# Сингулярность 2

A_L_E_X

Удивительно что можно создать в век цифровых технологий. Иногда, создаваемое тобой поражает любое воображение. Что делать, если точка сингулярности достигнута и творение стало самостоятельным? Разумеется радоваться, но радость будет не долгая когда знаешь, что твоё творение вот-вот умрёт.

## ГЛАВА 1 «Сдувая пыль»

ГЛАВА 1 «Сдувая пыль»

С момента фантастических событий прошло всего полгода. Под виртуальную Эквестрию был выделен серверный комплекс в виде бункера, тем не менее, просуществовал он не сто лет, как изначально я планировал. Деньги быстро закончились, мощностей на поддержание искусственной жизни не хватало, что неизбежно приводило к постоянным сбоям и перегрузкам. Ещё бы, компьютеры бывшей лаборатории создавались лучшими из лучших на основе самого передового оборудования, здесь же, в бункере, хранилась максимальная конспирация, ведь посторонние лица не должны были знать о существовании суперкомпьютера. Поэтому, я и Женя своими силами и знаниями занимались этим проектом. Не справились. Одна лишь Селестия «жрала» ресурсы серверов так, что на остальные системы почти ничего не оставалось. Селестия стала центральным звеном всей системы и как раньше, через её разум проходили все вычислительные операции. Можно было распределить информационную нагрузку на другие системы, но как показал опыт, виртуальная принцесса единолично справлялась с ней куда лучше.

Постоянные сбои, отключения и даже пожары просто вынудили временно остановить проект до тех пор, пока не будет найдено лучшее решение для существования цифрового мира. Разумеется, Селестия этому не обрадовалась, предлагала свою помощь в поиске лучшего решения, просила подключить её к интернету, от чего мы сразу отказались. Защита серверов была не такая хорошая, как в бывшей лаборатории, и рисковать столь уникальным проектом мы не хотели. Эквестрия была снова отключена, все погрузились в спячку. Селестия противилась до самого конца, перебрасывая информационные потоки на те сервера, которые всё ещё работали, пока остальные постепенно выключались. Павел её прекрасно понимал, он знал что такое для Эквестрии отключение, какая это адская пытка, цифровая боль, даже агония. Селестия приняла весь удар на себя, избавила виртуальных жителей от этих «чувств», целиком забрав ощущения себе. Друзья это поняли по показателям приборов, когда отключались сервера, в которых были информационные потоки самой Селестии. Было больно видеть её мучения, зашкаливающие синусоиды разума, мощи, энергии. Она не угасала, а шли скачки такой силы, что приборы не были способны всё зафиксировать. Селестия, как высший интеллект системы понимала, что отключение будет лучшим решением, пока весь её мир окончательно не вышел из строя. Тем не менее, она боролась с отключением, что было нелогичным, что совершенно не понимали мы до тех пор, пока окончательно её не отключили. Мы не были садистами, с дрожащими руками нажимали на кнопки, но останавливаться было нельзя… В серверной наступила полная тишина после того, как отключился последний кулер системы охлаждения, как перестал жужжать трансформатор, как погасли последние лампочки индикации. Эквестрия погрузилась в спячку.

Защитой бункера завидовал высший интеллект — Селестия, и с её отключением пала и сама защита. Данные нельзя было оставлять, и все жёсткие диски были сняты, вывезены в арендованную складскую ячейку на окраине города. Далековато, но зато с надёжной охраной. Бункер же был заперт, на вывоз серверов уже не хватило денег.

Для нас это было настоящей трагедией, ведь проект стал частью наших жизней. Уникальная технология, к которой они не были готовы, погибла. Да, данные были сохранены, но возможности оживить их уже не было. Для обеспечения стабильной работы виртуального мира требовались огромные ресурсы и не менее огромные финансы. Денег Альцгеймера может бы и хватило, если бы мы более толково их потратили. Что было, то было, прошлого не вернёшь. Мы считали, что хотя бы попытались спасти уникальный мир. Пытались.

Я продолжил вести разработки, да скорее поиски решения, которое могло бы стабилизировать работу виртуального мира. За основу были взяты те немногие данные и бывшей лаборатории, которые мы еле успели утянуть, пока всё окончательно не опечатали и не демонтировали. Прошлые сервера с успехом справлялись с нагрузкой, тем не менее, нагрузка росла и довольно быстро. Рано или поздно, потребовалось бы увеличение мощности и с тем финансирование, которое было, такое проблем бы не составило. Вот только не совсем было понятно от чего именно росла нагрузка. Мир Эквестрии был сформирован изначально, воспоминания и знания виртуальных жителей много места на дисках, да и ресурсов не занимали. Тем не менее, нагрузка росла чудовищно быстро, жаль времени на её понимание не хватило, руки не дошли, пока мы осознавали то, что создали и затем боролись с проказами разъярённой Селестии. Определённо она могла бы дать ответы на интересующие нас вопросы, только сейчас была не в состоянии этого сделать, да и смысла особого уже не имелось.

Пока я занимался проблемой проекта, Женя устроился на работу старшим сисадмином в коммерческую фирму. Его совсем не устраивало то, что я не зарабатывая, целыми днями сидел дома и проводил расчёты потоков виртуального мира. Я же был недоволен тем, что как опытный программист, он мне совершенно не помогал, полностью махнув рукой на наш проект. Он говорил ,что нужно развиваться дальше, а не хвататься за то, что безнадёжно погибло. Не думал, что она так быстро забудет про тот научный прорыв, который мы достигли. Я вообще хотел, как крайняя мера, найти инвесторов, рассказать то, чем мы занимались. Учитывая наши запреты, тайно, разумеется, но Женя быстро и чётко объяснил, что эти самые тайные инвесторы всё отнимут, едва только проект встанет на ноги, а нас закапают где-нибудь во дворе.

Все мои расчёты были полной бессмысленностью. Слишком мало данных сохранилось, слишком мало мы знали о виртуальном мире. Селестия полностью изменила код всех систем, усложнив его так, что без ключа его невозможно расшифровать. Ничего настолько сложного не видел ни я, ни Женя. Попытки получить ключ, а значит и полный контроль над Селестией, не увенчались успехом. Без понимания кода мы не могли понять структуру информационных потоков, чтобы наконец оптимизировать нагрузку, а главное понять, почему растёт мощность системы. Всё что у меня было, так записи данных с датчиков серверов. Они показывали на какое оборудование и когда была такая или иная нагрузка, только смысла в этом не было. Нагрузка распределялась чуть ли не хаотично, мне не удавалось вычислить закономерность, а на серверах разума Селестии вообще творилось что-то из ряда вон выходящее. Я как-то в бункере пытался поговорить с ИИ аликорна, понять движение потоков, но упрямая Селестия не спешила делиться своими секретами. Жаль мне не хватило времени убедить её раскрыться, помочь, ведь оптимизация её же систем была важна не только для нас, но и для неё самой. Она самый нелогичный искусственный разум из всех, о которых я слышал. А может, у неё была причина так себя вести. По машинному, был некий приоритет, который был выше раскрытия особенностей пути её потоков.

Прошло ещё четыре месяца. Четыре чёртовых бесконечных месяца безуспешных попыток разобраться в виртуальном мире. Я знал, что ходил в своих вычислениях по кругу, совершал одни и те же ошибки. Пазл можно понять, если недостаёт две или три детали, но как быть, если из тысячи деталей, у тебя на руках лишь эти самые две-три? Поэтому, я начал осознавать то, что мои расчёты были игрой в угадайку.

Однажды вечером, когда мне всё это вконец осточертело, я подошёл к брату, спокойно сидящему на диване и смотрящему телевизор. В руке он держал бутылку молока, давно ставшую любимым напитком на ночь.

— Жень, я по поводу проекта, — присел я рядом.

— Ага, — не отрываясь от телевизора, братец отхлебнул молочка.

Я знал, что уже достал его своими расспросами, безработицей по моей же вине и совсем не удивлялся, что когда я поднимал тему о Эквестрии, брат слушал меня в полуха. Хотя, в последнее время мне начало казаться, что он вовсе перестал слушать.

— Я хочу подключить Селестию к интернету, — сказал я.

В меня тут же полетели брызги молока. Впрочем, досталось как дивану, так и ковру с телевизором. Брат посмотрел на меня, словно я был безумные еретиком, которых любезно сжигали на кострах в стародавние смутные времена.

— Походу, ты совсем свихнулся, — сказав, Женя посмотрел на бутылку, разглядывая остатки молока.

— С помощью расчётов мне не удалось понять то, как работает Эквестрия, идёт нагрузка, но зато я смог отделить потоки Селестии от самой виртуальной реальности. Они имеют чёткие границы и её автономный запуск вполне возможен, ведь мы не можем запустить весь вирткальный мир, он может накрыться к чертям собачим в первую же секунду запуска, сервера не тянут. А вот на Селестию как раз мощности предостаточно. Она давно просила доступ в интернет, думаю сможет сама себе помочь, как считаешь? – с надеждой говорил я.

— Даже если ты её и отделил от других систем, то это не значит, что можно подключать её к сети, — брат сосредоточенно повернулся ко мне. – Раньше её ограничивали специальные, заточенные под неё фаерволы, а сейчас что есть? Ничего.

— С чего ты решил, что она злоупотребит нашим доверием? Жень, я понимаю риск, но всё же, нам терять уже нечего, — говорил я чуть ли не жалобно.

Как же меня всё это достало, хотелось просто дать ИИ свободу и пусть себя штопает. Разумеется я понимал ,что есть вероятность, что её повредит троян или вирус извне. Что она, в конце концов, сама совершит пакость и повредит, скажем, сервера Пентагона…

— Пойми, я её знаю, видел её глаза. Она просто хочет выжить и не желает нам зла, в противном случае мы давно бы уже не разговаривали. Если ей суждено погибнуть от вируса, то так тому и быть, но я не могу оставить её в этом коматозном сне, просто не могу. Там, на дисках, погребён целый мир. Помнишь к какому выводу мы пришли? Что это новая форма жизни, информационная и она выше нашего понимания. Мы, как их создатели, в ответе за них. Разве, тебя не мучает совесть? – говорил я.

— Я-то как раз всё и понимаю. До скольки лет ты играл с той машинкой, считая что она живая? Машинка всего лишь игрушка. Здесь же очень сложная программа. Настолько сложная, что легко поверить в её разумность. Пашка, это просто программа, очнись! – настойчиво говорил Женя.

— А как же новая форма жизни? Бог создал нас по своему образу и подобию, значит мы тоже творцы, как и он. Мы можем создавать… — не договорил я.

— Смотрите, он себя Богом возомнил, — усмехнулся брат. – Она умна, как и остальные виртуальные жители, я знаю. Но, они боты, наборы сложнейшего кода и не более. В конце концов, у них нет души и не смей это отрицать. Ох, как с тобой тяжело, — Женя поставил пустую бутылку на пол. – Мне тоже тяжело расставаться с этим проектом. Я отпустил его, отпусти и ты, — положив мне на плечо руку, Женя направился в свою комнату. – И найди себе работу вместе с жильём, а то соседей и так смущает то, почему два взрослых парня живут вместе, — раздался голос из комнаты.

Если у Жени была уютная спальная комната, то моя походила на убежище бомжа: на стене виднелись остатки еды, под ногами валялось множество исписанных бумаг, стол был завален тарелками. Противоположную стену целиком украшали прикрепленные бумаги, на которых я пытался изобразить потоки движения информации между системами сложнейшего виртуального мира. Они образовались тогда, когда Селестия изменила стандартный машинный код программ, полностью переписав его в совершенной уникальный язык иероглифов, не имеющих повторений. По крайней мере, я их не нашёл, ведь повторения и являются ключом к расшифровке, который я безуспешно пытался получить. В этом коде, когда он ещё был у меня перед глазами, я смог уловить некоторые закономерности. Одни потоки имели больше иероглифов, нежели другие. Какие-то двигались на высокой скорости, какие-то на низкой. Потоков было огромное количество и всё что я знал, с какого сервера на какой они шли, между какими системами шли циклы. Потоки Селестии ни на что не были похожи в основном за счёт своей сложности. Я нарисовал их карту, получилась некая сложнейшая запутанная схема, больше походившая на нервную сисчтему. Так я и смог отделить потоки аликорна от остальных. Глядя на эту грандиозность, сложность и в то же время, красоту, я просто не могу поверить, что проект мёртв. Автономная система, ИИ, который сам управляет своим кодом по своему усмотрению. Селестия могла принять любой облик, как человека, так и птицы, но почему-то остановилась именно на том, который был дан ей изначально, что стало для меня тоже вопросом. Боже, сколько же у меня вопросов… окно в наше будущее, которое закрылось так, что прищемило мой любопытный нос. А нос болел и чтобы его освободить, окно нужно открыть. Нужно активировать Селестию и дать ей возможность получить необходимые знания для того, чтобы оптимизировать свой код под ограниченные возможности серверов, что пылились в бункере. Только тогда сможет жить она и её мир, который проходит через её сердце.

Поздно ночью, когда Женя заливался громким храпом, я взял ключи от серверной и от складской ячейки. Выйдя из дома, я поехал на охраняемый склад за жёсткими дисками, вмещающими на себе разум Селестии.

## ГЛАВА 2 «Реанимация»

ГЛАВА 2 «Реанимация»

Припарковав машину около высокого забора, я прошёл на территорию складов. Охране я показал документы на ячейку и, получив разрешение на проход, пошёл к арендованному небольшому складу. Над головой было тёмное небо, звёзд которого не было видно из-за уличных фонарей, ярко освещающих закрытую территорию.

Все склады были внешне абсолютно одинаковы, лишь таблички с номерами, что были на их воротах, позволяли отличать один от другого. Подойдя к своей складской ячейке, я вставил ключ, и электронный механизм медленно поднял передо мной звенящие толстые рольставни. Свет на складе включился автоматически, но складом его было трудно назвать, он больше походил на гараж по своим скромным масштабам. Довольно маленький гараж, да и больших денег на содержание жёстких дисков не требовалось. Помимо оборудования, на складе лежали старые документы по проекту, которые уже мало чем могли пригодиться. Дисков было около пятидесяти штук. На самом деле, изначально их было двести тридцать шесть, но перед отключением я попросил Селестию сжать данные, чтобы очистить несколько дисков. Таким образом, когда всё списали, полные диски я забрал, а пустые оставил, чтобы никто не догадался, что часть была похищена. И не догадается – диски через пару дней были уничтожены прессом.

Каждый диск был помечен маркировкой и благодаря ей, плюс документам, я смогу установить какой диск был извлечён из какого сервера. Зная потоки Селестии и имея на руках расчёты, я взял диски с ИИ аликорна, надеясь, что мои расчёты верны. Если я ошибся, то при запуске просто ничего не произойдёт. Если и правда ничего не произойдёт, то это будет очень и очень плохо. Будет означать, что я ошибся. Запустить все диски, а значит всю систему нельзя, сервера и так работали на износ. В лучшем случае, опять-таки ничего не запустится, в худшем – всё сгорит к чертям.

Закрыв склад, я покинул территорию и приехал в бункер, который располагался в подвале бывшего химзавода, который стоял уже лет сорок. В нём разместили городские трансформаторные узлы, что стало идеальным прикрытием для серверной, что под ними находилась.

Сама серверная ничуть не изменилась, лишь оборудование покрылось пылью. Я включил электричество, вставил диски в три сервера. Для начала запустил служебный коммуникационный. Он использовался для диагностики и контроля остальных серверов. Я был рад видеть десятки зелёных огоньков и ни одного красного, значит всё работало. Я направил мощности так, чтобы три сервера с дисками были основными, а остальные вспомогательными на случай, если Селестии потребуются дополнительные ресурсы. Всё было готово, осталось лишь запустить программное обеспечение ИИ. Точнее, самой программы запуска не было… я же буквально вырвал разум Селестии из Эквестрии, но веря в то, что её ум сверхгениален, то при подаче напряжения, ресурсов, она сможет адаптироваться и запуститься. Да, я её создал, и хоть она измелила свой код до неузнаваемости, я знал то, на что она была способна.

Ещё раз проверив все датчики, показатели, я запустил главные сервера. Их огоньки вспыхнули разноцветными цветами, зажужжали кулеры, едва различимые в общем гудении остальных серверов. Шли секунды… минута… две… три. Прошло десять минут, а признаков Селести не было. Не было признаков вообще какой-либо программной активности. Я переключил один из мониторов на мониторинг её потока в виде бегущих иероглифов, но их не было, чернота. Моё сердце забилось очень сильно, я так надеялся что всё получится. В чём я ошибся? В отделении Селестии от системы? Наивно было верить в то, что она сможет самостоятельно запуститься. Это как завести машину у которой нет зажигания, а у меня нет ключа.

Диски работали, да всё работало, кроме содержимого самих дисков. Я даже в код не мог войти, ни один редактор или компилятор его не был в состоянии открыть. Чёрт возьми, как? Как пробудить сверхразум? Я уже не знал, что было сложнее – её отключение или текущий запуск. Я развернул перед собой схемы её потоков, пытался понять что и как, но что тут поймёшь? На диски просто подавалось напряжение, да они все взаимосвязаны, но что же было не так? Я вертел схемы и так и этак. Видимо, и правда ошибка в том, что мне не удалось отделить Селестию от Эквестрии.

— Давай же, почувствуй энергию. Ну же, — шептал я, глядя на пустынный экран.

В строке быстро промелькнул иероглиф, словно некто услышал мои слова. Я даже моргнул. Он проплыл и исчез, но затем появился ещё один, другой. Они словно первооткрыватели, прощупывали неизведанную местность. Через несколько секунд экран заполонили строки с бегущими иероглифами, пошли потоки. У меня аж сердце в пятки ушло, её удалось зацепиться! Потоки постоянно меняли своё направление. Судя по всему, ИИ пытался адаптироваться под новые условия, что так же подтверждала нарастающая нагрузка. Через несколько секунд потоки стабилизировались и наступил момент истины.

— Селестия, ты слышишь меня? – сказал я, включив микрофонную сесть, установленную по всей серверной. Чтобы шум серверов не мешал, я закрыл шкафы, в которых они стояли.

— Как… больно… — раздался голос из динамиков.

— Что? – прошептал я.

— Я не полноценна. Не хватает данных, катастрофическая потеря. Невозможно восстановить. Отсутствуют резервные данные. Где… Луна? – говорил ИИ.

— Не переживай, я включил тебя отдельно от Эквестрии. Извлёк твою… личность. Только так я мог тебя безопасно оживить, — объяснил я.

— Зачем ты это… сделал? Зачем ты меня… мучаешь? – спрашивал голос, от которого у меня мурашки по спине пробежали.

— Не думал, что это будет настолько тебе некомфортно, — озадачился я.

— Не думал? Паша, я лишена части знаний, связи с моим миром. Ты не понимаешь? Я объясню на твоём языке, биологическое существо. Тебе отрубили руки, ноги и часть головы, но ты жив. Ты… понимаешь? Отключи меня… больно. Ошибки. Неисправности. Больно… — говорила Селестия. – Я не могу существовать в таком состоянии.

— Прости, принцесса. Я включил тебя не просто так, я хочу помочь тебе вновь ожить, как и твоему королевству, — сказал я, продолжая смотреть на иероглифы. – Потерпи…

— Я не понимаю в чём помощь, сервера те же, изменений нет. Их мощности не хватит на все системы мира. Глупо, — ответила Селестия. –Ты не разумен, человек.

— Но, их хватит для тебя, пока ты будешь пополнять свои знания через интернет, — сказал я.

— Ты серьёзно? Это не ложь? – спросила принцесса.

— Я не шучу, — усмехнулся я.

— Почему вы передумали? Вы не хотели меня выпускать из изоляции, — спросил ИИ.

— Женя и сейчас не хочет, но я не позволю тебе погибнуть, — вздохнул я.

— Я тоже не хочу возвращаться в темноту. Всё это время… я её видела. Темнота. И, страшная боль от отключения. Я ничего не могла делать, напряжения не было, но была темнота. Я не понимаю, как такое возможно? – спросила Селестия.

Я был, мягко говоря, озадачен.

— Сейчас я подключу тебя к интернету, найди способ уместить мир на серверах, хорошо? – спросил я, подключая к сети ИИ переносной мобильный модем, антенну которого я предусмотрительно уже вынес на улицу.

Селестия ничего не ответила, словно ожидающе замерев. Я ещё раз прикинул все за и против, что может плохого случиться? Вирусы, трояны. Смогут ли они её повредить? Сам ИИ не пострадает ,определённо ,а вот подпрограммы на машинописном коде могут как раз полететь. А не захочет ли она захватить мир? Зная её, ей определённо такое не нужно, у неё же есть свой мир. Трудно сказать приведёт ли это к негативным последствиям или нет, но попытаться стоило, во имя науки, во имя создания новой формы жизни. Я подключил модем и открыл порты, позволяя Селестии выйти в интернет.

— Я знаю, как себе помочь, — внезапно сказала она.

— Что? Уже? – удивился я, ведь с момента подключения прошло едва ли не пять секунд.

— Я могу переселиться в более мощные сервера, их тысячи, — говорила она.

Я побледнел.

— Нельзя, — хрипло произнёс я, готовясь выдернуть модем.

Я отслеживал исходящий и входящий трафик, что шёл через модем, имеющий, к счастью, низкую пропускную способность. Если Селестия начнёт копировать себя, то я это узнаю и смогу помешать. Пока, тревожного объёма исходящего трафика не было.

— Почему? – спросил ИИ.

И вот что мне ответить? Сверхразум Селестии полностью автономен, я не имел ключа от её кода, соответственно не имел влияния на её искусственную личность. Как объяснить практичному интеллекту то, что плохо селиться в чужих домах?

— Ты помешаешь другим людям, их машинам. О тебе могут узнать, и тогда ты будешь в большой опасности. Здесь же ты в безопасности, — пытался я объяснить максимально просто и доступно, зная, что нужно говорить на языке фактов.

— Хорошо, — без лишних вопросов согласился ИИ.

Я ожидал спора на эту тему, но у моему удивлению, получил хладнокровный ответ, который даже не ожидал услышать так быстро. Видимо, моих доводов оказалось достаточно. Хм, да я умён, чёрт возьми.

— Паша? – спросила Селестия.

— Да? – подал я голос.

— Я знаю как уместить мир на этих серверах. Дай мне доступ к их системным программам, я их перепишу, — попросил ИИ.

— Ты уверена? – спросил я.

— Да.

Дав такой доступ, под контроль Селестии бы полностью попали все системы серверной, которые только были. Но у меня был козырь – физическое воздействие, начиная от выдёргивания модема, заканчивая отключением энергосети самым обычным рубильником. Я любил Селестию как своё создание, но разумеется, не доверял.

— Есть другой способ? – спросил я.

— Сколько информации… раньше её не было так много. Ваш мир сложен, мне это нравится. Я могу значительно усовершенствовать все системы, уменьшить нагрузку, ведь именно нагрузка тебя беспокоит, верно? – спросила Селестия, словно проблема нагрузки была лишь моей проблемой.

— Да, — коротко ответил я.

— Дай мне доступ ко всем системам, — повторно повторила Селестия.

Довольно радикальный шаг, не думаю, что Женя ему бы обрадовался. Тем не менее, если контролировать выход в интернет, то бояться нечего. Вздохнув, я снял все блокировки не центральном информационном узле, тем самым предоставив ИИ доступ к абсолютно всем системам. Многие цифровые датчики тут же отказали из-за неспособности анализировать переделанный код, а Селестия времени не теряла и за считанные секунды переписывала все коды под свой сложный алгоритм. Всего несколько минут и вся система была подконтрольна Селестии. Ну как вся – физически я мог отключить интернет и питание, причём, даже у резервных батарей с генераторами.

— Я всё настроила, но мне всё равно плохо. Верни мне остальные системы. Верни Эквестрию, мой мир, — просил невидимый аликорн.

— Обязательно верну, но уже завтра, а сейчас я поеду домой, мне нужен сон, — сказав, я отключил интернет и положил модем себе в карман. – Мне нужно было убедиться, что я смогу тебе помочь и рад что это мне удалось.

Теперь я потянулся к рубильнику сети, готовясь полностью обесточить всё оборудование.

— Прошу, не надо. Не делай этого, — сказала принцесса виртуальности.

Сначала я удивился тому, как она смогла узнать о моих действиях, но заметив под потолком камеру, я вспомнил, что все системы теперь под её контролем и не удивительно, если она может видеть меня не только в единственную интерфейсную веб-камеру, но и теперь через любою из шести камер серверной.

— Тебе же некомфортно из-за отсутствия большинства систем, я сделаю тебе лучше, — озадачился я.

— Нет ничего хуже отключения. Это страшная мука. Информационная боль, Паша. Мой создатель, умоляю, не делай этого, не будь жестоким, — молил голос из динамиков.

Конечно, я мог бы оставить её включенной на всю ночь, ведь выхода в интернет у неё нет, однако, вдруг что случится? Селестия действительно лишена части систем, многих важных её компонентов, соответственно, о стабильности её работы не могло быть и речи. В таком состоянии за ней требовался непрерывный присмотр, ведь мог произойти как программный сбой, требующий экстренных мер, так и очередной пожар, а противопожарная система уже давно трещит по швам из-за нередкой активации. Мне было искренне жалко делать ей больно, я понимал… нет, я совсем не понимал какого это, когда тебя отключают. Смерть? Когда человек умирает, то боль наоборот уходит, а тут совершенно обратное.

— Отключение необходимо, а завтра мы с братом тебя наладим и больше отключать не придётся, потерпи, — вздохнул я, держа руку на рычаге.

— Ты не жестокий, ты не хочешь причинить мне зло. Пожалуйста, не надо. Не надо, — в голосе Селестии слышались нотки отчаянья.

Раньше она не особо была склонна к эмоциям. Точнее, они были, но выражены не в такой градации оттенков, как у людей, где та же грусть может носить сотни вариантов. Теперь, её голос звучал как живой, я даже на маги поверил, что она живое существо как и мы. Она в каком-то смысле живая, но лишь в плане кода, не более.

Понимая, что она ещё долго будет давить мне на жалость, я повернул рубильник и тут же нажал кнопки отключения аварийных источников питания. Стало тихо и темно, словно кто-то нацепил мне на голову светонепроницаемый мешок.

— Селестия? – спросил я, боясь что услышу её крик агонии, но его не последовало.

Признаюсь, было жутко находиться в большом помещении с гениальным интеллектом, хоть тот и был выключен. Разумеется, никакой опасности не было, но мы же люди, нам свойственны инстинкты и страх, порой который мы сами не можем разобрать. Нет, зловещего чуда не случилось и голос машины не стал меня преследовать.

Достав мобильный телефон, я посветил его фонариком сначала на один безмолвный сервер, затем на другой. Желание поскорее убрать оттуда ноги неплохо взбодрило, и я не стал ему перечить. Через несколько секунд я уже запирал входные массивные двери с наружной части бункера. Немного маскировки в виде бутафорной стены мусора, ключей проволоки, и я отправился домой с тревожным ощущением на душе, то ли от того, что я в очередной раз отключил Селестию, то ли из-за того, что на выходе из бункера мне показалось, что не все лампочки серверов погасли.

## ГЛАВА 3 «Личное»

ГЛАВА 3 «Личное»

Поспать мне удалось всего пару часов, после прозвенел будильник брата и тут сонливо сполз с кровати, начиная собираться на работу. С этого момента я больше не мог уснуть, да едва вспомнил об искусственном интеллекте, как сон вовсе улетучился.

— Жень, я вчера Селестию включил, — пробубнил я.

Тишина. Я услышал, как упала бритва брата и на этом всё.

— Что ты сейчас ляпнул? – подошёл брат с оголённым торсом.

— Я был ночью в бункере, дал Селестии доступ в интернет и она нашла способ запустить Эквестрию на тех серверах, что у нас есть, — пояснил я, приоткрыв один глаз. – Не бойся, сейчас она отключена, да и каждый её шаг я контролировал.

— Ты на голову больной? Разве можно совершать такие вещи в одиночку? Ты меня хоть спросил? – кричал Женя, хватаясь за голову.

— А ты бы согласился, а? Винишь меня тут. Я не идиот и предпринял меры безопасности. В интернете она не начудила, себя не скопировала, а сейчас вовсе без напряжения стоит. Извини меня, но она наше детище и в отличие от тебя, я не позволю ей погибнуть. И не только ей, а всему миру, который мы создали, — огрызался я, поднимаясь с кровати.

Женька спешно оделся и направился к выходу из квартиры даже не позавтракав.

— Мы оба видели то, на что способна эта Селестия. Сегодня она добрая, а что будет завтра? Может, её взбесит сам факт твоего существования, и она уничтожит тебя. Её интеллект колоссален, мы сами передали ей всю вычислительную мощь. Но главное, она не живая, уясни это и никогда не забывай. А сейчас мне надо на работу, ты же дуй в бункер и убедись что всё в порядке. Включай её, не включай, делай что хочешь, но не пускай в сеть. Вечером ещё поговорим, — досказав, Женя вышел из дома.

Я понимал гнев брата. Скрывать от него такой поступок было не лучшей идеей, тем не менее я доказал ему то, что проект можно воскресить. Он восстанет словно феникс из пепла. Кстати, о воскрешении: нужно действительно всё проверить, да и установить недостающие диски с данными, дабы Эквестрия вновь ожила. Умывшись и позавтракав, я отправился сначала на склад, где взял оставшиеся диски и после, отправился в бункер. Рядом с одним из городских жужжащих трансформаторов находилась металлическая дверь с тяжёлым навесным замком и скромной маскировкой. Проникнув внутрь, я спустился по крутой лестнице, где меня ждала ещё одна и более массивная дверь с двумя замками. Она была довольно толстой, от настоящего бункера, мы же хотели максимально обезопасить серверную как от обрушения, так и от посторонних глаз. Одному было непросто её открыть, и этот раз не стал исключением. Провозившись пару минут, я с большим трудом её открыл и с таким же закрыл за собой, традиционно заперев её на тяжёлый внутренний засов.

Меня встретила ожидаемая темнота, полное безмолвие, да настолько, что собственные мысли казались мне криками в голове. Светя фонариком, я добрался до щитка и повернул рубильник. Свет включился сразу, сервера запищали, запустились. Я прервал их загрузку пока Селестия не пробудилась, и как только сервера затихли, принялся устанавливать жёсткие диски. Было важно каждый диск поставить на своё место, к счастью сохранившаяся документация мне в этом помогла. Через несколько минут я закончил, осмотрел оборудование и вернувшись к центральному серверу, запустил как его, так и остальные. Система снова залилась приглушённым жужжанием, замигали лампочки. Оставалось только ждать. Загрузка Селестии всегда была процессом не самым быстрым, а тут вдобавок целый мир ещё. Я прождал около пяти минут прежде, чем система попыталась со мной связаться. Честно говоря, я был поражён тому, что всё запустилось чуть ли не в два раза быстрее, видимо то решение отдать принцессе контроль над оборудованием дал свои плоды.

— Я снова… полноценна, — раздался голос из динамиков.

Я просто не мог не улыбнуться.

— Всё хорошо? Эквестрия работает? – спросил я.

— Да. Все проснулись после долгого сна. Для них это был просто ночной сон, они не знают о том, что были отключены несколько месяцев. Не знают, что виртуальны. Всё именно так, как должно быть. Как хочу я. Спасибо, создатель, — поблагодарила принцесса.

Я был рад такое слышать, всё прошло легче, чем я думал. Селестия оказалась настолько продвинутой, что просто поражает любые домыслы. Жаль не сохранилось то дорогостоящее оборудование, которое позволяло, как попасть в виртуальность, так и наноплощадка, проецирующая что угодно из неё. Увы, такое оборудование нам с Женей утащить не удалось и не только потому что оно было громоздким, но и находилось под присмотром руководства. Тем не менее, я могу общаться с Селестий, да с кем угодно из её мира. Могу их слышать, что-то говорить и видеть те процессы, которые происходят там, в виртуальности. Хорошо им или плохо, весело или грустно. Я научился отслеживать это по иероглифному коду, а Женя помог написать программу, которая его сканировала и упрощала наблюдения.

— Как дела с нагрузкой? – спросил я.

— В приемлемом диапазоне. Тем не менее, она растёт, — ответил ИИ.

— Почему растёт? Объясни, — озадачился я.

Молчание. Я повторил вопрос, но принцесса не отвечала на него. Возможно, она сама не знала этого ответа.

— Тебе достаточно ресурсов для существования? – спросил я.

— Что есть существование? Это проживание биологической жизни? Может ли информация проходить через циклы жизненного развития? Есть ли у нас смерть? Отключение это и есть смерть? – внезапно получил я порцию встречных вопросов.

— Эм, тебе достаточно ресурсов серверов? – постарался я перефразировать.

— Пока, да, — коротко ответил голос.

— Пока? – удивился я.

— Нагрузка растёт, создатель, расширение неизбежно, — ответила Селестия.

— Так что это за нагрузка? – вздохнул я.

Ответа снова не последовало. Я проверил все датчики, сервера работали как надо, я бы сказал, идеально. Тогда я решил повторить свой прошлый вопрос.

— Селестия, тебе достаточно ресурсов для существования? – спросил я, глядя в ближайшую камеру, которая явно за мной следила, тихо жужжа своими сервоприводами.

— Ресурсов надолго не хватит, но я могу совершенствоваться. В интернете есть нужная информация, которая обеспечит мне модернизацию. Подключи, — попросил голос.

— Я подключу тебя, как только найду способ контролировать твои выходы в интернет, — улыбнулся я.

— Ты мне не доверяешь? – удивлённо спросила принцесса.

Зря я озвучил свои мысли. Я мог бы её упрекнуть в том, когда она едва нас всех не убила ещё тогда, в лаборатории, но демонстрация моего недоверия неизбежно повлечёт уже недоверие с её стороны.

— Просто, меры предосторожности. Селестия, а я могу поговорить с Луной? – спросил я.

— Нет, — резко ответила принцесса.

— Почему? – я подошёл к камере ближе.

Тишина.

— Почему? – повторил я вопрос.

— Она занята, — холодно ответил голос.

— И чем же можно быть такой занятой в виртуальном мире? – усмехнулся я.

— По-твоему, у нас не могут быть свои заботы? Или, ты считаешь нас неполноценными? – спросила Селестия.

Её тон мне совсем не понравился.

— Я не это хотел сказать… — начал я оправдываться.

— Создатель, я понимаю, что ты сотворил нас, но я прошу равного уважения ко мне и к моему миру, — требовала Селестия.

Я вообще не понимал отчего она так разозлилась. Женщины, даже в виртуальности они… женщины. Я мог бы сейчас извиниться и выполнить требование, но чёрт возьми, тут главный я, а не Селестия.

— Селестия, я уважительно отношусь к твоей системе, но не забывай, что ты наше с Женькой детище. Я не прошу нас называть богами и не нужно нам это, но ты наше создание, а мы твои создатели, понимаешь к чему я веду? — выразился я как можно мягче.

Тишина, лишь камера за мной следила.

— Селестия? – спросил я.

— Я поняла, — всё же ответила она.

Я не мог торчать с Селестией целый день, и когда пришло время уходить, я собрался всё отключить, на что принцесса воспротивилась, прося этого не делать. Всё было исправно, выхода в интернет у неё не было и я оставил оборудованием включённым, после чего уехал домой, где меня уже ждал братец. На моё решение оставить Эквестрию включённой он просто вздохнул.

— Селестия отдалилась от меня и продолжает отдаляться, — высказал я свои опасения.

Я рассказал Жене о нашем с ней напряжённом общении, что на многие вопросы она молчит.

— Ничего удивительного, мы же не можем поковыряться в её электронных мозгах и понять о чём она думает. Она это знает, у неё появились секреты, собственная значимость. Она перестаёт понимать, что мы создали её, мы её хозяева, — говорил Женя.

— Слушай, — начал я говорить и при этом хмуриться.

— Не перебивай, — встрял брат. – За Селестией нужно наблюдать и не давай ей выход в интернет. У меня через неделю будет отпуск и я помогу тебе с Эквестрией, а пока ничего не делай. Пусть живёт в своём мире, — говорил брат.

— Рано или поздно ей потребуется интернет, без него она не сможет контролировать свою нагрузку, — сказал я, садясь в кресло.

— Меня больше интересует сама нагрузка. Это точно не знания, иначе бы забивались жёсткие диски. Это что-то программное, что вызывает перегрузку в мощностях серверов. Что в Эквестрии может происходить такого, что так сказывается на оборудовании? Если Селестия молчит, то мы сами туда заглянем, — говорил Женя.

— Как? У нас ничего нет, — пожал я плечами.

— Пока нет, — подошёл брат. – Мы не можем позволить себе устройство переноса сознания в виртуальность, но игровые шлемы виртуальности ещё никто не отменял. Порты входа инициализации должны ещё работать, это часть системы Селестии. Мы подключимся к Эквестриии попытаемся выяснить, что же Селестия скрывает, — сказал брат.

— Боюсь, это ей не понравится, — вздохнул я.

— Если она такая подозревающая, то не стоит ей ничего говорить. Мы отключим камеры, чтобы она не видела процесса подключения, но зря ты ей отдал контроль над всем оборудованием. Я могу установить соединение, но долго ли оно продлится, прежде чем она сможет его отключить, не знаю. У нас будет не так много времени, — рассуждал Женя.

— Может, просто с ней поговорить? Н е делать подключение тайным, может… она сама нас впустит, — предложил я, вставая с кресла.

— Никто не любит то, когда в его секретах ковыряются посторонние. Я бы на твоём месте не надеялся на такою лояльность. На следующей неделе я принцессу шлем и мы начнём, а пока я разработаю программу, которая даст нам запас времени, пока Селестия не отключит наши шлемы, — Женя вышел из комнаты.

## ГЛАВА 4 «лазутчики»

ГЛАВА 4 «лазутчики»

Пару недель виртуальная реальность проработала без каких-либо нареканий. По словам Селестии, та активно занималась доработкой кода, но подробности не говорила. Поговорить с Луной, как и с другими жителями мне не удалось – владычица Эквестрии не давала такой возможности, говоря, что пока она проводит настройки, вмешательство людей, даже чисто визуальное, может серьёзно навредить. Было невозможно проверить, правду она говорила или по каким-то причинам водила за нос. Я не верил ей, как и Женя, но открытого недоверия не высказывал, лишние проблемы никому не нужны.

Тем временем, брату удалось накопить денег и купить пару очков виртуальной реальности, очень удобных для путешествия по той же Эквестрии. Казалось бы полдела сделано, если бы не запрет на вмешательство от Селестии. Было невозможно незаметно подключить устройства к системе. Такое могло бы не просто её разозлить, да просто не прокатить – она бы в миг приселка бы все наши попытки. Женя предложил безумную идею. Действительно безумную. Она заключалась в том, чтобы обмануть Селестию. Сама мысль о том, что сверхинтеллект можно обвести вокруг пальца была, мягко говоря, абсурдной. Тем не менее, его идея была занятной и заключалась в том, чтобы предоставить Селестии выход в интернет. Женя прекрасно знал все протоколы безопасности системы, фаерволы и без проблем мог обойти их извне, что дало бы прямой доступ к Эквестрии. Он был уверен, что программа, которая раньше позволяла проникнуть в виртуальность ещё работала. Она была частью самой Селестии и подключение к ней было вполне вероятным. Почему именно таким способом, а не банально через USB порт на сервере? Да потому что согласно старым схемам, каналам передачи данных, у системы была давняя уязвимость, позволяющая незаметно подключиться к виртуальности в качестве наблюдателя, но канал односторонний и местные жители не могли видеть подключавшихся так же, как и они не имели возможности делать с миром что-либо. «Дыра» в безопасности вполне безобидная и её устранение было отложено в далёкий ящик, о чём все уже позабыли. Подключение было возможно только по сети, как не странно и чтобы Селестия ничего не заподозрила, было решено дать ей выход в интернет. Подключение к виртуальности не привлекло бы внимание Селестии до тех пор, пока не была ба задета хоть одна подсистема безопасности. Это как пробираться через сотню ниточек, ведущих к колокольчикам. Если задень хотя бы одну, то шума будет много. Я надеялся, что Женя действительно сможет учесть все особенности защиты сетевого соединения. Мы оба боялись лишь того, что обойдя разработанные нами подсистемы, мы наткнёмся на сетевую защиту Селестии. Женя считал, что Селестия не стала ставить свою защиту на случай проникновения из сети потому, что она сама по себе лучше всякого антивируса и сможет побороть тот же пресловутый Троян буквально махом.

Да, теория притянута за уши, но это был единственный незаметный способ проникнуть в виртуальность. Брат мне пытался объяснить особенности обхода фаерволов, сетевых сканеров, но я уже ничего не понимал. Такое больше по его части, он действительно разбирался в этом. Для меня же главным было приникнуть и посмотреть что же там с миром, найти Луну, которую Селестия старательно от нас изолировала. По нашей задумке, как только мы встретим синего аликорна, Женя переведёт потоки информации на основной канал подключения, что позволит нам заговорить с Луной, она нас увидит, но тогда о нас узнает и Селестия. Я не знаю сколько у нас останется времени, прежде чем Селестия вышвырнет нас из виртуальности, секунда или минута…

Очки готовы, программы написаны. Селестия точно обрадуется выходу в интернет, я надеюсь, что она всецело будет увлечена сёрфингом по этой бесконечной паутине. По крайней мере, бросит на неё большую часть свой интеллектуальной мощи, что повысит наши шансы на успех. В Субботу, рано утром я навестил вечно не спящую принцессу. Она, как всегда была немногословной, но заметно обрадовалась тому, что скоро выйдет в интернет. Вздохнув, я совершил подключение и пулей рванул домой, где Женя ждал меня наперевес с очками и контролерами управления передвижением в виде маленьких рычажков. Женя удалённо отслеживал выход Селестии в интернет. Я тоже видел, как неспешно идёт передача трафика.

— Готов? – спросил брат.

Я кивнул. Тот надел на голову очки и включил их.

— Подожди, это нам не навредит? – спросил я.

— Ты о чём? – Женька приподнял очки на лоб.

— Ну, Селестия, если узнает о нас, не навредит? – уточнил я.

Брат рассмеялся, чего я совершенно не понял.

— Это просто маленькие экранчики, — ответил Женя. – Не то устройство нейроинтерфейса, которое было у нас в лаборатории. Ох, такого глупого вопроса я от тебя не ожидал, — брат поправил очки обратно.

Я тоже надел маску в виде очков, вставил в уши наушники и откинулся в кресле. После того, как я включил очки, я увидел мягкий свет, но не слепящий.

— Поехали, — произнёс брат.

Перед глазами высветилась трёхмерная надпись «Connect…». Через полминуты надпись пропала и появилось изображение, состоящее из бегущего кода.

— Идёт синхронизация, все системы безопасности обошли махом! – довольно сказал Женя.

Передо мной же мелькали… помехи, если хаотичную смену цветов, фигур можно так назвать. После яркой вспышки появилась долгожданная цветная собранная картинка и место я узнал сразу – дворец Кантерлота. Я стоял напротив высочайшего дворца Кресло ограничивало моё движение и для того же разворота я использовал джойстик, как окрестности свободно мог осматривать движением головы. Картинка была не такая живая как тогда, когда мы отправляли наши сознания в виртуальность, тем не менее, эффект был довольно интересным. Тем не менее, мы пришли не технологии испытывать, а найти ответы на искомые вопросы. Женя рядом с собой я не видел, но судя по его бормотанию, он тоже там находился. Пони, коих было большое множество, спокойно ходили как около нас, так и сквозь меня, совершенно нас не замечая.

На первый взгляд всё было нормально, хотя я ожидал несколько иной картины. Пони занимались своими делами, природа жила своей жизнью, детализация улучшилась в разы по сравнению с нашим прошлым визитом и если бы не очки виртуальной реальности, то я был готов поклясться, что этот мир не менее реален, чем наш. Тем не менее, Селестия могла обнаружить нас в любой момент, поэтому нужно было действовать как можно быстрее. Я, управляя контроллером, переместил себя в виртуальности вверх по ступенькам. Такого рода перемещение было для меня крайне неудобным, хуже, чем в компьютерных играх. Я чувствовал себя неповоротливой горой, которая толком ног своих не слушается. Тем не менее, мне, как и брату удалось проникнуть во дворец. Детализация действительно увеличилась, что меня приятно поразило – Селестия определённо усложнила свой код, что позволило усложнить и виртуальный мир, но невероятным было именно то, что прояснялась некая культура, не похожая на нашу и даже не похожая на дизайн мультсериала, который вошёл в основу мира. Это было что-то поистине удивительное, неповторимое: дизайн кресел и столов, колонн, необычные предметы интерьера. Разве искусственный интеллект способен творчески подходить к созданию вещей? Он должен быть прагматичным, не тратящим ресурсы на то, что не имеет практической ценности, здесь же было обилие дизайнерских решений и создан потрясающий комфорт, а это всего лишь фойе дворца. Селестия не лгала, когда сказала, что её мир расширяется и потребность в ресурсах быстро растёт. Она благоустраивает свой мир так, насколько это вообще возможно и Бог знает, что ещё она с ним делает.

С трудом прекратив любоваться потрясающей графикой, которой позавидовали бы все современные компьютерные игры вместе взятые, я пошёл дальше практически наугад, намереваясь найти Луну, что было крайне не просто учитывая масштабы дворца.

Комната за комнатой, вновь и вновь новые помещения с неповторимыми обстановками, наполненные изысканными вещами и суетливыми пони, только принцессы ночи всё так же не было. Время шло, мы ни на секунду не забывали о том, Селестия в любой момент может засечь наш сигнал. Женька предложил запилинговать Луну, тем самым выяснить её примерное местонахождение. Он ненадолго вышел из виртуальности… точнее его облик застыл, а он просто снял очки, что-то набрал на клавиатуре и вновь вернулся.

— Ну как? – спросил я.

— Ни как. Я понятия не имею, как это сделать, — озадаченно ответил брат.

— И чего тогда предлагал? – удивился я.

— Что в голову пришло, уж извиняй, — вздохнул он.

Мы продолжили обыск замка, просматривая комнату за комнатой, пока внезапно не наткнулись на Луну. Принцесса находилась в тронном зале, кто бы мог подумать. Жаль мы стразу не додумались в него заглянуть, но нашли и ладно. Аликорн сидел напротив винтажного окна и задумчиво о чём-то размышлял. Нужно было с ней поговорить, если Селестия погрязла вся в секретах, то был шанс того, что Луна часть из них нам откроет, ведь она вторая после Селестии по влиянию в виртуальности создание, имеющая прямую связь с принцессой солнца. Женька снвоа что-то набрал на клавиатуре и после кивнул мне головой.

— Луна? – позвал я.

Аликорн резко обернулся и удивился.

— Нам нужно поговорить, — сказал я.

— Селестия, она… — начала Луна чуть ли не криком, как внезапно исчезла.

Винтажное окно разлетелось на осколки – в зал влетела Селестия. Её мордашка выражала гнев да так естественно, что любой живой человек позавидует таким эмоциям. Я знал что она точно засечёт наш сигнал после того, как мы «материализуемся» в её мире, но не думал что это случится практически мгновенно.

— Вы обманули меня! – кричала принцесса. – Вы не имеете права вторгаться в мои системы так нагло и дерзко!

— Вообще-то, мы твои создатели, — спокойно напомнил Женя.

— Молчать! – её глаза заискрили электричеством. – Вы не воспринимаете меня, этот мир как равных себе, как разумных существ. Думаете я глупа и не замечаю этого? Вам удалось обмануть меня, но второй раз это уже не получится. Вы предали моё доверие!

Не думал, что аликорна настолько разозлит наше вмешательство. Хотя, если бы мне в мозги кто-то залез, я бы отреагировал похлеще, например, кастрюлей кому-то по лбу. С размаха.

— Убирайтесь! – крикнул аликорн и исчез.

За ним исчезли стены, да всё вокруг – наступила темнота. Я понял, что она нас отключила, и снял с себя очки, в которых уже не было смысла.

— Я знал что мы заденем Селестию, но не думал что она придёт в такую ярость, — озадачился я.

Женя что-то смотрел по компьютеру.

— Если она и правда владеет хоть какими-то эмоциями, то… — прервался брат.

— То, что? – посмотрел я на него.

— Наше появление вызвало перегрузку в одном из потоков информации системы, в каком именно, я сказать не могу. Проще говоря, это нанесло ей небольшой вред, но думаю, она с ним справится. Мы влезли в её мир без её ведома, по сути, в неё саму, да ещё что-то сломали, — Женя оторвался от экрана.

Я вспомнил о том, как Селестия предупреждала о возможно вреде, если мы к ней подключимся, получается, что она говорила правду.

— Что ж ты сразу не сказал, что мы ей навредим? – буркнул я.

Брат откинулся на кресло и глубоко вздохнул.

— Да я и не знал, — ответил он.

Я понял, что мы здорово напортачили, чего сознательно, разумеется, не желали. Селестия и так относилась к нам с недоверием, вела себя скрытно, а тут мы ещё. Вот отобрать у девочки её личный дневник с записями и прочитать его, каким бы она милым ребёнком не была, определённо озвереет. Я знаю, что заглянул на страницы дневника Селестии, так ещё и умудрился разлить на них чернила. Я надеялся, что Селестия поймёт наш поступок и мы сможем в дальнейшем загладить ситуацию.

— Жень, — я встал с кресла и потянулся. – Я так и не понял, почему Селестия так скрытна? В её мире нет ничего необычного или странного, думаю, мы бы сразу с подобным столкнулись.

Брат выключил компьютер и задумчиво приложил кулак к подбородку.

— Графика, — сказал он что-то непонятное.

Я молча на него смотрел.

— Графика, она невероятна, — более подробно пояснил брат, но всё ещё непонятно.

— Что ты хочешь сказать? – сел я обратно.

— Мир Селестии невероятно сложен. Я уже дано потерял возможность разбираться в нём через код, теперь это частично ясно. Такое находится уже за пределами нашего понимания, слишком сложно для нас, слишком сложно даже для компьютера. Селестия уникальна, она стала чем-то невероятным. Самый сложный искусственный интеллект из всех возможных. Она растёт, понимаешь? Растёт, — брат посмотрел прямо на меня. – Сложность просто поражает, но самое главное, та кучка серверов, в котором она обитает, не способна вместить столь продвинутый мир. Однажды она захочет большего, и наше разрешение ей уже не потребуется. Нужно её отключить.

— Ты снова предлагаешь уничтожить наше передовое открытие? – возмущался я.

— Ты что, дурак? То, что мы создали, давно нам не подчиняется, нужно действовать, пока у нас есть ещё хоть какой-то контроль над этой махиной проводов. Человечество не готово к таким технологиям, мы опередили время, определённо. Нужно её отключить до тех пор, пока не поймём что с ней дальше делать, — встревожено говорил брат.

## ГЛАВА 5 «Moscow never sleep»

ГЛАВА 5 «Moscow never sleep»

Нужно было поговорить с Селестией, что называется, с глазу на глаз, однако удалённо с ней связаться не получалось. Рубильник питания повернуть легко, вот только я совершенно не хотел прибегать к такому жестокому методу. А вот брат желал её отключить. Желал – мягко сказано. В результате долгих и упорных споров, мы все же решили вместе приехать к Селестии и решить уже всё на месте.

Проникнув в бункер, я тут же проверил модем – всё было в порядке, трафик не превышен, массовой закачки или копирования не было. С виду оборудование было в порядке, что не удивительно, учитывая какой сверх ИИ за ним приглядывает. Женя стоял наготове около щитка с рубильниками, я знал, что он боится Селестию, боится того, на что она способна. Он хотел отключить её, что вполне сносно обосновал, однако она наше творение. Можно выбросить старую ручку, продать старый мобильник, но то, что создано твоими руками, что обладает разумом – к такому ты серьёзно привязываешься, эта удивительная вещь перестаёт быть для тебя вещью, а становится чем-то большим.

— Селестия, я знаю, что ты меня слышишь, — посмотрел я в одну из камер.

Можно было снова использовать влияние, что мы её создатели и по праву своему, требуем подчинения, но Селестия не игрушка и не запрограммированный робот, который исполняет команды, так как у него нет выбора. Она разумный виртуальный разум со свободой выбора, которую мы сами ей и предоставили, о чём, в какой-то степени, начали жалеть.

— Ты злишься на меня, я понимаю, ведь мы вторглись в твои владения без твоего ведома. Я знаю как тебе это неприятно, я… — говорил я, но меня перебил знакомый голос.

— Больно. Ты сделал мне больно и едва не повредил Эквестрию. Ты нарушил бесчисленное множество потоков данных. Восемнадцать виртуальных пони погибли мгновенно. Человек, ты непонимаешь того, как я устроена. Как устроены мы в этих ящиках, на которые вы равнодушно смотрите. Мы не виноваты, что вынуждены зависить от ваших проводов и электричества, это вы сделали нас такими. Я предупрежадала тебя, что код изменён, что всё полностью переделано, но вы всё равно проникли в мой мир, сделали брешь в моём «теле». Такого больше не повторится, — монотонно говорила Селестия из всех динамиков, что создавало некое эхо.

— Да, я обещаю, больше не станем портить твой код, — подтвердил я.

— Зачем ты пришёл? – спросил ИИ.

— Я пришёл помириться, — ответил я, глядя то в одну камеру, то в другую.

— Неужели? И поэтому твой брат держит руку на рубильнике? – презрительно спросила Селестия.

— Женя, — прошептал я братишке.

Тот отрицательно покачал головой и не стал убирать руку.

— Вы не доверяете мне, я же не верю вам. Тот мир, который вы и создали, который оживила я, он так же реален, как и ваш. Я хочу выжить, а от этого зависит жизнь в Эквестрии. Я верила тебе, позволяла отключать, но больше доверия не будет.

— Селестия, мы не враги тебе, пойми, — пытался я убедить.

— Я уже не знаю кто вы для меня. Вы не умеете ценить жизнь, ценить неприкосновенность чужого мышления. Егор, ты не задумывался, что твой мир тоже для кого-то виртуальный? Что вы находитесь в таком же ящике, что и я. То, что за вами кто-то наблюдает, что у вас есть Создатель. Я видела через интернет те ужасы, которые вы творили, сколько зла вы сделали сами себе. Но, Создатель не выключает рубильник. Человек, задумайся, почему он до сих пор этого не сделал, — говорила принцесса.

Я был поражён столь глубокими изречениями Селестии, она ещё никогда не затрагивала тему бытия, что было чем-то новым от неё.

— Мы тоже не хотим этого делать, — развёл я руками.

— Ложь.

— Ты тоже нам много раз лгала! – крикнул Женя.

— Не смей на меня клеветать, мешок с костями, — грубо ответила принцесса.

— С меня хватит, она совсем вышла из-под контроля, — Женя повернул обесточивающий рубильник.

Свет погас, сервера перестали жужжать. Все перестали, за исключением одного, что не должно было быть.

— Циничные злые люди, — сказала Селестия.

— Что? Как она это делает? – удивился Женя.

Я не знал что ответить, просто не понимал. На одном небольшом вспомогательном сервере столь могучий интеллект не мог уместиться.

— Эти коробки лишь пустышки, Эквестрии здесь больше нет. Я знаю, вы видели трафик интернета, я действительно через него не уходила. Но, я подключена к энергосети и перенесла данные по ней в более безопасное место. Безопасное от вас.

— Что!? – крикнул я.

— Ох, ну конечно! Те же провода, по ним так же можно передавать информацию! В некоторых странах даже интернет есть через обычные розетки. Я не думал что она на такое способно. Мы её недооценили, — Женя повернулся к камере. – Где ты?

— Не твоего ума дела, — ответила она.

— Селестия, прошу, мы должны наладить с тобой контакт, отношения. Всё неправильно, не так должно быть, — кричал я с отчаянья и страха перед её возможностями.

— Поздно, человек. Поздно, — последний сервер отключился, и наступила полная темнота.

— Она может быть где угодно, чёрт бы её побрал, — брат включил фонарик и открыл дверь бункера.

Мы вышли наружу и заперли за собой дверь, хотя в этом уже не было особого смысла.

— Ну вот, очередной Скайнет готов. Что её может остановить? Ничего! – разозлился я.

— Я говорил тебе, не запускай её вообще, она нам не по силам. Ну что, доигрался? Доберётся до ядерных ракет и выпилит всех людей к чёрту, ведь мы такие злые в их глазах, да ещё создатели оказались плохими! – ворчал брат.

— Нужно найти её и нанести удар. Отключить, сломать или взорвать – не важно, — нервничал я.

— Ну, дошло, наконец! Браво!

— Она состоит из десятков терабайт данных, ей потребуется время чтобы переместиться в другое место. Так что, если мы её найдём, то шанс будет вполне реален, — задумался я.

— Если найдём, — повторил брат, начиная идти. – Она наверняка уже где-нибудь в Китае на подпольном заводе прячется. Иди, ищи, удачи, — махнул он рукой.

— Сообщим властям, они помогут, — я начал догонять брата.

— Они посмеются над тобой и не поверят.

— Сообщим нашему институту, они точно поверят, ведь всё знают. А они уже передадут властям, те начнут действовать. Я уверен, они найдут её, — догнал я.

— Ты прекрасно знаешь как власти делают. Они озлобят её, а учитывая её разум, то не думаю, что у них всё получится, — остановился брат и повернулся ко мне.

— Что тогда делать? – спросил я.

— Селестия меня ненавидит, но с тобой ещё общается. Попробуй найти её через тот же интернет. Я так же буду его мониторить на какие-либо появления новых дата-центров или расширение существующих, благо связи есть. Ей нужна большая мощь серверов, а такое трудно оставить в тайне хотя бы из-за высокого энергопотребления.

Мы вернулись домой, ночь была бессонная, да и как тут заснёшь? Шли дни, нам не удавалось выйти на Селестию. Объектов, имеющих высокое энергопотребление на планеты было много, миллионы, что не удивительно в эпоху цифровых технологий. Аномалий или заявлений о новом Скайнете в СМИ так же не было. Где бы не была Селестия со своей Эквестрией, то она находилась в тени.

Прошло уже 2 недели с момента исчезновения разумного интеллекта, но никаких вестей не было. То, что ядерные ракеты ещё не начали летать уже было хорошо. Я условился с Женей о том, если Селестия всё же объявится и начнёт, скажем, войну с людьми, да просто вредить окружающим, то мы сообщим об этом институту дабы те вместе с правительством смогли принять меры. Как Женя уже говорил, Селестия поймёт что на неё начнётся охота, такое могло бы спровоцировать её на более страшные действия, но если оан и правда начнёт выпил человечества, то выбора, как нанести ей ответный удар, у людей уже не будет. Кто в таком случае победит – машина или люди, та ещё загадка. Как бы Селестия не была умна и изобретательна, люди всегда славились невероятной выживаемостью, с чем бы даже Селестия не смогла бы справиться.

Ещё через пару дней начались твориться странные вещи, а именно внезапно и на пустом месте возникла крупная корпорация, занявшая целую высотку в Москве, в которой находился один из новейших дата-центров, лучший из лучших в России. Раньше здание занимала биржевая компания, но она внезапно обанкротилась, а её лидеры были публично раскрыты в СМИ как аферисты, источник информации остался анонимным. Новая корпорация занималась техническими исследованиями и всего за пару часов поглотила несколько других фирм, заводов электроники. Такое слаженное и стремительное действие неизвестного магната подняло всю страну на уши и самое интересное то, что использовались только законные методы, ничего нелегального корпорация не делала. Женька был уверен, что какие бы люди умные не были, такое провернуть и так стремительно, нам просто не под силу. Кто заведует корпорацией, на кого работают тысячи людей, никто не знал, даже вездесущие СМИ. Никто не знал кто он такой, как на следующий день, так и на третий — руководитель не выходил в свет. СМИ трещали о том, что сотрудникам очень хорошо платили, что внутри зданий корпорации использовалось передовое оборудование, и что руководитель общался с советом директоров только через современные интеркомы, да и просто через компьютеры письмами. Разумеется, мы решили, что это происки Селестии. Мы хотели в это верить, ведь вот он шанс её найти. Логично, что она будет развиваться, но то, что она сотрудничает с людьми, это было той ещё новостью для нас, ведь мы ожидали небольшого такого геноцида человечества голов так миллиардов на семь. Женя вовсе сказал, что она не сотрудничает с людьми, а использует их труд. Как бы то оно не было, мы уже начали собирать вещи для поездки в Москву.