# Плачущий Апельсин

Torajin

Воспоминания имеют свойство меняться со временем.

Удачи становятся более яркими, а провалы более тусклыми, но всё это мы помним. Однако, бывают и такие воспоминания, которые вынуждены уйти в самые потаённые уголки разума, чтобы сохранить рассудок.

## Плачущий Апельсин

Очередная яблоня осыпалась своими плодами, после очередного удара Эпплджек. Солнце Селестии в этом день светило высоко, а жар от него накрывал всех жителей Эквестрии. В расписании пегасов сегодня не было облаков, так что работать приходится без поблажек. Всё семейство Эпплов усердно работало в поле. Урожай нужно было собрать сегодня, ибо завтра пегасы компенсируют жару с лихвой – грядет град.

С каждым новым ударом яблок на деревьях становилось всё меньше, но работы было ещё много. Эпплджек подняла взгляд с земли и посмотрела на своих друзей. Вспоминая свой урок, она, при необходимости, частенько звала их помочь с урожаем, при условии, что их это не затруднит. Теперь, поделив участки, земные пони, единороги и пегасы собирали многочисленный урожай яблок, самых разных сортов.

Прикрыв глаза тенью копыта и взглянув на солнце, оранжевая кобыла решила, что пора сделать обход, а в частности проверить Эппл Блум, которая работала сама на более дальнем участке фермы. Лягнув ещё одну яблоню, Эпплджек пошла смотреть. Твайлайт и Рарити срывали яблоки магией, в то время как радужная и желтая линия летали от дерева к дереву, вместе с розовой линией, что ловила за ними яблоки. Большой Маки таскал телеги в амбар, при этом помогая их наполнять. С каждым шагом деревья всё сгущались. Иногда Эпплы просто не могли следить за всей своей территорией, и некоторые её участки оставались неухоженными, как тот, на котором должна была работать младшая в семье. Ненужные кусты, сорняки, высохшие деревья и вот, наконец, оранжевая кобыла увидела жёлто-красный силуэт с розовой верхушкой – это была Эппл Блум. Маленькая кобылка просто стояла уставившись вперед.

— Эппл Блум? – окликнула старшая сестра младшую.

Кобылка развернулась.

— Эпплджек, а что это? – спросила метконосец, отходя чуть назад и указывая на табличку.

Подойдя поближе, Эпплджек увидела знак запрета, который висел на цепи обмотанной вокруг деревьев подобно забору. Приближаясь к знаку, фермерша начала потихоньку ощущать запах – отвратительный и мерзкий запах гнили. Было в нём что-то ещё, но она не могла понять. Запах был отдаленно знакомый, но вспомнить его она не могла, как и не смогла ответить на вопрос младшей сестры – что значит этот знак? Конечно, он означал запрет, но почему? Она помнила, что один из участков заняли фруктовые мыши, но даже он не огражден, а заходит туда малость опасно.

— Пойдем, сестренка, — выдохнула Эпплджек и погрузила Эппл Блум себе на спину. – У нас ещё много работы, нет времени думать о пустяках.

Уже начиная идти обратно, оранжевая кобылка услышала что-то из «запретной зоны». Она никак не ожидала услышать такой звук оттуда и списав всё на то, что ей просто показалось, оранжевая кобыла не обратила на это внимания. В конце концов, кто может там плакать?

Вернувшись к друзьям, Эпплджек попросила Эппл Блум быть поближе к остальным, и работа вновь закипела по максимуму. Треск деревьев слышался и там и тут на ферме «Сладкое Яблочко», вплоть до того момента как луна начала сменять солнце, приближая Эквестрию к ночи. Закончив работу и напоследок отведав яблочного пирога с чаем, все помощники разошлись по домам отдыхать и набираться сил.

Ложась спать, Эпплджек открыла окно. Несмотря на то, что до того места было несколько километров, ей казалось, что она до сих пор слышит тот плач. Его звук проходит через уши, обрабатывается в мозгу, и странным образом через струны нервных окончаний передается сердцу. Она знала запах на том участке, но не могла его вспомнить. Чем дольше она “слушала” этот плач, тем знакомее он звучал. Конечно, это были вои и всхлипы, но и они имеют отрывки голоса…который казался Эпплджек таким знакомым…

Она зевнула. Решив не тратить более времени, она закрыла окно и легла спать.

* * *

Маленькая Эпплджек сидит в темноте,

Да под кроватью прячется.

Малютка Эппл Блум на копытцах лежит,

Да плакать спешит.

Эпплджек малютку качает,

Что всё будет хорошо говорит,

Но слышит шаги, что так тихи и аккуратны,

Что мурашки бегут по спине.

Эпплджек зубами стучит,

Шепотом колыбельную напевает,

Из-под простыни за комнатой наблюдает.

Четыре копытца жёлтого цвета,

Идут шагают по комнате,

То плач, то рык слышатся в комнате.

Но вот – простыня подлетает

И с диким криком под кровать монстр влетает.

* * *

В холодном поту Эпплджек вскочила с кровати. Тяжело и часто дыша, она посмотрела в окно – пегасы начали работу. За окном шел дождь вперемешку с легким градом. Под стук воды она начала успокаиваться. Дыхание уравнивалось. Копытом она вытерла пот со лба и встала с постели.

Она подошла к зеркалу. Увидь её сейчас Рарити, единорожка бы не стала даже что-то говорить о её внешнем виде – она просто бы завопила, убежала и спряталась под кроватью от такого «утреннего чудовища». Под глазами большие мешки, сами глаза красные, а грива с хвостом растрепаны так, что Пинки Пай обзавидуется. Она взяла из ящика расчёску, которую довольно редко доставала, и принялась поправлять свои волосы.

Закрепив гриву и хвост резинками, она надела на голову шляпу и спустилась вниз, где Бабуля Смит готовила яблочные пирожки.

— Урожай, конечно, знатный, но его надо куда-то девать, чтобы всё не испортилось. – говорила она, смеряя взглядом несколько бочек с яблоками. – О, Эпплджек, доброе утро.

— Доброе утро, бабуля, — улыбнулась оранжевая кобылка и принюхалась. – Яблочные пирожки?

— Тебе лучше приготовится, милая, потому что есть их в ближайшее время, мы будем чаще обычного, — сказала она и достала из духовки противень.

— Лично я не против, — послышался со стороны стола голос Эппл Блум. – Я люблю твою выпечку.

— Ох, спасибо, моя маленькая, — поблагодарила зелёная кобыла. – Я очень ценю это.

Эпплджек повернулась к Эппл Блум и ужаснулась. Жёлтая кобылка была очень усталой на вид. Легко предположить, что она тоже плохо спала, но, что действительно заинтересовало Эпплджек, могла ли она плохо спать по той же причине что и она. Оранжевая кобылка не очень хорошо помнила свой сон – одно из свойств памяти, которое старается огородить сознание от того, что причиняет боль владельцу. Она помнила две вещи – во сне была Эппл Блум и им обеим было страшно. Страх был реальным, как лежащие перед кобылкой яблочный пирожок и стакан молока. Он ощущался, будто был материален и касался кончиков шерстки, вынуждая сердце биться с невероятной частотой.

Град становился сильнее, и всё чаще слышался стук льдинок об оконные стекла.

* * *

С нынешней погодой на улице не поработаешь и не погуляешь, так что семейство Эппл проводило время в доме. День проходил очень медленно: Большой Маки уже починил всё в доме, Бабуля Смит уже третий раз засыпала и просыпалась в своем кресле, а у Эппл Блум уже начали повторяться идеи по получении кьютимарки в домашних условиях. В это время копыта Эпплджек держали и, иногда, листали страницы книги. Это была из серии о Дэринг Ду, которую прочитала даже Рэйнбоу, а ведь она была известна тем, что не читала вообще, до ознакомления с творчеством А.К. Ирлинг, что и заинтересовало оранжевую кобылку.

Книга была хороша, что и говорить. Сюжет, персонажи, а сама Дэринг Ду просто крута, как раздразненный бык во время родео. Тем не менее Эпплджек казалось, что был кто-то лучше. В детстве определенно она помнила того, кто мог бы сравниться или даже переплюнуть Дэринг Ду. Копаясь в воспоминаниях, сквозь туманы сознания Эпплджек, начало вырисовываться что-то ярко-красное. Это были слова, но разобрать их пока не удавалось. Они были помещены в желтый прямоугольник, который являлся обложкой книги, а на обложке красовался желтый пони с чёрной гривой и в белой шляпе. Название стало разборчивым и читалось оно не иначе как…

— «Лаки Хув», — прошептала Эпплджек улыбнувшись.

Желание вспомнить старые строки вспыхнуло в разуме кобылки и, положив закладку в «Поисках хрустальной статуэтки», она отправилась искать любимую книгу детства по книжным полкам дома. Успехом это не увенчалось: она находила, какие угодно книги, но не ту которую она хотела найти, и уже отчаявшись, с потолка донесся громкий стук. У Эпплджек перехватило дыхание, а сердце словно сжало в тиски. Челюсть дрожала. Уняв свои чувства, она отправилась на чердак. Поднимаясь по лестнице, Эпплджек не отпускало странное ощущение, словно этот момент слабости был ей знаком.

Да. Наверное, когда-то давно, она его испытывала…

* * *

Маленькая Эпплджек, с Эппл Блум на спине,

На чердак зашла, зубами книгу держа.

Монстр там стоит, выжидает,

А маленькая Эпплджек ему книжечку предлагает.

Но не хочет монстр читать!

Хочет он Эпплджек на куски разорвать!

Лапами за горло хватает,

И сильно-сильно сжимает!

Книгой по морде монстр получил,

И Эпплджек, совсем нехотя, освободил.

Что есть сил, Эпплджек убегает,

От монстра она себя и сестричку несет.

Но монстр свиреп и монстр опасен,

И в погоню за сестрами он устремился.

* * *

Поднявшись на чердак, Эпплджек учуяла знакомый запах. Нет! Запах был фантомным. Эпплджек не учуяла его, а вспомнила. Он был очень похож на запах у того заграждения, но откуда ему быть здесь? Оранжевая кобылка напрягала свою память, как могла, но мозг просто отказывался сотрудничать. В конце концов, Эпплджек занялась тем, зачем она сюда пришла – искать книгу.

Книжных полок на чердаке не было, так что пришлось искать по коробкам. В них было много всякой всячины, начиная от игрушек и заканчивая ненужными предметами интерьера, которые в основном были подарками и которые Эпплы задвинули сюда, дабы глаза не мозолили.

— Эпплджек? – послышался с лестницы голос Эппл Блум.

Кобыла отвлеклась от поисков и повернулась к лестнице. По виду младшей сестры можно было легко сказать, что ей не по себе. Она с опаской оглядывала чердак, словно на неё мог наброситься разъяренный петух, затаившийся в курятнике.

— Что-то не так, сахарок? – с небольшим беспокойством спросила Эпплджек.

— Эм…Бабуля Смит звала обедать.

— Хорошо, сестренка, — Эпплджек решила отложить поиски книжки на потом и вместе с сестрой, направилась вниз.

* * *

Сидя за столом, уже пообедав, семейство Эппл уплетало десертные бутерброды с остатками зэп-яблочного джема. В Эквестрии, да и в мире вообще, было довольно сложно найти что-то более вкусное. Он пользовался большим спросом и приносил семейству немалый доход.

Откусив очередной кусок этой вкусной радуги, у Эппл Блум появился вопрос, о котором никто, до сего момента, не задумывался:

— А почему мы ничего не готовим из незрелых зэп-яблок?

Услышав этот вопрос, Бабуля едва не подавилась куском сэндвича. Проглотив его, она посмотрела на желтую кобылку такими испуганными глазами, словно все монстры мира встали перед ней.

— Ты шо, даже думать об этом не смей! – сказала Бабуля Смит. – Очень опасно есть не зрелое зэп-яблоко!

— Почему, бабушка? – поинтересовалась Эпплджек.

— Ох, внученька…яблоки эти не простые, а волшебные! Ты же знаешь, какие на вкус незрелые яблоки?

— Да…очень и очень кислые… — скривилась оранжевая кобылка.

— Вот именно! А теперь представь, каковы на вкус незрелые зэп-яблоки, учитывая их зрелый вкус.

— Эм…должно быть катастрофически кислые…? – попробовала ответить Эпплджек.

— Можно сказать, что их кислость сведет тебя с ума… — сказала Бабуля Смит, угнетающим голосом. – Яблочки волшебные, а значит и магии нужно созреть. Опасно, очень опасно даже надкусывать недозрелое зэп-яблоко. Это одна из причин того почему их так трудно сбить с деревьев, пока они зреют. Магия защищает не только яблоки, но и тех, кто будет их есть.

Невольно Эпплджек задумалась: Откуда Бабуля Смит это знает? Оранжевая кобылка уже хотела спросить, но, учитывая то, как бабушка об этом рассказывала, решила этого не делать, дабы не заставлять ей вспоминать что-то болезненное.

Тем не менее, закончив с обедом, Эпплджек вернулась к поискам своей книжки. На чердаке она продолжала осматривать ящики и коробки, но безуспешно.

Внезапно, она услышала голос – тихие жалостливые стоны, сопровождаемые прерывистым дыханием.

Она оглянулась и увидела, что у окна стоит жёлто-оранжевый силуэт. В тусклом свете одной лампочки не удается разглядеть его внимательно и понять кто это. По голосу можно предположить, что оно женского пола. Видно было лишь что спина, посередине которой, сквозь кожу и шерсть проглядывают позвонки, подрагивает в лопатках под ломанный ритм дыхания.

— Хэй…? – неуверенно спросила Эпплджек, подходя к силуэту. – Вы кто?

Половица скрипнула под копытом Эпплджек, разнеся скрипящий звук по чердаку. Силуэт дернулся в сторону, сверкнув, из-под чего-то, что сильно напоминающего два больших когтя, своим красным глазом на оранжевую кобылку.

— Уйди…! – тихо рыча, сказало нечто.

— Если позволите, мэм, — более уверенно сказала Эпплджек и подошла ближе, — Вы на частной…

Договорить она не успела. Очевидно потеряв терпение, нечто прыгнуло на кобылку, широко разинув клыкастую пасть, метя когтями в лицо.

От неожиданности Эпплджек лишь вскрикнула и упала на пол, закрывшись копытами.

Вновь открыв глаза, кобылка уже не видела этой странной гостьи. Её не было на чердаке, да и сама Эпплджек была цела. Единственное, чем она могла это объяснить – беспокойная ночь.

Но было ли оно так?

— Эпплджек? – раздался снизу голос Эппл Блум. – Эпплджек, ты кричала?

Маленькая кобылка поднялась на чердак.

— Эм, да, сахарок, – фермерша встала и поправила шляпу. – Споткнулась.

Не смотря на фирменную улыбку, старшая сестра видела в глазах младшей некоторое сомнение, будто она не верила её словам. Так ли это было…?

* * *

К Маленькой Эпплджек, почтальон пришел домой.

«Вам посылка. Принимайте.»

Маленькая Эпплджек, посылку приняла, открыла,

А там черепушка большая лежит.

Напугалась Маленькая Эпплджек,

Отвернулась от посылки.

А Жёлтая Красавица в комнату зашла.

Посылку увидала,

Да кричать начала.

Рыдает Красавица,

Копытами по полу стучит.

А во рту клыки отрастают,

Да копыта когтями обрастают.

* * *

Свет нового дня ударил в окно Эпплджек, но сегодня он её нисколечко не радовал. Ночью ей снова снились кошмары. Что её удивило – это оставшееся чувство чего-то знакомого. Рарити вроде как называла это причудливым словом «де-жа-вю», или как-то так. Тем не менее, была пора вставать, завтракать и идти работать: сбитые градом остатки яблок сами себя не уберут. Встав с кровати, Эпплджек почувствовала, как её ноги подкосились. Она едва смогла удержать себя чтобы не упасть. Лишь покачав головой на свою неуклюжесть, она пошла умываться.

В дверь ванной постучали.

— Эпплджек? – это была Бабуля Смит. – Ты там?

— Да, бабуль, — приветливо ответила оранжевая кобылка. – Доброе утро.

— Не очень-то доброе. Эппл Блум заболела.

Фермерша оторвалась от разглядывания кругов под глазами и пошла открывать дверь.

— Серьезно? – обеспокоенно спросила Эпплджек. – Как она?

— Лихорадит и бредит, — покачала головой престарелая кобыла, а потом спросила. – Скажи, Эпплджек, ты что-нибудь знаешь о, так называемой, Жёлтой Кобыле?

Оранжевая кобылка как язык проглотила. Она не могла ничего сказать в ответ. Ведь не бывает так, чтобы одинаковые сны снились двум пони…да?

— Нет, я ничего не знаю, — честно, со своей точки зрения, ответила Эпплджек.

— Хорошо. Большой Маки пошел за доктором, так что яблоки ты пока собираешь сама. Однако, если ты хочешь составить компанию Эппл Блум, то я не буду против.

Кобылка ненадолго задумалась и посмотрела в зеркало. Синие круги под глазами, что вызваны ночными кошмарами о Жёлтом Монстре. Жёлтом Монстре которого она знала когда-то давно. Она не знает кто это, но если это нечто преследовало во снах Эппл Блум, то она обязана это выяснить. Ответ был краток.

— Сперва я зайду к Эппл Блум. Я не смогу спокойно работать, пока не узнаю что-то наверняка и буду переживать лишний раз.

— Хорошо, — улыбнулась Бабуля Смит и потрепала кобылку по голове. – Яблоки за пять минут никуда не денутся.

Она ушла своей дорогой, а Эпплджек, ещё раз умыв лицо, поднялась на второй этаж и подошла к комнате младшей сестры. Уже в коридоре она начала слышать беспорядочное бормотание Эппл Блум.

Старшая сестра постучала. Как и ожидалось, ответа не последовало, и Эпплджек открыла дверь. Когда она зашла в комнату, взгляд кобылки сразу устремился к кровати, на которой дрожала завернутая в одеяло Эппл Блум. Без стен, слова стали более разборчивы, но всё равно несли в себе мало смысла.

— …жёлтая кобыла…чудовище…смерть…слезы…плачет…жалеет…желает смерти…жёлтый…оранжевый…кобыла…

Оранжевое копыто легло на голову кобылки и нежно погладило её по голове.

— Всё будет хорошо, сахарок…Всё будет хорошо…

* * *

В ужасе к стене прижавшись,

Малютка Эпплджек сестру защищает.

Монстр рычит и клацает зубами,

Когтями скребет, сестер доставая.

Но тут, из-за монстра спасительный рык,

«Не трогай детей» — Бабуля кричит.

И Вайнона, что есть силы,

Монстру в ногу вцепилась.

Монстру больно, и монстр рычит,

«Ненавижу собак» кричит.

Из-под кровати он вылезает,

И палкой бабули по голове получает.

А Маленькая Эпплджек всё плачет и плачет,

Да сквозь слезы колыбельную Малютке поёт.

Успокоить её желает,

Ведь не должно быть всё так как идёт.

* * *

Звук очередного удара яблока о дно ведра раздался на ферме. Эпплджек неторопливо собирала сбитые градом яблоки в ведра, которые она закрепила на своей спине. Технология простая: поднимаем зубами яблоко, поворачиваем голову, отпускаем яблоко. Иногда, ради развлечения, можно было сыграть в игру и подбрасывать яблоки таким образом, чтобы они попадали в ведра слёту – это здорово сокращало рабочее время за счет позитивного настроя, но сейчас никого не было. Оранжевая кобылка собирала яблоки в одиночестве.

Ни минуты рабочего времени она не могла не думать о младшей сестре, слишком всё было странно. Эппл Блум могла попытаться получить метку пережившего град, но это было из разряда идей, с которыми даже Метконосцы работать не будут. Маки уже должен был вернуться с врачом, многое станет ясно, после того как доктор скажет своё слово. А вёдра всё наполнялись, и ритм ударов яблок становился всё тише.

Эпплджек сама не заметила, как пришла к злополучной табличке на цепях. Мерзких запах гнили тут же ударил в нос, вынудив фермершу прикрыть копытами нос. Словно вслед за запахом до ушей кобылки начал доходить звук. Это был плач. Тот же плач, но теперь он звучал…знакомо. Эпплджек прикрыла глаза. Она думала. Что-то её сюда привело. Что-то из прошлого, что она выкинула из своей головы годы назад.

— …жёлтый монстр… — прошептала Эпплджек, открыв глаза и вглядываясь в перекрытый участок.

Нос уже привык к запаху и она набрала воздуха в грудь. Запах тоже начинал обретать ясность – он был знаком. Она взглянула на деревья и её удивлению не было предела: на этих деревьях росли апельсины. Запах, что витал в воздухе, был запахом апельсинов, сгнивших на земле. Но что они тут делают?

Эпплджек выдохнула. Кошмары начались здесь, а значит здесь они должны закончится. Тем не менее, она не могла унять дрожь в коленях. Эпплджек не из трусливых, но здесь было что-то, что поселило страх в её сердце и сердце Эппл Блум. Ради них обеих, она должна узнать что это. Поправив шляпу и сняв ведра, оранжевая кобылка пролезла под цепью и устремилась вглубь участка, идя на звук.

* * *

Маленькая Эпплджек, с сестрой на спине,

По лестнице вниз, бежит, что есть духу.

Монстр преследует, монстр найдет,

А уж если догонит – убьет.

Маленькая Эпплджек в комнату забежала,

Закрыла на ключ и под кровать побежала.

Но монстр услышал, и монстр всё видел,

К двери подошел и в аккурат постучал.

Маленькая Эпплджек, прижав к себе сестренку,

Начинает петь колыбель, дабы успокоить Малютку.

Могучий стук раздается от двери,

И ещё раза три, что аж щепки полетели.

Увы, дверь сдалась и упала на пол,

Оставив сестер без щита, на расправу.

Маленькая Эпплджек спрятала взгляд,

И ещё тише, на ушко, запела сестре.

* * *

Трава, что сминалась под копытами Эпплджек, была довольно высокой. Сюда никто не заходил, да и урожаи апельсинов были предоставлены сами себе: поливал их только дождь, а урожай перезревал и падал на землю самостоятельно, где он и гнил. Состояние этого места и его запах заставляли мурашки бегать под кожей Эпплджек, подобно плотной стае тараканов, и приближение к источнику звука вынуждало их бегать всё быстрее, буквально наступая друг на друга.

Рост травы тут не контролировался Эпплами, но, всё же, в некоторых местах трава была короткой. После недавно прошедшего дождя, это место стало напоминать миниатюрную версию какого-нибудь болота или озера, не говоря уже о том что некоторые лужи, были действительно глубокими и можно было увидеть своё отражение.

С каждым шагом источник звука становился ближе.

— …пора яблоки в копыта… — решительно прошептала Эпплджек.

Она уверенно, соблюдая осторожность, прошла в сторону плача, к большому дереву, что было окружено высокой травой. Возле него пахло хуже всего: прямо как в свинарнике.

Плач был всё ближе. Раздвигая траву копытами, Эпплджек шла к неизвестному. Раздвинув очередные заросли её удивлению не было предела: уткнувшись лицом в дерево и прикрывшись передними копытами, плакала кобыла. Тело и грива были покрыты слоями грязи и различить их было довольно сложно.

— Простите… — шепнула Эпплджек, не уверенная в том, что это та кого она искала. – Я могу вам помочь…?

Она подошла ближе.

Кобылка на мгновение затихла.

— Что-то…случилось…? – неуверенно сказала Эпплджек и сделала ещё шаг вперед.

Плач разбавился короткими и торопливыми вдохами. Фермерша сглотнула.

Вдохи перешли в тихое рычание и Эпплджек попятилась назад.

— Я-я не хочу вам зла, — сказала оранжевая кобылка, когда паника уже начала овладевать её телом.

Рычание стало громче и грязная пони начала медленно вставать на свои четыре ноги.

Эпплджек, пятясь назад, уже скрылась за травяной оградой, когда крик вынудил её сердце застыть, и грязная кобыла, с диким визгом выпрыгнув из зарослей, накинулась на фермершу, придавив её к земле.

Крича, словно дикий зверь, она начала наносить передними копытами удары.

Пропустив один и панически убирая голову из-под остальных, Эпплджек кое-как собралась и скинула с себя сумасшедшую.

Она упала недалеко.

Оранжевая кобылка поспешила встать и поправив шляпу, принять боевую позицию. В это время психованная встала и посмотрела на Эпплджек. Глаза…Белые глаза, что смотрели на неё в кошмарах. Сердце в груди фермерши застучало как сумасшедшее. Дыхание сбивалось.

Сумасшедшая кобыла вновь бросается в атаку. Её глаза горели безумием. Чистой дикостью.

Психованная наносила один удар за другим, но Эпплджек успешно уклонялась от них.

Наконец, и фермеша смогла нанести удар. Она не почувствовала той силы, с которой она лягает деревья или бьет очень плохих пони. Она не почувствовала, как копыто пробивает плоть, добираясь до скелета. Что она почувствовала так это то, что она маленькая и беспомощная кобылка…прям как много лет назад, в то время как сумасшедшая била подобно дикому зверю.

Обмен ударами продолжался не долго.

В какой-то момент, кобыла вновь решила придавить Эпплджек, но рефлексы оранжевой кобылки спасли её и в этот раз. Резко откинувшись на спину, она перебросила психованную через себя задними копытами.

Послышался всплеск.

Эпплджек резко встала, как это сделала и противница, и застыла. Часть грязи сошла со шкуры и гривы кобылы, открывая взору Эпплджек жёлтую шёрстку с оранжевой гривой.

Фермерша застыла. Образ… Образ из детства начинал полностью возвращаться…

— …жёлтый монстр… — испуганно прошептала Эпплджек, пятясь назад.

Здесь больше не было взрослой кобылы, которая управляет фермой и иногда помогает спасать Эквестрию. На её место пришла маленькая напуганная кобылка, которая хочет к бабушке. Та, которая не знает лучшего способа защиты, чем спрятаться под кровать. Но тут не было кровати, а значит оставалось лишь одно решение…

БЕЖАТЬ!

Резко развернувшись, Эпплджек попыталась удрать, но было слишком поздно. Уже на развороте монстр приблизился и ударил передним копытом в ребра оранжевой пони. У Эпплджек перехватило дыхание и она, зажмурившись, взвыла. Открыв глаза, последним, что она увидела, было два задних копыта, приближающихся к её мордочке. Фермерша отлетела на пару метров и боком упала на землю.

Глаза… Она не хотела закрывать глаза, но тело было против. Боль была слишком сильная.

Эпплджек потеряла сознание.

* * *

Желтая кобыла стояла неподвижно. Краем глаза она вглядывалась в своё отражение в луже, рядом с которой стояла. Она чувствовала...чувствовала…что-то знакомое, в этой жёлтой шерстке…оранжевой гриве…и…метке. Губы шевелились, но рот не издавал ни единого звука, словно…она вспоминала.

Медленно развернувшись к оранжевой кобыле, она увидела, что та лежит неподвижно. Словно мертва. Но она знала, что кобыла жива – нарушительница жива. Губы не переставали шевелится. Она медленно пошла к оранжевой кобыле. Разум, а вернее то, что от него осталось, говорил прикончить нарушительницу, но…внутри…что-то препятствовало.

С губ, за многие годы, наконец сошли слова:

— …эппл…джек… — прошептала жёлтая кобыла.

Ноги начали подкашиваться, будто ведя тело в обратную сторону.

— …эппл…джек…

Тело и разум хотели убить кобылу, но что-то внутри пыталось запретить.

— …эппл…джек…

Она подошла к нарушительнице. Смерив взглядом фермершу, она занесла копыта, желая раздавить её.

— …эппл…джек…

Копыта тряслись в нерешительности и, к своему удивлению, легли возле белых глаз.

— …эппл…дже…

Раздался громкий хруст.

* * *

На ферму «Сладкое яблочко» опустилось ночное покрывало.

Вайнона, жалобно скуля, царапала дверь в спальню Эпплджек, когда из комнаты Эппл Блум, вышел доктор в сопровождении Большого Маки.

— Температура уже спадает, — улыбаясь подметил врач. – Это был обычный нервный срыв из-за кошмаров. Завтра она уже будет в порядке, но от работы ей лучше воздержаться, –подумав, он добавил. — Знаете, что её могло так напугать?

— Нет, — ответил Маки, в своей привычной манере.

Доктор скорчил гримасу. Немногословность — это неплохо, но не до такой же степени. Тем временем красный жеребец смотрел на собаку, которая, опираясь передними лапами на дверь, жалобно смотрела на него.

— Давайте взглянем на вторую пациентку, — сказал врач и только он слегка толкнул дверь, как Вайнона раскрыла её настежь.

Забежав в комнату, аккуратно забралась на кровать и устроилась у задних ног хозяйки. Эпплджек лежала неподвижно. Её грудная клетка и голова были перебинтованы.

— Ей придется забыть о работе минимум на месяц, — сказал доктор. – Небольшое сотрясение, треснули пара ребер и челюсть, но жить она будет, это точно. – затем, он вновь взглянул на Макинтоша. – Вы…уверены, что она упала с холма?

— Да, — ответил Маки.

Доктор прикрыл морду копытом.

— Завтра я пришлю кого-нибудь проведать ваших сестер, мистер Мак.

— Агась.

— Эх… — вздохнул врач и махнул копытом. – Я помню где выход. До встречи, мистер Мак.

— Агась, — повторился Большой Маки, не отрывая глаз от Эпплджек. Он не мог рассказать кому-то о том, что видел, даже другим Эпплам. Единственные, кто об этом знают – это он и Бабуля Смит.

Врач собрал свой саквояж и ушел.

Выйдя во двор, он увидел, как к дому идет Бабуля Смит, запряженная в телегу, в которой лежала лопата. Сама бабуля держала масляную лампу ртом за ручку.

— Оу, миссис Смит, — сказал он. – Куда вы пропали?

Зеленая кобыла поставила фонарь на землю.

— Было…дело. Эпплджек…споткнулась и поэтому упала. Я пошла устранять эту проблему, — сказав это, она кивнула на лопату в телеге.

— Вы? – удивленно сказал врач. – Но, вы же могли попросить мистера Мака.

— Нет-нет… — с оттенком грусти, сказала Бабуля. – Это…была моя вина. Я должна была всё сделать сама.

— Очень мило с вашей стороны, миссис Смит, — улыбнулся доктор. – Ну…до встречи. Завтра к вам придет кто-нибудь, проведать ваших внучек.

— Спасибо, доктор, – улыбнулась кобыла.

Доктор вновь поднял свой саквояж и ушел с фермы.

Поставив телегу на место, Бабуля Смит распряглась и, зайдя в дом, поднялась наверх. Макинтош продолжал стоять в дверях Эпплджек, наблюдая за сестрой. Когда подошла Бабуля Смит он освободил проход, пропуская бабушку. Она зашла в комнату и подошла к кровати своей старшей внучки.

— …теперь… — прошептала она. — …всё кончено…

Она нежно погладила Эпплджек по голове и поцеловал в лоб. Большой Маки грустно глядел в пол.

— …я должна была сделать это много лет назад, но не сделала… — она пошла к выходу. — …боялась, что мой сын не хотел бы этого, но… — она сделала паузу и вздохнула. – Иди спать, Маки. – заботливо сказала она. – Вайнона посмотрит за ней.

Свет в доме Эпплов погас и все легли спать. Двери в комнаты сестер оставили, на всякий случай открытыми, чтобы лучше их слышать, если что-то случится. Но ночь прошла тихо и спокойно, и только сестрам снился сон. Тёплый и добрый сон…

* * *

Жил да был Красный Гигант. Был он большой, сильный и красивый. Выращивал гигант яблоки, да набралось однажды столько, что одному ему было не съесть. Решил он эти лишние яблоки продать, ведь деньги всегда могут понадобится — например, построить новый амбар. Собрал он вещи, сложил яблок в телегу, да и зашагал в большой город.

В большом городе, его встретили прохладно. Не любят тут пони из дальних мест, что для этих городских глушь сплошная, но тем не менее, на рынке он установил свою палатку и стоит: народ зазывает, но не идут они к Красному Гиганту.

День стоит. Два стоит, да и подумывает уже махнуть копытом и поехать обратно с пустыми копытами.

Вдруг, слышит шум и крики – «Спасите! Помогите!».

Прибежал Красный Гигант. Смотрит, а там под телегой, что полна апельсинов, пони лежит. Колесо отломилось, пока он дно латал, и теперь давит полная телега. Единорогов нет рядом, а кто не пытается, никто поднять не может. Думают – «Всё! Конец ему!». И тут появился Красный Гигант – «Отойдите!» кричит. Все отошли, а он на задние ноги встал, передними телегу подхватил, да поднимает её, даже не рыча. Вытащили беднягу, а он и говорит – «Спасибо тебе, добрый пони! Если бы не ты, так и сгнил бы под этой телегой!». Красный Гигант благодарность, да поздравление принял и тут видит он кобылку, красоты ранее не виданной. Желтая шёрстка, грива оранжевая, что на ветру развивается.

Заметил спасенный, да и говорит – «Сестра это моя. По секрету, она на тебя смотрит, как ты тут появился. За то, что ты меня спас – Если надумаешь жениться, то я мешать не буду, и даже помогу». Рассмеялся пони, а Красный Гигант подошел к Жёлтой Красавице и говорит – «Эм…Хотите замуж?». Рассмеялась Жёлтая Красавица, да решительно отвечает – «Да!».

* * *