Милые пони опять делают милые вещи

Ещё одна россыпь бессвязных еженедельных историй, приуроченных к выходу каждой серии теперь уже 9го сезона

Десять секунд до восхода

ОбложкаПросто красивая история...

Принцесса Луна Другие пони

Солнце в рюкзаке

Данный рассказ является спин-оффом "Сломанной Игрушки" (рекомендуется прочесть оригинал). Он повествует о двух подругах, которые волею судьбы оказались на перепутье, но чудесным образом получили второй шанс. В чем подвох? Этот самый "второй шанс" означает не менее трудные испытания, чем в прошлой жизни. А зачастую, и большие.

Рэйнбоу Дэш Диамонд Тиара Человеки Сансет Шиммер

Падший Город

На Кантерлот опустилась тьма... Туман, некогда сковывавший Кристальную Империю, ныне навис над столицей Эквестрии, возможно, навсегда сокрыв ее от мира... Что же происходит там, в городе без надежды? Об этом предстоит узнать шести пони, которым не повезло оказаться в Блокаде...

Твайлайт Спаркл Другие пони ОС - пони

Особые Условия Содержания

Королева Кризалис снова попыталась захватить Эквестрию. В этот раз она подготовилась получше и сразу устранила основное препятствие на пути - хранителей элементов. Ей дали отпор, в решающей битве армия ченджлингов была на голову разбита, но хранители отныне являются опасными безумцами и чтобы обезопасить Эквестрию им теперь необходимы особые условия содержания.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони Дискорд

Гербарий

Твайлайт просто хотела выспаться...

Твайлайт Спаркл Биг Макинтош

В новый год

Короткий рассказец о лучшем Новом Годе Селестии

Принцесса Селестия Дискорд

Ракхэн

Ракхэн — с одного из древних мертвых языков означает «стихия». Проше говоря, Ракхэном называли существо способного управлять всеми силами природы: водой, землей, огнем, воздухом и молнией. Но кто способен управлять такой силой, кто достоин владеть ею. Может дракон, а может быть грифон. Нет, судьба выбрала представителя совершенно другого вида. Стихии стали частью совсем обычного единорога. И теперь он должен решить, как он будет ее использовать. Будет ли он использовать ее во благо или же искушенный силой использует ее во зло. Это история началась еще до того, как принцесса Селестия отправила свою сестру, принцессу Луну, в заточение на тысячу лет.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони

Шесть пони и один труп

Когда некая пони (или группа пони) оказывается ответственной за появление трупа, зачастую первым возникающим вопросом является: «Что делать с телом?» Что ж, у наших героев есть парочка идей. Больше, чем парочка.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Письма недовольной ученицы

Твайлайт Спаркл, самая ценимая и верная ученица Принцессы Селестии, направлена в Понивилль, дабы изучить магию дружбы!.. И она не в восторге от этого...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия

Автор рисунка: MurDareik
1.2 - Открытый космос

1.3 - Между небом и землей

Честно старался выдержать стиль первых двух глав, но столь огромный перерыв, да армейская обстановка... не очень способствуют.

Сны были неумолимы, были жестоки. В них пегаска летала вокруг "Россыпи", осматривая повреждения, столь правдоподобные, что словно и не грезы вовсе. А затем она упала, перестав ощущать крылья, прямо на сырую землю, хранящую в себе запах гари. Упала и подняла голову: эсминец был далеко-далеко в вышине, частично скрытый облаками. Стон отчаяния вырвался из ее горла: она не могла взлететь, не могла даже встать, чтобы добраться до ставшего родным звездолета. А он вдруг начал медленно подниматься.

Паника, как это обычно бывает в таких ситуациях, пришла почти сразу. "Помощь, мне нужна помощь". Спешно обернувшись, Старлайт увидела пони, одетых в форму Флота. Они стояли ровно, хладнокровно на нее взирая, и словно бы не слышали ее призывов. Чуть поодаль находились ее знакомые с академии, приветливо ей улыбаясь, но всякий раз, когда она безмолвно вскрикивала "помогите", отрицательно качали головой; потом из ниоткуда появились родители.

"Они уж точно должны что-то сделать. Они всегда делали".

Но и они лишь стояли, мать грустно улыбалась, а отец прятал взгляд.

 — Да почему вы... Почему вы все такие..? — в бессилии она уткнулась носом в землю и отдала волю своим слезам.

Пахнуло металлом. Кобылка подняла голову: прямо перед ней, повернувшись чуть боком, сидел на твердых посадочных лапах юркий "Феникс", красуясь большой синей надписью на полированном боку.

"Свифти".

~

Старлайт резко проснулась, словно подгоняемая кем-то. Сразу же в глаза бросился белый потолок медотсека, запоздалое, пришло чувство мягкой постели. Она лежала на кровати, не подключенная ни к каким устройствам жизнеобеспечения.

Что ж, это довольно хорошо на самом деле. Хорошо, что после всего произошедшего она так просто пришла в себя, но... что же ее так гложет изнутри? За неимением альтернатив действия, кобылка принялась копаться внутри себя, отыскивая маленькую ниточку в клубке собственных эмоций.

Совсем недавно, а может, и давно, она отразила атаку жутких космических существ, населяющих открытый космос. Превратилась во что-то, что превосходит разум обычного пони, а потом... верно, переутомилась.

Звездная Россыпь, серая аликорночка. Точно. Вскочить с постели, разумеется, не удалось, но ее движения не остались без внимания: сбоку раздалось жужжание, и вскоре ее неизменный механический спутник, приобретший красивую золотую звезду над окуляром, подлетел, удерживая лучами два подноса.

Увидев это, Старлайт расслабилась. С эсминцем все хорошо, иначе бы она тут не лежала.

 — Ох, проснулась наша волшебница, — в палату вошла Ваэла, — а вот и твой маленький помощник, лишает меня работы.

Ремонтник пискнул, отправив блюда к зебре, на что та, усмехнувшись, помотала головой.

 — Я не против. Но сначала, позволь я посмотрю твою драгоценную пегаску.

Разумеется, корабль был только за. Бесхитростные методы обследования прошли довольно быстро, и в них приняли участие лишь два сканера, один из которых уже был прицеплен к Свифти; совсем вскоре она была свободна, если это можно назвать свободой: под запретом подниматься с кровати, пегаска могла, тем не менее, общаться с кем угодно и делать что угодно, пока верный бот висел рядом. А он висел.

В прошлый раз она подключилась к нейросети напрямую, минуя провода и прочие штуковины навроде "Второго Я", так что сейчас, наверное...

Свифти пискнул и мигнул красным, отказываясь. И в самом деле, взрослея все больше и больше каждый раз, когда соединяла разум с эсминцем, Старлайт уже сейчас могла сказать, что ей на самом деле стоит отдохнуть; жаль только — не хватает силы воли отказать себе без посторонней помощи. Или же не себе, но эсминцу?

 — Как же все непросто... — она глубоко вздохнула, мечтая сейчас взглянуть на учителей в Академии, попросить у них совета, как делала раньше.

Вообще, сейчас было кое-что полезное, чем кобылка могла себя занять.

 — Звездочка, ты не могла бы доставить мне мой магомерс?

Эсминец ее услышал, подтвердив тихим писком бота, но вместо маленького аппарата Свифти сунул ей под нос те самые подносы, о которых она, пусть и на мгновение, незаслуженно забыла.

Пегаска весело хихикнула. Пожалуй, надо все-же расслабиться.

~

Другое дело, что когда она соединилась с эсминцем, от прежней легкости поведения не осталось следа: "Россыпь" мчалась сквозь дискордово пространство, уже совсем вскоре готовясь выпрыгнуть возле пункта назначения — планеты Азора, и Старлайт, удобно устроившись внутри нейронной сети, вовсю работала.

Отвечая на запросы, трудясь вместе с экипажем, а также через ремонтных ботов, кобылка полностью проверила корабль. Системы связи, разведки, орудийные установки, доки — все было более-менее в порядке, пострадавшие Фениксы уже ремонтировались, или были отремонтированы, к тому же, в крупном резервуаре под ангаром, предназначенном для перевозки животных, плавал в вакууме огромный бесформенный кусок, когда то бывший атласом.
"Сколько же они успели сделать, пока меня не было".

Перед взором поняшки появился зелененький интерфейс, содержащий в себе лишь цифры. Время до торможения.

Пискнув, поступил сигнал с мостика, что кобылка просто не могла проигнорировать. Вернув положительный ответ, она, через секунду, могла наблюдать спокойный взор капитана.

 — Перво-наперво, — взял он слово, не дав ей даже рта раскрыть, — как твое самочувствие?

Пегаска улыбнулась.

 — Все в норме. Звездочка не пускала меня, пока я лежала в медотсеке.

 — Рад это слышать, — Санвейл едва заметно усмехнулся, — хоть кто-то будет теперь тебя контролировать. О насущном: скоро торможение, выйдем из дискорда в трех часах от Азоры. Дальше — на обычных.

 — Принято.

Капитан кивнул и отключился, оставив поняшку один на один с эсминцем.

Ей вдруг стало очень-очень грустно. До последнего откладывая неизбежное куда-нибудь подальше от границ сознания, она все же не могла сопротивляться ему вечно. Уже скоро они прилетят на Азору, там ее встретит биокапсула, запечатая в свои объятия надолго... с полностью восстановленной нервной системой сможет ли она быть со Звездочкой?

Наверное, нет.

Пусть даже их совместная история не продлилась долго, но она была такой насыщенной и интересной, что прерывать ее не хотелось вовсе. И тяга к звездам, которой, будучи кораблем, пегаска могла наслаждаться, не отпускала. Конечно, совсем неудобно жить лишь с помощью экзоскелета, но по сравнению с возможностями, которые ей открывались в обмен...

Впервые кобылка серьезно задумалась: а хочет ли она исцеления в самом деле?

~

Плавное торможение, Лунное ядро выключилось, тут же принявшись поглощать предназначенную для подзарядки магию. Сопровождаемый остаточным голубым сиянием, эсминец величественно плыл к пока далекой, но на самом деле такой близкой красивой голубой планете. Постепенно он изменялся: гладкая поверхность корпуса ощетинилась множеством различных приспособлений, антеннами, стволами. Чуть приоткрылись стыковочные крылья, обнажив серебристые носы кораблей.

Повинуясь приказам, несколько звеньев: управляемых Ежиков и привязанных к ним беспилотных Фениксов образовали почетный эскорт.

Звездочка-Старлайт ощущала себя важной, вот так вот плавно двигаясь, красуясь великолепным адамантовым телом на фоне бархатной черноты, усеянной мириадами разноцветных бус. Ее радары засекали и послушно выписывали на дисплеи множество зеленых треугольников, больших и малых, а мощные камеры, работая в паре со сканерами, выдавали детальную и глубокую картину, очень красивую для тех, кто видел ее впервые.

Азора была одним из крупных центров, высокотехнологичной планетой, населенной, преимущественно, чейнджлингами и кристалльными пони. Она ощетинилась множеством верфей, расположенных даже на каждой из восьми лун, поддерживая прикрепленный к этому сектору флот. Имея богатую на минералы землю, этот мир также импортировал продукты питания, технику, и завораживал туристов прекрасными видами встречающихся лишь здесь гигантских водопадов, чья вода, благодаря уникальным рыбкам, приобретала нежно-фиолетовый цвет.

Но жемчужиной Азоры, по мнению Старлайт, была принцесса Кейденс, избравшая планету своим домом.

Рядом с верфями висели совершенно разные корабли, и их было много больше, чем пегаска когда-либо видела. Корветы, фригаты занимали до пятидесяти процентов всех доков, целая сонма мелких судов роилась повсюду, мелькая совершенно разными эмблемами, от основного до экспедиционного флотов. Здесь были представители Эквестрийского королевства, Роя чейнджлингов, империи Грифонов, империи Драконов — словом, всех, кто так или иначе состоял в Конфедерации.

Здесь была история, масштаб которой пегаска даже не могла представить, обучаясь в Академии.

Тонкий луч связи унесся к планете, испускаемый крупной установкой на спине корабля. Тут же, по желанию пегаски, перед ее взором нарисовались два экрана; на левом, подписанном двумя буквами "ЗР", красовался капитан.

 — Самостоятельный эсминец Эквестрийской конфедерации "Звездная россыпь". Цель полета — завершение патрулирования. Запрос на стыковку.

Через пару секунд на втором экране пошли помехи, оставив после себя бесстрастную морду чейнджлинга.

 — Принято. Маршрут подтвержден, ожидаем отчет. Добро пожаловать на Азору.

Сигнал угас, оставив пегаску неудовлетворенной происходящим. Это все что-ли? Впрочем — нет: с планеты пришел другой сигнал, содержащий в себе множество информации, и такое же множество различных вопросов. И если с первым все понятно: принять к сведению, использовать, то на второе она решила не обращать внимание самостоятельно.

Необходимый док находился не так уж далеко. На всякий случай подсветив его слабым изумрудным сиянием, она вычислила маршрут и передала его пилоту. Включились боковые двигатели и тяжелый корабль принялся медленно поворачивать в указанном направлении.

Послышался сигнал. Привычно кивнув, пегаска увидела первого помощника, бегающего глазами по приборам.

 — Форс?

 — Да-да, Стар, тебя тут вызывают с планеты. Соединить?

Сказать, что она удивилась — ничего не сказать.

 — Нет, спасибо, я сама.

 — Главное не волнуйся, — чейнджлинг улыбнулся, — корабли не должны волноваться.

Экран погас. Форс в своем репертуаре — вечно занятой, вечно заботливый; кобылка даже не знала, как на это реагировать.

Вызов пришел на несколько уровней ниже, чем она рассчитывала. "Гражданский". После положительного ответа, перед ней развернулся экран...

 — Старли, деточка, наконец-то!

С той стороны на нее смотрела пони, которую пегаска сейчас ну вот вообще никак не ожидала увидеть на Азоре. Что должно было случиться, чтобы... как?

 — Мам? — осторожно спросила она, еще не до конца доверяя изображению.

 — Ты в порядке, Стар?

 — В полном, мам. Что случилось?

Пони на той стороне глубоко вздохнула, словно только что скинула гору с плеч.

 — Мы полетели ближайшим рейсом сразу после тебя и прибыли каким-то образом раньше. Я уж думала, случилось что.

И вправду случилось, только об этом лучше умолчать. Обо всем лучше умолчать, пока капитан не скажет обратное.

 — Нет, мам, все нормально. Скоро зайду в док и спущусь к тебе, взглянешь сама. Пойдет?

Кобылка на том конце радостно кивнула.

 — Да-да, мы тебя все ждем.

Мигнув, связь прервалась.

Все? Кто это — все?

~

В ангаре их ждали три корабля, и вопреки ожидаемому пегаской, среди них не было ни одного челнока.

Лайнер принцессы, и два Ежа, образующих почетный эскорт. Но это еще не все: возле них стояла только одна пони, недвижимо уставившись вперед, туда, где за приподнятым стыковочным крылом и магическим щитом, виднелся прекрасный диск планеты.

Старлайт опешила. Она не знала, что ей теперь делать, и даже Свифти, ее верный спутник, неподвижно завис возле.

 — Не бойся, моя маленькая пони, — словно бы прочитала ее мысли Твайлайт, причем, даже не оборачиваясь, — иди сюда.

С громким цокотом адаманта по адаманту, кобылка подчинилась, встав возле аликорна. Картина, ей открывшаяся, поистине была великолепна, завораживающее зрелище. И это совсем не то, когда ты видишь подобное через иллюминатор, здесь словно... сам паришь перед планетой.

 — Когда-то давно пони мечтали о звездах, — тихо начала принцесса, — летали лишь пегасы, и страны были разъединены. Времена легендарных злодеев, длинных ночей и первородной магии. Я тогда была такой же, как ты сейчас. Но теперь мы стали умнее, лучше, бок о бок двинулись вверх, на небеса. Помню, — лавандовая пони мечтательно улыбнулась, — как стояла на самом первом запуске звездолета, и сердце трептало от величия картины, прямо как у тебя сейчас.

Старлайт молчала, зачарованная. Все воспоминания принцессы показывались ей словно бы наяву. Вот она, такая маленькая, стоит на огромной, самой-самой первой звездной платформе, а напротив нее гордо возвышается длинный обтекаемый звездолет, на боку которого золотым мерцает "Вспышка".

 — Впрочем, извини мне мое многословие, нас ждут там, внизу.

Взмахнув фиолетовым двуцветным хвостом, Твайлайт повернулась и направилась к своему лайнеру, на что тот отреагировал легкой вибрацией и спустил трап.

И вновь пегаска оказалась в непонятках.

 — Пойдем, моя маленькая пони, нам по пути.

"Добро пожаловать на Нову", — тихо сообщил мягкий электронный кобылий голос. Корабль принцессы изнутри был настолько необычным, насколько он мог вообще быть необычным. Вместо холодного серого цвета адаманта, здесь повсюду царил мягко-фиолетовый. Стены были усеяны различными маленькими мозаиками, и почти нигде не было никаких консолей. Та же ситуация наблюдалась и в главном коридоре, только кабина, довольно внушительная и комфортная, могла похвастаться техникой.

Принцесса улеглась на небольшую подушку перед торчащим из пола матовым темным шаром на изящной подставке. Тут же перед ней, словно бы из воздуха, соткалось множество разноцветных линий разной длины, спускаясь снизу-вверх.

Поискав глазами какое-нибудь место для себя, пегаска нашла точно такой же пуфик, но только в левом углу. На всякий случай глянув на принцессу, и не получив отказа, она проследовала к нему и улеглась, насколько это позволял экзоскелет.

В бок ей что-то ткнулось. Ремонтный бот со звездой во лбу приземлился возле нее и отключил двигатели.

 — Звездочка, что ты тут делаешь?

Плавное ускорение вдруг вжало ее в пуф. С испугом взглянув в огромные окна "Новы", она увидела, как планета начала приближаться, с обратной же стороны эсминец принялся отдаляться. Поначалу она еще могла разглядеть его адамантовое тело, покоящееся между множества огромных балок, но вскоре гигантская орбитальная верфь превратилась лишь в трудноразличимую угловатую штуковину. Огненный хвост за кораблем тоже не прибавлял обзору ясности.

Мгновенно передумав, Старлайт взяла Свифти и прижала его к себе, словно маленькую игрушку. Она вдруг осознала, насколько дорога ей эта поддержка.

Лайнер принцессы был совершенным кораблем: он вошел в атмосферу без каких либо проблем, без тряски, и сейчас плавно скользил над морской гладью, вперед, к сверкающему на фоне утреннего солнца городу. Это было очень красиво, хотя и не настолько, как космос.

Город, с забавным на первый взгляд названием — "Нью эмпайр", занимал всю равнину, лежащую между горной цепью и морем. Он был не то чтобы огромным, не мог похвастаться множеством небоскребов, зато его улочки были чистые и аккуратные, заполненные ухоженными садиками почти полностью.

Лайнер сделал широкую дугу и повернул свой нос на звездную платформу. Следом за ним повторили свой маневр два Ежика, неотрывно их сопровождающие. Там, снизу, их уже ждал вытянутый пассажирский флаер.

Твайлайт была превосходным пилотом: замедлила свой корабль, а затем и вовсе остановила, плавно, словно и не требовались ей дополнительные маневры для стабилизации судна. А затем пегаска ощутила слабый толчок, да гул останавливающихся двигателей.

Свифти ожил, поднявшись у кобылки над головой, и в ожидании повернулся окуляром к выходу. Зная эсминец, Старлайт могла предположить, что ему интересно все то новое, что лежит на планете за переборками "Новы", но все же он послал бота с другой целью. Наверное..?

Принцесса улыбнулась такой картине и покачала головой. Здесь только эта юная пони может решать, что ей нужно, а что — нет, и никто не должен подталкивать ее, как бы не хотелось. Все, что может сейчас Твайлайт — лишь поддержать выбор, какой бы он ни был.

С шипением и легкой вибрацией трап опустился на выжженную поверхность звездной платформы, обнажая серебристые стройные дома Нью эмпайра. Легкий утренний ветерок встретил их, принеся давно забытый чудесный запах моря вперемешку с покалывающим нос остаточным излучением двигателей. Старлайт пришлось признаться себе, что пребывание на твердой земле определенно имело свои плюсы.

Она подняла голову. Там, в вышине, было лишь голубое небо, затянутое крупными белыми тучами. Ни звезд, ни кораблей... Она могла бы взлететь, воспарив над городом, дотянуться до облаков, если бы крылья ее работали так, как им следовало. Но, увы, болезнь пристегнула ее к земле.

Вслед за принцессой поняшка сбежала по трапу. К ним навстречу уже торопилась целая процессия, но только, вдруг, все встали как вкопанные, а затем, как один, преклонили колено. Привычная к такому, Твайлайт мягко попросила всех встать и указала кивком на пегаску. А потом просто, как ни в чем не бывало, пошла вперед и исчезла во вспышке телепортации.

Прошло несколько секунд всеобщего онемения, а затем пони кинулись к пегаске, заставив ту испуганно попятиться. Первой к ней на шею бросилась мать — Литтер, серенькая земная пони, родившаяся далеко-далеко от Полуса и совсем не похожая на мужа, ее сестра, в отличие от Старлайт, получившая рог, а не крылья; оба улыбались. А дальше...

 — Не может быть, ребята! — воскликнула пегаска, увидев разношерстную толпу. — Откуда вы тут?

Она, конечно, сразу узнала своих друзей из Академии. Они стояли чуть в стороне, снаряженные фирменными сумками, и весело махали ей кто передними ногами, кто лапами. Словно были сейчас на Полусе, а не на Азоре.

 — Всю группу отправили в тур на эту замечательную планету, — к ней подошла ее подруга по учебе, зебра Эхта, — мы полагаем, это из-за тебя.

 — Из-за меня? — удивленно переспросила пегаска, — а кто оплатил?

 — Нам не сказали, и до сих пор не говорят. Да это ли важно? Тебе точно есть, что рассказать!

 — Пойдем скорее во флайер, Старли, — одернула ее мать, — а то замерзнешь еще, поди, после звездолета.

Пегаска сдержано кивнула. После жуткого космического холода, что ощущала она через сенсоры Звездочки, этот — был лишь маленькой неприятностью.

Процессия направилась к длинному летательному аппарату, блистающему серебром обшивки. Такие делались только кристальными пони, и, судя по искусно вырезанному над входом цветку, данная модель увидела свет именно здесь, на Азоре. Внутри было довольно уютно, мягкие сиденья подстраивались под тело, позволяя с комфортом разместиться как пони, так и дракону, хотя, для последних было выделено место сзади.

Весело перекидываясь фразами, пегаска забралась внутрь и разместилась возле матери, мило ей улыбнувшись. Вслед за этим ей на ноги улегся весьма увесистый Свифти, доверчиво уставившись на нее окуляром. Это вызвало целую бурю вопросительных взглядов у всех, без исключения.

Кажется, Старлайт немножко покраснела.

 — Старли, что это за штуковина?

Ее мать смотрела скорее с интересом, чем со страхом. Наверное, ей просто в новинку было видеть подобный механизм.

 — Это довольно... долгая история, мам. Могу сказать лишь, что эсминец был не против... — кобылка осеклась, не зная, как сказать подобное верно, — в общем, мне его подарили.

Мать понятливо кивнула.

 — Неплохой подарок. — Она будто не заметила оговорки, а может, не поняла ее смысл. — А что он умеет?

Диагностировать, чинить, таскать предметы, использоваться как терминал. В зависимости от модификаций — все.

 — Ну, он меня одевает и раздевает, помогает ухаживать за собой.

 — Готовит, убирает?

Пегаска помотала головой, хотя была почти уверена, что Звездочка сможет и такое, если в нее загрузить соответствующие алгоритмы.

 — Жаль. Так бы цены ему не было...

Флаер мягко тронулся, поднимаясь над звездной платформой. В окна тут же ударил солнечный свет, вынудив пегаску приподнять переднюю ногу, чтобы защитить глаза.

 — Как полет на таком корабле, понравился?

 — Еще бы, мам, — тут Старлайт говорила от чистого сердца, — он огромный, там столько пони, грифонов, даже бизон был. А все эти Фениксы и Ежи... ты представляешь себе, сколько их там было?

 — Да, — земная кивнула, — нам транслировали последний час вашего полета.

 — Это не то. Там их всего тридцать выпустили, совсем немного. Вот если бы всех Фениксов вывести...

Транспортник затормозил перед домиком, собранным словно бы из больших матовых камней. Вокруг него раскинулся небольшой опрятный садик, окаймленный изящным белым забором, а в центре был круглый бассейн, приветливо сверкающий утренним солнцем. Над входом висел флаг Академии.

Кобылка натурально удивилась всему этому. Целая экскурсия на другую планету, еще и на несколько дней, с проживанием в отдельном коттедже... вот это да! Ее недуг как-то незаметно ушел на второй план.

Дверь флаера отъехала в сторону, выпуская веселых ребят. Они тут же разбежались по саду кто куда, оккупировав почти все скамейки; значит, уже не впервые здесь. У каждого в сумке, как выяснилось, была еда, и, когда Старлайт с семьей шла к гостеприимно распахнутым дверям, повсюду раздавались гомон и чавкание.

 — Сегодня была экскурсия в Свайшуг, город чейнджлингов и сладостей, — поведала пегаске сестра, — а на обратном пути мы заехали тебя забрать. Если что, я и для тебя кое-что взяла. — Она протянула золотистый пакет, который Старлайт неуверенно подхватила правой передней ногой, — наслаждайся.

Внутри лежали несколько брикетов нежно-фиолетового цвета, напоминая, почему-то, о принцессе Твайлайт, а также конфеты в форме шариков, яблок и сапфиров. И пахло все это довольно чудесно.

 — Спасибо, Рэнди.

 — Смотри только, не забудь поделиться, — она хихикнула, легко толкнув ее крупом.

Пегаска усмехнулась в ответ, а потом удивленно ойкнула, когда Свифти аккуратно отобрал у нее пакет и подвесил себе на незаметный крючок снизу.

Внутри номер, подписанный: " Пл-эП-46337108, Старлайт" и "Пл-эЕ-33480312, Рэнд", выглядел довольно скромно. Две большие кровати, две тумбочки рядом с ними, вырезанные из кристаллов, стол, два стула и шкафчик. Дверца последнего была приоткрыта, обнажая висящую там форму студента Академии.

 — Классное место, — весело заметила единорожка, — а посмотри, какой вид из окна!

Проследовав приглашению, Старлайт повернула голову вправо. Там, за прозрачным стеклом, высился темно-зеленый лес, очень похожий на дикий, хотя пегаска прекрасно помнила, что это не более чем парк.

Звезды на черном полотне, подернутом множеством туманностей, совсем не уступали этому виду по красоте.

 — Эй, ты так и будешь глупо стоять?

Очнувшись, пегаска спешно кивнула и прошла внутрь, следом влетел Свифти, как ни в чем не бывало, таща с собой пакет сладостей, и уж за ним автоматическая дверь тихо закрылась.

 — И надолго вы тут? На Азоре.

 — О, еще шесть дней, — ответила единорожка, завалившись на кровать, — расскажи лучше, как самочувствие?

 — Хорошее, а что такое?

Сестра нахмурилась

 — Да ничего особенного, просто ты же не можешь пошевелить ни единой конечностью, даже крыльями. Я бы, наверное, с ума сошла.

 — Ах это, — пегаска поспешила улыбнуться, — чтобы полететь к звездам, крылья не нужны.

 — Скажешь тоже... А ходишь как?

Старлайт постучала одним копытом о второе, наполнив комнату звоном металла.

 — За последнее время я привыкла к нему. Бегаю, даже прыгаю без особых проблем. Могу таскать тяжести, танцевать, — она улыбнулась, — удобно передвигаться в невесомости.

 — Ого! А ты, похоже, совсем не против всего этого.

 — Ну как сказать...

Среди именно этих вариантов металось ее сердце. Полноценная жизнь манила, но столь же сильно было желание вернуться на Звездочку. Там, внутри адамантового корпуса, никого, в том числе ее саму, не волнует, может ли она летать, или нет. Даже двигаться, порой, совсем не надо.

 — Скажи как есть, — неожиданно твердо произнесла Рэнд, взглянув ей прямо в глаза.

По сравнению с пронизывающим взглядом капитана Санвейла, этот выглядел блекло, но пегаска все равно стушевалась. Врать не хотелось вовсе.

 — Есть причина, по которой я не очень хочу проходить лечение, — тихо сказала она, отвернувшись, — и я не могу тебе ее рассказать.

~

Почти до самой середины дня Старлайт валялась на кровати, иногда пожевывая сладости, принесенные сестрой. Свифти летал кругами, зачем-то осматривая помещение, а ее сестра ушла в парк, где ее ждал, по ее же словам: "Один очень хороший жеребец". В общем, кобылка была одна в тишине.

Операция была назначена на послезавтра. От нечего делать, пегаска поглядела, как будет выглядеть процесс регенерации нервов. Ее усыпят, поместят в биокапсулу, подключат к специальной системе, которая будет жестким магическим излучением сначала сканировать, затем обновлять все ее нервные клетки. Это безболезненно, как писалось, из-за того, что в капсуле пациент находится в бессознательном состоянии.

Слабое утешение.

Но потом она сможет летать на собственных крыльях, ходить без помощи экзоскелета.

Это звучало так... правильно, но совсем не притягательно, словно польза была для кого-то другого, но никак не для нее.

Старлайт перевернулась на другой бок.

Интересно, а как воспримут заявление о том, что она не хочет лечиться, родители? Более того, ее там ждет эсминец, частью экипажа которого она почти успела стать. И не будут ли против Санвейл, Форс, ребята? Ей вдруг очень захотелось связаться хоть с кем-нибудь.

О, и это не должно быть очень сложным.

Пегаска поманила бота, на что тот преданно пискнул и подлетел вплотную. Повинуясь ее тихой команде, он пожужжал, раскрывая крылья-консоли. Те засветились зеленым, и даже появились буквы ЗР.

Она могла использовать внутреннюю связь корабля прямо отсюда?

 — Первый помощник Форс, — тихо произнесла кобылка ремонтнику.

Поначалу ничего не происходило. Разуверившись в этом способе, она было потянулась за своим магомерсом...

 — Старлайт?

…быстрее звука метнулась назад, прогрохотав адамантовыми накопытниками по полу. На правом крыле бота красовалось донельзя удивленная морда чейнджлинга.

 — Ты же улетела с корабля? — продолжил он крайне удивленным голосом. — Да?

 — Ага.

Кобылка ощутила внезапный прилив радости.

 — Тогда... — он замялся, посмотрев на соседнюю консоль, — как ты объяснишь мне вызов от нейросети?

На что-то подобное она и надеялась, связавшись через ремонтника, который уже вовсе и не ремонтник.

 — За мной увязался Свифти. Мы сейчас вместе на планете.

 — Свифти..?

 — Ремонтный бот модели "Гало-три".

Чейнджлинг натурально завис, даже моргать забыл. Два раза открыл-закрыл рот, но так и не издал ни звука. Старлайт ощутила себя неловко.

 — Он привязался ко мне еще на Звездочке, и до сих пор летает рядом, помогает.

 — В это я верю. Как уж тут не поверить после всего, что видел собственными глазами... Знаешь что, — он вдруг встрепенулся, — тебя когда кладут в госпиталь?

 — Послезавтра по дням Азоры.

Чейнджлинг коротко кивнул и принялся что-то там быстро набирать. Затем отошел, оставив камере обозревать дальнюю стену мостика. Пегаска удивленно хмыкнула.

И терпеливо прождала до того момента, как уроженец роя не появился вновь, уставившись на нее голубыми глазами.

 — Ты свободна сейчас?

 — Всмысле?

 — Всмысле никуда не собираешься в ближайшие пару часов по Азоре?

Кобылка помотала головой.

 — Хорошо. Тогда... — потянул он, опять осадив консоль, — туристическая зона в "Нью эмпайр", коттедж номер девятнадцать. Не против, если я залечу к тебе минут, скажем, через двадцать?

~

Когда Старлайт вышла на улицу, к ней тут же подскочили две кобылки, попытавшись утащить в кусты для расспроса. Их можно было понять: пегаска летала на настоящем эсминце, затем спустилась на планету вместе с самой принцессой Твайлайт Спаркл, при этом они и не подозревали, что это был ее личный корабль; а еще Свифти, этот странный механический питомец, с нарисованной звездой. Откуда он у нее?

Пришлось отнекиваться, улыбаться, а потом и вовсе сделать вид, что ей плохо. Сопровождаемая сочувствующими взглядами, она прошла к скамейке возле ворот и плюхнулась на них, закрыв глаза. Эти два дня будут тяжелыми, без вариантов.

День на Азоре длился примерно на треть дольше стандартного, так что когда перед воротами опустился небольшой остроносый флаер, местное красноватое солнце еще не успело подняться к зениту. Свифти растолкал ее; вяло открыв глаза, пегаска увидела чейнджлинга, одетого в черную с синим форму, принятую на самостоятельных кораблях. Он стоял перед входом и ждал ее, отвечая на все взгляды интересующихся легкой улыбкой.

 — Старлайт! Это кто? — вихрем на нее налетела Эхта, чуть не сбив со скамьи, — ты знаешь, к кому он?

 — Ко мне, — тихо произнесла пегаска, в форсированном порядке пытаясь привести сознание в порядок, — не обращай внимания.

 — Что значит не обращай? Он — первый помощник на самостоятельном корабле! Ничего себе.

 — Да-да, я знаю, — отмахнулась Старлайт, — мы все проходили символику Флота.

Поднявшись на все четыре, кобылка, сопровождаемая ремонтником и откровенно завистливым взглядом подруги, направилась навстречу Форсу. Тот махнул передней ногой в приветственном жесте.

 — Привет еще раз, Старли.

Зря она задремала, теперь весь мир был словно в дегком тумане.

 — Здравствуйте.

 — Определенно, на "ты" было лучше, — произнес чейнджлинг, вежливо уступая ей дорогу.

Запрыгнув в кабину, она с удобством устроилась на куда более мягком, в отличие от скамьи, заднем сиденье, и принялась рассматривать их коттедж в ожидании, пока пилот займет свое место...

Из садика на нее глядело множество завистливых глаз. В итоге, когда Форс уселся за консоль управления, и колпак, с легким шипением, закрыл их от остального мира, пегаска изрядно покраснела.

 — Капитан отпустил меня на три-четыре часа по Азоре. Сколько времени выделишь ты?

С легким гулом двигатель заработал; флаер, подчиняясь командам пилота, набрал небольшую высоту и принялся скользить куда-то в сторону высотных строений.

 — У меня весь день свободен, и завтра тоже.

 — Это хорошо. Нам есть, что обсудить. Не возражаешь, если заскочим в магазин? Я не ел с самого прыжка.

Желудок кобылки тут же с этим согласился. По правде, кроме сладостей она тоже ничего в рот не клала.

 — А потом за черту города. Там есть очень красивая полянка, меня туда бабушка возила, когда маленьким был.

Старлайт удивленно глянула в обзорное зеркало, где красовалось его отражение.

 — Так ты с Азоры?

 — Родился и вырос, — кивнул тот, — правда, лет в девять переехал на Аурелию, шестую луну, на верфи работать. Классное было время.

Их флаер аккуратно вклинился в поток летающих средств, двигаясь внутри отведенной для полетов зоны. Мимо проплывали другие подобные машины, отличаясь формой и цветом, атмосферные грузовики, иногда даже мелькали Фениксы. Неспешная жизнь города имела свои очаровательные стороны.

 — Ты сама то откуда?

 — С Полуса. — Легко произнесла поняшка, как делаа это всегда. — Всю жизнь там провела.

 — Ох, колыбель Эквестрии... Всегда мечтал побывать в Хайв прайм, поглядеть на древние ульи. Кантерлот видела?

Пегаска тихо усмехнулась. Она жила почти рядом с ним.

 — Со всех ракурсов, и много раз бывала. Там еще такой древний-древний дворец, заключенный в огромный купол зачарованного стекла.

 — Да, наслышан о нем. В эру Гармонии там жили принцессы Селестия и Луна, управляя крошечным еще королевством Эквестрия. И в этом им помогали шесть элементов... — чейнджлинг вдруг усмехнулся, — историю сдал кое-как, но что-то еще помню.

Старлайт мило ему улыбнулась. Она бы никогда в этом не призналась, но ей очень нравилось находиться в обществе умных жеребцов.

 — А как ты попал на Звездочку?

Форс вернул ей улыбку.

 — О, это довольно длинная история, если рассказывать полностью. Все началось с того, что мы вместе с Санвейлом как-то встретились однажды по делу. Я тогда служил на дальнобойном транспортном крейсере, а он командовал патрульным... кажется, назывался он "Буревестником". Ну и наш "Альтеро" подвозил их флотилии припасы.

Замолчав на короткое время, он поменял курс флаера, направив его ниже, вдоль длинного здания, чем-то похожего на плитку шоколада.

 — И случилось так, что мы все дружно залетели в "кольцо". Вы же проходили аномалии на курсах?

Пегаска помотала головой.

 — Не все, по крайней мере эту точно — нет.

 — Странно, — он хмыкнул, — нам так сразу рассказали. В общем, это такой круг искажения пространства, как-то связанный с Дискордовым. Ты его поначалу не видишь, да и сенсоры не чувствуют. Летишь себе спокойно, и тут хлоп! Попадаешь в пространственную складку, а когда вылезаешь — обнаруживаешь себя совсем в другом месте. Их координаты обычно помечают, но вот конкретно это кольцо было сюрпризом.

 — И что же вы?

Он хмыкнул.

 — До ближайшего поста Конфедерации был почти месяц, и то нам очень повезло, что "Альтеро" был забит провиантом под завязку. За это время познакомились с Санвейлом и К'хором с Тотой. Ну а потом... Не знаю точно как, Сан оказался капитаном "Россыпи", и пригласил меня, спас, так сказать, из трясины гражданского флота. Это если вкратце.

Снизу показалась крупная площадь, украшенная прекрасным фонтаном в виде сердца. С четырех сторон ее окружали изящные здания, обвешанные различными вывесками — одна из нескольких торговых площадей города. Форс повернул нос машины туда и начал плавно спускаться. К их услугам был кусочек земли, расчерченный ровными белыми линиями на несколько сегментов. В один такой они и приземлились.

 — Вообще, К'хор может рассказать побольше о том путешествии, — заметил чейнджлинг, подтолкнув передними ногами колпак. Тот тихо зашипел и уехал назад, впуская в кабину свежий воздух, разбавленный аппетитным ароматом различных блюд. — Он тогда пилотировал "Буревестника", и встречался со всем самый первый.

Вслед за Форсом она спрыгнула на землю, звонко громыхнув своим доспехом, и поспешила присоединиться к нему на пути в "Хлеба Азоры". Этот город для нее был в новинку, как, в принципе, и любой другой, отличный от родного Понивилля, который прошел сквозь века, все равно оставаясь небольшим. Жизнь тут кипела повсюду, туда-сюда летали флаеры, почтовые дроны, улицы были полны горожан. В основном, конечно, это были удивительные кристальные пони, чья шерстка отражала солнечный свет под причудливыми углами, и чейнджлинги, неизменно черные, чем-то похожие на насекомых.

Многие глядели на их пару с удивлением, некоторые — с восхищением, хотя, как справедливо полагала пегаска, больше внимания удостаивался ее спутник, выглядящий весьма внушительно в своей форме офицера. Незаметно для себя, пегаска чуть приблизилась к нему, шагая теперь бок о бок, и испытывая некоторую гордость по этому поводу.

 — А ты сама кем хочешь стать после учебы?

Внезапный вопрос ее ошарашил, но, надо отдать ей должное — она никак это не показала.

 — Хотела пилотом, я очень долго изучала навигацию, разные корабли.

Чейнджлинг усмехнулся.

 — Иного от нашей Старлайт и не ожидал. Капитан мне то же самое сказал.

Двери магазина бесшумно распахнулись, пропуская их в мир еды. Здесь были представлены различные блюда со многих уголков вселенной, от салатов из различных цветов и трав, что обожали пони, до мяса, рыбы и подобных им растений, которые пришлись бы по душе любым грифонам да драконам. Длинный коридор уходил далеко вперед, а по бокам уютно расположилось великое множество прилавков, зазывая покупателей, коих тоже было отнюдь не мало, яркими вывесками.

У кобылки мгновенно разбежались глаза, она даже чуть не упустила Форса, который весьма целенаправленно двинулся вглубь толпы, спеша куда-то вперед; спохватилась и припустила за ним, звонко отпечатывая каждый шаг.

 — Думаю, сегодня можно побаловаться грифоньей кухней. Стар, ты как к этому относишься?

Пегаске было, в принципе, все равно, она не принадлежала к обществу исключительно травоядных, какими когда-то давно были их предки, к тому же Форс недвусмысленно дал понять, что обед за его счет, так что право выбирать еду было на его стороне.

 — Положительно.

 — Вот и замечательно, — он улыбнулся и вытянул ногу в направлении куда-то вправо, — тогда идем во-он туда, где на вывеске золотой клюв.

Обратно они вышли лишь через половину азорского часа. Чейнджлинг в один момент словно обезумел и нахватал себе всего понемногу, обосновывая это тем, что на эсминце подобные вещи не достать, так что теперь каждый из них, включая Свифти, нес с собой по три пакета. Пегаска даже не подозревала, что ее спутник будет вести себя так... необычно.

Часть из всего этого отправилась в грузовой отсек флаера, составив компанию каким-то катушкам с цветными проводами и голубым пластинам, часть отправилась в кабину, отданная под надзор недремлющего бота. Затем они погрузились сами, и тихая машина под управлением чейнджлинга заскользила прочь из города, в сторону гор.

Когда последние серебристые постройки оказались позади, кобылка еще раз получила возможность полюбоваться Нью эмпайром издали. Отсюда он выглядел иначе, купаясь в нежных лучах местного солнца и воде, занимающей собой весь горизонт. Стройный, прекрасный, образец современности. Сложно было представить, что когда-то, не так уж и давно, пони не умели даже летать, за исключением пегасов, не знали, как эффективно использовать магическую энергию, и жили в деревянных, либо каменных домах без элементарных удобств.

 — Почти прилетели, — сообщил Форс, плавно опуская нос аппарата вниз, — мы же захватили с собой скатерти?

Пегаска кивнула, отражаясь в переднем обзорном зеркале. Вообще, если бы она вдруг не вспомнила об этой "малости" под самый конец, им бы пришлось разворачиваться. Почти наверняка.

С легким толчком флаер сел на каменную полянку, накренившись чуть влево, и выпустил их на волю. Форс сразу взял хороший темп, освобожденный от ноши, и направился прямо в густой лес напротив. Пегаске оставалось лишь не отставать, периодически поглядывая на ремонтника, который тащил все за них.

Место, выбранное чейнджлингом, оказалось действительно неплохим: полянка, закрытая деревьями со всех сторон, но все же недостаточно, чтобы преграждать вид на потрясающе ровную водную гладь. Они быстро расстелили прочную водостойкую ткань на земле и разложили ароматную снедь, а после принялись активно ее уплетать.

 — Да уж, такое ты не никогда не почувствуешь в космосе, даже на биостанции, — мечтательно выдал Форс, уставившись в небо довольным взглядом, — надо почаще сбегать на планеты, пока есть возможность.

Старлайт хмыкнула. Такое у нее раньше происходило раз в неделю, а когда она лишилась всего этого, то как-то даже и не жалела.

Лететь сквозь пространство, устремившись к цели, куда более приятно и захватывающе.

 — Ладно, — он вздохнул, — давай, раз уж мы тут одни, обсудим нависшую над нами проблему.

 — Проблему?

Жеребец кивнул.

 — Думаю, ты уже знаешь, что твое присутствие заставляет корабль функционировать примерно на четверть лучше? — дождавшись ее кивка, он продолжил. — При этом общий износ оборудования вообще не увеличивается, а в некоторых местах даже уменьшается, совершенно загадочным образом.

 — Нагрузка на системы распределяется равномерно, это все, что могу сказать.

 — Да-да, — он кивнул, — техники мне рассказали эту теорию. И тем не менее я в это особо не верю. Все, что происходило с нами — следствие уникального явления... ну или почти уникального, уж точно труднообъяснимого. Примерно сейчас на борту "Россыпи" находится принцесса Кейденс и принцесса Твайлайт Спаркл, а также целый взвод ученых, которые пытаются разгадать эту загадку.

Кобылка поперхнулась источающим приятный аромат кусочком жареной птицы и неверующе уставилась на собеседника.

 — Я совершенно серьезен, — хмыкнул тот, заметив ее взгляд, — и могу сказать с уверенностью, что даже сами принцессы не знают вообще ничего.

Тогда почему никто у нее ничего не спрашивает? Она же — виновница всего.

 — М-м, Форс.

 — Да?

 — А что такое "система Рой", и протокол "Герой"?

Этот вопрос серьезно удивил чейнджлинга, который настроился, было, на другую волну, а вместе с ним и пегаску, которая никак не ожидала такой реакции.

 — Про протокол ничего не скажу, — задумчиво начал тот, — я даже не уверен, что такой существует. Он у какой системы вообще?

 — Рой.

 — Рой... — произнес, словно бы пробуя слово на вкус, — система, изобретенная королевой на базе разума нашей расы, и внедренная во все нейросети крупных кораблей. Теоретически, она должна позволять ИскИну самостоятельно управлять флотом беспилотников, на практике же не используется вообще. О ней даже редко говорят.

Подняв телекинезом прозрачную бутылочку с фиолетовым соком манши, Форс отхлебнул немного, и продолжил:

 — Вообще, нам запретили общаться на подобные темы вне корабля, но я не прощу себе, если ты останешься в неведении после всего, что сделала для нас. Позволь вопрос?

Пегаска коротко кивнула.

 — Связано ли это как-то с тем, как ты управляла эсминцем?

Снова кивок.

 — Правда, только один раз, когда на нас напали атласы.

Казалось, до того выглядевший серьезным, жеребец еще более посерьезнел. Положив бутылочку на место, он перекатился со спины на живот и улегся напротив Старлайт.

 — Вот этот случай мне вообще не дает покоя с тех самых пор. Да и не только мне. Но принцесса строго-настрого запретила что-либо у тебя спрашивать.

Запретила принцесса? Но что в этом такого?

 — ...тем не менее, — он вздохнул, — если хочешь, чтобы я что-то знал, можешь рассказать все сама.

~

Рассказ не получился очень длинным, или особо красочным, да и не нужно это было. Кобылка сбивчиво описала события той битвы, стараясь как можно точнее обрисовывать ключевые моменты; все равно выходило довольно расплывчато. Тем не менее, чейнджлинг слушал очень внимательно, как будто они сидели на лекции. Казалось, он понимал ее полностью, пусть и не мог до конца осознать, какого это — в мгновение стать одним большим звездолетом. Именно такого слушателя, простого, который будет на ее стороне, что бы не случилось, переживает за нее, ей и не хватало.

 — ...и знаешь, я думаю, Звездочка — живая. Пусть у нее искусственный интеллект, да, — предупредила она замечание Форса, — но сам звездолет... он — будто живой организм. Я не могу объяснить понятно, даже сформулировать четкие выводы не в состоянии, но это действительно так.

Жеребец кивнул и улыбнулся, успокаивая излишне взволнованную собственным рассказом собеседницу.

 — Я верю тебе. Что-то подобное уже поднималось на обсуждения, но ярких примеров все не было и не было. Дело в том, что сам корабль... как бы это сказать, — он замялся, стараясь подобрать верные слова, — его строили, основываясь на разумах чейнджлингов, точнее, на разуме королевы. И в него запечатано столько функций, что даже принцесса Селестия не знает истинные возможности эсминцев. Почти никто не знает, разве что только Кризалис сможет сказать хоть что-нибудь.

Поколдовав немного, жеребец выудил из последнего непустого контейнера несколько пластинок мяса мараканского курля и положил их на хлеб, сделав два больших бутерброда. В полном молчании они расправились с едой, и после сидели, каждый уставившись в небо.

Затянутое крупными облаками, оно было прекрасно, но лишь для тех, кто своим домом избрал планету. Другие пони знали, что за этой голубизной кроется столь же прекрасная чернота, усыпанная бриллиантами, и она куда более величественна, чем любые другие картины.

 — Скажи, Стар, ты хотела бы остаться на "Россыпи"?

Она не могла сделать этого просто так. Чтобы остаться, следует принести огромную жертву... да что тут рассуждать, чейнджлинг наверняка это знает; но не торопит ее, не влияет на решение, просто молча ждет ответ.

Опустив все лишние слова, она тихо произнесла одно-единственное:

 — Да.

 — Спасибо, — он вдруг неожиданно повернулся и встал на ноги, улыбаясь чуть ли не до ушей, — я очень хотел это услышать.

~

Оставшийся день пролетел незаметно. Старлайт заперлась в своем номере и рыскала по различным банкам данных в поисках информации по системе "Рой", но каждый раз натыкалась, в лучшем случае, на нелогичный бред. Никто не знал толком, что это такое, а информация непосредственно с верфей была закрыта для простых пони.

Простых пони, хэх.

На мгновение мелькнула мысль запросить доступ через Свифти, но пегаска сразу отбросила ее: вдруг тем самым она подставит экипаж Звездочки? Вместо этого она полезла в информационную сеть Академии: там могли наверняка остаться какие-нибудь следы.

Следов не оказалось, но зато появилась интересная идея... Путем долгих изысканий, она нашла место рождения самого первого эсминца "Стингрей" — экспериментальная орбитальная верфь возле планеты Лаэра. Именно на этой планете жила Кризалис, в перерывах между экспедициями. Копнув глубже, Старлайт раскрыла для себя несколько интересных подробностей.

Самый первый образец нейросети для двух крупных эсминцев классов "Мамонт" и "Аллигатор" создавался под надзором одновременно королевы чейнджлингов и принцессы кристалльных пони. И если первая сейчас была далеко-далеко, то вторая — совсем рядом.

Закрыв канал связи с базой данных Лаэры, Старлайт переключилась на текущую планету. Быть может, стоит спросить саму принцессу Кейденс? Записаться на аудиенцию... хотя нет, у пегаски на это не хватит духу даже после всего, что с ней произошло.

Спустя десять минут изысканий, она устало откинулась на кровать: большинство граждан Эквестрийской конфедерации даже не подозревали о существовании каких бы то ни было сложных систем внутри нейросетей крупных кораблей, и нигде об этом не упоминалось, словно информация безнадежно устарела.

Только-только прикрыв глаза, пегаска вдруг услышала мелодичный звон по всему номеру. Глубоко вздохнув, встала и направилась к двери, где на панели мигал желтый огонек вызова.

Повинуясь мягкому нажатию, механизм вспыхнул зеленым, отодвинув серебристую дверцу в сторону.

 — А вот и наша кобылка! — весело бросила Рэнд и бесцеремонно спихнула пегаску с пути. — Неплохо сегодня день прошел, не так ли?

Словно маленький вихрь ворвался в спокойную незамутненную воду, единорожка весело прогарцевала к своей кровати и сбросила на нее две небольшие переметные сумки, а затем поскакала к окну и носом ткнула в небольшой пульт возле. Стекло бесшумно помутнело, прекратив пропускать свет закатного солнца, взамен него вспыхнул кристалл в потолке.

 — Ну, что ты встала? Мы завтра едем в госпиталь, так что предлагаю прямо сейчас ложиться спать.

Сердце твердым камнем ухнуло вниз, заставив Старлайт печально опустить голову.

~

Утро прошло как в тумане. Быстрый завтрак в кругу семьи, затем сплошные пожелания удачи и здоровья от ребят из Академии, и пузатый белый флаер, доставивший ее, сестру, и всюду следующего за ней ремонтника куда-то на окраину Нью эмпайра, в большое здание со множеством шарообразных выступов.

Еще только подлетая к нему, пегаска уже смогла оценить его величие: высотой никак не меньше пятидесяти этажей, этот медицинский комплекс также обладал целым парком быстроходных и не очень флаеров, районом с маленькими домиками, чем-то похожими на коттеджи, собственной магической установкой, непрерывно производящей необходимую энергию, и даже тремя длинными оранжереями. Местность вокруг была ухожена, повсюду стояли скамеечки, на которых иногда отдыхали пони в бежевых халатах.

Когда они спустились на землю и пошли вперед вместе с сестрой, оставив родителей позади, пегаска получила возможность оценить здание изнутри. За белоснежными дверями, что услужливо разъехались в стороны, скрывался огромный чистый зал, усеянный множеством окошечек. Пони и не только ходили туда-сюда, сидели вдоль стен, о чем-то тихо переговаривались, всюду сновали белые роботы. Надо всем безмолвно реяла огромная голограмма зеленого сердца.

Появление сестер собрало на себе множество глаз: не каждый день увидишь кобылку, одетую в экзоскелет и сопровождаемую ремонтным ботом. Она и сама это заметила, ощутив себя крайне неуютно; неуверенно проследовала за единорожкой к дальнему окошечку.

 — Здравствуйте, — не в пример более жизнерадостно произнесла Рэнд, обращаясь к кристальной пони в белом халатике, сидевшей с той стороны окна, — мы по записи на процедуру биорегенерации.

 — Назовитесь?

 — Пэ-эл, э-пэ, четыре-шесть-три, три-семь-один, ноль...

 — Восемь, — тихо подсказала пегаска, спрятавшись за спиной сестры. Ей все больше и больше хотелось развернуться и уйти.

 — ...ноль-восемь.

Пони в окошке поколдовала над встроенным в стол магомерсом, а затем извлекла откуда-то снизу прозрачную карточку и протянула единорожке.

 — Старлайт, верно?

 — Да, — та забрала ее телекинезом, сунув себе в переметную сумку, — спасибо большое.

Медпони улыбнулась и кивнула.

Они повернулись и направились к крупной стеклянной колонне, уходящей на самый верх. Внутри нее курсировали туда-сюда несколько подъемных платформ.

 — Десятый этаж, секция Сбр-3, — выдала Рэнд, надавив на кнопку вызова, — там, вроде, на стене будет написано.

Старлайт лишь молча кивнула. С куда большим удовольствием она бы сейчас прокатилась в закрытой адамантовой кабине лифта на Звездочке.

Платформа оповестила о прибытии легкой трелью. Исчез магический барьер и трое чейнджлингов в белых халатах прошли мимо них с невозмутимым видом; наверх же, судя по всему, надо было только сестрам. Ну, раз так, невелико дело: следуя запросу, механизм шустро поехал вверх, плавно остановившись уровень в уровень на десятом этаже.

Как и сказала Рэнд, на полу в один из коридоров, что расходились от подъемников лучами, была нарисована огромная надпись "Сбр", а под ней горела цифра "3". Сам коридор представлял из себя длинный проход сквозь какую-то монолитную штуковину, отмечаясь в конце цилиндрической комнатой. И там Старлайт ожидал неприятный сюрприз.

 — В этот сектор запрещено проносить какие бы то ни было магические устройства, — сообщил им дракон, сидящий на посту перед дверью внутрь.

 — У моей сестры паралич нервной системы. Она не способна ходить самостоятельно, — возмутилась было единорожка, но дракон не выказал даже толики эмоций:

 — Прошу подождать две минуты.

Пришлось подождать. Через три дверь с шипением уехала вниз, освобождая дорогу левитирующей пластине под управлением весьма сурового единорога. Без лишних слов он опустил ее к земле и требовательно кивнул пегаске.

Все ее настроение окончательно испортилось. Ступив на белую платформу без всякого желания, она безропотно повисла в поле его телекинеза, слушая, как отщелкиваются части ее "доспеха" и со звоном складываются позади. Затем легла, неспособная пошевелиться, и попыталась обернуться.

Свифти нигде не было.

Ей стало еще хуже, так что кобылка просто закрыла глаза и позволила себя увезти куда-то.

Лежа на мягкой постели в одиночной палате, она раз за разом прогоняла в мыслях возможные варианты развития событий после того, как ее вылечат. Еще до этого пегаской было выяснено, что излечение нервной системы с вероятностью до девяноста процентов, учитывая ранние единичные случаи, не позволит ей более управлять эсминцем. С другой же стороны, она будет здоровой, сможет познать радости обычной жизни...

 — Я не хочу этого, — обиженно произнесла в воздух, и прикрыла глаза, дабы не видеть этой противной белой обстановки.

Сможет ли она отказаться? После всего, что сделали для нее родители, Академия, принцесса Твайлайт, и после всего, что от нее ожидают другие. Не все, правда...

Нет, тут вопрос совершенно иной — должна ли она отказаться? Форс ясно дал понять, что на звездолете ее присутствие обоснованно, не против была и принцесса Твайлайт.

Не против и она сама, совершенно точно. А недуг... да и черт с ним, за эти маленькие дни пегаска так привыкла к экзоскелету, что даже перестала ощущать неудобства хождения в нем.

Только вот, что сейчас делать? Все, что она могла — позвать робота, который принесет ей воды, перевернет, если надо, сводит в туалет, и все. Медпони придет лишь ближе к вечеру.

Немного поразмыслив, она решила попробовать уснуть.

...и зачем Рэнди порекомендовала ей тогда лечь пораньше?!

~

Часы ползли лениво, нехотя. Кобылка вся извелась, закрепившись во мнении отменить операцию понадежней всяких силовых захватов. Раз за разом она отказывалась от ненавязчиво предлагаемых стаканов воды, пахнущих чем-то, на воду не похожим, и от обеда с полдником, готовая действовать, как только представится возможность.

Представилась, ожидаемо, вечером. Дверь в ее палату подалась чуть назад, а затем уехала вверх, пропуская вперед чейнджлинга. На его груди висел голографический амулет с зеленым седцем.

 — Старлайт, верно? — прошелестел его голос, выбив пегаску из полудремы.

Двумя мощными пинками приведя сознание в порядок, она повернула голову в его сторону и произнесла отчетливым сердитым голосом:

 — Я отказываюсь от операции. Выпишите меня немедленно.

По чейнджлингу словно молотом ударили. Он слегка покачнулся и уставился "больную" во все свои ярко-голубые глаза, пытаясь осознать только что произнесенную фразу.

 — Но... вы это серьезно?

 — Серьезно. Не желаю проходить операцию, — твердо повторила Старлайт.

Бедный медпони просто не мог поверить в это. Еще никто в трезвом разуме добровольно не отказывался от биорегенерации, будучи в палате, где от заветного восстановления отделяло лишь несколько жалких часов. Чувствуя, что здесь что-то не так, он испуганно пролепетал: — "Я сбегаю за успокоительными и главным и вернусь", и пулей вылетел вон, не забыв закрыть дверь.

В чем не было смысла — пегаска все равно не могла двигаться. Посланные вслед тихие проклятия вдребезги разбились о безупречно гладкую белую поверхность.

Не следовало так резко говорить подобное. Похоже, теперь ее будут считать сумасшедшей. Что теперь делать?

Позади раздался странный треск. Она попыталась было повернуться, но причина треска вползла в ее область обзора быстрее. Двигаясь теперь бесшумно, перед ней завис Свифти, переливаясь всеми цветами радуги.

Когда это ремонтники научились маскироваться?

Бот вдруг резко повернулся и подлетел к двери. Засветился луч-манипулятор, взвизгнула консоль и металлическая пластина спешно уехала вверх, раскрыв путь в коридор.

Силовой луч бережно подхватил поняшку и потащил за Свифти, который периодически издавал короткие гудки, выбирая направление. Преодолевая десятки метров выбеленного пространства, Старлайт даже не подозревала, что в госпитале окажется подобное хитросплетение различных путей, но и не мешала...

Эсминцу ее спасать?

Очередная дверь распахнулась, пустив их в душное помещение без окна, и тут же закрылась, скрыв от любых взоров. Вспыхнули огоньки Свифти, осветив комнату, оказавшуюся складом всякой всячины, от герметичных упаковок с едой, помеченных символами Экспедиционного флота, до вполне рабочих термостанций. В одном из углов нашелся аккуратно сложенный экзоскелет.

Дальше вопросов не было. Быстрее ветра они добежали до поста, бот открыл дверь и на глазах у сонно-изумленного дракона они покинули этот сектор госпиталя.

С этого момента время принялось играть против них.

Даже ночью здание продолжало жить: снизу иногда ходили пони, горел свет. Платформы по-прежнему катались вверх-вниз, но лишь до определенного момента, пока повсюду не распространилось слабое красное сияние.

Наступил тот момент, когда кобылка перепугалась не на шутку, появилась даже предательская мысль вернуться обратно в палату.

НЕТ. Она избрала свой путь, а эти пони силой хотят остановить ее.

Они не правы.

Бот повел ее через овальный коридор к лестницам. Но ими воспользоваться было не суждено, так как и снизу, и далеко вверху раздавался топот копыт и лап. Вместо этого Свифти подлетел к стене и немного поколдовал над ней, открыв технический тоннель.

То, что надо.

Встроенные магические захваты на накопытниках и силовой захват ремонтника позволили пегаске достаточно быстро бежать по вертикальной стене, хоть это и было очень трудно; зато, через каких-то три минуты, они оказались на самом верхнем этаже.

Люк открылся, выпустив их в темное помещение, наполненное проводами и крупными магическими батареями.

 — Но почему наверх, а не вниз, Звездочка?

Бот ничего не ответил, неподвижно зависнув перед ней. Поглядев на него косо, пегаска сдалась, подумав, что эсминец знает лучше, и решила пока немножко осмотреться.

Довольно... пыльное место, имеющее лишь один выход наружу, не считая технического лаза, заполненное батареями. Видимо, и логично, наверху располагался световой генератор. Никаких ламп тут не было и в помине, что давало ей шанс избежать обнаружения даже если сюда кто-нибудь зайдет. Вряд ли у них окажутся термосканеры.

Скоро медпони наверняка догадаются, куда могла исчезнуть "больная", а пока оставалось лишь ждать, надеяться на Звездочку и придумывать план Б. Переждать до утра? Спрыгнуть и надеяться, что Свифти достаточно замедлит ее падение? Незаметно добраться до выхода? А что же с ней будет, если ее поймают... сделают выговор, будет стыдно перед родителями, но самое страшное — навсегда исчезнет связь между кобылкой и кораблем.

Ну уж нет.

И сам эсминец не хотел подобного. Ремонтник вдруг громко пиликнул и рванул к двери. Она открылась почти сразу, как Старлайт до нее добралась, и двое оказались на огромной, продуваемой всеми ветрами крыше.

 — Что теперь? — прокричала кобылка, силясь услышать саму себя сквозь лютый свист ветра в ушах: погода была не то чтобы очень хорошая.

А теперь вот что: из-за края вылетели два автоматических охранных дроида, нацелив на нее свои компактные оглушающие пушки. Лампочки на их спинах загорелись красным, недвусмысленно намекая, что у сбежавшей стремительно закончились пути бегства.

Но не успела она толком испугаться, как откуда-то сверху прилетел яркий синий снаряд, оставив после себя расплывающийся белесый след. Миг, и пустотный взрыв вывел всю технику в округе из строя.

Пегаска упала, не поддерживаемая более механизмом, с такой силой, что на глазах навернулись слезы. Рядом грохнулся полностью отключенный Свифти, а неподалеку — оба агрессора.

Теперь она точно не могла ничего сделать, обездвиженная, слабая, беззащитная. Но все же повернула голову посмотреть, кто выстрелил по ним. Повернула, и обомлела: точка вдали, откуда был произведен выстрел, стремительно увеличивалась, приобретая знакомые очертания.

"Феникса".

Юркий кораблик затормозил по такой дуге, что, казалось, сейчас снесет пол крыши, и аккуратно уселся на три выставленные лапы. Колпак кабины с шипением исчез в корпусе, и оттуда вылетел еще один ремонтник. Старлайт тут же ощутила, как ее тело поднимается в воздух.

Ремонтник очень бережно, словно дитя, усадил ее в кресло пилота, которое обычно пустует, и быстро полетел за своим разряженным собратом, едва успев отнести его в кабину: одновременно как колпак закрылся и магический щит окутал звездолет зеленоватым сиянием, из двери вывалились несколько чейнджлингов и грифонов в темной форме охраны... и оторопели.

Зажужжав, феникс оторвался от поверхности и стрелой полетел вперед, понемногу принявшись набирать высоту.

Догнать его на флаерах у них не было ни единого шанса, но вот запросить помощи у планетарного флота они могли вполне, что, видимо, и сделали, так как вскоре на хвосте пегаска обнаружила две точки.

И она по-прежнему ничего не могла сделать, доверив свою судьбу гигантской машине, висящей на орбите Азоры.

Коммуникатор посигналил ей, и остался без внимания по очевидным причинам, после чего ее феникс резко дернулся. Пегаска больно ударилась об одного из ремонтников головой.
"Силовые захваты". Несомненно. Они не будут стрелять по ней, но вот остановить попробуют. Звездолет снова дернулся, а затем резко провалился вниз. Двигатель буквально взвыл, разгоняя шуструю машинку еще и еще, толкая прямо в развернувшееся под ними море. Впрочем, разбиваться никто не планировал: на отметке 700 острый нос звездолета уставился параллельно водной глади, и теперь они виляли из стороны в сторону, уклоняясь от бледно-зеленых лучей.

А затем вдруг резко затормозили, пропустив незадачливых "противников" вперед. И вновь разогнались, на этот раз вертикально вверх.

Вот теперь бедной кобылке стало действительно плохо. Голова, весь правый бок и ноги болели, находясь словно бы под незримым прессом, к тому же она лежала в абсолютно неудобной позе, со страхом наблюдая за радаром. Две точки превратились в три и принялись лететь следом.

Свифти слабо пискнул, медленно запускаясь. В отражении колпака Старлайт увидела, как сзади мерцает что-то фиолетовое. Миг, и ее костюм дернулся, приняв новый энергокристалл.

Феникс вновь взбрыкнул, и все, что находилось в кабине, покатилось кубарем. Не сразу пегаска осознала, что вновь получила возможность двигаться, а когда осознала, случайным взмахом ноги отправила бедного ремонтника в полет. Недалеко, правда: отскочив от задней стенки, он ощутимо ударил пони в круп и громко пискнул.

На радаре вспыхнули еще три точки, только, на этот раз, спереди...

Все три имели опознавательные знаки Звездочки!

~

Санвейл, устав стоять, плюхнулся в кресло, где уже сидели К'хор и Форс, оба с улыбками до ушей, и оба с привезенными бутылочками сока манши. Сейчас капитан был готов дать бороду на отсечение, что оба они болеют отнюдь не за планетарный флот, который, по сути, прав в этой мелкой стычке.

Да что там! Он сам, вопреки здравому смыслу, желал удачи именно мелкой пегаске, которая за каких-то несколько дней получила расположение целого эсминца. Никто ведь не отдавал команду на взлет фениксов, все случилось также, как и в сражении с атласами.

Это позволяло сделать определенные выводы, в том числе тот, который Санвейл поначалу считал довольно... странным: "Звездная россыпь" защищает членов экипажа, причем, совершенно самостоятельно.

Это было очень приятно осознавать, в самом деле.

Сейчас же разворачивался, наверное, самый ярчайший пример подобного заявления: атмосферная битва семи звездолетов. Шесть из них вертелись в общей карусели, а последний держался в стороне и движений избегал.

В диких изломанных траекториях полета всех корабликов, однако, прослеживалось некое правило: одни старались зацепить захватами седьмой "Феникс", другие им мешали.

По всему эсминцу те, у кого была возможность, прилипли к экранам магомерсов, как кино, взирая на битву через внешние обзорные камеры. В восточном ангаре, внутри изящного космического лайнера, находились две принцессы, молча и с улыбками наблюдали за таким необычным, и таким интересным событием, а еще ниже уровнем расположились кружком уставшие ученые; для них светилась объемная голограмма.

Невесело было лишь Старлайт, которая, даже пристегнувшись, испытывала целую гамму неприятных чувств от этой круговерти.

Сформировался и отправился информационный луч, рождаясь на "Нове", и заканчиваясь прямо во дворце Нью эмпайра. На экранах связи засветилась суровая, украшенная двумя шрамами морда чейнджлинга, и спокойная мордочка розовой принцессы.

 — Хватит, я думаю, — мягко произнесла она, и ее собеседник спокойно кивнул.

Этот вариант развития событий был уже давным-давно спланирован, и всем им оставалось лишь следовать инструкциям, да наблюдать.

В один момент фениксы планетарного флота бросились врассыпную, позволяя своим противникам беспрепятственно уйти, чем они тут же и воспользовались. Звездолет пегаски рванулся вверх, прочь от Азоры, а трое других образовали эскорт, двигаясь сзади и по бокам.

Поверхность стремительно удалялась, и водная гладь прощально сверкала отражением закатной звезды.

~

Ангар был открыт, огражденный лишь слабым барьером. Без труда все четыре феникса прошили его и плавно влетели в огромный зал, заполненный другими отключенными звездолетами, зависнув над пустой центральной площадью. Сопровождающие корабли выдвинулись чуть вперед, образовав полукруг, и уселись на адамантовую поверхность.

Мягкий толчок оповестил пегаску об окончании полета; огни на главной консоли угасли, а затем, с тихим шипением, колпак разъехался в стороны, исчезнув в глубине корпуса. Испытывая легкое головокружение, Старлайт спрыгнула на вдруг ставшую такой родной твердую поверхность космического корабля. По бокам от нее неподвижно зависли оба ремонтника.

Ее встречали. Капитан Санвейл, Форс, принцессы Твайлайт и Кейденс стояли возле уже знакомого лайнера "Нова", сохраняя невозмутимые выражения морд. Сходу было заметно, что ее ждали, и все равно у пегаски пропало все желание идти вперед. Что она им скажет? Как объяснит дерзкий побег из госпиталя?

Тем не менее, кобылка сделала первый несмелый шаг вперед, затем еще и еще... Непонятно откуда прилетели еще три бота, заняв позицию сзади.

С каждым пройденным метром к ней присоединялись все больше и больше ремонтников, усиливая зримое присутствие эсминца. Чудесным образом вся ее неуверенность принялась развеиваться, ведь с ней была Звездочка, и она ее не бросит. Никто никого не бросит.

Она встала перед земным пони, гордо выпрямившись, насколько позволял экзоскелет и собственные ушибы; за ее спиной два десятка ремонтных ботов — дети эсминца, образовали жуткое подобие крыльев, оказывая безмолвную поддержку. Теперь она точно знала, что хочет, знала, что скажет. И пусть фраза эта не блистала чем-то необычным, подходящим ситуации, но она достаточно хорошо выражала все ее эмоции.

 — Капитан Санвейл. По указанию эсминца "Звездная россыпь", кадет Звездной академии Полуса, пегас Старлайт, прибыла на борт.

Первым не выдержал чейнджлинг: улыбнулся и опустил голову. Вслед за этим хмыкнул земной пони, обратив взор на принцессу Твайлайт. Та весело подмигнула розовому аликорну, а сама Кейденс молча протянула пегаске магомерс с искрящимися на его экране крупными буквами.

"КОНТРАКТ" — гласил заголовок, а чуть ниже значилось:

Экипаж самостоятельного эсминца Эквестрийской конфедерации "Звездная россыпь".

~

Огромный космический корабль, ведомый волей одной маленькой пони, медленно выползал из пут орбитальной верфи. От него разлетались меньшие корабли: транспортные челноки, увозя с собой задумчивых пони-ученых и многочисленных техников. Возглавлял процессию изящный лайнер, стилизованный под давно-давно забытую галерею героев, что была когда-то в Кантерлотском дворце.

В лайнере, окруженные атмосферой спокойствия, стояли две принцессы — пони, сопровождающие народ Эквестрии с самых древних времен. Они видели многое, создавали и помогали создавать невероятные устройства, механизмы, наземные и летательные аппараты, поддерживали юных изобретателей, бережно взращивали Знание. Первый запуск космического корабля, первый полет сквозь пространство Дискорда, первая колонизация планеты — все прошло перед их глазами, и, казалось, больше ничего не сможет поразить аликорнов.

Но одна пони и один звездолет — вместе доказали обратное.

Даже сейчас, когда работают невероятно мощные лаборатории, экспериментальные верфи, звездные академии, когда целые поселения пони всесторонне изучают какой-нибудь предмет, в такой ситуации все равно найдется место чуду.

Нейросеть, объединенная с живым разумом, станет прорывом в современной технологии, первым шагом, который создаст новое ответвление в науке. И кто бы мог подумать, что самым первым пилотом подобного типа станет маленькая неопытная пегаска?

Провожая эсминец взглядом, как когда-то провожала "Вспышку" в ее первый полет, принцесса Твайлайт Спаркл глубоко вздохнула: ей предстояло вместе с тетей подчистить следы, оставленные небольшим планом. Успокоить госпиталь, разобраться с планетарным флотом, родителями Старлайт, и множеством тех, кто увидит завтрашние новости. С другой же стороны, лавандового аликорна очень и очень радовало доказательство того, что даже машину можно научить любить. И зря ученые прошлого опасались, что ИскИны несут опасность всему живому, ведь это — вовсе не так.

 — Как думаешь, Твайли, это действительно была хорошая идея — отправлять "Россыпь" обратно на Полус?

 — Конечно, тетя, — с легкой полуулыбкой ответила она, — пусть все новое пустит корни в молодые умы.

Она не стала уточнять, что сейчас на борту эсминца находились все одногруппники Старлайт, получив таким образом вживую, а главное — первыми, поглядеть на свою "бедную пегаску", ставшую теперь Медиумом корабля.

 — Следуя твоим мыслям, стоит организовать институт, изучающий подобное явление.

Лавандовая пони кивнула.

 — Думаю, я буду возглавлять его некоторое время, да и Рэр с ее тягой к автоматическим устройствам составит компанию. Вопрос лишь в том, где этим заниматься. Возле Лаэры?

 — Хорошее решение, — согласилась Кейденс, — потребуется время, но там можно собрать совершенно новый звездный корабль, специально для этих целей.

Раньше Твайлайт с равнодушием взирала на звездолеты, ценя лишь тех, кто находился внутри. Эта привычка появилась еще в далеком прошлом, когда только-только появились первые флаеры. С тех прошло много лет даже по меркам великих аликорнов, и впервые она изменила свой взгляд. Теперь эсминец, величественно плывущий посреди океана звезд, не казался ей безжизненным адамантовым вместилищем, но большим и заботливым созданием.

 — Знаешь, тетя, — вдруг весело произнесла лавандовая пони, улыбнувшись своим мыслям, — нам следует запомнить этот момент, этот корабль и эту смелую маленькую пони, что обездвиженная проделала трудный путь, следуя зову сердца.

 — Поддерживаю, Твай. Этот день — знаменательный.

День рождения первого Материнского корабля.

Военно-морскому госпиталю Кронштадта посвящается.

Продолжение следует...