S03E05

Избранные

Все любили слушать дедушку Саймона. Его истории расходились буквально "на ура", повторялись на бис и слушались с глубочайшим вниманием. Многие знали его рассказы наизусть, но все равно приходили и приходили, приводили своих чад, чтобы те слушали дедушку и в будущем, стали в чём-то похожими на него. Или, хотя бы подражали его лучшим качествам.

Дедушка Саймон был огненно-рыжим седогривым пегасом, с кьютимаркой ввиде фигурного облака. Он всегда был сторонником и ярым сопереживателем веры в то, что метка судьбы — непреложная истина, точно знающая, в какое русло должно направить силы пони, и не подлежащая оспариванию.

Вот и он, продвигая свои моральные устои в широкие массы, на собственном примере показал, что даже если во всей Эквестрии не существует такого занятия, которое бы подошло к твоей кьютимарке — создай его! Издревле, в Клаудсдейле солидными считались лишь две профессии — "летун" да "погодник". Казалось бы, если все пегасы будут специалистами лишь по этим областям, жизнь станет серой и обыденной... Но не так давно Саймон изрёк выражение, ставшее "крылатым" — "Следовать велению кьютимарки — не значит сливаться с общей массой. Истрактовать свою метку правильно может лишь её владелец — так проявите, в конце концов, фантазию!"
И дедушка проявил... Он стал основателем популярного ныне искусства — "Фигурной облачной лепки", или, по просту "рисования облаками". Ведь всякому приятно проснуться и увидеть в небе прекрасную картину, зависшую между голубым куполом и землёй...

Да, об этих достижениях дедушки Саймона знал почти весь облачный город. Но лишь не многие были посвящены в историю, которую когда-то знаменитый пегас поведал и мне — своей внучке. Зовут меня... Хотя нет, сегодня я предпочту остаться Инкогнито. Так будет легче и мне, и вам...

В нынешний день к нам вновь пришли гости — довольно-таки взрослые жеребята, старше меня года на два, или на три... Они прилетели в Клаудсдейл на экскурсию вместе с учителем — густобородым пегасом в строгом костюме. И, как и всех экскурсантов, их решили сводить посмотреть на одну из главных городских достопримечательностей — дедушку Саймона.

Вчера дедушка советовался с нами, стоит ли всё-таки рассказывать эту историю кому либо? Сия ноша тяжким грузом давила на ослабевшее с годами сердце пегаса, это была тайна, скрывать которую он уже был не в силах. Тогда я и предложила, почему бы не поведать об этом "приезжим", вроде как, потренироваться на них? Они прилетят себе и улетят, а нам польза! Дедушка подумал и согласился. Всё-таки, говорит, маленькая у меня внучка, да умненькая какая! Хоть и сорвиголова да непоседа...

Все собрались в гостиной. Жеребята уселись на большой воздушный диван, а Саймон пристроился на мягком белоснежном кресле. Я тоже решила остаться и послушать — кто-то же должен проследить за развитием событий.

— Так вот, ребятишки, смотрите, что я вам принёс... — начал рассказывать дедушка Саймон, — этой газете, что у меня в копытах, сегодня исполнилось ровно сорок лет! С чтения заголовка на её первой странице я и хотел бы начать своё повествование....

Как и всегда в начале этой истории, дедушка зачитал крупный шрифт на передовой "Кантерлотского еженедельника":"Ужасающие события в самом центре Клаудсдейла — падающие облака, умертвляющие искры и заунывные песнопения. Неужели вновь грядёт апокалипсис?"

***

Я был тогда ещё совсем молодым пегасом — чуть старше вас, наверное. Не висели тогда на мне этаким грузом мои многим известные достижения, мало кто знал тогда неприметного пегаса Саймона Брауна. Я только-только закончил погодную академию и всё не знал, куда мне податься? Если честно, в учёбе я порядком приуспел, и первое время после завершения четвёртого курса даже хотел податься в аспирантуру, но, оказывается, знаний моих для этого было крайне недостаточно... Вакансий же по профессии совершенно не хватало... Ещё до того, как я случайно начал философствовать на тему предназначения пони в мире и магическом влиянии меток судьбы на живые организмы, я перебивался мелкими доходами — работал репетитором для отстающих "погодников", нанимался разнорабочим, в общем, пытался выжить, как мог. Это сейчас вы все, "пегасята", стремитесь вниз, на землю, мол, там престижней и всё такое, но в моё время о таком нельзя было допускать даже и мысли! Тогда каждый пегас считал себя патриотом, и, несмотря на равенство всех рас, в некоторой степени крылатые пони отделяли себя от земных и единорогов. Именно поэтому, возможно, и сложилась ситуация, о которой я вам сейчас расскажу...

В один из многочисленных тёмных вечеров, когда кости ломило от физического, а мозги от умственного напряжения, мне на глаза попалась газетка, на вроде той, какую я вам сейчас цитировал — в одной из её статей рассказывалось об исключительной силе пегасьей магии, о том, что если правильно сконцентрировать упор, получится энергия посильнее "фокусов" единорогов. Ниже прилагалось объявление о семинаре, который должен был состояться на центральном облаке, в городском доме культуры. Вход был свободный.

Меня, по правде говоря, всё это очень заинтересовало... Я, как квалифицированный метеоролог, досконально изучал все особенности "пегасьего колдовства" и поэтому, выделив свободное время, решился посетить любопытное мероприятие.

Когда же я пришёл туда, возмущению моему не было предела — никакой это был не научный семинар, а непонятное сектантское сборище! Я, из чистой воспитанности, досидел до конца мероприятия, и в неимоверно расстроенных чувствах, заваленный разного рода пропагандистской литературой, на вроде предупреждений о приближающемся "конце света", полетел домой. Единственное, что запомнилось мне из этих посиделок — это слова их вожака. Он рассказывал безумные сказки о волшебных занебесных садах, а все его слушали, и слушали. Ловили каждое его слово... Ещё, ярчайшим пятном в моей памяти отложился его взгляд — это были глаза-угольки, прожигающие насквозь и гипнотизирующие самую суть сознания...

Группу пригласили и на следующий "семинар", и я бы, наверное, из простого любопытства и послушал бы роскошные слова сектантов, но меня свалила серьёзная болезнь. Две недели я пролежал в больнице, и редкими были часы, какие я проводил в сознании. Сейчас уж мне и не вспомнить названия этой хвори, да и не зачем вам, ребятишкам, слушать такие ужасы. Лучше я продолжу...

Как только я выписался из больницы, меня как магнитом вновь потянуло на собрание. Это теперь я понимаю — загипнотизировал меня лидер, окутал мороком мою непоседливую голову. Будто в тумане я лавировал между облачными фасадами, в вечернее время прекрасно сочетавшимися с мерцающими в небесах звёздами. Скорость захватывала дух и внизу проносились бессчётные облачные островки — весь город спал и лишь я мчался напропалую в неизвестную авантюру.

Не знаю, как долго я плутал над городом, но спустя приличный отрезок времени я таки оказался у порога дома культуры. Там, будто поджидая меня, столпившись на сцене и затушив главный свет, собрались пегасы в белых балахонах. Вожак же их был одет в мантию небесной голубизны и вещал своим адептам:

— Други мои, братья и сёстры! Сегодня последний день, когда мы можем причаститься унестись в "Небесные сады"! Завтра огонь Тар-Тара поглотит и землю, и небо, как когда-то духи Вендиго сковали народ пони ледяными оковами! Мы вознесёмся и возродим Эквестрию там, где невозможны жестокость и подлость, царящие внизу! Так приступим же к ритуалу...

Я медленными шагами вышел из тени и, сквозь морок, промолвил:

— Но вы же не сможете взлететь выше неба! Ваших сил не хватит! Многие пробывали, и повыносливее вас! Вы же...

— О, какие гости! — Вожак улыбнулся. — Возможно вы забыли, друзья мои, это ваш брат — Семён...

— Меня зовут Саймон!

— Все братья и сёстры должны принять святые имена! Не противься, и свет Создателей прольётся в твою душу!

Я отчаянно пытался бороться со своими глупыми копытами, но те упорно шли навстречу Лидеру...

— Итак, теперь все мы в сборе. Мы с моей ассистенткой Ребеккой [из-за его спины показалась жёлтая пегаска в белом халате] давно хотели показать вам наше изобретение — "Магический концентратор". На вид он выглядит как совершенно обычная побрякушка, но на самом деле является мощнейшим энергетическим накопителем. Он питается сугубо от энергии пегасов, но не волнуйтесь — из вас магию никто брать не будет... Мудрые метеорологии знают, что облака, на которых вы прямо сейчас стоите, прямо-таки пропитаны пегасьим волшебством... Так почему же нам не изъять её прямо оттуда? [Слышаться одобряющие возгласы] Увы, когда из волшебного облака забирают его магию, оно мгновенно теряет свои антигравитационные свойства — облако тяжелеет и превращается в ледяную глыбу, затем низвергаясь на землю. Сейчас, благодаря нескольким десяткам моих верных адептов, прилитевших в этот город вместе со мной, Клаудсдейл на всех парах летит прямо к эквестрийской столице... Братья и сёстры — мы Избранные! Мы очистились от грехов и лишь мы должны улететь в "Небесные Сады"... Те пони, что внизу, даже те, что вокруг — никогда не понимали вас... Они гнобили вас, унижали... В этом жестоком мире вы никогда не станете тем, кем должны стать на самом деле... Вы — Избранные... Мы — Избранные... Так погребём же подо льдом неверных!!! Освободим их от мучений в пламени Тар-тара!

Пони восторженно закричали, и я закричал. Всё это время их Лидер не отводил от толпы взгляда. Но вот, он отвернулся, лишь на секунду, со словами: "Ребекка, выкати шар!" Морок с меня тут же как копытом сняло, но другие пони так и остались стоять на месте с идиотскими улыбками... Я хотел окликнуть их, но меня тут же перебил голос Лидера:

— Смотрите, Избранные! Вы становилась свидетелями величайшего научного открытия!

Пегаска-лаборантка выкатила стеклянную сферу диаметром больше, чем среднего роста пони. Внутрь неё был подвешен цветной камешек, вокруг которого витали золотистые "светлячки". На одной из граней сферы была вырезана маленькая дверца...

— Эти искры — сильнейшие антигравы... — продолжал Лидер, — Создатели поведали мне, что Избранные должны светиться изнутри! Поэтому, каждый из вас проглотит искру сразу же после того, как она на питается магией пегасов... Это позволит вам взлететь так высоко, как только простирается высота! О... [Дом культуры значительно тряхнуло] Кажется, мы прилетели... Итак, друзья, пора приступать!

— Нет! — только и смог выговорить я, — остановись! Многие погибнут из-за твоей глупости!

— Сегодня погибнут многие, Семён, завтра погибнут все... Но не бойся... Ты, как самый толковый из всех Избранных, окажешься в "Небесных садах" самым первым!

Лидер подошёл к сфере и открыл дверцу. Как только одна единственная искра выскользнула из под стекла, вожак мгновенно захлопнул отверстие. И тут начало происходить самое невероятное...
"Светлячок" ярчайше засветился, будто бы собираясь поглотить всё и вся даже без помощи Тар-Тара... Облачный пол стал проваливаться из под копыт, а Лидер — приближаться ко мне... Светящееся нечто будто прошло насквозь меня, и я подлетел прямо под потолок. Все адепты взмахнули крыльями и приподнялись в воздух. Я обратил свой взор вниз и увидел ледяную глыбу, летящую прямо на расположившиеся внизу постройки...

Неимоверным усилием воли я заставил свои крылья вновь заработать и, к величайшему удивлению, на огромной скорости врезался в Лидера. Тот, от неожиданности, засуетился и дал мне несколько секунд. Я резко ударил копытом по одному из его крыльев и он с истошным криком полетел вслед за глыбой:

— Ты не понимаешь, что творишь! Все умрут! И ты умрёшь! И никто вас не спасёт! Создатели дали вам волю, но вы отказались! Так умрите!!!

Вдруг, сзади на меня набросилась его ассистентка. Она, яростно размахивая копытами, явно пыталась повредить мне крылья. Но, каким-то чудом, мне удалось её сбросить. Послышался тупой удар. Видимо, стукнулась обо что-то...

Но в эту секунду сияние вновь обуяло поломанные стены дома культуры. Я обернулся: оказывается, ассистентка ударилась головой о шар и... Разбила его...

Искры оказались на свободе и стали высасывать магию будто бы изо всего Клаудсдейла. Облака стали наливаться тяжестью... Лицо Лидера исказила злорадная улыбка...

Но в этот момент...

***

— Мистер Саймон, ну не может такого быть! — вставил самый активный из жеребят. — Ведь, даже если бы Клаудсдейл стал "падать" на Кантерлот, то Кантерлота сейчас бы уже не существовало!

— Малыш, — обратился к умнику дедушка, — эти события происходили задолго до твоего рождения... В то время Найтмейр Мун ещё томилась на луне... Сорок лет назад, понимаешь ли... Но всё закончилось тогда совершенно не так, как ты думаешь. А теперь, не перебивай, и дослушай...

***В этот момент, время как будто остановилось. Лицо Лидера сначала пронзила стрела удивления, а потом — озарило благодатное удовлетворение:

— Я слышу Их... Я слышу голоса Создателей. Всё это время, они наблюдали за мной... Они говорят, что если вы не хотите быть Избранными, я один могу стать Им. Я могу стать одним из Них... А ты, Саймон, ты поплатишься... Создатели говорят мне, что ты умрёшь страшной смертью... Так и быть, они отложат Апокалипсис, но ты — помутивший светлые души Избранных — на тебе их печать... О, я вижу кто тебе отомстит — им будет...

Но договорить он не успел... Время вновь вошло в своё обычное русло. Высвободившиеся из шара искры стали, вместо облаков, стали поглощать пегаса. Он вскрикнул и испарился в воздухе...

Клаудсдейл, всё это время с неимоверной скоростью падавший вниз, стал замедляться. Пол было вновь затянулся облаком, но тут же рассеялся. Его пронзил шпиль...

Шпиль самой высокой башни кантерлотского дворца...

***

— Вот такая история ребятишки, — завершил дедушка, — я думаю, выслушав её, вы сделаете некоторые выводы, например...

В дверь постучали. Кто бы это мог быть? Учитель жеребят, успевший выйти на улицу во время рассказа? Я вызвалась сходить и проверить...

На пороге оказался совершенно незнакомый пегас, выглядевший неимоверно странно и даже несуразно. Сверкающие на солнце громоздкие украшения были надеты поверх ободранной, изношенной и мешковатой голубой накидки. Взгляд его был направлен куда-то в никуда, и, тем не менее, выражал самое глубочайшее просветление. Его лицо показывало невероятное спокойствие, смешанное с угрюмой сосредоточенностью, слабо читавшейся напрямик и скрытой за несколько фальшивой улыбкой. За его спиной стояла пегаска, казалось бы даже сконфуженная из-за вида своего товарища. Одета она была попроще, но всё равно весьма "нарядно".

Немного опешив от такого сочетания, я спросила:

— Вам... эм... Кого?

— Посмотри, Ребекка, какое милое создание. От него так и веет духом старого Саймона... В хорошем смысле, конечно. Такая же рыжая шерсть, благородная бордовая грива... Думаю, и умом ты в деда?

Видимо, уставший ждать моего отклика, из гостиной спустился дедушка Саймон. Увидев стоящих на пороге, он остолбенел:

— Вы?! В моём доме? Откуда...

— А вот и мистер Браун, как же. Мой старый друг... Что ж, наверное, сейчас я должен бы был наброситься на вас с оскорблениями, или того хуже, с занесёнными для удара копытами, но, вместо этого, я бы, как ни странно, хотел искренне отблагодарить вас. Если бы не ваше... Поведение в тот момент, возможно, я бы никогда не узнал того, что знаю сейчас. Я простил вам все обиды, но... Увы, сколько я не уговаривал Создателей, Они всё равно считают вас дикарём и отголоском прошлого. Ваши свободолюбивые идеи в какой-то момент могут разрушить тот хрупкий мир дружбы и магии, когда-то любовно воссозданный нашими покровителями. Не стоит лезть туда, куда не стоит лезть, я бы так выразился. Скажу по правде, мы... То есть Они хотели дать вам шанс, но тут вы вдруг вознамерились пересказать эту историю... И ладно бы кому-нибудь другом, психиатру, например, а вы — жеребятам, да и ещё не клаудсдейльским! Мы не могли допустить этого... (Только тут я заметила, что время вновь, как и в рассказе дедушки, застыло. Один из жеребят растянувшись в задушевном хохоте неестественно задрал копыто, другой замер за секунду до падения на мягкий облачный пол... Странно всё это...) Создатели послали меня к вам, чтобы... Устранить вас. Но я, путём бесконечных уговоров и чуть ли не ползания у них в ногах, выпросил для вас амнистию. Вам предоставляется выбор — перенестись вместе с семьёй в иной, воистину фантастический мир, в котором вам ни в чём не будет отказано. Вы будете жить отдалённо от других и никто никогда о вас не узнает. Есть и другой вариант: вас просто на просто вычеркнут из глобального "Сценария". Никто больше не вспомнит о "городской достопримечательности" Саймоне Брауне. Все забудут, а об остальном позабочусь я. В частности, о вас и ваших родственниках. Итак, что скажете? Небесные сады ждут вас... Станьте, как и я — Избранными...

Я ожидала от дедушки чего угодно, но никак не этого. Его взгляд "остекленел", чего раньше никогда не случалось. Он внимал словам говорившего так, как не вслушивался в речи принцесс. Тело его покачивалось в такт интонациям голоса, а копыта дрожали, то ли от напряжения, то ли от страха.

— Дети мои! — непривычно громко прокричал Саймон, — скорее идите сюда! Этот пегас дарует нам жизнь в прекрасных Небесных садах! Скорее, пока он милостив, примем дар его и станем верными вассалами!

С кухни вышли мама и папа. Сначала, они также как и я, ничего не понимали. Но потом их глаза встретились с взглядом Гостя. Теперь всё вставало на свои места — на пороге пребывал тот самый Лидер, ведь только он мог так влиять на других пони. Я старалась отвести взор, но тело перестало слушаться. Я могла лишь наблюдать.

— Ребекка, дай этим смиренным просителям Искру Создателей... — обратился Лидер к пегаске. Та же, полезла в свою огромную сумку, и достала оттуда небольшой стеклянный шар. Спустя секунду их него выпорхнуло несколько ярчайших сгустков света. Дедушка тут же бросился к ним, сметая мебель на своём пути. Энергия Искр мгновенно впиталась в него, и он, влекомый неведомой силой, устремился к потолку, после чего... Превратился в пыль... Несмотря на его печальный пример, мои родители поспешили вслед за ним.

Тем временем, Ребекка успела вынести жеребят из облачного дома. Наступил мой черёд.

— Что ж, моя дорогая... — обратился ко мне Лидер, — как видишь, твои родные и близкие уже в Раю... Хочешь вновь увидеть их? Тебе осталось сделать всего один шаг... Вопрос куда? Вперёд, или назад?

Тут же я почувствовала, что снова могу двигаться. Передо мной выжидающе зависла маленькая звезда, сзади же был выход в гостиную. Пытаться бежать, или пустить всё на самотёк?

Я резко отпрыгнула назад и со всех копыт пронеслась на второй этаж. Через чердак я могла бы успеть выбраться. За мной было погналась Ребекка, но властный голос Лидера остановил её:

— Нет. Она сделал выбор! Лучше достань Нестабильные...

— Но это же опасно! — впервые подала голос пегаска, — помнишь, что случилось с Клаудсдейлом, когда мы с тобой использовали их в первый раз? Всё чуть не рухнуло, в буквальном смысле... "Погребём неверных"! Тьфу, идиот... Тем более, эти Искры оказывают на пони совершенно странное влияние... Представь: сегодня ты молод и полон сил, а завтра старик. Или, сейчас ты блестящий учёный, а спустя мгновение — бездумный сорвиголова! Также ты можешь получить тра...

— Замолчи, глупое создание!!! Выпускай Искры, или отправься вслед за еретиком!..

Конец их разговора я не расслышала, потому что именно в тот момент, когда я забиралась на чердак, облачные стены налились тяжестью, затрещали и стали утягивать воздушную конструкцию вниз. Я упала на замёрзший пол и поползла к окну. Оно было узкое, сделанное лишь для вентиляции, но я с великим трудом почти что протиснулась в него, когда меня настигло мутное свечение. Мысли спутались, связались узлом и перемешались в общую кашу. Копыта одеревенели, кости стали сужаться, а крылья вообще атрофировались за долю секунды. А затем последовал удар...

***

Маленькая рыжая пегаска с фиолетовой гривой лежала на лесной полянке среди огромных ледяных глыб. Она мало была похожа на клаудсдейльскую "почти что выпускницу" по фамилии Браун. Эта поняшка, на вид, ходила в школу всего года два или три, не больше. По правде говоря, в её памяти совсем не отложились последние события. Она мало что помнила вообще... Тело её было покрыто крупными ссадинами и царапинами, а крылья, ранее крепкие и развитые, сейчас сжались до поистине жеребячьего размера. Метка, когда-то украшавшая её круп, бесследно исчезла...

Поняшка встала и побрела в одной ей известном направлении. Вдруг, она услышала голос:

— Эй, малышка, что случилось? Почему ты?..

Это была молодая кобылка с пурпурной шерстью и тремя цветками на кьютимарке. Она совершенно опешила при виде ран пегаски и промолвила лишь:

— Угораздило ведь... Как же тебя зовут?

Поняшка стала перебирать в голове те немногие слова, оставшиеся в её памяти о прошлом. Почему-то вспомнились имена игрушек, которые она сама когда-то им придумывала.

Выдержав тяжёлую паузу, пегаска проговорила:

— Скуталу... Меня зовут Скуталу...

Комментарии (7)

+1

Начали интересно, и рассказ произвёл приятные впечатления, но концовка получилась сумбурной и непонятной настолько, что изменила картину практически кардинально. Доработайте оную, пожалуйста. После этого — можно будет одобрить. Пока возвращаю в черновики для доработки.

87 #1
0

Спасибо, что доработали финал. Стало гораздо лучше. Рассказ одобрен, добро пожаловать.

87 #2
0

Я тоже думаю, что стало лучше

MrKartofelnayaOchistka #3
0

Необычный фанфик. Весьма много ошибок, причём часть из них глупая. Начало ровное и интересное, но вот концовка... сумбур, да и только.

Дрэкэнг_В_В #4
0

Таки РПВП

MrKartofelnayaOchistka #5
0

Здесь должен был быть урок критического мышления, но фактически получилась немного хаотическая история. Начало интересное и захватывающие, история поучительная, хотя и приписаны фрагменты, которые никак не вяжутся с логикой, даже для секты. Дальше получается как-будто героиню просто "переписали" и в итоге концовка получается бессмысленной. Хотя и получается такой взгляд автора на предысторию Скуталу.

Strannick #6
0

Рассказ сей на самом деле дико древний и лежит здесь только для того, чтобы лежать. И да, в нем прям хватает дурновкусия и сумбурной ерунды... Какой отсюда вывод? Я без понятия, если честно, наверное, просто стоит двигаться дальше. Читайте более поздние работы, ага...

MrKartofelnayaOchistka #7
Авторизуйтесь для отправки комментария.
...