметались по комнате. Два единорога в капюшонах, со странными медальонами на шеях, ворвались в дом.

Флаттершай закричала, а Спайк даже не успел шевельнуться, когда неведомая сила подняла их в воздух и отбросила к стене. Два рога незнакомцев пылали огнём, и свет, пульсирующий вокруг пегасочки и Спайка, стал почти невыносимым. Сквозь пелену боли Спайк мог разглядеть, как в непритворном ужасе закатываются глаза Флаттершай – но он не мог пошевелиться. Ни утешить её, ни помочь…

Когда последние птицы вылетели из комнаты, воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием магического поля. Единороги оглядели пленников с ног до головы. Один из них рассмеялся и, ухмыляясь, подмигнул насмерть перепуганной Флаттершай.

— Не переживайте, мисс! – Протянул он. – Ничего личного…

## Глава 11 Драконовы Меры: Часть вторая.

Спайк и Флаттершай в беде! Похоже, никто не знает, что сейчас происходит в уютном доме-дереве тихой пегасочки, кроме таинственных пони-чародеев в капюшонах. Никто не знает, чем провинились, возможно, двое самых невинных существ во всём Понивилле. И никто не знает, откуда ждать помощи.Но ночь всегда темнее всего перед рассветом...

Как вышло так,

Что мы боимся Солнца?

Пока два единорога осматривали добычу, Спайк не находил себе места. «Кто эти пони? Чего они хотят? Почему я?»

— Уверен, что это тот самый дракон? – спросил единорог с голубой шкурой, по-видимому, находящийся в подчинённых у второго; его голос был несколько приглушён тканью синего капюшона. Он захлопнул дверь и опустил свой рог, оставив своего начальника поддерживать заклинание Иммобилизации в одиночку.

— Фиолетово-изумрудный детёныш дракона. Ты вообще в этом городе других драконов видел? – с едва уловимым троттингемским акцентом раздражённо прошипел белоснежный единорог. Его рог продолжал искриться, пока мощное силовое поле буквально вдавливало Спайка и Флаттершай в стену. – Готово.

Тут он перевёл взгляд на дракончика.

— Ты пойдёшь с нами. Понятно?

Спайк краем глаза заметил, как в глазах Флаттершай отражаются бескрайний ужас и отчаяние. Волна гнева нахлынула на него, преодолевая даже страх за собственную жизнь. Он попытался пошевелиться – безуспешно. Видимо, им противостоял крайне могущественный чародей – ведь драконы были известны в том числе и значительным иммунитетом к магии.

— Всё в порядке, — отозвался голубой единорог. – Я следил за малышом от самой библиотеки. Я слышал, как он сказал вот этой, — он указал на Флаттершай. – Что просто проходил мимо. Никто, кроме находящихся в этой комнате, не знает, что он здесь.

«За мной следили? Что я натворил?» Мысли лихорадочно носились в его голове. И снова он ощутил некое облегчение: скажи он правду Флаттершай – что он с самого начала собирался поговорить с ней о Рэрити – незнакомцы были бы намного расторопнее. Они не знали, что Твайлайт может придти за ним в любую минуту — если только Дэш не отвлечёт её настолько, что единорожка и не заметит отсутствие дракончика.

— Эй! Всё чисто! – Сказал белоснежный единорог в сторону двери. Сердце Спайка упало, когда в комнату заглянул третий единорог дымчато-серого цвета. Он был хрупкого телосложения и жилистый – наверняка, он был очень быстр.

— Без помех?

— Да, — отозвался главарь. – Можешь доставить сообщение Либре. Мы выступаем, когда ты всё сделаешь.

— Я отойду от дома, чтобы никто не отследил Телепорт, — он кивнул и с лёгким стуком захлопнул за собой дверь.

Главарь банды, белоснежный единорог, подошёл поближе к Спайку. Он заговорил, старательно не обращая внимания на Флаттершай, словно она была помехой в его деле.

— Что ж, малыш. Ты, наверняка, не можешь взять в толк, почему мы здесь. – Он говорил расслабленно, не смотря на поддержание крайне сложного заклинания, озарявшего комнату неземным свечением.

«Ещё бы!», подумал Спайк, не в силах произнести ни слова из-за опутавших его тело магических нитей.

— Итак, твоя… хозяйка, Твайлайт Спаркл, допустила ряд ошибок, — заметив, как Спайк побагровел от злости при слове «хозяйка», единорог криво усмехнулся. – Мы просто подержим тебя у нас какое-то время, чтобы удостовериться, что она не совершит новых. Если же она откажется быть благоразумной – мы начнём возвращать ей тебя. По кусочкам. Пока она не выучит урок.

Если бы не заклинание, Спайк сейчас трясся бы от страха. И дело было не в характере угроз – а в ледяном взоре единорога, по которому было ясно: он в точности исполнит обещанное без лишних раздумий.

Глаза Флаттершай уже не были широко распахнуты от испуга: напротив, они превратились в узкие щёлочки, пылающие гневом. Со стороны казалось, что она пытается взглядом испепелить белого. Голубой единорог, заметив разительные перемены в пегасочке, усмехнулся.

— Смотрите-ка, настоящий боец! – Он повернулся к главарю. — Эй, Даск! А с этой что?

— Что я тебе говорил – никаких имён! – Рявкнул единорог по имени Даск, заставив голубого вжаться в пол в испуге. Но гнев белого единорога быстро стих, стоило ему окинуть взглядом недвижимую пегасочку.

— Хм-м, — пробормотал он. – Как бы мне ни хотелось подрезать крылья этой пташке, она всё-таки Элемент. Либра запрещает причинять им вред. Значит, с ней тоже придётся договориться.

Всего пара шагов – и Даск оказался прямо напротив Флаттершай, положив копыто ей на плечо.

— Послушай, — сказал он вкрадчиво. – Я не хотел никого впутывать в это, но раз уж ты всё знаешь, на тебя распространяются те же условия, что и на Твайлайт. Расскажешь кому-нибудь о событиях этой ночи – что ж… — Он оглянулся на Спайка через плечо. – Мы и тебе пришлём парочку драконьих пальчиков. Правда, малыш?

Спайк в отчаянии взглянул в окно. Стемнело, светило Селестии давно скрылось за горизонтом. Наверняка Твайлайт уже ищет его. Сейчас должно быть десять или одиннадцать часов вечера. Скоро вернётся гонец, и его унесут Селестия-знает-куда

«Пожалуйста, Твайлайт!», с надеждой подумал он.

* * *

— Готово – хотя бы не так дует!

Твайлайт аккуратно опустила последнюю книгу. Рэйнбоу застыла от удивления, глядя на то, как единорожка за пару минут полностью закрыла разбитое окно аккуратными стопками книг.

— Завтра раздобуду досочку, — сказала она и улыбнулась, глядя на Дэш. – Вот видишь? С книгами тебе всё по плечу!

— С этим не поспоришь, — хихикнула пегасочка в ответ.

Несмотря на все страхи и тревоги, тепло любви согревало души подруг. Дэш всё вспоминала события уходящего дня, и холодок пробежал по спине, стоило ей вновь воскресить в памяти тот голос. Что они сделают, когда поймут, что Твайлайт и Рэйнбоу не поддались на шантаж?

«Твай сможет защитить всех нас, ты же знаешь!», напомнила себе Дэш.

Единорожка выглянула в окно и увидела чёрное ночное небо.

— Уф-ф, — раздраженно выдохнула она. — Спайку пора завязывать с ночными прогулками! Скорее бы получить ответ Принцессы! – Она бросила на Рэйнбоу обеспокоенный взгляд. – В смысле, мы же не знаем наверняка – это просто чокнутые пони, или же за ними скрывается реальная сила?

— Чокнутые, готова поспорить, — отозвалась Дэш. – Сама подумай – кирпич в окно? Как-то не вяжется с холодным профессионализмом.

— Наверное, ты права, но всё же… Полная иммобилизация – довольно таки сложное заклинание.

— Сложное? Разве ты его не пробовала?

Твайлайт смерила Дэш взглядом.

— Я просто не думала, что оно мне когда-нибудь пригодится. Я редко занимаюсь шантажом.

— Как знать? – Рассмеялась Дэш. – Наверное, у тебя уже набралась целая папка моих очень откровенных фото, и теперь ты ждёшь не дождёшься, чтобы опорочить моё доброе имя!

— Да, так и есть! Твайлайт Спаркл, специалист по шантажу – к вашим услугам! – Хихикнула единорожка. Затем, её лицо вновь посерьёзнело, стоило ей вновь посмотреть на неотправленное послание Селестии. – Как ты думаешь, Флаттершай напоит его чаем? Утром он был немного не в себе.

— Думаешь, — нахмурилась Рэйнбоу. – Он о чём-то догадывается?

— Нет, — покачала головой Твайлайт. – Окно разбили уже после его ухода, но даже и в этом случае всё кажется странным. – Несколько минут она молчала, словно собираясь с мыслями, а потом объявила:

— Пойдём к Флаттершай! – Она подхватила свёрток силой магии, и Дэш вздохнула.

— Серьёзно? На улице хоть глаз выколи! Ты что, думаешь, они с Флаттершай куда-нибудь денутся?

— Наверное, нет, — Твайлайт улыбнулась, представив себе Спайка и его тайную возлюбленную Флаттершай, сбегающих из дома посреди ночи. – Но мне нужно отправить послание Принцессе. Чем раньше она его получит – тем быстрее у нас будут ответы на все вопросы. К тому же, мы узнаем, чем был так взволнован Спайк этим утром. Ну, идём?

— Ладно, ладно! – Рэйнбоу закатила глаза и поднялась на второй этаж, пока Твайлайт проверяла целостность свёртка. Несколько мгновений спустя Дэш уже вернулась: с собой она прихватила шарф Твайлайт, который тут же обернула вокруг шеи единорожки. – Не приведи Селестия, замёрзнешь!

— Спасибо! – Твайлайт улыбнулась, поцеловала пегасочку в щёку и открыла дверь.

* * *

Когда они добрались до домика Флаттершай, серебряный свет луны танцевал в их гривах. Было довольно холодно, и всю дорогу крыло Дэш покоилось на спине единорожки, прижавшись теснее, стоило им выйти за окраины города. В темноте ночи свет окон дома-дерева был двум пони чем-то сродни маяка, манящего к себе.

Твайлайт была несколько расстроена тем, что их вело к Флаттершай неотложное дело. Если бы не груз проблем, лёгших на плечи влюблённым, эта прогулка при полной луне могла стать прекрасным завершением дня. К сожалению, многие другие события этого дня были далеки от понятия «прекрасного», что также немало беспокоило единорожку. Непонятно откуда взявшееся недоброе предчувствие кольнуло её, стоило им подойти к жилищу канареечной пегасочки. Словно было что-то, что Твайлайт упустила из виду. Фрагмент головоломки, не хотевший занять своё место.

Она склонила голову, и в который раз окунулась в шелковистую радужную гриву Дэш, надеясь на то, что её опасения беспочвенны. У них и без этого было достаточно хлопот. Пару раз Твайлайт ловила себя на мысли, что благоразумнее было бы остановить исследования, сжечь свою работу – лишь бы эти таинственные единороги оставили их в покое. Идти на поводу шантажистов она не хотела, но это казалось поступком ответственной пони – пони, которая хочет защитить свою любимую. Но в то же самое время она понимала, что Дэш ни за что не позволит бросить начатое только ради её собственного благополучия.

— Может, всё это – глупости? – спросила она чуть приглушённо – ведь её мордочка всё ещё зарывалась в тёплую гриву Рэйнбоу. – То, что я решила продолжить исследования. Может, пора остановиться?

— Конечно же, нет! – Отозвалась Дэш. – Если уступить шантажисту однажды, то вскоре он может потребовать большего. К тому же, ты просто остаёшься верна сама себе. Разве это так плохо?

— Но ведь ещё вчера, — вздохнула Твайлайт. – Ты сама говорила о том, что нельзя делать глупости ради удовлетворения своей гордыни.

— Конечно же, — Рэйнбоу приободряюще чмокнула Твайлайт в щёку. – Я и сейчас могу это повторить. Но сейчас дело не в гордыне. Дело в том, что «правильно», а что – нет. Я ни слова не говорила о том, что нельзя совершать глупости во имя правого дела.

— Отлично, теперь мне легче! – Рассмеялась Твайлайт в ответ.

Они перешли мостик через ручей и оказались в небольшом саду, залитом светом из гостиной. Их путь лежал мимо домика Эйнджела, который мирно посапывал в окружении недогрызенных морковок. Стоило им подойти к двери, ушки Дэш дёрнулись, и пегасочка остановила Твайлайт.

— Стой! – В её голосе прозвучали металлические нотки. Она вся обратилась в слух. – Что-то не так.

Теперь, когда и Твайлайт прислушалась, она могла различить голоса, доносившиеся из гостиной Флаттершай – голоса, что не принадлежали ни хозяйке дома, ни Спайку. Её сердце забилось быстрее, когда единорожка поняла, что в доме её подруги находятся два посторонних жеребца.

— Может, это гости? – Наивно предположила она.

— В такое-то время? – Дэш перевела взгляд на луну на небосводе, затем снова на Твайлайт. – Мы и так знаем, с чем имеем дело. Подойдём поближе и послушаем!

С каждым шагом, что они приближались к окну гостиной, страх за Спайка и Флаттершай всё крепче и крепче сжимал сердце единорожки. Они никоим образом не были замешаны в её исследованиях – так что же могли задумать таинственные единороги? Отчаяние заглушало глас рассудка, мешая Твайлайт собраться с мыслями. Что если они решат, что Спайк замешан в её работе лишь потому, что живёт вместе с ней под одной крышей? Тогда Флаттершай становится случайной жертвой… Ненужной обузой, которую можно «пустить в расход»...

«Селестия милосердная! Соберись, Твайлайт! Тебе может понадобиться вся твоя магия!»

Дэш поманила подругу к окну, и спустя мгновение они обе надёжно спрятались за клумбой рядом с домом. Твайлайт положила свёрток для Принцессы на землю и обратилась в слух. Теперь голоса в гостиной были отчётливо слышны. Говорящий был жеребцом, в голосе которого звучали троттингемские нотки.

— …она всё-таки Элемент. Либра запрещает причинять им вред. Значит, с ней тоже придётся договориться…

— Либра? – прошептала Дэш. Твайлайт лишь пожала плечами.

Единорожка всё ещё была напугана, но тот факт, что Флаттершай невредима, придал ей сил. Раздался стук копыт: обладатель троттингемского акцента прошёл в другой конец комнаты.

— В моём доме был не он, – прошептала Дэш. — Мой единорог был из Кэнтерлота.

Твайлайт кивнула и хотела было ответить, но в комнате снова заговорили, и две подруги снова прильнули к окну, ловя каждое слово.

– Я не хотел никого впутывать в это, но раз уж ты всё знаешь, на тебя распространяются те же условия, что и на Твайлайт. Расскажешь кому-нибудь о событиях этой ночи – что ж… — Многозначительная пауза. – Мы и тебе пришлём парочку драконьих пальчиков. Правда, малыш?

Ледяной гнев наполнил сердце Твайлайт. «Как он посмел угрожать моему маленькому брату!» Но затем, в её голове пронеслась и другая мысль: «По крайней мере, Спайк тут. Его собираются похитить, чтобы шантажировать нас!» Она обернулась на Дэш – и в её глазах увидела ту же ярость.

— Если только они хоть копытом тронут Спайка или Флаттершай… — стиснув зубы, прошипела Твайлайт. Дэш скривилась и кивнула.

— Надо вырубить их. Быстро, — прошептала она.

— Стой! – Твайлайт со страхом посмотрела на свёрток. – Это единственная копия, и если они до неё доберутся – значит, всё было напрасно, они одержат верх.

— Тогда оставь его тут! – предложила Дэш, но Твайлайт покачала головой.

— Слишком рискованно. Если они одолеют нас, им не составит труда просто взять его и уйти, — тут её глаза расширились, а голос упал до еле различимого шёпота. – Придумала!

Дэш не сводила глаз с входной двери.

— Что бы ты ни придумала, нужно действовать. Не знаю, чего они ждут, но если они в самом деле хотят похитить Спайка, то могут уйти в любую минуту.

Твайлайт кивнула и закрыла глаза, собираясь с силами. Её рог замерцал волнами энергии, затем в воздухе появился белоснежный шар. Его свечение становилось всё ярче, он рос и рос – пока не исчез, оставив после себя перо и чернильницу. Единорожка торжествующе взглянула на Рэйнбоу – но та, похоже, не разделяла энтузиазма волшебницы.

— Слушай, Твай, перо, конечно, «сильнее меча», и всё такое, но я не знаю…

— Ш-ш! – Шикнула Твайлайт. – Зато я знаю, что делаю!

Вспышка её рога подняла свёрток с земли и выхватила письмо для Селестии из кипы листов. Обмакнув перо в чернильницу, единорожка быстро нацарапала несколько слов в конце письма. От плохого освещения и спешки буквы послания были неровными, но хотя бы читаемы. Она протянула письмо Дэш.

«… Принцесса, нам нужна помощь. У них Спайк.» — пробормотала Рэйнбоу, читая послание вслух, щурясь в неясном свете из окна гостиной. Затем, она в замешательстве посмотрела на Твайлайт.

— Точно, Спайк у них, в этом-то вся и проблема! Как мы отправим письмо?

Твайлайт вздохнула, собираясь с силами.

— Это самое сложное. Второй попытки не будет.

* * *

Даск повернулся спиной к Флаттершай и вернулся в центр комнаты, жестом подзывая помощника.

— Где гонец? – Прошипел он. – Уже давно пора вернуться!

— Если за нами организуют погоню, нас отследят по телепортационному полю! – Ответил голубой единорог, пока остававшийся для Спайка безымянным. – Что, если стражники доберутся до нашего дома?

— Да не будет тут никаких стражников! – Воскликнул Даск и его рог на секунду вспыхнул ярче от гнева. Спайк не мог не восхищаться тем, как долго чародею удавалось поддерживать поле заклинания. Хотя, он начал сдавать: над его бровями заблестели капельки пота. – Спаркл не доложит о похищении – мы сразу узнаем об этом.

Он фыркнул, достал из седельной сумки моток верёвки и протянул голубому единорогу.

— Вяжи дракона. Нам нельзя здесь оставаться. Пускай гонец догоняет нас, — тут он раздражённо топнул копытом. – Всё должно было пройти быстрее. И чего это Либре понадобились дополнительные меры предосторожности?

— Если бы не его меры, сидеть нам уже в тюрьме, — отметил помощник, приближаясь к Спайку.

— Что до тебя, — Даск снова обернулся к Флаттершай. – Хорошенько запомни: стоит тебе только пискнуть, мы…

Он не договорил. Вот уже второй раз за вечер мощный удар чуть не сорвал входную дверь с петель. Ослепительная вспышка всех цветов радуги сбила Даска с копыт, заставив его повалиться на пол. Сцепившись, пони прокатились по полу до противоположной стены. Рэйнбоу Дэш использовала тело единорога в качестве щита, заслонившись от удара о стену. Даску повезло намного меньше – в одно мгновение его заклинание было разбито – как и его нос. Спайк и Флаттершай рухнули на пол, вздохнув от неожиданности и облегчения.

Всего долей секунды позже, дракончик увидел, как по следам радужной бури в комнату врывается Твайлайт, полем Левитации сжимая перед собой объёмистый свёрток. Голубой единорог замер от удивления, не в силах пошевелить и копытом.

«Какого сена тут творится?» — пронеслось в голове Спайка, когда Твайлайт швырнула свёрток в его сторону.

— Спайк! Отсылай его! Немедленно! – закричала она. Скорее инстинктивно, чем по воле разума, Спайк выдохнул облако изумрудного пламени, мгновенно испаряя послание. Он знал, что через долю секунды свёрток окажется в покоях Принцессы Селестии. Он не знал, почему это послание не могло подождать – но времени на раздумья не было, и дракончик полностью доверился Твайлайт.

На мгновение в доме воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь звуками борьбы Дэш и Даска в соседней комнате. Затем, произошло что-то из ряда вон выходящее.

С нечленораздельным криком Флаттершай прыгнула на голубого единорога, который только и успел, что повернуться лицом к канареечно-жёлтому комку концентрированной ярости, что летел прямо на него. Всё пришло в движение, и в это момент Даск изловчился и задними копытами отбросил от себя Дэш, вскочил на ноги и вытер кровь из разбитого носа. Дэш, пролетев через гостиную, ударилась головой о край чайного столика и обмякла, почти потеряв сознание.

Яростно фыркнув, Даск начал было плести заклинание Иммобилизации, но Твайлайт была готова к этому. Не сводя глаз с противника, единорожка направила все силы в свой рог, создавая мощное антимагическое поле, заполнившее всю комнату. Даск усилил натиск, пытаясь пробить заслоны волшебницы, но всё было напрасно. Воздух между ними накалился, испуская искры чистой энергии, и два единорога продолжили магическую дуэль. Стараясь не попасть под искры магии, Спайк подбежал к Рэйнбоу и склонился над ней, осматривая её голову.

Внезапно на пороге дома появился третий единорог – гонец. Он с ужасом смотрел на хаос, воцарившийся в доме Флаттершай. Он увидел двух единорогов, втянутых в магическую дуэль, лазоревого пегаса, без сознания лежащего рядом с чайным столиком, и, наконец, своего друга, осыпаемого градом яростных ударов канареечной пегасочки.

— Что за… — воскликнул он и бросился в бой.

Прорываясь через бурю магической энергии, Даск , не ослабляя натиска, наступал на Твайлайт, пытаясь достать что-то из седельной сумки. Вот в его зубах появился деревянный конический предмет; он прищурился, стараясь разглядеть хоть что-то в потоках магии. В момент забывая собственное правило, он окликнул голубого единорога:

— Фрост! Держи фиолетовую!

Но в этот момент Фрост пытался хоть как-то защититься от яростной пегасочки, подняв в воздух дрожащие копыта. Тут он с облегчением увидел Свифта – гонца – спешащего ему на помощь. Голубой единорог почувствовал, как с него спадает тяжесть тела пегасочки – ведь в этот момент Свифт опрокинул сопротивляющуюся Флаттершай на пол. Услышав приказ Даска, он вскочил на ноги и, пошатываясь, бросился к главарю, отмечая про себя то, что на следующий день наверняка будет иметь не самый лучший вид, увенчанный ссадинами и синяками.

Твайлайт поняла, что силы неравны только в тот момент, когда копыта Фроста обхватили её шею, прижимая голову к полу. Не прекращая сопротивляться, она закричала, увидев Даска, пробирающегося сквозь магическую бурю со странным предметом в зубах. Собрав все силы, она выбросила вперёд луч чистой энергии, отбрасывая Фроста в сторону, но было поздно. Торжествующе рыча, Даск набросил полый конус на её рог, полностью закрывая его.

Магическая буря стихла. Как ни пытайся, конус не давал Твайлайт создать ни малейшей искры магии.

— Сердцевина тиса. – Улыбнулся Даск. — И серебро. — Он с трудом сдерживал свой гнев. – Худшее, что можно придумать для мага, а? О да, мисс Магия, мы хорошо подготовились к нашей с вами встрече!

В это же время Свифт прижал Флаттершай к дивану.

— Мы хотели быть с вами помягче, — просипел он, занося копыто для удара. Пегасочка сжалась в комок, когда её гнев уступил место ужасу от содеянного.

«Я сделала ему больно! Я избила его!», крутилось в её голове.

— Пора научить тебя не лезть не в своё дело! – Копыто Свифта полетело вниз, и Флаттершай закрыла глаза, ожидая удара.

В ту же секунду, словно из ниоткуда, появился Спайк. Он прыгнул на голову Свифту и намертво вцепился когтями в его гриву.

— Не тронь её! – закричал он, испуская шар пламени, который тут же поджёг капюшон единорога. Свифт промахнулся, отшатнувшись назад и пытаясь сорвать с себя пылающую ткань, и Спайк спрыгнул с него, сделав свою работу. Наконец, гонцу удалось снять пылающий капюшон – за секунду до того, как огонь перекинулся бы на его собственную гриву – и яростно принялся озираться по сторонам, выискивая глазами дракончика. Ему не терпелось отомстить.

В тот же миг рог Даска вновь запылал энергией – теперь, устранив Твайлайт, он снова мог действовать. Единорожке так и не удалось избавиться от конуса на её роге, и вскоре Спайк, Твайлайт, Флаттершай и Рэйнбоу повисли в воздухе, распятые заклинанием Даска.

В воцарившейся тишине Даск гневно окинул взглядом своих помощников. Из его разбитого носа продолжала сочиться кровь. К нему приковылял Фрост, чью голову увенчивала шишка, доставшаяся после удара о потолок магическим лучом Твайлайт. Свифт, пригнув уши, медленно подходил к Спайку, испепеляя дракончика взглядом.

— Уходим,- бросил Даск, не скрывая ярости в глазах. – Дракона возьмём с собой. Подумать только, мы же хотели, как лучше… Ничего, мы скоро вновь вернёмся к мирным переговорам, но сначала отправим вам хвост дракончика в награду за ваше неподчинение.

— Разреши мне сделать это, — ухмыльнулся Свифт. – За ним должок!

— Идёт, — кивнул Даск. – А ещё мне бы хотелось знать, какой придурок решил, что никто не будет искать дракона здесь. Но позже. А сейчас сваливаем отсюда на хрен, пока к нам ещё кто-нибудь не заявился.

Он выхватил умирающего от страха Спайка из пелены заклинания и передал его в копыта Свифта.

— Скоро мы с тобой позабавимся, малыш! – пробормотал тот.

Фрост бросил последний взгляд на распятых в воздухе пони.

— Вы знаете правила. Вы говорите. Мы делаем дракончику больно.

— Кажется, они поняли. Уходим.

Сердце Твайлайт было готово разорваться на части, когда трое единорогов направились к выходу. Они забрали Спайка. Они ранили её друзей. Она оглянулась на лица Дэш и Флаттершай, на которых застыла боль от ран – и боль поражения. Единорожка поняла, что никогда не простит себе этого.

Самодовольно ухмыляясь, Даск через плечо бросил последний взгляд на поверженных пони и открыл дверь.

Яркая вспышка света ослепила его, отбросив на пол, заставив заскулить от страха, когда он вновь поднял на дверной проём обезумевший взгляд. Объятая нестерпимым светом, высокая фигура вошла в комнату, степенно осматриваясь по сторонам. Никто не мог смотреть на неё, не отводя глаз, ибо никто не мог вынести пламени её яростного взора.

— Отпустите дракона. Сейчас же, — приказала Принцесса Селестия.

## Глава 12 Звёзды, упав...

Опасность миновала. Так ли это на самом деле? С чем — или с кем столкнулись наши друзья? Кому-то пора ответить на все эти вопросы. Тайны прошлого, признания и откровения — в новой главе "Лазоревки"!

Всё снова на своих местах –

Мы видим, как всем миром правят

Безумие и страх…

Глава 12. Звёзды, упав…

Трое незадачливых похитителей словно пытались вжаться в пол под взглядом Селестии. Никому из них не хватало смелости – или глупости – пытаться сбежать. Даск оборвал нити заклинания, и Спайк вместе с Твайлайт и её друзьями рухнули на пол. Все не сводили с Принцессы глаз. Её рог вспыхнул – и конус-заглушка слетел с рога Твайлайт, расколовшись на две половинки. Единорожка провела по рогу копытом и облегчённо вздохнула – он был цел.

Трое единорогов в центре комнаты сдавленным шёпотом обменивались отрывистыми упрёками.

— Т-ты не говорил, что в этом замешана королевская семья, — промямлил Фрост, оглядываясь на Даска.

— Я не знал! – Даск бросил взгляд на лавандовую единорожку. – Мне сказали, что Твайлайт – обычная ученица, ни слова о том, что у неё есть связи с Принцессой!

— Замолчите, — мягко произнесла Селестия. Большего и не потребовалось – единороги в одночасье стихли. – Даск Темпест, — она перевела взгляд на главаря. – Теперь ты стал членом Ордена Заката, не так ли? Неожиданные перемены…

Селестия обернулась на распахнутую дверь.

— Стража!

В дом вошли три белоснежных пегаса, закованных в золотую броню Королевской Стражи. Даск глухо зарычал, завидев их, но даже ни шелохнулся.

— Смотрите-ка, кто пришёл! – процедил он.

Не обращая внимания на Темпеста, стражники отдали Принцессе честь и замерли в ожидании дальнейших приказаний.

— Этих двоих, — она указала на Фроста и Даска, — связать и отвести во дворец. Уверена, скоро они многое смогут поведать нам. Что до тебя, — она обратилась к Свифту; тот испугано отпрянул, но спустя миг вызывающе посмотрел Принцессе в глаза. – Ты можешь идти. Возвращайся к тем, кто послал тебя. Передай им, что Элементы Гармонии, равно как и их друзья, находятся под моей личной защитой.

Она стихла, оглядывая единорога с ног до головы.

— Идея искалечить Спайка принадлежит тебе, не так ли? – В её глазах мелькнули отблески гневного пламени, и Свифт склонил голову, не в силах бороться со страхом. – Возможно, и после сегодняшнего инцидента, Орден будет продолжать думать, что лучший способ добраться до моей ученицы – угрожать тем, кто ей дорог. На этот случай я приготовила им послание.

Она кивнула одному из стражников, и тот протянул Принцессе небольшой свиток. Селестия подхватила свиток потоком магии и перенесла в седельную сумку Свифта.

— Это запечатанное заклинание. Одноразовое заклинание телепортации, чтобы ты смог вернуться к своим нанимателям и рассказать о том, что произошло сегодня.

Свифт опешил. Он никогда не блистал выдающимися познаниями в магии, но заклинания перемещения никогда не были для него проблемой. Осмелев, он вновь поднял глаза, всё ещё не выказывая ни малой толики раскаяния.

— И что мне им передать? – с лёгкой усмешкой спросил единорог.

Селестия закрыла глаза, и мягкий свет магической энергии залил её лоб. Некоторое время потоки магии клубились вокруг её рога, затем от них отделилась крохотная искорка. Все пони не сводили с неё глаз, пока частичка магии летела прямо к Свифту. Она коснулась его лба, словно растворяясь под кожей. Никто не смел проронить ни звука.

С глухим треском рог Свифта раскололся надвое и упал на пол.

Несчастный в ужасе отпрянул, глядя, как катятся по полу обломки его светло-синего рога. Фрост вжался в стену, не сводя глаз со своего сообщника. Даск почти зарычал от злости, но единственный взгляд Селестии в его сторону заставил главаря замолчать. Рог единорога лишён нервных окончаний, и Свифт ничего не почувствовал, но осознание произошедшего заставило его запаниковать. Рог не подлежал восстановлению. Он закрыл глаза, пытаясь возродить к жизни хоть малейшую искру магической энергии – безуспешно. Он мог найти протез – но даже тогда никто не сможет вернуть ему магию. У него не было иного выбора: так единорог превратился в земного пони.

— Прости меня, — прошептала Селестия. В её голосе не было ликования – только грусть. – Верхушка Ордена должна понять одно: я пойду на всё, чтобы защитить этих пони.

Двое стражников вышли из строя и ловко стянули оковами передние копыта Даска и Фроста. Антимагические заглушки – такие же, что Даск использовал на Твайлайт – украсили рога пленников, лишая их последней надежды на побег.

— Нам можно идти, Ваше Высочество? – Спросил капитан Гладиус.

— Да, — ответила Селестия. – Доставьте этих двоих в замок. Я поговорю с ними позже.

Гладиус отдал честь Принцессе и кивнул подчинённым. Те не спеша вывели арестованных за дверь – стреноженные единороги едва могли переставлять копыта, не говоря уже о полноценном шаге. Стражник, идущий последним, поклонился Принцессе и закрыл за собой дверь.

На пару минут в комнате воцарилась тишина. Затем Селестия обернулась и посмотрела на спасённых пони и дракончика. Никто из друзей Твайлайт никогда не видел Принцессу в гневе, и, хоть всё самое страшное осталось позади, они не решались заговорить с Селестией. Свифт всё ещё ощупывал обрубок своего рога, болезненно морщась от одной мысли о своей дальнейшей жизни без помощи магии.

— Я поговорю с вами чуть позже, — Селестия обратилась к Твайлайт и её друзьям, ободряюще улыбаясь. – Кажется, нам предстоит многое обсудить. Но сначала мне надо поговорить с глазу на глаз с… Напомни, как тебя зовут?

— С-свифт Зефир, — дрожащим голосом откликнулся бывший единорог.

— Идём. Мне нужно с тобой поговорить. Наедине. – Увидев, как безуспешно несчастный пытается справиться с собственным страхом, Селестия добавила. – Не беспокойся. Больше я тебе ничего не сделаю.

Она жестом указала на дверь. Секундное колебание – и Свифт, не в силах противиться воле Принцессы, вышел за дверь, которая тут же за ним закрылась. Половинки его рога так и остались лежать рядом с диваном Флаттершай.

* * *

Ни пони, ни дракончик сначала не проронили ни слова, словно пытаясь собрать воедино обрывки событий последних десяти минут. Твайлайт поморщилась, вспоминая треск, с которым раскололся рог Свифта. Что бы он не пытался сделать до этого, смотреть на процедуру лишения магии собрата-единорога было крайне неприятно.

Спайк шмыгнул носом. Он вскочил на ноги и подбежал к Твайлайт и Дэш, заключая их в объятия.

— Ребята! С-спасибо, что спасли нас с Флаттершай! – Шептал он сквозь слёзы. – Я обязан вам всем… Самой жизнью!

Тихонько пискнув, Флаттершай также приобняла подруг.

— Я тоже, — тихо сказала она. – Представить не могу, что бы случилось со Спайком, не появись вы!

Твайлайт и Рэйнбоу переглянулись, улыбаясь друг другу. Похвала лёгким румянцем расцвела на их щёчках.

— Всегда пожалуйста! — Ответила единорожка, крепче обнимая друзей.

— А ты, — с этими словами Флаттершай отстранилась от двух пони, подхватив Спайка передними копытцами. – Ты просто молодец! Как ты бросился на здоровяка, который повалил меня на пол – это очень храбрый поступок!

Спайк покраснел, но улыбнулся, обхватив шею канареечной пегасочки.

— Да ладно, Шай! Пустяки, правда…

В ответ она хихикнула и поставила дракончика на землю.

— И почему все драконы не такие, как ты?

— Что тут скажешь? — Спайк пожал плечами и подмигнул Флаттершай. – Я – единственный и неповторимый!

Тут он повернулся к Твайлайт: вспоминая слова Даска, он мрачнел на глазах.

— Так, что же это за история с похищениями? Единороги сказали, что в этом как-то замешана ты!

Твайлайт вздохнула и оглянулась на Дэш, ожидая поддержки любимой.

— Наверное, мне надо кое-что вам рассказать…

— Как и мне, моя дорогая ученица! – Голос, исходящий от двери, заставил их обернуться. Селестия вернулась; в её глазах была печаль. – Свифт ушёл. Ему пришлось использовать свиток.

Она, будто извиняясь, посмотрела на Твайлайт.

— Прости, что стала свидетельницей этого наказания. Я понимаю, каково единорогу увидеть что-либо подобное.

В комнате повисла тишина. Решив сделать первый шаг, Твайлайт подошла к наставнице. Больше никто не шелохнулся.

— Спасибо, что спасли нас, Принцесса! – Она склонила голову.

Селестия перевела взгляд с Твайлайт на её друзей: теперь в её взоре читался страх.

— Вы боитесь меня, — и это был не вопрос.

— Нет… — Начала было Твайлайт, но дар речи оставил её.

— Боитесь. Я вижу по глазам, — Вздохнула Селестия. – Твайлайт, ответь честно: правильно ли я поступила?

— Ваше Высочество? – Единорожка удивлённо посмотрела на Принцессу.

— Давным-давно, я дала себя клятву никогда не использовать своих сил в гневе, — ответила Селестия. – Боюсь, сегодня я преступила клятву, но сделала то, что должно. Но мне всё равно нужно услышать твоё мнение. Нужен взгляд со стороны – и лишь немногие способны быть честными со мной. Прошу тебя, ответь!

Твайлайт не торопилась с ответом: как могла Принцесса ставить под сомнение собственные решения? Сама единорожка считала наказание Свифта заслуженным. Но, увидев Селестию в ярости, Твайлайт ощутила страх, и лишь сейчас этот страх потихоньку покидал сердце единорожки: Принцесса вновь была тем мудрым наставником, которого знала и любила Твайлайт.

— Думаю, вы поступили правильно, — Ответила единорожка, встретившись взглядом с Принцессой. – Отпусти вы его целым и невредимым, это было бы воспринято как признак слабости. Похитители решили бы, что ваши угрозы не стоят и ломаного гроша, а этого вы им позволить не могли. Я бы поступила так же.

Твайлайт смолкла на мгновение.

— Знаете, — чуть слышно добавила она. – Вспоминая всё то, что они говорили про Спайка… Я бы зашла намного дальше вашего.

— Понятно, — кивнула Селестия.

— И ещё кое-что, Ваше Высочество, — Твайлайт понимала, что не могла солгать. – Да, я боюсь вас. Да и кто бы не испугался? Но это не меняет того, что вы – одна из самых лучших пони на этом свете, и я очень горжусь тем, что могу назвать вас своей наставницей!

В надежде на то, что она не нарушила ни одно из правил этикета Кэнтерлота, Твайлайт опасливо глянула на Селестию – и тут же смущённо отвела взгляд.

Глаза Принцессы блестели от слёз.

— Спасибо, Твайлайт, — чуть заметно улыбнувшись, прошептала Селестия.

— Итак, — Дэш сделала шаг в сторону Аликорна. Остальные последовали её примеру, убедившись, что гнев покинул правительницу Эквестрии. – Даск – это ещё что за тип? Похоже, вы с ним знакомы.

— Да, к сожалению, — Селестия помрачнела. – Я ещё вернусь к этому. Но сначала, я должна извиниться перед Твайлайт.

— Передо мной?

— Да, — кивнула Принцесса. – Как вы, наверное, поняли, единороги, пытавшиеся похитить Спайка – те же самые, кто незадолго угрожал вам с Рэйнбоу Дэш.

— Что? – Спайк чуть не подскочил на месте, узнав, что его злоключения не были первым испытанием, выпавшим на долю Твайлайт в этот день.

— Позже объясню, — прошептала Дэш.

Селестия продолжала.

— Есть одно общество, что называет себя «Орденом Заката». Я виновата перед тобой, что ты ничего не знала о его существовании, — вздохнула Принцесса. – Я думала, с Закатом покончено – но я ошибалась. Я должна была предвидеть всё это…

— Что именно, Принцесса? – Твайлайт не скрывала удивления и страха.

— Ты очень любопытна, — ответила Селестия. – Скажу больше: ты – великолепный учёный!

Твайлайт зарделась от неожиданной похвалы, но Принцесса продолжала.

— Ты – не первая, кто бросает вызов неизведанному. Я должна была понять, что рано или поздно загадка полёта пегасов привлечёт к себе твоё внимание, как это было и с другими исследователями до тебя.

— Твайлайт! Так вот о чём ты пыталась мне вчера рассказать! – Осенило Спайка. – Все эти схемы, таблицы…

— Как я и думала, — кивнула Селестия.

— Н-но… Причём здесь полёты? – Пискнула Флаттершай – и тут же чуть слышно добавила: — Если вы не против рассказать нам об этом… Конечно же…

— Да уж, — вставила Дэш. – Мы же никому не мешаем, какое им дело до нас?

— Обо всём по порядку, — Селестия приподняла копыто. – Позвольте, я расскажу, кем были эти пони из Заката. Вернее, кем они являются и поныне…

Принцесса выглянула в окно, не сводя глаз с ночного неба, раскинувшегося над землёй. Затем, она продолжала.

— Каждый вечер Солнце клонится к закату. Ничто не в состоянии изменить это. Что бы ни происходило в мире, закат неизбежен. Неплохое название для Ордена, поставившего своей задачей борьбу со всем новым, с переменами. Проще говоря, Закат — это кучка единорогов, работающих на благо своей расы. Многие сотни лет они плели паутину заговоров в тёмных уголках Кэнтерлота. Они верили в «избранность» единорогов, в их превосходство – особенно над пегасами.

Селестия оглядела собравшихся.

— Не знаю, насколько хорошо вы разбираетесь в перипетиях власти, но натянутые отношения между пегасами и единорогами насчитывают не одно десятилетие. Не в последнюю очередь благодаря моим стараниям теперь многое изменилось, но когда-то любой пегас был готов вцепиться в глотку единорогу – и наоборот.

— Странно, — прошептала Дэш, игриво толкнув Твайлайт в бок. – А мы почему-то поладили…

Единорожка шикнула на подругу, но не смогла удержаться от улыбки.

— Закат всё ещё считает пегасов врагами, — продолжала Принцесса. – Пока что единороги безраздельно владеют магией, пегасы ведают погодой и покорением небесных просторов – и Закат всё устраивает. Однако, они считают, что пегасы непрестанно рвутся к власти. И, что того хуже, уверены в том, что я втайне поддерживаю пегасов, подняв их над единорогами.

— Что? – Воскликнула Твайлайт. – Это же просто смешно! Мы все — ваши верные подданные! К чему, во имя Эквестрии, вам заводить себе любимчиков?

— Они считают, что существует заговор против единорогов, — в голосе Селестии появились металлические нотки. – Это всего лишь предубеждение, но именно на нём они строят чувство собственного превосходства. Слова, выдернутые из контекста, домыслы, слухи – вот и готово доказательство на все случаи жизни. Так и я могу стать «сторонницей пегасов»…

В сердцах Селестия тряхнула гривой.

— Оправдательное мышление, — пробормотала Твайлайт.

— Это ещё что за… — подняла бровку Дэш.

— Именно так, Твайлайт, — отозвалась Селестия. – Они верят лишь в то, во что хотят верить. Как бы то ни было, их основные мотивы неизменны. Вот тут и появляешься ты со своей теорией. Многие единороги-естествоиспытатели до тебя замечали, что с полётом пегаса всё не так просто. Закат знает об этом. Они знают правду, и на всё готовы, лишь бы эта информация не попала в копыта пегасов.

— Но ради чего? – Встрепенулась Дэш. Флаттершай же распушила крыло, рассеянно поводя им в воздухе, тщетно пытаясь понять, что же с ним не так.

— Магия, — ответила Селестия. – По их убеждению, магия должна принадлежать лишь единорогам. Если пегасы узнают о своих магических способностях, это подорвёт позицию магов-единорогов, — презрительно хмыкнула Принцесса.

— У нас есть магия? — Флаттершай оторвалась от земли, не в силах сдержать удивление.

— Именно так, Флаттершай, — кивнула Селестия. – Уверена, Твайлайт сама с удовольствием расскажет о своей теории в подробностях.

Принцесса окинула взором сначала Дэш, потом Твайлайт Спаркл.

— Итак, ты решилась на смелый эксперимент. И твой успех не остался незамеченным. Закат решил заставить вас замолчать, и я не сомневаюсь, что устранять носителей Элементов Гармонии не входило в их планы.

— Так тот тип в моём доме и сказал! – Воскликнула Дэш.

Флаттершай и Спайк недоумённо уставились на пегасочку.

— Они были у тебя дома? – Испуганно защебетала Флаттершай.

— Что-то не сходится, — Твайлайт раздраженно потёрла лоб. – Вы говорите, что это – древний Орден, что они – профессионалы. Как так вышло, что они почти ничего обо мне не знали? По крайней мере, то, что я могу напрямую связаться с вами, ваше Высочество! К тому же — кирпич в окно? Никак не вяжется с профессионализмом!

— Неплохо подмечено, — кивнула Селестия. – Очевидно, это отвлекающий маневр. Решив, что это всего лишь глупая выходка, ты не станешь торопиться с поисками Спайка; в тот момент, когда ты поймёшь серьёзность их намерений, будет уже поздно – и в их руках окажется крупный козырь. Тебе просто повезло, что они не успели реализовать свой план. Что же до нашей с тобой связи – вероятно, время работало против Ордена, и они не стали утруждать себя более детальным сбором информации. Всё, что их интересовало – то, что ты можешь уже на следующее утро опубликовать свою работу.

— Понятно, — вздохнула Твайлайт. – То есть, они отчаянно пускали пыль в глаза? Признаюсь, когда Дэш рассказала мне о своём «госте» я перепугалась не на шутку, но часть меня всё ещё считала происходящее нелепым розыгрышем кучки непроходимых тупиц. Хотя, я до сих пор не знаю, почему они сразу же не похитили Спайка…

— Эм-м… Твайлайт? – Встревожено сказала Флаттершай. – Один из них подслушал наш со Спайком разговор и узнал о том, что Спайк абсолютно случайно зашёл ко мне домой – его бы никто не хватился…

— Что? Странно… — Взгляд Твайлайт, брошенный на Спайка, будто спрашивал: «Что это ты задумал?».

Спайк покраснел, вспомнив, что он предупредил Твайлайт насчёт возможной помощи Флаттершай по саду. Но тут же вздохнул с облегчением – скажи он пегасочке всю правду, его похитители были бы намного расторопнее. В этом случае шансов на спасение не осталось бы.

Он покачал головой и одними губами прошептал: «Позже!», надеясь, что Флаттершай не заметит этого. Твайлайт всё ещё пребывала в растерянности, но решила оставить эту загадку на потом.

— Похоже, сегодня нам всем просто повезло, — заключила Принцесса Селестия.

Флаттершай нервно переступала с копытца на копытце, стараясь не смотреть на обломки единорожьего рога под диваном.

— Они… Они ещё в-вернутся?

— Не знаю, — Селестия вздохнула, покачав головой. – Но уж точно не сейчас. Я уже извинилась перед Твайлайт за свою тайну, но, по правде говоря, я и сама не подозревала, что Орден всё ещё в деле. После того, как около десяти лет назад верхушка Ордена была арестована, мне казалось, с ними покончено. Эти три единорога до сих пор находятся под стражей. Мне остаётся лишь предположить, что у Заката теперь новый лидер, но я и представить не могу, кто он. Знаю наверняка – именно Даск Темпест стоит за организацией похищения дракончика.

— Похоже, вы знали его раньше, — промолвила Твайлайт.

— Да. И слишком хорошо, к сожалению, — горько вздохнула Селестия. – ещё пятнадцать лет тому назад он был капитаном Королевской Стражи.

Дэш и Твайлайт обменялись удивлёнными взглядами.

— Обычно единороги редко становятся членами Стражи, но после отставки Капитана Магнуса я поставила на этот пост именно Даска. Даже сейчас я не могу сказать, что именно заставило меня принять такое решение – но в Темпесте что-то было, какая-то искра. Доверившись интуиции, я нисколько не прогадала: с каждым годом Стража под его руководством крепчала на глазах. Но, к несчастью, его погубил собственный характер…

Селестия вздохнула и продолжила.

— Время показало ошибочность моего выбора. Пятнадцать лет тому назад на одной из площадей Кэнтерлота разгорелась пьяная потасовка. Я выслала отряд Стражи, чтобы во всём разобраться – и с самого начала всё пошло не так. Каким-то образом Темпест отбился от своего звена и угодил в самое пекло. Неудачный удар в висок заставил его потерять сознание; в страхе все смутьяны разбежались – кроме тех троих, что не успели уйти до прибытия отряда.

— Значит, он облажался на задании, и его отстранили от службы? – Перебила Принцессу Дэш.

— Нет, — горько улыбнулась Селестия и продолжила. – Один из задержанных непрестанно доставал Даска, повторяя, что тот не достоин звания Капитана. Боль ли от удара, или бессильная злоба, или усталость – не знаю, что именно заставило Капитана Темпеста в ответ лягнуть задержанного прямо в голову. Даск не рассчитал силы, сломав несчастному шею. Тот умер на месте.

В этот момент все поморщились, а Флаттершай чуть слышно вскрикнула, прижимая передние копытца ко рту.

— У меня не было выбора, — с грустью в голосе продолжала Селестия. – Его с позором изгнали из Стражи, приговорив к двенадцати годам лишения свободы за убийство и превышение полномочий. Двое пегасов из его звена выступили свидетелями на заседании трибунала, подтвердив его вину. Когда его уводили из зала заседаний, он не переставал проклинать всех пегасов за предательство…

— Лучшей кандидатуры для Заката не сыскать, — вздохнула Твайлайт.

— Именно, — откликнулась Селестия. – Прошло двенадцать лет. За ним следили с первого же дня освобождения – и он с радостью принял приглашение. Думаю, в приватной беседе ему будет, о чём мне рассказать.

Она смолкла.

— Моя самая обидная ошибка…

— Так что же нам теперь делать? – Глаза Твайлайт излучали решимость. – Вдруг они вернутся? Нам нужно подготовиться!

— Теперь они воспримут мои слова всерьёз, — напомнила Селестия. – Однако, излишняя осторожность не помешает. Ваши исследования пока полежат в королевском хранилище, в Замке. Что же до вас самих…

Принцесса обвела присутствующих взглядом, слегка задумавшись.

— Мне кажется, Флаттершай может не опасаться незваных гостей. Теперь, когда затея с похищением провалилась, Орден не станет повторять ошибок.

Канареечная пегасочка облегчённо вздохнула, а Селестия обратила взор на Рэйнбоу, Твайлайт и Спайка.

— Вы трое пока в безопасности – вряд ли Закат рискнёт выйти из тени в ближайшее время. Но на всякий случай Рэйнбоу Дэш будет лучше временно пожить в библиотеке – если, конечно, там найдётся свободная комната. Так вы сможете присмотреть друг за другом, что бы ни случилось.

Твайлайт и Дэш обменялись улыбками заправских заговорщиков.

— Мы что-нибудь придумаем, — сказала единорожка.

— Я уж точно «за»! – рассмеялась Рэйнбоу.

— Неожиданная реакция, — улыбнулась Селестия, приподняв бровку. – Наконец-то взялась за книги?

— Э-э… — Заметив, как лёгкий румянец заливает щёки Твайлайт, пегасочка и сама покраснела. – Можно и так сказать…

Селестия перевела взгляд с единорожки на Рэйнбоу, потихонечку складывая последние кусочки головоломки воедино.

— Неужели я ошиблась, и библиотекарь для тебя оказалась намного интереснее самой библиотеки?

Спайк хлопнул по лицу когтистой лапкой: «И стоило мне так убиваться?», пробормотал он про себя.

Флаттершай улыбалась во весь рот, глядя на выражение лица Принцессы. Дэш и Твайлайт зарделись словно маки, но и им было нелегко скрыть улыбки. Не совсем приятные события этого вечера заставили посмотреть на многие вещи под иным углом, и держать свои отношения в тайне не имело никакого смысла.

— Ладно, — призналась Твайлайт. – Мы… Мы теперь вместе.

— Типа того, — Дэш кивнула и поцеловала единорожку в щёку, словно подчеркнув свои слова.

— Это просто замечательно! – Селестия широко улыбалась. – Никогда бы не подумала! Мои маленькие пони, вы не устаёте удивлять меня! Могу ли я спросить, как долго?

Дэш и Твайлайт переглянулись, словно решая, кому следует ответить на этот вопрос.

— Два дня, — наконец, ответила Рэйнбоу, положив голову на плечо любимой.

— О, нет! – Воскликнула Твайлайт, оглядываясь на канареечную пегасочку. – Прости, Флаттершай! Ты ведь не знала, да? Я не хотела, чтобы ты узнала… так…Ты же не против, что мы… — Тут единорожка осеклась, поймав на себе обезоруживающую улыбку Флаттершай. Внимательный наблюдатель в этот момент мог бы заметить, что Спайк словно куда-то испарился. А ещё более наблюдательный увидел бы дрожащий фиолетовый хвостик, торчащий из-под кресла за спиной Флаттершай.

— Не бойся, Твайлайт, — проворковала пегасочка. – Я вовсе не против, даже наоборот!

Тут она восторженно пискнула:

— Вы так мило смотритесь вместе!

С души Твайлайт словно камень упал. Она вспомнила, что Дэш уже рассказывала подруге детства о своих чувствах – поэтому эта новость не была для Флаттершай полной неожиданностью. Но не только она одна могла вздохнуть с облегчением: Спайк, словно появившись ниоткуда, невозмутимо стоял рядом с креслом, как если бы и не прятался под ним какую-то пару секунд назад. Он украдкой смахнул пот с чешуйчатого лба.

Рог Селестии вспыхнул, подхватывая с пола обломки рога Свифта – Принцесса аккуратно положила их под крыло. Потом она повернулась к Твайлайт.

— Когда у меня будет хоть что-то, касающееся Заката, я сообщу тебе. – С трудом вернув себе серьёзный вид – она искренне радовалась за свою ученицу! – Селестия продолжала. – Мне нужно вернуться в Кэнтерлот, чтобы начать полномасштабное расследование.

— А как же моя работа?

— Я сделаю копию, оригинал верну вам, — ответила Принцесса, вопрошающе глядя на Твайлайт. – Не мне решать, вернётесь ли вы к своим исследованиям – теперь всё в ваших копытах.

Твайлайт посмотрела на Дэш: пегасочка мгновенно кивнула.

— Я уже всё решила. Я обещала помочь Рэйнбоу, и эта работа как раз то, что нужно.

— Хорошо, — улыбнулась Селестия. – Но только сообщайте мне обо всём подозрительном рядом с вами.

Принцесса повернулась и пошла к двери. У порога она вновь посмотрела на друзей.

— Вы просто молодцы, все вы! – Тепло сказала она. – Элементы сделали правильный выбор.

С этими словами она закрыла за собой входную дверь. Раскинув крылья, она сорвалась с места, исчезая в ночной тишине. Её тёплое сияние ещё какое-то время мерцало за окном домика Флаттершай. Пони и дракончик смолкли, не сводя глаз друг с друга. Облегчение и пережитый ужас в равной степени легли на их плечи.

— Ну и денёк, — произнёс Спайк, высказав то, что было на уме у каждого из собравшихся здесь.

Глаза Флаттершай прояснились, когда с её губ слетели слова, что испокон веков помогали справиться с самыми непреодолимыми трудностями.

— Эм-м, никто не хочет чашечку чая?

## Глава 13 Страхи и надежды

Новая глава в истории наших героев — и новая глава в отношениях Твайлайт и Дэш. Позади — серьёзное испытание на прочность, но как знать, что ждёт дальше?

Чего ж нам надо, чёрт возьми?

Зайти так далеко,

Как никому до нас не удалось зайти?

Глава 13.

Страхи и надежды.

Когда две пони и дракончик вернулись в библиотеку, часы почти пробили полночь. Выпив по паре кружек чая и обсудив события уходящего дня, друзья пожелали Флаттершай спокойной ночи и оставили её наедине со своими мыслями. Совелий улетел на ночную прогулку, и в библиотеке царили тишина и покой.

— Я – спать! – Спайк зевнул, закрыв за собой дверь, и, только что не шатаясь от усталости, побрёл к себе. Дойдя до первой ступени лестницы, он обернулся:

— Спасибо ещё раз за то, что спасли меня, ребята.

— Не вопрос! – Отозвалась Дэш, с трудом сдерживая зевоту.

— Спокойной ночи, Спайк, — с улыбкой промолвила Твайлайт. Дракончик же рухнул на свою постель и, как по команде, захрапел.

— Нелегко ему пришлось, — улыбнулась Дэш.

— Как и всем нам, — с этими словами Твайлайт прислонилась к пегасочке и нежно поцеловала краешек губ любимой. Та в ответ хихикнула и чмокнула Твайлайт за ушком.

— Ты точно не будешь против, если я переночую у тебя?

— Конечно же, нет, — чуть смутившись, ответила единорожка. – Ты не представляешь, как долго я ждала этого! Что-то не так?

— Знаешь, — польщённая таким ответом, Дэш всё равно решила объясниться. – Не то, чтобы я не хотела переехать к тебе, но я думаю, что тебе нужно больше свободного места. Я не хочу навязываться и стеснять тебя.

Твайлайт улыбнулась, поняв причину беспокойства пегасочки.

— Не бери в голову, — подмигнула она. Затем, в её голосе появились нотки тревоги. – Надеюсь, тебе будет хорошо у меня. Знаю, тебе придётся нелегко – жить на земле! Может, нам удастся принести сюда кусочек облака, чтобы тебе было удобнее спать.

— Всё в полном порядке, — с улыбкой отмахнулась Дэш. – Мне здесь и так хорошо. Ну да, на облаке удобно, но предложи мне выбрать между облаком и местом в постели рядом с тобой…

Тут она озорно ухмыльнулась.

— Пф-ф-ф! Облако в пролёте!

Румянец разлился по щекам Твайлайт – но не только из-за слов пегасочки, но и от того, как блестели глаза Рэйнбоу в этот момент.

— Знаешь, я могу… поэкспериментировать с заклинанием Хождения по облакам, если захочешь, — прошептала Твайлайт.

— Давай, — хихикнула Дэш, сладко зевнула и прислушалась к храпящему Спайку. – Но потом… Наверное, нам тоже надо немного отдохнуть.

— Идёт, — отозвалась Твайлайт. Вдруг её охватило беспокойство. – Надеюсь, у Флаттершай всё в порядке. Она была так напугана!

— Напугана? – Ответила Дэш. – Скажи это тому голубому единорогу, на которого она накинулась! – Пегасочка ухмыльнулась. – Не хотела бы я перейти дорогу нашей тихоне. С ней всё будет в порядке – ты и не представляешь, из какого теста сделана эта пегасочка!

— Наверное, ты права, — кивнула Твайлайт. – Но всё равно завтра я хочу навестить её.

Единорожка чувствовала, как наливаются свинцом её веки. Она вновь прижалась к Дэш, пытаясь не упасть от усталости.

— Ладно. Пойдём спать.

* * *

— Поверить не могу – я ударила пони! – Пробормотала Флаттершай себе под нос, расстилая постель. Она опустила голову. Ей и раньше приходилось поддаваться гневу – в отчаянии или решимости помочь друзьям. Но сейчас, когда Спайку угрожала такая опасность… Ещё никогда она не хотела так сильно изувечить кого бы то ни было. Разве что тогда…

«…Мы и тебе пришлём парочку драконьих пальчиков…»

Одно лишь воспоминание заставило шерсть на её загривке встать дыбом, а её саму словно окоченеть от волны холодного гнева. Пегасочка зябко поёжилась, вспоминая ту дрожь, охватившую тело, когда её копыта почувствовали под собой плоть единорога. К счастью Твайлайт силой магии стёрла с ковра потёки крови, хотя бы частично устранив воспоминания об этой схватке. Как ни странно, угроза жизни и бесцеремонное вторжение в её дом пугало робкую пони куда меньше, чем собственное поведение.

Ведь, если быть до конца честной с самой собой, Флаттершай понравилось. Как бы больно ей ни было признаться в этом, ощущение собственной силы, борьбы за правое дело опьяняло пегасочку. Как и тогда…

Она рухнула на кровать, зарылась в простыни и стиснула веки.

«Забудь об этом!»

Но воспоминания не давали ей покоя до тех пор, пока, как показалось Флаттершай, спустя несколько мучительных часов, образы прошлого не перетекли в мир её снов.

* * *

С того памятного вечера прошло вот уже три дня.

Дэш медленно открыла глаза и улыбнулась, увидев перед собой мордашку спящей единорожки. От Селестии не было никаких новостей, да и Закат затаился в тени, и ничто не мешало им все эти дни. Даже странно… Рэйнбоу никогда бы не подумала, что Твайлайт когда-нибудь будет её наставником. Пегасочка поняла, что овладей она новой техникой полёта, новый рекорд скорости будет для неё почти плёвым делом.

Почти весь вчерашний день прошёл за тренировками на окраине Понивилля. Дэш всё ещё приходилось бороться с собственным телом, заглушая память мышц, но она делала значительные успехи, и ни минута этих изнурительных тренировок не прошла даром.

А вечером они с Твайлайт снова летали. Было намного теплее, чем в прошлый раз; а так как необходимость следить за углом атаки крыльев отпала, Рэйнбоу могла целиком сосредоточиться на красоте закатного неба – и единорожки в её объятиях. Несколько мгновений она лежала в постели, закрыв глаза, мысленно возвращаясь к вчерашнему полёту.

И тут Дэш чуть слышно хихикнула – в кои-то веки она проснулась раньше Твайлайт! В первый раз в жизни. Единорожке на этих тренировках доставалось едва ли не больше, чем самой Рэйнбоу: помимо всего прочего, Твайлайт отчаянно боролась с собственным страхом высоты. Дэш чуть отодвинулась от любимой, стараясь не потревожить её сон. Передние копыта Рэйнбоу обнимали Твайлайт, и она чувствовала, как с каждым вдохом вздымается и опадает живот единорожки. В который раз Дэш порадовалась за то, что Флаттершай уже была в курсе их отношений, но оставались друзья, которым лишь предстояло узнать всю правду. И Твайлайт, и Рэйнбоу превосходно понимали, что с этим нельзя затягивать.

Во время последнего визита к канареечной пегасочке ей показалось, что Флаттершай несколько отдаляется от друзей. Повторяя, что всё в порядке, она скорее всего убеждала саму себя, нежели Твайлайт и Дэш. Что-то терзало эту пони изнутри. Все они с нетерпением ждали новостей от Принцессы, а сегодня решили отправить ей письмо, в котором расскажут Селестии о своём намерении в недалёком будущем побить новый рекорд скорости.

А за окном птицы уже вплетали свои трели в картину нового дня, и Дэш решила, что на часах, должно быть, почти десять. Надо было вставать – и недовольное бурчание голодного желудка вторило её мыслям. Она придвинулась к Твайлайт и нежно поцеловала шею спящей пони. Единорожка чуть дёрнула копытцем во сне.

— Твай! – Прошептала пегасочка на ухо любимой.

Твайлайт пробормотала нечто нечленораздельное и повернула голову в сторону пегасочки, так и не открыв глаза. Но вот её веки слегка дрогнули. Дэш улыбнулась и вновь коснулась шеи единорожки губами, затем ещё раз – чуть выше, и, наконец, дошла до линии подбородка. Лёгкий румянец расцвёл на щеках Твайлайт, и она чуть прикусила губку.

— Знаешь, мне понравилось, как ты меня будишь, — пробормотала она спросонья, открывая глаза.

— Ещё бы! – Дэш озорно подмигнула, не отрывая взгляда от глаз Твайлайт. – Не против, если я притащу к тебе кое-какие вещи?

— Конечно, — улыбнулась Твайлайт. Вдруг она нахмурилась. – Слушай, а с твоим домом всё будет в порядке? Облака без тебя не разлетятся в разные стороны?

— Не, — покачала головой Дэш. – Построено на века! – С этими словами она потянулась и продолжила: — Приготовить тебе завтрак? Вроде бы как моя очередь.

— Спасибо! – искренне откликнулась Твайлайт. – Раньше ты первой никогда не просыпалась.

— Старые привычки! – Усмехнулась Дэш, откидывая простыни в сторону.

— Погоди-ка, — Твайлайт коснулась плеча пегасочки, на мгновение удерживая её в кровати. – Спасибо за вчерашний полёт. Я люблю летать с тобой.

Единорожка прекрасно знала, что лишь в небе Дэш могла чувствовать себя по-настоящему свободной. Это был её мир, её дом – и только её. И то, что Дэш разделила с Твайлайт своё небо – для единорожки это было намного больше, чем просто красивый жест.

Рэйнбоу понимала подругу и тепло улыбнулась.

— Без тебя в небе пусто, — тихо и искренне произнесла она.

Глаза Твайлайт распахнулись от изумления – она была не в силах вымолвить ни слова. Вместо этого она ещё крепче сжала плечо Дэш и привлекла пегасочку к себе, прижимаясь к её губам в страстном поцелуе. Рэйнбоу даже и не подумала сопротивляться. Для неё каждый новый поцелуй был словно первый. Когда, спустя пару мгновений, их губы отстранились друг от друга, глаза пони лучились обретённым счастьем.

— Я люблю тебя, Рэйнбоу, — прошептала Твайлайт.

— Я тоже люблю тебя, — отозвалась Дэш. Она полной грудью вдохнула запах единорожки и ещё сильнее прижалась к лавандовой шкурке. Затем, нехотя, она высвободилась из объятий Твайлайт и встала с постели.

* * *

Дэш знала, как сделать превосходный завтрак – с этим Твайлайт поспорить не могла. Единорожка уже съела четыре сенных вафли, и не собиралась останавливаться на достигнутом. Дэш только и могла, что с изумлением смотреть на любимую с другого края стола. Спайк, устроивший себе внеочередной выходной, пришёл на кухню, ведомый манящими ароматами, набрал полную тарелку этих произведений кулинарного искусства и вернулся в свою постель.

— Слушай, пока я не улетела за вещами, давай напишем Селестии письмо? – Задумчиво произнесла Дэш.

Твайлайт дожевала очередной кусочек и спешно проглотила его.

— Идёт, — кивнула она. – Так или иначе, всё, связанное с рекордами, проходит с разрешения Принцессы, и чем раньше мы известим её о наших планах – тем лучше.

С этими словами она отправила в рот новую порцию.

— Серьёзно, где ты научилась так готовить? Это просто восхитительно!

— Прирождённое мастерство во всём! — Ухмыльнулась Дэш. – Хорошо, что я не слишком в этом поднаторела. Кому нужна кьютимарка в виде вафли?

— И правда! – Прыснула Твайлайт. — Твоя молния лучше.

— Хотя, с другой стороны… «Вафли Дэш» — вроде как, звучит…

— «Вафли Дэш»? – Твайлайт засмеялась в голос. – Мне нравится!

Всё ещё улыбаясь, единорожка подхватила перо и чистый свиток со стола, отодвигая в сторону опустевшую тарелку. И замерла.

— Этот рекорд скорости… Ты уверена? Не думаешь, что это может быть… Опасно?

— О чём ты? – Удивлённо вскинула брови Дэш.

— Закат. Знаю, они легли на дно, но теперь… Мы словно ворошим осиный улей.

— Точно, — зябко поёжилась Дэш. – Но мы попытаемся устроить всё в Клаудизее, так? У тебя-то с твоим заклинанием Хождения по облакам проблем не будет, но любой другой единорог в Клаудсдейле и носа не покажет.

Тут она приблизилась к Твайлайт, заговорщически шепча:

— К тому же, если они что-то и попытаются выкинуть – всё к лучшему. Селестия наверняка выставит неслабую охрану – так мы поможем поймать ещё парочку-другую «закатцев».

— Минуточку! – Воскликнула Твайлайт, в испуге широко распахнув глаза. – Я не хочу, чтобы ты была для них наживкой! Я не позволю тебе рисковать собой! Мало того, что всё это из-за моих исследований…

— Будет тебе, Твай, — Рэйнбоу вздохнула и попыталась обойти защиту подруги. – Если бы не твои исследования, призрак отца так бы и терзал меня. Я по-любому установлю этот рекорд, и если при этом нам удастся сцапать несколько этих полоумных фанатиков – чем не приятная мелочь?

Тут она с силой приложила копытом столешницу.

— И ещё: так мы покажем Закату, что не боимся их!

— Наверное, — прошептала Твайлайт, пытаясь собраться с мыслями. – Хорошо, — продолжала она. – Но сначала я попрошу Принцессу усилить охрану стадиона. И ты права – единороги будут слишком бросаться в глаза в Клаудсдейле.

— Отлично, за дело! – Ухмыльнулась Дэш.

Беспокойство, охватившее Твайлайт, помешало ей разделить чувства Дэш.

— За дело, — ответила она, даже не улыбнувшись. – Надеюсь, мне не придётся жалеть об этом.

С этими словами, она принялась за письмо, пытаясь хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей.

Дорогая Принцесса Селестия!

Я прошу Вас разрешить Рэйнбоу Дэш

предпринять попытку побить существующий рекорд скорости,

установленный пегасами.

Я понимаю, что моя просьба может показаться странной,

особенно принимая во внимание недавние события.

Однако, этот рекорд крайне важен для Рэйнбоу Дэш,

и это дело не потерпит отлагательств.

Мне известно, что подобные мероприятия проводятся

в Клаудизее Клаудсдейла, и я полагаю,

что дорога туда единорогам без

специального разрешения закрыта.

Мы с Рэйнбоу понимаем, что многим рискуем,

но важность этого проекта не даёт нам времени на сомнения;

тем паче эту попытку следует предпринять в ближайшее время,

пока Закат всё ещё не отошёл от недавнего поражения.

Если в ближайшие пару недель стадион Клаудсдейла будет свободен,

я была бы крайне польщена, если Вы свяжетесь с нами касательно

конкретной даты.

Ваша верная ученица,

Твайлайт Спаркл.

PS: Есть ли какие-нибудь результаты

расследования деятельности Ордена?

Твайлайт отложила в сторону перо и пробежалась взглядом по письму.

— Что скажешь? – Рэйнбоу Дэш приняла послание из копыт единорожки и прочитала его в один присест.

— Вроде неплохо, — кивнула пегасочка. – Может показаться странным, что мы затеваем подобное ни с того, ни с сего… Но Принцесса должна понять, что у нас есть на это веские причины.

Твайлайт подхватила лист, свернула его и закрепила страницы восковой печатью.

— Надеюсь на это.

— Так, — Дэш прикончила остатки на своей тарелке и встала из-за стола. – Пойду, слетаю домой.

Она улыбнулась Твайлайт.

— Если я у тебя подзадержусь, мне понадобятся кое-какие вещички!

* * *

Когда Дэш вернулась, полуденное солнце заливало Понивилль своим светом. Пегасочку почти не было видно за сумками и коробками. Кое-как приземлившись перед входом в библиотеку, она, пошатываясь под тяжестью поклажи, открыла дверь. В это время Твайлайт разбирала стопку книг, сортируя их по тематике и раскладывая по соответствующим полкам.

Она обернулась на пегасочку и удивлённо вскинула бровь.

— Как ты можешь летать с таким грузом? Ну и дела!

— С трудом, — отозвалась Дэш, скидывая вещи на коврик перед дверью, и тут же принялась распаковываться. – Прости за весь этот хлам… Найдётся для него местечко?

Твайлайт оставила свою горку книг и поспешила к горе Дэши.

— В кладовке полно места, — отозвалась она. – Но ты можешь положить их куда угодно.

— Правда? – встрепенулась пегасочка. – Я думала, тебя раздражает беспорядок. Причём серьёзно раздражает.

— Хорошо, тут ты права, — веко Твайлайт чуть дёрнулось. – Положи их, куда хочешь, только не забудь про симметрию!

— Есть, сэр! – Дэш хихикнула и шутливо салютовала Твайлайт. С этими словами она подхватила пару сумок и побежала наверх. На последней ступеньке она оглянулась. – Кстати, от Принцессы весточки не было?

— Всё глухо, — Твайлайт покачала головой. – Надеюсь, осталось ждать недолго. Спайк сейчас в подсобке – он сразу же предаст нам ответ Принцессы, если что.

Со второго этажа донёсся глухой стук – Дэш поставила сумки на пол, и через пару секунд радужная грива пегасочки вновь появилась в лестничном пролёте. – Думаешь, я успею подготовиться?

— А? – Твайлайт даже выронила пару книг из стопки: вопрос застиг её врасплох. Она обернулась на Дэш. – Конечно же!

Твайлайт улыбнулась любимой.

— Вчера ты почти не думала о своих крыльях – то с какой скоростью ты отбрасываешь старые привычки, меня просто поражает!

— У меня всё получается быстро! – Дэш в хвастливой позе облокотилась на стену. Твайлайт в полной тишине насмешливо подняла бровку. Рэйнбоу поморщилась и возвела очи горе. – Умничка, подловила…

Не сдержав смешок, пегасочка продолжила.

— Надеюсь, я в хорошей форме. Главное – определиться с датой, а там поглядим. Хотя мне надо будет попробовать кое-что. – На мгновение Дэш смолкла, собираясь с мыслями, затем решительно тряхнула радужной гривой. – Завтра попытаюсь сделать Радужный Удар. Без крыльев.

— Ну, группа поддержки у тебя, считай, есть, — улыбнулась Твайлайт. – Только будь осторожна: мы ещё не касались таких скоростей на тренировках!

— Конечно, конечно, — кивнула Дэш. – Только для рекорда мне нужно будет лететь с намного большей скоростью, чем скорость звука. Ну, надо же с чего-то начинать?

Внезапно из подсобки раздалось шипение. Пони обернулись на звук и увидели, как в дверях комнаты показался Спайк, сжимавший в лапках запечатанный свиток.

— Свежая почта! От Принцессы! – выдавил он, переводя дыхание. Мог бы и не уточнять – кто ещё, как не Принцесса Селестия, мог отправить письмо с помощью пламени дракона?

Дэш тут же слетела вниз по лестнице, спеша услышать последние новости из Кэнтерлота. Твайлайт развернула свиток и принялась читать, чуть нахмурив брови.

Моя дорогая ученица, Твайлайт Спаркл!

Я с радостью разрешаю Рэйнбоу Дэш использовать арену Клаудизея

и желаю ей удачи. Пусть меня и смущает внезапность вашей затеи,

однако я всецело полагаюсь на вашу оценку ситуации.

Арена Клаудсдейла будет свободна в субботу, через две недели.

Я предоставила необходимую информацию мэру Клаудсдейла,

дабы он обеспечил достойное освещение данного события,

равно как и всё требуемое оборудование.

Предупреждаю заранее, любая попытка побить

старый рекорд скорости привлечёт к себе огромное внимание.

Я согласна, что любому единорогу

будет крайне сложно проникнуть на стадион,

ведь заклинание Хождения по облакам встречается редко –

как и сами единороги в стенах облачного города.

Но в целях вашей безопасности я распорядилась усилить

охрану мероприятия отрядом Королевской Стражи.

Что же касается Заката, этим утром меня известили о том,

что возможно Стража напала на след одного из убежищ Ордена.

Операция по захвату назначена на сегодняшний вечер.

Обо всех результатах извещу вас позже.

С наилучшими пожеланиями,

Принцесса Селестия.

Дослушав до конца, Дэш рассекла воздух ударом копыта.

— Обалденно! – Воскликнула пегасочка. – За две недели мы успеем подготовиться как следует, да к тому же Стража поймает ещё парочку-другую этих единорогов из Ордена!

Она перевела дыхание.

— Да, ну и скорость у этих ребят из Стражи! Вот что значит – связываться с Принцессой!

Твайлайт хихикнула, радуясь про себя тому факту, что Дэш не придётся устанавливать новый рекорд через какие-нибудь два дня. Спайк слышал каждое слово послания, и теперь ухмылялся, зная, что его незадачливые похитители скоро столкнутся с новыми проблемами.

— Вот здорово! – Произнёс он.

Твайлайт с отсутствующим взглядом свернула свиток и положила его на стол. Что-то всё ещё не давало ей покоя, червячком сомнений шевелясь где-то под сердцем. Она попыталась свалить всё на собственную подозрительность – без толку. Единорожка посмотрела на любимую пони, которая улыбалась так радостно – и в этот момент Твайлайт поняла, что всё сделала правильно. Она сделала жизнь Дэш ярче. Она подарила ей новые приятные воспоминания, которые не несли ни боли, ни ненависти к самой себе.

Но снова и снова, думая о предстоящей попытке, Твайлайт чувствовала, как внутри неё что-то обрывается.

Закат приносит тьму. Так было всегда.

«Надеюсь, нам не придётся жалеть об этом…»

## Глава 14. Затишье перед бурей

Похоже, наши друзья ещё не скоро встретятся с Закатом. Однако им предстоит ещё одно серьёзное испытание. Сможет ли дружба оказаться сильнее предубеждений и традиций? Смогут ли друзья Твай и Дэш принять их такими, какие они есть? Новая глава — и новая страница в книге любви, надежды и преодоления. Приятного прочтения! PS: "Fillyfoolers", Диcкорд бы их побрал. Не придумал ничего лучше, чтобы перевести этот термин как "вертихвостки". Подчёркивается легкомысленность и женский пол, обыгрывается наличие хвостов у имярека. Не знаю, у кого будут идеи получше — буду рад поправить несколько корявый перевод ;)

И мало слова «красота»,

Чтоб образ твой запечатлеть.

Нужны мне новые слова,

Чтоб рифмою тебя облечь…

Глава 14. Затишье перед бурей.

Вся спальня была заставлена наполовину распакованными сумками и коробками, содержимое которых было нещадно высыпано на ковёр. Несколько приборов для контроля за погодой соседствовали с банными принадлежностями и зачитанными до дыр журналами, по большей части освещающих полёты и пилотажную группу «Вандерболтс». В отдельной кучке лежали с виду невзрачные и бесполезные предметы – но для их хозяйки они представляли особую ценность.

Пока Твайлайт со Спайком отправились в город по своим делам, Дэш была предоставлена сама себе. Вздохнув, она ещё раз оглядела свои вещи. Она подумала, что ей не стоит так цепляться за то, что несло с собой не слишком приятные воспоминания. Вот почерневшая от времени серебряная цепочка с подвеской, вот несколько пыльных рамок с фотографиями, лежащих вниз лицом. За ними – обрывки разноцветных листков бумаги; но вершиной коллекции странных вещей Дэш был длинный шарф всех цветов радуги, очевидно, связанный пони, мало что смыслившей в рукоделии.

Рэйнбоу подошла к ближайшей коробке, протянула копыто – и тут же отдёрнула его, отчаянно тряся гривой.

«Всё это – твоё прошлое. Может быть, в прошлом ему и место?»

Фотографии и обрывки бумаги тут же отправились назад в темноту коробки. С непреклонной решимостью Дэш затолкала оставшиеся коробки и сумки под кровать. Твайлайт и не подозревала, что там можно хоть что-то хранить, и места под кроватью было предостаточно. Но шарф и подвеску Дэш оставила себе. Цепочка легла на прикроватный столик, а шарф обрёл свой новый дом в платяном шкафу. Когда с памятными вещами было покончено, Рэйнбоу облегчённо вздохнула и принялась искать место для журналов, облачных сетей и анемометров.

В тот же миг в дверь осторожно постучали, и в открывшемся проёме появилась голова Твайлайт Спаркл.

— Привет, Твай! – Улыбнулась Дэш. – Удачно сходили?

— Более-менее, – кивнула Твайлайт. – Думала зайти и посмотреть на погром…

Тут она перевела взгляд на кипу журналов и непонятных приборов на ковре и вздохнула с облегчением.

— Ну и дела! Я-то ждала беспорядка уровня «землетрясение» или «ураган».

— Ну, извините, — ухмыльнулась Дэш, осматривая комнату. – Ты и вправду придумала разные уровни беспорядка?

— Ну, конечно же, — Твайлайт озорно подмигнула и принялась изображать из себя заядлого ботаника. – Беспорядок скалируется с уровня «Лёгкий ветерок», заканчиваясь уровнем «Метконосцы».

— Что ж, научненько, — усмехнулась пегасочка. – Есть соображения, куда мне деть моё оборудование?

После недолгих раздумий Твайлайт нашла ответ на этот вопрос:

— В подвале есть ящик для измерительных приборов – там должно быть достаточно места.

— Круто, будет сделано!

— Это тоже твоё? – Твайлайт жестом указала на подвеску с серебряной цепочкой. Дэш помрачнела на глазах.

— Да, — пегасочка попыталась сменить тему разговора, отведя взгляд.

Стоило Твайлайт подойти поближе, она увидела, что перед ней не простая подвеска, – а медальон. Его слегка выпуклая дверца держалась на потемневших от времени петлях. Единорожка видела, что Дэш чем-то встревожена, и не стала касаться этой темы. Эта вещь, рассудила Твайлайт, очень важна для пегасочки – ведь ради чего ещё стоит хранить у себя очевидную дешёвку? Она открыла было рот – но решила смолчать. Когда придёт время, Дэш сама всё расскажет любимой, а Твайлайт не хотела давить на неё, тем более, сейчас.

Пытаясь перевести разговор в иное русло, единорожка ухватилась за мысль, не дававшую её покоя на протяжении всей недавней прогулки со Спайком. Ни она, ни Дэш вот уже несколько дней не видели своих друзей, и лучшего повода для встречи найти было нельзя. Она решила взять инициативу в свои копыта – ведь именно ей принадлежала мысль на время оставить их с Рэйнбоу отношения в тайне.

— Дэш… — начала она.

— Ага? – Пегасочка подняла голову от журналов.

— Я готова, — преодолев секундное замешательство, продолжила Твайлайт. – Если ты не против, я хочу рассказать о нас ребятам.

— Ты уверена? – Дэш встала и подошла к подруге. – Ты действительно хочешь этого, или просто желаешь угодить мне?

— Уверена, — кивнула Твайлайт.

— Отлично, — просияла Рэйнбоу. Но спустя мгновение, тень сомнения вновь пробежала по её лицу. – Надеюсь, они поймут. Я бы не хотела потерять никого из них...

— Они – настоящие друзья, — ответила Твайлайт, в равной степени успокаивая и Дэш, и саму себя. – Я верю, они поймут. Вот увидишь!

— Что ж, — Рэйнбоу вздохнула, собираясь с духом. – Сейчас – или никогда! Идём?

— Идём! – Твайлайт нервно рассмеялась. – Пока я не перепугалась насмерть.

* * *

Пегасы из Погодного Отряда, наконец, смилостивились, и на улице было чуть теплее, чем в последние дни. Но всё равно Твайлайт как можно ближе прижималась к лазоревой шубке Дэш, укрываясь её тёплым крылом. По дороге к бутику Рэрити их сопровождали удивлённые, а иногда и гневные взгляды – не говоря уже об одном жеребце, высунувшемся из окна и залихватски присвистнувшем при виде наших пони.

— Не знаю, льстит ли это мне – или бесит, — Дэш закатила глаза, мотнула гривой и продолжала идти, не сбавляя шаг. Твайлайт хихикнула, ластясь к шее Рэйнбоу – мнение окружающих было не в состоянии затмить собой её собственное счастье. К тому же, и она, и Рэйнбоу не раз спасали Эквестрию от всевозможных невзгод – и в том, что они идут по улице вдвоём, было мало предосудительного.

Стоило бутику «Карусель» показаться из-за поворота, Дэш убрала крыло со спины Твайлайт.

— Чтобы Рэрити не догадалась раньше времени, — виновато объяснила она.

Твайлайт замерла на пороге.

— Ну, удачи! – прошептала она любимой и нажала на кнопку звонка.

За мелодичным перезвоном последовали приглушённые шаги. Дверь открылась, и на пороге показалась слегка взъерошенная Рэрити.

— Добро пожаловать в бути… Ой! Так это вы! – При виде друзей она заметно оживилась. – Заходите, заходите!

Улыбка облегчения заиграла на её губах.

— Я было решила, что вы — тот несносный жеребец. За сегодняшний день он заходил ко мне вот уже шесть раз – никак не определится с заказом. – Она возвела очи горе. – Бывают же пони… Ну, к делу: чем могу помочь? Давненько не виделись!

Твайлайт глубоко вздохнула.

— Рэрити, нам надо кое-что сказать тебе… — Она смолкла, увидев загадочную улыбку на лице пони-модельера.

— Знаю, что всё это чуть неожиданно, — подхватила Дэш. – Но я и Твай, мы… Мы теперь вместе!

Рэйнбоу чуть покраснела, но всё же, гордо улыбнулась во весь рот.

Чего они не ожидали – так это реакции Рэрити. Её глаза неистово сверкали.

— Ах, так вы, наконец, решили расс… — Тут она осеклась, отчаянно пытаясь выразить свою мысль как-нибудь по-другому, едва сдерживаясь от того, чтобы зажать рот копытами. – То есть, я хотела сказать, решили встречаться?

На её лице вновь засияла радостная улыбка, но тень беспокойства всё ещё замерла в уголках глаз – как если бы Рэрити чуть было не сказала что-то абсолютно недопустимое.

— Это замечательно! Никогда бы не подумала, что именно вы… — Она переводила взгляд с Дэш на Твайлайт. – Я так за вас рада!

— Эм-м, спасибо, — улыбнулась Твайлайт. Отчасти она была рада, что подруга не восприняла эту новость в штыки, с другой стороны единорожку беспокоила неожиданная реакция Рэрити. – То есть, ты не против? Мы ведь – две кобылки?

Рэрити взмахнула копытцем, полностью вернув себе самообладание.

— Конечно же нет, дорогуша! Какой из меня друг, если я начну указывать вам, кого именно вы должны, или не должны любить!

— Спасибо, Рэрити! – Расцвела Дэш, радуясь удачному началу. – Это много для нас значит.

— К тому же, — Рэрити заговорщически зашептала, придвинувшись ближе к друзьям. – Выступая против вас, я бы обличила и себя саму…

Белоснежная единорожка чуть покраснела и нервно хихикнула.

— А? – До Дэш внезапно дошёл смысл сказанного Рэрити. – Но… как же Блублад?

Рэрити презрительно хмыкнула.

— Если вы помните, наша с принцем последняя встреча оставила неизгладимый след торта на королевской гриве. В любом случае, я ничего не имею против жеребцов, я, проще говоря… пони широких взглядов.

— Ты шутишь! – Новость ошарашила Дэш. – Думала, мне одной в Понивилле нравятся девочки… Оказалось, таких, как я – полгорода!

— Может, ты поспешила? – Улыбнулась Твайлайт. – И зря остановила выбор на зануде из библиотеки?

— Не зря – у меня просто не было выбора! – Подмигнула единорожке Дэш и поцеловала её в носик; Твайлайт смущённо захихикала.

Рэрити улыбалась, всем сердцем радуясь за друзей.

— Что ж, я очень рада за вас! – Тут она обеспокоенно посмотрела на часы. – Мне очень жаль, но меня ждут заказы – а времени только до завтра. Не хочу показаться грубой, но мне надо немедленно вернуться к работе – иначе я безбожно опоздаю!

— Конечно, — откликнулась Твайлайт. – Нам тоже пора. Надо ещё рассказать остальным.

— Знаешь, пока всё идет, как по маслу! – Прошептала на ухо единорожке Дэш.

— Я и вправду рада, что ты поняла нас, Рэрити! Спасибо! – Твайлайт улыбнулась, а Дэш молча кивнула. Уже на пороге вновь зазвенел входной колокольчик, но даже его радостный звон потонул в скрежете зубов пони-модельера. Открыв дверь, Дэш нос к носу столкнулась с рыжим земным жеребцом. Наши пони прибавили шаг, чувствуя, как атмосфера в бутике вновь накаляется до предела.

Уже на тропинке, ведущей от бутика, до них донеслись обрывки разговора.

— И снова здравствуйте! Я тут подумал и решил, что воротничок должен быть шёлковым, а не…

— Ох, ради всего святого!

Стоило двери с грохотом захлопнуться, Дэш так и прыснула со смеху.

* * *

Даже на подходе к «Сахарному Уголку» Рэйнбоу всё ещё хихикала, вспоминая незадачливого покупателя.

— Знаешь, всё прошло на удивление гладко, — задумчиво произнесла Твайлайт.

— Ага, — отозвалась Дэш. – Вот уж чего не ожидала от Рэрити – так это то, что ей тоже нравятся девочки. По ней и не скажешь.

— Наверное, — Твайлайт пожала плечами. – Блублад кого хочешь отвратит от жеребцов. Причём на всю жизнь.

— И то верно…

Дэш замерла.

— Минуточку, — приглушённым шёпотом продолжала пегасочка. – Мы расскажем им о Закате? О том, что случилось у Шай?

— Не думаю, — покачала головой Твайлайт, чуточку погрустнев. – Не стоит: чем больше они узнают, тем в большей опасности окажутся, если Закат вновь перейдёт в наступление. Ненавижу тайны, но мне хватает и наших с тобой проблем. С меня достаточно и того, что я втянула тебя во всё это…

— Я уже сто раз говорила, — напомнила любимой Дэш. – Я с тобой лишь потому, что сама хочу этого. И, если даже им была бы нужна только ты, я всё равно буду рядом, что бы ни произошло. Они придут за тобой – сена с два! – пусть сначала разберутся со мной!

Её голос дрожал.

— И любой из наших друзей скажет тебе то же самое.

Единорожка рассеянно разглядывала булыжники мостовой.

— Я знаю – и именно поэтому не хочу говорить всё сегодня. В любой момент я могу остановить этот эксперимент, и только моё глупое чувство справедливости мешает мне сделать это прямо сейчас. Только это ставит нас под удар. Понимаю, тебя мне не отговорить, но я не хочу подвергать опасности кого-то ещё. Мы всё расскажем им – но только тогда, когда с Закатом будет покончено.

Твайлайт подняла голову, глядя Рэйнбоу в глаза.

— Но… Спасибо тебе. Спасибо, что не оставила меня… — Румянец на щеках, потупленный взгляд. – Это так важно для меня…

Твайлайт шептала слова признания, чувствуя, как в уголках глаз скапливается влага.

— Твай, — Дэш улыбнулась, нежно поднимая голову единорожки, пока их взгляды вновь не встретились. – Это честь для меня.

Больше всего на свете Твайлайт хотелось поцеловать пегасочку прямо здесь, посреди улицы – но ни Дэш, ни проходящие мимо пони этого бы не одобрили. Она крепко обняла Рэйнбоу, и одинокая слезинка скатилась по лавандовой щеке. Дэш осторожно гладила её гриву.

Не прошло и пары минут, как наши пони подошли к дверям «Сахарного Уголка». Вывеска на двери гласила: «Открыто», и они вошли внутрь, заставив маленький дверной колокольчик залиться радостным звоном. По-видимому, Кейки либо были на кухне, либо в отъезде – ведь за прилавком их встречала сама Пинки Пай.

— Привет, ребята! – радостно помахала копытцем розовая пони.

Рэйнбоу и Твайлайт застыли в удивлении – но не из-за Пинки, а из-за того, что в магазине был ещё один посетитель. Сейчас он как раз расплачивался за пакетик разных вкусностей.

— Приветик, сто лет не виделись! – радостно улыбнулась Эпплджек, приветствуя друзей.

О-оу… Твайлайт и Дэш переглянулись. Они хотели посетить «Сладкое Яблочко» в последнюю очередь, по дороге разработав план разговора с Эй Джей. Они знали, что с этой пони придётся труднее всего, поэтому и оставили её напоследок. Они были не готовы…

Озадаченность Твайлайт не ускользнула от Эпплджек.

— Ты в порядке, Сахарок?

— Божежмой! – Пинки одним махом перепрыгнула стойку и подбежала к друзьям. – Давненько не виделись! Ну, впрочем, всего четыре дня, хотя, о чём это мы? Для мотылька – это це-е-елая вечность! Или для очень нетерпеливой пони. Или…

Эпплджек смерила Пинки тяжёлым взглядом, и болтушка смолкла.

— Ах, да. Точно. Привет!

Твайлайт посмотрела на Дэш, словно спрашивая совета. Пегасочка пожала плечами и кивнула, словно говоря: эй, а почему бы и нет? Сейчас – так сейчас!

— Нам надо кое-что вам сказать, — не сводя глаз с Дэш, тихо промолвила Твайлайт.

— Что стряслось, лапа? – Встревожено спросила Эпплджек. – Всё в порядке? На вас двоих лица нет!

— Эй Джей, Пинки… — Вздохнула Твайлайт, стараясь не смотреть в глаза пони-фермеру. – Мы пришли, чтобы сказать вам, что мы с Дэш вместе. Мы встречаемся.

Воцарилась тишина. Глаза Эпплджек медленно полезли на лоб, а Пинки Пай словно раздувалась от переполнявших её эмоций, расплываясь в довольной улыбке.

— Ребята! Это же просто блестяще-замечательно-фантастикопревосходно круто! Давайте, устроим вечеринку? Давайте! Ну! – на одном дыхании выпалила она.

Реакция Пинки ни для кого не стала сюрпризом: Твайлайт не могла ожидать другого от бесшабашной королевы вечеринок. Наконец, она нашла в себе смелость встретиться глазами с Эй Джей. Оранжевая пони всё ещё не могла прийти в себя.

— Встречаетесь, в смысле, встречаетесь?

— А в каком ещё смысле можно встречаться? – Вскинула бровь Дэш.

— Ух ты, — Эпплджек заметно нервничала. – Ну и дела, а?

Она прочистила горло, не поднимая глаз.

— Эй Джей… Что-то не так? – Спросила Твайлайт, готовясь к худшему.

Несколько мгновений Эпплджек хранила молчание, переводя взгляд с Твайлайт Спаркл на Рэйнбоу и обратно. Она словно боролась сама с собой.

— Не буду врать: пока не знаю. – Ответила она. – С одной стороны, все вы – мои друзья, и я, петрушка меня побери, не позволю подобному встать между нами. С другой стороны, мне всегда говорили, что это… всё это… неправильно, так? Знаю, я привыкну к этому, но мне понадобится время. Надеюсь, вы понимаете меня. Простите, если я расстроила вас… Просто не думала, что вы – вертих…

Она осеклась, глядя на ярость в глазах Дэш – и боль в глазах Твайлайт, так и не договорив обидного прозвища до конца. Рэйнбоу шагнула к Эпплджек.

— Вот как, Эй Джей? – Начала она. – Ну, хорошо хоть ты сможешь терпеть наше присутствие. Только дай знать, если мы станем слишком неправильными для тебя!

Твайлайт коснулась плеча Дэш.

— Рэйнбоу, — прошептала она. Пусть слова Эпплджек и прозвучали, словно гром среди ясного неба, Твайлайт была готова к такой реакции – и была готова принять предубеждения консервативного пони-фермера как должное.

— Нет! Пусть так говорят другие – но другу это с копыт не сойдёт! – Воскликнула пегасочка. Пинки спряталась за прилавком, от её радости не осталось и следа – только испуганные, широко распахнутые глаза виднелись из-за кассового аппарата.

— Слушай, Рэйнбоу, — Эпплджек примирительно подняла копыто. – Разве ты хочешь, чтобы я лгала вам? Притворилась, что всё в полном порядке? Я просто честна с вами. Честность – всё, что я могу вам дать.

— Как же, Честность, — фыркнула Дэш. – Будь в тебе хоть толика Верности, может, тебе бы и не пришлось лгать! Ты бы поняла, что всё это ни хрена не имеет значения!

Эпплджек тоже шагнула вперёд. Её лицо пылало от гнева.

— Я же сказала, что постараюсь! — Она продолжала, уже тише, горько вздохнув. – Послушай, Рэйнбоу, я бы так хотела радоваться вместе с вами, правда. Но я не могу в одночасье перевернуть свой мир…

Гнев оставил Рэйнбоу Дэш так же внезапно, как и подчинил её себе. Она смиренно склонила голову. В её глазах, наполненных грустью и разочарованием, заблестели слёзы. Пегасочка обернулась на дверь.

— Пойдём, Твай, — тихо проговорила она. – Нам пора.

Твайлайт не шелохнулась. Она не сводила глаз с Эпплджек, словно пронзая её взглядом насквозь.

— Вертихвостки? – Спросила она. В её голосе не было обвинительных ноток, просто любопытство. – Вот, что это значит для тебя? Бессмысленное занятие – крутить хвостами друг перед другом?

Эпплджек опустила глаза, рассеянно постукивая копытом по дощатому полу магазина.

— Блин, Твай, я не хотела, чтобы ты так думала…

— Но так и есть, да? – Продолжала Твайлайт. – Так тебя учили в детстве. Ты думаешь, что две кобылки не могут жить одной семьёй, что это ничего не значащие… шалости?

Дэш вновь выжидающе посмотрела на Эпплджек. Слова отрицания встали комом в горле пони-фермера – она просто не могла солгать.

-… Да. Я знаю, что с моей стороны это совсем не честно, я просто не знаю, как так можно жить.

Она вновь опустила голову. Пинки боялась вздохнуть, всё ещё прячась за прилавком.

Лицо Дэш оставалось бесстрастным, когда она подошла к Эпплджек. Пони-фермер поморщилась, ожидая чего угодно…

— Эй Джей, — прошептала Рэйнбоу. – Мне пришлось нелегко в последние несколько дней. Мне было больно. Я была глупой, и возненавидела себя за это. Если бы не Твайлайт, я бы давно сбросилась с облака…

Эпплджек поморщилась, но Дэш и не думала останавливаться. Она продолжала, с каждым словом всё громче и громче.

— Твайлайт помогла мне стать лучше. Она показала, как я заблуждаюсь, и до конца верила в то, что я смогу. Не сомневалась ни секунды. Я люблю её за то, что она у меня есть. За то, что она сделала для меня, и я не знаю, что бы со мной стало, не будь Твайлайт рядом. Может быть, такая любовь и идёт вразрез с твоим воспитанием, но не смей и думать, что её вовсе нет!

Сверкнув очами, Дэш отвернулась от Эпплджек и подошла к своей единорожке. Твайлайт не сводила глаз с возлюбленной. Рэйнбоу не уставала удивлять её, и сердце Твайлайт рвалось из глотки удушливым комом. Пинки осторожно высунулась из-за прилавка: её губы дрожали.

— Пойдём домой, Твай. Кажется, Эй Джей нужно время, — тихо проговорила Дэш, и теперь Твайлайт не стала с ней спорить.

Стоило им подойти к двери, как Эпплджек окликнула их.

— Ребят?

Они обернулись и увидели, как оранжевая пони виновато склонила голову, заливаясь чуть заметным румянцем стыда.

— Простите меня. Я и правда подумаю над всем этим. После твоих слов, Рэйнбоу, я начинаю думать, что была не права. Что бы ни случилось, вы – мои лучшие друзья, и ничто не изменит этого.

Заметно нервничая, она ткнула копытцем доску пола.

— Если вы сможете назвать меня своим другом.

— Конечно, — слабо улыбнулась Дэш.

— Я тоже, — кивнула Твайлайт.

— Йе-е-ей! – воскликнула Пинки Пай, с облегчением понимая, что их дружба, пусть и пошатнувшись, не рухнула в бездну.

* * *

Даже не смотря на реакцию Эпплджек, с души Твайлайт словно свалился камень. По пути в библиотеку она только и думала, что ещё одной проблемой в их жизни стало меньше.

Она остановилась и повернулась к Дэш.

— Думаешь, с Эпплджек всё будет в порядке?

— Надеюсь, — вздохнула Рэйнбоу, оглядываясь на силуэт «Сахарного Уголка». – Не то, что бы я была не готова к этому – но мне всё равно больно.

Твайлайт зарделась, вспоминая слова пегасочки.

— То, как ты заступилась за нас – это было просто великолепно!

— Это была чистая правда, — с почти робкой улыбкой на лице отвечала Дэш. Твайлайт встретилась с ней глазами, снова чувствуя, что тонет в бескрайнем океане пурпура. Тонет – или летит. Она позволила себе взлететь.

— Ты полна сюрпризов, не так ли? – проворковала Твайлайт.

— То ли ещё будет, — прошептала Дэш и подмигнула, вновь вгоняя Твайлайт в краску.

Они всё шли и шли, пока вдалеке не показалась крона библиотеки-дерева. Твайлайт знала, что следующие две недели будут весьма тяжёлыми. Изнурительные тренировки. Тень Ордена, нависшая над ними… Но стоило ей перевести взгляд на пегасочку, как она понимала: даже одна секунда, проведённая с Дэш, стоит всего этого.

Внезапно, притворный ужас исказил черты лица Рэйнбоу.

— О-оу… — пробормотала она.

— Что такое? – Участливо спросила Твайлайт.

— У нас проблемы, — прыснула Дэш. – Я надеюсь – изо всех сил – что Эй Джей не расскажет о нас Бабуле Смит!

Твайлайт рассмеялась в голос, представляя себе удивлённое лицо пожилой пони.

— Вот бы на это посмотреть...

Она смолкла, в удивлении глядя на дом-дерево. Дверь в библиотеку открылась, и Спайк выбежал им навстречу, цокая коготками по булыжной мостовой.

В его лапках был запечатанный свиток.

— Только что от Принцессы! – переводя дыхание, выкрикнул он. Твайлайт выхватила свиток из лап Спайка, развернула его и принялась читать. Её брови нахмурились.

— Что там? – возбуждённо воскликнула Дэш.

К удивлению пегасочки, Твайлайт усмехнулась с выражением мрачного удовлетворения на лице.

— Закат.

## Глава 15. Признания

И... Простите меня за непростительно долгую задержку. Reality sucks! Кгхм... Похоже, не только мне придётся просить прощения в этой главе. И вновь несколько сокровенных тайн станут явью — как и должно быть. С возвращением, "Лазоревка"!

Любовь помогает,

А может и ранить.

«Орёл-или-решка»

Ничего не меняют…

Глава 15. Признания

Моя дорогая ученица,

Твайлайт Спаркл!

Операция Стражи прошла успешно,

и ещё трое членов Ордена

были арестованы на конспиративной квартире

в Кэнтерлоте. Даск Темпест раскрыл детали

недавней деятельности Заката,

а так же помог заполнить пробелы в истории Ордена.

Лишение магии его собрата

сделала пленника на удивление сговорчивым.

В то время, как я пишу эти строки,

подозреваемых уже конвоируют в замок.

Мне пока неизвестно, являются ли они верхушкой Ордена,

но ходят слухи, что среди них – Рут Блэксэп,

выдающийся алхимик, печально известный своим

Зельем Глупости.

Если нам повезло, и мы действительно

схватили лидеров Заката,

я сомневаюсь, что Орден может когда-либо

потревожить нас в дальнейшем.

Буду держать вас в курсе событий.

С наилучшими пожеланиями,

Принцесса Селестия.

— Обалденно! – усмехнулась Рэйнбоу, не сдерживая эмоции после прочтения письма.

— Точно, — с облегчением выдохнул Спайк, стоило им вернуться под сень библиотеки.

— Рут Блэксэп! — восторженно пробормотала Твайлайт. – У меня есть пара его трудов. Он восхитителен; ума не приложу, как он мог пойти на поводу преступников вроде Заката? Только потому, что он – единорог?

— Или он думает, как они, — Дэш пожала плечами. – И что это за петрушка такая – «Зелье Глупости»?

— Крайне сложный в приготовлении рецепт, — ответила Твайлайт. – Самое известное из изобретений мастера алхимии. В двух словах – как называется, так и работает. Тот, кто выпьет настой, становится излишне самоуверенным, идёт на неоправданный риск и всё в таком духе.

— Интересно. Сам наверняка упился своего зелья – и вступил в Закат, — предположила Дэш.

— Наверное, — улыбнулась Твайлайт. – Надеюсь, что Страже действительно удалось схватить магистра Ордена. Поживём – увидим.

Дэш оглядела библиотеку, готовясь вновь взяться за разбор своих вещей. Перспектива не из радужных… Но тут в её голову пришла идея получше:

— Эй, Твай? Может, сходим поужинаем где-нибудь? Типа, мне не помешает развеяться… Она сникла.

— После Эй Джей и всей этой истории.

— С удовольствием, — кивнула Твайлайт и нежно потрепала плечо Дэш. – Она всё поймёт, со временем, вот увидишь!

— Знаю, знаю… — Вздохнула Рэйнбоу. – Просто хотелось, чтобы она поняла сразу.

— Спайк, присмотришь пока за библиотекой? – Спросила Твайлайт.

Дракончик отвлёкся от своего нового проекта по выращиванию драгоценного кристалла и повернулся к пони, зажав в руках камертон.

— Конечно, — подмигнул он. – Если твои книги оживут и бросятся в атаку, я спасу библиотеку пусть и ценой своей жизни!

Твайлайт одарила его взглядом а-ля «пожалуйста, посерьёзнее!», но и сама не удержалась от улыбки.

— Сейчас вернусь, — сказала Дэш, осенённая новой идеей. – Надо кое-что забрать.

Она взлетела наверх, и в тот же миг вернулась, на ходу пряча что-то в небольшую седельную сумку.

— И вот ещё что, Твай, — ухмыльнулась она. – На этот раз я угощаю.

Она шутливо толкнула единорожку.

— Только без твоих фокусов, идёт?

— Спасибо, Рэйнбоу! — Твайлайт улыбнулась и чмокнула Дэш в щёку. Не оставшись в долгу, пегасочка вернула поцелуй Твайлайт. Так, бок о бок, они и покинули стены библиотеки.

Спайк фыркнул, не перенося на дух подобных «понячьих» нежностей. Как только дверь за подругами захлопнулась, дракончик вернулся к своему сапфиру, взглядом истинного ценителя пробегая по переливающимся граням самоцвета.

— Рэрити ни за что не получит этот камень! — мрачно пробурчал Спайк.

* * *

Последующие полчаса Спайк провёл, совмещая полезное с приятным; если быть точнее – незабудковый сэндвич с парой аметистов, припасённых на чёрный день. День и в правду был не из лучших: дракончик то и дело оглядывался по сторонам, ожидая, что в любую минуту в комнату ворвутся похитители из Заката. Одёрнув себя, Спайк сжевал последний самоцвет, наслаждаясь его мягким коричным ароматом.

— Успокойся! – сказал он сам себе. – Ты уже не маленький! Теперь за нами присматривают Принцессы, а добрая половина этих единорогов уже сидит по казематам Кэнтерлота. А ты ждёшь, что они вновь постучатся в твою дверь? Ни единого шанса!

В дверь постучали.

Вскрикнув от неожиданности, Спайк запрыгнул за диван, прижимаясь к доскам пола и отчаянно дрожа.

В дверь постучали снова – аккуратно и ненавязчиво.

«Минуточку,» пронеслось в голове Спайка, стоило ему вернуть себе способность мыслить разумно – равно как и начать дышать не в ритме загнанной пони. «Преступники никогда не стучатся. Открывай уже!»

Спайк встал на ноги и выглянул из-за дивана, затем выскочил наружу и подошёл к двери.

«А что если меня застанут врасплох? Мешок на голову – и поминай, как знали!»

Спайк глубоко вздохнул, чувствуя, как в горле рождается маленький шар зелёного пламени, готовый в любую секунду поразить любого нежданного гостя – если тот будет выглядеть достаточно подозрительным. Сжав челюсти, под оглушительный барабанный бой собственного сердца, Спайк открыл дверь.

— Привет, дорогуша!

Конечно же, это было лучше, чем орава похитителей драконов – но не намного. На пороге библиотеки стояла Рэрити, удивлённо взирая на смешно надутые щёки дракончика. Как бы ни хотел Спайк высвободить заряд пламени и «подправить укладку» нашей моднице, он всё же сглотнул, чувствуя, как шар растворяется в его желудке, обращаясь в ничто.

— Привет, — буркнул он, стараясь не смотреть гостье в глаза.

Рэрити, слегка опешив от такого не слишком радушного приветствия, заглянула через голову Спайка в холл библиотеки.

— Эм-м, я пришла проведать Твайлайт, — как-то нерешительно сказала она. – Я хотела подарить ей и Дэши симпатичные накидки, которые сделала специально для них, — пони указала на седельную сумку, из которой торчал уголок витиевато расшитой ткани.

— Их нет дома. Они пошли перекусить, — отрезал Спайк.

— Ох… — В холодном воздухе повисло неловкое молчание. – Я тогда… Я пойду.

Окончательно смутившись едва сдерживаемой яростью в глазах и словах дракончика, Рэрити развернулась и пошла прочь.

Спайк не мог больше сдерживаться. Он кипел от злости – и крикнул вдогонку белоснежной единорожке.

— Жаль, что их нет дома, а? Ни одной свежей сплетни, чтобы распустить по всему городу – какая досада!

Рэрити обернулась. Её глаза расширились в изумлении.

— Простите, что?

Теперь Спайка уже было не остановить. Он спас репутацию Рэрити в глазах Флаттершай – но никак не ради самой пони-сплетницы. Обманутые чувства вспыхнули в нём с новой силой, стоило ему вновь посмотреть в глаза Рэрити.

— Хотя, есть идея. Пойдём, пропустим по чашечке чая? Как знать, может, лестью и ласковым словом тебе удастся вытянуть ещё что-нибудь сочненькое из доверчивого дурачка, вроде меня?

Недоумение на лице Рэрити сменилось прозрением, стоило всем частицам головоломки сложиться воедино в её голове. Она помрачнела, испуганно приложив копытце ко рту.

— О, Спайк! Мне так жаль…

— Жаль, что ты попалась – вот о чём ты жалеешь! – горько рассмеялся Спайк. Он подошёл ближе, и зашептал: — Ты обещала мне. Сказала, что я могу доверять тебе. Что ты не предашь. Ты с самого начала знала, что я на всё пойду ради тебя. И что же ты сделала?

— Спайк, пожалуйста! – Голос Рэрити дрожал от подступающих слёз.

— Взяла и разболтала всё Флаттершай! – Спайк повысил голос. – Знаешь, что? Именно из-за тебя я пришёл к Флаттершай тем вечером…

Спайк знал, что Рэрити понятия не имела о недавних событиях, знал, что ему следует держать язык за зубами – но ничего не мог с собой поделать.

— Я знал, что тебе нельзя доверять! Из-за тебя Флаттершай чуть не убили!

— Что? – Испуганно выдохнула единорожка.

— Знаешь, забудь. Тебе не стоит знать об этом. Не заслужила.

С этим словами Спайк вернулся в библиотеку и захлопнул за собой дверь.

Ещё несколько минут он ходил взад-вперёд по холлу, выдыхая облачка дыма из ноздрей. Только теперь он понял, что злился не из-за своего преданного доверия, а из-за опасности, что нависла над Флаттершай. В тот вечер он не мог и подумать, что может произойти. И не думал.

Что, если б он замешкался и не прыгнул на Свифта? Если бы тот удар единорога достиг цели? Видение возможного развития событий пронеслось в его голове во всех подробностях. Флаттершай – чуткая, ранимая Флаттершай, извивающаяся под градом ударов – и только потому, что Спайк, ослеплённый чувствами к Рэрити, с радостью выдал ей все свои секреты… Лишь теперь дракончик понял, что всё это время злился не столько на Рэрити, сколько на самого себя.

И вот – даже после такого сурового урока – он пошёл на поводу у своих чувств и снова проболтался насчёт того, что касалось лишь Твайлайт и Дэш. Сейчас, ему надо всё исправить. Пойти за Рэрити.

Он решительно распахнул дверь, намереваясь пойти к бутику «Карусель». Если, конечно, хозяйка пустит дракончика на порог. Дождь лил как из ведра, и пони-модница наверняка припустила домой, спасаясь от непогоды и тяжести собственной вины.

Зрелище, представшее его глазам, заставило Спайка замереть от неожиданности.

Рэрити лежала на мокрых камнях тротуара и плакала, спрятав лицо между передними копытцами. Солёные капельки слёз и капли дождя бежали по её щекам, обгоняя друг друга. Услышав скрип двери, она подняла голову и посмотрела на Спайка заплаканными глазами.

— Я… Прости меня… — Выдавила Рэрити, виновато опустив глаза.

— Пойдём со мной, — тихо произнёс Спайк. Как бы не провинилась перед всеми ними Рэрити, ему было больно смотреть на продрогшую, плачущую пони. Она не убежала домой, не отвернулась от собственной вины. Наверное, лишь поэтому дракончик дал ей второй шанс. – А то замёрзнешь до смерти.

Встав на непослушные копытца, единорожка вошла в библиотеку, низко склоняя голову. Она села на дверной коврик, дрожа от холода и рыданий.

— Минуточку, — Спайк по лестнице взлетел в спальню и спустя мгновение вернулся, протягивая чистую простыню из комода Твайлайт. – Держи!

— С-спасибо, — всхлипнула Рэрити, заворачиваясь в белоснежную ткань, отчаянно вытирая заплаканные глаза. – Мне в правду очень жаль, что так вышло, Спайк.

Теперь, когда она сидела рядом со Спайком, их глаза поравнялись.

— Я знаю, что теперь мои слова ничего не стоят, и ты по-прежнему вправе ненавидеть меня, — шептала она. – Но мне жаль…

В глазах единорожки застыла немая мольба.

— Клянусь, больше об этом никто не знает! Я сказала, что сама увидела Рэйнбоу и Твайлайт вместе.

— Но ты же понимаешь, что случилось бы, стоило Твайлайт самой всё рассказать Флаттершай. Та бы ответила, что узнала об этом от тебя. И что именно ты первой увидела их. Твайлайт сразу догадалась бы, кто обо всём растрепал. Она доверяет мне – и я не хочу, чтобы что-то менялось.

— Я знаю, — Рэрити опустила взгляд. – Я так сглупила, что рассказала обо всём Флаттершай. И ты прав: я не заслуживаю знать о том, что случилось из-за моего предательства. Она сама расскажет мне, если сочтёт нужным. Но я этого не заслуживаю.

На мгновение её глаза вновь взметнулись к глазам дракончика.

— Я просто надеюсь, что ты сможешь понять, почему я предала тебя…

— В этом-то всё и дело, Рэрити, – вздохнул Спайк. – Я не понимаю! Ты знала, как важно для меня было сохранить всё в тайне – но ты тут же всё рассказываешь Флаттершай. Я не понимаю, зачем ты это сделала!

Рэрити тихо и печально рассмеялась.

— Нет, Спайк, ты всё понимаешь. Конечно же, понимаешь. Помнишь тот момент, когда ты сам открыл мне тайну Твайлайт? Ты знал всю важность этой тайны. Ты не хотел предавать друзей – но ты был со мной. С той пони, от которой у тебя не было секретов. Прекрасной, опасной пони, ради которой ты бы пошёл на всё? Именно так шептало тебе твоё сердце?

— Ага… — Кивнул Спайк, широко распахнув глаза от удивления. – Именно так! Но… Как ты догадалась?

Рэрити закрыла глаза, и влага вновь заблестела на её ресницах.

— Я слышу тот же шёпот, когда я рядом с Флаттершай.

Рэрити смолкла, и её голос уступил место нескольким мгновениям напряжённого молчания. Спайк моргнул: теперь всё стало на свои места. Всё так и было: она предала Спайка так же, как и он сам в своё время – Твайлайт. Он прекрасно понимал, как сильно это может ранить лавандовую единорожку, но шёпот сердца заглушил голос разума.

— Ты… Тебе нравится…

Рэрити кивнула.

— Она добрая, чуткая… красивая… Всё, чем я являюсь, что я делаю и говорю, тает без следа в сравнении с ней. И я без памяти влюбилась. Да и как могло быть иначе?

Рэрити вновь опустила голову.

— Я знаю, всё напрасно. В своё время она ясно дала понять, что ей нравятся только жеребцы. Я не могу признаться ей – не могу позволить этому разрушить нашу дружбу. – Рэрити смущённо зарделась. – Ты же знаешь, как она робка, скромна. Знай она, что я думаю о ней… так… Смогла бы Флаттершай вновь назвать меня своим другом?

Рэрити тяжко вздохнула.

— Ну, вот и лучшее объяснение. Я не жду, что ты простишь меня. Надеюсь лишь, что сможешь понять.

Спайк медленно кивнул, всё ещё не отойдя от удивления. Несмотря ни на что, новости о том, что сердце белоснежной единорожки и близко не лежало к одному конкретному дракончику, несколько выбивали из колеи. Но признание Рэрити позволяло Спайку скинуть с себя хотя бы часть груза собственной вины.

— Я понимаю, — тихо произнёс он. – Я изо всех сил постараюсь простить тебя. Какой же тогда из меня друг?

— Спасибо, Спайк! – Робко улыбнулась Рэрити.

— Да, вот ещё что… — Добавил Спайк. – Насчёт Флаттершай – того, что её могли… ранить… — Повинуясь порыву сердца, он заменил слово «убить» на более лёгкий вариант.

Рэрити кивнула, а дракончик продолжал.

— Ты узнаешь об этом чуть позже. Все вы узнаете – но, поверь мне: лучше сейчас никому из вас не впутываться во всё это дело. – Тут он запнулся. – Прости, но это не только моя тайна.

— Я понимаю, — улыбнулась Рэрити. – Ты стал совсем взрослым, Спайк.

Дракон хихикнул в ответ, хотя слова единорожки заронили семена грусти в его сердце.

— Знаешь, рано или поздно нам всем приходится взрослеть.

* * *

Тем вечером в «Троттенсонс» кипела жизнь, и приглушённое гудение множества голосов эхом разносилось по зале, залитой дрожанием свеч. Твайлайт и Дэш сначала решили пойти в какой-нибудь другой ресторан, но Погодный отряд, сбив дождевые тучи прямо над центром города, нарушил их планы. В конце концов, они не ничуть не пожалели о том, что вновь пришли в это уютное местечко. Еда – как и в прошлый раз – была просто превосходна, и обе пони – как и в прошлый раз – наслаждались каждым мгновением, проведённым вместе.

За едой они, казалось, успели поговорить обо всём – начиная от Заката и предстоящего испытания скорости, и заканчивая недюжинными кулинарными способностями Дэш.

Доедая свою порцию, Дэш бросила взгляд на Твайлайт, оставившую на тарелке пару кусочков.

— Здесь просто классно, — улыбнулась Рэйнбоу. Твайлайт кивнула в ответ.

— Кстати, — добавила единорожка. – За чем это ты поднималась наверх перед тем, как мы ушли гулять?

— А, это? – Дэш смолкла. – Я хотела кое-что тебе показать. Кое-что объяснить, идёт? Рада, что удалось отложить этот разговор на потом.

С этими словами Дэш достала из седельной сумки небольшой потрёпанный временем серебряный медальон — тот самый, что Твайлайт заметила этим утром на прикроватном столике Дэш. Единорожка наклонилась, чтобы поближе рассмотреть украшение.

— Наверное, он очень важен для тебя.

— Да, точно, — Дэш смотрела на медальон так, словно он был сделан из чистого золота. — Перебирала вещи и нашла его в ящике стола. Подумать только, ведь именно из-за него я и оказалась в Понивилле.

— Что? — Удивлению Твайлайт не было предела.

— Знаю, — хихикнула Дэш. — А с виду и не скажешь, а? — Пегасочка ловко щёлкнула замком медальона, раскрыв его.

Прищурившись, Твайлайт взглянула на выцветшую фотографию на развороте — и вздрогнула от удивления. Бледно-жёлтая единорожка на фото робко улыбалась Твайлайт, а блеск её внимательных глаз не могла затмить печать времени. Но именно её грива так потрясла лавандовую пони: завитки локонов, ниспадающих на лицо незнакомой единорожки, переливались всеми цветами радуги. Приглядевшись, Твайлайт заметила, что её глаза имели мягкий пурпурный оттенок, такой чистый, до боли знакомый...

Оторвавшись от медальона, единорожка заметила лёгкую улыбку на губах Дэш.

— Это... — голос Твайлайт дрогнул и стих.

— Рэйнбоу Шайн, — кивнула пегасочка. — Моя мама.

— Она... Единорог? — прошептала лавандовая пони.

— С этим иногда были проблемы. Но в конце концов они с папой пошли с поклоном в Кэнтерлотский Университет. Их прошение одобрили, и на маму наложили постоянное заклинание Хождения-в-облаках, чтобы она могла переехать с папой в Клаудсдейл. Это было до того, как всё пошло... наперекосяк. Они так и не поженились, потом появилась я... — Рэйнбоу вздохнула. — У меня её глаза, её грива... её имя. Стоило только мне появиться на свет, папу словно подменили. Он ревновал её ко мне — я, как и все жеребята, отбирала всё мамино время. Наверное, он так с этим и не смирился.

Рэйнбоу задумчиво улыбнулась, глядя на потускневшее фото, тщетно пытаясь скрыть боль воспоминаний. Твайлайт нежно взяла её копытце в свои.

— Если не хочешь, тебе не обязательно говорить об этом сейчас. Я не обижусь, — ободряюще зашептала единорожка, но Дэш упрямо тряхнула гривой.

— Я хочу, чтобы ты знала, — ответила пегасочка. — Ты уже знаешь про моего отца, про то, что он сделал... Но помнишь, я говорила о том, что мы с Флаттершай ушли из школы и переехали сюда в одно и то же время?

— Помню, — кивнула Твайлайт. — Флаттершай искала себе новый дом, и ты не оставила её одну.

— Ага, — Отблески свечи дрожали в пурпуре печальных глаз Рэйнбоу. — Вот только я кое о чём умолчала.

С этими словами пегасочка подхватила медальон, задумчиво разглядывая его в сиянии свеч.

— Например, о том, что я его украла. Однажды, папа был в своём обычном скверном настроении. Этот медальон был одной из вещей, который остались после ухода мамы, и он, сам не зная, зачем, держал медальон при себе. Мне тоже нравилась эта вещица — с ней связаны такие тёплые воспоминания. Знаешь, это — мамин подарок на День Домашнего Очага — в тот самый год, когда родилась я.

Рэйнбоу тяжко вздохнула, и продолжила.

-Ну вот, папа решил заложить его, избавиться от всего, что осталось после мамы. После того, как она ушла, мы никогда не встречались, я немножко злилась на маму — но, наверняка, у неё были свои причины.

Пегасочка сжала копытцеТвайлайт, словно та была её путеводной звездой во тьме воспоминаний; почти не мигая, Дэш смотрела ей прямо в глаза.

— И я забрала его себе. Запихнула в сумку перед началом новой учебной недели. Обычно я не приезжала на выходные, но в этот раз он попросил меня об этом. Не знаю, зачем — он бывал таким странным иногда... Может, снова хотел поизмываться надо мной. Не думаю, что он заметил пропажу. И вот, я принесла медальон в школу, спрятала его у себя в комнате, показала только Флаттершай. В школе было правило, — тут Дэш усмехнулась себе под нос. — “Прячь всё в себе”. Покажешь чувства, слабину — разорвут на части.

— Мне это знакомо, — сочувственно кивнула Твайлайт, не понаслышке знавшая о жестоком мире жеребят из школы Одарённых Единорогов.

— Но вот, садовая моя голова, я показалась с медальоном на уроках. Мне было плохо, мне нужна была поддержка — вот я и взяла его с собой. Я как раз возвращалась в свою комнату, а эта кобылка — Айви-что-то-там... Выхватила его прямо из копыт.

— О, нет! — Испуганно вздрогнула Твайлайт.

— Не знаю, — кивнула Дэш. — Есть на свете и такие пони.

Она продолжила, но уже тише.

— Я погналась за ней, но после кросса толку от меня было чуть. И вот, она прижимает меня к шкафчикам с одеждой, осматривает меня с ног до головы... Смотрит, нет ли порезов, синяков на лице — и не найдя ничего, говорит: “Похоже, твой папаша потерял хватку, Дэши...”

От ледяной хватки ярости у Твайлайт перехватило дыхание.

— Да как она посмела! — Единорожка с трудом сдерживала себя, не желая лишнего внимания посетителей ресторана.

— Всё позади, — поежилась Рэйнбоу. — Хотя я так и не узнала, как эта Айви догадалась о моём папе... Ну вот, я получаю копытом в лицо — просто так, как водится, и она уходит с медальоном. Вокруг собрались пони — поглазеть на драку, но шоу закончилось, и все разошлись.

— Но... Но ты его вернула? — Твайлайт жестом указала на медальон в копытах Дэш. — Тебе пришлось...

— Не мне, — печально прошептала Рэйнбоу. — Я попросила Флаттершай зайти ко мне, чтобы побыть с ней, привести физиономию в порядок. Я не хотела говорить о том, что случилось — всем бы стало только хуже. Она, естественно, разволновалась, залатала меня, знаешь — так, как умеет только она. В конце концов, я раскололась. Даже слова Айви вспомнила.

— И что было дальше? — почти шёпотом молвила Твайлайт.

— Флаттершай притихла. Не сказав ни слова, удостоверилась, что кровь из пореза не идёт, что у меня всё в порядке — и ушла. Мне было плохо — от того, что я втянула её во всю эту историю. — Дэш смолкла на мгновение. — Я подождала её, собралась уже сходить к ней в комнату, как вдруг Шай вернулась. Я не знаю, как описать её глаза... Она словно была не в себе. Молча, она положила этот самый медальон рядом со мной, затем, чуть слышно, извинилась передо мной за что-то. И ушла, не дав мне сказать и слова. Я пошла за ней в её комнату — но та была пуста. Я так и не смогла найти Флаттершай тем вечером.

Дэш крепче сжала копытца Твайлайт.

— Затем, как всегда, поползли слухи. Якобы Айви оказалась в лазарете с переломом челюсти. — Твайлайт поморщилась — не то, чтобы ей было жалко воровку Айви, но всё же... Рэйнбоу смолкла, словно извиняясь.

— Она, конечно же, симулировала. Никто из учителей не любил Флаттершай, зная, что ей не место в небе. Короче говоря, теперь у них был повод.

Оторвавшись от глаз Твайлайт, Дэш задумчиво уставилась на пламя свечи.

— Её выкинули из школы, — пробормотала пегасочка. — Она просила никогда больше не говорить об этом дне, и я не стала. Разумеется, я ушла из школы вместе с Шай. Я чувствовала себя виноватой, решила хоть так искупить вину. Она просила не бросать обучение, но за мной был долг.

Дэш тряхнула гривой.

— Не знаю, почему Флаттершай выбрала именно это место. Она твердила, что это её выбор — так тому и быть. В конце концов, она ни секунды не жалела об этом.

Твайлайт смотрела на медальон в копытце Дэш совсем другими глазами.

— Вот такая вот история с этой вещицей. Я сама после школы хотела переехать в пригород Кэнтерлота, но Шай остановилась здесь — и я тоже. Остальное неважно.

Пегасочка улыбнулась Твайлайт краешком губ.

— К тому же, здесь я встретила тебя. И, знаешь что? Оно того стоило!

Зардевшись, Твайлайт крепче сжала копытце Дэш. Способность Флаттершай постоять за себя и других поразили единорожку, но то, как она расправилась с тем единорогом в особняке несколько сгладили удивление.

— Всегда рядом с друзьями, да? — прошептала Твайлайт. В ответ Дэш приблизилась к уху единорожки.

— Ты не представляешь, как это здорово, — шепнула она в ответ, и, на миг забыв обо всём, легонько чмокнула кончик ушка возлюбленной и улыбнулась, чувствуя лёгкую дрожь Твайлайт в ответ.

— Спасибо, что рассказала мне об этом, Рэйнбоу, — произнесла лавандовая пони. Она была счастлива тому, что Дэш смогла без страха взглянуть назад и поделиться с ней самым сокровенным. — Я так рада, что ты со мной.

— И я, Твай, — улыбнулась пегасочка. Она почувствовала, что ещё одно отравляющее жизнь воспоминание, ещё один шип из тернового венца прошлого растворяются в смирении и спокойствии.

Она вспомнила свои же слова, сказанные Эпплджек чуть ранее.

“Твайлайт помогла мне стать лучше”.

И лишь сейчас, глядя в сияющие фиолетовые глаза любимой, Рэйнбоу поняла, насколько правдивы были эти слова.

## Глава 16. Под солнцем полуночи

Время признаний и воспоминаний о прошлом позади. Впереди — новый день, новые испытания и приключения. Возможно, всё что нужно нашим героям — ещё несколько мгновений тишины и покоя... Арт к главе — Furor1 (https://furor1.deviantart.com/).

И снова прошу

Бремя мира убрать

С измученных плеч...

Глава 16. Под солнцем полуночи

Дождь всё никак не прекращался, отрывисто барабаня по окнам, тревожа ночную тишину. Рэрити облегчённо вздохнула, когда Спайк предложил ей переждать ливень под сенью библиотеки — ведь её зонтик остался в бутике. Белоснежная единорожка, всё ещё зябко кутаясь в простыню Твайлайт, перебралась на диван, в то время как Спайк продолжал возиться со своим сапфиром у кухонного стола.

Тишина была желанной гостьей, что пришла на смену тревогам и слезам этого вечера. Признавшись Спайку в своих чувствах к Флаттершай, объяснив ему причины своего проступка, Рэрити выглядела намного спокойнее, умиротворённее. Пространные намёки дракончика о том, что канареечной пегасочке могла угрожать опасность, не на шутку встревожили единорожку. Однако, она прекрасно понимала, что теперь остаётся лишь верить в то, что всё будет в порядке, как бы не тяготили её недобрые предчувствия.

— Собираешься признаться Флаттершай? — несколько обеспокоенно спросил Спайк.

— Исключено, — качнула головой Рэрити.

— Думаешь, она возненавидит тебя?

Спустя несколько секунд молчания, Рэрити вздохнула в ответ:

— Нет, вряд ли. Скорее всего она, как и всегда, сможет меня понять. Но рядом со мной она уже никогда не будет чувствовать себя так легко и непринуждённо, как сейчас.

Спайк оставил в покое свой камень и сел напротив единорожки.

— Значит, шансов никаких?

— Абсолютно, — обречённо выдохнула Рэрити. — Я успела смириться с этим фактом. К сожалению, ей всегда нравились одни лишь жеребцы. По правде сказать, у меня с самой Селестией шансов намного больше!

Сама мысль об этом заставила Спайка прыснуть со смеху, да и Рэрити не удержалась от грустной улыбки.

— Ну, шкурка у вас одинакового цвета — в этом точно что-то есть! — нарочито серьёзно отметил Спайк.

— Верно, да ведь только пурпур моей гривы будет смотреться просто ужасно с её изумрудными прядками, — усмехнулась Рэрити. В следующее мгновение тень печали снова омрачила её лицо. — Всё же моё признание Флаттершай принесёт лишь несчастье.

— Наверное, — кивнул Спайк. — Но ты точно в этом уверена?

— В каком смысле? — вопросительно вздёрнула бровку Рэрити.

— Разве это счастье? — Спросил Спайк. — Любить кого-то, жить ожиданием новой встречи с кем-то — и в то же время страдать от этого.

Он вздохнул, и струйка дыма, сорвавшись с губ, истаяла в полутьме комнаты.

— И каждый миг, что вы вместе, этот кто-то разбивает тебе сердце — даже не подозревая об этом.

Рэрити не сводила с дракончика глаз, поражённая его словами.

— Похоже, ты знаешь, о чём говоришь.

Спайк смущённо отвёл глаза.

— Да... Типа того.

Рэрити молчала какое-то время, как вдруг поняла, о ком именно говорил дракончик.

— О... — Она слегка покраснела. — Прости, мне не стоило вываливать на тебя все мои проблемы. Наверное, тебе больно слышать это... учитывая, то как ты...

Спайк тихо рассмеялся, ободряюще улыбаясь единорожке.

— Всё в порядке, не переживай. — Пару мгновений он не сводил с неё глаз. — Это был всего лишь сон, только теперь я понял это. Но тем не менее, прекрасный, сладкий сон.

— Спайк, в самом деле, прости...

— Не надо, — ласково произнёс дракончик. Дождь за окном почти кончился, и, пожалуй, впервые за всю свою жизнь в Понивилле Спайк чувствовал себя комфортно рядом с Рэрити. Из пугающе недостижимого идеала она в одночасье превратилась в хорошего верного друга. — Нам всем рано или поздно приходится проснуться.

* * *

— Кажется, дождь кончился.

Дэш выглянула из-под навеса ресторанного дворика.

— Агась! — подтвердила она, когда ни капли дождя не коснулось её гривы. Они нырнули в темноту улиц, лишь изредка рассеиваемую светом одиноких фонарей.

— Спасибо за ужин, Рэйнбоу, — зевая, промолвила Твайлайт. — Мне давно не было так хорошо!

— Не за что, — отозвалась Дэш. — Мне тоже, если честно. С этими словами она уставилась в непроглядную тьму безлунной ночи над головой.

— Две недели... — Пробормотала пегасочка. — Как думаешь, ребята из Клаудизея уже расклеивают афиши?

— Наверное, — кивнула Твайлайт. — Зрителей будет хоть отбавляй!

Изо всех сил единорожка надеялась, что никто из этих зрителей не попытается вмешаться в эксперимент. Лёгкая тревога в её голосе не скрылась от внимания любимой.

— Ага, — немного нервно сглотнула пегасочка. — Интересно, этот Лайтнин Флэр тоже заявится? Я бы пришла, будь на кону мой личный рекорд.

— Если б я знала, — пожала плечами Твайлайт. — Попробуем завтра Радужный Удар?

— Можно, — кивнула пегасочка. — Напомни, сколько нужно для рекорда?

Твайлайт на мгновение задумалась, возвращаясь к той статье.

— Тысяча сто миль в час чтобы побить рекорд Флэра. Тысяча двести — чтобы надолго закрепить твой новый.

— Ладно...

Со стороны показалось, будто Дэш собирается с силами, прежде чем озвучить свои мысли; затем, она выпалила:

— Я превышу скорость звука в два раза.

Твайлайт встала, как вкопанная, удивлённо глядя на Рэйнбоу.

— Что?

— Ну, — замялась пегасочка. — Ты сама сказала, что мне надо закрепить свой рекорд.

— Но... Но это же... — Твайлайт вернулась к расчётам. — Одна тысяча пятьсот... двадцать две мили в час!

— Поверю на слово, — подмигнула Дэш.

— Что ж, — вздохнула Твайлайт, прекрасно понимая, что Рэйнбоу невозможно отговорить от чего-либо. — Думаю, у тебя получится. Теоретически, имея достаточную силу воли, ты не ограничена в скорости... Однако, у твоего тела есть пределы — легчайший встречный поток на такой скорости может здорово покалечить. Нарваться на такой поток — всё равно, что налететь на кирпичную стену.

— Знаю, — кивнула Дэш. — Во время Радужного и то бывает непросто, так что тут придётся поднапрячься.

Тут она снова замерла, собираясь с мыслями.

— Я никогда не бегу прочь от трудностей, — решительно произнесла пегасочка. — Если завтра сделаю Удар без крыльев, то продолжу тренировки и удвою скорость звука.

Удушливый ком подступил к горлу Твайлайт.

— Если ты уверена... — прошептала она. Они были далеко от островков света уличных фонарей, и единорожка с трудом различала силуэт возлюбленной во тьме ночи. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — с этими словами она придвинулась ближе.

— Хорошо, — вздохнула Дэш. — Если дела пойдут плохо, я просто побью рекорд, и всё. Без глупостей, обещаю!

— Договорились, — кивнула Твайлайт, украдкой касаясь губ Дэш лёгким поцелуем.

— Даже не пытайся украсть ещё один! — Хихикнула пегасочка.

— Это что, вызов? — Твайлайт подмигнула подруге, и в её глазах сверкнули озорные искорки. Улицы Понвилля опустели — все разошлись по домам, или по уютным кафешкам: они с Дэш были совсем одни. И вновь знакомый разряд пронзил грудь единорожки, разгоняя объявшую их тьму.

Не в силах противиться зову сердца, Дэш нежно увлекла Твайлайт на островок света под фонарём.

— Теперь, — прошептала она. — Я присмотрю за тобой, как следует.

Её голос стих, стоило ей встретиться глазами со взглядом Твайлайт, а губы Дэш сами нашли мягкие губы единорожки, что тихонько застонала от удовольствия в момент поцелуя. Твайлайт поднялась на задние копытца, прислонившись спиной к холодной стали фонарного столба. Рэйнбоу встала рядом, а тень от её крыльев, вознесшихся над спиной, упала на мостовую подобно ангелу.

На улицу выходили окна нескольких домов, но по счастливой случайности никто не стал невольным свидетелем поцелуя. Твайлайт крепко обхватила талию Дэш, лаская её язычок своим, утопая в мягком свете фонаря. Минуту спустя губы Рэйнбоу скользнули чуть выше, по мягкой щеке, до самого лба единорожки. Дэш едва заметными прикосновениями язычка ласкала основание рога Твайлайт, и его магическое поле отозвалось лёгким потрескиванием. Лавандовая пони задрожала, а жар её щёчек приятно грел шею Дэш.

Пегасочка отстранилась, глядя на раскрасневшуюся мордашку любимой, что, тяжело дыша, прижималась к стали фонарного столба. Её глаза горели желанием. Вдруг она посмотрела в тёмные небеса, затянутые Вологде облаками, затем — снова на Рэйнбоу.

— Не хватает только лунного света, — прошептала она.

Дэш переполнял восторг, песнь радости рвалась из груди; в этот момент она была готова на всё.

— Посмотрим, что можно с этим сделать, — прошептала она. — Жди здесь.

Не взирая на удивление Твайлайт, пегасочка отстранилась от возлюбленной и заняла низкий старт.

— Возвращайся скорее, — промолвила единорожка, всё ещё околдованная поцелуем.

— Скоро буду, — откликнулась Рэйнбоу. — Вот увидишь!

С этими словами она взмыла в небо, мгновенно растворяясь в бескрайней черноте, оставив Твайлайт, замершую в ожидании, на островке света.

"Она что, в одиночку разгонит все облака?" — подумала единорожка. Где-то с минуту она стояла, не сводя глаз с неба, но ничего не происходило.

Она собралась было окликнуть Рэйнбоу, как вдруг до неё доносся странный звук. Едва различимый свист, доносящийся с небес,становился всё тоньше, всё громче. На мгновение ей показалась вспышка белого пламени там, в облаках — или же это было игрой воображения. Рог волшебницы вспыхнул, и в ту же секунду все фонари на улице погасли, погружая Твайлайт в непроглядный мрак, но в то же время позволяя лучше разглядеть мрачные облака ночного неба.

Свист становился всё громче, и вновь ей показалось, что она мельком видела проблеск света — словно метеор прочертил бесконечно далёкие небеса. На такой высоте его стремительный полёт казался несколько замедленным, даже неспешным.

Звук достиг апогея и оборвался на самой высокой ноте. Свет мерцал прямо над головой Твайлайт; весь мир замер на мгновение. Будто бы само время решило перевести дух.

А затем ночь взорвалась.

По-другому это нельзя было назвать. Волны радужного света растекались по ночному небу, сперва чуть не ослепив единорожку. Затем свет стал меркнуть, заливая город разноцветными бликами. До ушек Твайлайт донеслись отголоски громового раската, приглушённые расстоянием. Волны радуги разметали облака, рассыпая по чернильной тьме ночи мириады сверкающих звёзд, открывая дорогу владычице-луне, что царственно заняла свой серебряный трон над самим горизонтом.

Наконец, последние обрывки радуги истаяли в ночи, но Твайлайт всё ещё не могла пошевелиться. Радужный Удар и днём выглядел потрясающе, но ночью он являл собой поистине величественное зрелище. Твайлайт смотрела, как крошечная точка, освещённая лунным светом, медленно спускается вниз, оставляя за собой радужный след. Ещё мгновение — и копытца Рэйнбоу Дэш аккуратно коснулись серебристой мостовой. Она посмотрела в полные восторга глаза единорожки и ласково улыбнулась.

— Ваша луна, мэм, — заговорщически подмигнула пегасочка.

Ещё какое-то время Твайлайт просто стояла и смотрела на любимую.

— Это... Это просто... — шептала она, не в силах найти нужных слов. Затем она бросилась на шею Дэш, желая лишь одного: навеки остаться в её объятиях. Сейчас каждая секунда близости казалась драгоценной, как если бы это были последние мгновения их жизни. Вот почему так крепки их объятия — в любую минуту мир, ополчившись на них, мог навеки разлучить влюблённых.

"Всё будет хорошо", — словно молитву, твердила про себя Твайлайт. Она изо всех сил надеялась, что это — чистая правда.

Во всех домах города распахивались окна и двери, пони высыпали на улицы, задирая головы в ночное небо. Там, в небесах, гроздьями полыхали созвездия, окружённые радужным сиянием, что застыло на горизонте.

А на земле, вдали от гомона толпы, укрытые ночной сенью, единорожка и пегасочка всё ещё не разжимали крепких объятий, оставив весь мир позади.

[Изображение: https://fc03.deviantart.net/fs71/i/2012/112/a/c/under_the_midnight_sun_by_furor1-d4wjas0.png]