# Повелитель Плоти

Faramant

Осторожно жёсткое пониво! Если вы чисты душой и мораль для вас не пустой звук, бегите отсюда. Здесь вас не ждет ничего кроме тьмы, боли и невыносимых страданий. Остальных же приглашаю читать дальше.

Вечная Тьма собирается и вторгается туда, где её не ждали. Кто встанет на защиту невинности бедных поняшек? Кто остановит злодея и спасёт принцесс? Про него наверняка найдется с десяток тёмных пророчеств, но он об этом ничего не знает. И вообще, у него другие планы…

Нужна критика, призываю мастеров пройтись острым языком по слабым местам! Исключительно для совершенствования вашего скромного адепта слова. Если вы считаете главного героя Марти Стью, пожалуйста предоставьте мне убедительные доказательства и я поставлю соответствующую метку, и буду думать, как опускать своих "Сьюшных" персонажей до более приемлемого уровня восприятия читателем в будущем. Хотя не считаю "Сьюшность" негативным явлением в фанфикшен литературе.

Фикбук — следуй за ссылкой, автор плохого не посоветует.

## Первая Глава

"Свет лишь иллюзия, тьма есть истина, а сумрак реальность." — Фарамант.

Не помню, сколько я уже здесь: может десять минут, может десять лет. Казалось что время не существует, наверное из-за того что вокруг была полнейшая темнота и тишина. Вроде бы я стоял на чём-то, но возможно это была иллюзия, потому что ощущения твердости под ногами не было. Всё, что оставалось делать здесь — это думать. Последнее воспоминание до тьмы, с трудом я вызвал его из памяти. Летний солнечный день, лес, тропинка — выбрался за город в первые за долгое время и нате вам — поглощен неведомой чёрной хренью. Казалось, оно появилось со всех сторон и стремительно бросилось на меня. Всё. Как обычный человек, не имевший дел с потусторонними силами и мистикой, я начал паниковать — пытался бежать и звать на помощь. Бесполезно. Все чувства молчали, как будто в одночасье я стал слепым и глухим, потерял возможность осязать. Устав предаваться воспоминаниям, я заснул.

Внезапно я проснулся и сразу почувствовал на себе чей-то взгляд. По спине побежали мурашки, мозг стал рождать в моем воображении уродливых существ, что пялятся из тьмы и постепенно подбираются ближе. Но мои фантазии прервал голос — тихий, будто нашёптывающий.

— Хочешь выбраться отсюда? — прошелестел голос.

— Да, — кто бы не захотел на моем месте?

— Тогда ты сможешь уйти, но для этого тебе надо принять тьму.

— Что значит "принять тьму"?

— Увидишь, не сопротивляйся.

Так как выбор был невелик, я решил довериться голосу — расслабился. И получил удар. Не обычный физический, а, скорее, ментальный. Голову заполнили чужие мысли и образы, картины быстро сменялись перед глазами. Мелькали как приятные образы, так и отвратительные сцены насилия и жестокости. Но мне не привыкать, годы путешествий в интернете сделали мозг более устойчивым к огромным объемам информации.

Также внезапно наплыв чужих мыслей прекратился, и я почувствовал гравитацию (верх и низ перестали быть субъективными), давление в спину, будто поток воздуха, вытолкнуло меня из тьмы на свет. Пошатнувшись, я упал на колени и зажмурился. Свет бил прямо в глаза, но я был рад. Я выбрался. Жмуря глаза, я адаптировался к освещению. Взглянул на свои руки — вроде всё привычное, своё. Однако меня не покидало чувство что, что-то не так. Как будто надел новую рубашку или джинсы, только из магазина, ещё не разношенные, но точно подходящие по размеру.

Временно оставив эти ощущения в покое, я осмотрелся. Солнце клонилось к закату, освещая живописный пейзаж. Под ногами была возвышенность, предгорья. Вокруг передо мной расстилалась равнина, местами покрытая лесом. Чуть дальше виднелась ещё одна гряда гор. На одной из них я разглядел: толи замок, толи город белого цвета на фоне серых гор. На глаз до соседней гряды было пятнадцать – двадцать километров. Обернувшись, я увидел большую чёрную сферу, около десяти метров в диаметре — похоже от туда я выпал, а за ней взмывал в высь горный хребет. Находиться около этого провала в черноту мне не хотелось, поэтому я поспешил убраться от него подальше. Спуск по склону был довольно крутой — местами больше сорока пяти градусов. Помогала нечастая растительность, глубоко пустившая корни на склоне. Придерживаясь за кусты и чахлые деревца, я съезжал по склону там, где было не пройти.

Спуск занял уйму времени, и солнце почти село за горизонт. Надо было искать место для ночлега. Пройдя дальше за нагромождение глыб, я увидел ручей. Сразу захотелось сделать привал. Что я собственно и сделал — попив из ручья, уселся на булыжник и уставился на текущую воду. Пришло время осмыслить — что делать дальше. Чувство "новой рубашки" не исчезло — наоборот.

Когда я спускался, ушиб ногу о камень, но как только сконцентрировал на этом внимание — боль ушла. Да, может быть, это было самовнушение или ещё что, только видел и замечал я больше. Слух и другие чувства тоже обострились, но не так заметно, как зрение. Со мной точно что-то произошло там, во тьме. Но что? Рука, которой я облокотился о камень, приобрела подобную ему структуру. Вскочив, я сжимал и разжимал её — она стала не такой подвижной, как раньше, но точно стала каменной. Или это только кожа окаменела? Поумерив тревогу, я сел обратно, и закрыв глаза, ушёл в себя.

Я чувствовал каждую клеточку своего организма, и мог управлять ими. Каждый процесс в моем теле обрел смысл, я понял, как клетками синтезируются вещества. Я хотел опробовать новые возможности и стал менять свое тело. Для начала я изменил мышечную структуру: увеличил количество мышечных волокон, и натренировал их всего лишь усилием мысли. Дополнительно укрепил кости, и повысил производительность интеллекта, увеличивая количество нейронов и упорядочивая активные зоны мозга.

Изменения строения и качества органов чувств, прошли ранее, без моего ведома: я слышал писк комара за тридцать метров от меня. Да и у орла теперь зрение похуже моего будет. ДНК тоже подверглась переработке: вырезав все ненужные последовательности, я вставил на освободившиеся места более полезные части кодов, в общем, отныне я сам себе генный инженер.

Несовершенный человеческий механизм ремонта и обновления организма, бывший у меня ранее, заменился на нечто фантастическое. Обычно клетки постепенно стареют и заменяются другими клетками, но при этом процессе накапливаются ошибки, негативные изменения в структуре клеток и ДНК — так называемый процесс вырождения. У меня же в организме обновляется, ремонтируется и перестраивается абсолютно всё. И делается это с серьезной претензией на идеальность, тем самым уничтожая процесс старения — привет вечная молодость.

Знания о строении веществ, поселившиеся у меня в голове, позволяли мне: изменять клетки, придавая им кристальную или каменистую структуру, а также практически мгновенно выращивать ткани и структуры из клеток. Я понял что, прикасаясь к предмету или существу, мои клетки "расскажут" о нем всё, позволяя мне сымитировать его всего или часть.

Такие способности обычным людям разве что снились. Однако себя я человеком уже не считаю. Знания подсказывали мне, что такое существо, как я можно считать "сверхчеловеком". Хотя, по другой логике меня изменила тьма и, следовательно, я её порождение. Считайте, как хотите.

Решив долго не задерживаться, я отправился дальше — ещё ниже по склону, где начинались предгорные леса. Спустились сумерки. Невдалеке справа от себя я заметил пещеру и пошёл к ней. При первом осмотре пещера оказалась пустой, не считая нескольких летучих мышей шебуршащихся в углу. Вполне годное место. Без дальнейших раздумий улегся у стены, недалеко от выхода из пещеры и быстро уснул.

Однако поспать удалось недолго — звук чего-то тяжёлого упавшего перед входом, разбудил меня. Вставая и протирая глаза, я прижался к стене. Это что-то двинулось внутрь пещеры, в бледном лунном свете блеснула неровная поверхность огромного чудовища, размерами превышающего слона. Оно изрыгнуло огонь, освещая пещеру, и увидело меня. Выход был перекрыт тушей чудовища, поэтому я побежал вглубь пещеры. Вдогонку мне полетел ещё один язык пламени, осветивший дальний конец пещеры и несметные сокровища, что лежали там. Но как говорится "быстрые ноги пиздюлей не боятся" — огонь не догнал меня. Выхода не было. Взяв из кучи побрякушек позолоченный клинок похожий на европейский широкий меч, превратил свою кожу в камень. С оружием на изготовку я двинулся на дракона, как рыцари в классических средневековых романах. Только здесь это всё взаправду.

Пламя окутало меня выше пояса, и футболка растаяла в его оранжевых языках, едва успел закрыть лицо рукой. Видя, что пламя мне нипочём, дракоша устремился на меня. Я успел ударить его оплавленным мечом по носу. А в следующий миг он хватает меня зубами поперек живота, закидывая голову, пытается проглотить, но я крепко держусь за его зубы. Тогда дракон сжимает челюсть. Дикая боль. Каменная кожа трескается, мне передавило руки и туловище чуть выше пояса. Отчаяние охватывает меня — неужели вот он — мой конец.

— Скушай-ка это, сука! — кричу из последних сил как заправский довакин.

Из моей спины и груди вылезли чёрные кристаллические шипы. Язык дракона пришпилило к нижней челюсти, а шипы на моей спине должны были упереться в его нёбо. Хватка драконьих зубов немного ослабла, его кровь быстро заполняла пасть. Дракон взревел и попытался снова сжать челюсти — это была его последняя ошибка — шипы с хрустом прошили кость и остановились где-то в его мозгах. Утопая в крови чудовища, я слушал его предсмертные хрипы.

Наконец дракон упал и затих. Я мысленно попытался убрать шипы, но ничего не получилось: усталость, голод, недосып, жажда, перенапряжение, верхняя челюсть дракона — всё, что только можно навалилось на меня. В бессильном гневе на всё вокруг, я принялся пить драконью кровь. Редкая мерзость похожая на кисель со странным солёным вкусом, но распробовав, она показалась мне не так уж и дурной. Мои клетки получили энергию, и я, наконец, то смог убрать шипы и выползти из пасти. Меня одолевал страшный голод, каждая клеточка моего организма кричала, требуя восполнения энергии.

Когда дело касается выживания, не до сантиментов. Отращиваю острые драконьи когти на руке и, проползя пяток метров, пытаюсь порвать ими шкуру на боку дракона, что становится чертовски сложным, учитывая моё состояние. Наконец спустя несколько минут упорной работы дорываюсь до мяса.

Превратив рот в маленькое подобие драконьей пасти, я поджариваю и отрываю от туши куски вкусной, скворчащей плоти. Наевшись, затягиваю раны нанесенные зубами монстра и валюсь спать, не отходя от кассы. Пусть хоть все драконы этого безумного мира прилетают сюда, мне всё равно.

Проснулся я около полудня, рассеянный свет приятно щекотал глаза, а щебет птиц уши. Сразу вспомнились события прошлой ночи, туша дракона никуда не делась. Сделав из кожи нечто похожее на мешок, я набил его драконьим мясом, предварительно поджарив его. Также взял немного золотых монет и богато изукрашенный кинжал из запасов дракона. С туго набитым мешком на плече, я отправился через лес в сторону ранее виденного мной замка. Путь лежал через чащу леса, где густые заросли сильно замедляли продвижение.

Около огромного мшистого дуба протекал ручей, место было хорошее, и я захотел сделать здесь привал. Мне нужно получше изучить свои новоприобретённые способности, так как от них зависело моё выживание в этом странном мире. И здесь, как на первом моём привале, закрыл глаза и стал медитировать. Снова погружаясь в увлекательный мир клеток. Мне пришла на ум идея, что их можно посылать в чужие организмы как диверсантов или шпионов. Например, я мог бы разместить клетки около мозга другого существа, и они сливали бы мне всю содержащуюся в нём информацию. Определенно стоит использовать на ком-нибудь разумном, для получения сведений. А ещё я попробовал превратиться в дракона, но вышла только уменьшенная копия раза в два крупнее моего обычного тела. Это превращение и возвращение человеческого облика, так измотали меня, что идти дальше не было сил. Покушав мяса, лег спать прямо на мох у корней гигантского дуба. На этот раз обошлось без происшествий, и на рассвете я продолжил путь к городу.

Наконец около полудня я добрался до опушки леса и увидел то, к чему стремился — передо мной возвышалась гора, до подножия которой навскидку было от шести до девяти километров, да зрение у меня отличное, но определять на глаз расстояние было тяжело из-за нехватки знаний в области ориентирования. В общем, осталось пройти пустяковое расстояние по равнине, и я буду у цели. Идя лугами и перелесками, я два раза пересекал пустынные дороги, не считая одного раза, когда вдалеке показалась лошадь без наездника. Пройдя ещё около километра, я перешёл через рельсы, что говорило о близости цивилизации. Наконец я дошел до подножия. Местность у горы хранила следы нескольких обвалов. Теперь предстояло решить, как забраться на гору, но спешить некуда. Доев припасённое мясо, выкидываю ненужный мешок, золото и кинжал прекрасно уместились в карманах шорт.

Подумав, я решил, что прямой путь — самый хороший. Отрастить крылья не было проблемой, проблемой было долететь до города — до этого момента я летал разве что на самолете. Сосредоточившись, я создал у себя за спиной дополнительную пару конечностей — драконьи крылья. Вместе со знанием как сделать крылья, клетки подсказали мне как ими пользоваться. Я неуверенно взмахнул крыльями и взлетел. Чувство свободного полета пьянило, но страх высоты не давал мне расслабиться: из-за него я держался ближе к склону, готовый в случае чего хвататься за выступы скалы. Однако скоро полет закончился, перелетев через стенку огораживающую город, я увидел тёмный переулок и скользнул в него. Ненужные более крылья втянулись обратно в мою спину.

Я осторожно выглянул из переулка на улицу — по ней ходили маленькие глазастые цветные лошадки, средний рост которых едва доходил мне до пояса. У некоторых был рог, у других крылья, у третьих ничего не было — эти наверно самые убогие с них и начну. Жду, когда представится удобный момент и к переулку приблизится один из убогих. Смеркается, потоки карликовых цветных лошадок редеют. Наконец, потоки пони иссякают, превращаясь в редких прохожих. И вот по улице идет одинокая фигурка, острое зрение и чуткий слух помогают держать её как на ладони.

Когда фигурка поравнялась с переулком, я выскочил и в мгновенье ока затащил её в переулок, зажимая рот. Я прижал её к стене, заставляя стоять на двух ногах, и смотрел ей прямо в глаза, в которых читался страх. Через руку у рта пустил клетки-шпионы и стал ждать. Они быстро добрались до нужного места, я стал получать информацию о мире пони из знаний этой особи женского пола. Сканирование прошло достаточно быстро, теперь я знал тоже, что и она. Эта способность не позволяла передавать визуальную информацию, только чистые знания в виде системы: понятий, логических связей, событий, формул. Теперь я мог говорить на её языке. Кстати о нём, он был не похож ни на один язык моего мира. Не представляю, как бы объяснялся с ними без моих способностей. Пони была светло-сиреневого цвета с рисунком молоточка и кольца на обоих бёдрах. Грива была светло-жёлтой с белой полоской.

Страх местных жителей мне был не нужен. Как жить среди тех, кто тебя боится и презирает. Чтобы сгладить свой поступок, я изменил свой запах на приятный для пони, а так же заменил свои феромоны, на феромоны жеребца пони. Сделав это, я заметил, что поняшка расслабилась, но все равно смотрит на меня со страхом.

— Извини меня пожалуйста, я странник и в вашем городе впервые, — начал я, отступая и отпуская рот пони. — К сожаленью, я пришёл на закате и не успел найти ночлег. Ты случайно не знаешь где можно переночевать?

— Кх-кх никогда не видела никого похожего на тебя, откуда ты? — отойдя от страха, но все ещё недоверчиво спросила она.

— Моя страна очень далеко и её название ничего не скажет тебе. Но если хочешь знать, там живет много таких как я — людей.

— А почему ты стал путешествовать? — продолжала она забрасывать меня вопросами.

— Я был вынужден путешествовать, иначе меня ждала смерть, — почти правда, хотя лучше смерть чем вечность во тьме.

— И ты проделал весь путь один? — не унималась она.

— Да, хоть и было местами тяжело, как видишь — я здесь. Как там насчет моего вопроса? — пытаюсь вернуть разговор в нужное мне русло.

— Можешь переночевать у меня. Если хочешь, — краснея и отводя взгляд, сказала она.

— Веди, — улыбнувшись, я погладил пони.

Она взглянула на меня как то странно и, развернувшись, пошла по улице. Конечно, я знал, как дойти до её дома, но раскрывать свои способности не собирался. Пройдя несколько кварталов, мы были на месте. Небольшой аккуратный прямоугольный домик на окраине города. То, что нужно чтобы незаметно убить и расчленить одинокую поняшу. Нехорошие мысли так и лезли мне в голову. А может изнасиловать её, она не может колдовать и летать, никуда не денется. После убийства можно сожрать её плоть, останутся только косточки, которые можно размолоть на удобрения.

Она открыла дверь и впустила меня в дом. Маленькая гостиная со столиком и четырьмя креслами, кухонька, да спальня — вот и вся жилплощадь. Поняша сразу поскакала на кухню, а я плюхнулся в кресло, тесноватое для меня. Через несколько минут она позвала меня на кухню перекусить с ней.

— Я забыла спросить, как тебя зовут? Меня Шайнин Дрим. Но можно просто Шайни.

Мое настоящее имя мне никогда не нравилось. О придумал:

— Зови меня Дио.

— Дио, что ты кушаешь?

Мясо молодой кобылки пойдет идеально. Но вместо этого сказал:

— Тоже что и ты кроме сена.

— Я сделала овощной салат, угощайся, — с этими словами пододвинула тарелку с нарезанными овощами.

— Шайни, ты часто ходишь так поздно одна?

— Обычно нет, но сегодня на работе пришлось задержаться — срочный заказ, делала золотые браслеты с сапфирами.

— А почему живешь одна?

— Надоело с родителями, а друзей мало и живут они далеко.

Дальше ели молча. Наконец покушав, она сказала:

— Пойдем покажу где будешь спать.

И провела меня в спальню с одной большой кроватью.

— А где же будешь спать ты? — спросил я.

— В кресле, где же ещё, — ответила она.

— Давай лучше я в кресле или если ты не против, можно вместе на кровати.

— Вместе в кровати, звучит неплохо, — и улыбнулась мне, сверля глазами.

— Только без пошлятины пожалуйста мы едва знакомы, — прикинусь целомудренным, а потом трахну и задушу её.

— Хорошо.

Поняша запрыгнула на постель и зарылась в одеяло.

— Душ за той дверью, — указала копытом на маленькую дверку.

Да помыться мне не помешает, смыть с себя драконий смрад. Помывшись и постирав шорты, я голышом залез под одеяло. Поняша тут же прижалась спинкой ко мне. Я обнял её. Какая же она мягкая, пушистая и тёплая, что хочется… Чёртовы мысли, я не такой. Добром на добро. Если я сделаю ей плохо, я себя не прощу. На этом я расслабился и заснул.

Просыпаюсь посреди ночи в руках у меня кинжал, я стою на коленях над Шайни. Она не шевелится. Поворачиваю её на спину. Она вся в крови, с перерезанным горлом, глядит пустыми глазами в потолок. Вздрогнув, я проснулся. Шайни мирно сопела под боком. Чёртовы сны! Рассвет потихоньку разгорался за окном. Я не стал будить хозяйку квартирки, тихо надел шорты и ушёл, оставив золото ей. Взял только кинжал и пять монет.

Скопированная память изобиловала интересными фактами об укладе жизни пони, например парами пони стали жить относительно недавно при Принцессе Селестии, ещё каких-нибудь два–три века назад пони жили маленькими табунами-семьями с одним–двумя жеребцами и тремя–шестью кобылками. Это было обусловлено крайне низкой рождаемостью жеребцов, на одного жеребца приходилось в разное время от трёх до пяти кобыл. И хотя в последнее время демографическая ситуация практически не изменилась, пошла повальная мода у кобыл на собственного жеребца. Это считалось показателем высокого статуса. Да, не все жеребцы одобряли такой порядок вещей, но со временем смирились с новомодным течением. Хуже приходилось непопулярным кобылкам, которые были вынуждены жить в одиночестве или искать таких же одиноких кобыл, как и они сами, чтобы вместе зализывать своё горе.

Память Шайни поведала, что империей пони правят аликорны — могучие пони с рогами и крыльями, владеющие мощной магией. И две из них находились в этом городе. Коснувшись, их я стану могущественней кого бы то ни было. Чтобы не привлекать внимания, мне пришлось превратиться в земнопони: синий с желтой гривой, кьютимаркой поставил белые весы на одной чаше которых был череп, а на другой росток. Путь к могуществу лежал прямо в замок, где жили принцессы дня и ночи. Туда я и пошёл — навстречу судьбе.

У ворот меня окликнула стража. Сказал, что мне назначена аудиенция у принцессы и меня пустили. Дальше решил не прятаться, принял свой обычный облик. Вход в тронный зал не охранялся, и я вошел. Огромный вытянутый зал с витражами предстал предо мной во всем величии. Я приближался к трону, рассматривая витражи. Большинство сцен изображённых на них мне были непонятны.

Принцесса восседала на возвышении, охраняемом двумя стражами. Я смотрел прямо на неё и шёл к ней уверенной походкой. Плана не было, меня вело моё желание стать сильнее всех в этом мире. В пяти метрах от Принцессы Селестии меня остановили гвардейцы, шагнув вперёд и перекрыв мне путь крыльями.

— Кто ты, неведомое существо? И что тебе нужно от меня? — спросила принцесса.

Так близко к цели, как они смеют останавливать меня. Тьма поднялась в моей душе, заставляя ярость течь по венам. Два удара — гвардейцы летят в разные стороны, а я делаю сверхчеловеческий рывок к принцессе. Как же она близко! Но в полуметре от неё меня останавливает невидимая сила. Желтоватое свечение окутывает меня, не давая двигаться. В досаде я рычу:

— Я ещё доберусь до тебя!

Ответом мне была волна сонливости, прокатившаяся по моему телу.

— Ты неее… — но договорить не успел, проваливаясь в тёмную бездну беспамятства.

## Вторая Глава

Принцесса Селестия была удивлена появлению в тронном зале неизвестного существа. Но решила вести себя как обычно и спросила гостя:

— Кто ты? И что тебе нужно от меня?

Несколько мгновений двуногое существо молчало. Внезапно оно бросилось прямо ко мне, его скорость пугала, но сконцентрировавшись, я успела перехватить его в паре десятков дюймов от меня.

— Я еще доберусь до тебя! — прорычал он.

Самым разумным мне показалось временно усыпить существо. Что я не замедлила сделать.

— Ты неее… — он не успел договорить и уснул, поддавшись моему заклинанию.

— Обыщите его и отнесите в темницу, надеюсь, когда он придет в себя и остынет, у нас выйдет более плодотворная беседа, — приказала я гвардейцам.

Гвардейцы пришли в себя и кинулись исполнять приказ. У существа, не считая одежды, было при себе несколько монет и кинжал. Это нападение выбило меня из колеи. Хотел ли он убить меня, и чем я заслужила смерть в его глазах. Я не видела злобы в его взгляде, только суровую решимость. Неужели наёмный убийца, но тогда от кого? С грифонами у нас давно мир и невыгодна им моя смерть. Зебры из Забрики — слишком далеко от дома, у них нет здесь таких амбиций. Дискорд в образе статуи неопасен. Другие не настолько глупы, чтобы бросать вызов солнечной принцессе. Всё. Хотя Луна, будь она Найтмер Мун сделала бы так, но это уже в прошлом. Непременно нужно допросить пленника, чтобы всё выяснить, думаю, займусь им через пару дней. Надо разобраться с налогами за текущий квартал и принять бюджет на следующий год. Прибыл капитан гвардии — видно беспокоится из-за того, что до меня чуть не добрались.

— Обращайтесь с ним хорошо, чем бы ни были вызваны его действия, мы должны подавать пример добродетельности всем другим пони и не пони тоже, — сказала я капитану гвардии, занявшему место Шайнинг Армора.

— Будет исполнено, ваше величество. Приношу свои глубочайшие извинения за то, что не смогли вас защитить. Удвоить охрану замка? — спросил он.

— Не стоит. Я думаю, это единичный случай. Тем более я сама могу за себя постоять.

— Слушаюсь, ваше величество, — ответил он и зашагал в сторону темниц.

Давно у меня не было выходных, Луна, хоть и очень старается, не во всем может заменить меня, да и приболела она. Сейчас никак нельзя раскисать, а у меня этот пленник из головы не выходит. Первый раз за всё моё правление ко мне прислали убийцу. Идея — сделаю перерыв на чай с тортиком и попробую пока выкинуть неприятные мысли из головы. Улыбнувшись себе, даю распоряжения секретарю и иду на кухню лакомиться.

* * *

Тьма выплюнула меня обратно, как следует не распробовав. Я очухался в камере на соломенной подстилке, прикованный полутораметровой цепью к дальней от двери стене. Используя свои улучшенные чувства, я изучал пространство вокруг. За дверью был коридор, в который выходили другие камеры. В конце коридора — закрытая дверь, за которой стоят два стража, дальше был коридор, из которого пахло свободой — свежим воздухом. Судя по ощущениям, сейчас было чуть-чуть за полдень, то есть спал я всего несколько часов.

Как глупо. Поддался минутному искушению взять всё и сразу, попал из-за этого в тюрьму. Тёмная сторона моей личности, спавшая во мне до попадания во тьму, проснулась и устроила бунт. Постоянно лезущие мерзкие мысли были тому доказательством. До тьмы я легко подавлял свою тёмную, безумную часть волей. Сейчас сделать это стало сложнее. Похоже, нужен компромисс, иначе противоречия меня погубят. Мысленно обращаясь к себе, я попытался понять чего же хочет моя тёмная часть. И она показала мне всё и с подробностями в виде образов перед моим мысленным взором. Обычно я так не делаю, но выбор был невелик: я смягчил образы и отправил их обратно вглубь. Чувство гармонии и умиротворения, пришедшее ко мне, сказало лучше всяких слов — договорились.

В коридоре перед стражей, слышатся шаги. Кто-то идет навестить меня, прихватив с собой еды. Неужто Принцесса Селестия хочет поговорить или просто еду принесли? Сомненья развеяла миниатюрная жёлтая кобылка земная пони, открывшая дверь. У нее была недлинная белая грива, уложенная в аккуратную причёску. Одета она была в простое чёрное платьице с белой каймой, из-под края которого виднелась кьютимарка в виде метёлки для пыли. Кобылка молча подошла ближе и поставила поднос с едой там, где я смогу до него дотянуться.

— Эй, красавица, что со мной собираются делать? — мягким голосом спрашиваю я.

Взглянув на меня своими синими глазами, спокойным и приятным голосом она ответила:

— Принцесса Селестия сейчас занята. Она займется тобой, когда освободится.

После этого она ушла, закрыв за собой дверь. Эпичный план побега уже зрел в моей голове. На этот раз промаха не будет. Работая с тёмной стороной заодно, открываешь безграничный список того, что не стал бы делать никогда и ни за что. Но у нас договор, поэтому гуляем. План решил привести в исполнение, когда в следующий раз принесут еду.

Вечером принесли ужин — та же жёлтая пони. Ну, понеслась! Воздух в камере наполнился газообразным афродизиаком. Когда она уже собиралась уходить, я попросил её:

— Можешь остаться на пару минут? Или я отвлекаю тебя от важных дел?

— Если хочешь поговорить, я могу тебя выслушать, — сказала она, присаживаясь в двух метрах от меня.

— Какое наказание мне грозит? Отрубите мне голову? Повесите? Или у вас есть пыточные казематы? — притворяясь, что ничего не знаю о пони, спросил я.

Ахнув, пони взволнованно посмотрела на меня и сказала:

— Нет, что ты. Максимум что тебе грозит это ссылка, а если принцесса простит тебя, то, скорее всего наказанием будут общественные работы или штраф.

— Знаешь, я думаю что принцесса не только простит меня, но и вознаградит когда узнает меня поближе.

Поняша поплыла, глаза прикрылись на половину, взгляд приковался ко мне, а красноречивей всего была лужица на полу где она сидела.

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Клинворк, мистер.

— Клинворк, хочешь я тебя поглажу?

— Да, мистер пожалуйста, — и доверчиво подошла ко мне.

Только она оказалась в зоне досягаемости, я схватил её и заткнул приоткрывшийся ротик членом, который моментально выпрыгнул из шорт. Она не сопротивлялась, наоборот старательно сосала здоровенный для неё прибор. Придерживая её за голову правой рукой, левой я поглаживал её шею.

От крайнего возбуждения я не смог долго терпеть и кончил ей в рот. Вместе со спермой, я выделил убойную дозу афродизиака и вещества усиливающего восприятие ощущений — особенно стимулирующего зоны удовольствия мозга. Поняша закашлялась, но проглотила всё до капли и сказала, вытаскивая хуй изо рта:

— Ты вкусняшка.

Я не ответил ей. Вместо этого я снял железное кольцо с лодыжки, временно уменьшив ногу, и закрыл массивную дверь камеры, чтобы стража ничего не услышала. Подошёл к поняшке и одним движением стащил с неё платье, как будто всю жизнь раздевал поняш. Встав на колени, я развернул поняшу задом и сдвинул хвост, прикрывающий прелести кобылки. Моя рука начала медленно ласкать красивую и аккуратную щёлку Клинворк. Она глубоко дышала, пытаясь сдержать охватившее её нетерпение. Затем она повернула голову и посмотрела на меня молящими глазами. Ну как отказать когда на тебя так смотрят? Моя рука направила толстую мясную палку в красивый цветочек кобылки. Медленно, очень медленно я увеличивал давление на крошечную дырочку. Я взял её за бёдра и усилил давление, плоть пони поддалась, и член заскользил в узкое влагалище кобылки. Она издала тихий стон, когда детородный орган, уперся в её нутро, полностью поместившись в её киске. Я начал твёрдыми движениями таранить тугой медоносный цветочек поняшки, вызывая тихие мелодичные стоны. Клинворк повернула ко мне личико и попросила умоляющим голосом:

— Пожалуйста, натягивай меня сильней.

Также молча, я прижал поньку к стене, вынуждая её упереться копытами, закрыл ей рот левой рукой и медленный, но захватывающий ритм изменился на бешеный, что называется с места в карьер. Даже с зажатым ртом кобылка почти кричала. Задние ноги, до этого мелко дрожащие, перестали слушаться бедную пони, и она сорвалась бы с машины угнетения, если б не моя правая рука которую я сместил с бедра на животик с вымечками. Поня практически висела на руках, а я наяривал её шёлку со звериной яростью. Впрочем "мученья" поньки продолжались не долго — её глаза закатились, выражая крайнюю степень удовольствия. Задрожав и выгнув спинку, она сильно сжала щёлку, обильно оросив пол своими выделениями, после чего обмякла, упав в лужу под нами.

Я поднял поняшу и перенёс её на сено. Дунул ей в нос чем-то вроде паров нашатыря, от чего она сморщила носик и очнулась, мило чихнув при этом. Я наклонился и поцеловал пони в губки, нагло ворвавшись языком к ней в ротик, поняша сначала неуверенно, затем всё с большим азартом приняла эту игру.

Одновременно с этим, мои пальцы дразнили её маленькую, горяченькую дырочку, подвергнутую жесткой экзекуции. Я прервал поцелуй, и стоны поньки вновь за гуляли по камере.

— Пожалуйста мистер, вставьте мне ещё раз! — умоляла она.

Я проигнорировал её просьбу, продолжая дразнить цветочек у неё между задних ножек.

— Умоляю, сделайте это со мной ещё разочек.

Я очень хотел сделать то, что она просит, но сдерживался. Еще рано.

Терпения поняшки хватило ненадолго, внезапно она, оттолкнувшись от лежанки передними копытами, бросилась на обидчика, обнимаясь и пытаясь насадиться щёлкой на вожделенный кол. Я отстранил одолеваемую страстью поняшу, та обижено опустила ушки, и глаза у неё мокро заблестели.

— Что ты готова сделать, ради этого? — момент икс настал.

Клинворк разрыдалась и сквозь слезы сказала:

— Я сделаю для вас что угодно мистер, только выебите меня ещё разочек.

— Я хочу, чтобы ты совратила стражей у дверей. И отвлекала их достаточно долго, чтобы я смог уйти, — сказал я.

— Обещаю я всё сделаю, даже если Принцесса прогонит меня из-за этого, — в её голосе звучало отчаяние.

— Я верю тебе, — я больше не стал заставлять её ждать.

Незамедлительно, прильнув к её губам, поднял на руки и прижал пони спиной к стене. После чего ворвался в её дырочку, как такса врывается в норку лисы или куницы. И принялся яростно долбить поняшу в её норку любви. Клинворк пищала от страсти распиравшей её, она энергично помогала мне, насаживаясь и растягивая себя изо всех сил. Она снова продержалась недолго, прижавшись ко мне, кончила с громким стоном, сжимая своей норкой моего зверька любви. На этот раз обошлось без обмороков.

Я развернул её на сто восемьдесят градусов и начал осаду черного хода. Как же мило она кряхтела и стонала пытаясь принять моего гигантского крота. Наконец дверка была сорвана с петель, и медленно, но верно крот забурился в логово наслаждений полностью, отчего кобылка с довольным личиком свесила язык изо рта. Смазки на члене было достаточно для скольжения в сверх узкой пещерке милой поняшки. Желая доставить ей больше удовольствий, я опустился на колени и поставил пони раком. Не прекращая движений,я запустил руку ей между ног, вставив два пальца и нащупав нужную точку, начал остервенело долбить щёлку пальцами. Её хвост нервно заметался, щекоча мне грудь. Тем временем мой крот расширил норку, и теперь я с серьезной скоростью колебаний, быстро и решительно отправлял себя и поньку в недра блаженства.

Первым не выдержал я — вытащив член обкончал спину и хвост поняшки особым составом, предназначенным для стражников. Через минуту усиленных фрикций пальцами поняша сдалась: судорожно задергалась и оросила мою руку соком любви. Через пару минут, когда пони отдышалась, я сказал ей:

— Пора исполнить договор. Одевайся, если спросят почему тебя так долго не было, скажи: мы разговаривали и я не показался тебе опасным. Всё понятно?

— Мы просто общались. Сделаю всё, что смогу, — говоря это, она подмигнула мне.

— Будешь умничкой — отсыплю ещё вкусняшек, — непрозрачный намек для мотивации моего агента.

Пони оделась, привела гриву в порядок и вышла за дверь. Я выждал нужное время и обостренный слух подсказал, что пора идти. Выйдя за дверь камеры, я проскользнул до конца коридора, и медленно приоткрыл дверь: за ней раздавались звонкие шлепки голых тел, охи, ахи и стоны. Медленно просочившись в проём, я увидел следующую картину: два бравых гвардейца-пегаса жарили Клинворк, в обе её норки, образовав похотливый бутерброд. Не задерживаясь, бесшумно прошел мимо и направился вверх по лестнице. Уверенно продвигаясь по замку, спасибо Клинворк за её память, я шёл к башне принцессы, чтобы закончить начатое. Пробравшись в покои, я сел в угол слева от двери за большое кресло и стал ждать.

* * *

Стемнело. Я встал размять затёкшую спину и, услышав чьё-то приближение, насторожился и спрятался обратно. Появился новый запах, точнее этот запах уже был здесь, но не такой свежий. Через несколько секунд дверь открылась, и хозяйка покоев собственной персоной прошла мимо меня, телекинезом заперев за собой дверь. Ничего не замечая, она прошла по комнате до камина и плюхнулась на ворсистый ковёр перед ним. Магией зажгла камин и принялась читать письма, одно новое появилось перед ней прямо из воздуха.

Действовать нужно быстро. Я прокрался ей за спину и заколебался в нерешительности: получится ли или всё накроется медным тазом на луне. Поехали! — мысленно сказал себе я и сел справа от Принцессы, одновременно обнимая её за шею левой рукой. Сказать, что я застал Селестию врасплох — ничего не сказать. Она повернула голову и впала в глубокий шок, её зрачки расширились дальше некуда, глаза представляли собой озёра полные страха. Несколько секунд длилась пауза, затем я сказал:

— Ну привет сладенькая, — последовала пауза, и так как она молчала я продолжил:

— Не бойся сладенькая, в тронном зале я всего лишь хотел обнять тебя. А ты вон как со мной поступила: в тюрьму упекла, в цепи заковала. Нехорошо! За это я накажу тебя, — от этих слов дрожь пробежала по шкурке аликорна, но дар речи пока так и не вернулся.

Её бездействие давало мне шанс скопировать память, знания и умения. Но мгновенья тянулись, а я всё не находил ответа на свой вопрос: как нейтрализовать магию? Внезапно принцесса попыталась вскочить на ноги, но у неё не получилось — я со всей своей физической силой и специально увеличенной массой не дал ей это сделать, удерживая её левой рукой. Ещё секунда и вот оно — формула — я тут же перестроил часть клеток своего организма и, похоже, как раз вовремя. Окончательно придя в себя и сурово глядя на меня, рог принцессы окутался жёлтым сиянием, но ещё быстрее магии на встречу рогу устремилась моя правая рука, схватив её за рог. Сияние вокруг рога дрогнуло и погасло, а крохотные кристаллы в моём теле пополнились магической энергией.

Селестия опешила, что даже рот открыла: чем я не преминул воспользоваться, притянув её голову, мой язык ворвался в её рот, как заправский омоновец и начал орудовать по всей полости рта, как будто ища улики её преступления. Вместо слюны, правда, у меня был сильнейший для аликорнов афродизиак. Даже с закрытыми глазами я почувствовал, как ещё один толчок магии превратил большую часть кристаллов в моих тканях в драгоценные камни.

Здесь в этом мире практически повсеместно встречаются драгоценные камни. Так вышло из-за этих самых кристаллов, которые я воссоздал в своём теле: они поглощают магию до критического значения, а затем превращаются в драгоценные камни, увеличиваясь в объёме и массе. Драконы научились переваривать драгоценные камни, извлекая из них энергию. А что умеют драконы, умею и я. Мой ненасытный, постоянно нуждающийся в питании организм, вследствие такого поступления ценного булыжника в желудок, стал подавать тревожные сигналы — ещё один магический разряд и я буду блевать радужной россыпью камушков.

Тем временем, вместе с моей слюной, а точнее вместо неё в Селестин рот устремилась дополнительная порция афродизиака и вещества усиливающие восприятие удовольствия мозгом, и эти вещества отличались от тех, которыми я пичкал служанку и стражу — аликорны были иными.

Селестия пала. Она начала отвечать на мои движения языком, и я почувствовал, как она расслабилась. Я решил рискнуть и отпустил рог. В этой ситуации целуясь, я не успею блокировать магию — мои глаза были закрыты. Приличная часть моих клеток обслуживали кристаллы, но кристаллы, поглощающие чистую магию, не уберегут от физических воздействий магии. Любой тяжёлый предмет, материализованный над моей головой, может стать для меня смертельным. Мои опасения были напрасны — она чуть привстала и обняла меня передними копытами, не разрывая поцелуя, её сердце билось часто, но я больше не чувствовал её страха. Наконец мы оторвались друг от друга, я начал гладить её за ушком смотря ей в глаза: спустя несколько секунд она смутилась и отвела взгляд.

— И каково будет моё наказание — спросила она.

— А ты угадай — ответил я.

— Отшлепаешь плохую девочку? — при этих словах у неё дёрнулся хвост.

Ага вот и проговорилась на счет своего любимого фетиша. Теперь ты в моих руках маленькая развратная сучка. Курс на полное подчинение ухуу! С таким союзником как Селестия — я могу жить здесь припеваючи. А с её сестрой Принцессой Луной, мы вообще станем непобедимым триумвиратом во главе этой страны. Ведь судя по памяти принцессы у Эквестрии много врагов, дожидающихся своего часа; хотя небось как всегда придет верная ученица с друзьями и победит всех супостатов Элементами Гармонии. Хмм… что-то я совсем замечтался.

— И это тоже будет частью твоего наказания — ответил я.

Я встал, освободившись от объятий Селестии, шагнул к её боку, нагнулся и с трудом поднял (язык не поворачивается назвать её маленькой пони) Селли. Хотя она была крупнее меня, я мог нести её. Сразу же в поле моего зрения попало мокрое пятнышко на ковре — хороший знак. Повалил её на кровать, похоже Селли любила простор: её кровать вместила бы трех таких как она и ещё место осталось бы. Я не стал терять времени даром, предстояла большая работа. Одно мановение руки и шорты превращаются, превращаются шорты в ... в рваньё они превращаются. Поспешил и порвал в лоскуты единственные шорты, но я не волновался: отныне у меня будет сколько угодно шорт. Селля хихикнула и призывно посмотрела на меня, мол, заждалааась.

Перед приходом Селестии я увеличил член, для так сказать эффекта: размерами он немного недостаёт до колен и несильно уступает толщине руки в запястье.

— Ложись на спинку и будь паинькой. Покажи папочке, что ты там прячешь.

— Папочка, а мне не будет больно, — подыграла мне Селли, переворачиваясь на спину, раздвинула задние ноги и расправила крылья во всю длину кровати.

Мне предстал божественный вид — все её прелести были как на ладони: упругий животик, аппетитные сисечки вымечка, наисочнейшая писечка жаждущая ласки, аккуратная попка, и горячие упругие бёдра. Представьте себе путника идущего по пустыне три дня без питья. И тут он натыкается на оазис полный воды, съедобных растений и тени. Так вот, я думаю понятно, ЧТО произойдёт дальше. Я набросился на неё как вышеупомянутый путник на оазис. С жадностью. Грубо прорываясь к лакомым кусочкам, ни в чём себе не отказывая. Селестия вскрикнула от неожиданности и дальше её ротик рождал только сплошные стоны и вздохи. Я вылизывал дырочку поньки как мороженку в знойный денёк. Селля не выдержала напора — выгнула спинку и вскрикнула, её киска выдала фонтанчик наиароматнейшей вкусняшки, которую тут же слизал жаждущий странник.

— Селля знаешь какое сейчас время? — задал я невинный вопрос.

— Почти полночь, а я так и не знаю как тебя зовут.

Подколола шлюшка. Посмотрим, кто будет смеяться последним.

— Дио. И правильный ответ — время порки, тащи сюда свою задницу, — тяжелая артиллерия на подходе, трепещи сученька.

С явно деланной грустью на лице, она покорно перевернулась и, привстав на копытца, выпятила свой роскошный сюжет. Для пристрелки я не сильно шлёпнул её, и услышал тихий смешок, который пытались скрыть.

— Думаешь я с тобой здесь в игры играю, — сказал я максимально злобным тоном.

— Я твой хозяин Дио сука, начиная с этого момента первое и последнее слово, которое будет издавать твоя развратная глотка, будет слово Сэр, — после этих слов я с силой ударил ладонью по крупу моей маленькой шлюшки, вырвав из её горла жалобный вскрик.

— Если ты переживёшь порку, если ты выберешься с этой кушетки — ты станешь ангелом секса, молящейся чтобы я трахнул тебя лишний разок. Но до этого дня ты просто блевотина, низшая форма жизни в Эквестрии, скользкая вонючая жаба. Я строг и поэтому я тебе не понравлюсь, но чем больше ты будешь меня ненавидеть, тем больше полюбишь, когда поймешь, зачем это было сделано. Я строг, но я справедлив. Мне неважно, что ты хочешь делать — ты будешь делать то, что я говорю. Тебе это понятно сука? — мой голос приобрел металлические нотки.

— Сэр, понятно, сэр, — кажется я слышал всхлип после слов.

— Херня, говори громче, — смачный шлепок подкрепил приказ.

— Сэр, понятно, сэр! — твердый ответ.

— Как тебя зовут шлюха? — я наслаждался процессом унижения принцессы.

— Сэр, Принцесса Селестия, сэр! — звонкий удар по заднице, вскрик, похоже я входил в раж.

— Херня, с этого момента ты Жирная Шлюха! Нравится это имя?

— Сэр, нравится, сэр! — шлепок, вскрик — похоже она решила быть послушной.

— Ну так кое-что тебе не понравится Жирная Шлюха, в моем меню нет чая и тортиков — только боль и страдания.

Едва различимый шёпот со стороны головы Селли:

— Это ты Жирная Шлюха, а не я. — В этот шлепок я вложил душу. Она завизжала.

— КТО это спизданул!? КТО эта маленькая, деспотичная сука, которая только что подписала свой смертный приговор!

Задница Селестии стала алой, как два спелых помидора. Во мне проснулась жалость к ней, наверно надо было выбрать более мягкую модель поведения.

— НИКТО да!? Это жопа Дискорда чихнула, ебать его в рот? Заебись! Буду хлестать пока из жопы кефир не польется! Это ты сказала грязная мразь?

— СЭР, ДА, СЭР! — она плакала, тихо всхлипывая.

— Ну нихера себе! Это кто у нас тут такой смелый? Или ты хочешь чтобы после твоей тушки этот диван посетила твоя сестра? — шлепок с вертушки, Селестия громко стонет и плачет навзрыд.

— Лучше сразу прекрати выёбываться, иначе порву твою жопу и сошью новый флаг для Эквестрии. — Селли рыдала, её задние ноги дрожали и только щёлка выдавала её, предательски плеща в три ручья.

— Я даю тебе шанс исправить свою ошибку, — я встал на колени прямо за крупом Селестии — Заставь меня кончить своей щёлкой или пожалеешь, что не выпорол тебя до усрачки. Давай приступай!

— Сэр, есть, сэр!

Её бёдра ещё хранящие память обрушившихся на них ударов, начали медленно опускаться ко мне, ища опору и спасительный столбик, спустя несколько неудачных тычков ей это удалось.

Головка медленно начала погружаться в принцессу, несмотря на смазку принцесса была тугой она застонала, пытаясь поглубже принять член. Было приятно наблюдать, как неуклюже и мило принцесса насаживается на член немного дальше половины, а потом со стоном вытягивала его до головки и, кстати, она перестала рыдать. У Селли стояли торчком крылья, она попыталась увеличить темп, но из-за этого член все время выскальзывал из неё. Шлёпнув себя ладонью по лицу, схватил её бедра и одним движением насадил её на всю длину, со шлепком тела о тело в конце.

— Ааааааай святая мать аликорнов какой здоровенный! — забыв обо всём, завопила она.

Я же молча продолжил долбить её в среднем темпе. Дальше поняша только протяжно стонет, когда член таранит её шейку матки. И тут что-то на меня нашло — зарычав, увеличиваю фрикции до максимальных значений, со шлепками плоти о плоть. Ебу жёстче некуда пони-принцессу, растягивая её киску. Наконец, после непродолжительных воплей по её телу прошли судороги, её бьет крупная дрожь. Она выгибает спинку, закатывает заплаканные глаза, высунув язык изо рта и пуская слюни, нечленораздельно мычит. Несколько секунд спустя, и я достигаю верха блаженства, эякулируя во влагалище Селестии.

Немного придя в себя встаю с придавленной мной Селли, по пути высвобождая опадающий член. Она без сознания, но вроде дышит, пульс есть. Наверно многовато афродизиака и другой хрени влил в бедняжку. Кладу её задние ноги на подушку так, чтобы они были выше головы, и ложусь рядом с ней нос к носу, дыша на неё чистым кислородом. Ещё несколько минут и она открывает глаза, ловит меня в фокус и пытается обнять, что у неё выходит не с первого раза.

— Как ты? — спрашиваю я.

— Это был лучший секс в моей жизни, — слабым голосом отвечает она.

— Это ещё не всё. Давай приходи в себя, я тебя как следует не распробовал, — я сама забота.

Подумав немного, я решил взбодрить её аналогом экстази для аликорнов. Поняшка, опередив меня, накрыла мои губы своими. После увлекательной борьбы на языках и обмена жидкостями наших ротиков, Селли взбодрилась и попыталась оседлать меня, но у меня были другие планы. Повалив её на спину, левой рукой тискаю вымечко моей страстной любовницы, а правой взяв себя за пенис, дразню понячью писечку.

— Ну же скажи мне чего же ты хочешь. Скажи это грязно — как папочка любит. — Надо распалить её до предела, страсть хороший помощник поработителя.

— Вставь мне пожалуйста, — просит любительница тортиков. Я лишь покачал головой в ответ.

— Дио, выеби меня, — настаивала Селля. — Жёстко выеби и кончи внутрь меня, пожалуйста, я больше не могу.

Якобы с неохотой я начал медленно вводить Малыша Джона в её тугую щёлку. Миллиметр за миллиметром, буря её узкую дырочку. Она двинула бёдрами навстречу ускоряя момент полного вхождения. Дойдя до конца я поцеловал её яростно и страстно, наши языки кружились в вальсе, даря нам незабываемые наслаждения друг другом.

Затем, разлепив губы, я перекатился на спину, так что она оказалась сверху. И словно не веря, что я ей это позволил, медленно задвигала бёдрами вверх и вниз по стволу. Постепенно подняв темп, она со стонами пронзала себя членом.

— Селли давай кончим вместе? — спросил я, с умилением наблюдая за её лицом, которое приобрело на редкость милое и довольное выражение.

— Д-да, давай я уже скоро, Ммммм... Аааах… — если так пойдет и дальше она кончит раньше меня.

Потянувшись я обнял её, сразу же положив на спину. Выпустив себе в кровь стимуляторов, задвигался с невероятной для обычных людей скоростью. Селестины стоны перешли в крики она: взмолилась, умоляла помедленней, выпустила слёзки, даже укусила меня за основание шеи, но ничего не помогло ей. Вскоре безумная гонка подошла к концу, мы с ней кончили одновременно, взяв новую высоту удовольствий и ловя невероятный кайф, я заполнил матку аликорницы до краёв. Селли, улыбаясь, высунула язык и роняла слюни на простыню, личико приобрело отсутствующее выражение, а через несколько секунд что-то горячее и мокрое обдало мой лобок и стекало по основанию пениса, всё ещё находившегося в ней. Её мышцы всё ещё сокращались, приятно сжимая мой член. Через минуту Селестия моргнула и пришла в себя.

— Прости, я тебя куснула, — виновато глядя на меня, сказала она.

— И обосала. Что, впрочем, мне льстит, поэтому всё в порядке, — сказал я от чего аликорница густо покраснела и неловко взглянула на меня.

Я нагнулся и нежно поцеловал её, показывая, что не сержусь. Наконец, отстранившись от неё, предложил чего ни будь сделать с саками, ибо уже пованивало. Рог Селестии засветился, и все мокрые пятна на кровати и нас испарились. Я трахал её ещё часа два, после чего и мои и её запасы сил подошли к концу.

— Думаю ты достаточно наказана, — сказал я, вставая с постели.

— Милый куда ты? — обеспокоенно спросила она.

— Пора уходить, думаю, меня ждёт новое путешествие… — говоря это, я подошёл к двери.

— Пожалуйста не уходи. Я тебя люблю, и всю свою жизнь ждала такого как ты. Или ты обиделся, что я тебя покусала и описала? Что мне сделать, что бы искупить вину? — на глазах поняшки навернулись слезы, искренности которых я поверил.

Объект достиг кондиции — выебана и высушена. Помедлив секунду, я вернулся к кровати нагнулся и накрыл губы Селестии своими, целуя нежно и сдержано.

— Будешь одной из моих особенных пони? — спросил я, прерывая поцелуй.

— Только если я буду самой главной из них! — улыбнувшись, отвечает она.

— Согласен, — плюхаюсь на кровать рядом с ней и обнимаю предводительницу моего будущего табуна.

Наутро меня разбудил свет, пробивающийся сквозь щёлку в занавесках. Селестии рядом не было, одежды тоже. Обшарив соседние комнаты, в ванной нашёл полотенце и закрепил на поясе, прикрыв им голую жопку.

После вчерашних постельных баталий я чувствовал зверский голод, и недолго думая отправился на кухню. Уверенным шагом пересёк коридор и стал спускаться по лестнице, отсюда до кухни рукой подать. И почему же принцесса выбрала себе покои самые близкие к кухне? Кажется, я знал ответ на этот вопрос. С довольной ухмылкой я готовился к захвату второй по значимости опорной точки Селестеных удовольствий.

Перед дверью в дворцовую кухню стоял гвардеец — серый единорог. Прямая угроза моим планам; подумав несколько секунд, мне в голову пришла гениальная идея: не спеша вальяжной походочкой, я подхожу к нему, хватаю за рог правой рукой, запихивая его мордашку себе подмышку, и держу вырывающегося единорога. С каждой секундой его сопротивление всё слабее и слабее, наконец он обмяк, и я выпустил его мирно сопящую тушку. Да хлороформ — классная штука, я легко его синтезировал своими потовыми железами. Теперь дорога была свободна и я, наконец, вошел.

Моему взору предстал круп Селестии, деловито вертящийся у одной из духовок. Очевидно дело было нечисто, потому что на моей (точнее её) памяти Селли готовила крайне редко. Коротко разбежавшись, я, используя её круп как опору, запрыгнул ей на спину.

— Что ты тут делаешь Сладенькая? Я думал принцессы не стоят у плиты, как простые пони-кухарки, — сказав это, я прикусил и оттянул ей ушко, гладя её шейку.

— Ааааах, Дио, ты меня напугал. Снова. Хотела тебе завтрак в постель принести. Вот кексиков даже собственнокопытно испекла, но сюрприз похоже испорчен, — последние слова она добавила грустным тоном.

— Ничего ты не испортила глупышка, давай позавтракаем здесь, — после этих слов спрыгиваю с неё, по пути теряя полотенце. Разумеется, бесстыжий взгляд принцессы приковался к волшебному полену у меня между ног.

— Сначала завтрак, — строго говорю ей, возвращая полотенце на причинное место. — И кстати мне нужна одежда, — вопросительно гляжу на Селлю.

— Тебе очень идет без одежды, — хихикнув, сказала она. — Я пришлю портных после завтрака в свои покои, надеюсь на этот раз, ты от туда не убежишь?

— Не могу обещать, что буду торчать там весь день.

Увидев на столе поднос с уже заготовленным угощеньем, я набросился на еду, внося катастрофические потери в её ряды. Тем временем моя принцесска вытаскивает противень с кексами из духовки, и налив себе чая, присоединяется ко мне. Немного утолив голод, я иду к полочке с приправами, беру баночку с мёдом и палочку для мёда (деревянная палочка с дисками на конце) и, возвращаясь, подхожу к ней сзади.

— Селли, знаешь — твоим вкусным кексам кое-чего не хватает, — говорю ей с хитрой ухмылкой.

После чего резко падаю на колени и начинаю наяривать влажную писю поняши палочкой для мёда, время от времени смачивая её в меду, и слизывая подтёки мёда и соков. Селестия пискнула от неожиданности и тяжело задышала, затем я убрал палочку и мой язык ужалил её бутон, усиленно проникая в него. Хитрая тактика блицкрига снова удалась, и Селестия со стоном кончила мне в рот. Вылизав остатки мёда из её щёлки, я встал, прислонился спиной к столу, упершись локтями в столешницу, сделал приглашающий жест.

Селестия, сразу разгадав мой план, сорвала с меня зубами полотенце. Телекинезом намазала мёдом мой кол, опустилась, подобрав ноги под себя, и принялась жадно вылизывать моего немаленького друга. Затем, снова намазав его мёдом, погрузила орудие любви себе в ротик, мощно шуруя языком.

— Селли, сиропчик на подходе, — тихо сказал я.

И в этот самый момент на кухню через боковую дверь заходит кремового цвета пони в поварском колпаке со словами:

— Принцесса вам что ни будь нужно? — замирает с открытым ртом.

Аликорница уже не может себя остановить, так хочет моего особого соуса, что игнорирует повариху. Я демонстративно кладу правую руку на голову Селли и глажу её за ушком.

— Ой, простите, я помешала, — так же внезапно пони разворачивается и исчезает за дверью.

— Ха-ха Селли скоро по замку поползут слухи о развратной принцессе, — не удержался от я подколки.

И получая долгожданный прибой удовольствия, выстрелил в ротик принцессе порцией фирменного соуса. Высосав всё до капли, она поднялась.

— Ты сделал меня такой, и всего за одну ночь. Ты волшебник, — она поцеловала меня, пытаясь вылизать весь мой рот изнутри, чему я настойчиво мешал всячески атакуя её язык своим.

Наконец мы разлепились, и она, сказав, что должна приступать к своим обязанностям правительницы, ушла. Я же принялся доедать кексы — мне нужно больше энергии для сегодняшних планов.

После еды я отправился обратно, рассчитывая застать Клинворк, которая в это время обычно прибиралась там. И не ошибся.

— Это ты? Я ТАК РАДА тебя видеть. Ты пришёл трахнуть меня? — с надеждой спросила пони.

— Извини, но у меня сейчас мало времени. Нужно чтобы ты ещё кое-что сделала. Я ведь могу рассчитывать на тебя? — конечно мог, Клинворк теперь моя с потрохами.

— Для тебя что угодно.

— Тогда я хочу чтобы ты немедленно пошла к Принцессе Луне и сказала слово в слово следующее "Пленник сбежал и сделал что-то с Принцессой Селестией. Она ведёт себя странно: постоянно говорит о нём и во всём его слушается. Страже тоже нельзя доверять — я видела, как он тайно встречался и говорил с некоторыми из них. Наверняка у него есть агенты среди них. Последний раз я его видела в покоях принцессы." запомнила? — надеюсь сработает.

— Но у Принцессы Луны сейчас охота и она никого не принимает, даже луну поднимает и опускает Принцесса Селестия, — неуверенно проговорила она.

— Будь настойчивой, говори что это — очень важно. Ты же сказала, что я могу на тебя рассчитывать? — давил я.

— Хорошо я сделаю всё что смогу, можешь повторить, что передать? — сдалась она.

Я повторял ей слова, пока она не запомнила, после чего она ушла. Через полчаса пришли две пони-портнихи сняли мерки и ушли выполнять задание принцессы. Я попросил кроме брюк и рубашки, сшить мне чёрный плащ.

## Третья Глава

Полтора часа спустя, я начал беспокоиться, что Клинворк не справилась, и уже подходил к двери, как неожиданно услышал стук копыт. Сделал шаг назад, как раз вовремя — дверь с ударом распахнулась. На пороге стояла Принцесса Луна и, увидев меня, грозно закричала:

— Что ты сделал с моей сестрой, червь? Ты чейнджлинг, да? Зачаровал мою сестрёнку и думаешь, что это тебе сойдет с копыт? Сдавайся или я обрушу на тебя всю силу ночи! — она прямо таки пылала гневом.

— Ну что ж, попробуй буйная, текущая кобылка. — дерзкий ответ заставил Луну покраснеть.

— Получай, червь! — с этим криком из рога аликорницы вырвался голубоватый луч и ударил мне прямо в лицо.

Но ничего не произошло, я подскочил к ней после чего получил ещё один луч в упор. Она попыталась пятиться, но я схватил её за переднюю ногу, и подтянув, крепко обнял поперек туловища. Закрыв за собой дверь, я понес брыкающуюся пони на кровать.

— Пусти меня чудовище. Отвратительный монстр! Что ты собираешься со мной делать? — её бесполезные протесты лишь больше распаляли меня.

— Я не чейнджлинг. Я сделаю с тобой тоже, что и с твоей сестрой, — недобро улыбаясь, проговорил я.

Повалив Луну на кровать, я улегся рядом продолжая обнимать её, вдыхая пряный запах текущей кобылки. Я наслаждался её теплом, мягкой шерсткой и красивыми глазами. Так мы пролежали некоторое время.

— Отпусти меня пожалуйста, мне срочно надо в свои покои, — примирительно начала она.

— Неа. Ты сама пришла, попалась — теперь буду держать тебя весь день, — ехидно ответил я.

— Умоляю мне ооочень надо. — говоря это, она посмотрела на меня как котик из шрека.

— Знаю я тебя, будешь бешено клопать, вспоминая, как я тебя обнимал.

— Ты что мысли читаешь? — удивилась она.

— Почти. Не пробовала жеребцом обзавестись?

— Они все боятся меня, после того как я была Найтмер Мун и тысячелетнее одиночество сказалось — мне тяжело даётся общение. Так ни с кем и не удалось сблизиться, да и до изгнания у меня было всего несколько любимых, но как ты наверно знаешь, жизнь аликорна гораздо длинней жизни обычного пони, — опустив глаза, сказала она.

— Как думаешь, не пора ли что-то менять в своей жизни? — спросил я, но мой вопрос остался без ответа.

Поняша уставилась куда-то вниз в небольшой проём между нами.

— Что это там у тебя под белой тряпочкой? Оно мне в живот упёрлось, — на всём серьёзе спросила Луна.

— Можешь взглянуть если хочешь, — улыбнувшись сказал я.

Сдёрнув полотенце телекинезом, Луна ахнула.

— Таким и убить можно. Пусти, я хочу поближе рассмотреть.

— Неа.

— Не будь врединой, я таких ещё не видела.

Я был непреклонен. И Луна изнывая принялась тереться об меня своим вымечком и щёлкой. Она была меньше Селестии и стройнее, бёдра были очень подтянутыми, я бы сказал спортивными. Луна пахла какими то цветами и "возбужденной кобылкой" если так можно сказать. Кобылка трясь об меня, уже почти кончала, но я остановил её.

— Попридержи поней. Ладно, я сделаю, что ты хочешь, но позволь сначала спросить ты любишь жеребят?

— Да, очень сильно.

— Хотела бы, чтобы и у тебя был свой?

— Я думала об этом, жеребенку нужен папа, а мне для этой роли попадалось слишком мало подходящих жеребцов, и они как правило никогда не смотрели на меня в таком плане, — похоже она не поняла куда я клоню. Ну и ладно, будет маленький сюрприз.

Я спустил руку по её бедру прямо к заветной щёлочке. Медленными движениями натирал внешние губки и клитор, заставляя принцессу пыхтеть и попискивать.

— Хватит дразнить, я хочу твой большой член прямо в мою щёлку, — терпение принцессы лопнуло.

— А какое волшебное слово принцесса забыла сказать?

— Быстро бля! — похоже и в правду кончилось.

Я лег на спину и предоставил свободу действий Луне. Кобылка как с цепи сорвалась, села мне на бедра, так что член прижался к её вымечку и животику. Высунув язык, она как будто подбивала меня сделать также.

Мы встретились кончиками языков и продолжили сближение, играя язычками в салочки. Прижавшись ко мне губами, она терлась щёлкой о мой член. Вскоре она разорвала поцелуй. Резко выдохнув, из её щёлки вытекла теплая струйка и растеклась по моим яйцам. Помедлив, она подняла круп и прижалась киской к головке члена. Луна давила всё сильней и сильней, пытаясь насадиться на кол. Сантиметр за сантиметром он вползал в неё, заставляя тихо стонать.

— Какой же он огромный, — пожаловалась она.

Наконец член дошел до конца пихнув хозяйку влагалища в матку. Но всё равно около четверти члена не помещались в тесной поняше. Стоная, она начала скакать на нем, получая чувствительные толчки в шейку матки.

Я помогал придерживая её руками за талию. Поскакав ещё немного в усиленном темпе, её губы расплылись в блаженной улыбке, я почувствовал, как её киска судорожно сжимает меня, а стоны слились в писк. Она рухнула на меня, тяжело дыша, сказала:

— Вау. С тобой так хорошо.

— Это только начало, — она непонимающе посмотрела на меня.

Медлить было нельзя, как говорится: куй железо, пока горячо. Схватил её за бёдра в районе кьютимарок и начал нещадно насаживать луняшу, от чего она взвизгнула.

— Виииии я...я только кончила и...и дай немного передохнуть, — сбивчиво просила Луна.

Но я был непреклонен, и вскоре она сама запрыгала на столбике вдохновения.

— Луна если я кончу в тебя у нас будет жеребёнок, — предупредил я её, но она похоже не слушала, а всецело отдалась процессу.

До её прихода, я изменил свою ДНК так, чтобы она полностью совпадала с ДНК аликорнов.

— Луна, я не могу больше сдерживаться! — крикнул я ей.

— Давай, кончай прямо в меня, Аххх, я хочу чтобы ты заполнил меня своим семенем! Дааа, не сдерживайся, я тоже уже скоро… — не слушая её дальше я, крепче прижавшись к ней, взмывая в райскую обитель, выпустил мощный залп прямо в матку принцессе.

Тяжело выдохнув, я перезарядил ствол, возобновляя приток крови к нему, и усиленно продолжил насаживать Луну, ожидая её разрядки. Которая не заставила себя долго ждать, и через минуту принцесса сладко запищала, прижавшись ко мне всем телом.

— Уфф. Вот это да, был бы ты со мной на луне, я бы ни за что не вернулась в Эквестрию, — по хозяйски устроившись на мне, сладко прошептала она.

Я не собирался давать ей спуску, у меня были другие планы. Скатив с себя Луну, сую руку под кровать и достаю заранее приготовленный, бледно-розовый фаллоиметатор с кучей пупырышек на нем. Толщина и длина моего гиганта были вне конкуренции с этим образцом, но пупырышки наверно хорошо стимулировали нужные зоны владелицы девайса.

— Эй, это сестрёнкина игрушка. Она никогда не разрешала с ней играть, — возмущенно, и в тоже время с интересом глядя на секс-игрушку сказала Луна.

— Если очень хочется, то можно, — заговорчески глядя на неё, сказал я. — Поворачивайся крупом ко мне, будем проводить воспитательную работу.

Понимая мои намеренья или думая, что понимая, она сделала просимое.

— Будь нежнее в этот раз. Пожалуйста.

— Этого я тебе обещать не могу, — сказав это я вогнал фалоиметатор ей в киску и схватив её за чудесный, развивающийся хвост, стал натягивать её попку на член.

— Аааййй что ты делаешь? Ты же порвёшь меня. Не надо. Пожалуйста умоляю, только не туда, — взмолилась поняша.

— Обещаю — тебе понравится эта "забава", — зловещим голосом успокаивал я её.

Наконец попка поддалась, несмотря на незначительное сопротивление Луны. С визгом Луняши, хуй вошел в тугую норку. Замерев на мгновенье, я схватил Луну и стал безжалостно трахать, глубоко насаживая и шлепая её по кьютимаркам. Затем, я наклонился и стал орудовать фаллоимитатором в её щёлке, синхронно вводя и выводя его. Луну трясло от двойного проникновения, визжа и истекая слюной, она стала подмахивать бёдрами, глубже насаживаясь на оба ствола.

— Перехвати дилдо магией, — сказал я ей.

Что она немедля и сделала. Я схватил и поднял её, наяривая руками на весу, чтобы не упасть она обвила мою шею копытом. Теперь она была в пол оборота ко мне и я поцеловал не прекращающий стоны ротик, ебя её что есть силы. Теряя контроль над собой, кончил и завалился на Луну.

Отдышавшись, вытащил оба орудия из неё и лег рядом. Кажется она потеряла сознание, а нет просто размякла и смотрит на меня с глупой улыбкой.

— Ты был прав, — после этих слов поцеловала меня, вторгаясь своим язычком, в мой ротик, исследуя неровности зубов, скользя по острым граням клыков. После поцелуя она спросила:

— Э..э, а как мне тебя называть? Секс машина? Покоритель принцесс? Или быть может "Невероятно медленный убийца с крайне эффективным орудием"?

— Гг.. можешь звать меня Дио или Котик, — усмехнувшись выдал я.

— Давай лучше "Любимый". Правда хорошо звучит? — это типа признание?

Вместо ответа, я повернул её на спину и снова нырнул в её вагину, выталкивая из уст принцессы сладкие вздохи.

Я драл её ещё полтора часа. После чего она без сил заснула прямо на кушетке сестры. А я сделал ещё один рейдерский налет на кухню, притащив с собой кучу съестного. Скоро должна освободиться Селестия, а пока можно вздремнуть.

Мой чуткий слух предупредил меня. К двери кто-то приближался. Я быстро залез в объятья мирно сопящей Луны, спиной к ней и притворился спящим. Сейчас что-то будет. И я хотел на это посмотреть. Дверь открылась и тишина. Должно быть она в шоке.

— Луна, твою мать, что ты делаешь в моей кровати с моим Особенным не пони! — кричала она. — А ты, тебе лишь бы щель была, оприходуешь сразу! Как ты мог так со мной, да ещё и сестрёнку соблазнил! — это уже ко мне.

— Невиноват я, она сама пришла! — пустился в отговорки я.

— Сестра ничего не было, правда. Мы просто обнимались, и вообще ты мне не сказала, что у тебя есть кто-то особенный! — говоря это, Луна пятилась к окну.

— То-то у тебя вся шкура белым перемазана, как вы обнимались. Небось и с применением особых техник, — кричала Селестия.

— Ты знаешь, что я в охоте. Ничего не могла с собой поделать. Прости. — Луна опустила ушки и потупила взор.

— Дио, тебе понравилась её пизда, да? Уже моей небось, и бёдра стройней, — говоря это, у неё текли слёзы.

Я подошёл и поцеловал заплаканную принцессу. Поглаживая её шею, прошептал:

— Я люблю тебя — этого не изменить. Пусть Луна будет второй в нашем табуне, — и уже громко добавил. — Луна подойди к нам.

— Сестра прости, я бы никогда не предала тебя, — подходя к нам, печально сказала она.

— Теперь мы табун, ведь все здесь любят друг друга? — спросил я.

На что девочки кивнули.

— Давайте жить дружно! Меня на всех хватит. Но сначала перекусим, — с последними словами я указал на гору еды, которой был завален столик у кровати.

— Я поражаюсь твоей способности влюблять в себя, — утерев слезки копытом, сказала Селестия.

Покушав, мы отправили Луну мыться, а сами улеглись у камина бок о бок, вместе читая корреспонденцию принцессы. Мои коварные планы исполнились и теперь обе принцессы, были в моей власти.

* * *

Уже неделя прошла с тех пор, как я прилетел в Кантерлот. Портные принцесс сделали мне хорошую одежду: несколько рубашек и брюк разных цветов, а также мой особый заказ — чёрный плащ с красной подкладкой. Мне так и не выделили личных покоев, несмотря на то, что я три раза прямо просил Селестию дать мне личное пространство. Спал я обычно с одной из принцесс. Целыми днями помирал со скуки, прерываясь на еду, секс и сон. Но сегодня всё изменится. Я решил, что для больших развлечений нужны большие бабки. Конечно, я бы мог выклянчить денег у Селестии или Луны, но я ещё дулся на них из-за отказа предоставить мне комнату.

Мои профессиональные навыки не помогут мне здесь заработать денег. Тогда как же срубить деньжат, не туалеты же мыть? Проще простого — своими способностями. Мои клетки были способны изменять чужие организмы. Тут есть два пути — первый: просто подселить клеток и перехватить контроль за телом, чтобы тело просто отдало мне свои деньги, второй: с помощью подсаженных клеток лечить организм больного пони и брать за это деньги, разумеется, прикрываясь древними знаниями моей расы. Я ещё не готов раскрывать свои карты.

Оба пути одинаково трудозатратны, но в первом случае я мог бы взять все деньги жертвы. Это выгодней для меня в материальном плане, но невыгодно в плане репутации. Во втором же случае я получал и хорошую репутацию и деньги. Репутация это инвестиции в будущее, а я рассчитывал остаться здесь надолго. Поэтому я взял плащ, и отправился в город искать калек, убогих, тяжело больных. Долго ходить не пришлось — у ларька с вином я встретил серого жеребца земнопони с деревяшкой вместо задней левой ноги. Он хмурый присматривался к вину на витрине и не замечал меня, возвышающегося над ним словно тёмная башня.

— Эй приятель, чего ты такой грустный? — спросил я его.

— Не ваше дело, кто бы вы ни были, — буркнул он.

— Может я смогу тебе помочь, ты ведь таких как я не видел? И не знаешь чего я могу, — я не сдавался.

— Может и не видел, но чем ты можешь помочь мне, отставному сержанту гвардии, калеке? — он глянул на меня неодобрительно.

— Что бы ты отдал за возвращение ноги? — ответил я вопросом на вопрос.

— Если бы у меня была нога, я бы смог вернуться к службе в гвардии. И за это отдал бы всё, что у меня есть.

— Давай так: я верну тебе ногу, а ты после этого заплатишь мне двести битов. По рукам? — вот она первая сделка.

— Ха-ха, да хоть триста! По копытам! — развеселился сержант.

Я пожал ему копыто. Отвернулся и залил изо рта в заготовленную пробирку розовую жидкость, содержащую большое количество моих клеток запрограммированных на регенерацию и восстановление организма в который попадут. Поворачиваясь к нему, я сказал:

— Выпей это, и через некоторое время нога восстановится.

Он с недоверием взглянул на пробирку, но схватил ее зубами и выпил до дна.

— Когда нога отрастёт, приходи в замок, там и рассчитаемся, — на этом я покинул сержанта.

Поиски следующего клиента затянулись. Исходив центральные улицы вдоль и поперек, я не нашёл свой контингент и отправился в районы на окраинах города. Увидел вывеску городской больницы и решил заглянуть на огонёк. Меня сразу же, на пороге встретил младший медперсонал, в виде двух крепких на вид медсестёр. Обе похожи как две капли воды, сиреневые с гривами двух оттенков голубого. У обеих кьютимарки скрыты халатами.

— Мы можем чем-то вам помочь, сэр? — спросили они хором.

— Да, здесь есть, неизлечимые тяжелобольные, инвалиды и калеки? — ответил я.

— Это конфиденциальная информация. Мы не можем сказать вам.

— Тогда пропустите меня, я сам найду кого надо.

— Мы не можем пропустить вас: вы не больны, и у вас здесь нет родных, к которым вы могли бы придти.

— Можете, просто не хотите. Но меня вы пропустите и расскажете всё, что знаете, заодно, — злобно ухмыльнувшись, сказал я.

Я схватил обеих пони за горло и прижал к стене. Из моих ладоней выросли небольшие иглы и провели инъекцию моих клеток спецназовцев. Через несколько десятков секунд они перехватили контроль над телами поняш. Недалеко была дверь в чулан с швабрами, судя по запахам. Я приказал поняшам открыть его. Послушные пони сделали это, после чего я затолкал их внутрь, и закрыл дверь. Кладовка освещалась одинокой лампочкой. В углу стояли несколько вёдер на платформах с колесиками и швабры. Да я мог бы просто копировать их память за недавнее время. Но я захотел наказать их.

— Где ваши самые тяжёлые и неизлечимые пациенты?

— Они на третьем этаже в стационаре, — также хором ответили они.

Я видел страх в их глазах. Единственное что они могли — все остальные функции контролировали мои клетки диверсанты. Если бы я приказал их сердцам остановится, так бы и произошло.

— Раздевайтесь, — бросил я.

Пони послушно скинули халатики. У них были похожие метки: у левой красный крест перечеркнутый шприцем, у правой красный крест перечеркнутый клизмой.

— Стяните мои штаны, и сосите хуй.

Поняши чётко выполняли указания и наперебой, усердно заработали ротиками. Я взял правую за голову я стал трахать её рот, погружаясь в её горло. Член еле помещался в её ротике, поняша задыхалась, пуская слюни. Я сменил её левой, давая отдышаться. После отсосов, я коснулся их лбов и послал сигнал по нервной системе, чтобы снять контроль с их речевого центра и ртов.

— Скажите, почему я не должен, наказывать вас дальше?

Пони молчали, наконец до них дошло, что они снова контролируют свою речь.

— Пожалуйста сэр, мы больше не будем вам мешать. Отпустите нас мы всё поняли, — сказала правая.

— Нихрена вы не поняли. Как думаете быть оттрахаными таким членом, это достаточное наказание?

— Нет пожалуйста, не делайте этого, — плача, сказала левая.

— Ладно, я придумал кое-что получше.

Я взял одну из швабр и, изогнув руками, сломал её пополам. Затем превратил кожу своих ладоней в подобие наждачки. Быстренько обработал рукоятку швабры, от чего она стала гладенькой и приятной на ощупь, а самое главное размерами подходила поняшкам.

— А теперь, я хочу чтобы вы вставили это себе в киски и трахахались, до тех пор пока не скажу хватит. Если будете шуметь или звать на помощь, я лично найду вас и жёстко выебу. Вы меня поняли?

— Да сэр! — сказали они хором, насаживаясь на самодельный дилдо с двух сторон.

Надев штаны, я вышел из кладовки, заперев дверь. На третьем этаже я нашёл что искал, небольшой коридорчик с палатами по обе стороны от него. В них были коматозники, раковые больные и те, за кем нужен был постоянный медицинский уход. В одной из палат я увидел белую девочку единорожку, она постоянно кашляла, рядом сидела богато одетая пони-единорог ванильного цвета. Я подошел к ним.

— Вы мать этого жеребёнка? — спросил я.

— Да, а вы кто будете? — удивленно смотря на меня, спросила она.

— Неважно кто я. Ваша дочь неизлечимо больна?

— У неё рак легких, врачи сделали что смогли, — сказав это, у неё потекли слезы и она обняла жеребёнка.

— Мамочка не плачь всё будет хорошо, — сказала девочка.

— Я могу вылечить её, но мне нужны деньги. Сколько вы готовы заплатить за жизнь дочери?

— Я дам вам две с половиной тысячи битов, если вы действительно вылечите её.

Я протянул ей руку и сказал:

— Договорились.

Она в ответ протянула копыто, я пожал его. После чего повернулся спиной к ним и повторил ранее проделанную операцию с новой пробиркой. Опять развернувшись к пони, я протянул пробирку жеребенку и сказал:

— Выпей это, и ты выздоровишь.

Откашлявшись, девочка выпила содержимое пробирки.

— Через несколько часов ваша дочь будет здорова, можете провести все обследования, когда убедитесь в этом, принесите деньги во дворец, я буду ждать там.

Я развернулся и отправился в следующую палату. В этот день я навестил всех пациентов этого отделения, кроме коматозников — за них пусть родственники просят. По пути к выходу из больницы, я заглянул в подсобку — медсестры были на месте и усилено насаживались на мою поделку, пыхтя и тихо стоная.

— Вы свободны, — сказал я и тем самым, убил и растворил все свои клетки в их телах.

Поняши обмякли и не спешили вытаскивать поделку из себя. Так я их и оставил. Довольный, я отправился в замок ждать плоды своих трудов. Подумав, решил ничего не говорить сёстрам. Вот удивятся, увидев у дверей орду пони с мешками золота в зубах. Сегодня опять буду спать в спальне Луны, показывая этим, что недоволен Селестией. Кровать Луны была ещё больше и уютней Селестиной, по краю её шёл полог синей ткани. В общем, сон обещал быть сладким. Но не тут то было. Поздно вечером, когда Луна ушла исполнять свои обязанности соправительницы. В её покои завалилась Селестия. Завалилась в прямом смысле. На меня. Чем прервала мой прекрасный сон о сексапильных женщинах, развалившихся на огромной куче денег и бешено клопающих на меня.

— Селля, я сейчас рассержусь, — как можно более грозным голосом, сказал я.

— Не рассердишься милый, я пришла сказать, что готова выделить в своих покоях место для твоих вещей. Особенные пони и живут вместе, по особенному, — она точно издевается.

— Я не пони, слезь с меня шайтан-кобыла! — быть придавленным начинало уже надоедать.

— Ну-ну тише, Милый. Не бухти. Давно ты меня не ласкал, не обнимал, не трахал. Уже третий день. Понимаешь, как я соскучилась по тебе? — медленно говорила она.

— Селля, не испытывай моё терпение. Так и быть буду жить с тобой, но боюсь заберу больше пространства, чем ты мне там выделила. Не жалуйся потом. А теперь слезла с меня, живо! — точка кипения уже близко.

— Неа. Ты мягкий, эту ночь сплю на тебе, — вредным голоском сказала она.

— Ты очень непослушная кобылка, тебя надо наказать. Я покажу тебе кто здесь хозяин, — с этими словами, наращиваю мышцы, больше мышц по всему телу, ещё и ещё.

Культуристы нервно сосут в сторонке. Я стал похож на халка, разве что не зеленый. Играючи поднимаюсь с Селестией на спине, кладу её на спину и ласкаю нежный вход в пещерку.

— Нравится шлюшка?

— Да, да милый, ты стал таким огромным.

— Кто была очень плохой девочкой?

— Я была плохой пони, накажи меня, я заслужила.

— Ооо да, я тебя так заняшу, сучара — неделю будешь в раскоряку ходить.

Я перевернул Селлю на живот, и взял Лунину биту для крикета.

— Ну держись, — выдохнул я.

Первый пошёл с короткого замаха, смачно шлёпнул принцессу по крупу, вырвав сладостный крик боли.

— Да, пизди меня сильнее, не бойся.

— Ты охуела тут командовать, шлюха!? — её слова разозлили меня.

Я не сдерживался лупил, что есть мочи. Она орала так, что наверно весь замок слышал. Её жопа превратилась в красное опухшее месиво. Последним ударом сломал биту об её круп. Селля рыдала уткнувшись в подушку, я отшвырнул обломки биты, взял очень острый соус из комода (Луна любила острые вкусняшки и всегда держала бутылочку соуса у себя в покоях). Я схватил Селестию за рог и запихнул хуй ей в глотку по самые помидоры.

— Давай смажь его хорошенько сука. Работай языком. Вот так да.

Селля начала задыхаться, и я вынул член из её рта. Обошел её и, смазав член острейшим соусом (по остроте похож на тобаско), устроил принцессе анал-карнавал. Одним мощным движением, со шлепком, плоти о плоть, ввёл пенис в попку принцессы, разрывая неподатливую плоть. Жжение началось почти сразу. Я не стал делать свои слизистые устойчивыми к капсаицину и другим жгучим веществам в соусе. Просто рвал жопу "плохой пони", долбя её тугое колечко.

— Оооох как же жжётся, АААА… больно Милый, не надо, я всё поняла, я выделю тебе любые комнаты, какие захочешь. Только остановись!

В ответ я только ускорился.

— Поздно молить о пощаде сука! Получай! — я добавил пару смачных шлепков по уже обработанной поверхности кьютимарок, вырвав душераздирающий вопль из её ротика.

В этот момент в комнату входит Луна и замирает со словами:

— Что здесь происходит? — её челюсть падает, во взгляде появляется нескрываемый ужас.

Не прекращая драть Селестию, как последнюю шлюху, успокаиваю Луну:

— Всё хорошо Любимая, мы тут с твоей сестрой решили уладить кое-какие разногласия, очень эффективным методом.

Улыбнувшись Луне, я вытащил из ануса её сестры член и залил туда соус, после чего продолжил экзекуцию. Из-за новой дозы жгучих веществ Селли снова заорала, её стенания доставляли мне ни с чем несравнимое удовольствие.

Луна всё ещё в шоке смотрела на нас.

— Ты испорол её в кровь. Зачем, зачем так жестоко? — спросила наконец она.

Селестия не прекращая стенаний и плача ответила ей:

— Я заслужила. Я была очень плохой пони. Теперь я вижу это. Спасибо хозяин вы делаете меня лучше… О боже, как же БОЛЬНО!

Селестия несмотря на боль, уже почти кончала. Я перешёл в её щёлку, добавив соуса на член. Селестия выдержала недолго, громко оповестив меня и Луну, по её телу пробежали судороги, и она в исступлении забилась, сжимая мой пенис своей поджаренной киской. Я её ещё немного подолбил и вскоре догнал. Жжение и оргазм смешались в ядрёную смесь наслаждения. Именно в такие моменты чувствуешь себя по настоящему живым. Но скоро всё кончилось. Селестия мокрая и побитая лежала подо мной. Луна по прежнему, не веря своим глазам, смотрела на нас.

— Поблагодари за окончание наказания шлюшка, — мягким голосом сказал я.

— Спасибо хозяин, я буду хорошей пони, — слабым, дрожащим голосом ответила она.

Я вернул мышцы в обычное состояние, сдуваясь на глазах. Перевернув Селестию, я обнял и нежно поцеловал её. Луна придя в себя принялась осматривать разрушения учиненные нами. Кровать выдержала, но баночка из-под соуса была пуста и бита для крикета сломалась чуть выше рукоятки. Я поднял Селестию и отнес её в ванную. Ванна Луны была меньше чем в покоях её сестры, но спокойно уместила нас. Я включил воду и стал мыть обессиленную пони. На её круп без слёз невозможно было смотреть, что называется "разбит в хлам". Она дрожала, я обнял её и прошептал на ушко:

— Это был последний раз, такие игры до добра не доводят.

— Это было классно, повторим как ни будь ещё раз, — прошептала она в ответ.

— Селля, а если у тебя шрамы останутся, и вообще нехорошо это. Сестра на тебя теперь косо смотреть будет. И судя по твоим крикам, весь замок знает, чем мы тут занимаемся.

— Не знает. На двери и окна наложено заклинание тишины.

— Молодец. Теперь наложи заклинания тишины и невидимости на свой круп. Потому что его скрипы и вид шокируют кого угодно.

Селестия рассмеялась и сказала:

— У меня есть мазь для заживления ран из Зебрики. Как только доберусь до своих покоев — все раны мигом заживут.

— Тогда я не пущу тебя в НАШИ покои, пока хорошенько не прочувствуешь сегодняшний урок.

Я вымыл и вытер поняшу, заодно и сам помылся, затем мы вернулись в спальню. Луна ещё ждала нас, неодобрительно заглядывая нам в глаза.

— Что это вы устроили? Сестра такого от тебя я не ожидала. Когда у тебя появились такие наклонности? — набросилась она на Селестию.

— Ну мне в последнее время захотелось острых ощущений…, вот я и попросила Дио доставить их мне. — ответила Селля.

— "Острых ощущений" захотелось значит… Я знала что, Дио не стал бы ТАК обращаться с принцессой и особенной пони. Значит, это ты портишь нашего Особенного, подсаживая его на садизм. Сестра прекрати ЭТО. Это НЕ нормально!

Селестия опустила ушки и молчала. Наконец она сказала:

— Я знаю. Можно хоть иногда разнообразить этим секс. И вообще ты не пробовала, а судишь.

— Дио, тебе ведь не понравилось делать ей больно? — спросила меня Луна.

— Ну, сначала я впал в раж, и это было забавно, но сейчас мне уже не кажется это хорошей идеей. Последствия могут быть тяжелыми. БОЖЕ СЕЛЕСТИЯ НАКРОЙ УЖЕ ЧЕМ-НИБУДЬ КРУП! — было тяжело видеть изувеченное тело любимой пони, а ещё тяжелее понимать, что это сделал я.

— Вот видишь, сестра, делая больно себе, ты делаешь больно тем, кто любит тебя. Надеюсь, ты извлекла для себя ценный урок. Представляешь, как бы разочаровалась Твайлайт, узнай она об этом. Не разочаровывай её и меня. — Луна с укором посмотрела на сестру.

Луна ушла, а пристыжённая Селестия, застонав, плюхнулась на кровать.

— Как же круп болит. Я не усну этой ночью. Чем займемся? — спросила она.

— Я лично спать собираюсь, а тебе лучше вернуться в наши покои и зализать раны.

— Неужели ты согласен с Луной? И это надо прекратить?

— Да. Я боюсь тебя серьёзно изувечить, глупая кобылка, придется забыть о наших играх.

Я лег в постель, и Селестия подползла ко мне, обняла и поцеловала. Теперь я уже не хотел отпускать её в свои покои. Поэтому сделал коронный приём — влил вместе со слюной в Селлю снотворное, клетки-реставраторы (жопке нужен капитальный ремонт) и немного обезболивающего. Селля заснула на середине поцелуя. Я накрыл её одеялом и обнял мою пони, проваливаясь в мир снов.

## Четвёртая Глава

Я проснулся раньше Селестии. Скоро должен быть рассвет, надо разбудить её. Я скинул с нас одеяло и осмотрел круп. Он был как новенький, даже лучше. Наклонившись, я стал будить любимую пони, покусывая её ушко. Она недовольно засопела и попыталась спрятать от меня ушки. Но у неё ничего не вышло, и пони открыла глаза.

— Я проспала, да? — спросила она.

— Нет сладенькая, ещё есть немного времени. Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. Кажется, я вчера вырубилась. Хмм… ничего не болит, странно.

— Наверно соус был лечебный, — улыбнувшись, сказал я.

— Я должна поднять солнце. Эх почему я всегда так занята.

— Потому что тебе нужны заместители глупенькая. Скинь часть работы на доверенных пони, но не давай им много власти.

— Не знаю. Может и стоит попробовать. Давай позавтракаем вместе, после рассвета?

Я поцеловал мою принцессу, нежно гладя её спинку и основания крыльев сказал:

— В восемь утра жду тебя в саду. Не задерживайся.

Она ушла, а я остался лежать на кровати, размышляя чем бы сегодня заняться. Встало солнце, и я решил сделать Луне сюрприз — спрятался за шторкой и стал ждать. Скоро пришла она и также, как и сестра плюхнулась на кровать. Через несколько секунд я услышал мокрые звуки и тихие стоны поняши. Я вышел из-за шторки сказав:

— Сюрприз! Любимая, если ты хочешь секса, просто попроси, я не откажу тебе.

Луна покраснела, и попыталась прикрыться, смущенно пряча глазки. Я подошел к ней и сел рядом.

— В прошлый раз ты не была такой скромной. Что случилось? — спросил я.

— Ну у меня была охота и мне трудно было себя сдерживать. А так я обычно очень стесняюсь этого. — она ещё сильней покраснела.

— Со мной не надо стесняться. Просто скажи мне в следующий раз как захочется, ладно?

Она кивнула и сказала:

— Этой ночью вы с сестрёнкой отрывались по полной, и я тоже очень хотела присоединиться к вам, но у меня есть обязанности, я не могла их бросить. И кстати, мне хочется, — она выразительно посмотрела на меня.

Я не заставил её просить дважды. Раздвинув ей ноги, я набросился на её киску, заставляя её стонать и извиваться под моим языком. Тем временем, мои руки занялись её сосочками, тиская и пощипывая их. Луна начала тяжело дышать, через пару десятков секунд по её телу прошла судорога. Она пискнула, изогнула спинку дугой и кончила мне в рот ароматной вкусняшкой. Её соки отличались от Селестиных, пикантным вкусовым оттенком и более насыщенным ароматом. Я дал ей отдохнуть после чего, держа её за ноги, насадил на моего "сокрушителя поняш". С каждым новым введением, я ускорял фрикции, заставляя Луну пищать от новых оргазмов, один за другим накрывавших её. Наконец с последним из них я разрядился в Луну, улетая в астрал блаженства. Прийдя в себя, она сказала:

— Как же я люблю тебя. Пожалуйста будь со мной всегда!

Я поцеловал поняшу, медленно и страстно лаская её ротик языком.

— Мне пора идти Любимая. Отдыхай. — после поцелуя сказал я.

Я спустился на кухню, собрал еду на завтрак нам с Селестией и отправился в сад ждать мою Особенную пони. Селестия успела вовремя, приземлившись рядом со мной. Мы сидели на травке и уплетали содержимое корзинки, солнце поднималось выше над нашими головами. Как же было здорово просто сидеть на солнышке рядом с любимой пони. Копированная память помогала мне понимать её без слов. Она явно была чем-то опечалена, но я не стал спрашивать её — пусть сама скажет, что её тревожит.

— Дио, сегодня я уеду с официальным визитом в королевство грифонов и по пути навещу Кристальную Империю. Меня не будет несколько дней, максимум неделю, — печально сказала она.

— Могла бы и раньше сказать, — ответил я.

— Я совсем забыла об этой поездке, сам понимаешь столько всего случилось за последнюю неделю, — она многозначительно взглянула на меня.

— Всего лишь неделя, и из-за этого ты так расстроилась?

— Каждый час без тебя для меня пытка! — воскликнула она.

— Оу, Селля, а ты не преувеличиваешь? — я смутился такому порыву чувств и попытался скрыть это.

— Ни капли, — сказав это, она посмотрела так, будто готова накинуться на меня прямо здесь.

— Ты уже большая девочка, потерпишь недельку. Я буду ждать тебя здесь, обещаю, — говоря, я скрестил пальцы на ноге.

— Милый, если тебе нужны деньги на развлечения только скажи. Я понимаю ты гордый, но позволь мне о тебе заботиться, тем более что ты пришел во дворец практически голым, — откровенностью в её голосе так и сквозило.

— Не бойся, я знаю где достать денег. Порядочные пони сами мне их принесут, — я улыбнулся принцессе.

— А вот и одна из них, — я указал в направлении приближающейся к нам пони ванильного цвета с двумя коричневыми сумками по бокам.

Пони подошла к нам и поклонилась принцессе. После этого она повернулась ко мне и сказала:

— Я не знаю, как вас ещё отблагодарить, вы спасли мою девочку, и я буду вечно вам благодарна. Если вам ещё что-то нужно, буду рада вам помочь, — сказав эти слова, она магией стащила с себя сумки и положила их рядом со мной, при этом их содержимое звякнуло металлом.

— Я был рад вам помочь. То, что вы принесли уже достаточная награда для меня.

Благодарная пони обняла меня и ещё раз поблагодарила. Селестия непонимающе смотрела на нас и спросила:

— А от кого он спас вашу дочь?

— От рака ваше величество, от неизлечимого рака в Эквестрии, — ответила ванильная единорожка.

Тепло попрощавшись, единорожка ушла. А Селелестия, придвинувшись ко мне, крепко обняла меня.

— Ты владеешь сильной магией: вылечил мой круп и смертельно больного жеребёнка, блокировал мою магию тогда в покоях, появляешься будто из ниоткуда. Там откуда ты пришёл все владеют такой магией?

— Дааа магией. Давай я лучше тебе в другой раз расскажу всю историю. А пока считай меня уникальным целителем.

Мы поцеловались, и Селестия улетела готовиться к отбытию. А я взял сумки и отправился в город за покупками. Поиски оружейного магазина ни к чему не привели. Тогда я решил навестить Шайни. Небольшой ювелирный магазинчик в конце одной из главных улиц, был пуст, когда я зашёл туда. На звон колокольчика входной двери вышла сама Шайни со словами:

— Хозяин отошёл. Могу я чем ни будь вам помочь?

— Да, я хочу сделать заказ, — говоря, я улыбнулся.

— Дио?

— Мне приятно, что ты помнишь моё имя.

— Ты ушёл не попрощавшись и забыл свои деньги.

— Я не люблю неловких прощаний. А эти деньги теперь твои.

— И что же ты хочешь заказать? — сказала она, доставая карандаш и бумагу.

— Три медальона, из серебра, на передней крышке должны быть изображены весы, в левой чаше которых аметист, а в правой жёлтый топаз. В основание весов должен быть вставлен алмаз, а по ободу идти надпись "Не унижай, не забывай, не отдавай — то, что дорого любому" Внутри должно быть достаточно места чтобы поместился небольшой предмет, примерно вот такой: и я показал пальцами диаметр предмета. Все записала?

— Да, за сто пятьдесят монет, я берусь выполнить заказ. Половину надо внести предоплатой, половину после получения.

— По рукам, держи, — я выложил на стол семьдесят пять монет.

— Через три дня будут готовы. Заходи посмотреть работу.

— Удачи тебе.

Я вышел из магазина и отправился дальше осматривать город. О каких развлечениях в этом унылом пафосном городе говорила Селестия? Десятки бутиков, кондитерских и ресторанов наводили на меня скуку. Смотреть: как летают на дерби вондерболты или представления в театре ещё хуже, поспать я могу и в кровати. Вот и получается — зачем мне деньги, если даже оружейного магазина нет. Память подсказала где найти королевского оружейника: куплю оружие, а оставшиеся деньги сложу под матрас. У ворот замка меня ждала маленькая толпа пони. Все кинулись меня благодарить и обвешивать битами. Отбившись от благодарных бывших больных, я пошёл в библиотеку. Спросив местного библиотекаря где находятся книги с описаниями древних артефактов, кладов и чудовищ, я пошёл просвещаться в указанную секцию.

Пришла Клинворк, принесла обед и опять стала клянчить секс. Под предлогом, что занят важными государственными делами, отделался от неё. Похоже придется принять меры по охлаждению горячей кобылки. Поужинав, отправился в мастерскую Тандерстрайка в глубинах замка. У горна стоял коричневый единорог, его грива была чёрной с серыми полосами, он не выглядел как обычные единороги изнеженным чистоплюем. Поджарый и суровый, вот слова, которые подходили ему. А его метка — скрещенные молот и клещи, только подтверждали их.

— Здравствуйте, — начал я разговор.

— И тебе не хворать. По делу пожаловал или как? — отозвался он.

— По делу. Мне нужен меч. Примете заказ? — спросил я

— Нет. Оружие я изготавливаю только по приказу принцесс. Это закон.

— Я доверенный принцесс, и мне нужен меч, — упорствовал я.

— Первый раз тебя вижу, и ничего о тебе не слышал, — упрямствовал он.

— Почаще надо вылезать из своей мастерской.

— Я не буду делать тебе меч, пока одна из принцесс не подтвердит твои слова.

У меня был выбор: заставить его сделать мне меч подчинив силой моих способностей или идти к Луне и жаловаться ей на кузнеца. Второй вариант мне не нравился, но он был наиболее разумным, не стоило злоупотреблять способностью захвата контроля. Я посмотрел кузнецу в глаза особым взглядом и сказал:

— Я бы мог заставить тебя сделать этот меч, но тогда я ничем не буду отличаться от тех, против кого я хочу пустить его.

Он выдержал мой взгляд, однако ему не удалось скрыть от меня дрожь в ногах. Я отправился к Луне. Когда я зашел к ней в покои, она ещё спала. Я залез к ней сзади и обнял. Поняша вздрогнула и проснулась.

— Уже вечер? — сонно проговорила она.

— Да, Любимая, — ответил я.

— Мм… так не хочется вставать.

— У меня есть просьба. Ты ведь не откажешь мне? — мурлыкающим голоском спросил я.

— Для тебя Любимый, что угодно, — промурлыкала она в ответ.

— Мне тут меч понадобился, а упрямый кузнец не хочет его ковать, вразуми его.

— Какой меч? — остатки сна слетели с Луны.

— Ну знаешь такой большой, острый, смертоносный.

— Зачем тебе меч? — она испытующе посмотрела на меня.

— Ясен пень, рубить тех, кто мне противится.

— У нас мирная страна, кого ты убивать собрался?

— Всегда найдется кого убивать. Я могу отлично убивать и без меча, но почему-то этого не делаю. Лучше пусть меч будет в ножнах, чем его не будет, когда он нужен.

Вздохнув она сказала:

— Дио, я обещала, что сделаю для тебя всё. И я помогу достать меч, хоть это мне и не нравится.

— Люблю тебя, Киска, пойдем скорее к кузнецу, его ждёт срочный заказ.

Снова вздохнув, Луна надела свои регалии и пошла за мной в мастерскую. Тандерстрайк пытался спрятать удивиление, увидев какая компания пришла к нему.

— Тандерстрайк, это Дио, делай для него всё, чего он ни попросит, — сказала Луна.

Я ухмыльнулся и показал язык оружейнику.

— Любимый, я буду завтракать в дозорной башне, присоединяйся как покончишь с делами, — продолжила она.

Когда Луна ушла, Тандерстрайк прошептал "любимый" и уже громко спросил:

— И какой же меч хочет "Любимый"?

— Не язви только потому, что тебе не повезло так как мне. Это будет особый заказ и срочный. Какой металл самый прочный из которого здесь делают оружие?

— Оружейная сталь.

— Есть слиток этого метала поглядеть?

— Вон те в углу, — он указал на пирамидку из слитков. Я взвесил в ладони один из них, достал бумагу и нарисовал обоюдоострый клинок похожий на клеймор.

— Общая длина оружия сто пятьдесят сантиметров. С…

— А в дюймах это сколько? — перебил он меня.

— Пятьдесят девять. Тридцать пять сантиметров на рукоять, остальное сам посчитаешь. Клинок делай толстым и широким, рассчитанным на рубку твёрдых предметов, заточка двусторонняя, выведи спуски с обоих плоскостей клинка.

— Но тогда вес меча составит более двадцати двух фунтов. Как ты будешь управляться с таким тяжёлым мечом?

Я взял железный прут из связки у наковальни и, поднапрягшись, согнул его кренделем.

— Вот так.

Тандерстрайк присвистнул:

— Силён.

— Это срочный заказ, чем быстрее сделаешь, тем лучше. Сколько тебе денег надо за работу?

— Кхм… мне не надо денег, я на жаловании у принцесс.

— Охренеть, а ты случаем не знаешь какой-нибудь бойцовский клуб по близости.

— Чего?

— Забей, в общем работай.

Я покинул кузнеца и отправился в мои с Селлей покои. Настало время проверить магию аликорнов в деле — пора превращаться в жеребца, который покроет весь мир. Изменив свое тело, я стал песочным аликорном с чёрной гривой в стиле Принца Персии и пронзительными синими глазами. Меткой сделал меч, пронзающий солнце и луну. Непривычно было ходить на четырёх ногах, так же напрягало отсутствие рук. Сконцентрировавшись мне удалось использовать телекинез на прикроватном столике. Попробуем что ни будь посложней — заклинание трансформации на дилдо Селестии. Сконцентрировавшись, я посылаю мысленный поток. Но ничего не произошло.

Я пробовал другие заклинания из памяти Селестии. Безрезультатно, только заклинание свечения рога сработало. Я стал думать, что же не так. Мое тело — это идеальная копия Селестии в мужском варианте, проблема не в нём. По теории магии маг обращается к своей сущности для формирования заклинания, как из конструктора, ресурсом служит концентрация: нервное напряжение мага или особая структура артефакта, имитирующего это напряжение. Концентрация направляет потоки магии (детали конструктора), заполняя мысленную форму (заклинание). А самая сильная магия опирается на добродетели, покрасней мере в магии порядка, мастером которой была Селестия. Концентрации было хоть отбавляй, мне не представляло сложности держать в уме практически любой мысленный объект. Проблема в сущности. Я не могу менять свою сущность способностями, и она видимо не подходит для создания заклинаний. Скорее всего из-за тьмы, которая изрядно пошуровала там. Вернув себе обычный облик, огорченный неудачей, я пошёл к Луне.

## Пятая Глава

Принцесса Луна стояла на дороге перед мостом в Кантерлот и с хмурым выражением лица взирала в темноту. На встречу ей по дороге двигался тёмный силуэт двуногого существа — судя по бликам лунного света на ноше в правой конечности существа — оно было вооружено. Когда оно приблизилось, Луна ахнула. Перед ней стояло существо более всего напоминающее сатира с понячьим низом, торсом какого-то из видов людей и головой представляющей что-то среднее между головой человека и пони с маленькими рожками, слегка загнутыми назад. Одета сатирка была в изрядно поношенные: короткую юбку с вырезом на бедре и топик красного цвета. В правой руке у неё была гизарма, на левом предплечье был закреплен маленький чёрный щит.

— Рика, как ты выбралась из Тартара? Я думала, что упекла тебя навечно, — удивление Луны быстро прошло, сменившись суровым выражением лица.

— Я пришла отомстить тебе за все годы моего заточения. Сейчас ты увидишь, что я приготовила для тебя. Готовься к смерти лунная кобыла, — дальше не теряя времени она взяла оружие наизготовку и побежала к Луне.

— Я заточу тебя обратно Рика Блудироуд и позабочусь чтобы на этот раз ты не выбралась оттуда, — с этими словами Луна взмахнула крыльями и взлетела.

В дозорной башне принцессы не оказалось. Я глянул в телескоп. Он был направлен на дорогу к Кантерлоту, и там увидел описанную выше картину. Дальше я наблюдать не стал и отрастил крылья такие же, как и при полете в Кантерлот. Они прорвали рубашку на спине и раскрылись, сделав меня похожим на демона. Я боялся высоты, но за Луну я боялся больше. Прыгнув, я спикировал с башни, набрал скорость и, расправив крылья, вышел из пике. Ветер свистел в ушах, глаза слезились, но я не сбавлял скорости, делая мощные взмахи.

Вот ворота города, дальше через мост поле, где Луна, не ослабляя напора, поливала магическими лучами сатирку, ловко уворачивающуюся от них. Неожиданно один из лучей попал в сатирку, отразился от щита и поразил крыло Луны отчего та упала, шмякнувшись об землю. Слегка контуженая Луна попыталась остановить сатирку телекинезом, но он не сработал. Тут бы и конец пришёл Луне, но я успел — приземлившись, схватил принцессу за заднюю ногу, отбросил её на несколько метров себе за спину. И приготовился к бою: втянул крылья, поменял кожу на драконью чешую, отрастил себе на руке острый клинок из материала аналогичному драконьему зубу.

Она набросилась на меня со свирепой жестокостью, широко размахнувшись, ударила, целя мне в поясницу. Я остановил удар клинком и сам пошёл в атаку в ближнем бою у неё нет и шанса. Отскочив, она держала меня на расстоянии остриём своей гизармы. Резко прыгнув ко мне, она наносила рубящие с верху, удар за ударом с невероятной быстротой. Ступни вошли в землю на два-три сантиметра от силы этих ударов. Драконий клинок, которым я парировал атаки быстро покрылся зазубринами, неприятно хрустнул и упал мне под ноги, толстая драконья чешуя была пробита следующим же ударом, который рассёк мне правую руку и грудь.

Я упал, а сатирка злобно рассмеялась. Кровь хлестала из раны, Луна что-то кричала, без толку посылая луч за лучом в противницу. Время замедлилось. Да я оплошал, безмерно полагаясь на свои способности, сделал глупость и проиграл. Заставляю кровь в ране свернуться чтобы не умереть. на правой руке рассечён бицепс пытаюсь его срастить на скорую руку. Почему она не добивает меня? Сквозь болевой шок и затуманенное зрение вижу, как она направляется к Луне с намереньем убить. Нет. Нет блять! Ты её не тронешь сука! Ярость поднялась во мне. Я вызвал у себя такой выброс адреналина что, его хватило бы на превращение в берсеркеров взвода солдат.

Перевернувшись, я поднялся и бросился на врага с голыми руками, она успела обернуться — собственно всё что она успела, когда мой правый кулак отправил её лицо и остальное тело в полет в сторону от Луны. Пролетев метров пять, она почти мгновенно поднялась, и с холодной злобой смотря на меня, приближалась. Я зарычал и кинулся на встречу. Гизарма с короткого замаха уже летит к моей шее, но медленно, слишком медленно — уклоняюсь, уходя перпендикулярно плоскости удара и одновременно с этим бью ногой с разворота в челюсть бешеной суки. Отлетая на десяток метров, харкая кровью и сверкая дыркой в нижнем ряде зубов, она поднялась. Но я уже был рядом. Пока она летела от удара, я бежал за ней. Бью её локтем в основание шеи и добавляю с колена в живот. Её откидывает на несколько метров, падая на одно колено, её мышцы вздуваются, незаметным приёмом она подрубает мне левую ногу и наносит серию быстрых тычков острием. Кровь хлещет из десятка моих ран, заливая землю вокруг. Отшатываюсь, затягивая раны, потеря крови негативно сказалась на моих силах, я чувствую, что устаю. Она не дала мне передышки, прыгнув на меня и с остервенением орудуя гизармой, ей удается ещё несколько раз задеть меня. Каким-то хитрым движением она приблизилась и, присаживаясь, подрубает мне обе ноги, коля моё падающее тело в полете. Кажись конец близко. Сил сращивать ткани почти не осталось. Она готовится добить меня. Сатирка стоит прямо в лужице моей крови. Мгновенья длятся словно часы. Надо что-то сделать, но тело не слушаются.

— Прощай незнакомец, ты славно сражался, — говорит сатирка.

Размахнувшись, опускает оружие на меня. Вдруг искрой проскочила мысль. Это мой последний шанс. Превращаю руки в куски гранита, хватаю летящее лезвие, оставляющее зарубки на гранитной коже. Из маленькой лужицы под ногами сатирки вырываются длинные, толстые чёрные иглы, прокалывая на своем пути мягкие ткани ног, одна из игл вонзилась ей в правую руку. Резким движением вырываю оружие из её рук, сразу же отбрасывая его, убираю шипы, одновременно приподнимаясь на коленях, бью её в пах и живот. Она падает навзничь, я же заползаю на неё, срываю щит с её руки, и его ребром бью ей по пальцам правой руки, которыми она тянулась к гизарме. Пора заканчивать бой — перед глазами всё плывёт. Трансформирую руки в подобие тела электрического угря, накапливаю заряд в клетках на руках.

— Больше ты никого не убьешь, — с этими словами обхватил руками её голову с боков и выпустил разряд. После этого сознание покинуло меня.

* * *

Я очнулся на кровати в неизвестном помещении, было светло, Селестия сидела с права от меня, по её мордочке было видно, что она много плакала в последнее время.

— Почему у тебя такое кислое лицо, Сладенькая? — спросил я.

— Милый, я так рада что ты не умер. Луна мне всё рассказала — ты был настоящим героем.

— Что с Луной? Я видел, как она упала.

— Она в порядке. Ты был ранен гораздо сильнее, врачи сказали, что ты не выживешь. Но всё равно обработали раны и сделали переливание крови.

— Чью кровь мне перелили, я же единственный из своего вида здесь? — удивился я.

— Врачи сделали анализ твоей крови и сказали, что моя подойдет. Я с радостью отдала сколько было нужно, — она любовно взглянула на меня.

А да, точно — я же изменил свой ДНК и клеточную структуру, чтобы Луна могла забеременеть.

— Сатирка выжила? — я продолжил утолять информационный голод.

— Да, но у неё амнезия — она ничего помнит, даже простых вещей, всего пугается, я отдала её воспитателям на обучение и приглядываю за ней.

— Если Луна рассказала тебе всё, значит ты знаешь про мои способности? Что ж дальше скрывать нет смысла.

И я рассказал ей всё без утайки. Включая убийство дракона и способность читать чужую память. Она внимательно слушала и молчала.

— Я пойму, если ты решишь бросить меня, я же убийца и манипулировал тобой и другими, — я отвернулся не в силах взглянуть реальности в лицо.

Что-то тяжёлое опустилось на кровать. Я поднял глаза и уперся взглядом в её сиреневые глаза.

— Я не ошиблась в тебе, — сказав это, она агрессивно поцеловала меня, прижимаясь к моему ещё не восстановившемуся телу.

Я с трудом отстранил от себя Селестию.

— Сладенькая, полегче мне больно, — выдавил я из себя.

— Ой, прости Милый, я не удержалась.

— Я восстановлюсь полностью, когда покушаю или если ты ещё раз мне поможешь, — я вопросительно глянул на неё.

Она кивнула и её рог засветился. Я взял её за рог и подзарядил кристаллы, преобразуя с их помощью магическую энергию в химическую. Через несколько минут я был более чем здоров.

— Сколько я был без сознания? — спросил я.

— Сейчас идут третьи сутки с той драки. Луна написала мне, и я примчалась, как только смогла. Даже не навестила Кристальную Империю. И Дио, до меня дошли слухи, что на окраине Белохвостого леса пропадают пони. Я должна буду заняться этим, и кристальную империю всё-таки надо навестить.

— Дай мне полномочия и помощника, смыслящего в магии, и я разберусь с этими пропажами. А ты посетишь Кристальную Империю. Как тебе такой план?

— Я обдумала твои тогдашние слова на счёт скинуть часть обязанностей на доверенных пони. Ты прекрасно подходишь.

— И какой статус у меня будет? О придумал: Чёрный Принц или Чёрный Властелин, хотя ладно не будем так сразу из грязи в князи. Лорд-протектор сойдет, — радостно заявил я.

— Лорд-протектор хорошо звучит. Вот и титул тебе придумали. Я объявлю о твоем назначении завтра утром. Ты можешь действовать свободно от моего лица, — улыбаясь, сказала она.

— Я тебя не подведу, Сладенькая. Пойдем проведаем Луну.

Я оделся, и мы отправились в покои Луны. Она как обычно в это время спала. Я стал щекотать ей основания крыльев, от чего она и проснулась.

— Дио! — воскликнув, она вскочила, сбив меня с ног.

— Тогда я думала, что умру. Любимый ты спас меня, как в тех романах, что я читала, — она зарделась, когда поняла, что сболтнула лишнее.

— Луна, Милая, в тех романах точно не было того, что сейчас я собираюсь сделать с вами двумя.

Я поднялся с Луной на руках и положил её обратно на кровать. Снял с себя одежду и сел на край кровати, приглашая поняш начать веселье. Селестия скинула свою корону и украшения. Сестрички прижались ко мне и стали лизать член, который от их ласк сразу же встал колом. Их язычки щекотали чувствительные места на моем инструменте любви. Селестия обхватив головку губами спускалась и поднималась по стволу, глубоко погружая его себе в рот. Луне достались яички, которые она усердно обрабатывала, играясь с ними язычком. Сменяясь, они насосали на вкусняшку, которой я испачкал их мордашки. В этот раз я сделал сперму более вкусной добавив ароматезируюших и вкусовых веществ к стандартной смеси афродизиака, усилителя и собственно клеток спермы. Сестрички вылизывали мордочки друг другу, сексуально поглядывая на меня. Я отрастил второй член немного выше первого, теперь две здоровенные елды угрожающе топорщились в направлении сестёр.

— Давайте девочки ложитесь друг на дружку, — сказал я.

Селестия послушно легла на спину и обняла сестру, опустившуюся на неё с верху. Щёлки моих кобылок уже текли в предвкушении наслаждений. Я не заставил их долго ждать. Пристроил по члену к киске каждой и начал медленно давить, проникая в узкие писечки моих любимых поняш. Я давил пока не заполнил обе щелки полностью. Сестрички застонали, пронзаемые моими орудиями любви. Взяв средний ритм, я наслаждался удвоенными ощущениями от проникновения в обе пещерки. Луна поцеловала Селестию, глубоко погрузив свой язычок ей в рот. А я придумал кое-что интересное, отрастив из спины четыре конечности тентакля. Тентакли сужались к концам и выделяли смазку и афродизиак. Я ввел два из них в попки увлекшихся друг другом поняш, это заставило их разлепиться и вскрикнуть. Чем и воспользовались оставшиеся два тентакля, прорвавшись в ротики сестричек. Трах перешел в полное безумие. Я заставлял сестер корчиться в экстазах, долбя все их дырочки сразу. Их щелки судорожно сжимали мои члены, а из занятых скользкими щупальцами ротиков доносились приглушённые стоны и удовлетворенное мычание. Наконец я не выдержал и дал залп из всех орудий (включая тентакли), заливая в щелки поняш литры свежесваренной, чистейшей спермы. Я вытащил все конечности из них, давая отдышаться и отдохнуть.

— Святая мать аликорнов. Никогда в жизни меня не ебали так, как делаешь это ты, Милый. Я хочу от тебя жеребят, — тяжело дыша, сказала Селестия.

— В следующую твою охоту мы их сколько угодно наделаем, — сказал я.

— Но это же через почти полтора года. Почему ты не пришёл к нам на пару месяцев раньше? — с грустью в голосе сказала Селестия.

— Я тоже хочу от тебя жеребят, — сказала Луна.

— Твое желание уже исполнено. Ты беременна. Если не веришь, можешь сделать тест, но я точнее всяких тестов, — сказал я Луне.

Луна прикрыла рот передним копытом и спросила:

— Но как, мы же разных видов?

— Селестии, я уже всё рассказал, она перескажет тебе мою историю позже. Я изменил свои хромосомы и ДНК так, чтобы подходить тебе в биологическом плане, и мы могли иметь потомство. Наш жеребенок будет очень красивым, я уверен.

Луна бросилась ко мне и яростно поцеловала. Мы страстно работали языками и губами, чувствуя невероятную близость наших душ и тел. Тем временем, орудия были перезаряжены, а резервуары с жидкими боеприпасами вновь наполнены. Я повалил Луну навзничь и приставил оба члена к её симпатичным дырочкам.

— О Дио, Любимый возьми меня, возьми меня полностью! — просила Луна.

— Любимая, я затрахаю тебя до полного изнеможения, — я был серьезен, давая это обещание.

Я ворвался в уже разработанные, сочащиеся смазкой и спермой, дырочки, как вилка втыкается в розетку. Мои дельфиньчики мелькали, то погружаясь, то вновь выныривая из Луны. Она стонала в голос и подмахивала бедрами, сильней насаживаясь на члены. И в это же самое время я направил тентакли к ласкающей себя Селестии, и начал нещадно трахать её во все дыры. Тентакли проникали глубоко в её тело, два из них, протиснувшись в её киску, и делая поступательные движения, скручивались и раскручивались, взбивая вытесняемые из неё "сливки". Я увеличил темп движений, и Луна, не выдержав, с писком кончила, но я не сбавлял темпа. Селестия уже была где-то в своём мире, испытывая сильнейший экстаз от оргазмов, которые обрушивались на неё один за другим. Луна задёргалась от нового оргазма, накрывшего её. Я сменил позицию: лег на спину, и придерживая Луну за талию, помогал ей насаживаться на мою "вилку".

Луна взмокла как мышь, усиленно двигаясь и кончая. Через несколько десятков минут она сбавила обороты, но я не давал ей спуску — схватил за бёдра с изображением луны и насаживал, что есть мочи. Второй залп был мощнее — отдачей меня унесло в обитель неземных ощущений. Норки Луны интенсивно сжималась. Испытывая дикий оргазм, Луна закричала и потеряла сознание, обмякнув в моих руках. Селестия ещё держалась. Тентакли основательно потрепали её, но она продолжала с вызовом смотреть между своих ног на меня. Я втянул тентакли и перезарядил члены. Пора вдарить по Селестии главным калибром.

Я безжалостно набросился, и жестко имел перемазанную спермой и уставшую, но не сдающуюся принцессу. Сперма с хлюпающими звуками вытекала из неё. Я поставил Селестию задом. Схватив её за хвост, стал разгонять обороты выбивая из её горла сладчайшие стоны. Наконец она не в силах больше сдерживаться — мощно кончила, громко застонав, и расслабилась. Я прижался к ней и нафаршировал её внутренности взбитыми сливками. Я лёг, втянув лишний член. Обе мои перемазанные в сперме поняши заняли места с права и лева от меня, положив головы мне на плечи, и обняли меня. Мы лежали некоторое время молча. Селестия первой прервала тишину, прошептав:

— Кажется она спит, не будем снова её будить.

Я кивнул и выскользнул из объятий Луны. Мы оставили спящую и пошли мыться.

* * *

На следующее утро я снова отправился в город. Пора забрать мой заказ. По пути к ювелирному магазинчику ко мне подбежали несколько пони.

— Мистер Дио, пожалуйста вылечите моего мужа он лежит в коме в кантерлотской больнице. Я готова заплатить вам любые деньги, — сказала одна из набежавших пони.

— Мастер, у моего сына странная сыпь, он сейчас дома можете пойти со мной и осмотреть его? — сказал делового вида молодой единорог.

— Уважаемый, я стар и болен у вас найдется лекарство и для меня? — спросил старый пони.

— Так пони, по порядку с конца: лекарства от старости у меня нет; я не врач, если у вас что-то болит или у ваших родственников — обращайтесь к врачам; а вам леди я помогу.

Пора доделать работу и очистить отделение тяжелобольных. Пришлось сделать небольшой крюк и заглянуть ещё раз в городскую больницу. Денег ни с кого я не взял, оставив радоваться жизни бывших коматозников.

Всё-таки дойдя до ювелирного, я получил медальоны, заплатив остаток суммы. По дороге домой (да я уже считал замок своим домом, т.к. там жили мои особенные пони) зашёл в аптеку и накупил пустых флакончиков и склянок разных размеров. Вернувшись в замок, я сразу же отправился в свои покои. Я наполнил пузырьки в небольшом ящичке специальным составом и пошёл к Клинворк. Найдя её, я приказал ей идти в свою комнату и ждать там, она радостная ускакала выполнять приказ. Путь в мастерскую не занял много времени. Меч был готов и Тандерстрайк с гордостью демонстрировал его, держа перед собой телекинезом. В реальности он был ещё больше чем я себе представлял — угрожающего вида, широкий монстр из стали.

— Я тебе ещё перевязь сделал из алхимической кожи чтобы ты мог его на спине носить, — и он продемонстрировал её.

На вид материал напоминал кожу, хотя явно отличался, на ощупь он был очень шершавым и твёрдым.

— Ну всё от награды не отделаешься. У тебя подружка есть? — спросил я.

— Как ты и сказал в прошлый раз — мне с этим не повезло, — ответил он.

— Тогда пошли со мной. У меня для тебя сюрприз, — сказал я.

Я надел перевязь, закрепил меч за правым плечом и повёл вздохнувшего оружейника. Перед нужной дверью я остановился.

— Так держи ящик. Как окажешься за дверью хлебни из любого пузырька. Только не жадничай одного хорошего глотка достаточно. Всё пошёл! — и я впихнул его за дверь.

Я держал дверь и слушал. Скоро я услышал тихую речь Клинворк, затем Тандерстрайк с характерным звуком откупорил один из пузырьков. Три… два… один… поехали — за дверью послышалась возня, затем я услышал вскрики, а затем и стоны Клинворк. О да, эликсир сработал как надо. Одним выстрелом двух зайцев убил — и наградил Тандерстрайка и остудил Клинворк. Какой же я молодец. Довольный я отправился на совет к Селестии и Луне. Они ждали меня в тронном зале.

— Привет мои сладенькие, — сказал я.

— Привет Любимый.

— Здравствуй Милый.

— Сразу к делу — как мы будем поддерживать связь? — спросил я.

— Милый, ты ведь можешь быть драконом, а точнее создавать драконий огонь? — спросила Селестия?

— Да.

— Тогда есть способ. Драконий огонь — это магическая субстанция. Помнишь я учила Спайка управлять им? — говорила Селестия.

— Да. Ты предлагаешь отправлять с его помощью письма? Я помню, что надо делать. Дай несколько свитков потренироваться.

Она левитировала мне стопку свитков. Сконцентрировавшись на принцессе, я выдохнул драконий огонь на первый свиток. Он сгорел в никуда. Второй ждала та же участь. Третьему повезло: удерживая перед глазами образ Селестии, я сжёг свиток, и он появился у рога принцессы.

— Отлично, теперь на счет помощника, он будет ждать тебя в Понивиле, затем вы отправитесь в Эмблвиль по южной дороге, а оттуда в Литлтейл. Там пропали четыре пони за две недели, если не удастся найти их, тогда разузнайте всё, что можете и возвращайтесь, — сказала Селестия.

— Любимый, а зачем тебе меч при поиске пони? — Луна похоже была ярой пацифисткой.

— В бою с Рикой он бы мне очень пригодился, — отрезал я.

Луна опустила ушки и отвела взгляд. Я подошёл к ней и опустился на одно колено.

— Я понимаю, что ты не любишь оружие, но часто не знаешь наверняка, когда оно пригодится.

Она взглянула на меня. Сунув руку в карман, я вытащил оттуда медальон и надел его поняше на шею.

— Это мой подарок тебе. Теперь частичка меня всегда будет рядом с тобой. Даже если ты будешь на пороге смерти, пузырек внутри вылечит тебя, — я улыбнулся ей.

В пузырьках я законсервировал свои клетки, так они могли храниться годами. Я встал и проделал с Селестией тоже самое, что и с Луной.

— Спасибо Милый, возвращайся поскорей. И возьми вот это — Селестия левитировала ко мне письмо — оно подтвердит твои слова если кто-то не поверит тебе.

— И последний вопрос: как я узнаю помощника?

— Он сам тебя найдет. Будь у ратуши Понивиля сегодня в девять вечера. Ты как раз успеваешь на вечерний поезд, — сказав это, Селестия поцеловала меня.

Отстранившись я отошел на несколько шагов. Луна кинулась ко мне и обняла. Слезинка пробежала по её щеке, оставляя мокрую бороздку. Чуть отстранившись она страстно поцеловала меня. Слова не понадобилось, мы понимали друг друга без них. Я отстранился от неё и сделал шаг назад. Затем резко развернулся и пошёл, чёрный плащ развевался у меня за плечами, послеполуденное солнце светило в витражи оставляя световые полосы на полу зала.

— Я вернусь, — громко сказал я через плечо.

Я практически чувствовал взгляды моих любимых поняш на спине. Поезд повёз меня на встречу неизвестности.

## Шестая Глава

— Твайлайт, тут тебе письмо от принцессы, — сказал маленький фиолетовый дракончик.

Твайлайт Спаркл опять заснула за книгой. На часах было одиннадцать утра, и я нехотя оторвала голову от книги.

— Твайлайт вставай, уже одиннадцать, — дракончик подошёл ко мне.

— Уже встаю, Спайк, давай письмо, — сказала я.

Он протянул мне свиток, и я, расправив его магией, стала читать.

"Дорогая Твайлайт, чрезвычайные обстоятельства вынуждают меня обратиться к тебе за помощью. В деревне Литлтейл пропадают пони, я направляю моего доверенного Лорда-протектора Дио разобраться с этим делом. Однако, ему требуется помощь в области магии. Буду очень тебе признательна, если ты поможешь ему. Отправь ответ как можно скорее. Если ты согласишься, он будет у ратуши в девять вечера.

Твоя Принцесса Селестия.

П.С. Он будет одет в плащ и у него будет меч."

Селестия поручает мне такую важную миссию — помогать Лорду-протектору в расследовании. Наверняка она хочет проверить мои знания и способности магии. Я должна скорее написать ответ. Я взяла листок и начеркала ответ "Дорогая Принцесса Селестия, я с огромной радостью помогу всем, чем смогу Лорду-протектору Дио. С уважением ваша верная ученица Твайлайт Спаркл".

— Спайк отправь письмо, я получила задание от принцессы надо подготовиться. — радостно воскликнула я.

— Что на этот раз? — спросил он.

— Я должна буду помочь Лорду-протектору в расследовании исчезновения пони.

— Ух ты, эта работа как раз для тебя. — ухмыльнулся дракончик.

— Он приедет в девять, надо срочно собрать вещи, о Селестия я так волнуюсь!

Большую часть дня мы собирали всё необходимое прерываясь на обед, получились два увесистых мешка. Теперь я готова ко всему. До девяти осталось час с небольшим, наверно лучше прийти заранее. Вдруг Лорд-протектор приедет раньше и будет ждать меня. Сейчас же отправляюсь. Взвалив на себя оба мешка, я пошла к ратуше.

* * *

Вагоны были почти свободны. Поезд то и дело проезжал туннели, глубоко высеченные в скале. Я, чтобы не терять времени даром, покрыл свой меч напылением из черного метала, того самого из которого был сделан щит сатирки. Этот метал отражал магию, из-за этого свойства заклинания магов становятся опасными для них самих, но был очень хрупким и трескался даже при незначительном физическом воздействии. Покрытие клинка кристаллообразной структурой, поглощавшей магию, лишь испортило бы лезвие. А напыление метала, хоть и стирается со временем, никак не влияет на режуще-колющие свойства оружия. Обожаю оружие, тут уж со мной ничего не поделать.

Я вышел на станции Понивиля. Это был крупный провинциальный город, по крайней мере по здешним меркам. Почти полностью город состоял из небольших домиков с соломенными крышами. Я отправился в центр города к зданию ратуши возвышавшемуся над домиками. Пони таращились на меня как на какую-то диковинку. Хотя в сущности я и был для них диковинкой. Я легко мог превратиться в одного из них, но мне больше нравилось удобство моего привычного тела. Так что, их взгляды были небольшой расплатой за возможность быть собой.

На окраине площади к которой я вышел, играла на лире мятная единорожка. Перед ней стояла банка с несколькими монетками, я не глядя взял из походной сумки хорошую горсть монет и засыпал их в банку. Глаза единорожки расширились и она, не прерывая игры спросила:

— Вы дали мне так много денег, спасибо, но я не заслужила столько.

— Музыка не пустяк, от которого стоит отмахиваться, и ты заслужила их играя её для других. Тем более мне некуда больше девать деньги. — сказав это, я кивнул ей и пошел дальше.

А вот и ратуша. Моё внимание сразу привлекла фиолетовая единорожка с двумя здоровенными мешками на спине. Глядя на неё, я зашёл к ней со спины и спросил:

— Эй милашка, тебе помочь?

Развернувшись она взглянула на меня. Так и села, уронив мешки на землю.

— Лорд-протектор Дио?

— Он самый, ты как я понимаю моя помощница.

— Меня зовут Твайлайт Спаркл.

— Очень приятно, можешь звать меня просто — Дио.

— Дио, мы отправляемся сейчас?

— Нет. Сейчас мы отъедаемся, отсыпаемся, а завтра утром отправляемся в путь. Зачем тебе эти мешки?

— Я взяла всё самое необходимое в дорогу.

Не в силах выдержать, несовершенства мира прикрыл рукой я очи. Она поняла этот жест и покраснела.

— Надо вернуть всё это обратно. Где ты живешь? — спросил я.

— В библиотеке. Пойдемте я провожу.

Я подхватил оба мешка и закинул себе за плечо. Библиотека представляла из себя большое дерево полое внутри. У дверей нас встретил маленький дракончик. Познакомившись, я сказал Твайлайт:

— Возьми небольшую сумку, туда положи письменные принадлежности, немного еды и одеяло. Если хочешь можешь взять расческу и зубную щетку. Больше ничего не надо. Увидимся завтра, я приду за тобой утром.

— Можете остаться у нас на ночь. — предложила единорожка.

— Можешь обращаться ко мне на "ты". Хорошо, покажи где расположиться. — ответил я.

Меня отвели на второй этаж где была не очень крупная кровать, а недалеко от неё корзинка с постелькой — видно тут спит дракончик.

— Твайлайт, это твоя кровать, где же будешь спать ты? — спросил я.

— Мне и на коврике с книжкой хорошо будет — с грустной улыбкой сказала она.

— Твайлайт, я конечно ценю твою жертвенность, но выбор у тебя такой: либо ты спишь на кровати со мной, либо спишь на ней одна. Мне и на полу нормально будет.

— Дио, но ты же гость, я не могу тебя расположить на полу.

— Первый или второй вариант Твайлайт. — строго сказал я.

— Первый. — она покраснела.

— Вот и умничка.

Перекусив принесенными Спайком сэндвичами, мы стали готовиться ко сну. Я разулся, снял перевязь с мечом, плащ и сумку, лёг на правую часть кровати. Твайлайт долго не решалась лечь, наконец я строго посмотрел на неё, и она сдалась, забралась под одеяло рядом со мной. Спайк уже во всю храпел в своей корзинке.

Рано утром я разбудил её чеша за ушком.

— Пора отправляться спящая красавица.

— Дио, как ты думаешь, почему пони пропадают? Раньше такое было очень редко и обычно их находили. — зевая, спросила она.

— Не узнаем пока не придем на место. У меня две версии и обе тебе не понравятся.

— Все равно скажи. Мне интересно что ты думаешь по этому поводу.

— Либо их что-то или кто-то удерживает, либо их уже нет среди живых. Поэтому мы спешим.

— Если одна из твоих версий правда, то это ужасно, особенно вторая. — она серьезно посмотрела на меня.

Позавтракав и попрощавшись со Спайком мы ушли. У начала южной дороги из Понивиля нас встретили две кобылки, поприветствовавшие Твайлайт.

— Привет Твай, куда идешь, да ещё в такой странной компании? — оранжевая блондинка недоверчиво посмотрела на меня.

— Да, не следует доверять всяким незнакомцам, вдруг он шпион. — лазурная радужногривая пегаска враждебно пялилась на меня, и косилась на меч, торчащий у меня над правым плечом.

— Привет девочки, всё в порядке, ему можно доверять. Я иду по заданию принцессы.

Кобылки переглянулись и сказали:

— Одну с незнакомцем мы тебя не отпустим. Мы идем с тобой.

— Нет. Вы мне не нужны и поэтому никуда не пойдете с нами или за нами. Я смогу защитить Твайлайт, но, если вас будет больше, вашу безопасность гарантировать я уже не смогу. — вмешался я.

— Ха и как ты нас остановишь? — голубая нахально улыбнулась.

Я вытащил меч из-за спины, при этом поняшки ахнули и в страхе отшатнулись. Но я всего лишь воткнул его в землю у дороги.

— Нападайте и вы увидите насколько неравны наши силы, Твайлайт можешь помогать им. — я поднял руки приняв боевую стойку с выставленными вперед ребрами ладоней, левая рука была на уровне локтя правой.

Подружки Твайлайт напали одновременно, не сговариваясь пегаска набрала скорость и летела на меня с выставленным задним копытом, а её подруга бежала ко мне со всех ног. Их атаки были очевидны, мой мозг просчитал за доли секунды мои действия, дальше всё было просто. Поймав летунью за ногу, центробежной силой вокруг себя, я отправил её пропахать своим телом поле у дороги. Одновременно уклоняясь в сторону от мускулистых ног её подруги, упав на корточки я выставил в бок правую ногу и круговым движением подсек передние копыта оранжевой пони. Лишившись опоры, она больно шмякнулась на дорогу.

Я отступил, выжидая следующего нападения, подружки пришли в себя, и снова атаковали. Я использовал взгляд, передавая через него жажду убийства. Любой обычный человек, увидев этот взгляд, обоссытся и убежит. На оранжевую это подействовало — она резко встала, как вкопанная. Радужная попыталась снова меня ударить, я почувствовал, как в меня попала какая-то магия. Разумеется, я её поглотил кристаллами.

Радужной не повезло — Твайлайт схватила её на половине замаха. Я взял её за шкирку, свечение вокруг пегаски сразу пропало, впитываясь моими кристаллами. Я сделал быстрый рывок, для стороннего наблюдателя могло показаться что я телепортировался смазанным движением. Шкирка второй пони оказалась у меня во второй руке. Я встряхнул обеих кобыл, и посмотрел на Твайлайт.

— Против меня магия бесполезна, Твайлайт побереги силы. Неужели ты думаешь, что Принцесса Селестия отправит абы кого на такое задание. Она сама бы занялась им, но сейчас она очень занята. — я убрал страшный взгляд со своего лица.

— Если вы обе или ещё кто-то пойдет за мной, я выслежу и оставлю его связанным в глуши. Ясно! — мой тон был жёстким, не терпящим возражений.

Поняшки у меня в руках поникли и закивали, опустив ушки. Я отпустил их и вернул меч на законное место.

— Пойдем помощница. — уже мягко и ласково сказал я.

Мы продолжили путь. Немного отойдя от места происшествия Твайлайт спросила:

— Почему всё-таки ты не взял их?

— Твайлайт, приём, там пони пропадают, по не известной причине в массовом порядке и ты хочешь вести туда друзей без защиты, которые даже вдвоём меня победить не в состоянии, ты настолько ими не дорожишь?

Моя речь похоже попала прямо в точку. Она некоторое время молчала. Был погожий денек и Твайлайт не смогла долго дуться, спросила меня:

— Откуда ты Дио, я о таких как ты ничего не знаю, хотя много читала?

— Мой мир очень далеко от сюда и похоже вернуться туда я не смогу, да и не хочу. Мне тут нравится.

— Почему на тебя магия не действует? — продолжила она засыпать меня вопросами.

— Секрет. Об этом знают очень немногие. Позже если мы станем ближе я открою тебе его.

— Зачем тебе меч? У нас мирная страна. — поток не прекращался.

Я рассмеялся, наконец успокоившись сказал:

— Одна моя хорошая знакомая пони тоже задавала этот вопрос, и ответ: Пусть лучше меч будет, чем оказаться в тяжёлой ситуации без него. И да убивает не меч, убивает хозяин клинка. Но как видишь, я добрый и так не делаю.

— Почему ты служишь Принцессе Селестии? — не унималась она.

— Похоже твое любопытство поистине ненасытно. У меня есть несколько причин так делать. Но такой маленькой пони незачем знать их все. Я уважаю Селестию как правителя и хочу помогать ей поддерживать порядок в стране. И мне было чертовски скучно. Двух причин достаточно. Теперь твоя очередь расскажи о себе и своих друзьях.

И она рассказала. Особенно про дружбу, завалила своими наблюдениями и историями. Казалось она может говорить вечно, но меня не напрягала её болтовня. Мы проходили мимо мрачного леса и услышали плач. Твайлайт сразу бросилась в лес не разбирая дороги, спотыкаясь и падая, а я за ней. Впереди были кусты какого-то подозрительного растения с желтыми цветочками и кучей мелких шипов. Твайлайт сиганула прямо сквозь их заросли, я же предпочел обойти их. За зарослями кустов сидела неизвестная кобылка и плакала. Когда Твайлайт подошла к ней и спросила, что случилось, кобылка встала и внезапно всполохнув зеленым огнем стала копией Твайлайт. Противно улыбаясь лже-Твайлайт пошла в сторону дороги к Понивилю, настоящая же замерла и не двигалась. Но лже-Твайлайт допустила ошибку, она забыла обо мне. Я подскочил и разбил несчастной твари лицо. Лёжа на земле она зашипела. Я наступил ей на грудь и обнажил стальное чудовище, приставляя его к горлу твари. Лже-Твайлайт взмолилась:

— Пожалуйста не надо, я всего лишь хотела утолить голод любовью её друзей.

— Почему Твайлайт парализована? — начал я допрос.

— Колючки кустов мнемоники ядовиты и вызывают паралич двигательных мышц тела ниже головы, через несколько часов эффект пройдет. Пожалуйста я ничего не сделала не убивайте меня.

Я наклонился к ней и так чтобы слышала только она сказал:

— Я запомнил твой запах и если узнаю, что ты притворялась Твайлайт, найду и утолю свой голод твоим мяском предварительно изнасиловав. — я отрастил побольше острых зубов во рту и улыбнулся чейнджлингу, демонстрируя оскал.

Трусливая тварюшка вернула свой обычный облик и описалась. Я вернул зубам обычный вид, убрал ногу с её груди, и она убежала, только пятки сверкали. Твайлайт, широко раскрыв глаза, смотрела на происходящее с недоумением.

— Дио, я не могу пошевелиться. Чейнджлинг сказал тебе почему? — спросила она.

— Пройдёт через несколько часов, не надо было сломя голову ломиться через лес.

— Что же теперь делать?

— Я донесу тебя до города, а там посмотрим. Ну и извалялась ты.

Шкурка и грива Твай были измазаны грязью. Я поднял её на левое плечо и понес обратно к дороге. За разговорами мы скоротали время, впереди виднелся маленький городок Эмблвиль, освещаемый закатными лучами солнца.

Чем-то напоминал Понивиль, провинциальным духом наверно. На крышах домиков была не солома, а красная черепица. Я нашел гостиницу и снял номер на двоих с ванной. Покидав вещи на пол, первым делом я отнес Твайлайт в ванну. Я бы мог избавить её от этих неудобств, но мне хотелось проучить её за опрометчивость.

— Эй, что это ты собираешься делать?

— Вымыть беспомощную, маленькую пони, конечно.

— Не смей, я сама помоюсь, когда пройдет паралич. — протестовала она.

— В следующий раз будь умней, и не попадайся в такие банальные ловушки. А теперь прими своё наказание.

Поняша ворчала и ругалась, но от мочалки и моих рук расслабилась и успокоилась. Я тщательно промывал её шерстку и гриву начиная с головы. Я знал все чувствительные места на теле пони и разумеется максимально на них воздействовал. Хоть поняшка не могла расслабить мышцы из-за паралича, внутри она превратилась в кусок топленого масла — высунув язычок изо рта, тяжело дышала. Я дошёл до крупа, сразу занявшись чисткой кьютимарок. Твайлайт издавала такие звуки, будто почти кончала от моих прикосновений.

— Твай ты как? — спросил я.

— Н..нормально, продолжай — её голос дрожал.

Я заглянул под хвостик и выдал:

— Какое грязное место, придется им заняться.

Струи воды и ловкие пальцы проникли под хвост Твайлайт, очищая милые прелести поняшки. Твайлайт испытала оргазм. Её глаза закрылись, стоны, которые она пыталась скрывать вырвались наружу. Я почувствовал, как по её нервной системе прошла волна разрядов, но так как мышцы не слушались мозга, внешне это никак не отразилось. Я домыл поняшу и вытер полотенцем. Затем отнес на двуспальную кровать и завернул в одеяло. Спустился в зал гостиницы и раздобыл нам ужин. Когда я вернулся она была в том же положении в котором я её и оставил. Отчаянно краснея, Твайлайт сказала:

— Дио, мне это… очень надо… ну в… в туалет.

Я вздохнул и отнес поняшу в небольшую комнатку с заветным девайсом. Посадил её на унитаз так, чтоб она не упала. И выходя сказал:

— Как закончишь — кричи.

Спустя несколько минут из туалета стали доносится слабые крики Твайлайт. Я зашёл к ней, она краснея попросила вытереть её ТАМ. Спустя минуту и немного туалетной бумаги, всё снова было чистенько и сухо.

Отнес Твайлайт обратно на кровать, приподнял ей голову, и она сама с помощью телекинеза покушала. После еды я лег рядом с ней и стал причесывать её гриву щёткой из её сумки.

— Почему ты так заботишься обо мне? Ещё два дня назад мы ничего не знали друг о друге. А теперь лежим в одной кровати, и я чувствую будто мы знали друг друга всю жизнь. — сказала Твайлайт.

— В какой-то мере я ответственен за тебя. И ты мне нравишься. Мне не в тягость заботится о тебе, пока ты беспомощна.

* * *

Твайлайт проснулась раньше меня. Она скакала по комнате, радостно тараторя:

— Да, да, да, да, да, да я снова могу двигаться йэээй.

— Теперь мне не придется тащить твою попку на себе. И это хорошо. — спросонья буркнул я.

Она странно посмотрела на меня и стала собирать вещи. Собравшись, мы позавтракали в обеденном зале гостиницы и отправились дальше. Где-то в дне пешего пути от нас была наша цель деревенька Литлтейл. Дорога шла на запад, вдоль опушки Белохвостого леса. Твайлайт без умолку рассказывала о приключениях, пережитых ею с друзьями. Мы, сделав всего пару привалов, были уже близко к цели.

Смеркалось. Деревня, в которой по слухам пропадали пони, уже виднелась впереди. За приблизительно триста метров я увидел, что в деревне что-то не так — часть жителей в панике бежала из неё. Я увидел его — монстра. Серая мохнатая тварь, отдаленно напоминающая волка. Он настиг убегающую от него пони и принялся нещадно её насиловать, крики пони доносились до меня даже через такое большое расстояние. Я побежал к монстру, на ходу вытаскивая меч. Твайлайт тоже побежала, но отстала далеко позади. Через два десятка секунд я был примерно в пятидесяти метрах от него. Он что-то услышал и начал поворачиваться, увидел меня. Я прыгнул и таки достал его — рубящий удар мечом прочертил глубокий, горизонтальный порез через его спину и отрубил переднюю лапу, которую он выставил, защищаясь. Потеряв конечность, монстр не растерялся: прыгнул навстречу и протаранил мою грудь плечом. Затем кинулся наутёк зажимая обрубок. Я бросился за ним, но бегал он не хуже меня и скоро скрылся в темноте леса. Я не стал дальше его преследовать. Завтра по следам крови выслежу и прикончу эту ёбаную тварь. Я подошёл к Твайлайт, она стояла над пострадавшей пони в её глазах застыл глубокий ужас и слезы текли ручьём. Я взглянул на пострадавшую — зеленогривая пони бежевого цвета. Она не дышала — тварь разорвала ей горло, кровь ещё вытекала из раны. Прикоснувшись к ней, я понял, что она мертва. Я зарычал:

— Я зарублю эту тварь.

Твай продолжала плакать, жители деревни тем временем собирались вокруг нас. Тело пони накрыли куском темной ткани и отнесли в ближайший дом. Многие пони плакали и в ужасе оглядывались на лес.

— Кто главный в этом поселении? — громко спросил я.

— Я староста этой деревни. — вперед вышел седеющий, но ещё не дряхлый жеребец.

— Я, Лорд-протектор Дио именем Принцессы Селестии приказываю вам эвакуировать жителей в безопасное место подальше от сюда. Вы и ещё два добровольца должны остаться в деревне ещё на три дня. Если я не вернусь с охоты на это отродье через три дня — идите к принцессе и всё ей расскажите. Если на деревню нападут в моё отсутствие бегите в разные стороны и постарайтесь передать весть принцессе.

— Как староста этой деревни я отвечаю за её жителей, я сделаю как вы приказали. Мне нужны четыре добровольца.

— обратился он к собравшимся.

Сразу отозвались три жеребца, на вид местные крутые ребята и повесы. Больше никто не отзывался. Наконец подняла копыто одна из кобылок горько плачущая у лужи крови где пару минут назад лежала убитая. Она была похожа на неё — у обеих похожие скулы, ушки и зеленые гривы.

— Пит и Шелли похороните Эстер, после этого отведите всех в Эмблвиль. Крендель, Аркан — вы останетесь со мной. Все остальные берите всё самое необходимое и готовьтесь уходить. — сказал староста.

Я осмотрел лапу монстра. Взяв её в руки, я осознал какую чудовищную ошибку совершил. Так и стоял пораженный. Клетки твари были отдаленно похожи на мои и могли также быстро регенерировать. Выругавшись про себя, я сжёг лапу выпустив в неё драконий огонь.

Твайлайт выглядела разбитой, я отвёл её в пустой дом на окраине леса. Видно тут жили пропавшие пони, все остальные собирали вещи в своих домах. Неожиданно Твайлайт выдала:

— Я виновата в смерти той пони, мы шли слишком медленно из-за меня. Я допустила это. Я могла спасти её магией если бы не растерялась. Принцесса никогда не простит меня. Я не заслуживаю быть её ученицей. Я трусливая и ненадежная. Мне так страшно.

Я встал на колено, и взяв её обеими руками за голову, посмотрел в глаза.

— Ты не виновата ни в чём. Я главный в этой миссии и отвечаю за жизни тех, кого мы не сможем спасти. Прекрати себя накручивать. Даже я не ожидал, что всё будет так ужасно. И я тоже боюсь, но сжимаю зубы и делаю — ради других. — с металлом в голосе сказал я.

— Но Селестия, как я покажусь ей на глаза, я жалкая и бесполезная.

— Так покажи свою пользу! Хватит жалеть себя! Делай что можешь, я даю тебе выбор: или ты посмотришь своему страху в глаза и идешь со мной убивать ту тварь, или ты помогаешь тем пони которых эвакуируют. Выбор за тобой. — сказал я.

Она, кажется, в тот момент нуждалась в поцелуе, так что я поцеловал её. Я оставил растерянную и смущенную Твайлайт и стал готовиться к завтрашней охоте: протёр, подточил меч и отправился спать на двуспальную кровать пары, что здесь жила. Через полчаса пришла Твайлайт, легла рядом и сказала спокойным, чуть дрожащим голосом:

— Я иду с тобой до конца, каким бы он ни был. Я не могу подвести всех, когда такая опасность угрожает Эквестрии.

— Ты уверена в своем решении? Очень возможно мы там умрём, я знаю о чём говорю. Та тварь очень сильна и в лесу она на своей территории. — сказал я.

— Но ты отрубил ей ногу. Разве она не ослабла от ран?

— Нет. Лапа уже отросла. Тварь только обозлилась и стала сильней. Мне повезло застать её врасплох, но я не воспользовался преимуществом, потому что ещё не знал о её способностях. Второй раз это не пройдёт, монстр будет ждать нас.

— Я не брошу тебя одного разбираться с тварью. — сказав это, она выразительно посмотрела на меня.

Я обнял Твай и сказал:

— Давай спать, завтра трудный день.

Она робко улыбнулась и тоже обняла меня. Так и заснули.

Я проснулся из-за косых лучей, бивших из-за шторки прямо мне в глаза. Твайлайт спала, удобно устроившись на мне. Я невольно залюбовался спящей поняшей. Пора было вставать, и я разбудил её, щекоча ушко. Она, увидев, что спала на мне, покраснела и быстро слезла. Я оставил сумку и плащ в доме, взяв с собой еды на пару дней, мы отправились по кровавому следу в чашу леса.

— Твайлайт твоя задача удерживать тварь магией всё остальное я сделаю сам. — сказал я.

Она кивнула. А я продолжил:

— Если тварь бросится на тебя: беги, защищай себя магическими барьерами, выживай как можешь, за меня не беспокойся. Если меня убьют, я хочу что бы ты немедленно убиралась от сюда и рассказала Селестии лично всё, что случится здесь. Ты меня поняла? Это приказ!

— Я поняла.

— Тогда вперёд, надерем задницу этой скотине.

Скоро кровавый след кончился и оставалось лишь ориентироваться по сломанным веткам, да нечетким следам на лесной подстилке. Следы привили нас к пещере в небольшом скалистом холме. Земля у входа в пещеру была усеяна костями разных животных и пони. Я глазами дал знак Твайлайт, готовиться к бою. Вытащив меч, стал по дуге подходить ко входу. Твай изготовилась и ждала у меня за спиной. Я почуял его и изменил свое тело: заменив кожу драконьей чешуей улучшенной сталью (чешуйки поверх кожи представляли собой стальные пластинки) и нарастив дополнительные мышцы. Я вглядывался во тьму пещеры, стараясь разглядеть что происходит внутри. Зверь бросился с вершины холма, падая на меня. Это была человекоподобная тварь, покрытая серой шерстью, с мордой волка, неестественно длинными и мощными передними конечностями.

Я среагировал в последний момент закрывшись мечом. Он сбил меня с ног, и держа одной лапой меч, стал рвать рубашку и чешую у меня на груди другой лапой. Твай схватила его магией и дала мне возможность встать. Истекая кровью из глубоких ран на груди, я встал и вырвал меч из лапы твари. Внезапно тварь окружили струйки чёрного пара. И магическая хватка пропала. Коротко замахнувшись, ударом снизу в вверх я успел отсечь его лапу вместе с плечом. Он снова бросился на меня. Проткнув его мечом, я отрастил острые когти на руках. Дальше была яростная схватка, он прокусил мое основание шеи у левой ключицы. Не замечая боли как берсерк, я рвал его плоть когтями свободной руки, держа левой рукой переднюю конечность зверя. Наконец я добрался до его горла. Я оторвал его от себя. И поднял над собой. Далее его голова познакомилась с камнем, лежащим в метре передо мной. Я не прекратил рвать зверя на куски, после того как его череп раскололся всмятку.

Куски мяса, оторванные конечности — месиво, что осталось после монстра, я сжёг, выдохнув волну огня. Меня трясло, боль навалилась как лавина. Твайлайт крикнула мне "сзади" и прикрыла магическим барьером, спасая меня. Из пещеры выскочила такая же тварь, только поменьше. На скорости ударилась в мерцающий щит, но он выдержал. Я поднял меч, и сказал:

— Твай, снимай барьер и отходи.

Как только барьер исчез, тварь настиг огненный шквал. А сразу за ним и я в прыжке разрубил тварь пополам от плеча до задницы. Хорошенько испепелив тела монстров. Я наконец позволил себе расслабиться и упал.

— Дио, ты ранен, я отнесу тебя в город к врачу. — сказала Твайлайт, с серьезным беспокойством в голосе.

— Подключичная артерия разорвана, я не протяну и пятнадцати минут. — я решил немного разыграть Твайлайт.

— Прощай Твайлайт, мы справились. — серьезным голосом сказал я.

Она заплакала и прижалась ко мне, пачкаясь кровью. Резко отстранившись, заплаканная поняша сказала, глядя мне прямо в глаза:

— Не умирай, пожалуйста держись ради меня. — сказав эти слова, она схватила меня, и взвалив на себя, побежала в сторону деревни.

— Твай, я пошутил. Я не умираю — говоря, я затягивал раны и усмирял боль, пустив себе в кровь немного морфия.

Но поняша меня не слушала, забыв обо всём, бежала сломя голову. Сделав резкое движение, я встал на ноги, останавливая её рукой.

— Твай я пошутил. — повторил я — Прости меня, я хотел посмотреть на твою реакцию.

— Дурак! Я за тебя волновалась! А ты так со мной. — она накинулась на меня осыпая ударами передних копыт.

Её удары были как щекотка, для улучшенной драконьей чешуи и мышечного корсета под ней. Наконец выдохшись, она села на землю. Я убрал чешую, обнял поняшу и прошептал ей на ушко:

— Я тоже тебя люблю. Без тебя я бы не справился. Так что всё-таки ты спасла мне жизнь.

— Не надо так шутить больше. У меня чуть сердце не разорвалось. — сказала она.

— Пойдем, теперь у нас есть время чтобы отдохнуть.

Я специально не стал до конца заживлять раны на груди, чтобы показать их старосте с помощниками, мол, себя не щадил. Когда мы дошли до деревни, один из помощников старосты заметил нас в окно. Троица пони вышла к нам на встречу.

— Чудовища убиты. Завтра я ещё раз проверю их логово. Сегодня можете спать спокойно. Если ничего опасного не найдем, жители смогут вернуться в свои дома. — сказал я.

Староста смотрел на мою израненную грудь и сказал:

— Лорд-протектор спасибо вам, что заступились. Принцесса не может везде поспеть, нам повезло, что вы нас защищаете.

Затем он поклонился и спросил не нужно ли нам чего, я сказал, что нам нужен отдых и мы ушли в оставленный нами ранее домик. Закрыв за собой дверь, я затянул оставшиеся раны. Рубашка на мне превратилась в кровавые лохмотья, скомкав, я закинул её в угол прихожей и пошёл мыться, а Твайлайт занялась готовкой. Отмокая в ванне, я размышлял о монстрах, которые напали на эту деревню. Потом мои мысли плавно перетекли на Твайлайт, я уменьшил пенис — не хочу делать ей больно орудием, которое даже в Селестию залезает с трудом. Внезапно дверь в ванную открывается — на пороге стояла Твайлайт, и краснея, несмело зашла.

— Можно я потру тебе спинку. — начала она.

Вместо ответа я затащил её в ванну. Мои руки скользили по её бархатистой шёрстке, заставляя поняшу расслабиться. Она не сопротивлялась и тоже тёрла, и ласкала меня копытами. В итоге, я дошёл до самого интересного места, щекоча и массируя его. Помывшись, я вытер её и себя. Она была очень смущена, не знала, что делать и куда деться. Я взял её на руки и отнес на кровать.

— Почему ты так смущаешься? У тебя уже был секс? — спросил я.

— Нет. Только тот раз, когда ты меня трогал в ванной, а в охоту, когда сил нету терпеть, я тёрла себя там. — говоря это, шёрстка на её лице из лавандовой стала алой.

— Тогда в ванной я всего лишь вымыл тебя. Представляешь, что будет, если я возьмусь за тебя всерьёз.

— Мне немного страшновато делать это.

— Твай, ты любишь исследования?

— Да, я профи в исследовательском деле. — она улыбнулась.

— Относись к этому, как к исследованию. Можешь даже записать свои впечатления после опытов. — сказал я.

— А теперь приступим.

Я раздвинул задние ножки Твайлайт, пахло "мясом молодой кобылки" — для моего обоняния это представляло собой интересную, ни на что не похожую палитру запахов. Источник аромата сочился соком. Я захотел попробовать его и приложился к её сочной хурме. Она стонала в голос, когда мой язык выписывал фигуры высшего пилотажа в её киске. Твай не смогла долго терпеть это, подавшись вперёд, она вскрикнула. Струйка сока попала мне в рот на язык.

— Теперь твоя очередь, Твай. — сказал я, выставляя, отвердевший член.

Она неумело начала сосать его засовывая за щёку и цепляя зубками. Я взял поняшу за голову и стал контролировать её движения. Вскоре она и сама поняла, что нужно делать. Я напрягся и кончил ей на язык и в горло. Легкий аперитив перед основным блюдом. Перезарядившись, я, помня, что Твайли девственница, начал медленно вводить член. Довольно быстро он упёрся во что-то. Дальше тянуть кота за хвост, было невозможно. Быстро и резко я ввёл пенис до конца. Твай вскрикнула, прижав горло к моей груди и задрав голову. Я поцеловал её по-взрослому, засунув свой язык ей в рот, навел там шороху. Я полностью вытащил из неё член. И резко загнал обратно, она застонала мне в рот и дернулась как от удара током, я почувствовал, как мышцы её влагалища пытаются выдоить меня. Не разрывая поцелуя, я принялся ритмично трахать маленькую пони. Писк, стоны и поскуливание пытались вырваться из ловушки наших губ. Она отвечала на поцелуй, активно работая язычком. Влажные звуки заполнили комнату. Я трахал её всё быстрей и быстрей. Она постоянно кончала, я сбился со счета после семи. Наконец я вогнал член до конца, тараня шейку её матки и довёл её ещё до одного оргазма, на этот раз нашего совместного, разлепляя губы. Приятные ощущения медленно схлынули, и я вытащил раскалённый прибор из пони.

— Передохни минутку Любимая, можешь записать результаты исследования.

— Дио, нет слов которыми можно описать это. Я не знала, что может быть на столько хорошо. Мне кажется, я схожу с ума.

— Безумие — это когда ты раз за разом повторяешь одни и те же действия, в надежде на изменения. Думаю, подходит для определения секса. — я улыбнулся.

Я лег на спину, приглашая Твайли оседлать меня. Она забралась мне на живот, осторожно присаживаясь и проталкивая член вглубь себя. Я ласкал её красивое вымечко, пощипывая сосочки. Поняша взяла хороший темп, высунув язычок и мило стоная. Притерпевшись к оргазмам, она продержалась дольше, но ненамного. Обессиленная после шторма удовольствий у неё в мозгу, Твайли повалилась на меня. Я поцеловал её крепко обнимая. Тяжело дыша после поцелуя, она сказала:

— Дио, я так сильно тебя люблю.

— Я знаю крошка. Ложись на животик. — и я спихнул её с себя.

Она легла как я просил и сдвинула хвостик в право, открывая свои прелести. Я немедля сделал ей мясной укольчик в попку. Она была очень тугой, но с каждым движением всё лучше разрабатывалась. Твайлайт пищала в подушку, чем ещё больше меня возбуждала. Я почувствовал её оргазм, прошедший через всё её тельце. Достигнув пика, я заполнил её попку до отказа и рухнул на неё, приходя в себя после своей разрядки.

— Пожалуйста будь моим особенным. — прошептала Твайли мне на ухо.

Я вытащил из её попки член, лёг рядом и сказал:

— Твай, у меня в табуне, есть уже две особенные пони, я с радостью приму тебя, если ты не против.

— Я хочу быть с тобой, неважно сколько пони у тебя в табуне. Надеюсь твои особенные пони будут не против, если к ним присоединюсь я. — сказала она.

— Твай, ты знаешь тех кобылок, и думаю они будут рады принять тебя.

— Значит, теперь мы вместе? — всё ещё не веря, спросила она.

— Да Твай, Любимая. — развеял я её сомнения.

Я перевернул её и набросился с животной яростью. Влажные шлепки двух тел и стоны заполнили комнату. Постепенно я разогнался до невозможных для обычных существ скоростей. Твайли просто орала:

— О Селестия, даааааааа! Еби меня! Еби меня жёстче! Святая Селестия, я больше не выдержу!

Оргазм за оргазмом разрывали маленькое тельце поняшки. Её трясло, копыта дрожали, сводимые судорогами. На пределе своих возможностей, я довел Твай до полного безумия. Она описалась и скуля пускала слюни. Наконец и я не смог больше сдерживаться и финишировал, снова заполняя несчастное тельце спермой. Я не представлял, чтобы было с Твай, если бы я дал ей мой обычный коктейль с афродизиаком и усилителями восприятия. Я поцеловал её и вместе с слюной, ввёл ей восстанавливающие и ноотропные препараты. Постепенно Твайлайт пришла в себя.

Мы покушали приготовленное ею рагу. Снова помылись, всё время касаясь и лаская друг друга. Я рассказал ей кое-что о своих способностях, в том числе и секрет неуязвимости к магии, о своем мире и том как попал в этот. Я достал из походной сумки серебряный медальон, и встав на колено, одел на сидящую на кровати Твайлайт.

— Такие же медальоны есть у Луны и Селестии. Внутри пузырёк с моими клетками, они способны вылечить тебя, даже если ты будешь на пороге смерти. Теперь ты официально моя особенная пони. — торжественно сказал я.

— У Луны и Селестии? — переспросила она.

Твайли выглядела слегка шокированной.

— Но как? Ни у одной из них не было пары много веков. — продолжила она.

— Ну они сами расскажут, если захотят. Но, думаю, им, как и тебе понравилось то, что я могу делать с кобылками. — ответил я.

Твайли покраснела, видно, представляя себе что-то пошленькое.

— О Селестия, теперь я понимаю, как ты покорил их. Но чем обычная пони, вроде меня, привлекла тебя?

— Разве для любви нужны причины? Мне нравится твой ум, характер, доброта, но я люблю тебя не за это. Я люблю тебя за то, что ты та, кто ты есть.

— Твои слова делают меня счастливой. — она улыбнулась мне и прильнула к моим губам.

За разговорами мы провели остаток вечера и легли спать. Утром, я снова проснулся раньше неё. И долго смотрел на милую мордашку Твайлайт. Затем встал и сварил нам по чашечке кофе. Похоже аромат, которым заполнилась кухня, разбудил поняшку, и она с сонной мордашкой проскользнула на кухню и села за стол. Я налил нам кофе и поставил рядом с ней тарелочку с печеньем из запасов бывших хозяев дома.

— Доброе утро Твайлайт.

Она сердито на меня посмотрела и сказала:

— И после всего, что у нас было, ты называешь меня "Твайлайт".

— Как мне тогда тебя называть? Зубрилка? Киска? Может Пуська?

— Как хочешь, но не "Твайлайт" — так меня зовут друзья и принцесса.

— Понятно всё с тобой. Я хочу звать тебя твоим именем, потому что мне нравится, как оно звучит. И мне плевать, что другие подумают, когда я тебя так называю, главное это — мы и наши чувства. Или ты не любишь своё имя? — пустился я в словесную атаку.

Она опешила от такого напора с моей стороны.

— Мне нравится моё имя и если хочешь можешь называть меня им. Прости меня, я такая глупая. Просто у меня никогда никого не было. — она посмотрела на меня грустными глазами.

— Твай, не наговаривай на себя, ты неглупая. Одно то, что ты признаёшь свои ошибки, делает тебя умнее многих в моих глазах. Мне не за что тебя прощать.

— Что будем делать сегодня? — спросила она.

— Обследуем местность у пещеры, нужно больше информации об угрозе, с которой мы столкнулись. Как ты наверно знаешь, пони очень полагаются на магию, но тварь, которая напала на меня успешно сопротивлялась твоей магии. Я склонен считать, что твари, убитые мной не единственные. И ещё кое что, они были разумными хищниками, убивали не только для пропитания, но и ради развлечения.

— Если они защищены от магии, тогда как с ними бороться? Пони будут совершенно беззащитны перед ними. — с отчаянием в голосе сказала Твайлайт.

— Ты кой о чём забыла.

— О чём же, Дио?

— Обо мне, я буду сражаться за вас. Не думай, что то, что ты видела вчера это предел моих возможностей. С каждым днём я становлюсь сильней, появляются новые способности. У меня есть план дальнейших действий для защиты Эквестрии.

— А если тебя убьют? Я не переживу твою смерть. — ушки пони поникли.

— Не бойся за меня, ты же знаешь какой я живучий.

— Когда будет время, позволишь себя исследовать? Твои способности наверняка помогут сделать прорыв в науке Эквестрии! — улыбнувшись, сказала Твайлайт.

— Только если и я тебя буду исследовать, глубоко исследовать.

— Хватит пошлить, я серьёзно.

— Ладно, так и быть, но сейчас нам пора доделать дело, а после отправляемся обратно в Понивиль.

Мы вышли из дома и направились к пещере. На месте вчерашнего боя были следы крови, а там, где я спалил тела монстров осталась только кучка пепла. Я сразу полез на холм, с которого первый монстр спрыгнул на меня. Твайлайт пошла вдоль подножия холма высматривая следы. Даже не обладая альпинисткой подготовкой, я быстро забрался на самый верх, за счёт сверхчеловеческой силы. Мне открылся потрясающий вид на лес к югу и западу, а также луга и горы на севере и востоке. Немного южнее холма я разглядел крупный чёрный объект, наполовину скрытый деревьями. Он притягивал мой взгляд своей неестественностью. Прыгнуть с холма я не решился, и с максимальной скоростью спускался по южному склону. Твайлайт увидела меня и пошла на сближение в южной оконечности холма. Сходу я указал ей в направлении чёрного объекта, который отсюда не было видно. Приблизительно через двести метров мы наткнулись на чёрную сферу точно такую же как та, что выплюнула меня.

— Твай, знаешь, что это такое?

— Никогда не видела ничего подобного. Интересно что это?

— Это портал, такой же, как тот через который я сюда попал. Делай что хочешь, только не прикасайся к нему и будь осторожна.

Нижняя четверть шара утопала в грунте. Вокруг него была область практически полной тишины. По крайней мере, теперь я точно знал откуда взялись те монстры. Твайлайт пыталась творить какие-то заклинания. В прочем никаких заметных эффектов они не оказали. Разве что, Твайлайт от натуги взмокла.

— Пора уходить от сюда. Ты закончила с магией? — сказал я.

— Да, она не действует на этот портал. Проваливается в него, как в дырку.

Мы отправились обратно. По пути я обшарил пещеру, но ничего интересного там не нашёл. Посмотрев на кости и черепа несчастных жертв, мы с Твайлайт решили похоронить их. Сложив все кости в углублении недалеко от входа, накидали сверху камней. Получилась братская могила пони и зверюшек, убитых чудовищами.

## Седьмая Глава

В деревне к нам вышел староста. Мы обменялись приветствиями, и я сообщил ему что жители могут вернуться в свои дома. Поговорив с ним, я выяснил что, всего потери деревни составили пять пони. Пара, дом которых мы временно заняли, Эстер, и ещё двое друзей гулявшие у речки, западней деревни.

Мы с Твайлайт отправились обратно по знакомой дороге. Мой внешний вид немного изменился, чёрный плащ был одет поверх голого, мускулистого торса. На первом же привале я вспомнил, что забыл кое-что сделать. Я не умел писать перьями, поэтому попросил Твайлайт сделать это за меня, и продиктовал ей следующее послание " Сладенькая, всё оказалось хуже, чем мы думали, пропавшие пони мертвы. Я убил существ, которые сделали это. Открылись новые обстоятельства, обсудим их лично, когда я и Твайлайт прибудем в Кантерлот. Теперь Твайлайт с нами. С любовью твой Дио.". Я свернул письмо, и держа перед глазами образ Селестии, сжёг его.

Путь до Понивиля обошёлся без приключений. Мы проходили мимо яблочных садов у города. Нам на встречу спешили пять пони и дракончик. Дракончика и двух из этих пони я уже видел — Эплджек и Рэйнбоу Дэш. Остальными, судя по рассказам Твайлайт, были Пинки Пай, Флатершай и Рэрити. Я специально немного отстал, чтобы дать ей пообщаться с друзьями. Тёплые приветствия и групповые обнимашки затянулись. Видно слухи о том, что случилось в Литлтейл уже дошли до сюда. Наконец Твайлайт вырвалась из крепких объятий друзей и вернулась ко мне. Встав рядом, она сказала:

— Друзья, я должна вам кое-что сказать. Вы наверно уже знаете Лорда-протектора Дио, по крайней мере некоторые из вас. — с последними словами она взглянула на Рэйнбоу, Эплджек и Спайка.

— Мы теперь в одном табуне. — продолжила Твайлайт, краснея под взглядами друзей.

Нижние челюсти Эплджек и Рэйнбоу одновременно упали, они ошарашено и недоверчиво смотрели то на меня, то на Твайлайт. Пинки Пай радостно запрыгала, поздравляя Твайлайт и предлагая устроить вечеринку в нашу честь. Рерити изучающе смотрела на меня, со странным выражением лица. Флатершай, пискнув и несмело поглядывая на меня, сказала, что рада за нас. Спайк проявил больше радушия — подошёл, пожал мне руку и сказал:

— Твайлайт, надеюсь вы с Лордом будете счастливы вместе.

— Спасибо, мой маленький братик-дракончик, зови меня Дио, близкие Твайли — мои близкие. — ответил я вместо Твайлайт.

Твайлайт смущаясь встала на задние ноги, опираясь на моё левое плечо своим правым передним копытом, взглядом показала, что хочет поцеловать меня. Что ж, покажем друзьяшкам наши чувства. Я поцеловал её страстно с языком. Оторвавшись, я наблюдал следующую картину: Спайк, отвернувшись, картинно изображал рвоту; Флатершай покраснела и неотрывно следила за нами, забыв обо всем; Рэрити с лёгкой, искренней улыбкой смотрела на нас; Эплджек, кашлянув, сказала:

— Твайлайт, Сахарок, если ты любишь его, то кто мы такие чтобы осуждать тебя. Лорд Дио…

— Просто Дио. — перебил я её.

— Дио, ты кажешься мне добрым малым, хоть наша первая встреча прошла не так гладко, как хотелось бы, я прошу тебя, береги Твайлайт. Она хоть и кажется всезнайкой, ошибается, как и все мы. Будьте счастливы.

— Спасибо за тёплые слова. Я желаю вам всем добра, как бы вы не смотрели на меня. — говоря эти слова, я посмотрел на Рэйнбоу Дэш, которая ещё сверлила меня недоверчивым взглядом, и отвернулась, услышав мои последние слова.

— Давайте отпразднуем знакомство. На последний поезд до Кантерлота мы всё равно не успеваем. — предложила Твайлайт.

— Ура, пойдемте в Сахарный уголок. Я устрою суперски-пуперскую вечеринку, для нашего нового друга и особого друга Твайлайт. Ой, мне пора готовиться к ПАТИ, догоняйте. — и договорив, Пинки ускакала от нас с бешеной скоростью.

— Ну что же, гулять так гулять. Пойдемте. — сказал я.

Мы дошли до здания, стилизованного под пряничный домик. Внутри уже было все готово. И как только Розовая Тортя успела всё так быстро сделать? Вкусная еда, напитки и музыка быстро развязали всем языки. Скоро всё привыкли ко мне и уже считали меня своим. Только Рэйнбоу Дэш не было, она отстала где-то по дороге, бурча что-то про срочные дела. Вечер обещал быть весьма насыщенным на хорошие воспоминания, но нашелся тот камень преткновения, который всё испортил. А именно, Твайлайт.

— Эй Твайлайт, а почему твоя магия не подействовала на Дио, когда мы с Рейнбоу пытались проучить его? — спросила Эплджек.

— У Дио есть способность, он может поглощать магию с помощью маленьких кристаллов в своем теле… ОЙ! — Твайлайт поздно поняла, что наделала.

— Твай, это был секрет. — спокойным голосом сказал я и вышел из Сахарного Уголка.

На улице были сумерки. Я удалялся от шума вечеринки. Пройдя по улице дальше, я увидел розовый воздушный шар, привязанный к небольшой платформе. К нему я и направился. Залез в корзину, она оказалась совсем не тесной для меня, но вот подвешена была не под мой рост. Ко мне приближался стук копыт. Я отвязал веревку и дернул за рычаг, шар стал наполняться горячим воздухом из кристалла, закрепленного в горловине. Твайлайт успела запрыгнуть в корзину до того, как шар стал набирать высоту. Поняша прижималась ко мне и тихо повторяла одно слово "прости". Тем временем шар отнесло ветром в сторону от городка. Теперь мы находились на огромной высоте над холмами. В моей голове почему-то заиграла мелодия Nightfall группы Xandria. Я встал на колени, отстраняя поняшу, и сказал:

— Твайлайт, доверие это такая штука, которая обычно очень тяжело зарабатывается и очень легко теряется. Сегодня ты потеряла моё доверие.

От моих слов на глаза фиолетовой поняши навернулись слёзы, а личико приобрело на редкость несчастный вид.

— Но я дам тебе шанс вернуть, утраченное доверие. В прямом смысле. Твайлайт я хочу, чтобы ты совершила прыжок веры. Разумеется, вместе со мной. — я говорил убийственно спокойным тоном.

— Что такое "прыжок веры"? — спросила она, догадываясь, о том какой будет ответ.

— Мы с тобой прыгнем вместе туда, вниз. Отдавая мне всё своё доверие, ты не будешь использовать магию чтобы спастись или смягчить падение. Не бойся мы выживем, главное держись поближе ко мне. Пара-тройка переломов — это пустяки по сравнению с тем, что в результате ты получишь моё доверие. — мой голос был абсолютно спокоен и от этого сказанное звучало ещё более жутко.

Мордашка Твайлайт побледнела, она оцепенела. Наконец собравшись с духом, она сказала:

— О Селестия, это полное безумие. За что ты так жестоко меня наказываешь?

— Ты отказываешься дать мне своё доверие?

— Нет! Я прыгну с тобой, если ты хочешь. Если я не выживу, я хочу, чтобы ты знал — я люблю тебя больше, чем кого бы то ни было в этом мире. — глаза Твай были полны страха, но голос звучал твердо.

— Увидимся в мире, где я снова тебе доверяю. — я обнял Твайлайт и стал неторопливо переносить наш центр тяжести за пределы корзины.

Я чувствовал дрожь маленького, бархатного тельца, запах её страха витал в воздухе. Она крепко обняла меня и зажмурилась. Мы потеряли равновесие и выпали из корзины. Было уже темно, все пегасы сидели по домам. Тем более, они не успели бы долететь до шара вовремя. Мы падали. Твайлайт трясло, она представляла, что вот-вот мы ударимся о землю. Так и случилось. Сильный удар от резкого торможения. Испытывая сильные перегрузки, мы вышли из пике. И теперь парили в полусотне метров над землёй. Она приоткрыла глазки и осмотрелась. И конечно, заметила два больших кожистых крыла по обе стороны от нас.

— Неужели ты думала, что я грохну нас об землю? Но всё равно прыгнула вместе со мной? Теперь я вижу насколько сильно ты меня любишь. А когда долетим до библиотеки, я покажу насколько сильно я тебя люблю. — мягким голосом сказал я.

— Я тебя ненавижу. Знаешь, как ты меня напугал. Я уже с жизнью простилась. — с облегчением сказала она.

— Нечего было чужие секреты делать общественным достоянием. Я же не рассказываю, как ты скулила, пускала слюни и писалась, когда я опылял твой цветочек. — весело сказал я.

С досады Твайлайт застонала, опять краснея от воспоминаний.

— Пожалуйста только не рассказывай это никому. — моляще смотря на меня, просила она.

— Я умею хранить тайны в отличие от некоторых. Но если мои секреты опять утекут, кто знает, могу и проговориться ненароком. — улыбаясь, я подмигнул ей.

Она молчала, прижавшись ко мне и вдыхая мой запах. Впереди показалось дерево-библиотека, я стал снижаться. Мягко приземлившись у двери, я вошёл, не выпуская Твайлайт из рук. Внутри никого не было. Держа Твай одной рукой, другой я скинул одежду и запер дверь. Теперь я выпустил свои чувства наружу, прижав Твай к стене, мои руки ласкали каждое чувствительное место фиолетовой единорожки. Наши губы слились в единое целое, предоставляя нашим языкам танцевать танго в озере нашей слюны. Она тёрлась своей писечкой и попкой о мой набухший половой орган. Я вставил ей, медленно проникая в нетерпеливую единорожку. От такого метода наша страсть только обострилась. Оторвавшись от её губ, я начал медленно работать взад и вперед впечатывая поняшу в деревянною стену. От распиравшей её страсти, она принялась вылизывать мне грудь, щекоча чувствительные области вокруг сосков.

Медленно и нежно трахая поняшу, я стал вылизывать основание рога, одну из самых чувствительных областей на голове пони не считая область за ушами и сами уши. Мы не трахались уже пару дней, и поняшка вся сгорала от желания. Она стала подмахивать бёдрами, пытаясь ускорить темп вхождения в неё моего поршня страсти. Но я сдерживал её и себя, зная, что так будет ещё лучше. Через несколько минут поняша дошла до кипения. И громко воскликнув, стала судорожно сжимать меня мышцами влагалища. Высунув язык, на несколько секунд она потеряла связь с реальностью, смотря на мой подбородок остекленевшим взглядом. Не вытаскивая из неё досылатель наслаждений, я пошёл наверх в спальню. Без лишних церемоний уложил на кровать маленькую, глазастую лошадку, и принялся безжалостно драть её узкую, но хорошо разработанную дырочку.

— Да Любимый, вот так, имей меня быстрей, глубже, сильней. Я хочу, чтобы ты заполнил меня своим белым кремом. Тебе хорошо Любимый? — тихо постанывая, сказала Твайли.

— Да Твайли, Милая. Давай кончим вместе? — ответил я.

— Я уже почти на пределе, поспеши Любимый. — зажмурившись и еле сдерживаясь, громко прошептала она.

Включив "закись азота", я разогнал отбойный молоток любви до космических скоростей. Твай не выдержала, и напрягшись, с громкими стонами вышла на орбиту наслаждений. Не давая ей опомниться от первой волны оргазма, я вызвал у неё вторую, сопровождая её в экспедиции изучения глубин космоса удовольствий. Отдышавшись, я почувствовал чужой запах и понял, что мы не одни. Я шепнул Твайлайт, что бы она не подавала вида и сказал, что за нами наблюдают. Я встал и, размявшись, пошёл к источнику запахов стеллажу на другом конце галереи. Я услышал тяжелое дыхание, которое попытались скрыть, когда я подходил. Резким движением я схватил нечто голубое, прячущееся на полке за книгами. Это была Рэйнбоу Дэш. Твайлайт подошла и сказала:

— Рэйнбоу, как тебе не стыдно шпионить за нами, почему ты так поступила?

— Я … я думала… что он с тобой что-то нехорошее делает. Потому ты и стала… его особенной пони. — заикаясь и теряясь, сказала пойманная за копыто пони.

На полке где она пряталась была большая лужа ароматных соков пегаски. Её крылышки стояли торчком, и она пыталась незаметно стереть свои соки с другого копыта.

— Я думаю тебя надо наказать за такое неприемлемое поведение, как подглядывание без разрешения и порча казённых книг своими выделениями. — строго сказал я.

— Да, давай отучим её подглядывать. Выеби её! — сказала Твайлайт.

— Что Твайли? — переспросил я.

— Выеби мою подругу так, как ебёшь меня — умело и с жаром. Она видела то, что ей видеть не полагалось. Я тоже хочу посмотреть на то, как она будет пищать и кончать. — в её голосе проскользнули жёсткие нотки.

У Рэйнбоу челюсть упала от таких заявлений. Она попыталась смыться, пока я смотрел на Твайли. Но она забыла с кем имеет дело. Я схватил, уже взлетающую пегаску за хвост, притянул к себе и сгрёб в охапку.

— Пустите, вы не имеете права так поступать со мной. — запротестовала голубая бунтарка.

— Ещё как имею. Как Лорд-протектор, я имею полномочия вершить суд и назначать наказания. — серьезно сказал я.

— Ты попала Рэйнбоу. Будешь знать, как шпионить за лучшими подругами. — мстительно сказала Твайлайт.

Я понёс приговорённую на эшафот в виде кровати. Она умоляла не делать этого с ней. Пыталась сопротивляться, но это привело лишь к тому, что я парализовал ей все копыта, пустив в неё крохотной иглой клетки-диверсанты. Положив беспомощную пони на спину, я принялся исполнять приговор. Мои пальцы воздействовали на её чувствительные зоны, как пальцы пианиста-виртуоза, исполняющие партию фортепьяно в сложнейшей симфонии. Её бедра мускулистей чем у Твайлайт, но вымечко было определенно меньше.

Засунув ей два пальца в расщелину любви, я начал бешено тереть самую чувствительную точку. Бедная пони изогнулась колесом, сладко пища и мощно извергая своей киской струи соков любви.

— Рэйнбоу ты девственница? — спросил я в лоб.

— Не, у меня был парень в лётном лагере, потом мы расстались — он оказался придурком. — отдышавшись ответила она.

— Тогда тебе есть с чем сравнивать. — сказал я и ввёл член в её пещерку любви.

Она застонала, напрягая мышцы влагалища, от чего казалась ещё уже, чем была на самом деле. Я начал медленно скользить взад-вперёд, давая ей привыкнуть к моему, большому для неё, другу. Постепенно я начал ускоряться, вызывая сладкие стоны радужногривой поняшки. Твайлайт бешено терла себя копытом, наблюдая за нами. Поняшка подомной снова разрядилась, неистово доя сильными мышцами влагалища мой член. Я кончил вслед за ней, кайфуя от возможностей её писечки. Да её киска была хороша. Но мне больше нравился нежный бутон Твайли.

— Ого ты кончил, теперь вы отпустите меня? — спросила пегаска.

— Ты что, мы только начали, вся ночь впереди. — осадил я её.

Быстро восстановившись, я продолжил сразу, взяв быстрый темп. Рэйнбоу финишировала раз за разом, я насчитал восемь оргазмов. Теперь я беспощадно долбил её. Поняша пищала с высунутым язычком. Её многострадальная киска ослабла, и обхватывала меня уже не так сильно, как в начале.

Этот оргазм был самым сильным — она отключилась на несколько секунд. Я добивал уже обмякшее тельце, заполняя щелку пегаски тугими струями спермы. Сняв паралич с её конечностей, я дал ей передохнуть. Но только получив возможность снова пользоваться копытами, она привстала и приникла ко мне губами, дерзко врываясь языком в мой рот. Твайлайт довела себя до полного истощения и теперь лежала рядом. С трудом мне удалось выгнать пегаску из моего рта и самому пуститься в наступление. Она сдалась, и расслабившись, легла обратно.

— Круто! Хочу ещё! — энергично сказала пегаска.

Я лёг рядом, и поглаживая основания её крыльев сказал:

— Тогда залазь, посмотрим тебя в деле.

— Обожаю быть сверху.

Рэйнбоу не пришлось просить дважды — она забралась на меня и стала проталкивать в себя мой член. Засунув его на три четверти, её задние копыта мелко задрожали.

— Уф… какой же у тебя здоровенный…, я заставлю тебя кончить ровно за десять секунд. — нахально заявила она.

— Вызов принят. Если проиграешь твоя попка сильно пострадает. — ответил я.

— А если выиграю ты всю оставшуюся ночь будешь вылизывать мне щёлку.

— Поехали я засёк время.

Она рванула как спринтер на олимпийских играх. Не жалея себя, бросала свое тельце на толстый штырь со всей скоростью на которую была способна. Рэйнбоу помогала себе мышцами влагалища сжимая и расслабляя их. Это было не легко, но я продержался десять секунд. На двадцатой секунде Рэйнбоу финишировала и завалилась на спину, соскользнув с колышка счастья.

— Ты проиграла, готовь свой анус!

— Ненавижу проигрывать. Ты жульничал!

— И как же?

— Эээ… ладно давай, делай своё чёрное дело. — при этих словах она перевернулась на животик и выставила попку, приняв вызывающую позу и задрав хвостик.

Я встал на колени и стал тыкать членом в попку.

— Эй, хватит дразнить меня. Почему ты не вводишь его? — потеряла терпение она.

— Этой ночью твой круп принадлежит мне. Я хочу сыграть с тобой в игру. — сказал я и резко ворвался в её тугую норку.

— Сейчас ты почувствуешь очень неприятные ощущения в своей заднице, единственный способ избавиться от них это довести меня до конца и получить тем самым противоядие. Советую начинать, чем больше ты ждёшь, тем сильнее тебе припечёт. — объяснил я правила.

Когда мой грабоид, преодолевая мощное сопротивление, дошёёл до конца, я выпустил из всей поверхности члена сотни маленьких, капелек одного очень интересного вещества. Пегаска взвизгнула и изогнула спину.

Дэши начала двигаться, а вещество ещё не начало действовать в полную силу. Попка была очень тугой и каждое движение давалось ей через силу. Вдруг Дэши заорала:

— Аааа больно, что ты сделал? Горит, у меня там всё горит!

Она в панике стала судорожно долбиться бёдрами об меня. Я почувствовал, что скоро кончу и остановил её прижав бёдра к себе. Схватил её за подбородок и потянул в верх, нагнувшись, поцеловал её в губы. Попку Дэши сжигал капсаицин. Поняша судорожно дёргалась и дрожала, насаженная на член, но поцелуя не разрывала. Я отпустил её, позволяя ей добиться прекращения мук. Узкая попка, подгоняемая адским жжением, способна творить чудеса. Спустя полторы минуты жёсткого траха, я залил в неё вместе со спермой антидот и болеутоляющее. Пегаска продолжала насаживаться, не замечая, что я уже кончил. Одной рукой я ласкал основания её крыльев, а другой её маленький клитор. И за каких-то пять минут она смогла шагнуть от невыносимой боли к райскому наслаждению. От этого у неё поехала крыша, она стала умолять меня:

— Пожалуйста порви мою задницу, о Селестия, как же хорошо. Ещё, да, затрахай меня в попку.

Даже после мощнейшей разрядки, она продолжала долбиться об меня своей упругой попкой. Работая пальцами в её писечке, я заставил её кончить ещё раз, а она в долгу не осталась благодаря чудо-попке. Обессиленные мы повалились на кровать. Твайлайт уже спала, и мы не преминули последовали её примеру.

Лазурное чудо разбудило меня. Продрав глаза, моему удивлению не было предела — Рэйнбоу делала мне миньет. Её старания не пропали даром, я угостил её самой вкуснейшей спермой, какую она только могла вообразить.

— Ммм… это даже лучше того торта, который перевозила Пинки на конкурс десертов.

— Дэши, ночь закончилась и у нас с Твай куча дел сегодня… — говоря, я щекотал Твайлайт, пытаясь её разбудить.

— Мне понравилось вчерашнее наказание, можешь наказать меня ещё раз?

— Эээ Дэши, ты милая пони и всё такое, но у меня уже есть Твай… Понимаешь…

Ушки пони поникли, и мордашка приобрела несчастное выражение.

— Я понимаю. — сказала она и поплелась к выходу.

Они с Твайлайт были подругами, и я не хотел, чтобы они соперничали и ссорились из-за меня.

— Куда это ушла Рэйнбоу? — сонно спросила Твайлайт.

— У неё дела и у нас, кстати, тоже. Ты же не забыла?

— Да нам надо в Кантерлот. Пойдем позавтракаем. И где Спайк, он так и не пришёл ночевать?

— Я думаю объяснения этому мы найдем на месте вчерашней вечеринки, пойдём.

Мы пришли к Сахарному уголку. Нас тут же встретила гиперактивная поняшка, предлагая снова устроить пати, на этот раз в честь нашего примирения.

— Пинки, мы не ссорились, хотя со стороны могло так показаться. У нас много дел, мы пришли позавтракать. — урезонивал я её.

— Пинки, ты не видела Спайка? — спросила Твайлайт.

— А вон они с ЭйДжей спят на диванчике. Она очень огорчилась, что из-за её вопросов вы с Дио рассорились. И предложила Спайку дать вам побыть наедине. — при этом она указала копытом в их сторону. Эплджек и Спайк спали на диванчике в углу заведения. Позавтракав, мы с Твайлайт попрощались с друзьями и сели на поезд до Кантерлота.

— Дио, мне снилась та убитая пони, во сне она была жива. Как я посмотрю в глаза Селестии и скажу, что не спасла её?

— Ты сделала что могла, и хватит терзаться этим. Не бойся, рассказывать буду я.

— Спасибо, но мне, все равно ещё не по себе.

— Милая, смело иди вперёд и делай всё, чтобы то, что ты видела не повторилось.

Она не уверенно взглянула на меня. И с каждой секундой моя уверенность переходила к ней, стирая растерянное выражение с её лица. Поезд домчал нас до Кантерлота за несколько часов. Твайлайт хоть и нервничала, уже не боялась предстоящей встречи. Стражники у парадного входа в замок отдали мне честь и почтительно расступились, пропуская нас. Тронный зал, как всегда, встретил нас величием своих витражей, Селестия и Луна уже ждали нас. С ними были двое стражников и пони-секретарь: белая единорожка в очках с тёмно-каштановыми волосами и глазами, меткой её была чернильница с пером.

— Приветствую вас Лорд-протектор Дио, как прошло ваше путешествие? — спросила официальным тоном Селестия.

Я глубоко вздохнул и сказал:

— Отошли стажу и секретаршу и заканчивай с официозом — я это ненавижу, тем более между родными и любимыми.

— Но у нас официальный совет, и на нём обычно присутствует секретарь и офицеры гвардии, Милый. — возразила она.

— Официальный совет в неофициальной обстановке. — ответил я Селестии.

— Валите ребята. — сказал я стражникам.

— Офицеры гвардии подчиняются только Принцессам. — был мне ответ.

— Тогда по-плохому. — сурово сказал я.

Я вырубил обоих, нанеся им молниеносные удары в основание шей. Затем вколол обоим свои клетки-диверсанты, и они уползли, находясь в отключке. Повернулся и строго посмотрел на секретаря. Она оказалась более понятливой и направилась к двери.

— Нет, стой Рейвен! Кто-то должен записать распоряжения и итоги совета. — возмутилась Селестия.

— Дио, прекрати, пусть Рейвен останется я ей доверяю. — обратилась она уже ко мне.

— Ну ладно. Пусть остаётся. — нехотя согласился я.

И взбежав по ступеням, поцеловал прыгнувшую ко мне Луну.

— Я так рада тебя видеть. С тобой всё в порядке? — сказала Луна едва мы прервались.

— Да Любимая, благодаря мечу и Твайли, я выжил в том бою. Кстати, если Селли тебе не сказала — она теперь с нами в табуне. — говоря, я глянул на Селестию.

Она отвела взгляд и повесила ушки. Очень красноречивый ответ.

— Это же здорово. Твайлайт с нами, сестра почему ты ничего не сказала? — Луна на радостях обняла Твайлайт и закружилась с ней.

Я подошёл к грустной Селестии и поднял её личико за подбородок и сказал:

— Опять ревнуешь Сладенькая моя. Меньше я тебя любить не стал. Или ты думаешь, что любовь — это торт и чем больше едоков, тем меньше куски? Так вот я тебя огорчу — любовь не торт. Это слово всего лишь значит, что я ставлю твои интересы, а также интересы Луны и Твайлайт выше своих. И уж тем более это слово не описывает все те чувства, что ты во мне вызываешь.

— Дио Любимый, прости! — воскликнув это, она жадно и страстно поцеловала меня.

Рейвен наблюдала за нами, находясь в состоянии лёгкого шока. Не каждый день свежеиспеченный Лорд-протектор целует принцесс и обменивается с ними признаниями в любви.

Закончив с приветствиями, мы собрались в тесный кружок у подножия трона. Я рассказал принцессам всё, включая свои догадки по поводу порталов. Твайлайт добавила свои замечания касательно воздействия магии на монстров и порталы. Селестия, поблагодарив нас за подробный отчёт, сказала:

— Нашли ещё один чёрный портал. Монстров там не было или они хорошо прятались. Теперь это уже третий известный нам. Как показало ваше расследование: они могут быть смертельно опасны для всех живущих рядом с ними. У вас есть предложения что нам делать с ними?

— Принцесса… — начала Твайлайт.

— Просто Селли или Селестия моя дорогая ученица. — перебила её Селестия.

— Наставница, я не смогу так к вам обращаться. И я хочу попробовать элементы гармонии на этих порталах. Элементы всегда помогали нам поддерживать порядок на землях Эквестрии. Они должны помочь. — продолжила Твайлайт.

— Я тоже об этом думала, но как нам справляться с существами, которые попадают к нам из порталов. Ваш опыт показывает, что они могут быть чрезвычайно опасны и невосприимчивы к магии. — ответила Селестия.

— Я займусь ими. — сказал я.

— Но они почти настолько же сильны, как ты будишь воевать с ними? — спросила Твайлайт.

— У меня свои методы работы с иммигрантами. Я уже говорил, что стал сильнее?

— Дио, я видела на что они способны, ты не справишься в одиночку — она пристально посмотрела на меня.

Я серьёзно посмотрел на неё и ответил:

— Кому, как не мужику защищать свой дом и свою страну.

— Я могу выделить тебе отряд стражи. — предложила Селестия.

— Нет. Они только умрут напрасно, сражаясь с монстрами. — отказал я.

— Я брошу все силы чтобы скорее найти источник тёмной магии, создающий порталы. — сказала Селестия.

— Тогда мои стражи будут искать ночью, я возглавлю их. — предложила Луна.

— Только будь осторожна, мы незнаем какие ещё твари могут вылезти из этих порталов. — мне не хотелось подвергать Луну опасности, но и рушить её чувство нужности и значимости тоже не хотелось.

На этом наш совет закончился, Рейвен записала распоряжения и ушла передать их исполнителям. Оставшись вчетвером, мы переглянулись по кругу. Луна кашлянула и сказала:

— Моя кровать самая большая.

— Наша с Дио ближе. — сказала Селли.

— Кто будет первой? — спросила Твайли.

— Так, уже делите неубитого дракона? Идём в наши покои. Никто недоласканной не останется.

Так и поступили. Дверь в покои закрылась за нами, а через пару часов из неё в раскоряку вышла Твайлайт с выражением крайнего блаженства на лице.

— Ну я пошла. — уходя, сказала она через плечо.

Я обнимал моих свежевыдранных принцесс. Луна опять уснула у меня на плече, а Селестия всё никак не прекращала вылизывать мой рот. Внезапно мне пришла в голову замечательная идея. Не за долго до моего путешествия в Литлтейл я читал о легендарном кладе единорогов в Жеребячьих горах. Среди всевозможных сокровищ там значилась броня способная отражать любые удары. Это могло бы пригодиться мне. Скопировав этот материал, я бы улучшил свою чешую. Когда Селля прекратила со мной лизаться, я озвучил ей свою идею.

— Но клад единорогов спрятан очень хорошо, как ты найдёшь его? — спросила она.

— В книге было сказано, что пещеру, которая вела в залы единорогов завалило. Это подсказка. Я облечу все завалы в тех горах и обследую их. Там, где будут большие пустоты за завалами камней и будет наш клад. Ты и сама смогла бы найти его, если бы поискала.

— И когда ты отправляешься?

— Прямо сейчас Сладенькая. — я выскользнул из жарких объятий сестёр.

— Надеюсь, когда я вернусь, вы встретите меня не менее горячо. — добавил я, идя к выходу.

— Возвращайся поскорей. — попросила Селли.

## Восьмая Глава

Я не стал тратить много времени на сборы. Меч я оставил у покинутого недавно ложа. Одел новую рубашку, а с собой захватил только сумку с едой и флягу с водой. Я всё ещё боялся высоты, но крылья стали мне как родные, и я доверял им. Гора, на которой стоял Кантерлот, была немного западней начала хребта Жеребячьих гор. Горы были огромны, возможно на поиски уйдет несколько дней, а то и неделя, даже с крыльями. Первый завал встретился мне в ущелье между первой и второй горой. Я спустился и обследовал место. Это было крупное нагромождение камней, практически перекрывающее ущелье для перехода.

Метод, которым я хотел искать пустоты называется эхолокация. Благодаря развитым чувствам и мощному мозгу для обработки тонких сигналов от них, этот метод был наиболее эффективен в моём случае. Взяв большой камень у вершины нагромождения, я ударил им по более крупному и замер. Перед моим внутренним зрением предстала картина, обрисовывающая пустоты и объекты внутри завала вплоть до каменного основания ущелья. Ничего. Следующий завал показался мне более перспективным, на склоне где он был вполне могла быть пещера. Но ничего. Ничего. Ничего. Я облетел уже с десяток завалов и даже нашёл место где под одним из них бил родник. Если и находились заваленные пещеры, то совсем крошечные.

Солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в оранжевый цвет. Надежда найти в этих горах хоть что-то полезное для меня не угасла. Впереди подо мной в укромной складке между скал, я увидел еще один завал. Совсем небольшой по сравнению с уже обследованными. Спустившись туда, я повторил уже многократно проделанную мной операцию. И увидел это. Совсем узкий лаз был завален только снаружи, и уходил глубоко в гору за пределы радиуса действия моих чувств. Превратившись в мини-халка, я стал разгребать себе вход в лаз. Двухсоткилограммовые глыбы отправлялись в полет на десяток метров, освобождая мне проход к пещерке. Быстро расчистив проход, я предстал перед зияющей дырой в глубь горы. Работая, я вспотел и запыхался. Попив немного из фляги, пришлось сдуть лишние мышцы, чтобы протиснуться в тесный проход. Закончив перерыв, я начал медленное продвижение вглубь горы.

Источников света не было. Поэтому я особым образом изменил глаза. Теперь, даже при полном отсутствии света, я видел серые очертания поверхностей, окружающих меня. Сначала пришлось ползти, согнувшись в три погибели, но чем дальше я продвигался, тем шире и выше становился коридор. Он был прямым как стрела хотя стены были грубыми, обработаны они были явно искусственно. Наконец высота тоннеля позволила мне встать в полный рост, по моим подсчётам, я прополз около двууста метров. Тоннель всё длился и длился, уже больше пятисот метров. И вывел меня в огромный зал, вырубленный прямо в скале. Откуда-то сверху разливался бледный свет, и даже такой слабый источник слепил меня, из-за этого пришлось снизить чувствительность глаз.

Огромные статуи аликорнов стояли по обеим сторонам зала, пол был вымощен шестиугольными плитами, а в конце зала виднелся проход дальше в глубь гор. Ничего интересного в этом зале не было, и я пошёл сразу к проходу. В проходе на столетней пыли остались следы чьих-то копыт. На вид совсем свежие. Интересно, кто пробрался раньше меня в запечатанную завалом пещеру? Этот коридор оказался короче того, по которому я попал в первый зал.

Передо мной предстал зал, ещё больших размеров чем предыдущий. Он освещался тысячами кристаллов, вставленных в стены и пол этого гигантского сооружения. Зал был круглый, в середине на возвышении стояла титанических размеров статуя аликорна у её ног что-то блестело и переливалось, отражая свет кристаллов. Я приблизился к статуе. Возвышение, на котором стояла статуя было отделено от остальной части зала широким провалом. Столбики по краям провала напротив прохода указывали что раньше здесь был мостик. Я подошёл к провалу и заглянул вниз. На дне я различил светлое пятно. Видно остатки моста. Я хотел уже перелететь провал, но до меня донесся слабый голос:

— Пожалуйста помогите. Я здесь.

То светлое пятно, что я различил на дне зашевелилось. В темноте на дне провала стояла пони.

— Зачем мне тебе помогать? — громко спросил я.

— Я дам вам всё что вы попросите, только вытащите меня отсюда. — умоляющим тоном просила она.

— Мне действительно кое-что нужно. Если ты смогла забраться сюда, значит ты очень способная. Мне пригодится твоя помощь в одном деле. Я отпущу тебя, когда решу, что ты отработала своё спасение. Согласна?

— Да, только вытащите меня.

Конечно, я спас бы её даже если бы она отказалась. Не бросать же её на голодную смерть. Я спустился к ней. Благо провал был достаточно широким для размаха моих крыльев. Пони была бледно-оранжевой единорожкой с жёлто-красной гривой. Она была очень худой, измождённой и поджимала левое переднее копыто. Я взял её на руки, хотя она и испугалась моего вида, но не сопротивлялась. Я легко взлетел обратно на край провала. Поставил её на землю и дал ей мои запасы еды и воды.

— Только не спеши, а то плохо станет. — сказал я.

Пока пони уплетала мои скромные запасы, я стал осматривать сокровища на другой стороне. В основном золото и драгоценные камни. Доспехов не было и в помине. На каменном пюпитре лежала книга. Единственное что привлекло моё внимание. Она выглядела как новая, несмотря на то, что пролежала здесь не меньше остальных сокровищ. Я забрал её, остальное здесь для меня было не интересно. Подлетев к спасённой, я забрал у неё свою пустую сумку и запихал книгу туда.

— Спасибо, что спасли меня. Я уже давно здесь торчу. — сказала она.

— Спасибо скажет твоя служба во благо Эквестрии. А пока не благодари. Кстати, как тебя зовут?

— Сансет Шиммер.

В памяти сразу всколыхнулись воспоминания Селестии. Это же её бывшая ученица.

— Можешь звать меня Дио. Единственный известный мне ход был завален, как ты попала сюда?

— Я наколдовала себе крылья и спустилась сквозь световое отверстие в предыдущем зале.

— А здесь наколдовать крылья, чтобы выбраться не получилось?

— Да. Вокруг статуи есть барьер блокирующий магию. Он разрушил мои крылья, и я упала в эту яму. Я уже думала, что мне конец.

— Так, с такой ногой ты далеко не уйдёшь. Можешь вылечить себя каким-нибудь заклинанием?

— Я не изучала исцеляющие заклинания, думала они для неудачников. Теперь я так не считаю.

Никаких подходящих емкостей кроме пустой фляги не было. Поэтому я отвернулся от Сансет Шиммер и залил туда раствор с моими клетками. Затем снова повернулся к ней и сказал:

— Выпей всё до капли, это вылечит тебя.

— Что это? — недоверчиво спросила она, хватая флягу телекинезом.

— Конечно, страшный яд, который избавит тебя от страданий. — сказал я с сарказмом.

Она вылила содержимое на пол.

— Ну ты и дура! Как ты собираешься с переломом ходить.

— Ты сказал, что это яд!

— Это был сарказм!

— Но ты ведь донесёшь меня? — с надеждой спросила она.

— Вот ещё. Так, раз не хочешь через флягу, буду вводить напрямую.

Я схватил её за подбородок и прижался к её губам. Она попыталась отпихнуть меня, но в её состоянии у неё даже кошку не получилось бы прогнать. Наконец она сдалась, и я залил в неё напрямую новую порцию клеток-строителей. Пони похорошела прямо на глазах: исчезли измождённый вид и нездоровая худоба.

— Эй я на такое не соглашалась. Не такую службу я себе представляла.

— Вставай на ногу не бойся, уже зажила.

Пони посмотрела на меня с недоверием и осторожно опёрлась на левую переднюю ногу. На её личике проскользнуло удивление.

— Как ты это сделал? Я чувствую себя гораздо лучше. Это какая-то магия?

— Да, это моя особая поцелуйная магия.

— Научишь меня ей?

— Может как ни будь в другой раз.

Мы пошли к выходу, разговаривая по дороге.

— Какую помощь ты хочешь от меня? — спросила Сансет.

— Я хочу, чтобы ты помогала мне выполнять задачи по обезвреживанию опасных монстров, до тех пор, пока угроза Эквестрии не исчезнет. Когда это случится, я тебе скажу, и ты сможешь идти куда хочешь.

— Я была ученицей Принцессы Селестии, но выбрала свой путь, не люблю, когда за меня решают. Похоже в этот раз у меня нет выбора.

— Выбор есть всегда. Только в этот раз он был невелик: сдохнуть от голода в канаве или принять мою помощь и отплатить за неё.

— Настоящий джентльпони никогда не бросил бы нуждающуюся кобылку в беде.

— С чего ты взяла, что я джентльпони?

Сансет фыркнула. Некоторое время мы шли молча.

— Никогда не слышала о похожих на тебя существах. Ты из другого мира?

— Верно.

— И как там в вашем мире, много таких как ты?

— Если ты про внешность, то семь миллиардов, а если про содержание — думаю я уникален.

— Так много. Расскажи, как там у вас живётся.

— Как и здесь, большинство по уши в дерьме, а сливки снимает немногочисленная элита. Только у нас всё раз в сто пятьсот хуже. Бедные становятся бедней и умирают от плохого уровня жизни, богатые с жиру бесятся, не зная куда ещё приткнуть золотые унитазы.

— А как же ваш правитель? Он должен поддерживать равновесие, как у нас это делает Селетия.

— Он покрывает элиту, поэтому он в доле, и кроме удержания власти его мало что интересует. Вам повезло с Селестией.

— Могу поспорить, я была бы не худшей правительницей чем она.

— С каких это пор маленькие шкодницы с большими амбициями лучшие правители?

— А сам ты хочешь править? Ты бы всем показал, как надо! — с издёвкой сказала она.

— Нет. Близкое знакомство с Принцессой Селестией раскрыло мне глаза. На правителе слишком большая ответственность. Правители не так свободны, как тебе кажется. А чтобы быть хорошим правителем надо вкалывать как раб на галерах.

— Но зато все кланяются тебе, исполняют любой твой каприз, и можно делать всё, что вздумается.

— У хорошего правителя времени на капризы и всё что вздумается не остаётся, а с плохими правителями сама знаешь, как поступают. Например: Дискорд или Король Сомбра.

— Хм… получается мне теперь, и мечтать не о чем. Ты разбил единственную мою мечту.

— Мечтать всегда найдется о чём. Заведи друзей, жеребца или всё вместе. Стремись к гармонии и жизнь наладится. Разве не этому учила Селестия?

— Может ты и прав. И я сама разрушила свою жизнь.

— Почему пони падают, Сансет?

— Потому что, они неудачники?

— Чтобы научиться подниматься! — я многозначительно глянул на неё.

— Как думаешь, Принцесса Селестия примет меня обратно? — после долгой паузы спросила Сансет.

— Если докажешь, что изменилась — точно примет. Помоги мне, и я замолвлю за тебя словечко.

Мы вылезли наружу. Вокруг стояла глубокая ночь, и только бледный лунный свет скупо освещал окрестности. Я взял Сансет на руки и, выпустив крылья, взлетел.

В Кантерлоте было много гостиниц, в одной из них под названием «Гнездо Феникса» я и оставил Сансет с обещанием скоро её навестить. А сам отправился во дворец. Я тихонько вошёл через дверцу балкончика. Моя принцесса уже спала, я устроился у неё под боком и приготовился ко сну.

— Милый, я не сплю. Тебя ждёт ещё одна работа сегодня. Очень приятная работа. — сказала притворяющаяся поняшка.

— Уже жалею, что подсадил тебя на секс. Хотя нет! Иди сюда моя зефирка, подсласти мне губки.

Я притянул Селлю к себе и поцеловал. Прошло меньше суток, а её тело уже истосковалось по мне. Она тёрлась об меня, горя от нетерпения. Внезапно, она вырвалась из объятий и вскочила, из-под кровати вылетели чёрный стек и верёвка.

— Хозяин, ты знаешь, как я люблю. Накажите меня, я была плохой пони. — Селля перевоплотилась в мазахистку прямо у меня на глазах.

— Селля, у нас уже был разговор на эту тему. Мне не хочется делать тебе больно. И Луна против таких забав.

— Я была очень плохой пони и изменила тебе, когда тебя не было, Хозяин.

— Ах ты грязная шлюха. Ты не оставила мне выбора. — конечно, я знал, что Селестия не предаст и решил ей подыграть, раз она пошла на такое враньё.

Я схватил Селлю в охапку и бросил на кровать. Воспользовавшись веревкой, я связал её: передние копыта были прижаты к телу, на крылья накинуты петли, не дававшие им раскрыться, задние ноги были разведены в стороны, благодаря натянутой верёвке от узла на её холке к обеим задним ногам. Я провёл стеком по её вымечку и пизде.

— Думаешь это была хорошая идея признаваться мне в таком, сука? Я буду пороть тебя, пока шкура не слезет. На быстрое лечение не рассчитывай.

— Прости меня Хозяин, я больше так не буду.

— О да, ты больше не захочешь так делать после наказания, шлюха.

Я со свистом опустил стек на её вымечко. Последовал крик боли и наслаждения. Я методично порол дергающееся тело, целясь в область между задних копыт принцессы. Её нежное место опухло, и она визжала теперь без остановок.

— Аааа хватит, Дио аааа, я заставила Луну вылизать меня, прости. — сквозь крики сказала она.

Я перестал пороть её, и не развязывая, вошёл в её припухшую пещерку. Шлепки плоть о плоть тревожили её пострадавшие места. Селестия сладко кричала, от смеси боли и удовольствия, её трясла крупная дрожь. Наконец, я довел её до полного экстаза и сам себя больше не контролировал. Наслаждение разлилось рекой, погребая нас с Селлей в своих глубинах. Очухался я, лежа на ней, наши тела пропитались потом и выделениями. Селля ещё не пришла в себя, я слез с неё и лёг рядом. Чуть погодя, она магией освободилась от верёвок и прижалась ко мне, настойчиво целуя.

— Ты великолепен! Не сердись, нам с Луной было одиноко, вот мы и помогли друг другу, пока тебя не было. — сказала она, прерывая поцелуй.

— Селля, развратная моя, ты склонила сестру к инцесту и наврала мне, чтобы получить удовольствие. Как же низко ты готова пасть?

— Ради тебя, Милый, на самое дно.

Мы заснули в объятьях друг друга. На следующий день утром я решил не идти к Сансет. Открыл титульный лист книги из подземелья. Название крупными буквами гласило — Аликорникон. Я перелистнул страницу, дальше следовал текст на древнем языке аликорнов (благодаря Селестии я знал его), первые главы рассказывали о доисторических временах, когда все пони были одинаковыми. Им приходилось выживать в суровых условиях, в мире полном чудовищ, питающихся мясом. Но однажды эту расу нашли магические бестелесные существа. Они прониклись духом этого народа и решили помочь ему. Магией они изменили тела пони, дав им силу, крылья или рог для манипулирования магическим полем. Затем бестелесные существа продолжили своё путешествие, но не все, несколько из них остались чтобы защищать и оберегать полюбившийся им народец.

Со временем они обрели физические тела и стали первыми аликорнами хранителями народа пони. Те времена были золотыми временами цивилизации пони, каждый занимался своим делом: земнопони возделывали землю и занимались ремёслами, пегасы контролировали погоду, доставляли грузы из далека и защищали остальных от летающих чудовищ, а единороги управляли сменой дня и ночи, упорядочивая хаотичное движение магических светил, продвигали науку и знания пони на новые уровни. Все аликорны хоть и жили очень долго, были смертны. Но не духи внутри них, после смерти аликорна его дух переходил в тело другого пони.

В книге было еще куча фактов о пони и аликорнах: например, что у кобыл аликорнов охота случалась раз в полтора года, в то время как у всех остальных кобыл пони раз в полгода. И не факт, что у двух аликорнов дети будут аликорнами. Вторая половина книги посвящалась заклинаниям, которые могли использовать только аликорны и сильнейшие маги единороги. Но так как с магией у меня не заладилось, я не стал читать их. Отложив книгу, я понял, что страшно проголодался и отправился на кухню уничтожать съестные запасы замка.

* * *

Я захватил свой меч. Селестия спала, Луна с гвардейцами искала порталы. Спать не хотелось, и я решил потренироваться с мечом, парк у замка показался мне наиболее подходящим местом. В прошлой серьёзной схватке я дрался интуитивно, у меня не было заранее отработанных ударов и приёмов, которые я мог при удобном случае пустить в дело. Я стал делать быстрые взмахи мечом, иногда пытаясь изменить траекторию движения клинка посередине удара. Я не в должной мере владею оружием, но мои способности позволяли мне в полной мере и даже больше владеть своим телом.

Меня прервали. Луна приземлилась около меня и рассказала о новом портале. Пообещав быть осторожным и беречь себя, я убрал меч в ножны за спиной и отправился к Сансет. Мне уже не терпелось заняться настоящей работой. Поезд из Кантерлота в Балтимэр отправился на восток, везя нас с Сансет на первое совместное боевое задание.

Утром мы прибыли в город. Дальше наш путь лежал на юг в небольшую деревеньку, жители которой занимались добычей даров моря у рифа неподалеку и выращиванием сахарного тростника. Выдался на редкость знойный денёк. Вдали показалась деревенька, окруженная фермами, а на её окраине виднелось округлое чёрное пятно. Луна сказала мне, что эта сфера появилась совсем недавно, и она оставила двух стражей защищать жителей до нашего прихода. По мере нашего приближения к деревне Голдриф в воздухе вокруг начал разливаться запах тревоги. Не знаю, как моя спутница, но пройдя ещё метров сто, я уже буквально тонул в запахах страха и смерти. Сансет начала беспокойно крутить головой.

— Враг близко! Прикрой мне спину. — сказал я Сансет.

Сделав несколько шагов по центральной улице деревеньки, я увидел труп пони на обочине. Задняя часть трупа была обглодана до костей, а передняя часть была в броне стражника. Сансет поспешила отвести взгляд от останков несчастного стража, но не успела — её вырвало.

— Кто мог сделать такое? — спросила она.

— Держись ближе и не отставай. — сказал я.

Я вытянул меч из ножен и покрыл своё тело особой чешуей, нос говорил мне, что враг где-то рядом, но глаза не видели никого. Надо выманить его, заставить показаться, иначе наша охота затянется. Дверь ближайшего домика приоткрылась и оттуда выглянул второй серый стражник-пегас, он крикнул нам:

— Сюда, быстрее прячьтесь!

Я приказал Сансет ждать, а сам направился к домику. Я чувствовал возрастающую угрозу с каждым шагом. Каждый мускул моего тела напрягся, изготовившись к действию. Он выпрыгнул из кустов справа от меня. Его шкура сливалась с окружающей средой. Я сделал быстрый перекат вперед и на ходу развернулся назад, но твари там не было. Теперь понятно почему твари не видно — она использует камуфляж. Поэтому я изменил свое зрение, так чтобы видеть инфракрасное излучение. Нагретая земля была желтоватого цвета.

Краем глаза я заметил движение сзади и снова перекатился вперед. Теперь её было видно — здоровенная ящероподобная тварь с шипами вдоль хребта и кривыми длинными конечностями. Она была чуть теплей окружения — светло-оранжевая для моего взгляда. Тварь тут же среагировала на мои движения, попытавшись скрыться. И ей это удалось, длинные конечности унесли чудовище за дом. Я побежал за ним. Оббежав его тварь была на главной дороге перед домом. Сансет не растерялась — использовала магию, воспринимаемою мной как зелёный туман. Похоже теперь она тоже могла видеть монстра и отправила его сторону магический разряд. Я метнул в бегущего на единорожку ящера свой меч и попал твари в заднюю ногу. Тварь завизжала и на бегу перекувыркнулась через себя.

Сансет накинула на монстра светящуюся магическую сеть и приблизилась к нему, концентрируя магию на кончике рога. Напрягшись, ящер покрылся чёрным паром, разодрал сеть и бросился на глупую пони, решившую, взять его живьём. Ударом лапы он повалил Сансет Шиммер на землю и впился зубами в её переднее копыто. Я забежал ящеру со спины, и с ходу налетев на него, ударил покрытым твёрдой чешуёй локтём в затылок твари. Ящер затих, но копыто не выпустил. Мощным усилием рук, я разжал челюсти оглушённого монстра, освобождая конечность Сансет. От боли она кряхтела и плакала. На переднем копыте остались рваные следы зубов твари. Рана выглядела страшнее, чем была на самом деле.

— Терпи магичка. Сейчас полегчает. — сказал я и размазал немного живительных клеток на её ранах.

Пока я занимался ранами моей спутницы, к нам подлетел выживший стражник-пегас. На его теле остались борозды от когтей ящера.

— Мой Лорд, мы защитили жителей, но мой напарник погиб, прикрывая их отход. — доложил он мне.

— Вольно страж. Позаботься о своих ранах. — сказал я.

Обследовав деревню, мы убедились в том, что существо было одно. Я взял оглушённую тушу за шкирку и поволок к тёмной сфере. Подхватив ящера второй рукой, я метнул его в сосредоточие тьмы — возвращаю отравителю. Тело ящера беззвучно провалилось в черные недра сферы. Я сжёг заранее подготовленное письмо. Теперь Твайлайт через Спайка получит весть, приведёт Элементы Гармонии и с ними закроет портал, осталось только дождаться их.

Солнце постепенно вошло в зенит и нещадно пекло. Я отправил стража за жителями, а сам с Сансет разместился в придорожной корчме, спасаясь от палящего зноя. Не все жители бежали из деревни, некоторые просто попрятались в домах. Шорохи и запахи из соседних домов надёжно докладывали мне об их присутствии.

Спустя пару часов вернулись сбежавшие жители, возглавляемые пегасом-стражником. Нас накормили, а после стали наперебой спрашивать о монстре. Я предоставил моей спутнице отвечать на вопросы, а сам покинул корчму и вышел на дорогу. На севере вдалеке показалось пылевое облачко, а вслед за ним транспорт напоминающий дилижанс. Вскоре экипаж добрался до деревни. Это была небольшая карета, запряженная четверкой крепких жеребцов земнопони. Из неё вышла неразлучная шестёрка друзей. Твайлайт бросилась ко мне обниматься, а остальные деликатно отвернулись. Все кроме Рэйнбоу Дэш, она продолжала смотреть. Мы с Твай поцеловались — без языков, только губами. В этот момент я понял насколько соскучился по ней. Мне не хотелось выпускать её из объятий, но нужно было закончить дело.

Шестёрка пони подошла к чёрной сфере украшения на них засветились, соединяясь магическими лентами. Яркая вспышка магических украшений породила радужный магический поток, взмывший ввысь, а затем низринувшийся на сферу, укутывая её. Через пару мгновений всё было кончено, провала во тьму больше не существовало.

— Дело сделано. — заявила Эплджек.

— Да. Ещё одна дыра заделана, но мы до сих пор не узнали, что вызывает их. — сказала Твайлайт Спаркл.

— А может эти штуки насылает злющий-презлющий чародей сидя в своём замке? — спросила Пинки Пай.

— Пинки, не говори глупости, в Эквестрии не осталось на столько сильных злых магов, все они были побеждены Селестией и Луной, да и Дискорд тоже таких не жаловал — они мешали ему развлекаться. — сказала Твайлайт.

— Кто бы это ни был, он заплатит за все смерти, которые причинил своим волшебством. Это я вам обещаю. — сказал я.

— Наде… — начала было Твайлайт.

Её перебил королевский страж, подлетевший ко мне.

— Лорд, срочно нужно ваше присутствие, мы нашли ещё один портал. – сказал запыхавшийся белый страж-пегас.

— Увидимся позже Милая. — сказал я Твайлайт. — Веди! — это уже белому стражу.

— Мой Лорд, нам придется лететь, там остались мои товарищи. Боюсь, мы можем опоздать, если пойдём пешком.

Я, молча, согласился с ним и сказал Сансет возвращаться в Кантерлот без меня. Мы летели на запад. Впереди виднелись горы и через час полета мы стали снижаться к их подножию. Мой проводник сделал лихой вираж и приземлился на небольшой полянке в предгорном лесу. Я последовал за ним. Тут же из леса к нам вышли двое стражей, а на другой стороне поляны показалось гуманоидное существо.

Быстрым шагом я направился к нему. Внезапно сзади на меня накинули сеть с каменными грузилами по краям. Такого подвоха я не ожидал. Развернувшись, я посмотрел на стражников — они превратились в здоровенных безволосых гуманоидов с плоскими лицами, блестящей серой кожей, красными глазами и выдающимися клыками. Через секунду они обрушили на меня град ударов, сбивший меня с ног. Добивали меня, теряющего сознание, они уже вчетвером и ногами.

## Девятая Глава

Пахло сыростью и каменной пылью. Чувства возвращались, а вместе с ними и боль от полученных травм. Один из них тормошил моё плечо и явно чего-то хотел. Я попытался схватить его, но не тут, то было — поперек моей груди и рук лежала толстая цепь, она и не давала мне сделать это. До меня постепенно начало доходить, что обычная цепь не может так сильно вдавливать меня в пол.

— Почему ты убиваешь нас — своих братьев? Все мы дети тьмы. Всех нас призвала ЕГО сила. — слегка сиплым голосом произнёс гуманоид.

— Не брат ты мне гнида серожопая. Чего вам от меня надо?

— Присоединяйся к нам или будешь гнить в этой пещере до конца своих дней.

— А каковы ваши цели?

— Ты и сам прекрасно их знаешь! Но если хочешь, озвучу: господство тьмы на этих землях и удовлетворение всех своих желаний. Когда Великий Чародей Тьмы распространит свою власть на весь этот мир, он уйдёт. А мир отдаст нам для потех.

— Этот мир мой! А чародею твоему — выродку унылому, я самолично яйца оттопчу.

— У тебя будет ооочень много времени подумать. Переменишь решение — кричи. — злорадно заявил гуманоид.

Он вышел, а спустя мгновение вход со скрежетом стала загораживать каменная плита, закрывая рассеянный свет. Почти полная темнота вокруг, лишь сквозь маленькую щель сверху закрытого прохода пробивается бледный отсвет огня. Я пробовал двинуть ногой, но оказалось ноги мои тоже придавлены цепью. Я попробовал трансформировать тело в его более сильный вариант. Но это не помогло, чем больше я прилагал усилий чтобы скинуть цепь, тем сильней она давила на меня. Эти потуги лишь привели к тому, что я выдохся.

Надо подумать. А пока погружу тело в летаргический сон. Да, мысли будут течь гораздо медленней, но и продержусь я дольше на оставшейся энергии. Так как они не могли воздействовать магией на моё тело, то цепь скорей всего была зачарована. Если бы она действительно столько весила, что мне не поднять, я был бы уже раздавлен. Уничтожить цепь непросто, наверняка она защищена магией. Тогда как мне, чёрт побери, выбраться!

Идея была обмануть цепь, но для этого нужно ещё улучшить мои способности. Я тренировался на пальце, пока фокус наконец не получился, но для его реализации в больших масштабах требовались огромные затраты энергии, а её осталось очень мало. Внутренние часы говорили мне, что прошло уже около месяца. Мне нужна была энергия!

Каменная плита со скрежетом камня о камень отъехала. Это заставило меня очнуться от глубокого сна. Гуманоид втолкнул какое-то существо внутрь и сказал:

— Ещё не передумал? Целый месяц ничего, а тут такие подарки. Развлекайся пока. Почувствуй от чего отказываешься, противостоя нам.

Плита вернулась на место. Снова погружая мня во тьму. Но на этот раз я был не один. Перед глазами вспыхнул свет. Крохотный яркий огонёк зажёгся на кончике рога голубой единорожки, слепя мои адаптированные к мраку глаза. Привыкнув к освещению, я понял, что с моей гостьей не всё в порядке — она будто пребывала в глубоком трансе. Её глаза были слегка затуманены, дышала она медленно и глубоко.

И первое, что она сделала — стянула магией с меня штаны.

— Эй прекрати. Если это они тебе приказали, можешь этого не делать. — попытался я урезонить её.

Но она пропустила слова мимо ушей. Юрким язычком она разбудила спящего змея. Повинуясь её язычку, он встал и проскользнул между её нежных губок прямо в ротик. Тесно обхватив его губами, единорожка скользила по стволу глубоко погружая себе в горло. Я сдерживался как мог. Приближая меня к черте, она остановилась и поднялась.

Покачивая стройными бёдрами, она переместилась ближе к моей голове и стала опускать круп. Её мокрые нижние губки коснулись головки члена. И тихонько взвизгнув, она села на гиганта. Растягивая её плоть сверх всякой меры, гигант на две трети провалился в тесную ямку и поцеловался с шейкой матки загипнотизированной поняши. Она стала резко двигаться на нём, явно делая себе больно, выполняя команды этих ублюдков.

Я решил прекратить это. Положив руки ей на бёдра, я изменил клетки ладоней и члена. Через две секунды тело несчастной единорожки пронзил электрический разряд, сбивая дыхание и вызывая у неё судороги. Она упала на меня и огонёк на кончике её рога погас. Через несколько секунд пони отдышалась и пришла в себя. Разряд прошёл гораздо ниже жизненно важных органов и был недостаточно сильным чтобы повредить нервную систему. Но в самый раз для вывода из транса.

Окончательно очнувшись, единорожка вскочила, отпрыгнула от меня и прижалась к дальней стене пещеры в полуметре от моих ступней. Молчание затягивалось, единорожка снова зажгла огонёк и решилась заговорить.

— Что ты делал с Великой и Могущественной Трикси и почему я заперта здесь с тобой.

— Ты была под гипнозом, я всего лишь вернул тебе свободу воли.

— Я помню стражников они что-то говорили мне. У них были странные глаза. Эти глаза. Дальше все размывается, они привели меня и ещё нескольких сюда. О Селестия, я делала с тобой это! Они сказали, что так надо. И я верила, что делаю всё правильно.

— Ты хочешь выбраться от сюда?

— Да.

— Тогда тебе придется довериться мне. У меня есть план побега.

— Хорошо, выбора у меня особо нет, поэтому Великая и Могущественная Трикси поможет тебе.

— Натяни мои штаны обратно и попробуй с помощью магии убрать с меня эти цепи.

Трикси медленно натянула мои штаны, пялясь на моё причинное место, даже после того как оно скрылось за тканью. Магия Трикси оказалась бессильна что-либо сделать с цепями. И поэтому я предложил мало приятный выход:

— Трикси мне нужна еда для восстановления сил. Ты подойдёшь. Поделись своей кровью. Обещаю, это не убьёт и не превратит тебя во что-нибудь плохое.

— Ты вампир?

— Нет, но ничего другого из того, что я обычно ем здесь нет.

Пони замерла в нерешительности.

— Они убьют тебя после того как решат, что ты со мной натешилась. А меня оставят гнить здесь, потому как я ни за что не соглашусь сотрудничать с ними. Иначе я предам Селестию и Луну. — сказал я.

Молча она встала надомной и опустилась, устраиваясь у меня на груди, подставляя шею моим губам.

— Я тебе верю. — прошептала она.

— Это ведь ты — Лорд-протектор Дио, пропавший более месяца назад. Тебя до сих пор ищут. — чуть громче добавила она.

Я удлинил верхние клыки, превратив их в иголочки. А затем медленно укусил поняшу в шею. Она глубоко вздохнула и вздрогнула, но не попыталась отстраниться. Через слюну я ввел ей местный анестетик и антикоагулянт. Её кровь наполнила мой рот. От вкуса и запаха крови у меня вскружило голову, и я присосался к её шеё, жадно поглощая живительную влагу. Голод, мучивший меня целый месяц, отступил. Слабость тоже прошла, и я отстранился от шеи поняшки. Она побледнела и шатаясь встала, чуть не упав на меня.

— Прости, кажется я взял больше чем надо.

— Всё нормально, это ведь поможет нам выбраться. Великая и Могущественная Трикси бывала и в не таких передрягах.

Я получил достаточно энергии для трансформации. Теперь предстояло повторить то, что я делал с пальцем только в большем масштабе. Я начал трансформацию. Органы уменьшились, а за грудной клеткой начали расти новый позвоночник и рёбра. Закончив формирование маленького тела внутри большого, я стал выбираться из своего старого тела как бабочка из кокона, при этом моё большое тело оставалось живым и не давало цепи прижать малое тело. Я выполз и как только это произошло клетки большого тела-кокона стали умирать. Через несколько минут биологическая конструкция не выдержала и под давлением цепей разрушилась. Свобода! Я вернул своему телу прежний вид, вытянул свою одежду из-под цепей и оделся. Трикси находилась в легкой прострации от увиденного.

— Оставайся здесь, я разберусь с охраной, а затем вернусь за тобой. — сказал я хотя и знал, что она в таком состоянии далеко не уйдет.

Я поднапрягся и сдвинул глыбу закрывающую вход ровно на столько чтобы вылезти. По пещерному коридорчику естественного происхождения плясали отблески пламени из большого зала впереди. Ещё метров тридцать, и я стоял в слабо освещённом колодце, образовавшимся вымыванием породы водой. На верх вел узкий карниз, закручивающийся по спирали почасовой стрелке.

А прямо передо мной была небольшая зловонная яма, заполненная трупами пони. Тела носили множество ран и увечий, что говорило о том, что их пытали перед смертью. Слёзы навернулись на глаза. Мои знания, а также те, что принадлежали Селестии и Луне говорили, что пони хоть и не идеальный народ, но в целом они очень добрые и отзывчивые существа. И не заслуживали такой жестокости.

Ярость и гнев поднялись во мне, глаза заволокла красная пелена. Я повернулся налево и побежал на верх, находу обрастая чешуёй и когтями как у росомахи. Один из них сидел на табуретке над трупом пони и вырезал у него внутренние органы. Он обернулся на звуки моего бега. Я прыгнул и вонзил двадцатисантиметровые лезвия в его шею и грудь. Он ткнул меня своим инструментом, но не пробил чешую. Я разорвал его на куски, упиваясь кровью. Жалкие ошмётки, что от него остались я скинул в колодец.

Дальше я пошёл медленней, чтобы не создавать шума. Всё во мне кипело, меня трясло. Я чуял их запах и шёл к ним. Второй варил что-то в котле в небольшом закутке с трещинами в потолке куда затягивало дым. Я бесшумно подобрался к нему достаточно близко, но он почуял меня и обернулся. Ублюдок метнул в меня сгусток тьмы, на рефлексах я пригнулся и сгусток пролетел мимо меня в пещерный коридор. Я разогнался с низкого старта и приблизился к уроду в плотную. Гуманоид в замахе правой рукой блеснул топором. Но я не дал ему закончить движение, чуть опередив его, перерубил ему запястье и топор с кистью ударился о стену и упал. Обратным движением я вскрыл ему череп. Расчленив тело, я побросал куски в котел и подкинул дров под него.

Я направился в коридор. Прошёл мимо места, где сгусток тьмы, брошенный гуманоидом, бесшумно взорвался и в области метра разъел тело горы на десяток сантиметров в глубь, оставляя чёрные подтёки. Коридор резко пошёл в верх и закончился небольшим зальчиком.

К наклонной доске был привязан пони. Из множества ран на теле несчастного текла кровь. Перед ним стоял его мучитель — самый здоровый из всей гуманоидной братии. Повернув голову, он увидел меня.

— Братья у нас тут попытка побега! — крикнул он ухмыляясь.

— Ты будешь тухнуть вместе с ними мразь! — прорычал я, от чего его ухмылка мигом сползла.

Он подхватил двуручный меч — мой меч и побежал на меня. Я побежал на встречу. Он удалил клинком с боку, но я вовремя отскочил назад. И резко прыгнул на него. Он не успел завершить обратный удар — моя нога ударила его снизу-вверх в горло. Я повалил его на спину, когтями пригвоздил руки к полу.

— Ты нас не остановишь, мы завершим нашу миссию. — прохрипел он.

— Смерть обламывала и не такое. В небытье сучара! — прорычал я.

Я выдул тонкую струю пламени и прожег ей брюхо урода. Он заорал. Постепенно усиляя напор пламени, я сжёг ему все внутренности. В ярости испепелял его, пока на его месте не остался лишь прах.

Жеребец, привязанный к доске, умер не дождавшись спасения. Выход из пещеры был замаскирован кустами и присутствия последнего “брата” не наблюдалось. Ярость спала, оставляя за собой только печаль и пустоту. Я вернулся к Трикси и сел рядом с ней. Она тронула меня за руку, я очнулся от транса и убрал когти и чешую.

— Пойдём от сюда. Только завяжи глаза, тебе не стоит видеть это. — сказал я.

Я вывел Трикси из пещеры. Взяв её на руки, выпустил крылья и взлетел. Полет в Кантерлот прошёл без приключений.

* * *

Мне понадобится оружие и снаряжение — я не надеялся брать чародея голыми руками. И я знал кто может мне с этим помочь. Тандерстрайк работал за верстаком и не замечал меня.

— Как дела дружище? — начал я разговор.

— Дио, привет, да вот безделушки мастерю. А вообще всё прекрасно.

— Как с Клинворк всё прошло?

— Я женюсь. Спасибо тебе, сам я никогда не сделал бы первый шаг.

— Ух, даже лучше, чем я рассчитывал. Счастья тебе. Я по делу пришёл, ты наверняка слышал о том, что я на месяц пропадал?

— Да. Знатную шумиху ты поднял, принцессы себе места не находили.

— Я кое-что узнал и мне кое-что нужно.

— Снаряжение понадобилось?

— Точно. Нужна взрывчатка, много взрывчатки, метательные ножи, метательные топорики, перевязи — чтобы всё это тащить на себе. И спасибо тебе за такой классный меч, он очень помог мне.

— Ха-ха, да пользуйся на здоровье, а на счёт оружия: из взрывчатки есть только промышленный динамит, а со всем остальным я чего-нибудь придумаю.

— Если понадобится "чудо эликсир", только скажи, я ещё ящик сделаю. — я подмигнул ему и вышел.

* * *

Двери тронного зала распахнулись и в них вошёл человек, усталый, в грязной и рваной одежде. Взгляды всех присутствующих обратились на него. Человек шёл к трону. Принцесса Селестия сбежала с тронного возвышения и бросилась ему на встречу.

На пол пути к трону мы с Селестией встретились. Она обняла меня передними ногами и прижалась ко мне. Одной рукой я обнял её шею другую положил ей на спину. Я уже хотел начать мой рассказ, но у Селли были другие планы. Воспользовавшись тем, что я открыл рот, она поцеловала меня никого не стесняясь. Её движения и дыхание говорили мне красноречивей любых слов на сколько она истосковалась по мне. Немного выпустив чувства, Селестия взяла себя в копыта и выпустила меня, чуть отстранившись.

— Надо поговорить наедине. — сказал я.

— Пойдем в спальню. — серьёзно сказала Селестия.

Мы зашли в наши покои. Селля закрыла дверь и повернулась ко мне. Я рассказал ей всё, что случилось после того, как я улетел со стражем в неизвестном направлении.

— Один из них выжил, и я думаю он ударит по нам. Его целью будут Элементы Гармонии или ты с Луной. — добавил я.

— Привези Твайлайт с друзьями сюда, здесь будет легче защитить их.

— Теперь, когда мы узнали, что за всем стоит чародей. Нельзя ли как-нибудь отследить его магию?

— Я пыталась много раз, но я не чувствую магию порталов, будто она какая-то другая, не из нашего мира.

— Нужно его остановить как можно скорее, иначе мир какой он есть сейчас будет разрушен. Если бы я взял себя в руки и скопировал память одного из гуманоидов, нам не пришлось бы сидеть в неведении, ожидая удара.

— Ты не виноват, я сама потеряла бы самообладание, если бы увидела и пережила что и ты.

— Что-нибудь произошло пока меня не было?

— Были ещё два портала, мы с сестрой магией загнали тварей из них обратно, а Твайлайт с друзьями закрыли их. Из-за их сопротивления магии, это было нелегко, но мы справились.

— Знаешь, что ещё было нелегко? — спросила она.

— Нет. Хотя могу догадаться.

— Ненавижу спать без тебя! — категорично заявила Принцесса.

— Ну думаю перед моей поездкой в Понивиль мы успеем наверстать упущенное?

Селестия посмотрела на меня самым развратным взглядом, какой я только видел, сорвала с меня одежду и понеслооось…

* * *

Раннее утро, полёт нормальный, пегасы из погодной команды уже начали разгонять собравшиеся за ночь облака. Понивиль постепенно просыпался, на его улицах появлялось всё больше прохожих. Впереди показалась цель моего путешествия. Из-за ненасытных принцесс мне пришлось задержаться в замке на весь день и до конца ночи. Я давно не видел Твайлайт и надеялся, что моя задержка не окажется фатальной для неё или её друзей.

Дерево-библиотека вызвало у меня неясные ностальгические чувства. Приземлившись у двери, я почувствовал легкое волнение. Наконец, я решился и уверенно постучал в дверь. Дернув за ручку, я выяснил, что дверь закрыта. Неужели она ушла по делам, но тогда за библиотекой присматривал бы Спайк. Я уже хотел отправиться на поиски её друзей, чтобы выяснить куда делась Твайлайт. Но в этот момент, щелкнув замком, дверь приоткрылась и в щелку выглянула слегка взъерошенная лавандовая единорожка. Её глаза широко раскрылись, и она тихо обронила:

— Дио…

Дверь распахнулась, и Твайлайт прыгнула на меня. Я поймал её на руки и прижал к себе. Она стала тереться носиком о мою грудь и тихонько шептать:

— Так долго. Тебя не было так долго. Ты исчез, я так волновалась.

— Я постараюсь приезжать почаще, Твай. Не печалься.

Вырвавшись, поняша поманила меня и сказала:

— Пойдём внутрь.

Я последовал за ней. Когда я вошёл она магией закрыла за мной дверь. Я пересказал ей историю, которую рассказал Селестии. И передал ей приглашение принцессы пожить в Кантерлоте. Она слушала очень внимательно.

— К вечеру соберёшь друзей? Не хочу оставлять принцесс на долго, а то в следующий раз они меня разорвут.

— Если так хочет Селестия, думаю никто не откажется пожить какое-то время в Кантерлоте.

Я достал из своей сумки и протянул Твайлайт книгу, ту самую, которую добыл в Жеребячьих горах. Твайлайт пристально посмотрела на обложку, и будто не веря своим глазам, раскрыла книгу и стала её листать. Затем захлопнула книгу и воскликнула:

— О святая Селестия, это же Аликорникон! Последний экземпляр этой книги был утерян много веков назад. Где ты добыл такую редкость! В этой книге содержится древняя история аликорнов, и многие их секреты. — восторженно тараторя, Твайлайт бегала по библиотеке, светясь от счастья.

— Теперь эта книга твоя. — сказал я.

— Это сон, да? Это просто не может быть правдой. Ты делаешь меня такой счастливой! — плача от счастья, она бросилась обнимать меня.

— А где Спайк? — спросил я.

— Я приболела и отправила его на недельку в Кантерлот. Но теперь, когда ты пришёл, я чувствую себя намного лучше.

— Точно? Могу дать тебе целебных клеток — они тебя в миг на ноги поставят.

— Не надо, ты — моё лекарство. — произнеся эти слова она мило улыбнулась.

Фиолетовая поняшка развернулась задом ко мне и стала тереться им о мою ногу немного выше колена. При этом она зазывающе посматривала на меня, всем своим видом показывая, чего она хочет. Мои штаны мгновенно промокли в том месте, где поняша касалась меня, а узник, заключенный в них, пытался порвать пуговицу и освободиться. Пока я снимал рубашку, Твайли зубами стянула с меня штаны, освобождая заключённого в них "узника". Она взяла в рот мой крепкий член и показала мне, что достигла значительного прогресса в искусстве миньета. Уверенными движениями она проталкивала колбаску себе в рот, орудуя языком по всей её поверхности. Сдерживаться под её напором становилось невозможно и ротик Твайли наполнился изысканными сливками моего собственного приготовления.

Выдохнув, я вытащил член из её ротика. А она побежала на второй этаж, задорно помахивая хвостиком и взглядом зовя меня за собой. Я настиг её у кровати. Повалил на постель и жадно прильнул к её губам, одновременно лаская пальцами чувствительные места на спине Твайли. Но она перехватила инициативу и толкнула меня на спину.

— Позволь мне провести один тест, обещаю тебе понравятся результаты. — попросила Твайлайт.

Я издал одобрительный звук и продолжил ласки чувствительных точек на теле молодой единорожки. Прицелившись, Твай аккуратно ввела ствол в свою изнывающую щёлку. С мелодичным стоном она села на меня, растягивая своё влагалище здоровенным "шахтёром". Член вошёл почти полностью и упёрся в матку кобылки. Тихо постанывая, она принялась насаживаться на мой бурильный агрегат. Постепенно Твайлайт ускорила темп и её движения стали более грубыми.

Твайли потеряла контроль над собой, последний скачёк и её щёлка судорожно сжимает мой член. Мордашка Твайлайт приобрела счастливое выражение облегчения и эту милую картину дополнял свесившийся из её ротика язычок. Отдохнув минутку и взяв себя в копыта, её активная работая бёдрами продолжилась. И она добилась своего — тугая струя заполнила её полости белой жидкостью. А меня отправила в состояние полного улёта, наполняя мышцы сладкой истомой.

Твайлайт, дав мне несколько секунд передышки, снова пустилась вскачь. Не щадя себя, она доводила себя и меня до оргазма. Твай сильно вымоталась и движения давались ей с большим трудом. В месте соединения наших тел текли обильные выделения, смешиваясь в причудливый коктейль. Наконец, тяжело дыша, поняша повалилась на меня.

— Ну как, я сдала тест? — спросила Твайли.

— Да, но думаю тебе предстоит ещё один.

Пора и мне поработать. Повернувшись на бок, я сел на колени и пристроил моего горняка к чёрной шахте, разработки в которой давно не проводились. Вырвав из горла единорожки жалобный вскрик, "удалой шахтёр" резкими движениями врывался в тугую породу, добывая самородки наслаждения.

Поняша напряглась и тихонько попискивала, лёжа на боку. Я держал её заднее левое копыто и мощными поступательными движениями бурил её попку. Закончив трудовую смену, мой "шахтёр" вывозил сотни тележек с самородками удовольствий, отчего такое богатство сильно ударило мне в голову. Приказ топить был дан, и шахта быстро заполнилась густой белой жидкостью. Твайлайт обмякла и слабо реагировала на то, что происходит вокруг. Юное тело молодой единорожки подверглось суровым испытаниям, но я знал, что ей очень нравился анальный секс.

Я взял её на руки и встал с кровати. Ванна в библиотеке была, но сравнивать её с ваннами королевских покоев всё равно, что сравнивать тазик и джакузи. Включив тёплую воду, я сел в ванночку, разместив мою ласковую пони у себя на коленях. Для удобства, я развернул её спиной ко мне, и мои руки заскользили по мягкой бархатистой шёрстке поняши, тут же намокшей от воды.

Она позволяла мне делать с ней абсолютно всё, куда бы мои шаловливые ручки ни заглядывали. Твайли повернула голову ко мне и лизнула мою щёку, в ответ на мои ласки. Наши губы встретились и между ними завязалась мягкая борьба языков. Меня обуял, прилив тёплых чувств к Твайлайт — чувство абсолютного счастья.

Вытершись и причесавшись, мы отправились на кухню перекусить. За столом Твай рассказывала мне о своих последних успехах в области дружбы и приключениях в походах против чёрных сфер. Но внезапно она прервалась и задумалась.

— Я совершила ошибку. И теперь одна из моих подруг несчастна. Она не признаётся в этом. Но это заметно всем, кто с ней хорошо знаком. — после паузы сказала она.

— Эплджек всё ещё убивается из-за того вопроса?

— Нет. Рэйнбоу. Она сильно грустит хоть и пытается не показывать это. Даже летает реже. А когда её спросили почему она сидит дома, она сказала, что больше не хочет быть вондерболтом. Ну зачем ты согласился со мной тогда?

— Думаешь это из-за меня? Я трахал её потому, что люблю тебя, глупенькая!

— Я не знаю, могу ли я после всего просить тебя о помощи. Ведь это я заварила эту кашу. Но мы уже всё перепробовали, чтобы вернуть её в норму.

— Твай, есть два выхода для Рэйнбоу. Первый: улететь куда глаза глядят от всего, что напоминает ей о случившимся, и спустя время забыть всё как скверный сон. Второй: это присоединение к нам. Я знаю, что она твой друг и ты не хочешь её терять. Но захочет ли она быть не единственной любимой?

— Я не знаю. — ответила она.

— Хорошо, я поговорю с ней.

— Спасибо Любимый. — нежно сказала Твайлайт.

После еды я оставил Твайлайт. Выпустив крылья, я подлетел к домику Рэйнбоу на облаке. На звонок в дверь никто не открыл. Я проявил настойчивость и продолжал звонить. Когда мое терпенье кончилось, и я уже хотел ломать дверь, она открылась. За ней стояла голубая пегаска и глядя в пол ворчливо спросила:

— Чего надо? Я же дала всем понять, что хочу побыть одна!

— Даже меня не хочешь видеть?

Пегаска посмотрела на меня и широко раскрыла рот не зная, что сказать.

— Нам надо поговорить. Пустишь меня в дом?

— Не надо мне утешений, оставь меня, моя жизнь разрушена! — воскликнув, она сорвалась с места и вылетела в дверной проём мимо меня.

Таких поворотов я не ожидал и бросился за ней. Я заметно уступал ей в скорости. Нужно что-то быстро придумать, чтобы не упустить её. Я сделал своё тело и одежду как бы прозрачными, покрыв их слоем особых клеток, принимающих окраску окружающей среды за телом. И стал набирать высоту.

Отлетев на приличное расстояние от дома Рэйнбоу осмотрелась и решив, что её больше не преследуют, снизила скорость полёта. Она не знала, что сверху за ней наблюдают. Оказавшись впереди неё, я бесшумно спикировал. В пике схватил бунтарку и продолжил полёт к земле. Я снял маскировку и Рэйнбоу снова могла меня видеть. По пути к земле поняша дико брыкалась и вырывалась. Чем и смазала приземление — мы плюхнулись в грязь у маленького озерца в Вечнодиком Лесу.

— Твайлайт и другие беспокоятся за тебя. У тебя проблемы, но ты продолжаешь упорно избегать их. — сказал я.

— Это Твайлайт тебя подослала, чтобы посмеяться надо мной. Моя проблема — это ТЫ! Ты не представляешь, как мне тяжело. Постоянно думать о тебе и знать, что ты никогда не будешь со мной! — Дэши заплакала.

— Я пришёл предложить тебе присоединиться к моему табуну, конечно, если ты не против старых традиций.

— Ты хочешь сказать, что тоже?

— Дэши, ты мне не безразлична.

— Это ведь не какая-нибудь шутка? — всё ещё не веря спросила она.

Вместо ответа я поцеловал маленькую, грязную, плачущую пони. Рэйнбоу и не думала сопротивляться и прижалась ко мне.

— Полетели домой, а то чувствую себя крылатой свинкой. — предложила Дэши.

Путь обратно показался мне намного короче. Большей частью потому, что компанию мне составила голубая пегаска, показывающая по пути разнообразные трюки. Вид при этом у неё был гораздо более счастливый, чем тот, с которым она показалась в дверях своего дома.

На первом этаже был небольшой беспорядок, Дэш проводила меня до ванной, а сама осталась у дверей ждать своей очереди. Я простирнул одежду и развесил её по всей ванной. Затем набрал воды в широкую ванну, больше напоминающую крохотный бассейнчик. И добавил туда душистого мыла из нескольких флакончиков, стоявших рядом на полочке. Я приоткрыл дверь, Рэйнбоу нервозно сидела спиной ко мне, и явно была погружена в свои мысли. Поддавшись внезапному порыву, я схватил пегасочку в охапку и забрался с ней в ванну.

— Эй Дио, ты хотя бы предупреждай прежде, чем вот так вот хватать. — взбунтовалась поняша.

— Тебе ведь понравилось, когда я делал с тобой "очень плохие" вещи?

— Да, но, когда ты так резко хватаешь меня, я могу нечаянно стукнуть тебя.

— Тогда нечаянно мне придётся выяснить, глубока ли понячья нора.

— Ты плохой. И мне это нравится. — усмехнувшись заявила она.

Мы мылись, лаская и изучая тела друг друга, кроме разве что самых интимных мест. Помывшись мы вышли из ванной, Дэши была слегка на взводе и попросила идти за ней. На втором этаже стояла кровать. Дэши развалилась на ней, демонстрируя свои прелести.

— И чего же ты хочешь красавица? — спросил я.

— Один разорви-пизду и романтический поцелуй пожалуйста. — бесстыже ухмыляясь, заявила она.

* * *

Он откинул в сторону полотенце, которым обернулся после ванной и угрожающе двинулся ко мне. По моему телу пробежала дрожь от его взгляда. Я больше месяца мечтала об этом. Внезапно мне почему-то стало страшно. Что если это всего лишь сон. Меня отвлекли от мрачных мыслей его передние конечности, кажется они называются "руки". Он нежно гладил мою грудь и животик. От его рук по телу расходилось приятное тепло. Моё тело расслабилось, и я почувствовала себя тестом в руках умелого пекаря. В низу живота стало очень жарко. Мои крылья торчали и выдавали моё крайнее возбуждение с головой. Кажется, у меня покраснели щёки. Дио лежал рядом и продолжал ласкать меня. Я схватила его руку копытами и медленно опускала её всё ниже и ниже к месту, где жар был уже невыносим.

Его пальцы играли с моей киской, он ввёл два из них в неё и быстро задвигал рукой. Я стонала хотя и пыталась сдерживаться. А потом меня накрыло. Я облила его руку своими соками и кажется на пару секунд куда-то провалилась. Когда я очухалась он смотрел на меня и улыбался.

— Ложись-ка на спинку ровно. Моя очередь поработать. — должно быть это звучало дерзко, но мне не хочется показывать ему, что я стесняюсь того, что так быстро кончила.

Я забралась ему между ног и лизнула головку по-боевому торчащего члена. А затем погрузила его прибор в рот, до половины. Дальше пропихивать в горло было тяжело. Процесс сосания постепенно поглотил меня. Он застал меня врасплох, схватив за задние ноги, перевернул и уткнулся лицом в мою щёлку, держа меня на весу за ноги. И снова заставил меня испытать оргазм, но на этот раз я отплатила ему, и он тоже наполнил мой рот своей вкуснющей спермой. Дио отпустил меня, внутренности ещё дрожали от испытанного.

— Так что, хочешь к нам с Твайлайт и Принцессам?

— Ага, ты ведь будешь и со мной тоже, а учитывая, что жеребцов всегда намного меньше кобыл, мне ещё повезло найти такого, который трахает, как бог.

— Ну сегодня я тебя точно затрахаю.

Он уложил меня на спину и стал тереться своим огромным членом о мою киску. Как он уместился во мне в прошлый раз? Я немного запаниковала и попыталась отодвинуться, но он схватил меня за передние копыта и развёл их в стороны. Я была беззащитна перед ним. И это до безумия возбуждало. Он наклонился и поцеловал меня с языком. Его язык щекотал мне нёбо и вёл себя как непрошеный гость, я попыталась вытолкать его своим языком, но это было не легче чем заставить Пинки вести себя спокойно. Там внизу уже можно было плавить чугуниум, и я попыталась напомнить Дио про это место, толкнув его гиганта промежностью. Он прервал поцелуй и немного отстранился.

— Выеби меня так, чтоб я ходить не смогла. Давай, вставь мне своего монстра. — потребовала я.

— Знаешь не зря мудрые пони говорят — будьте осторожны со своими желаниями.

Он взял свой огромный член рукой и направил в мою щёлку. Медленно моя плоть расступалась перед ним, он продолжал входить, и я, неудержавшись, громко и со стоном выдохнула. Его член дошёл до конца, пихнув меня внутри. Я не смогла, как и в прошлый раз принять его полностью. Дио начал двигаться. Сначала медленно и плавно затем наращивая обороты заставил меня стонать от чудесного чувства наполненности и трения чувствительных точек. Я почувствовала, как что-то горячее растекается во мне и не смогла больше терпеть, громко застонав, испытала уже третий за сегодня оргазм.

Дио продолжил нещадно долбить меня с таким напором, будто дикий голодный зверь дорвался до большого скворчащего куска мяса. Я кончала, снова и снова. Наконец он отпустил меня и вытащил своё толстое жало из моей пресытившейся и ноющей письки.

— Фух… чуть не померла! Ты классный. Может чайку попьём? — предложила я.

Он повернулся ко мне с горящими глазами и страшным голосом сказал:

— Не ты ли говорила, что хочешь быть выебана до отказа конечностей?

— Эээ… а может не надо, и так было здорово зачем впадать в крайности.

Я опустила взгляд: у него было два члена вместо одного.

— О боже. — только эти слова слетели с моих губ, я попыталась удрать в окно, но он поймал меня за хвост и притянул к себе. Дио посадил меня как раз между двух свои членов, так что они щекотали мне промежность.

— Не надо, пожалуйста, ты меня разорвёшь! — взмолилась я.

Но он был глух к моим просьбам. Его руки давили на мои бёдра с верху, заставляя насадиться на его орудия. Головки его членов проникли в меня, и он ослабил давление. Я немного расслабилась и потеряла бдительность. Это была уловка — резким движением он ввёл оба члена в мои дырочки почти до конца. Я заорала так, будто меня убивают. Он, держа меня за хвост, насаживал моё тельце на свои сосиски. Вскоре я привыкла к ощущениям и стала помогать ему. Он кончил, заполняя мои дырочки своей спермой. Я продолжила насаживаться, часть его выделений вытекала из моих хлюпающих отверстий. Я почувствовала себя странно: как будто приближался мой оргазм только гораздо сильнее. Через несколько скачков это чувство захлестнуло меня с головой. В глазах потемнело, а тело больше не слушалось меня и при этом было, так хорошо будто выпила целую бочку фирменного эполовского сидра.

Я очнулась на нём. Дио больше не держал меня. Его члены всё ещё были во мне. Я привстала, вытаскивая его половые органы из себя, освобождаясь от давления переполнившего меня семени. А затем мне снова захотелось ощутить их внутри, и я села на них обратно насаживаясь на максимальную длину со сладким вскриком. Дио притянул меня к себе и неистово поцеловал. Затем вышел из меня, поставил на кровать, а сам пристроился сзади на коленях. И всё повторилось: два члена трущиеся и разрывающие юную плоть пегасочки. Мои крики наверно перепугали весь Понивиль.

* * *

Мы лежали на кровати бок о бок, кровать была перепачкана нашими выделениями и потом. Но кто сказал, что я должен щадить Рэйнбоу или себя. Сегодня она получила по первому разряду, оттрахана со знаком качества. Я решил начать разговор:

— Предложение попить чаю ещё в силе?

Вместо ответа она ударила меня передним копытом в плечо.

— Знаешь мы уезжаем в Кантерлот, Твайли я и все её друзья. Забыл сказать прости.

— Что!?

— Ну Принцесса Селестия настоятельно просит временно поселиться в Кантерлоте всех хранителей Элементов Гармонии, ради их же безопасности. Короче, на вас охотится убийца.

— Надо срочно всех предупредить!

— Твайлайт занимается этим. Пойдём мыться, вечером уезжаем.

— Отстань, я сама справлюсь.

Рэйнбоу попыталась уползти от меня на другой край кровати. Но я подхватил её и отнёс в ванну.

— Дай мне о тебе позаботиться. — сказал я ей, сажая в ванну.

— Ты уже позаботился о моём крупе так, как о нём ещё не заботились.

— Прости, но ты ведь сама хотела так "чтоб я ходить не смогла".

— Я не в буквальном смысле имела в виду.

— Но тебе же понравилось. Ведь так?

— Это было на сто двадцать процентов круче, чем в прошлый раз. Мне страшно представить, что будет в наш следующий раз.

— Не бойся. Эту планку повышать я не буду: твоё тело может не выдержать этого. — сказал я, намыливая шёрстку голубой пони.

— Знаешь, когда я потеряла сознание мне казалось, что я уже в раю… Твои руки, как ты это делаешь? Я бывала в спа-салоне, но таких ощущений никогда не испытывала.

— Мой секрет очень прост. За счёт моих способностей, я знаю тело пони лучше, чем свои пять пальцев. И воздействую на нервные окончания так, что твой мозг распознаёт мои действия, как очень положительные и приятные. Вот и всё.

Вода наполнила ванну, наполовину и я забрался к Рэйнбоу.

## Десятая Глава

Вы очень выносливый человек, если дочитали до сюда.

Слестия предлагала разместить всю шестёрку друзей в замке и поэтому, я сразу повёл их туда. Приближаясь к замку меня начало беспокоить чувство тревоги. Что-то было не так. Стражи у ворот замка остановили нас.

— Лорд-протектор, разве вы не должны быть с Принцессой Селестией? — кашлянув заметил один из стражей.

Я тихо, но очень грязно выругался. Выпустив крылья взлетел к нашей с Селлей спальне. И через окно увидел, как мою принцессу впихивают в миниатюрную черную сферу в центре комнаты. Я опоздал на несколько секунд, сфера исчезла вместе с Селестией и двумя её пленителями.

Последний из участников действа не успел нырнуть в сферу. Разбив окно, я ворвался в комнату к своей точной копии и сходу ударил его в рёбра. Он устоял на ногах и ответил ударом локтя в основание шеи. Я притворился, что удар прошёл как надо и, нагнувшись, резко дёрнул его за ногу. Моей физической силы и инерции движения хватило, чтобы оторвать клона от земли. С помощью центробежной силы я раскрутил его тело до максимальной скорости и запустил в стену. С глухим ударом и хрустом тело клона ударилось о камень. В отличие от моих трансформаций их превращения были магической иллюзией. На полу у стены лежал знакомый мне серый гуманоид.

Я сел на него верхом и положил руку на его голову. Интервенция в его мозг началась. Однако, с ним было сложнее чем с любым из тех, к кому я применял мою способность. Его мозг отказывался воспроизводить воспоминания, отчаянно сопротивляясь моим клеткам дознавателям. Малую часть его знаний и ещё меньше воспоминаний мне удалось выдрать из него. Сопротивляясь моим клеткам до последнего, его мозг сжёг себя — все связи нейронов были разрушены. Разрушенный мозг не мог управлять телом и гуманоид умер.

Я так и не узнал где засел враг, но кое-что из последних воспоминаний указывало, что недавно он был на юге. Кусочки его знаний говорили, что маг и сам гуманоид с сородичами пользовались какой-то иной магией — энергией, проникающей в этот мир через порталы, которые мы так усилено закрывали в последнее время. Селестия для чего-то была нужна им, иначе они убили бы её здесь. Взяв Селестию в плен, он держит всю Эквестрию за яйца. И особенно меня.

Я взял мой двуручник и вышел за дверь. На встречу мне выбежали и вылетели носители Элементов Гармонии.

— Что с Принцессой Селестией? — спросила взбудораженная Твайлайт.

— Они взяли её в плен. — ответил я.

— Кто они? — спросила Эплджек.

— Слуги Врага.

— Но что им нужно от принцессы? — спросила Рэйнбоу.

— Есть несколько возможных причин взять её в заложники: она правитель и символ государства, пленение правителя — удар по Эквестрии; она — часть моей семьи, удерживая её они оказывают давление на меня; у Селестии есть значительная магическая мощь, блокировав её, они ослабляют наши силы; если мы соберёмся напасть на них и вернуть её — они будут использовать её как живой щит и предмет публичных унижений для деморализации нас.

— Но откуда ты всё это знаешь? — удивлённо спросила Рарити.

— Я думаю, как они, точнее, как он — Маг Тьмы.

— Ты знаешь куда они увели Принцессу? — спросила Твайлайт.

— Наверняка в такое тёмное и страшное место, где мы никогда её не найдём. Ууу… придумала: давайте думать, как Магус Тёмникус и тогда мы точно найдём Принцессу Селестию. — вступила в диалог Пинки.

— Пинки, это не смешно. — тихо сказала Флатершай.

— Когда смешно — тогда не страшно. Страх мешает действовать. А как тогда мы спасём Принцессу, если ничего не будем делать?! — поделилась Пинки-мудростью Пинки Пай.

— Вы не будете спасать Принцессу. Это сделаю я и ещё кое-кто. — заявил я.

— Почему ты не хочешь, чтобы мы помогали? — спросила Твайлайт.

— Эквестрия не переживёт потерю одного или нескольких Элементов Гармонии. Там он будет на своей территории, готовый отразить практически любую атаку. Да мы мешали ему, как могли. И поэтому, он ещё недостаточно силён для открытой войны. Это единственный шанс ударить по нему — пока он не набрал силу, Селестию он будет держать поближе к себе, она — важный элемент контроля над нами. Но маг, допустил ошибку.

— И какую же? На мой взгляд он всё сделал чисто, оставил нас в дураках. — в отчаянии сказала Твайлайт.

— Я могу найти Селестию, где бы она не была. — заявил я.

— Как? Ты же вроде не владеешь магией? — спросила Рэйнбоу.

— Не владею, но я могу почувствовать мои живые клетки за много километров от себя. А в Селестии было очень много моих клеток… — последнее предложение я произнёс, чеканя слова.

Рэйнбоу и Твайлайт многозначительно с понимающим видом переглянулись, а остальные продолжили непонимающе смотреть на меня.

— Просто доверьтесь мне, как поверила в меня Она. — сказал я, проходя мимо них.

Пони не сговариваясь окружили меня тесным кольцом, и прижавшись, обняли меня, не давая пройти.

— Дио, пожалуйста выживи. Если ты умрёшь, не прощу себе, что не пошла с тобой. — сказала Твай.

— Не смей умирать. — строго сказала Дэш.

* * *

В мастерской всегда царила полутьма и сегодняшний день не был исключением. Тандерстрайк ковал. Удары молота звонко отражались от каменных стен и потолка и разносились далеко за пределы мастерской. Я возник как тень за спиной мастера.

— Привет. Заказ готов?

— Оу. Это ты, Дио. Да я сделал двадцать метательных ножей и шесть топориков. Динамит в той большой сумке в углу. С ним поосторожней, он очень мощный — я значительно улучшил его показатели фугасности и бризантности.

— Отлично. Беру всё. Прости, что так неожиданно, обстоятельства.

— Всё окей, ты там задай им жару.

— Да, жарко будет как в аду. Прощай Тандерстрайк, надеюсь мой поход удастся.

* * *

Колесница, запряжённая двумя гвардейцами-пегасами, лично проверенными мной, взлетела и стала набирать высоту. В ней сидели две единорожки: голубая и светло оранжевая. Я догнал летучую колесницу и устроился впереди неё, показывая дорогу.

Чувство клеток было слабым, но оно указывало на юг. Всё сходилось. Мы пролетали зеленые и плодородные земли, но скоро впереди замаячили невысокие горы, я знал за ними находятся пустоши. Но ощущение части моего тела исходило оттуда.

— Мы близко, снижаемся. — дал я команду пегасам позади.

Несмотря на снижение высоты нам предстояло пролететь довольно много. Я не хотел рисковать и быть обнаруженным раньше времени. Горы возвышались сплошной грядой слева от нас, а под нами была степь, царство трав, с проплешинами голых камней. Близко. Впереди показалась долина, глубоко взрезавшаяся в горный хребет. Мы приземлились у края долины. Долина врезалась в горы на пять-шесть километров. Моё острое зрение помогло разглядеть в глубине долины древние руины какого-то сооружения на них повсеместно происходило копошение. Присмотревшись, я заметил строительные леса и понял Маг восстанавливает свою крепость — плацдарм с которого он поведёт свои завоевания. Я рассказал план моим помощникам.

Сансет набросила на себя и Трикси маскировочные чары, из-за них контуры их тел расплывались и сливались с окружением. Я же просто покрыл себя и экипировку теми же клетками, с помощью которых прятался от Рэйнбоу. Мы подошли к самой крепости. Единорожек я оставил прятаться за валунами недалеко от крепости. А сам пошёл поближе.

Недалеко на месте древнего разбитого тракта проходила дорожка, петляющая между скал и валунов. По ней туда сюда сновали существа похожие на чертей: рыжая, серая или коричневая местами длинная шерсть, козлиные ножки и хвосты, передние конечности похожие на руки только с четырьмя пальцами и локтевыми суставами, сгибающимися в обратную сторону, рогатые похожие на козлиные только более уродливые головы венчали образ этих существ. Передвигались они на двух ногах и ростом были мне по грудь. Я устроил засаду у дороги около скопления валунов, закрывающих меня от взглядов со стороны крепости. К крепости шёл один из "чертят" толкая перед собой деревянную тележку, наполовину заполненную кирпичами.

Я провёл на нем удушающий приём и вколол сильное снотворное. Сладко похрапывающее тело я спрятал в канавке за камнями хорошо замаскировав. В середине тележки я сделал ямку и сунул туда сумку с динамитом, хорошенько наложив сверху кирпичей. Меч я обернул тряпьём и закинул в тележку. Перевязь с подсумками где лежали ножи и топоры продолжала висеть на плечах, туда же в подсумки я запихал и одежду потому, как она сильно привлекала внимание — все козлики ходили голыми. И завершающий штрих: я изменился на глазах, становясь близнецом спящего козлика.

Толкая тележку, я достиг ворот крепости. Они выглядели новыми, как и сама стена. Чертята-стражники не обратили на меня никакого внимания. Я оставил тележку около, сторожевой башни с права от ворот. Вокруг стояла суета и работа кипела, козлики строили крепость возводя стены и свежие постройки. У самой скалы стояло древнейшее сооружение из виденных мной. Оно состояло из оплывших камней, покрытых глубоко высеченными, кое-где выветрившимися рунами. В центре крепостного дворика бил фонтан, время от времени к нему подходили козлики и пили воду используя черпаки, разложенные на лавочках рядом.

Попив для виду, я отправился к древним чертогам, которые так и звали меня. В крупном зале на первом этаже был склад. Небольшое количество чертят, сновали здесь, что-то ища или таская туда-сюда различные вещи. Чутьё вело меня дальше. Дальше был коридорчик из него были лестницы на верх и в низ, но я шёл прямо. За поворотом коридорчика была решётка, охраняемая двумя чертями, а за ней я увидел ЕЁ. Ту ради которой я и затеял, это предприятие.

Она была в железном ошейнике, прикована цепью к кольцу в стене. На рог было надето чёрное кольцо. И оба её стража были сильно заняты, заставляя Селлю отсасывать им. Я спокойно вынул из подсумка два топора. подошёл к сукиным чертям через открытую решётку и резким движением сверху вниз вогнал лезвия топориков им в головы. Молча развернулся и вышел.

* * *

Вернулся я через десять минут с мечем обёрнутым в тряпье. Селестия смотрела на меня, не понимая, что происходит. Я решил не томить её больше. Снова трансформация и вот перед аликорном стоит голый человек. Я оделся, освободил Селестию, разорвав ошейник, кольцо прочно засело на роге, пока рано снимать его.

— Милый, как ты меня нашёл? Существо, которое командует здесь сказало, что это место надёжно спрятано.

— Нет такого места, где я не найду тебя, Сладенькая. Ты же знаешь всякие пафосные произведения про силу любви, воспеваемую певцами и писателями. Они все ошибаются, любовь — не сила, это способ обрести силу. Будем считать, что это тот самый случай. — улыбаясь, сказал я.

— Я слишком поздно поняла, что тот, кто отправил меня сюда был ненастоящим тобой. Что ты намерен делать с чародеем? Он не даст нам уйти.

— Тебе даст.

— Неужели ты хочешь остаться здесь и задержать его?

— Нет, Сладенькая, я хочу решить проблему нашествия тьмы, заткнув дырку, из которой она вытекает.

— Я буду сражаться вместе с тобой, помоги снять это кольцо, оно не даёт мне творить магию.

— Нет, Любимая, я буду драться один. Не могу позволить тебе пострадать.

— Но как же…

Её перебил оглушительный взрыв и грохот падающих камней. Я схватил меч и знаками призывал Селлю идти за мной. Мы выскочили из главного здания, пыль после взрыва ещё не осела. Я повел её в пролом в стене по новообразовавшемуся холмику камней. На встречу уже спешили единорожки, я передал Селестию им с приказом доставить в Кантерлот. А сам развернулся. Чертята быстро пришли в себя после взрыва и похватав, что под руку попалось бросились ко мне. Дальнейшее можно не описывать. Это было кровавое избиение с унижениями. Я вырезал всех, кто имел неблагоразумие приблизиться ко мне. От добивания чертят меня отвлёк хрипловатый голос, прогремевший на всю крепость. Голос, исходивший из странной долговязой фигуры на крыше старого здания, ударил прямо в мозг.

— Ты, почему ты мешаешь мне уйти из этого мира, я выпустил тебя из Вечной Тьмы. Ты её слуга. Присоединяйся ко мне!

— От куда ты вообще взялся в такой розовой цветочной стране? — спросил я мысленно.

— Я спал. Очень долго спал здесь. Меня заточили в этой самой тюрьме на которой я стою на сотни тысяч лет.

— И кто же настолько крут, что смог сделать это?

— Они преследовали меня, переходя за мной из мира в мир. И здесь настигли. Мои проступки хоть и были тяжкими, но не на столько чтобы ко мне можно было применить смертную казнь. Меня заперли здесь далеко от источника моей магии — Вечной Тьмы.

— Кто они?

— Великие. Существа, достигшие высот в управлении силой, магия бывает разнообразной, но она лишь грань тех сил, научившись управлять которыми можно стать таким как они.

— Почему ты не можешь уйти прямо сейчас? Порталы ведь ты создаёшь? Так и уйди через один из них.

— Я привязан к этому зданию. Не могу от него далеко отходить. А порталы в другие миры здесь нельзя открыть — сопротивление слишком большое.

— Значит собрав больше сил, ты хочешь разорвать эту цепь?

— Да, мне нужны жители этой страны — их жизни дадут мне достаточно мощи чтобы порвать оковы.

— Отлично.

— Я дам тебе силу, которая тебе и не снилась. Ты согласен помогать мне?

На секунду я подумал, а почему бы не пойти за силой в этом голосе. Но воспоминания, не давали мне этого сделать, у меня не было чувства долга перед Эквестрией и её жителями. И пусть внутренняя тьма хотела объединиться с Магом. Я быстро заткнул её, здесь меня приняли, и я знал, что некоторые любили. Мне здесь нравится и если кто и будет угнетать, и порабощать пони, то это буду я.

— Знаешь, я не так давно в этом мире, но кое-что не меняется от мира к миру. Это то, что я по-прежнему ненавижу мудаков, которые в силу власти или могущества готовы уничтожать простых жителей для получения ещё большей власти, могущества, богатства. Мне придётся сделать, то на что у "великих" духу не хватило.

Крылья выросли за моей почти мгновенно, разорвав в клочки рубашку. Мощный прыжок придал мне достаточное ускорение и вовремя: там, где я был пару секунд назад местность поглотил беззвучный чёрный взрыв. Он выпускал быстрые серо-чёрные пучки лучей в мою сторону. Я уворачивался, приближаясь к магу по сужающейся спирали. В метрах тридцати от него мне наконец удалось рассмотреть его. Высокий и худой, он обладал двумя парами рук нижние были короткими, а верхние немного не доставали до земли, когда он стоял прямо. Голова была похожа на голову ктулху, каким его принято изображать, только щупальца вокруг рта были короткими. Влажная, зеленоватая кожа отливала фиолетовыми бликами. Одет он был в пурпурный балахон с капюшоном. Я метнул пару ножей, но он успел защититься, выставив перед собой прозрачный серый экран. Ножи со звоном отскочили от магической преграды. Он убрал экран и выпустил из ладоней стайку маленьких фосфорицирующих зелёных иголок, за каждой иголкой в воздухе тянулся чёрный дымовой след. Иголки стали преследовать меня, Я сделал резкий вираж и быстро орудуя мечём сбил всех маленьких преследователей. Я кружил над магом метая в него ножи он вынуждено создал защитную серую сферу вокруг себя.

Пора — мои атаки не давали ему раскрыться и атаковать. Я стремительно спикировал и вложил весь вес в колющий удар мечём. С противным треском, преодолевая сильное сопротивление меч пронзил сферу и вонзился в живот магу. Сфера исчезла. Сбив доходягу мага с ног, я положил мою левую руку на его лоб, копируя его знания и память. Вскипев от такой дерзости, маг сделал жест одной из коротких рук. Чёрный клинок из магии отсёк мою тянущуюся к знаниям руку. Меня отбросило силовой волной с крыши. Перед самой землёй я успел ударить по воздуху крыльями, смягчая падение.

Маг, левитируя, спускался с крыши во двор, залечивая магией глубокую рану на животе. Когда я уже хотел встать, моё упавшее тело прошили насквозь несколько острых кристаллических шипов, выросших прямо из земли, а из руки мага снова выпорхнули зелёные иглы. Я не почувствовал их уколов — тело парализовало. Маг приблизился, занося свой чернявый меч. Я приготовился к смерти. Теперь, когда Селестия свободна и знает где враг, у Эквестрии есть все шансы победить.

Внезапно прямо передо мной выскочила Трикси и поставила магический барьер вокруг нас. Удар мечём, сотканным из магической тьмы, пришёлся на барьер, барьер лопнул как мыльный пузырь, а меч в короткой конечности Мага продолжил движение. Не встретив сопротивления, он рассёк Трикси пополам. Пафосная дура, зачем ты это сделала! Я взглянул на Мага — он ещё держал отсечённую у меня руку в своей второй короткой конечности. Забавно, я кое-что узнал о тёмной магии совсем недавно.

— Прощай маг, ты был хорошим противником. — выдавил я из себя.

— Не рассчитывай на быструю кончину, глупец! За твою дерзость я заставлю твоих возлюбленных принцесс сожрать твою плоть. — отозвался он, замахиваясь мечом.

Я взорвал мою отсечённую руку, которую он держал, прикрывшись от меня магическим барьером. Его тело разорвало в клочки, но на месте мага остался стоять чёрный фантом. Из него в небо ударил, кружащийся по спирали, поток тёмной энергии. Внезапно весь воздух будто выкачали, я не смог сделать вдох. А потом всё взорвалось.

## Эпилог

...

Из завалов на месте крепости извлекли тело — изувеченный, обожжённый, однорукий труп. Его положили рядом с останками молодой единорожки. Принцесса Селестия, увидев труп, горько заплакала и обняла останки человека.

Небо было абсолютно чистое, за исключением маленького чёрного облачка над местом сильнейшего магического взрыва. Часть скалы, у которой стояло древнее здание, обрушилась и местность на километр вокруг была выжжена. Само древнее сооружение пострадало совсем незначительно.

Тела доставили в Понивиль и торжественно с почестями похоронили на местном кладбище. Начинался обещанный погодной командой дождь, но четыре кобылки не спешили уходить. Два аликорна, единорог и пегас: все плакали. Синяя пони аликорн, не скрывая чувств, плакала навзрыд. Надгробие, над которым они стояли гласило "Здесь покоится Дио, первый и вечный Лорд-протектор Эквестрии. Пал в бою, защищая народ Эквестрии от Мага Тьмы.". Принцесса Селестия увела от могилы рыдающую сестру, пытаясь сдерживать свои чувства. Голубая пегаска бросила последний взгляд мокрых глаз на надгробие и улетела. Только фиолетовая единорожка всё не уходила. Плача, она тихо заговорила:

— Дио, я не могу смириться с твоей смертью. Ты не был идеальным: часто не считался с мнением других, решая за них, что им лучше. Иногда был груб и делал пугающие вещи. Но хорошего в тебе было больше. Ты был самым лучшим героем, которым только может гордиться Эквестрия. Теперь я понимаю это — тебя мне не заменит никто! Тогда, когда мы виделись в последний раз, я кое-что от тебя скрыла. И теперь у нас будет жеребёнок. Я узнала это всего день назад, когда сделала тест. Я думала мы разных видов и у нас не может быть потомства. Мне очень грустно, что ты не сможешь его увидеть, а ещё потому, что я больше не увижу тебя…

У Твайлайт комок подкатил к горлу, и она запнулась. Немного взяв себя в копыта, она продолжила:

— Селестия рассказала, что ты пожертвовал собой ради нас. И теперь единственное о чём я жалею: то что меня не было рядом, когда, это случилось. Вместо Трикси там должна была быть я. Знаю, друзья помогут мне пережить это. Луна хоть и страдает сильно, но я думаю больнее всего приходится Селестии. Она пытается скрывать это, но я чувствую, как ей больно — это видно по её глазам. Никогда не видела, ни у кого таких глаз. Наверно мои глаза теперь выглядят также... Я буду навещать тебя здесь. Думаю, никто из нас четверых никогда тебя не забудет.

Дождь насквозь промочил шёрстку Твайлайт и, озябнув, она направилась к дому, где её ждали друзья и горячий чай.

КОНЕЦ?