# Последний чейнджлинг: угроза Эквестрии

hoovboov

Чуть ранее Армор и Кризи подверглись беспощадному шиппингу. И вот, после небольшой передышки, продолжаем тему.

## Глава 1

Потоки воды беспрерывно заливали укрытие маленького чешуйчатого существа. Хоть в этой пещерке и имелся естественный слив, но сейчас его явно не хватало для сопротивления обезумевшей стихии. Снаружи шквал ветра гнул деревья до земли и уносил в море облака зеленных листьев. Гром сотрясал камни, с каждым разом грозя все ближе обрушить свою мощь. Сейчас ничто бы не заставило бедную ящерку выйти наружу. Даже уровень воды, поднявшийся уже до самой шеи.

Но к счастью этот кошмар кончился также быстро, как и начался. Дождь прекратил барабанить, а с неба полились яркие лучи. Из темной щели показался чешуйчатый нос. Убедившись в безопасности, рептилия стремительно навернула пару кругов по камню, остановившись на самой вершине. Там ее встретил жар солнца, дарящий блаженное удовольствие. Это были последние мгновенья жизни ящерки. Стоило ей от бессилия прикрыть глаза, как тут же хищные зубы сомкнулись на зеленой спинке и отправили маленькое тело в бездну голодного нутра.

Трясущийся, облезлый и тощий Шайнинг Армор встревожено смотрел по сторонам и спешно дожевывал свою добычу. Когда он, наконец, с ней расправился, то ощутил тепло и эйфорию. Не каждый его день начинался с завтрака.

Уже почти прошел месяц, как они с Кризалис поселились на маленьком острове, затерянном между драконьими и грифоньими землями. Такова была прихоть королевы. Прожив столетия в подземелье, она тайно любила теплоту солнца и шум волн. Армор и не думал возражать. Место действительно оказалось райским. Песок, море, кокосы. Последнее приятно удивило желудок единорога. Довольная кобылка стремилась каждый день удивить своего любимого новым блюдом из пальмового ореха.

Но с каждым днем эта экзотика все сильнее приедалась Шайнингу. У него то дело заводились блохи. Прочие насекомые также не давали покоя. Кокосы надоедали. Лишь только совместная постройка дома позволяла ему по-прежнему видеть перспективу.

Однажды жеребец с ужасом обнаружил, что кроме пальм на острове не имелось прочих плодоносящих растений. К тому времени его организм больше не мог усваивать однообразную пищу.

Это становилось невыносимо. Но вид цветущий Кризалис, чуть ли не плачущей от счастья, придавал Армору сил. Он принял решение держаться до конца. И тогда хищник проснулся внутри пони.

Нельзя сказать, что мясоедение в Эквестрии считалось преступлением. Скорее лишь отклонением. Но за это вас могли отправить на принудительное лечение. Тем не менее, множество семей в провинциях имело тягу к насыщенной белками пище. По слухам, среди них были и Эпплы.

Так, размышляя о собственной нравственности относительно общества, единорог не заметил, как вернулся к месту на пляже, где обычно проводил большую часть дня. Там, на фоне морского горизонта, виднелась пара плетеных лежаков. Как и ожидалось, на одном из них расположился его особый чейнджлинг.

Но только что-то насторожило в позе разлегшейся королевы. Еще издалека Армор увидел, как неестественно свисают ее ноги и неправильно повернута голова. Сердце единорога участилось. Из-за упавшего давления он едва не свалился с ног.

С каждым шагом ему открывались все более страшные детали. Кризалис не дышала. Глаза ее были закрыты, а рог сломан. Вся нижняя часть туловища оказалась изодрана в лохмотья.

Он больше не мог стоять. Колени безвольно согнулись, уронив голову в песок.

— Что с тобой? — раздался знакомый голос. Шайнинг приподнялся и увидел, как ни в чем не бывало, здоровую кобылку. Затем вновь посмотрел на изодранные останки. Жеребец решил, что от голода видит галлюцинации. Кризалис проследила за его взглядом и смущенно произнесла:

— Ну, иногда я сбрасываю шкурку. Ты разве не знал?

Единорог промолчал.

— Хех, наверно жутко выглядит. Извини, я просто решила искупаться, прежде чем убрать это. Ты шокирован?

— Все нормально. Просто она так точно тебя повторяет. Я не сразу сообразил.

Только теперь Армор разглядел посвежевшую кобылу. Ее новое тельце поблескивало на солнце, а волосы насытились глубоким оттенком. Поймав на себе взгляд, Кризалис игриво улыбнулась и ткнулась носом в мордочку лежащего пони.

— Пойдем, приготовлю тебе что-нибудь, а то совсем исхудал. Нам ведь еще дом строить.

Нужно сказать, что, по мнению Шайнинга, постройка жилища явно выходила из-под контроля. Просторов уже с лихвой хватало на двух пони. И это не считая верхних этажей. Должно быть, королеве по привычке требовался дворец, пусть даже среди джунглей.

Трудовой день кончился перед самым закатом. По традиции они встречали его на крыше, обернувшись легким пледом. Солнце, размытое на горизонте, позволяло заглянуть в свою мягкую теплоту. Это было время, когда в голову лезли воспоминания о прошлом.

Кризалис не видела в своей жизни ничего, о чем могла бы жалеть. Все ее триумфы и поражения являлись неизбежностью. Сама ее природа заключалась в нахождении единственного решения. Другое дело Армор. В какой-то момент он решил действовать только в своих интересах. И все последствия ложились лишь на него. Теперь, когда его липовая смерть раскрыта, многие пони вправе были осуждать принца. И ему хотелось принять это. Оказаться закиданным помидорами. Выслушать все от Твайлайт, от родителей. Это было справедливо. Куда лучше, чем трусливо прятаться на острове.

Незаметно луна появилась на небе. В темневшей пустоте зажигались огоньки. Кобылка к тому времени уже посапывала, крепко прижавшись к своему спутнику. Он довольно вздохнул. Такие моменты стоили многого.

«Не все так плохо, — подумал Шайнинг, — Сегодня она приготовила вполне съедобные лепешки. Я даже не почувствовал кокосовый привкус».

Словно из самой луны, на землю полетела ярчайшая звезда. Армор задумался о желании.

«Чего же мне не хватает? Самоуважения? Признания? Пони так быстро забыли все мои заслуги. Вот если бы еще раз выпал шанс показать себя…»

Погружаясь в сон, жеребец не обратил внимание на малое расстояние до упавшего метеорита. Это должно было вызвать тревогу. Но нет. Его разбудили панические крики кобылки:

— Собирай вещи в колесницу! Поводья проверь! Быстрее!

Армор еще толком не успел проморгаться, как мимо его носа стали пролетать небольшие коробки и тряпки.

— Да что-случилось-то?!

— Огромная волна, сейчас все снесет!

И действительно, горизонт на северной стороне казался неестественно приподнят. Слух периодически улавливал тяжелый гул.

Жеребец, оценив ситуацию, негромко выругался и поскакал выполнять инструкции. В какой-то момент он подумал, зачем вообще Кризалис нужны поводья? Но времени спрашивать не было. Все что можно уже загрузили внутрь, кроме него самого.

— Запрыгивай уже!

Колесница поднялась высоко в небо и застыла на месте. Минуты спустя взору открылась ускоряющаяся гора воды. Она всей своей мощью обрушилась на маленький остров, вырывая с корнем пальмы и уничтожая все постройки. Еле заметно блеснула слеза на щеке чейнджлинга. Кобылка поджала губу и шмыгнула носом.

— Ну и куда теперь? Опять погостим у лесных?

Единорог встряхнул головой и осторожно предложил.

— Слушай, я ведь обещал навестить Твайлайт, помнишь?

Кризалис тут же запротестовала:

— Да ни за что! Просить приюта у аликорнов? У меня еще осталось немного достоинства.

— Она ведь моя сестра.

— Я ей не нравлюсь. Да и вообще буду там как бельмо на глазу. Кому это надо?

— Ну пожалуйста. Меня тоже там сейчас не чествуют. Однако дай пони шанс. Если начнут освистывать, то сразу уйдем.

Королева немного помчала, а затем скривилась.

— Оох… ладно. Не знаю, чего ты там ожидаешь, но пусть, рискнем. Можешь ознакомить с родителями. — улыбнулась она.

— Не всегда понимаю, когда ты шутить. Но если все пойдет удачно…

Армор прервался, обдумывая свою новоиспеченную мечту. Небольшой ресторанчик, на краю города. Семейные столики. Куча еды. Интересно, когда он наестся вдоволь, то по-прежнему будет этого хотеть?

— И я не собираюсь под кого-либо маскироваться. Мы же плохого ничего не затеваем.

— Просто немного погостим, — сказал жеребец и тихо добавил: — поедим…

## Глава 2

Подлетая к Кантерлоту, еще издалека, можно было заметить несколько столбов дыма, коптивших небо. Дороги на выезд из города заволокли многочисленные повозки. Вообще все цвета казались слегка потускневшими, а в воздухе звенела нотка волнения.

Но чего-то катастрофичного Кризалис не увидела. Так или иначе, магазины продолжали работать, а на улице встречалось немало занятых привычным делом пони. Она, вместе с Армором, бок о бок шагала по главной улице, ведущей к замку. Паники не было. Изредка на них бросали удивленный взгляд, но не более. И это необычайное равнодушие весьма тревожило королеву.

Во дворец паре удалось попасть также без происшествий. Увидев необычных пони, один из стражников тут же поскакал докладывать. Без лишних вопросов врата распахнулись, и пред ними предстала принцесса дружбы.

— Это вы? Правда, вы?! О, слава Селестии, — поприветствовала Твайлайт, и кинулась с объятиями к Армору. Тот был рад, хоть и немало удивлен от столь теплой встречи. И уж совсем растерялась королева чейнджлингов, когда фиолетовый аликорн также тепло обхватила ее шею.

— Кризалис, рада вновь встретиться.

— Да… спасибо. Я тоже рада, — пробормотала кобыла. Повисла недолгая пауза, пока Твайли смотрела на них, совсем по-жеребячьи, размахивая хвостом. Грива у той небрежно топорщилась, а на мордочке периодично появлялась маниакальная улыбка.

— Мы, в общем, — начал единорог. — Залетели погостить, если это не проблема…

Твайлайт несколько раз удивленно моргнула. Затем расплылась в счастливейшей улыбке.

— Конечно! Оставайтесь хоть насколько! Вам уже готовят комнату. Давайте пока сходим в столовую.

В животе Армора победно заурчало. Он твердо решил ни о чем не беспокоиться, пока не поест. А вот у Кризалис уже рисовались представления о ситуации. Какая-то тяжба свалилась на город. И принцессы явно не находили решение.

В высоком, но плохо освещенном коридоре, навстречу приближалось несколько голосов.

— Нам нельзя сейчас ссориться. Пожалуйста, постарайся быть чуточку приветливей.

— Я бы и рада, Флати, — заговорил второй, куда более уверенный собеседник. — Но я, правда, с ней не согласна. Мы полностью прекратили поставки, зачем продолжают держать Мака?

Когда в поле зрения двоих появилась Спаркл, та, что носила шляпу, поспешно свернула в сторону.

— Ладно, Сахарок. Пойду, отдохну перед обсуждением.

Желтая пегаска попрощалась с подругой и двинулась навстречу идущему трио.

— Ты там с кем Твайли? Армор! Кризалис?! А ну да… извините.

— Привет Флаттершай, — произнес жеребец. Королева приветственно кивнула, получив в ответ тот же жест. После заговорил аликорн:

— Мой брат, со своей… спутницей, некоторое время погостят в замке. И надеюсь, не будут против принять участие в предстоящем собрании?

— По поводу чего? — осторожно поинтересовалась темная кобыла.

Твайлайт вздохнула.

— В Кантерлоте дела идут плохо. Череда бед. И самое ужасное, что принцесса Селестия подверглась нападению. Флати, можешь составить им компанию за обедом? Мне еще нужно доклад выслушать.

— Конечно, я уделю им внимание. Пожалуйста, пойдемте.

Фиолетовая кобылка покинула компанию, а оставшихся повела за собой пегаска.

Небольшой стол, расположенный близ кухни, имел на себе пеструю ленту закусок. Армор не принял предложение Флаттершай дождаться горячего. Слишком уж кружилась голова от соблазнительных запахов. И хоть его любимая еле сдерживала смех, а желтая пони откровенно смутилась, сил соблюдать манеры не нашлось. Однако он внимательно слушал разговор.

— Так что-произошло-то?

— Это было две недели назад. Одна из служанок, точнее кто-то в ее виде, напала со спины. Селестия оказалась тяжело ранена, — тихо прошептала розовогривая. — И сейчас находится в бессознательном состоянии.

— Нападавшего поймали?

— Нет. Но один из стражников утверждает, что, возможно, видел чейнджлинга в небе.

— Описание есть?

— Он помнит только силуэт.

Единорог поспешил скорее прожевать пищу, чтобы задать вопрос королеве. Но та сразу поняла его мысль и дала ответ.

— Да, те чейнджлинги, что жили в Улье теперь лесные пони. Но за прочих я не ручаюсь. Возможно, еще есть такие, как я.

Флаттершай продолжила:

— Теперь светилами движет Луна. Она очень устает и не может успокоить народ. Осталась только Твайлайт.

— А Каденция?

— Еще не нашли.

От слов пегаски у Армора пробежали по спине мурашки. Если с аликорном что-нибудь случилось, то это, безусловно, его вина.

— Еще у нас проблемы с драконами и отравленной едой.

— Чего!

— Ну с фермы «Сладкое Яблочко» привезли как-то…

— Да нет, что у вас с драконами?

— Ой. Они возникают внезапно. Их можно обнаружить только после первых поджогов. В дыму и ночью пегасы ничего не могут сделать.

Кризалис и Шайнинг переглянулись. Сложно было осознать, что сейчас творилось в столице. Неудивительно, что пони безразлично относились к появлению бывшего принца и королевы. Проблем хватало и без них.

— Вот эти темы и будут обсуждаться. Хотя проблем намного больше.

Флаттершай выдохнула и неожиданно приблизилась к мордочке королевы.

— Друзья, пожалуйста, сейчас нужна любая помощь. Твоя сестра, — пегаска повернулась к единорогу. — Ей очень тяжело. Она растерянна. Дайте совет, окажите поддержку.

— Безусловно, мы что-нибудь предпримем, — уверил кобылу Армор. Она поблагодарила и решила оставить их наедине, предварительно объяснив, где будут собираться остальные.

— Однозначно диверсия, — заключил единорог.

— Границы сейчас укреплены. Откуда драконы?

— Видимо, кто-то из местных. Рантефана, я слышал, еще не нашли. Вполне может укрываться поблизости.

— Значит, их не много. Но кучка чешуйчатых не смогла бы устроить такой переполох.

— Да. Похоже, тут еще много участников. Пони? Чейнджлинги?

— Все это можно выяснить. Кризис не такой уж серьезный. Просто необходимо правильно организоваться.

— Ты, правда, хочешь в этом участвовать? У нас же отпуск.

Кризалис задумчиво улыбнулась.

— Когда-то я сама пыталась захватить этот город.

— И фактически сделала это.

— Фактически. Но ты беспардонно вышвырнул меня. Мой самый унизительный проигрыш.

— Прости, у меня были плохие манеры, — улыбнулся жеребец и одарил поцелуем свою собеседницу.

— Так или иначе, раз не вышло у королевы чейнджлингов, то не дано никому. Дело принципа.

На этаже выше расположилась комната обсуждений. Массивный круглый стол занимали пять кобылок. Все представители элементов, кроме Смеха.

— Эпплджек, послушай, — выступила Твайлайт. — Биг Мак не в тюрьме. С ним хорошо обращаются.

— Да хоть в санатории. Ты знаешь, что он не виноват. Ферма, практически, без присмотра. Я тоже не могу уехать. Какая польза держать моего брата?

— Нам надо найти виновных. Иначе вам никто не разрешит поставлять яблоки в Кантерлоте.

— Да обойдемся, — фыркнула пони в шляпе. Но собственные слова ее напугали и следом пошли уверения:

— Я сама буду проверять каждую партию и не позволю такому повториться.

Разговор прервался, когда в дверях появились две новые фигуры. Аликорн поспешила объявить:

— Королева Кризалис и мой брат согласились к нам присоединиться. Надеюсь, возражений не будет.

— Чего! — встрепенулась радужная пегаска. — Еще как будут! Она же чейнджлинг! С каких пор мы им доверяем?

— Рейнбоу, будь объективней, — вмешалась Рарити. — У нас уже давно партнерские отношения с ее расой.

— Да как вы можете быть такими доверчивыми. После всего произошедшего, я не собираюсь сидеть с ней за одним столом.

— Я тоже не вижу смысла здесь находиться, раз мое мнение не имеет веса, — заявила Эпплджек. Обе пони демонстративно встали и направились к выходу.

Твайлайт Спаркл собиралась броситься им вслед, но кобылка-чейнджлинг удержала ее.

— Пусть идут. Сейчас не время утешать обиженных жеребят.

Услышав это, голубая пегаска повернула голову и нахально продемонстрировала язык королеве. Та улыбнулась и высунула свой, более длинный и слегка раздвоенный на конце. Рейнбоу поежилась.

— Что произошло между тобой и Эпплджек? — обратился к сестре Шайнинг.

— Биг Макинтош завез в город повозку с отравленными яблоками. К счастью, партия не успела разойтись. Сейчас проходит расследование.

— Я так предполагаю, его возглавляет Мегре?

— Нет. Этот пони ушел в отставку.

— Зря. Если хочешь побыстрее со всем разобраться, то советую его подключить. Старый пегас довольно упорный и сообразительный.

— А где эта ваша Пинки Пай? — поинтересовалась Кризалис, оглядывая оставшуюся компанию. — Я для нее подготовила неплохое выступление. Хотелось услышать ее критику.

— Она пропала месяц назад, когда гостила у родителей, — дрожащим голосом ответила Флаттершай.

— Значит, точно планируется вражеский удар. У вас сейчас нет ни Селестии, ни элементов. Самый лучший момент, чтобы напасть. Но возможно, что-то еще должно произойти. Больше нельзя терпеть потери.

Армор заметил, что оставшиеся пони внимательно и доверчиво смотрят на королеву. Он приобнял ее, и та продолжила:

— Слушайте план действий. Вы, Доброта и Щедрость, полностью берете под контроль все происходящее во дворце. Следите за всеми и особенно за своими подругами. Армор, можешь разобраться с пожарами?

— Если возглавлю стражу, то без проблем.

— Спаркл, распорядишься?

— Да, конечно, — спешно ответил аликорн. — Что еще могу сделать?

Королева задумчиво закрыла глаза, а затем ехидно произнесла:

— Готовься завтра выступить перед пони.

* * *

Ночь во дворце прошла довольно тихо, за исключением одного инцидента. Пока Армор и Кризи наслаждались утробными звуками из набитого живота единорога, в дверь громко постучали.

— Ну заходите, — машинально ответил чейнджлинг. Однако в ответ послышалось лишь быстро удаляющееся цоканье копыт.

Предчувствуя беду, кобылка поднялась с постели и осторожно приоткрыла дверь. Никого не было. Лишь на полу расположился аккуратно свернутый листок.

Содержимое послания оказалось не особо информативным. Небрежно выполненный рисунок сырного изделия, накрытого небольшим, темным головным убором, похожим на корону. Когда Кризалис подняла голову, в поиске автора, из-за угла раздался звонкий, заливистый смех. Увидеть удалось лишь кончик радужного хвоста.

— Кто там? — спросил Шайнинг и получил в ответ листок с рисунком. После недолгого изучения, он усмехнулся:

— Карикатура от подружки Твайлайт. Художник она явно не выдающийся. Не принимай близко к сердцу, у нее нездоровая тяга к проказам.

— Я и не собираюсь оскорбляться. Мне тоже нравятся розыгрыши и живопись. Будь добр, приготовь холст. Чувствую, что пришло творческое вдохновение.

## Глава 3

Твайлайт готовилась выйти на трибуну. Впервые она должна была это сделать без Селестии, Луны да и вообще какого-либо сопровождения. В голове гудело. Сосредоточившись на определенном предмете, кобылка быстро впадала в ступор. Периодически перед глазами появлялась суетливая пони в зеленной шляпке с алым цветком. Она корректировала внешний вид принцессы и просто приводила ее в чувство.

— Все отлично, все хорошо. Не забывай дышать. А теперь выйди и покажи себя!

Мягкий толчок в спину заставил Твайлайт непроизвольно двигаться вперед. Еще пару мгновений и она оказалась у всех на виду. Сотни больших наивных глаз уставились на аликорна. Казалось, вокруг всего образовался вакуум. Паника приближалась.

«О Селестия! Я забыла, с чего должна начать!»

— Здравствуйте… — робко заговорила фиолетовая пони. Но прежде чем ей удалось продолжить, по толпе прошлась шумиха. Взгляды устремились ввысь.

Со стороны высокой башни приближался всем знакомый, грациозный силуэт. Блеснул золотой нагрудник. Тень от широких крыльев накрывала сцену. Твайлайт замерла.

Селестия мягко приземлилась рядом с ученицей, гордо подняла голову и терпеливо выждала, когда закончатся все возгласы и вздохи. Толпа не унималась. Когда пони чуть было не начали скандировать имя своей любимой принцессы, та слегка изменила выражение и белоснежная мордочка стала выглядеть строже. Моментально создалась тишина.

Твайлайт довольно быстро сообразила, кто перед ней стоит на самом деле. Ведь настоящая принцесса еще утром прибывала в коматозном состоянии. Подняв на Кризалис вопросительный взгляд, пони ждала ответа. Чейнджлинг подмигнул.

— Приветствую вас, мои маленькие пони. Хоть у меня и много дел, но я сочла необходимым обратиться к вам. Больше не надо бояться. Не покидайте свои дома. Пора невзгод скоро кончиться. Драконы, что смеют жечь Кантерлот, встретят свое возмездие. После, я вас ненадолго покину. Принцесса Твайлайт в преть будет часто говорить от моего имени.

Кризалис сделала паузу. Поднялся тихий рокот обсуждений. Селестия обещает мир и покой в столице. Слова ее святы. Не важно, по какой причине, главное, что это все часть плана. Но хоть жители и получили сейчас удовлетворение, вопросов оставалось много. Опережая их, Кризалис продолжила:

— В честь скорого выздоровления вашей принцессы, вечером на площади состоится празднество. Каждому пришедшему шарфик в подарок.

Вот теперь дело совершенно до конца. Организация праздника говорила о том, что можно действительно ни о чем не переживать. Сомнений больше не осталось. Лишь Твайлайт косо посмотрела на замаскированного чейнджлинга и шепотом произнесла:

— Кризалис, это все так надо?

— Разумеется.

— Но где до вечера раздобыть столько шарфов?

— Ох. Ну давай ты тоже что-нибудь сама решишь. Тебя ведь Селестия учила. Не позорь ее.

Фиолетовая кобылка оказалась задета последней фразой. Но отвечать не стала.

Чейнджлинг покинул сцену. Пони вновь зашумели и часть из них решила покинуть место действия. Убедившись, что больше не находиться в центре внимания, Твайлайт отправилась следом за «Селестией».

Та уже успела хорошо устроиться на троне. Весь оставшийся день она планировала оставаться в образе принцессы солнца. Просто вновь хотелось почувствовать себя окруженной восторгами. Заодно осуществить один коварный акт мести.

— Дорогая моя, подойди ближе. Я ждала тебя, — позвала она к себе маячившую за дверьми кобылку.

— Принцесса Селестия! Это и правда, вы? Я думала, меня позвала Твайлайт. Вы в порядке?

— Со мной все хорошо, Рейнбоу. Аликорны быстро восстанавливаются.

— Вот это супер круто! А то тут такой хаос без вас начался…

— Об этом я и хотела с тобой поговорить. Чейнджлинг в замке. Кто это допустил?

Пегаска стыдливо опустила голову и даже слегка покраснела. Селестии пришлось закусить губу, подавляя смех.

— Я сразу была против. Но никто не слушал.

— Значит Твайлайт не прислушалась к твоему мнению? Видимо рано я ее сделала принцессой. Придется забрать назад крылья. Да и рог наверно…

— Постойте! Твайли не виновата. Ведь она встретила своего брата. Это все из родственных чувств.

— Не важно. Привести сюда Кризалис, да еще и в такое тяжелое время. Нет, это просто в голове не укладывается!

— Пожалуйста, не вините только ее. Мы все растерялись. Я должна была убедить остальных, но смогла. Тут много моей вины тоже.

Селестию повернула голову на свет, что исходил из витража, изображающего шесть подруг. Казалось, она рассуждала о чем-то весьма сложном. Принимала нелегкое решение.

— Хорошо, Элемент Верности. Только из-за тебя я еще остаюсь в милости. Пусть твоя подруга останется принцессой.

Рейнбоу Деш издала победный выкрик и проделала сальто назад. Белоснежный аликорн продолжил:

— Пожалуй, ты заслужила поощрение. Как насчет того, чтобы выступить с вандерболтами в этом месяце?

Уши радужной встали торчком. Сердце замерло.

— Что?! Серьезно, я могу?

— Да. Я уже издала указ. Художники нарисовали плакат вместе с вами.

— А… можно мне посмотреть? Прямо сейчас, прошу.

Вот и наступил момент, ради которого жглись все свечи. Кризалис приложила все усилия, чтобы не разрушить свое каменное выражение.

— Конечно… можно, — ответила принцесса и телепортировала картину перед мордочкой голубой пегаски.

До Рейнбоу не сразу дошло, что изображалось на рисунке. Но выполнено оно было однозначно качественно. На переднем фоне вандерболты, стремящиеся в даль, как и полагается. За ними летела сама пегаска. Но почему-то все ее тело покрывала белая одежда. Ноги оказались замотаны крест-накрест. Язык вывалился, как у довольной собаки. В глазах сияла искра одержимости. Пони в униформе тоже выглядели странно. Они, казалось, не просто летели, а пытались спрятаться. На мордочках застыло отвращение и испуг. Спитфайр смотрела на Рейнбоу и готовилась кинуться на нее, сжимая в зубах шприц.

Когда вся суть сюжета дошла до кобылки, она обиженно вскинула голову.

— Эй, что за шутки!

Селестия в этот момент уже во всю надувала щеки. Теперь из нее вырвался звенящий смех, плавно перерастающий в жуткий хохот. Знакомый хохот.

— Как ты смеешь превращаться в Селестию! Я все расскажу Твайлайт!

— Да она в курсе.

— А ну, слезай с трона.

— Не хочу.

— Слезай, а то я тебе сейчас задам!

Кризалис на мгновение успокоилась. Затем притворным голосом, полным страдания, прокричала:

— Стража, на помощь! Сумасшедшая пегаска хочет напасть на принцессу.

Рейнбоу испуганно оглянулась и прошипела:

— Лживая проныра. Чтоб тебя сыром закидали.

Напоследок ей еще хотелось скомкать рисунок и кинуть в чейнджлинга. Но там изображались вандерболты, а потому пегаска не посмела.

Всю эту сцену наблюдала Твайлайт Спаркл, прятавшаяся за маленькой дверью слева от центра зала. Маленький конфликт ее не беспокоил. Но сам спектакль королевы заставил задуматься. Правильно ли она поступила, что доверилась чейнджлингу? Как бы отреагировала на это Селестия?

Сейчас Кризалис буквально сидела на троне. Если ей захочется устроить переворот, то никто не сможет это предотвратить. Может Рейнбоу была в чем-то права?

Фиолетовую пони напугал приближающейся цокот. За спиной появился ее брат, облаченный в сияющие доспехи. Они взглянули друг на друга и улыбнулись. Твайлайт вспоминала что-то теплое из детства.

— За кем следишь, сестренка?

— Кризалис и Рейнбоу опять ссорятся. Как бы это не зашло далеко.

— Да не, не думаю.

Кобылка чувствовала давящее жжение. С трудом она подавляла желание обнять Армора и разреветься.

— Ну и каково снова стать стражником?

— Капитаном, — поправил ее брат. — Да все как обычно. Хожу, гоняю новобранцев. А как тебе Кризи в роли Селестии?

— Немного беспокоит, если честно. Скажи, она ведь, ну… не будет злоупотреблять положением.

Шайнинг улыбнулся.

— Конечно будет. Она свое возьмет, не сомневайся.

— Мне стоит тревожиться?

Шайнинг подошел ближе и обнял сестренку.

— Я знаю, многим не нравиться, что мы с ней сидим во дворце. Но не слушай испуганных пони. Кризалис не станет захватывать власть. Она с радостью отпустила свой народ и не собирается вновь ввязываться в это. Доверься мне.

Аликорн задышала ровнее. Слова брата успокоили.

— И все же. Насколько вы с ней близки? Я имею в виду, не планируется ли…

— Эм, извини, Твайли. Скоро празднество. Мне надо подготовить отряды.

Шайнинг ушел также быстро, как и появился. Принцесса еще пару минут недоуменно смотрела по сторонам, а затем вошла в тронный зал.

— Оу, снова здравствуй моя верная ученица. Чем я заслужила твой визит?

— Да, привет. Я наблюдала, как ты шутила над Рейнбоу Деш. Может лучше попробовать пойти на мировую?

Селестия фыркнула.

— Да зачем? Мне нравиться ей парировать. Я еще не встречала пони, с такими твердыми предрассудками. Она всегда так резко на все реагирует?

— Ну, в основном. Однако она хорошая подруга.

— Не сомневаюсь. Элементы гармонии кому попало не раздают. Но все же, что-то у нее таиться за душой. Чем-то она озабочена.

Твайлайт решила перевести тему.

— Хотела поговорить насчет плана. Что вы с Шайнингом разрабатываете?

— Уже все началось. Мы поняли, что поджоги устраиваются вначале на земле диверсантами, а уж потом прилетает пару драконов, отвлечь внимание. Сегодня мы планируем всех выловить. Для это удобно будет собрать большинство жителей на площади, чтобы не мешали. Злоумышленникам не удастся скрыться в толпе. Впрочем, еще не известно, как они поступят, после появления Селестии. По идеи, это должно подтолкнуть их на активные действия, дабы опровергнуть слова принцессы о безопасности. Этой ночью все решиться.

## Глава 4

Одна из трех свечей на стене погасла. Тонкая седая дымка сменила пламя. Освещение в закрытой комнате теперь стало болезненно слабым. В совокупности с духотой и мрачными бетонными стенами создавалась крайне тяжелая атмосфера. Два офицера были уже готовы без объяснений кинуться проч.

Вокруг измученных пони ходил Армор. Он неторопливо вел инструктаж и часто останавливался, звонко ударяя доспехи в пол. Создавалось впечатление, что жеребец постоянно теряет ход мысли, но на самом деле он лишь пытался подольше рассмотреть все новые лица. К несчастью, их было больше, чем ожидалось. Видимо после войны смена состава ускорилась. Одни получили звание повыше, другие ушли на покой.

Среди суровых и мрачных взглядов, единорог постоянно ловил на себе еще один, более странный. Где-то на задних рядах стоял рослый земнопони, с выглядывающей из-под шлема рыжей челкой. На лице у того ширилась улыбка, стоило Шайнингу подойти ближе. Иногда он демонстративно кривлялся или даже передразнивал капитана стражи.

Такое поведение не осталось без внимания. Пони уже переглядывались, откровенно стыдясь за своего товарища. Все ждали, когда же весельчака заставят выйти вперед. Но Армор не подавал виду, что чем-то раздражен. Лишь продолжал спокойно вышагивать и раздавать указания.

Правда, когда пришло время разойтись, рыжему стражу приказали задержаться. Капитан выразился строго и с намеком на разборки. Многие офицеры ехидно улыбнулись, фантазирую участь несчетного дурака.

Когда все посторонние покинули помещение, земной пони слегка разволновался. Всегда свободные доспехи теперь, казалось, уменьшились. Армор глядел на карту города и не спешил поворачиваться лицом. Напряжение исчезло лишь тогда, когда пони уловил линию улыбки на лице капитана.

— Я боялся, что меня не заметят, — рассмеялся рыжий жеребец.

— Как такого клоуна можно не заметить? Тебе кстати выговор за поведение, Руфус.

— Вот и поздоровались.

Шайнинг одарил старого друга ехидным взглядом, а затем стукнулся с ним копытом. Единорог так же успел нанести легкий удар по незащищенным ребрам стражника.

— От тебя поубавилось. Где успел пузо растрясти?

— Не поверишь. Всего месяц в походах меняет пони.

— Бедного толстячка заставили побегать?

Армор действительно не сразу узнал товарища. Преображение было координатным. В памяти еще хранился образ неловкого тучного Руфуса, который вечно отлынивал от тренировок.

Вместе они прошли академию. Вместе их гоняли по строевым. И вряд ли рыжий жеребец смог бы все это осилить без помощи Шайнинга. Тот еще в самом начале почувствовал за спиной твердое копыто. Неведомая сила вела его вперед, ломая все препятствия на пути. Поэтому когда Армор узнал, что удостоен чести хранить покой самой принцессы, то настойчиво попросил и за своего друга.

Новость заставила Руфуса впасть в эйфорию. За всю свою жизнь единорог никогда не видел такой искренней радости. Пони то и дело срывался и начинал скакать по округе. И из-за этого чуть не произошла трагедия. В момент очередного буйства ему на пути попалась юная Твайлайт Спаркл, идущая навестить брата. Благо кобылке тогда удалось удачно телепортироваться.

Армор догадывался, что не только рост по службе радовал друга. Принцесса Каденс всегда являлась объектом желаний для многих. Она обладала некой таинственностью аликорна, при том не внушая раболепие, как сестры богини. А рыжего пони так вообще можно поставить в первые ряды поклонников. Тем трагичней для него самого.

— Так ты решил совсем вернуться или как?

— Ни в коем разе. Мы лишь приехали погостить…

— С кем? — взволнованно перебил Руфус.

Шайнинг опешил. Ему казалось, что всем уже очевидно, что он крепко связал жизнь с королевой перевертышей. Хотя возможно Руфус и не до конца верил или понимал выбор бывшего принца, надеясь на возвращение к исходным семейным позициям.

— Дружище, я теперь в союзе с Кризалис. Ты разве не слышал?

— Да, но… Что-нибудь известно про Каденцию? Ты ее не искал?

Единорог отрицательно покачал головой и нервно цокнул копытом.

— Я не буду ее искать, Руфус. Зачем? Если она сейчас кого-то и ждет, то точно не меня. Мне бы хотелось с ней еще раз увидится. Объясниться. Но это никому не поможет.

Рыжий жеребец сморщил лоб. На лице ясно выразилось непонимание и нотки раздражения.

— Но ты ведь должен это как-то исправить. Это ведь не какая-нибудь деревенская девчонка, понимаешь?

— Да, понимаю. Но ей оказалось легче пережить мою смерть, чем измену. Это тоже задевает, знаешь. Мне кажется, ей просто стыдно предстать перед пони в качестве брошенной принцессы. И разбитое сердце здесь не причем.

— Да что ты несешь?! — вспылил земнопони. Но спустя мгновенье опустил голову и тихо продолжил: — Я тебя не узнаю, Армор. Когда ты стал таким циником?

— Научился у чейнджлингов. Им довольно тяжело пришлось. И без ясного понимая вещей этот народ бы не выжил.

Пони ненадолго замолчали. Руфус сурово сверлил взглядом Шайнинга, в то же время пытаясь подавить гневный порыв.

— Чейнджлинги. Как ты вообще, ну… Это ведь противоестественно! Мы разные существа!

— У тебя вызывают негодование расовые смешения? — улыбнулся капитан стражи. — Плохой звоночек. А вообще у нас с ними много общего. Но только давай без подробностей. Это уже личное.

Слова Армора заставили земного пони смутиться. Заодно куда-то пропали гнев и напористость. Вообще он не планировал выводить друга на откровение. Тот все-таки принц, хоть и бывший. Во всяком случае, старше по званию и не обязан отчитываться перед каким-то горе-офицером.

— Я наговорил глупостей, верно?

— Да нет. Я рад, что хоть кто-то не делает вид, что все нормально. Тут действительно есть что обсудить. И я всегда готов ответить на вопросы старого друга. Но сейчас ты выбрал неудачное время. Не заморачивай голову. Служи Эквестрии.

— Я просто… ну, очень надеюсь, что кто-нибудь поскорее отыщет принцессу и все более-менее наладится.

— Значит, кому-то надо взять и хорошенько поискать. Верно? — подмигнул единорог. Однако Руфус наотрез отказался понимать этот намек. Нет, серьезно? Каковы у него, земного пони, шансы отыскать Каденс, когда с этим не смогла справиться даже Селестия? Или что вообще Шайнинг имел в виду?

Тем временем Кризалестия продолжала восседать на троне правителя. Правда, не совсем восседать. Она уже давно устала держать ровно спину и теперь завалила позолоченный пьедестал множеством мягких подушек и одеял. Получилось небольшое, но уютное гнездышко, на котором чейнджлинг вальяжно раскинул ноги и голову.

Чуть поодаль, за белой колонной, затаилась Рейнбоу. Она без устали сверли взглядом Кризалис, надеясь вызвать у той дискомфорт. Но времени прошло достаточно много и голод успел подобраться к пегаске. Однако она твердо решила до последнего следить за противником.

— Ты все еще там? — спросила Селестия, не поднимая головы.

— Я никуда не уйду, пока ты находишься здесь.

— Скучное ты себе занятие нашла. Лучше бы поискала заговорщиков в замке.

— Кого? Как мне, интересно, это надо делать?

— У предательства есть запах. Едкий, приторный аромат. Если однажды с ним столкнешься, то запомнишь на всю жизнь.

— Ха. Ты что, в самом деле, хочешь заставить меня бегать по дворцу и всех нюхать? Смешно.

— Стража!!! — прогремела на весь дворец Кризалис.

Рейнбоу от удивления подпрыгнула и ненадолго зависла в воздухе, озираясь по сторонам. Через минуту в зал вбежала целая толпа вооруженных пони.

— Да принцесса, — раздался хор голосов.

— Хочу тортик! Живей, давайте-несите.

Стражники облегченно вздохнули и поспешили выполнять указание.

— И зачем тебе это? Чейнджлинги, разве, едят?

— Нет. Но надо соответствовать образу. Поэтому каждый час я требую чего-нибудь вкусненького.

— Каждый час?! Она, по-твоему, такая обжора?

— Ну ты сама глянь.

Кризалис поднялась на ноги и стала хлопать себя копытом по бокам и крупу.

— Видишь? Вот что это такое? А ведь все пропорции выполнены с оригинала.

Радужная кобылка покраснела и отвернулась в сторону.

— Прекрати, пожалуйста… вдруг кто увидит!

Прикрыв глаза и весело улыбнувшись, королева вновь улеглась в свою обитель. Про себя она успела сделать заметку.

Подали торт. На серебряном подносе сочился двухъярусный фруктовый шедевр. Среди всего изобилия не хватало лишь яблок. Но это легко компенсировалось множеством других экзотических компонентов.

Пегаска напрягла живот, дабы предотвратить предательское урчание.

— И что ты с этим будешь делать?

— Не знаю. До этого приходил Армор и все съедал. А сейчас, видимо, занят. Жалко выбрасывать такую красоту.

— Не надо выбрасывать! — встрепенулась Рейнбоу. — Пони старались, делали. Я, так и быть, помогу тебе с этим.

В дальней части замка, где обычно дворцовые интриганы отдыхают от политики, мирно прогуливались две кобылки. Они бродили и беседовали среди лабиринтов растений. Каждая из них пыталась собраться духом и поднять действительно важную тему. Но Рарити и Флаттершай были не из тех, кто брал на себя ответственность судить о других и принимать решения. Поэтому всегда оставались на нейтральных позициях.

Безмятежное шествие прервала желтая пегаска. Ей стало не по себе от нависающих силуэтов мрачных ветвей.

— Рарити, уже темнеет. Не пора ли нам идти обратно?

— Да ты права. Мы совсем потерялись во времени.

Флаттершай стыдливо опустила голову и прошептала:

— Но я не помню дороги. В какую сторону идти?

— Флати, — улыбнулась единорожка. — Ты пегас. Слетай и посмотри нам путь к замку.

— Ой, точно, — хихикнула кобылка и довольно быстро устремилась ввысь. Рарити успела отметить, что техника и маневренность у той оказались лучше ожидаемого.

Но всего через мгновение белая пони потеряла голос, увидев до дрожи испуганную, приземляющуюся подругу.

— Там… там кто-то следит за нами!

## Глава 5

Кризалис скучала. Когда она планировала прожить один день Селестии, то ожидала больше ярких событий и встреч. Но придворные редко заходили к ней с интересными предложениями. Всех лишь интересовало самочувствие и радовал хороший аппетит принцессы. И в итоге пришлось смириться, что сейчас никто не станет беспокоить выздоравливающего правителя, даже по серьезному поводу.

Совсем тоскливо стало, когда Рейнбоу Деш уснула. Очевидно, так на нее подействовала большая порция фруктового тортика. Включились природные механизмы и испачканная кремом пегаска повалилась на бок. Кончились споры и упреки. Кобылка спала как безмятежный ребенок. Дергая крыльями и сопя, она вызывала лишь умиление. Кризалис моментально забыла про все разногласия и почувствовала желание проявить заботу. Возможно, это был материнский инстинкт.

По сути, у них было много общего. Естественность. Открытость и решимость. Сверх развитая упертость, больше присущая другим парнокопытным. Именно это качество и заставляло одну всю жизнь соревноваться со всеми, а другую до последнего бороться за свой народ. И если бы Рейнбоу родилась в королевстве чейнджлингов, то непременно оказалась бы под крылом королевы. Кризалис всегда давала возможность сильным проявить себя.

Зеленная дымка окутала тело пегаски и отнесла на еще теплое тронное место. Голова удобно опустилась на шелковую подушку. Почувствовав, что лежит на мягком, Рейнбоу сонно улыбнулась.

Сама королева приняла свой порыв и не смутилась. В конце концов будет забавно, когда на Деши кто-нибудь обратит внимание и попросит объяснить, почему та разлеглась на священном месте. И все будет воспринято как очередное туше. Стоило даже рассчитывать на новую стычку. Но это потом. Сейчас Кризалис хотела лишь пройтись и размять копыта.

Под вечер дворец преображался. Вся тяжесть огромных колонн и нависающего камня испарилась в багровом свете заката. Освещение падало так, что, казалось, все вокруг парило в воздухе. Создавались прекрасные оттенки. Играли тени. Бесшумно дул ветер и все вокруг внушало покой и светлую надежду.

Где-то недалеко открылась дверь. Сопутствующий шум дал знать о множестве пони, скопившихся в одном месте. Кризалис осторожно выглянула из-за угла и чуть не уткнулась носом в принцессу Луну. Это было крайне неожиданно.

Находиться образе Селестии и встретить ее сестру. Плохое завершение дня. Шуму подняться могло много. Могло, но обошлось. Глаза темного аликорна словно окутала мутная пелена. Она смотрела куда-то в пустоту, не замечая ничего вокруг. Хоть походка и была быстрой, но ноги то и дело запинались о невидимую преграду. Измученная и уставшая, она все же старалась держать высоко голову.

Кризалис так и простояла с открытым ртом, пока тяжелые шаги не растворились в дали. В это время ее мозг анализировал увиденную картину.

Много стражи. Пони в белой униформе. Двустворчатая дверь, закрывающаяся до абсолютной герметизации. Столы, заставленные коробками, истощающими запах стерильности. Очевидно, это был лазарет. И Луна бы не пришла сюда без повода. Конечно же, она навещала сестру. Но что за срочность? Сейчас ей стоило сконцентрироваться на закате солнца. Что-то случилось?

Но хоть ночная принцесса и выглядела утомленной, лицо ее выдавало слабую улыбку. А это был уже хороший признак.

«Если Селестия пришла в себя, то нельзя терять время» — решила Кризалис и приняла облик сестры Армора. Ее уж точно пропустят. Да и при провале операции с той будет проще все уладить.

— Принцесса Твайлайт, — произнесли все стражи, что заметили появившуюся кобылку, и почтительно склонили голову.

Кобылка решила довериться своей дедукции и тревожным голосом произнесла.

— Мне встретилась принцесса Луна. Она сказала, что сейчас можно навестить Селестию.

— Все верно. Ее высочество бодрствует и только что они беседовали с сестрой. Идите. Врачи разрешат провести недолгую встречу.

Успех. Ни одного подозрительного взгляда. Никаких лишних вопросов. Удача как никогда сопутствовала чейнджлингу. Не окажись она в этом месте и в это время, то пришлось бы еще долго ждать встречи с Селестией. Вряд ли Кризалис была в списке первых желаемых посетителей.

Дверь открылась необычным способом. Она двигалась влево и вправо по рельсам, прячась в проем стены. За ней таился зал средних размеров, столь чистый и стерильный, что было просто неловко в нем находиться. Белесые ширмы делили помещение на круглые сектора, подобно мишени в дартсе. Пробираясь в глубь, Кризалис на каждом уровне встречала несколько медиков и стражей, которые кланялись и тут же уходили. Им, видимо, по опыту с принцессой Луной, представлялось необходимым приватное общения между правителями Эквестрии.

За последним кругом, наконец, обнаружилась солнечная богиня. Она совсем не выглядела побитой и слабой. Не было вокруг нее каких-либо лечебных талисманов или приборов. Все это сразу же было приказано убрать, как только самочувствие улучшилось. Принцесса просто лежала на боку, укрывшись простыней. Словно всего лишь решила отдохнуть. Так ей хотелось выглядеть перед всеми посетителями.

— А вот и ты! — обрадованно заговорил белый аликорн. — Мне так хотелось успеть повидаться, пока доктор Асклеп разрешает.

Твайлайт улыбнулась, но совсем не так тепло и искренне, как привыкла видеть наставница.

— Оу, Селли, ты тоже соскучилась?

Та вздрогнула, почувствовав чужеродность стоящей кобылы. Прикрыв глаза, принцесса зажгла кончик рога и навела его на гостью. Кризалис не почувствовала готовящейся атаки, а потому стояла спокойно и ждала. После манипуляций Селестия заговорила:

— После свадьбы Каденции и Армора я научилась находить замаскированных чейнджлингов.

— Замечательно. Только чем это помогло при нападении? И сейчас это не предостерегло тебя от нашей встречи.

Хоть логика и подсказывала принцессе, что перед ней стоит не враг, но было трудно унять беспокойство. Опять королева чейнджлингов нависла над беспомощной кобылой. Опять выдавала себя за принцессу. Это новое вторжение? Нет. Какой смысл? Кризалис отказалась от правления. Зачем все начинать снова?

— Я тебя узнала. Можешь больше не прятаться за маской.

— Ага! Еще чего? Меня ж камнями закидают, если увидят рядом с тобой. Давай ты как-нибудь потом мной полюбуешься.

— Честно говоря, ваш с Армором приход во дворец стал неожиданностью. Я конечно, не против, но почему именно сейчас?

— Ну, знаешь, — чуть смущенно начала королева. — Мы довольно неплохо устроились на уединенном островке. Домик строили, все такое. Но обстоятельства заставили покинуть это место. Шайнинг захотел повидать сестру. Приехали, а тут такие дела.

— Да, не повезло.

— Но зато повезло вам. У меня есть подозреваемые по твоему нападению. Постарайся вспомнить все детали. И давай побыстрее. Твоя ученица действительно может уже скоро заявиться.

Селестия кивнула.

А Луна тем временем действительно искала Твайлайт, чтобы поделиться хорошей новостью. Кобылка обнаружилась в башне, где раньше проходили ее уроки. Два маленьких окошка выходили на западную и восточную сторону. Поэтому почти весь день солнце не покидало помещение.

Лавандовая пони еще недавно смотрела, как в опустевшем городе Шайнинг со своим отрядом проводил зачистку. Вспышки, огонь. Маленькая война продолжалась недолго. Драконы в небе так и не появилось. Хорошо это или нет принцесса не знала.

— Твайлайт, здравствуй.

Кобылка не сразу вышла из раздумий.

— Луна? Вам надо отдыхать. Почему вы взобрались сюда?

— Мы лично хотели сообщить известие, что наша сестра пришла в сознание. Мы только что виделись и сейчас она ожидает тебя.

— Ох, чудесно! — обрадовалась Твайлайт. Она уже поскакала к выходу, но остановилась у дверей. С Луной они тоже давно не виделись. Это редкая возможность пообщаться и проявить внимание.

— Как вы себя чувствуете?

— Лучше. С каждым днем солнце поддается охотней нашей воли.

Ночная богиня внимательно оглядела площадь, на которой проходила ярмарка. Закат все еще освещал ее. Насыщенность цветов яро контрастировала с тем мраком, что уже царил на другой стороне.

— В честь чего устроено гуляние?

— Выздоровление Селестии.

Луна недоуменно моргнула.

— Но ведь все произошло только что. Когда и кто успел?

— Это еще утром приказала Кризалис.

Твайлайт не хотелось употреблять слово «приказала», но все именно так и было. Луна постаралась скрыть удивление.

— Так странно, что они с Армором Шайнингом решили нам помочь.

— Но ведь он мой брат, — встрепенулась кобылка.

— Мы имеем ввиду другое. Они оба отвергли свои правящие позиции. Зачем было возвращаться к исходному?

Фиолетовая пони давно об этом думала. Шайнинг и Кризалис действительно решили убежать от всех на свете. Они, наверно, себя чувствовали, как нашкодившие дети, прячущиеся от взрослых. Радовались безнаказанности и свободе. Но время шло и появилась тоска. Требовалось внимание пони. Любовникам хотелось, чтобы кто-то все время напоминал, какие они безумные и отчаянные.

— Думаю, им просто хочется побыть в компании пони.

Не успел темный аликорн ответить на это предложение, как со стороны входа раздался громкий топот.

— Твайлайт! — прохрипела вбежавшая Эпплджек. Она была столь встревожена, что даже не смогла заметить принцессу Луну. — Беги за мной! Там Флаттершай ранена!

Желтая пегаска сидела на маленькой кушетке и прикрывала исцарапанное лицо передней ногой. Всхлипы и плач непрерывно сопровождались вздрагиванием тела. Вокруг расположились ее подруги. В стороне стоял Армор, нервничая от того, что не может найти свою кобылку-чейнджлинга.

— Флаттершай, — заговорила пони в шляпе. — Расскажи еще раз все, для тех про пришел.

Словно из неоткуда возник единорог в белом халате. Окрас его был непонятного оттенка, но очень темный. Флати вскрикнула, когда почувствовала прикосновение копыта. Жеребец приготовил ватный тампон и стал обрабатывать раны плачущей пони.

— Мы гуляли по саду. Вместе с Рарити. Заблудились. Я влетела вверх и увидела пони в плаще. Он крался к нам. Я попробовала подняться в воздух вместе с Рарити и поскорее улететь. Но он схватил ее цепями. И потянулся за мной.

Буквально каждый в комнате почувствовал ком у горла. Никто ничего не решался сказать. Правда, Твайлайт уже готовилась встать в позу и сделать заявление. Но Армор ее опередил.

— Сейчас мы схватили почти всех участников поджогов. Известна их база. Туда послан отряд пегасов. Весьма вероятно, что Рарити, возможно и Пинки, находятся у них.

— Значит нам тоже туда надо! — вскрикнула Рейнбоу.

— Нет, — возразил жеребец. — Вас могут ждать. Нельзя поддаваться на провокации. Оставайтесь вместе. Я сам схожу туда и все выясню.

## Глава 6

Стояла ночь. Отправляясь на вылазку, Шайнинг прихватил с собой еще двух единорогов. Это было чисто формально. Кризалис напрочь запретила ему геройствовать, грозя скандалом и изощренными наказаниями. И сейчас, узнай она о его выходке, непременно бы вспылила. Поэтому, предвидя такой исход, единорог решил позвать пару молодых ребят прикрывать тылы. Хотя всерьез на них и не рассчитывал.

Одного стража звали Якоб. Будучи долговязым и тощим, он, казалось, отличался каким-то своеобразным строением скелета. Походка у пони была ломанная и содержала в себе непредсказуемые подпрыгивания. Но разросшиеся на лице бакенбарды, отличающиеся от гривы более рыжим оттенком, придавали жеребцу вид интеллигентный.

Второй, Борин Джо, оказался его давним другом. Невысокий и зажатый, он совершенно не соответствовал своим годам. Доспехи на нем сидели плохо, ни капли не добавляя мужественной стати. Его бы и вовсе не хотелось воспринимать всерьез, если бы не высокий лоб и задумчивый взгляд, который единорог так старательно изображал.

Шайнинг надеялся, что парни окажутся не болтливыми. Но он ошибся. Не пройдя и трети пути, пони затеяли бурный разговор. Словно опытные драматурги, они принялись критиковать все недавние книги и спектакли, при этом деловито козыряя непонятными словечками. Масштабы их тем росли. Уже то и дело до слуха доносились имена известных правителей. Речь стала заговорщической и тихой. Армор даже заинтересовался, какую теорию прорабатывают эти ребята. Но Якоб неожиданно отвлекся, переведя внимание на капитана, и спросил:

— Скажите пожалуйста, а вы нигилист?

Шайнинг остановился и даже раскрыл рот, словно пробуя на вкус незнакомое слово.

— Чего?! Сам такой!

Борин громко шикнул на своего друга.

— Якоб, вот зачем ты вечно задаешь всем эти странные вопросы?

— А что такого? Я вот нигилист.

— Ты пони-единорог из волшебной страны. Верно?

— Да.

— И как ты можешь быть нигилистом?

Худощавый на мгновение замялся, но вскоре сверкнул улыбкой и продолжил:

— Да, я не отрицаю существование магии. Но это не значит, что все взаимосвязано и к чему-то ведет. Жизнь проходит рандомно. Нет кармы или судьбы. Нет смысла и цели.

Вот теперь Армор начал улавливать смысл разговора. Видимо, пони любят философствовать. Тогда стоит подкинуть им масла в огонь.

— А как же принцессы Луна и Селестия? Разве они не наши богини?

Стражи моментально встрепенулись и наперебой загалдели:

— Что за вздор?

— Религия — это зло!

— Аферисты пытаются посеять фанатизм в Эквестрии и захватить власть!

— Аликорны всего лишь долгоживущая древняя раса. Или просто мутировавшие единороги.

— А может пегасы.

— Верно! Может и пегасы.

Принц не стал откровенно смеяться над горячими умами этих двух, но почувствовал подъем настроения. А этого сейчас нахватало. Ведь похоже, что они заблудились.

Да, уже несколько часов пони топтали грязь и не вышли ни к одной дороге. Еще невесть откуда постоянно проносились дождевые облака. Сильный ливень, а порой и град, то и дело накрывал измотанных путников. И никаких следов цивилизации вокруг. А шли они к самому крупному стадиону, где каждый сезон выступали вандерболты. Но молодых жеребцов это не волновало. Они вновь ушли в разговор.

— А вообще, я хочу стать опрощенцем.

— И зачем?

— Устал от цивилизации.

— Так, слушайте, — обратился капитан. — Возникли проблемы. Похоже, мы заплутали.

— Разве? Вон там, под скопищем грозовых туч, должен находиться стадион. Туда мы и шли все время.

Армор посмотрел на участок, где часто сверкали молнии. Действительно, облака — это же и был спортивный инвентарь, а значит и стадион находиться неподалеку. Дороги тут могло попросту и не быть. Ведь раньше планировалось, что на выступления будут прилетать смотреть исключительно пегасы.

Вначале они пробрались к двухэтажному административному зданию. Лужи здесь скапливались в особом изобилии. Молнии сверкали совсем рядом и тут же оглушали раскаты грома. При этом все вокруг зловеще застыло, словно готовящаяся к атаке змея. Никаких признаков жизни. Ни лучика света от огня, ни единой тени. А ведь тут должны быть гвардейцы и пойманные ими же бандиты.

Ситуация Армора взбудоражила. Очевидно, пегасы попали в ловушку. Противник оказался сильнее и хитрее, чем ожидалось. Опасный, хитрый враг и ждущие помощи гвардейцы. Именно тот случай, которого ждал принц. Он повернулся к единорогам и скомандовал.

— Что-то тут нехорошо. Я остаюсь, а вы идете за подмогой. Да побыстрее.

Они пожали плечами и развернулись.

— Слушай, а может по короткой дороге пойдем? Неохота опять два часа по грязи топать, — высказался Якоб.

Борин Джо замер и недоуменно моргнул.

— Так ты знал короткий путь? Издеваешься?!

Оставшись один, капитан внимательно осмотрелся. Входная дверь в администрацию не выглядела надежной. Казалось, легкий удар способен разнести ее в щепки. Но Армор действовал аккуратно, стараясь произвести как можно меньше ущерба. Он надавил на дерево там, где располагался замок и ригель податливо отогнулся. Внутри никого не оказалось. Лишь только столы, заваленные бумажными папками, да завядшие в горшках растения. Кругом царила атмосфера разгильдяйства и хаоса. Пегасы. Во всем они были таковы. К ним всегда можно смело примерять стереотипы.

Не обнаружив ничего интересного, единорог поспешил к стадиону. Под его закрытыми трибунами спокойно могла уместиться армия. Внутри царила тьма. Даже вспышки молний не отражались в этом обители мрака. Армор не спешил создавать свет. Он прислушался. До слуха сразу донесся топот копыт и короткие перешептывания. Их было много и они окружали.

Не успел Шайнинг сделать и двух шагов, как вокруг вспыхнуло восемь или девять ярких огней. Теперь можно было увидеть множество стальных балок вокруг, за которыми прятались пони в балахонах. В зубах они зажимали небольшие глиняные горшки и по команде принялись бросать их в единорога.

Армор ожидал засаду и потому его щит был наготове. Летящие снаряды взрывались, ударяясь о невидимую преграду. На их месте оставался клубистый едкий дым, которого явно стоило избегать. Боясь отравиться, жеребец задержал дыхание и затаился, выжидая.

Еще на недавнем допросе выяснилось, что диверсии устраивали наемники из пустыня Сан Паломино. Там жили преимущественно земные пони и вели кочевой образ жизни. Все витражи в Кантерлотском замке были выполнены умельцами из этих мест. И это, пожалуй, единственная положительная сторона этого народа. В основном племена вели недружелюбную политику. Проживая на границе, они открыто желали присоединиться к зебринским землям, лежащим по ту сторону моря. Но полосатые поддерживали со всеми миролюбивые отношения и потому не хотели брать под опеку дебоширов. И тем все накалялось. Пони становились злее и во всех бедах винили правящих аликорнов. А во время недавней войны тайно помогли драконам отрыть второй фронт. К счастью это оказалось легко предвидеть и была нанесена контратака.

Как только наемники поняли, что обстрел бесполезен, то тут же подоставали короткие сабли и ринулись на Шайнинга. Он же глянул на вверх и решил, что фехтовать не станет. Меч так и остался лежать в ножнах. Вместо этого единорог подхватил телекинезом ближайшего нападавшего и швырнул его на самый верх. Тот только и успел что крепко ухватиться за балку и более не желал разжимать ноги. Высота оказалась приличной. Тот же трюк Шайнинг решил проделать и с остальными. Почувствовав, что ряды стремительно пустеют, противник начал отступать. Но было поздно. Единорог во всю разошелся и мог разве что упустить не более трех пони. Довольный как никогда, он присел на траву и принялся оглядывать проделанную работу. Наемники ругались и вопили. А тех, кто готовился упасть, Шайнинг бережно подхватывал и усаживал куда-нибудь повыше.

Неожиданно со стороны поля разнесся щелчок и зажегся прожектор. Заинтересованный единорог вышел на свет. Там, по среди мрака и пустоты, стояла громадная фигура в плаще, сделанном не иначе как из кожи. Из-под капюшона выглядывала темно-синяя морда с угловатыми скулами и острыми чертами.

— Шайнинг Армор? — басисто спросила таинственная личность.

— Ага. Ты случайно не видел моих гвардейцев?

Пони в плаще указал на западную сторону, где на зрительских местах расположились связанные пегасы.

— Живые? Ну хорошо. Буду считать это смягчающим обстоятельством.

Увалень усмехнулся.

— Они мне безразличны. Пусть дышат. А вот тебя я с удовольствием прикончу!

Армор слегка прищурил веки и поинтересовался:

— У тебя ко мне есть притензии?

Глаза пони свернули гневом.

— Ты увел ее!

Единорог на мгновение оказался в замешательстве.

— Кризалис?

— Да!

— У кого увел? У тебя что ли?

— Не у меня, а у нас всех. Мы знаем ее очень давно и всегда ждали, что Эквестрия падет к ногам королевы. Она величайший правитель! Она та, кто мог бы покорить все народы. Но ты забрал ее. Заставил отказаться от всех амбиций. Бросить правление.

«Ничего себе! — подумал Шайнинг, — А у нее оказывается до сих пор есть навязчивые поклонники. С этим надо разобраться».

Пони скинул одежду, демонстрирую рельеф тела. Его торс оказался туго обвязан цепями разной толщины. Единорогом он не был, а потому Армор не понимал, чего ожидать. Неужели противник столь глуп, что рассчитывает на физическую силу?

К еще большему удивлению, жеребец вдруг закрыл глаза и поднес к губам небольшую деревянную трубку. Из нее донеслись мягкие гармоничные звуки. Затем, одно за другим зажглись ярким светом звенья метала. Цепи пришли в движение и упали на землю, продолжая ползти в сторону единорога. Тот завороженно стоял и смотрел, буквально затаив дыхание от необычайного явления. Но вскоре Армор вновь обрел контроль, когда одна из цепей обхватила его ногу. Выхватив меч зубами, он резким ударом разрубил пару звеньев и оторванный кусок безжизненно сполз к копыту.

Однако новые зачарованные цепи уже извивались поблизости. Единорогу вновь пришлось создать щит, дабы избежать атаки. Но этого словно и ждали. Металлические змеи поползли вверх по барьеру и стали плотно обвивать его. Шайнинг почувствовал давление. Шар магии сжимался. Становилось действительно страшно. От страха становилось тяжело дышать. Не желая оказаться раздавленным, жеребец решилл любым путем покинуть ловушку.

Еще оставался свободный проход на самом верху. Все, что мог жеребец — это опустить магический щит и попробовать успеть вылезти. Совершить очень быстрый и высокий прыжок. Взмыть ввысь, как птица. Но вот загвоздка — не было у него крыльев.

Отчаявшись, жеребец все же решил попробовать, не веря в шансы на успех. Тогда все словно замедлилось. Он видел, как стены метала стремительно к нему направились. Видел приближающийся свет за выходом. Но лишь голова оказалась по ту сторону, как тело почувствовало тяжелый удар со всех сторон. Грудь сильнейшим образом сдавило, заставив весь воздух выйти из легких. Все вокруг темнело и кружилось.

Земной пони подошел ближе и стал смотреть. Садистская радость отобразилась на его лице. Однако того отвлек шум со стороны ближайшего выхода. Из мрака на него уставилась пара свирепых изумрудных глазах.

— Это она, — прошептал пони и впал в катарсис. Его обуял праведный трепет при виде силуэта той, которой так восхищался и любил. Даже нет. Это было чем-то более масштабным и нездоровым. Настоящая одержимость, фанатизм.

А вот Кризалис напротив, сейчас готовилась его раздавить. Но увидев смотанного в клубок цепей Шайнинга Армора, отвлеклась. Однако к ней подоспели пегасы в латах и уже наметили большого пони, готовясь к атаке.

В считанных метрах от сцены действия ударила молния. Большинство пони инстинктивно припали к земле, шокированные яркой вспышкой и оглушительным раскатом. Здоровяк воспользовался моментом и быстро помчался под трибуну. Придя в себя, гвардейцы уже готовились кинуться следом, но единорог их остановил:

— Оставьте его! Это слишком опасно. Помогите лучше связанным товарищам.

Кризалис подошла к Армору. В глазах ее застыл страх и слезы. Подбородок дрожал мелкой дрожью. Она быстро и нежно принялась распутывать жеребца, а затем внимательно осмотрела его тело.

— Ногами можешь шевелить?

— Вроде да.

— А задними?

— Тоже, — единорог почувствовал заботу, и уже всерьез стал рассчитывать на снисходительность.

— Вот и славно. Значит получишь по полной программе.

## Глава 7

По широкому коридору, образованному плотно расположенными колоннами с позолоченными верхами и низами, неслась юная принцесса. Впереди себя она толкала больничную кушетку с колесиками, на которой, прикрываясь простыней, разлегся ее брат. Тот периодически поднимал голову и тревожно оглядывался по сторонам.

— Твайли, хватит куролесить по таким открытым местам. Придумай уже что-нибудь!

— Это безумие, — вздыхала запыхавшаяся кобылка, — Тебе сейчас нужно лечение и отдых.

— Вот спрячешь меня, тогда и будет отдых. Кризалис что-то затеяла в мой адрес и я знать не желаю, что именно.

Они набирали скорость и с грохотом проносились мимо блуждавший пони. Одна маленькая пегаска чуть вовсе ни оказалась сбитой. Но к счастью успела подлететь к потолку.

— У вас совсем нездоровые отношения. Ты что, ее боишься?

— Я… — замялся жеребец, — У нас нежные и крепкие чувства. Просто в ней все еще живет маленький диктатор. Но в целом все замечательно. Не думаю, что она удержит обиду до завтра.

Еще какое-то время мчась по дворцу, Твайлайт все же удалось подыскать подходящее убежище. Это была весьма просторная и светлая комната, заставленная свернутыми коврами и убранствами, ждущими своего часа, дабы оказаться в королевских залах.

— Хорошее место, — кивнул единорог, — Тихое, спокойное.

Принцесса, все еще стоявшая возле прохода, как-то старательно плотно закрывала дверь.

— Ага. Никто ничего не услышит, никто не придет. Хорошее место, — зловещая улыбка изобразилась на ее мордочке. Сверкнул так хорошо знакомый Шайнингу взгляд, от которого по телу пробежались мурашки.

— А как ты думаешь, — продолжила кобылка, — Почему Кризалис на тебя сейчас злится?

Единорог нервно сглотнул. Капельки пота выступили поверх лба. Чутье опасности громко било в свой барабан, но ум упорно это игнорировал. Жеребец стал осторожно подбирать слова.

— Ну… она ведь… беспокоилась. Переживала. Я просто не думал, что так все получится. Ей, наверно, было страшно увидеть эти цепи и все такое.

Твайлайт подняла брови и изобразила совершенно не свойственную самой себе гримасу.

— Вот значит как! Оказывается, ты все понимаешь, но продолжаешь так делать. Это категорически меня огорчает.

Настал момент истины. Магические потоки стали подниматься снизу и окутывать принцессу. Она преображалась. Шайнинг крепко зажмурился, надеясь таким образом прогнать страшное виденье. Но не помогло. Уже через мгновенье перед ним стояла Кризалис. Она застыла с высоко поднятой головой, словно актриса, выжидающая оваций зрителя.

У жеребца раздуло щеки от нахлынувшего вопля ужаса. Но крепко сжатые губы не дали ему вырваться. Вообще он смог быстро подавить все признаки удивления и невозмутимо произнес:

— Да я знал, что это ты. Просто решил подыграть.

— Ну разумеется. Жаль только, что не видел свою мордашку пять секунд назад. Ты был таким умилительным лягушонком.

— Кризи, лапочка моя. Я весь больной и несчастный. Давай ты сейчас не будешь злюкой, — с надеждой произнес единорог.

— Как можно! Вначале мы тебя быстренько полечим.

Зеленные искры заиграли вокруг рога чейнджлинга и Шайнинг почувствовал, как зашевелись его поломанные ребра и больные суставы. Это было не очень приятно. Само нутро словно вдруг взбунтовалось и стало живым, чужеродным. Тепло окутало один из больных участков и тут же громко хрустнули кости. От боли жеребец сжал челюсть.

— Послушай, — начал он. — Тебе надо куда более бережно относиться к моей нервной системе.

— Да? И почему же?

Хруст.

— Ооо… вот однажды я состарюсь…

— Не разделяю твой оптимизм.

— И тогда впаду в маразм. А тебе придется со мной нянчится. Буду нести всякую чушь. Забывать лица. Стану беспомощным и смогу перемещаться только в коляске. Надо ли оно тебе?

Хруст. Кризалис медленно поднесла копыто к подбородку. Слова Армора заставили ее задуматься. Она выглядела так, словно взвешивает все «за» и «против».

— А знаешь, это вовсе и неплохо, — улыбнулась кобылка. — Не надо за тобой бегать. Не надо волноваться. Что скажешь, попробуем?

Не успел жеребец ничего ответить, как зеленное пламя окутало его тело. Свет слепил и немного обжигал. Он почувствовал, как все частицы стали сгорать и меняться. Вокруг словно летал рой букашек, ломавших все и строящих заново. Мышцы иссушались, а кожа обвисала.

Как только это кончилось, Шайнинг сразу подбежал к зеркалу. Суставы неприятно хрустнули при резком движении. Подслеповатые глаза не сразу открыли картину, но жеребец и так знал, чего ожидать. Седые редкие волосы. Морщинистая кожа. Мешки под глазами. Также куда-то подевалась треть зубов.

— Прелестно, — заключила кобылка.

— А? Чего?

— Я говорю, красавчик!

Кризалис игриво состроила глазки. Единорог почесал шею и улыбнулся.

— Что это ты так смотришь? Мала еще для старичка Армора.

Кобылка возмущенно вздохнула.

— Ах так! Ну ладно, сейчас исправим.

Всего через мгновение королева предстала в новом виде. Глаза ее устало прикрылись, скрывая потускневшую радужку. Губы поджались, а спина заметно ссутулилась.

— Ну как?

— Другое дело! — обрадовался жеребец. — Посмотрите, какая знойная кляча.

— Прекращай! Я ведь падкая на комплименты, помнишь?

Кобылка словно засмущалась, но всем своим видом требовала продолжать.

— Помню, розочка моя седовласая.

— Ну хватит.

— Твои морщинки разжигают страсть.

— Ох…

Весь день королеву и принца никто не видел. К вечеру Твайлайт даже начала волноваться, как бы те не пропустили собрание. В круглой комнате без окон уже давно находились три ее подруги. Флаттершай ходила вокруг, разглядывая многочисленные картины. А Эплджек и Рейнбоу Деш устало развалились в креслах. Особенно сильно страдала голубая пегаска.

— Вот что мы с ними связались? Теперь совершенно не понятно, что происходит. Нам ни в чем не дают участвовать. Только круп отсиживаем да гадаем, что там с Пинки и Рарити.

Твайлайт уж было открыла рот, но желтая кобылка ее опередила. Тон ее был необычайно твердым и холодным.

— Прости Рейнбоу, но я бы хотела еще некоторое время провести вместе и подождать. Мне пока страшно выходить за пределы замка и оставаться одной.

— У нас нет плана, а у них есть, — тоскливо заговорила Эплджек. — Так что флаг в зубы. Может что-то путние и выйдет.

От слов подруг радужногривая закатила глаза и тяжело вздохнула. Вскоре вблизи раздались шаркающие шаги. В дверь влетела Кризалис, чуть не сбив стоявшую рядом принцессу. Королева истощала радость и довольство. Глаза ее редко открывались, а губы застыли в улыбки. Следом еле волочился Шайнинг. Он все еще оставался оформлен в виде старика и это ему явно успело надоесть.

— Армор? — неуверенно спросил аликорн. — Что с тобой случилось?

— А? Да все нормально, — отмахнулся единорог. — Ну давайте пройдемся по списку проблем и посмотрим результаты.

— Вначале поджоги, — сказала Кризалис.

— Поджоги устраивали наемники. Племена из пустыни Сан Паломино. Главного у них зовут Квин Скифф, — жеребец поморщился. — Пони со странными способностями и весьма опасный. Задержать не удалось. С драконами ничего не известно. Никто из задержанных своей роли в этом плане не знает. Всю организацию проводил сам Скифф.

— Пинки и Рарити.

— Судя по описанию, этот же пони и напал в саду на ваших подруг. И, скорей всего, Пинки тоже сейчас у него. Он явно затеял что-то масштабное.

— Отравленные яблоки.

— Комиссар Мегрэ уже участвует в расследование. Это легендарный пони. Эплджек, можешь не волноваться за брата. Скоро виновных найдут и все будет по-старому.

Пони в шляпе благодарно кивнула. Впрочем, Твайлайт тоже. Эти новости оказались хорошей почвой для прекращения ссоры между ними.

— Небольшой, но все же прогресс, — признала Рейнбоу. — Но, а что насчет чейнджлинга, напавшего на Селестию? Сколько их там официально осталось? Вроде один, да? Какая незадача.

Пегаска явно ехидничала. Однако Кризалис не обратила внимание и спокойным тоном ответила:

— Официально три, если ты еще учитываешь и меня. Да, есть двое подозреваемых. И прежде чем делать какие-либо выводы, я навещу свой бывший народ. Они устроились на севере, вблизи травянистых болот. Поэтому, меня не будет дня два. За это время ничего не предпринимайте, — кобылка повернулась к Армору. — Понял? Сегодня ты обошёлся лишь предупреждением. Но в следующий раз будет хуже. Всего два дня. Пожалуйста пони, проявите терпение.

Королева вскоре покинула помещение, оставив обсуждающий новости кобылок наедине. Следом за ней прихрамывал жеребец.

— Кризи, я знаю, что ты скоро улетаешь. Может уже расколдуешь меня?

Кобылка его игнорировала и ускорила шаг. Самое гордое и обиженное из имеющихся выражение легло на ее мордочку. Отстающий единорог тоскливо бубнил:

— Ну пожалуйста. Я ничего не буду делать, пока ты не приедешь. Честное слово…

* * *

Комиссар нерешительно топтался возле двери, ведущей к месту проведения… разговора. Да, это был не допрос. Так настоятельно попросила принцесса. Он должен относится к главному подозреваемому как к свидетелю. Проявить терпение и вежливость. А после тысяч встреч с разномастными преступниками, жеребцу было сложно изменить свой подход. Но дело казалось на вид не сложным и могло пройти быстро. Тогда его вновь отпустят к жене, нянчиться с внуками.

В комнате, весьма похожей на гостиничный номер, сидел пони по имени Биг Макинтош. Как и ожидалось, он был большим. Откуда-то сверху на пегаса посмотрела пара спокойных и дружелюбных глаз. Стало даже неловко от мысли, что комиссар и не смог бы вовсе провести жесткий разговор с таким типом. В каменной стойкости он явно не имел равный.

— Здравствуй, Биг Маг.

— Агась.

— Меня зовут Мегрэ. Вместе, мы попробуем разобраться в произошедшем. Честно, я прочитал все доклады своих предшественников и обнаружил совершенно немного информации. По сути, все что там сказано, это то, что ты собрал яблоки и отвез их в город. Было это в среду. Попробуй чуть более детальней обрисовать картину?

Макинтош задумчиво отвел взгляд и напрягся. Затем произнес:

— Солнце в тот день пекло.

— Все? Ну что ж, спасибо за изобилие подробностей. Может еще что-нибудь удастся вспомнить?

— Неа.

Пегас бессильно опустил голову.

— Кажется, я начинаю понимать суть проблемы.

— Агась.

## Глава 8

Кризалис уже долгое время летела вдоль реки, издали любуясь городом Эпплуза. Точнее, не самим городом, а тем облаком пыли, что стояло над ним. Оранжевая дымка казалась живой и стремилась расползтись в разные стороны. При этом ее границы оставались на месте. Чем-то это напоминало стеклянный шар, в котором можно заставить вихриться белоснежную крупу. От этого зрелища тянуло в сон.

Королева устала. Даже не от долгого перелета, а от обрушившейся суеты за последнюю неделю. Как бы она не держала самообладание при других, на самом деле ее сильно изматывали появившиеся интриги. Приключения совершенно не интересовали. Повидать виды кобылка успела с лихвой. Сейчас уже сложно определить, что из отложившегося в ее памяти было взаправду, а что нет. Все что хотелось — это вновь вернуться к беззаботному единению с Армором, когда не приходилось вести отсчет событий и времени.

И что уж врать, судьба пони была ей по-прежнему безразлична. Не то, чтобы Кризалис не проявляла к ним сочувствия и сострадания, просто верила, что те способны во всем разобраться сами. Возможно, она также испытывала некоторое чувство зависти. В Кантерлоте был и есть весьма внушительный аппарат власти. В то время, пока несчастная кобылка единолично правила, решая вопросы выживания своей расы, аликорны даже успевали устраивать междоусобные распри. А сколько еще имелось в запасе принцесс и принцев среди обычных пони? Целые династии. Впрочем, такую идею королева тоже пыталась осуществить. Но не вышло, винить некого. Она однажды протежировала двух одаренных чейнджлингов, которые в итоге доставили ей изрядное количество проблем. С тех пор желание заниматься подобным отбило напрочь.

Поэтому сейчас все ее поступки совершались только ради любимого единорога. Она знала, что в замке их что-то поджидает. Всегда могло произойти событие, в котором Шайнинг решит принять участие. Ему хотелось этого. Хотелось что-то доказать или исправить. А покой с королевой казался не к месту. Еще слишком рано. Но она подождет и, по возможности, ускорит окончание этой истории.

Видимо от того, что солнце и кобылка двигались в разных направлениях, стемнело быстро. Линия водной глади уже перестала быть ориентиром. Теперь ее целью являлось усиливающееся свечение на горизонте. Огни многочисленных ламп. Город, где никогда не наступает ночь.

И вот показался контур громаднейшей башни. Одна из главных достопримечательностей. Вся она была усыпана многочисленными окнами и могла вместить несколько тысяч жильцов. Селились туда преимущественно туристы. Множество пони толпилось возле здания. Земные и единороги перемещались снизу, а пегасы образовывали целые тучи сверху. Вокруг стелились многочисленные скверы образующие величайший парк. Целые лабиринты кустарных растений, создавали весьма облагороженного вида ландшафтные творения. Редкими ориентирами служили фонтаны или статуи. На особо ярко подсвеченных местах расположились бассейны, игровые площадки, а также кафе. Все это сверху напоминало большое ювелирное украшение, выполненное со своей неповторимой геометрией и цветовой составляющей. Прозвали это место Блэйз-Таун. Здесь жили новые чейнджлинги.

Увиденное поразило Кризалис. Когда она была тут в последний раз, ничего подобного даже не намечалось. А сейчас внизу расстелился действительно красивый цветок, от которого исходил аромат отдыха, романтики и веселья. Кобылка так увлеклась, что не заметила, как к ней начал приближался летящий снаряд. Раздался взрыв.

— Ааа! Вы чего?! Прекращайте, это же я! — прокричала кобылка. Перед глазами все еще горели яркие вспышки, а в ушах заложило. Поэтому она даже не знала, собираются ли ее вновь атаковать или нет. Не желая оставаться легкой мишенью, королева спикировала к тому месту, откуда, как ей показалось, производили запуск.

Внизу ее встретили вовсе не солдаты и пушки, как ожидалось, а две небольшие кобылки. Они сидели на самой высокой точке холма, застеленного ухоженным травянистым ковром. Одна — серенькая пегаска с золото-русой гривой. Другая — совсем юная единорожка, имеющая много общих черт с первой. При виде приближающейся Кризалис, она воскликнула:

— Мам, смотри, чениджлек!

Пегаска тут же мягко потрепала жеребенка по голове.

— Правильно говорить «чейнджлинг», Динки. И это, похоже, королева.

— Ух ты! У нее такой странный рог.

Кризалис встала напротив пони, и так и не смогла произнести заготовленные бранные фразочки. Она растерялась, при виде двух безобидных созданий, которые так приветливо ей сейчас улыбались.

— Вы на меня напали, — не то вопросительно, не то обиженно заговорила королева. — Зачем?

Пегаска сразу покраснела и сконфужена зашаркала копытом. Динки, поглядела на обеих и сообразив, о чем идет речь, решила сама все объяснить:

— Простите, мы в вас не целились. Это я маму попросила запустить фиевекр.

— Фейерверк, — поправили ее сразу оба взрослых. Королева уже перестала сердиться и теперь сама испытывала вину за то, что заставила малютку оправдываться.

— Да. Мы вас не увидели. Вы вся такая черная, а уже совсем темно. Простите.

Мама приобняла свою дочку и обе жалостливо посмотрели на Кризалис. Той окончательно стало неловко. Еще и вокруг уже начали скапливаться другие любопытные пони. Они волнительно перешептывались и пытались незаметно сфотографировать королеву.

— Ладно, все понятно. Это было недоразумение. Претензий не имею, — сказала королева достаточно громко, чтобы ее смогли услышать все собравшиеся. Маленькая единорожка тут же расцвела и протянула копытце. Кризалис опасливо попятилась, но под взглядами пони все же повторила жест и легонько коснулась до жеребенка.

— А вы можете порычать?

— Кризи! — громко раздалось откуда-то сверху. Голос шел со стороны башни и там же в окне, кобылка увидела маячившую фигуру.

— Кристина? Это ты?

— Да. Лети сюда.

Это было спасение. Кризалис обрадовалась, что появился путь к отступлению и безотлагательно им воспользовалась. Окна распахнулись настежь, давая возможность беспрепятственно проникнуть в помещение. Стоявшая напротив кобылка сразу бросилась в объятья, но врезалась своей грибной головой в шею чейнджлинга и упала.

— Ты поаккуратнее с этой штукой, так и зашибить можно.

— Да, извини. Все никак не могу привыкнуть.

Со второй попытки все удалось. Кризалис уселась на мягкий диван, а Кристина в спешке принялась убирать остатки ужина со стола. Помещение находилось в странном порядке: несмотря множество полок с книгами и бумагой, все пространство возле окна оказалось приспособлено для миниатюрных грядок. Слева редис прикрывал ботвой свои багровые корешки. Справа цвела капуста, поблескивая каплями воды, еще не высохшими после недавней поливки. Заметив любопытство чейнджлинга, кобылка пояснила.

— Мы ведь теперь едим, не забывай. Исключительно растительное. Нас даже прозвали — вегапони.

— Я все понимаю, но фермерством надо заниматься как-то масштабней. На полях, а не в горшках своих комнат. Разве нет?

— Знаешь, — Кристина заговорила строже, — Ты так торопилась покинуть нас, что даже не составила приличного плана для своих подданных. Я до недавнего времени толком не могла отличить яблоко от помидора, как в общем и все остальные. Идей по ведению хозяйства тоже имелось немного, плюс требовалось время, а еда нужна была уже сейчас. Видишь, в какой ситуации мы оказались?

Кризалис возмутилась:

— Вот тут не надо меня критиковать! Я вас оставила не с пустой казной и ресурсами. У вас было чем торговать на протяжении многих месяцев.

— Одного месяца, — уточнила пони. — Все потратили за месяц, пытаясь осилить тяжелый переезд. Благо, Селестия нам сделала одолжение. Но мы стали жить в долг и эту ситуацию требовалось исправить.

— Для этого у вас королева и есть.

— Принцесса. Принцесса Ринальда.

— Серьезно что ли? — чейнджлинг закатил глаза, — Глупые понячьи традиции. Быть королем опять не в чести?

— Чисто юридически, ты с себя корону не снимала. Даже сейчас она на тебе. Поэтому, было бы странно иметь в государстве сразу двух королев. Неправда ли?

— Ты про эту штуковину? Да она ей просто не идет. Ты вечно ко всему придираешься.

— Короче, принцесса решила, что надо срочно интегрировать в культуру пони. И поручили это мне, как твоему главному советнику.

— Это кто такое выдумал?

— Я тоже поинтересовалась. Но решать что-то надо было. И тогда мне на ум пришла идея, что если пони сами начнут к нам приходить, то с ними придет и весь нужный опыт. Поэтому построили это замечательное место отдыха посреди болот. Дешевые путевки оказались самой лучшей рекламой. Некоторые туристы даже решают здесь остаться. Селятся, обживаются, а мы за ними наблюдаем. Плюс финансовый доход. Да и вообще красота вокруг.

Кристина посмотрела на потолок, словно ища что еще хотела добавить, но пожав плечами, улыбнулась и спросила:

— Ну что, я молодец?

— Очень даже. Вполне здравое решение и оперативная работа. Так и быть, с меня причитается. Но сейчас, будь добра, отведи к… принцессе Ринальде. Дело срочное.

Вегапони кивнула.

— Только у меня крыльев теперь нет. Пройдемся пешком.

Они долго спускались по бесконечной винтовой лестнице, постоянно сталкиваясь с такими же измотанными бедолагами. Ступени рябили перед глазами. Напряжение в ногах росло. Кристина начала беспрерывно спотыкаться, смело падая на свою грибную голову. В конце концов, королеве это все надоела и она, схватив подругу, выпрыгнула в окно.

— Вии! Лети налево. Да, вон к той пирамиде.

Действительно, в стороне от яркого света, среди высоких деревьев выглядывала треугольная верхушка из серого камня. Кроме ровных граней и гладких сторон здание ничем больше не виделось. Немного покружив вокруг, Кризалис удалось обнаружить вход.

— Самый странный дворец, какой я когда-либо видела, — высказалась она.

— Вот видишь, не у тебя одной тараканы в голове были.

— Между прочим, Улей строился в таком виде, исключительно из практических соображений. Для защиты и удобства.

— И десятиметровая статуя тебя, отлитая из аргонтиса, стояла тоже для удобства?

Кобылка некоторое время молчала, затем слегка пристыженно ответила:

— У меня там комната была…

— Комната?! В статуе?! И тебе еще пирамида показалась странной? Вот значит куда ты вечно пропадала.

— Там была очень хорошая звукоизоляция. Мне просто иногда требовалось подумать в тишине.

— Да, я тебя понимаю, — вздохнула грибная пони. — На меня тоже сейчас все это обрушилось. Шум, проблемы, суета. А я ведь вовсе не хотела этим заниматься. Мне так тяжело. Еще этот внешний вид, дурацкий. Я реально похожа на неполноценного клоуна. Ты хоть представляешь, как мне спать неудобно с такой головой?

— К чему-то ведешь, Кристина?

— Разве не очевидно? Я хочу вернуть себе форму чейнджлинга и отправиться путешествовать, как и ты.

Кризалис задумалась. Даже не о возможности, а о резонности такого запроса.

— Чейнджлинги по одиночке не живут, как правило. Это опасно. Кто поможет тебе в твоих специфических нуждах? Кто проявит заботу? Одиночество станет твоим смертельным врагом. Стоит ли оно того?

— Я все уже решила. Просто скажи, можешь ли ты это сделать?

— Возможно. Только подумаю немного. И ты еще подумай.

— Ладно, буду ждать. Вот я и высказалась. Стало легче. Можешь идти дальше без меня, я все равно в проход не пролезаю.

Обе кобылки посмеялись и распрощались. Но королева недолго оставалась в одиночестве. К ней почти сразу бросились стражи, поросшие грубыми наростами коры. Издали они походили на пеньки. После суетливых поклонов, чейнджлингу было предложено оказание любой помощи.

— Ну тогда отведите к принцессе. Только без шума и окольными путями.

Встречу получилось устроить быстро. Ринальда оказалась на данный момент совершенно свободна. Она сидела в круглом помещении, полностью выкрашенным аквамариновым цветом. Рельеф стены был закручен чередующейся спиралью хвойных веток, брызг дождя и звездной россыпью. Перед самой кобылкой расположился большой каркас с натянутыми струнами. Это, безусловно, был музыкальный инструмент, напоминавший арфу. Мягко проводя по нему копытами и аккомпанируя теми участками гривы, которые имели свойство послушно двигаться, она заливала пространство комнаты переливистыми звуками. Они то накатывали нарастающими волнами, то прыгали беспечно как дети на лестнице. И все это связывалось тихим фоном, монотонно журчащим в неизменном ритме.

Кризалис не решилась прерывать игру музыканта. Она моментально прониклась атмосферой и ощутила нахлынувшую прохладу спокойствия. В голове прояснялось. Негатив уходил. Кобылке просто захотелось закрыть глаза и окунуться в мир сюрреалистических образов. Насладиться чистым и прекрасным. Но мелодия таяла, как свеча. Принцесса извлекла заключительные ноты и тут же обратила внимание на присутствующего гостя. В ответ ей хвалебно затопали ногами по полу. Ринальда, не ожидала что за ней кто-то наблюдал и потому порозовела от смущения.

— Здравствуй, Кризалис…

— Браво. Это, правда, очень здорово. Была бы ты обычной пони, имела бы метку в виде ноты или типа того.

— Странно такое слышать. Ты же, в прошлом, запретила чейнджлингам заниматься музыкой. Только, ума не приложу, по какой причине.

Королева кисло улыбнулась.

— Знаешь, они все так тоскливо играли, что просто жить не хотелось. Там, правда, все могло кончиться массовыми суицидами. Но ты звучишь намного веселее. Обязательно выступи перед вегапони, они должны узнать, как это надо делать.

— Я… просто так взять и выступить? — принцесса поежилась. — А вдруг никому не понравится? Вдруг меня освистают?

— Ну ты и трусиха!

— Да. Я живу на этом свете меньше года и ничего не знаю. Может в эту встречу ты успеешь поделиться полезным опытом?

— Самое главное ты уже усвоила, — собеседница подмигнула. — Правитель не обязан знать, как решить любую проблему, но должен суметь отыскать того, кто знает.

— Ты говоришь о Кристине? Бедняжка. Я так ее нагрузила. Она постоянно выглядит печальной. Все никак не подберу слов, дабы выразить ей свою благодарность.

— О ней поговорим чуть позже. Скажи, почему твои пони и ты сама продолжаете прятаться в этой дурацкой гробнице и землянках вокруг, когда наверху такие виды?

Ринальда опустила голову и заговорила таким же тихим, как и у Флаттершай, голосом:

— Им все еще страшно, Кризи. Они столетиями боялись поверхности и мне это тоже передалось. Но тебе не понять, ведь ты делишь ложе с героем Шайнингом, который одолел страшного монстра. Разве может кто-либо внушать больше уверенность?

Кобылке понравилась похвала в адрес своего единорога. Она согласно кивнула и ответила:

— Да, рядом с ним я сплю спокойно. Но не будем отвлекаться. Ты хотела полезный опыт? Вот тебе задачка. Представь, что в твоем странном дворце появился враг, шпион. Какие действия предпримешь?

— Ну… для начала, соберу всех придворных в одном месте.

— Так, все правильно. Что дальше?

Принцесса зашагала по комнате. Выйдя из тени, на нее упал свет сразу нескольких ламп и выгодно обозначил фигуру и узор на теле. Сочно-зеленного цвета шерстку обвивала темная сетка, похожая на тонкие корни растений. Казалось, что было надето платье, весьма изящное и гармоничное. Вообще, несмотря на свой экзотичный вид, кобылка выглядела привлекательно. Кризалис вдруг стала жалеть о том, что в свое время оказалась от преображения. Но тут же вспомнилась несчастная грибная подруга и порыв моментально угас.

— Сдаешься? Ну тогда распорядись пока всех собрать. Остальное объясню позже.

## Глава 9

Весь день Армор сокрушался от безделья. Без Кризалис жизнь во дворце стала вновь предсказуемой и скучной. Да и вообще он полностью отвык от светских традиций. Сейчас вспоминая свои будние дни на острове, единорог понял, что успел изрядно одичать. Там ему было в радость сбить палкой пару кокосов или погнаться за потенциальной добычей, утоляя противоестественный позыв. Да даже простая возможность разложить костер в любое время приносила чувство уверенности и свободы. Здесь же его вновь облачили в неудобные наряды и принудили изображать аристократичного сноба.

Думая обо всем этом, жеребец тоскливо брел по унылым коридором, изредка приветствуя вялым кивком и натянутой улыбкой кого-либо встречного, пока не увидел яркую вспышку из-под ближайшего дверного порога и не услышал удивленный или даже испуганный крик кобылы. Армор тут же протрезвел от своей меланхолии и, молниеносно разогнавшись, выбил дверь на ходу. Инерция должна была протащить его по меньше мере до середины комнаты, но некий большой и тяжелый предмет изрядно сократил этот путь. Удар пришелся в район рога, что причинило пони взрывную боль и ввергло в состояние близкое к обмороку. Но он все же смог удержаться на ногах и теперь ошарашенно смотрел по сторонам ища обидчика.

Перед ним застыл могучий силуэт жеребца с выкинутым вперед копытом. Но то была статуя, безжизненная и непоколебимая. А рядом маячила фиолетовая фигура, шарахавшаяся из угла в угол, ища безопасную позицию. В какой-то момент их взгляды пересеклись.

— Да что здесь происходит?! — прокричали оба. После создалась недолгая пауза, позволившая отдышаться и успокоиться.

— Твайлайт?

— Армор?

— Зачем ты сюда поставила эту статую? Я чуть голову не расшиб, — принц приложил к больному месту копыто и по новой оглядел художественное творение. Выполнено оно оказалось из щедрого количества белых кристаллов и прочно связывающего их платинного каркаса. Так же на голове имелось заостренное подобие рубинового рога, наткнувшись на который Шайнинг и вовсе мог убиться.

— Я не ничего ставила. Оно просто возникло из неоткуда, как будто… — кобылка отвлеклась, увидев перед собой новую вспышку и застывший в воздухе сверток бумаги. Немедля, она среагировала и развернула послание, облегченно вздохнув.

— Это от Спайка. Он сейчас отправлен править в Кристальной империи.

— Твой дракончик? — удивился единорог.

— Да. А что, ты его не считаешь подходящим кандидатом?

Армор не считал. Более того, он всегда воспринимал Спайка как домашнего питомца своей сестры и в целом скептично относился к способностям этих существ. Но сейчас Твайлайт выглядела весьма серьезно и своим тоном предостерегала единорога от неосторожных высказываний. Да и не вправе он уже был судить о таких вещах.

— Я знаю, что там его чтят и уважают. Но все же, у него нет титула.

— Это верно. Поэтому с ним в придачу послали принца Блублада. Вместе они как один полноценный правитель.

А вот это показалось разумно. Блублад хоть и являлся скандальной личностью, но вполне был подготовлен во многих вопросах политики. А главное, он хорошо справлялся с интриганами или вовсе их возглавлял. Аликорн быстро проглядела написанный текст и принялась зачитывать вслух.

«Привет, Твайлайт. Прости, что без предупреждения отправил тебе эту кучу самоцветов. Если подумать, я мог подвергнуть кого-нибудь опасности… Надеюсь ничего не произошло. Отпишись как сможешь, чтобы я не мучился. Так уж сложилась ситуация, что мне пришлось избавиться от этой статую.

Блублад невыносим. Не счесть сколько раз на дню я выслушаю в свой адрес замечаний по поводу свой драконьей натуры. А также упоминается мой возраст и отсутствие титула. Много дней наблюдая за этим единорогом, я так и не смог разглядеть толком его лицо. Вечно задранный нос не дает этого сделать.

Но не переживай за меня. Близко к сердцу нападки этого пони я не воспринимаю. Другое дело, что наши слуги уже очумели от Его величества. Не буду тебе перечислять все эти выходки и капризы. Скажу лишь, что жизнь во дворце теперь похожа на Эквестрию, времен правления Дискорда. Верхней планкой самодурства Блублада стал недавний случай. Одному земнопони — молодому скульптуру, принц доверил изваять свой образ. Но сам ходить в мастерскую счел для себя недостойным жестом. Поэтому несчастный пони, а он, отмечу далеко не имел могучее сложение, получил обязанность каждый раз тащить на своем горбу всю эту груду искусства, дабы выслушать критику и получить новые корректировки. Сегодня я не выдержал. Пока Блублад был отвлечен разговором со скульптором, я просто подошел и отрыгнул пламя на статую.

Принц все-таки понял, что случилось. Он завалил грандиозную истерику. Выпучивал глаза, надрывал связки. Я же отбрехался тем, что не всегда держу под контролем свое драконье пламя. Мол, от стресса и не такое могу вычудить, а драгоценные камни и вовсе манят на темную строну. И вот свершилось невероятное. Подумав над моими словами, Блублад решил, что дракончик для него потенциально опасен. Не добавив ни слова, принц отступил и больше не досаждал натерпевшемуся скульптуру. Твай, я еще никогда не испытывал таких благодарных объятий.

Ну и на последок, попрошу тебя не выбрасывать мою посылку. По приезду я буду рассчитывать на эти вкусные камешки. Не суди строго. Жду ответа. Спайк»

Кобылка отложила письмо и, мельком глянув на брата, повернула голову в сторону темного окна. Она скучала по Спайку. Маленький дракончик давно стал значимой частью ее жизни. Теперь, в разлуке, и на фоне прочих происшествий она остро ощутила тоску. Даже похищение двух ее подруг не было таким сильным стрессом. Скорей всего, она в итоге заменит собой принца Блублада и будет тоже править в Кристальной империи. Конечно, в том случае, если Каденция так и не объявиться. Лучшем вариантом всегда будет остаться в Понивиле.

— Твай, — произнес Армор, — Опять о чем-то задумалась?

— Извини, я немного в облаках. Просто все никак поспать нормально не получается. Не хочешь немного посидеть со мной, поболтать?

— Вообще-то, я хотел попрактиковаться… Слушай! Ты же лучшая в магии. Сможешь научить своего глупого брата паре новых трюков?

Твайлайт весело рассмеялась.

— Это же я тебя в детстве доставала: «Покажи, научи». Неужели сейчас мы поменялись местами. Но что ж, заняться все равно нечем. Давай попробуем.

Тем временем принцесса Ринальда выстроила всех своих подданных в одну шеренгу и периодически поглядывала в сторону коридора, где затаилась Кризалис. Вегапони встревоженно топтались на месте. У одних на мордочках читалось волнение и страх, у других предвкушение чего-то интересного. Единственной выделялась одна сонная кобылка, поросшая мягким мхом, которую то и дело приходилось поддерживать, когда она была готова клюнуть носом пол.

Принцесса вновь и вновь прохаживала мимо слуг. Она словно проводила планерку, поочередно обращаясь к каждому пони и обсуждая его достижения. Проверяя записи о придворных, Кризалис внимательно прислушивалась в те моменты, когда произносились имена. Вскоре все бумаги были отложены в сторону и на лице появился довольный оскал. Среди собравшихся оказался кто-то один лишний.

— Принцесса, а можно уже пойти к себе? — спросила кобылка, напоминавшая то ли одеждой, то ли собственной физиологией небольшую пальму. Она нетерпеливо цокала и всем видом пыталась изобразить страдающую пони.

Ринальда чрезмерно подозрительно прищурила глаза и мельком глянула в сторону королевы. Но та отрицательно покачала головой.

— Нет, Малинка. Я поговорю со всеми и тогда разойдетесь. Тебе придется потерпеть.

— Хорошо, принцесса, — поникла вегапони.

«А может Малинка и есть шпион? — пришла в голову правителя мысль. — Или Кризалис ошиблась. Чего, интересно, она сейчас ждет? Я уже не знаю о чем с ними разговаривать».

Кто-то из стоявших неподалеку чихнул. Ринальда машинально пожелала здоровья, даже не оглянувшись. Пони чихнула снова. Принцесса вспомнила, как сильно много духов на нее пролил чейнджлинг накануне. Зачем? Теперь аромат был чересчур резкий и вульгарный. И, видимо, вызывал дискомфорт у окружающих.

Вскоре та же кобылка, которую звали Фир Три, залилась настоящим аллергическим приступом. Слезы текли по ее краснеющим щекам, а рот хрипло ловил воздух. Разуметься, вегапони тут же обратили свое внимание на больную. Ее тело, смахивающее на пушистую елку, вяло на глазах. Сочные иголки на шерстке желтели и осыпались. Глаза наливались ядовитым цветом. Сама она словно разваливалась по кускам, становясь тоньше и страшнее. Щеки ее также слезли, оставляя прикрывать зубы лишь тонкую полоску кожи. Что-то наоборот, разрасталось на лбу и спине. Клыки выдвинулись из общего ряда. Наконец, жуткие метаморфозы закончились и перед принцессой предстала фигура чейнджлинга, с необычной фиолетовой гривой и серповидным рогом.

— Ловите! Задержите! — кричала королева, ломясь по коридору. Но пони все еще прибывали в шоке от увиденного и не могли совладать даже со своими разинутыми ртами.

Но шпионка оказалась более собранной. Она уверенно побежала в сторону большого треугольного окна и крайне удачно совершила прыжок, увернувшись в последний момент от залпа зеленной магии, бьющей со спины.

Бежавшая следом Кризалис проскрипела зубами, остановившись возле проема. Следом за безщекой она прыгать не стала. Но мимо вдруг проскакал жеребец с небольшими, но рабочими крыльями и на ходу бросил:

— Королева, я ее поймаю!

— Стой! Плохая позиция, она может…

Но договорить не удалось. Как только вегапони высунул наружу голову, красная вспышка озарилась у его шеи. Взрыв отбросил жеребца обратно, оставив на теле обожжённую рану.

— Проклятая бестия! — крикнула Кризалис и услышала в ответ противный свистящий смех.

— Кто-нибудь, помогите Морту! — оживилась Ринальда. Малинка подскочила к раненному и тут же обмотала его шею рукавом, что оторвала со своей одежды.

— Я позабочусь о нем. Несите в мою комнату.

Четверо слуг подбежали к жеребцу и аккуратно понесли его следом за пони.

— Она справиться? — поинтересовался чейнджлинг.

— Не беспокойся. Вегапони сильны в медицине. К тому же, Малинка и Морт тесно дружат. Думаю, сегодня у них должно было состояться свидание. Давай вернемся ко мне и поговорим.

Кобылки вернулись в покои принцессы. У той по телу все еще бежала дрожь от пережитого. Предложив Кризалис плетенное кресло, она и сама уселась в такое же напротив.

— Так что это был за чейнджлинг?

— Роза. Одна из двух сестер изгоев. Они с самого рожденья казались необыкновенными. Росли весьма талантливыми и смышлеными. Но я переусердствовала в их обучении. Сама понимаешь, моя магия относиться к разряду темной. С ней нужно быть осторожным.

— И какие у них претензии ко мне?

— Ничего точно не скажу. Но когда я узнала, что они напали на Селестию, то предположила, что и ты можешь оказаться в опасности. Им явно не нравиться, что чейнджлинги преобразились.

— И ты решила поймать одну из них с помощью моего парфюма? — улыбнулась Ринальда.

— Не совсем. Только у Розы такая взрывная аллергия на цветочные запахи, как ни иронично. Да, я ожидала, что встречу именно ее. Но расчет шел на дворцовые бумаги, где для каждого имени имелся указ о назначении на должность. И нигде не было ни одного упоминания о горничной по имени Фир Три. Должно быть, она пробралась не так давно и всем сказала, что кого-то подменяет.

Принцесса откинула голову и тяжело вздохнула.

— Я так мало правлю, а меня уже хотят убить.

— А кто говорил, что будет легко?

## Глава 10

— Ну почти, — произнесла Твайлайт, после того как Армор в очередной раз телепортировался вверх тормашками. Распластавшийся на спине единорог болезненно зажмурил глаза и ощупал копытом шею.

— Я думаю, на сегодня хватит. Моя норма побоев уже выполнена.

— Но ты все же научился тому, что хотел. Осталось только отшлифовать детали исполнения, — улыбнулась кобылка.

— Да, ты права, Твайли. Спасибо за урок и спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Армор.

Оставшись наедине с собой, принцесса достала перо и бумагу. Она еще не успела написать ответ Спайку и сейчас решила составить весьма содержательное письмо. Слова в голове уже начали складываться в предложения, но мысленный голос аликорна оборвался, когда в коридоре появилась фигура стражника, с рыжей гривой.

— Принцесса Твайлайт, вы не спите?

— Нет, Руфус. Что случилось?

— В покоях принцессы Селестии поднялась суета. Врачи говорят, что вновь наступил кризис.

— Поняла, скачу!

Пробираясь сквозь пони и белые ширмы, до кобылки стали доноситься слова наставницы, полные отчаяния и гнева.

— Уйдите вы все от меня! Не трогайте! Не в ваших силах мне оказать помощь.

— Но принцесса, рана вновь открылась. Вы истекаете кровью!

— Я вижу, Асклеп. Но ваши швы и лекарства не дадут желаемого эффекта. Лишь только причинят мне еще больше неудобств.

Завидев в толпе пробивающую себе путь фиолетовую кобылку, с розовой прядью, Селестия облегченно вздохнула.

— Твайлайт, прошу, разгони их всех!

Дважды просить не пришлось. Рог принцессы угрожающе засиял и она медленно повернула голову сначала в одну сторону, а затем в другую. Все, кто не желал испытывать на себе магию аликорна, спешно пропали из поля видимость. Упорство проявил лишь доктор Асклеп, решивший до последнего держать свой пост. Но Твайлайт не собиралась тратить время на уговоры и бросила в жеребца первое пришедшее на ум заклинание, превратив его туловище в огромный апельсин. Доктор, осознав свою новую форму, в панике ринулся к двери, попутно сбивая все стоявшие предметы. Вскоре из коридора донеслись испуганные крики и звуки, падавших в обморок пони.

— Твайли, это какое-то нехорошее заклинание. Не делай так больше.

— Простите, — замялась кобылка. — Но что с вами произошло? Почему опять ухудшение и почему вы отказываетесь от медицины?

— Пожалуйста, не беспокойся об этом. Я не хочу, чтобы сейчас это отвлекало. Забот у тебя и так навалом.

— Но это важно! Я места себе не найду, пока не выясню, в чем причина. Если вам что-то известно, скажите, умоляю.

— Этого я и боялась… Хорошо. Я расскажу, что знаю. Недавно ко мне пробралась Кризалис.

Глаза фиолетовой пони сузились.

— Зачем? Что ей было надо?

— Только поговорить и… наверно, помочь, — принцесса криво улыбнулась. — Она узнала оружие, которым был нанесен удар.

Твайлайт подошла к столу, где лежал мрачный, подвергшийся коррозии клинок. Форму и узоры на нем распознать было невозможным.

— Я и не думала, что это оружие. Похоже на ржавую железяку с фермы.

— И я не обратила внимание. Но это оказался один из зебринских клинков, содержащих в себе порчу. Раны от него имеют свойство неоднократно напоминать о себе. В случае поражения, обычный пони обречен на долгую и мучительную гибель.

Селестия заметила, как ученица в ужасе отрыла рот, и быстро продолжила:

— Но я ведь аликорн. Наша магия сильна и, думаю, болезнь рано или поздно отступит. Прошу, любимый мой друг, не совершай глупости. Не ищи лекарство, если для этого придется покинуть замок. Против нас встали коварные враги. Дай мне слово, что не… кхм, — принцесса тихо кашлянула и из уголка ее рта полилась тонкая струйка крови.

Юная кобылка была не в силах видеть эту картину. Она молча схватила пропитанный порчей метал и твердо направилась в сторону библиотеки. Наставница еще хотела что-то крикнуть вслед, но сил больше не оставалось. Слабость уступила место беспамятству.

* * *

С тоской в сердце королева покидала город Блэйз-Таун. Такой бурной ночной жизни ей не удавалось увидеть ни в одном месте. Выходя за границы доброго праздника, Кризалис с неприязнью ощутила, как на смену веселью, шуму и свету приходила нарастающая тревога.

Она летела над туманом самого огромного в Эквестрии болота. Снизу неожиданно поднялся зябкий воздух, сковывающий мышцы, и коварно потянул к земле. На это Кризалис громко и, с возмущением, чихнула и твердо заработала прозрачными крылышками. Потоки чуть выше вновь порадовали своей заботливой теплотой.

Кобылке то и дело казалось, что впереди маячит огонек. Она даже решила, что это будет очередным симптомом ее долгого бодрствования. Но сквозь молочную пелену все более навязчиво подмигивал красный сигнал и это заставило снова взять под контроль свои чувства и мысли. Свет плавно опустился вниз и приглашающе заискрил мягким тоном.

Кризалис всегда была осторожным чейнджлингом. Раньше она бы постаралась избежать то, что так явно смахивало на ловушку. Но сейчас, благодаря любви Армора, она стала как никогда сильна и излишки самоуверенности склонили чашу весов в пользу любопытства. Приготовившись окунуться в холодную сырость, кобылка бросилась навстречу к тускнеющему огоньку.

Копыта встали на огромную кочку. Нащупывая под собой удобную позицию, королева заодно попыталась разглядеть что-нибудь во мраке. Но без постороннего света это сделать не удалось. Откуда-то слева донеся крадущейся шорох. Кризалис тут же направила в эту сторону зажженный рог. Зеленый свет обозначил темную фигуру, которая ползла по стволу дерева. Та на мгновенья замерла, оценивая уровень своей маскировки, но вскоре ухмыльнулась и соскользнула вниз так, словно не испытывала на себе тяжесть гравитации.

Перед королевой стояла Роза. Одна из лучших учениц. Ее серповидный рог, в свою очередь, тоже зажег огонек и местность вокруг стала еще лучше очерченной. Но что более важно, взору открылись бардовые, как вино, глаза чейнджлинга. В них не было той злобы и самодовольства, которую ожидала увидеть Кризалис. В них оказалась лишь настороженность, долька смущения и капля надежды. Это, в принципе, было то, что читалось сейчас у обеих на мордочках, которые с каждой секундой становились все более порозовевшими и пряными.

Так они молча изучали друг друга несколько минут, пока сердце королевы, наконец, не дрогнуло. Она приветственно подняла переднюю ногу и тут же к ней в объятья кинулась фиолетовогивая кобылка. Они крепко обнялись, но Роза вдруг резко отшатнулась и встала на боевую позицию.

— Ну что же ты, Бутончик? — тоскливо вопрошала Кризалис.

— Я не для этого хотела встретиться. Уж точно, не ради твоих объятий.

Роза говорила твердо и холодно, но крепко сжатая челюсть все же выдавала предательскую дрожь. Наставница заметила это и мягко ответила:

— Я вижу, что у тебя за душой обида. И поверь, у меня она тоже есть. Ведь вы с сестрой были такими чудесными и талантливыми жеребятами. Тебя я и вовсе хотела называть дочерью. Представь, как мне было больно выгонять вас из Улья.

— И все же, твое копыто не дрогнуло, — прошептал чейнджлинг.

— Я надеялась, что вы все осознаете и вернетесь просить прощение. Ты ведь так и хотела, признай, Бутончик? Но твоя сестра не позволила. Она оказалась слишком горда для этого.

— Миладис поступила правильно и я с ней полностью согласна. Ты все равно нас не понимала и боялась!

— Я ее не понимала и боялась. К тебе это никогда не относилось. Я знаю, что ты просто попала под дурное влияние.

— Хватит! — топнула ногой Роза, — Это все я тоже не хочу обсуждать. Сейчас важно другое. Ты ведь больше не правитель, верно? Тогда зачем вмешалась в наше выступление?

Кризалис продолжала оставаться непоколебимой.

— Я все еще присматриваю за вегапони и никому не позволю портить их мир. И только через мой труп Миладис придет к власти. Ничего, кроме крови это не принесет.

— Не стоило тебе в это лезть, Кризалис. Решение превратить расу чейнджлингов в таких смехотворных существ вполне показывает твою некомпетентность. У моей сестры же есть план, как все исправить.

Королева чуть дернулась и повысила голос:

— И что же за план выдумала эта маньячка, в котором вам надо было убить Селестию?

Кобылка с нескрываемым удивлением и страхом широко раскрыла глаза.

— Но она ведь жива?

— Пока еще. Но если не оказать помощь, её гибель станет вопросом времени. Подумай, что может произойти. Только два аликорна способны управлять светилами изо дня в день. Не так это легко, поверь. Без Селестии останется только Луна. Но я уверенна, что та не станет поднимать солнце. Скорей от горя утраты сестры она вновь впадет в безумство и обернется Найтмер Мун. А с этой кобылой я бы предпочла никогда не встречаться. И тут могут мочь лишь элементы гармонии, двух из которых уже недосчитаться. Зачем вы их похищаете?

— Мы этого не делали! — изумилась Роза. — План совершенно другой.

— Значит тебя просто держать не в курсе. Я в совпадения не верю. Идем дальше. Ринальду вы тоже убить собирались?

— Я просто выясняла обстановку… Прекрати! Ты не знаешь Миладис лучше меня. Она не такая жестокая, как ты думаешь.

Кризалис наигранно изобразила удивление, высоко подняв брови и прислонив к груди копыто.

— Она — сумасшедший садист! Нет ничего более очевидного, Бутончик. Разве ты не помнишь, что случилось с твоим лицом?

Чейнджлинг указал на прожженные щеки кобылки, сквозь которые белели заостренные зубу. Та поспешила прикрыться копытом, словно только что вспомнила о своем уродстве.

— Мы были совсем юные. Она просто играла и намазала мне свою самодельную косметику. Эта была случайность.

— Это не была случайность! — возразила Кризалис. — Она уже знала, что такое кислота. За несколько дней до этого мы читали книгу о приготовлении подобных веществ.

Сердце Розы с болью сжалось. Она давно перестала вспоминать тот день, стараясь убрать из памяти все компрометирующие сестру моменты. Но сейчас это вновь всплыло наружу. Появился образ кобылки, с предвкушением предлагающую свою мазь в миске. Трясучка и нескрываемый азарт во время процесса. Страшный хохот, прогремевший, когда у Розы с невыносимой болью запылали щеки и она понеслась за помощью. Все это разом сдавило горло. Кобылка была на грани истерики.

— Врешь! — только и смогла она крикнуть и отвернулась. Кризалис хотела сделать также. Она поддалась порыву эмпатии и теперь сама почувствовала, как в глазах начали скапливаться слезы.

— Нет, Роза, я не вру. Она знала, что хотела сделать! Знала, как ты будешь мучиться и с чем проживешь остаток дней!

Бывшая ученица уже не могла устоять на ногах. Она легла прямо в болотную тину, а затем туда же спрятала мордочку, глуша звонкие всхлипы. Королева приблизилась и начала гладить фиолетовую гриву.

— Послушай, Бутончик. Твои мосты еще не сожжены. Вернись к сородичам или встань под мое крыло. Ты умная. Ты сможешь завести друзей и семью. Я же в, свою очередь, пообещаю помочь Миладис. Быть может, ее безумие поддается лечению. В живых она точно останется, могу гарантировать. Нужно лишь, чтобы ты тоже помогла.

Лежавшая у ног кобылка затихла. Затем резко встала оттолкнула Кризалис.

— Не смей такое предлагать! Я никогда не предам свою сестру! — фиолетовые крылышки приготовились к полету. — Отступи сама, пока не поздно. Если будешь мешать, не жди пощады!

Роза метнулась ввысь, окотив болотными брызгами голову королевы. Та осталась стоять на месте, еще долгое всматриваясь в след исчезающего силуэт.

— Зачем тебе это, Бутончик? Ведь все могло быть совсем по-другому.

## Глава 11

После той встречи на стадионе с Квин Скиффом, Шайнинг каждую ночь по несколько раз просыпался в холодном поту. Его мучили кошмары, однотипные по своей природе. Часто он тонул, погружаясь в темные воды или бился о крышку гроба, отчаянно ловя сжигаемый им же воздух. И это и рядом не стояло с тем периодом, когда его подсознание демонстрировало латентное влечение к королеве перевертышей. Сейчас было по-настоящему страшно. И страх с каждым днем становился все живее и властней. Этот грандиозный перелом в представлении единорога о собственной силе и безопасности, разрушенной всеобъятными вражескими цепями в купе с подобными пережитыми в прошлом ужасами сильно ударил по душевному здоровью. Пони верил, что может умереть от удушья, если однажды не успеет проснуться вовремя.

Нынешний кошмар принца оказался до безобразия абсурден. В нем продолжались начатые накануне тренировки по телепортации. Армор делал успехи и без ошибок выполнял все указания своей сестры, за что и получал похвалу. В какой-то момент жеребец подумал, что раскрыл в себе потенциал, не меньше чем у аликорна. Но длилось то не долго. Веселье прервал мешок картошки, невесть откуда свалившийся на тело принца. И справиться с ним было совершенно невозможно. Тяжелый, холодный и мокрый мешок. Из-под него не удавалось выбраться. Даже магия Твайлайт оказалась бессильна.

— Не бойся, братик, — сказала она, — Я призову на помощь всех принцесс и вместе мы сможем поднять этот груз!

К счастью, ждать не пришлось. Сознание Шайнинга не приняло на веру сложившуюся ситуацию и вскоре он проснулся. Однако тяжесть сверху осталась. Кто-то живой буквально лежал на единороге, дрожа холодными конечностями.

— Кризалис? Давно ли ты вернулась?

Ответа не последовало. Темная кобылка крепко спала, подмяв под себя все тело единорога, не давая теплу свободного выхода.

— Ты меня чуть не раздавила. Нельзя же так падать на спящих пони.

На все попытки высвободиться Кризалис отвечала тем, что лишь сильнее прижималась. Шайнинг вскоре смирился со своим положением и даже попытался уснуть. Но безуспешно. Все же, собрав все силы, он сколько мог не нарушал покой своей любимой. Терпение кончилось, когда солнце поднялось в зенит и улицы наполнились шумом и движениями, а Кризалис так и не собиралась просыпаться. Зная по опыту, как ее порой бывало тяжело добудиться, Шайнинг отбросил все прелюдии и, пододвинув свою морду поближе к свисающему ушку кобылы, цапнул его.

Нарастающий стон недовольства и обиды вещал о пробуждении королевы. Гневно сопя и обнажив клыки она явно дала понять, как собиралась поступить с раздражителем. Но Армор не желал быть легкой мишенью, а потому проявил ловкость и смог успешно покинуть зону поражения.

— Это самое мерзкое, когда ты так делаешь! Не можешь спокойно побыть грелкой некоторое время.

— Прости, Кризи. Но я не могу как ты спать целые сутки. К тому же девочки беспокоятся и ждут новостей.

— Сегодня никаких собраний! Я устала и в плохом настроении.

Кобылка распласталась под одеялом и взглядом пригласила Шайнинга присоединиться.

— Нет уж, я тебя знаю. Ты так можешь несколько дней валяться в постели. А нам надо помочь Твайлайт.

— Сегодня я никуда не пойду. Не хочу встречаться с этой противной пегаской. Она опять будет говорить про меня гадости.

— Да брось. Рейнбоу Деш тоже хочет тебя послушать, как и остальные.

— Ничего они от меня не хотят, — пробубнила Кризалис.

Армор забеспокоился. Тон в ее голосе уже не напоминал повседневное ворчание, а был наполнен горечью и сожалением.

— Да что-случилось-то? Тебя кто-то обидел?

— Я просто отвыкла от стресса. Расслабилась. Потеряла форму. С кровати я сегодня не встану. Так и знай.

— Ладно, не вставай, — спокойно ответил жеребец.

Он вышел из спальни, оставив чейнджлинга в легком недоумении, и тут же поздоровался с Руфусом. Тот в последнее время всегда находился неподалеку. Отведя рыжего друга в сторону, Армор принялся нашептывать определенные указания.

— Я тебя правильно понял? Мне все так и сделать? — засомневался земнопони.

— Да, именно так. И еще пусть Твайлайт и ее подруг пригласят на собрание.

Руфус опустил голову и куда-то побрел. Шайнинг поднялся на этаж выше и отыскал уже привычные большие двери комнаты для совещаний, в которой вечно таился полумрак. Там его встретили две кобылки. Флаттершай расположилась у камина и не спеша что-то вязала. Возможно шапку или носочек. Эпплджек легла неподалеку и наблюдала за хитроумными движениями спиц, силясь понять, как узелки пряжи создают форму.

— Доброе утро, Армор.

— Доброе, конечно. Но нынче уже день. Вы, видимо, тут и ночевали?

— Да, признаться, занятий у нас никаких нет. Вот и сидим, ждем когда все соберутся.

Неожиданно купол над головой содрогнулся от удара. Все пони уставились наверх и вскоре увидели, как из вентиляционного проема показалась голова с радужной гривой.

— Кругом лазейки! Кругом брешь! Неудивительно, что наши враги так обнаглели.

Кобылка проскользнула вперед и начала падать головой вниз. Но раскрыв в последний момент крылья, ей удалось эффектно приземлиться на ноги.

— Что у вас тут?

— Ты вовремя. Сейчас все соберутся, — ответил Шайнинг. В подтверждение его слов, за дверью начал нарастать грохот множества доспехов и сопутствующие ему вопли охрипшей Кризалис:

— Куда вы меня несете! Одумайтесь, несчастные. Я вас всех запомнила! Сильвер Бум, Руфус, Бобби-Джо. Тебя, с дурацким носом, не знаю как зовут, но тоже найду.

Легкое свечение сиреневой магии отворило двустворчатые двери и четверо стражников торжественно внесли кровать. Армор указал на место рядом с собой, куда ее следовало поставить.

— Я не умылась. Я не причесалась. Ты хочешь, чтобы все меня такой увидели?

Кризалис еле выглядывала из-под одеяла, сверкая глазами полными изумрудным гневом. Единорог наклонился и поцеловал ее, намереваясь выманить наружу. Та со вздохов высунула голову на длинной шее. К ее сморщенному от недовольства носу теперь прибавился легкий румянец.

— Много чести по дворцу на кровати ездить, — заметила голубая пегаска.

— Рейнбоу, будь добра, не хами, — строго сказал Армор, — Она сегодня не хотела здесь появляться и вполне имеет право уйти при таком обращения.

Сквозь уходящих стражей в зал пробралась Твайлайт Спаркл. Выглядела она также уставшей и расстроенной. После вялых приветствий ее вниманием завладела Кризалис на постели. И было то вызвано не удивлением, а скорее завистью. В затуманенной голове голове рождалась идея послать кого-нибудь и за своей кроватью тоже.

— Раньше начнем, раньше закончим, — объявила кобылка-чейнджлинг. Она принялась подробно рассказывать о произошедшем в Блэйз-Тауне. О встрече с Розой и ее сестре Миладис.

— Так из-за чего ты их выгнала-то? — спросила Эпплджек.

— Они пленили моего писаря и несколько дней терзали его заклятиями для практики.

— Прям как Твайлайт в юные годы, — заметил Армор. Все пони улыбнулись, кроме самой принцессы. Кризалис продолжила:

— Но самое ужасное было то, что когда я их застукала, то не увидела ни капли сожаления. Сказали, что цели оправдывают любые средства. По отношению к врагу — да, я бы согласилась. Но предавать своего сородича — это противоречит самой концепции Улья. Какими бы мы вам монстрами ни казались, но общество наше строилось на единстве и взаимовыручке. Ты обязан всем и все обязаны тебе. Накажи я сестер менее сурово, вера чейнджлингов в эти принципы могла пошатнуться.

— Так значит, весь переполох устроили две твои ученицы? Страшно представить, что было бы, посвяти ты жизнь преподаванию.

После слов Рейнбоу Деш, королева опустила ушки и уже хотела вновь спрятаться под одеяло. Но к ней вовремя подскочила желтая пегаска и принялась успокаивать.

— Сахарок, не хочу с тобой ссориться, но еще одно такое замечание не по делу и то непомерно большое яблоко на столе целиком окажется у тебя во рту.

— Мне вообще что ли заткнуться надо? — кобылка огляделась. — Видимо, да.

— Я не думаю, что Роза посвящена во все планы. Как с этим связаны драконы и пони из пустыни Сан Паломино еще не ясно. Но уже есть зацепки. Сестры, возможно, не знают, что мне известны некоторые из их укрытий. Поэтому, когда восстановлю силы, мы с Армором отправимся в рейд по этим местам.

Радужногривая вновь подала голос:

— Опять куда-то полетишь без нас? Да что ты о себе… мммм, ммм…

Без капли энтузиазма, Кризалис продолжила:

— Конечно, кто из вас хочет, может присоединиться.

Эпплджек и Флаттершай незамедлительно ответили:

— Я пойду!

— И я.

Рейнбоу Деш, не имея возможность ответить, подняла ногу, обозначая свое участия. В стороне осталась лишь Твайлайт.

— Боюсь, что не смогу быть рядом. Мне предстоит иная миссия.

— Полетишь в Зебрику? — предположил чейнджлинг.

— Вначале проконсультируюсь у Зекоры, а потом да, в Зебрику.

Поднялось бурное обсуждение того, куда и зачем собралась фиолетовая кобылка. Армор и Кризалис пришли к выводу, что больше никому не понадобятся и покинули зал.

— Не забудь потом вернуть кровать в нашу спальню.

— Разумеется.

В качестве компенсации жеребец предложил прогулку по городу. Королева нехотя согласилась. Помочь в ее сборах вызвалась пони-модельер по имени Коко Поммель. Она производила впечатление уравновешенной и слегка трусоватой кобылки, а потому Кризалис не понимала, в чем заключалась причина ее желания оказать помощь.

— Коко, ты справишься за два часа?

— Главное подобрать наиболее подходящее платье. Я помню все выкройки и смогу быстро подогнать размер.

— Я это спрашиваю потому, что ты, ну… не единорог. Или делать такие замечания неприлично?

Поммель красиво и тепло улыбнулась.

— Я слышала подобные вещи уйму раз. В этом городе приемлемым считается и куда более неприличное.

— Но ты все равно немного нервничаешь, да?

Кобылка виновато опустила голову.

— Я, признаться, вас немного опасаюсь. Простите.

— Ну хоть честно сказала. А зачем тогда в это ввязалась?

— В замке я выполняла небольшой заказ по пошиву униформы. Обычно я берусь за более интересные предложения, но сейчас большая конкуренция. А мне уже давно охото добиться признания среди модельеров. Поэтому возможность одеть хоть одну известную личность — это грандиозный случай.

— Что ж, я могу тебя кое-кому порекомендовать.

— Буду благодарна.

Ожидая Кризалис, Шайнинг решил, что перед прогулкой им будет уместно посетить ресторан. Оповестив о своих планах, он сел в пегасью колесницу и полетел заказывать место. Заведение располагалось на облаке, в стороне от жилой части города. Там была грифонья кухня, известная лишь в узких кругах. В середине дня найти свободный столик оказалось несложно. Жеребец взял на затравку салат и стал дожидаться свою кобылку.

Она появилась лишь через час, но потраченное время того стоило. Поммель потрудилась на славу. Аквамариновое платье как ничто лучше подчеркивало изящную фигуру, а изумрудные серьги добавляли свой штрих к двухцветной композиции. Даже своенравные волосы покорились кобылке и послушно закрутились в воздушные пряди. Клыки, впадины на теле и прочие отличительные черты чейнджлинга Кризалис замаскировала, дабы не привлекать слишком много взглядов. И все же каждый посетитель одарил кобылку несколькими минутами внимания, гадая, к кому из ожидавших она подсядет. И когда этим кем-то оказался Армор, одетый, как типичный солдат на увольнительном, по ресторану пронесся возмущенный ропот.

Пони-официант приблизился к столику необычной пары. Он уже знал, чего ожидает джентлькольт и хотел взять заказ у его дамы. Армор было начал придумать предлог, чтобы отвадить все вопросы от Кризалис, но та вдруг схватила меню, заставив жмуриться окружающих от яркой ауры магии, и указала на несколько пунктов.

— Превосходно. Мать-и-мачеха на пару в сладком соусе и жульен из грибов, — сказал жеребец и скрылся на кухне, откуда на мгновенье выглянул клюв любопытного грифона-повара.

— Кризи, ты так сильно изменилась, что научилась питаться едой? Я тебе больше не нужен?

— Нет, я все еще продолжаю паразитировать на твоих чувствах. Мне просто хочется насладиться запахом. Надеюсь, ты тоже себе заказал что-нибудь ароматное.

— Ну, в общем-то, да…

Вскоре на столе появилось первое заказанное блюдо. Официант поднял крышку и с гордостью представил композицию из жаренных мышей, фаршированных рисом, и кусочков гуляша из мяса кролика. Лицо королевы исказила гримаса отвращения.

— Вы верно что-то перепутали. Уберите это немедленно!

Пони с ужасом прикрыл пищу и вопросительно посмотрел на единорога.

— Милая, не поднимай шум. Все верно, я именно это и заказывал.

— Ты шутишь?

Шайнинг не гордился тем, какой рацион себе выбрал. Но ему нравилось то, что он порой может шокировать саму королеву перевертышей.

— Нет, нет. Ты не станешь это есть. Ведь не станешь?

Маленькая мышиная тушка уже поднялась в воздух и летела в сторону принца.

— Шайнинг! А ну прекрати! Ну что за жеребячество.

Мышь оказалась во рту и пони принялся с удовольствием ее пережевывать.

— Меня сейчас стошнит.

## Глава 12

В конце дня совместные блуждания привели Армора и Кризалис к водопаду, образованному ледниковыми водами и особенно хорошо разливавшемуся в жаркие дни. Для просмотра данного явления была выстроена площадка с невысоким каменным ограждением. Сейчас в этом месте царило нежное безмолвие, поддерживаемое многочисленными влюбленными парами, гуляющими вокруг легкой поступью или погруженными вниманием друг к другу.

Появление принца и королевы разрушило идиллию. Пони довольно быстро узнали героев скандала, еще недавно описываемого во многих газетах и журналах, и подняли волну тревожного шепота. Однако пару это не смущало и они продолжали вести разговор в своей атмосфере.

— Фильм мне, конечно, тоже не особо понравился, — говорила Кризалис. — Но ты уж совсем выглядишь каким-то расстроенным. Все жеребцы, кроме тебя, ржали, когда тому пони попала стрела в круп.

— Похоже, я единственный, кто сопереживал главному герою. Переломы и раны — это совсем не весело. Я сам как-то за последние месяцы чрезмерно часто получаю по шее, — Шайнинг пристально посмотрел куда-то сквозь горизонт. — Подозрительно часто. И потому совершенно потерял желание смеяться над чужой болью.

Молодые пони все плотнее окружали необычную пару и, подавив целый порядок желаний, начиная от простых вопросов и заканчивая более активными выпадами, ловили все происходящее своими ушками и глазками. Кризалис не совсем комфортно ощущала себя в таком положении. Одно дело быть возлюбленной королевой среди своего народа и совсем другое — злюкой-захватчицей среди пони.

— Давай подведем итоги. За все мои труды и страдания я получила ресторан с жаренными мышами, кино с глупым фильм и прогулку среди пялящихся зевак?

— Ну… впереди еще будет фейерверк, — улыбнулся Шайнинг.

— Замечательно. Ты больше не будешь планировать наши выходные, — заявила кобылка.

— Ты дуешься очаровательней всех. Твои глаза и сарказм будут для меня всегда на первом месте.

Жеребец потянулся и поцеловал шею королевы, на что та слегка нервозно дернулась и произнесла:

— Меня, как бы, немного смущают все эти пони, если ты еще не понял.

Но Армор не отступил. Речь по случаю у него была заготовлена.

— А знаешь о чем они все думают?

— Да уж не сложно догадаться.

— Нет. Не о том, что я предатель, а ты захватчица. Ну, не только об этом, по крайней мере. Взгляни, они еще все молоды. Им еще рано осуждать. Мы для них кобылка и жеребец, которые наломали дров в масштабах всей Эквестрии только чтобы быть вместе. История с хорошим концом где общественные морали и правила не устояли перед высшим порывом. Для них мы в некой степени герои, если подумать. Вдохновляющий пример. И может, моя теория выглядит несколько самонадеянно, но я знаю один способ как ее подтвердить.

Кризалис честно искала что можно такого едкого ответить в данной ситуации. Но пони в ожидании смотрели и в небе уже прогремело несколько взрывов, а потому кобылка сдалась. Сие событие действительно пробудило восторг в толпе, о чем свидетельствовал нарастающий топот и веселое подтрунивание.

Вскоре кобылка окончательно засмущалась и, схватив единорога ногами, полетела через озеро в сторону уходящего солнца. Это тоже было воспринято пони как некий странный, но красивый символ. Однако, на полпути до берега, Армор был сброшен в воду и добирался до суши уже вплавь. Такова была натура королевы — не любила она выставлять на показ сантименты.

* * *

Для Рарити это было шокирующем пробуждением. Она лежала на грязном сене, под куполом ржавой решетки на дне какой-то пыльной угольной шахты. И если бы ей самой довелось описать свои впечатления, то явно не один бумажный лист был бы потрачен на это дело. Но опустим весь ее внутренний монолог и перейдем к тому моменту, когда из полумрака раздался знакомый голос:

— Оу, смотрите, мистер Ведро, наша подруга Рарити проснулась!

— Что? Кто? Пинки, это ты?

Силуэт, что обозначился из темноты перепутать было нельзя. Хотя бы из-за прически, построенной вопреки Евклидовой геометрии.

— Привет, подруга! Я так рада что ты очнулась. Хоть и не очень рада, что именно в этом месте. Но нам с мистером Ведром стало как-то скучновато за последний месяц. Мне кажется, он плохо переносит заключение в подземельях.

— Да уж… — раздался еще один грубый голос.

— Пинки… Ты все это время тут сидела одна?

— Нуу, не совсем. Там наверху всегда-всегда можно разглядеть пару пони. Они просто ходят туда-сюда. Когда я их только увидела, то закричала: «ЭЙ! ПОНИ! ПРИВЕТ! ПОНИ! Я ТУТ! ЭЙ!». Но они не реагировали. Поэтому я не сдавалась и кричала так каждые пять —десять минут.

Тем временем двое новых стражей сменили своих товарищей, гордо приняв от них копья и затычки для ушей. И все они уже давно знали, чем начинается и заканчивается каждая смена.

— ЭЙ! НОВЫЕ ПОНИ! ПРИВЕТ НОВЫЕ ПОНИ! Я ТУТ! ЭЙ!

— Пинки, пожалуйста! — взмолилась единорожка. — Бедняжка, ты тут так долго, в этом ужасном месте. Скажи, почему это с нами произошло?

Вопрос был риторическим, но розовая кобылка решила, что должна ответить:

— Видишь ли, Рарити, в данном сюжете мы с тобой, как персонажи, оказались практически не нужны и поэтому были отправлены за ширму всего происходящего, пока наши подруги будут путешествовать и преодолевать трудности.

Некоторое время белая кобылка просто моргала, переваривая услышанное. Но не долго.

— Что?!

— Что? Я говорю, пони какие-то плохие нас похитили. Держат тут взаперти, изверги. Вот.

— Постой, — взволнованно замотало головой модельерша. — Ты говоришь, что тут сидишь целый месяц?

— Точно-точно!

— И никогда не покидала свою клетку?

— Ни на секунду!

— Тогда получается, что эти ведра тут для… О нет! НЕТ-НЕТ-НЕТ…

* * *

По истечению нескольких дней Кризалис объявила о своей готовности выдвинуться на поиски похищенных подруг Твайлайт. Сама принцесса уже успела покинуть замок и полетела в сторону Понивиля, намереваясь встретиться с единственной знакомой зеброй, которая, скорей всего, не откажет присоединится в путешествии на родину. Основной целью было посещение знаменитой папирусной библиотеки в самом сердце полосатой страны. То место для Твайлайт уже давно имело сакральное значение. И пусть повод оказался весьма печальным, но это не снижало энтузиазм кобылки.

В назначенный час четверо пони и один чейнджлинг встретились под каменным выступом, нависающим недалеко от северной башни. По плану никто не должен был знать о грядущем походе. Придворные считали, что Кризалис сейчас проводит очередное собрание для посвященных и не будут бить тревогу еще долгие часы.

— Это обеспечит нам достаточно время, чтобы уйти без хвоста, — говорила королева, — Чем дольше о нашем исчезновении никто не знает, тем больше шансов сыграть на внезапности и обойтись меньшими жертвами.

— А у нас будут жертвы? — заволновалась желтая пегаска.

— У нас не знаю, а у них точно будут, — проскрипела зубами Рейнбоу Деш.

Кризалис одобрительно кивнула и поинтересовалась у кобылки:

— Надеюсь ты додумалась взять маскировку? Такое разноцветное пятно в небе будет заметно даже ночью.

— Да, я слетала за своим костюмом с… ночи кошмаров, — сказала пегаска и продемонстрировала облачение.

— Полетишь в костюме Шедоуболта? Оригинально. Тогда нас будет двое, чтобы в глаза не бросалось.

Кризалис договорила и тут же обернулась синегривой пегаской в таком же темном костюме, какой был и у Рейнбоу. Голос ее также подвергся изменению и стал звучать строже, но более подходяще для пони.

— Как видите, у нас имеются две небольшие колесницы для вещей и пассажиров. Перемещаться постараемся только по воздуху. Так быстрее. Я повезу Армора и все наши вещи. Радужная повезет своих подруг. Так будет до каменной фермы. Потом перегруппируемся и Флаттершай сможет полететь сама, когда покинем жилые районы.

— Ты имеешь в виду, мы сейчас полетим к семейству Пай? — удивилась Эплджек.

— Верно. Я читала отчеты, где сказано, что одна из ее сестер гналась за похитителями довольно долгое время. Мод Пай. Если она сможет указать направление, нам будет легче определиться, какое логово посетить первым.

— Но когда мы к ним прилетим еще солнце не успеет взойти. Может еще успеем поспать часок-другой? — с надеждой спросил Шайнинг.

— Нет, приятель, — хлопнула его по спине кобылка в шляпе. — Пони на ферме встают рано. И лучше не стоит их отвлекать во время работы. Поэтому чем раньше прилетим, тем лучше.

И все же за те часы что они летели под пасмурным ночным небом, единорог успел немного вздремнуть. Эплджек и Флаттершай укрылись под брезентом, где вели свои тихие беседы. А вот летуны почти не общались между собой. Лишь только изредка радужная пегаска, забывая с кем летит бок о бок, делилась своими переживаниями:

— Фух, а тяжеловато так двух пони за спиной тянуть. Поскорей бы Флаттершай могла сама уже полететь. Кобыла с возу — кобыле легче. И почему только я одна о маскировке позаботилась?

Ближе к рассвету колесницы приземлились недалеко от трухлеющего деревянного забора фермы, на единственном, свободном от камней, участке. Распрягшиеся Кризалис и Рейнбоу без промедлений решили направиться к дому, но фермерша в шляпе их сразу остановила:

— Вы притормозите пока. Одной мне сначала сходить надо.

— А что такое? — спросил Шайнинг.

— Как бы тебе сказать. Старшие Пай не очень любят крылатых или рогатых пони.

— Расисты?

— В яблочко, сахарок. Просто по их мнению только земные пони трудятся и что-то делают на благо этой страны. Поэтому извиняйте.

Эплджек неловко улыбнулась и побежала на поиски сестры Пинки. Оставшиеся пони молчали и недоумевающе переглядывались. Наконец Кризалис не выдержала:

— Чтобы вы там не говорили про чейнджлингов, у нас подобных проблем никогда не было. Хоть мы и делились по разным фракциям.

— Да вас и отличить одного от другого нельзя было, — посмеялась радужная пегаска.

— Фу, как грубо.

После недолгое ожидания, Эплджек вновь появилась и направилась назад к друзьям. За ней вышла и Мод, но пошла совсем в другую строну. Флаттершай вышла вперед и робко поинтересовалась:

— Ну что там, Эй-Джей?

— Все отлично. Идемте за мной в амбар, там с нами поговорят. Давайте, надо спешить, пока все остальные не проснулись.

Так как им все равно было нельзя попадаться на глаза, королева решила, что больше нет смысла притворяться и вернула свою обычную форму. Как и всегда, Флаттершай вздрогнула, увидев яркий зеленый огонь. Но самого чейнджлинга она уже давно перестала бояться. Это была простая кобылка, способная любить, переживать и сочувствовать. И если бы Рейнбоу постоянно не зарилась, то и Кризалис бы вела себя намного приветливее. Такие выводы для себя сделала желтая пони.

В амбаре царил полный мрак. Армор поспешил воспользоваться одним из тех заклинаний, которое недавно изучал с королевой. Однажды они оба сошлись во мнении, что создавать свет на кончике рога не очень удобно с практической точки зрения. И поэтому добросовестно потратили время и силы на создание новых вариаций. В данном случае, Шайнинг запустил несколько ярко горящих шаров, которые сразу поднялись к потолку и осветили весьма значительную часть окружающего пространства. Пони смогли разглядеть разнообразие каменных булыжников, валявшихся во всех углах, а также множество ржавых орудий труда, среди которых были в том числе столь невероятно громоздкие подковы, что даже Эплджек едва ли смогла бы сдвинуться в них с места.

Послышались шаги и на свет вышла серенькая пони с темно-фиолетовой гривой. Она одинаково холодно провела взглядом по всем, лишь только чуть дольше задержав его на королеве, которая к своему стыду почувствовала несколько мурашек на теле.

— Вы идете искать Пинки?

— Да, Мод, — ответила Эплджек. — Твою сестру и еще Рарити. Расскажи, как все было в тот день.

— Ночь.

— Что?

— Это было в ночь. Я услышала шум из ее комнаты. Разбитое окно, крики Пинки и снова окно. Луна светила ярко. Когда я вышла на улицу, то увидела в небе связанную Пинки и двух драконов.

— Ты уверена?

Мод Пай утвердительно моргнула. Или просто моргнула.

— Небольшие. Чуть больше пони. Под утро они меня заметили и стали кидаться какими-то горшками. Я уворачивалась и кидала в ответ камни. Они взлетали выше, но оставались в поле зрения. Так продолжалось четыре дня…

— Постой, Мод, — оборвала ее Рейнбоу. — Драконы летают не медленнее пегасов. Как ты могла гнаться за ними четыре дня?

Серая пони чуть повернула голову в сторону радужной пегаски и продолжила бесстрастно говорить:

— Они отдыхали по шесть часов. Мне хватало этого времени, чтобы наверстать дистанцию. Затем началась скалистая местность и это значительно меня замедлило.

— То есть они отдыхали, а ты нет? — не могла угомониться пегаска. — Четыре дня? Это круто, но… пони вообще так могут?

Хоть Мод Пай и оставалась непоколебима для наблюдателя, но в душе ее похолодело. Она прекрасно знала, что значительно отличалась от большинства обычных пони и боялась выставлять это на показ. Поэтому такие подозрительные расспросы являлись для нее нежелательными. Но, к счастью, эту тему продолжать не пришлось.

— Тут кто-то еще есть с нами, — вдруг шепотом произнесла Кризалис, которая весь разговор вела себя беспокойно и постоянно поднимала ушки. Мод задумалась на некоторое время, а затем кивнула и указала в сторону, где лежал небольшой стог сена, который, если приглядеться, слегка вздымался время от времени. Королева подошла к нему вплотную и магией разворошила верхний слой. Перед всеми предстала спящая кобылка с остренькими клыками и перепончатыми крыльями.

— Это бэтпони? — удивилась Рейнбоу. — Круто! Всю жизнь мечтала посмотреть какие финты они умеют делать.

— Она прилетела пару дней назад. Уставшая, измученная. Попросила ночлег. Я поселила ее в старый сарай, чтобы родители не узнали. Они не любят посторонних…

— Так откуда она прилетела? — с нескрываемым интересов продолжила радужная. В ответ земная пони отвела взгляд, давая понять, что не даст ответ. Она знала историю этой кобылки и находила ее достаточной личной, чтобы всем не рассказывать.

— Мод Пай, ты можешь нам показать маршрут, по которому двигалась? — сказала Кризалис и расстелила перед сестрой Пинки одну из карт из своего багажа. Но пони даже не взглянула на нее, продолжая морозить кожу на теле чейнджлинга.

— Я бы могла пойти с вами. Вы не против?

Подобное предложение вновь позволило сосредоточить все внимание на главной теме.

— Ну… это здорово, да? — спрашивала Флаттершай, оглядывая всех пони.

— Я напоминаю, что повезу на себе только Армора. Поэтому, если у Рейнбоу Деш хватит сил, то пусть возит кого хочет, — сказала Кризалис и довольно прищурилась, радуясь тому, как обыграла ситуацию. Голубая пегаска сквозь сжатые губы недовольно произнесла:

— Да никаких проблем. Совсем не в напряг.

## Глава 13

Мод Пай обладала уникальным взглядом на мир. Все пони для нее делились на близких родственников и просто остальных. Вещи также могли быть либо важными, либо совершенно не заслуживающими внимания. Никаких промежуточных категорий. Деревья — это просто деревьями и они не обладают уловимыми различиями. Тоже самое можно сказать про холмы, болота и реки. Разумеется, исключением были камни. Именно поэтому нашему отряду пришлось отказаться от полета в небе и перейти на пеший ход, чтобы серенькая кобылка всегда могла найти знакомый булыжник и определить нужное направление.

— Это кошмар. Сколько же времени мы потратим, идя за этой странной пони? — шипела Кризалис.

— Да уж. Пролетели бы за пару дней, а так… — поддакивала Рейнбоу, хоть в душе и радовалась, что не пришлось везти повозку с двумя, а то и тремя пони.

И все же идти оказалась ненамного легче. Мод передвигалась очень быстро и никак не выказывала желание устроить передышку. Даже когда Эплджек пренебрегла своим элементом и соврала насчет разболевшейся ноги, чтобы перекинуть груженную вещами повозку на спину кобылки, это совершенно ничего не изменило. Мод продолжала упорно рваться вперед, лишь изредка останавливаясь возле какого-либо валуна, чтобы внимательно на него посмотреть или даже понюхать. После очередной такой остановки у Флаттершай разыгралось любопытство, и она сама решила выяснить, чем могут пахнуть камни, но сильно покраснела, поймав на себе взгляд улыбающегося Армора.

Позади остался путь через болотистую местность. К началу вечера все пони изнемогали. Все, за исключением Рейнбоу Деш. Она шагала рядом с Эплджек и, положив на нее голову, умудрилась заснуть на ходу. Подглядев такой способ, Армор и сам попробовал проделать тоже самое с Кризалис, но потерпел неудачу. Ее спина была выше и из-за этого голова единорога постоянно скатывалась. Натерпевшись от этого юлозанья, королева со вздохом объявила:

— Все, хватит. Ставим здесь лагерь.

Мод Пай повернула голову и с еле уловимым удивлением поинтересовалась:

— Почему?

— Потому что скоро начнет темнеть.

— Но я могу ориентироваться и ночью.

— Очень за тебя рада. Но я хочу проинформировать, что обычным живым существам требуется сон и отдых. Поэтому прошу простить за эти неудобства.

Кобылка в очередной раз пристально посмотрела на королеву, отчего у той все внутри сжалось, и ушла исследовать увиденные ранее скалы. Фермерша в шляпе тоже решила отдалиться, пропав из зоны видимости, а ее подруги принялись кушать заготовленную еду. Шайнинг некоторое время отдыхал под деревом, наслаждаясь тишиной и прохладным ветерком. Затем в предвкушении отыскал свою сумку с припасами и, раскрыв ее, застыл в леденящем ужасе. В ноздри ударил знакомый отвратный запах.

— Кокосики?

Глаз единорога задергался. Желудок сдавило стальными тесками. Он судорожно шарил ногой в сумке, надеясь отыскать хоть что-то, не таящее в своем составе пальмовый орех. Но безуспешно. Его первым порывом было желание спросить у Кризалис, которая являлась ответственной за его припасы, почему она так жестоко с ним пошутила? Но кобылка уже успела уснуть. Тогда, соображая со скоростью молнии, он обратился к пегаскам, намереваясь обменять свои обеды.

— Это ведь она все готовила? — спросила Рейнбоу, указывая на Кризалис. — Фу, я не буду.

— А ты, Флаттершай?

Глаза Шайнинга блестели от напряжения и надежды. Но желтая пони лишь помотала головой и печально произнесла:

— Я бы с радостью. Ничего не имею против… Но у меня аллергия…

Звуки вокруг жеребца таяли, замещаясь неприятным гудением и стуком в висках. Он просто зашагал вперед, словно надеясь где-нибудь по пути отыскать решение своей проблемы. Вслед что-то кричали, но было все равно. Из этого глубокого состояния его смогла вывести лишь Эплджек, с которой они случайно встретились через некоторое время. Кобылка что-то ела, но завидев принца, спрятала все в мешок и затянула на узел. Однако сейчас Шайнинга вряд ли что-то подобное могло остановить.

— Эй, приятель, у тебя там все здорово? — насторожилась пони, глядя в остекленевшие глаза.

Единорогу потребовалось некоторое время, чтобы подобрать более-менее подходящие слова.

— Да. Слушай, а что ты себе в поход из съестного взяла?

— Да брось, Армор, — еще сильнее заволновалась фермерша. — Я же яблочная пони. Ну что я могла с собой взять?

— Прошу, выручай! Мне Кризи в дорогу всякие кокосовые пирожки наготовила. А я их видеть не могу. Они мне еще на острове в горло не лезли. Может поменяемся, а?

Колени Эплджек начали нервно подрагивать. Сглотнув ком, она ответила:

— Да на кой-тебе эти яблоки? Жеребца ими разве накормишь? Поменялся бы с кем-нибудь другим.

— С кем? У Флаттершай аллергия. Рейнбоу Деш принципиально не хочет. А Мод Пай вообще ничего с собой не брала. Понятия не имею чем она питается. Ну так что? Давай хотя бы пару у тебя выменяю?

— Послушай, сахарок, — уже с откровенной злостью заговорила кобылка, — Я может не умею делать ясные намеки, но тебе и так уже пора понять было. То, что находиться в этом мешке я ни с кем делить не буду. Такой вот расклад.

В разговоре теперь неизбежно разгоралось пламя. Шайнинга переполняла обида и ярость.

— Эплджек, тебе что, реально жалко яблок? Я же голодаю! И поверь, ты не хочешь знать какой я пони, когда я голодный пони. Не доводи до греха!

— О как заговорил, принц Ульевкий! Я так-то тоже лягнуть хорошо могу.

— Жадная пони! Да как таких в элементы гармонии берут? Давай сюда яблоко!

Шайнинг сосредоточил магию на мешке и потянул к себе.

— Обойдешься! — крикнула кобылка и схватила за узел зубами. Началась игра в перетягивания, в которой явно выигрывал единорог.

— Не глупи, Эплджек. Я запросто могу зашвырнуть тебя туда, где даже пегасы не летают.

— Я предупреждала? Я предупреждала! — неразборчиво произнесла кобылка, скорее для себя, чем для Армора, и, резко развернувшись, лягнула того по лицу. И лягнула хорошо, прямо как обещала. Жеребец кубарем полетел до ближайшего дерева, и на некоторое время его разум оставался неуловим для вселенной. Эплджек тоже повалилась на спину, не рассчитав все последствия своего удара. А вот мешок взлетел высоко вверх и раскидал по округе все свое содержимое. Один из кусочков упал прямо на нос приходящему в себя жеребцу. Тот принюхался и произнес:

— Да это же вяленое мясо! Серьезно?

Фермерше сделалось вначале дурно, потом страшно, затем стыдно.

— Какой позор! Как я не хотела, чтобы кто-нибудь узнал. Глупая пони, не могла перетерпеть один поход! Как же стыдно! Как же… Стоп. Ты что, это съел?

Счастливый, хоть и с наплывавшим фингалом, Армор добродушно смотрел на пони и дожевывал свой питательный и вкусный подарок судьбы.

— Эй-Джей, мне кажется, мы с тобой не с того начали. Как же я же сразу не распознал собрата гурмана!

После перекуса, Флаттершай решила, что не хочет замерзнуть ночью и отправилась собирать по округе ветки для костра. Рейнбоу, планировавшая поскорее впасть в дрему, теперь осталась наедине с сопящей Кризалис и чувствовала некоторую тревожность. В такой компании ей становилось весьма одиноко. Очень нахватало Пинки, которая не давала заскучать и всегда находила чем занять голову пегаски. А Твайлайт и Рарити никогда бы не дали всему отряду разбрестись, как это произошло сейчас. Тоска по прошлому одолевала. Но в самый острый момент среди кустов появились фигуры Армора и Эплджек. Радужная пегаска тут же оживилась:

— Эй, ребятки! Что вы там делали то, а?

Даже сквозь сон Кризалис умудрилась навострить уши. Пони в шляпе, встретив такой резкий и прямой вопрос, еле как смогла сдержать испуганную гримасу. Шайнинг тоже раскрыл рот, откровенно не зная, что ответить. Из сложной ситуации помогла выйти сама Рейнбоу, предоставившая плотоядной банде свою собственную версию:

— Я поняла! Эй-Джей, ты взяла сидр и опять со мной не хочешь делиться?

Фермерша сообразила моментально и тут же подхватила тему:

— Да потому, что ты меру не знаешь, Рейнбоу. Ты весь мой сидр за раз готова выпить готова!

Удовлетворившись таким ответом, пегаска вновь опустила голову, а Шайнинг шепотом поинтересовался у Эплджек:

— Ты точно элемент честности?

В этот момент на лагерь спикировало желтое нечто. Этим нечто оказалась Флаттершай. Коснувшись земли, она первым делам подбежала к королеве и принялась ее тормошить.

— Тревога! За нами слежка, в небе шпион!

Первое, что пришло в голову Рейнбоу Деш, это обидная мысль, что ее подруга решила доложить обо всем не ей, а именно Кризалис, которая под напором пегаски принялась лениво щурить глаза и расправлять крылья.

— Где? Что?

— Посмотри на то облако. Я только что видела, как из него кто-то выглянул.

— Поняла, — ответила темная кобылка и, грозно застрекотав, поднялась в воздух. При данном раскладе облако действительно стало проявлять разумное поведение. Вначале оно попыталось затеряться среди своих соседей, а затем и вовсе решило удрать куда подальше. Но острый глаз чейнджлинга не позволил такому случиться. Пони на земле не могли увидеть той потасовки, что завязалась над их головами, но могли услышать жалобный визг и крики, полные обиды и боли. Вскоре королева победно вернулась на землю, сжимая в зубах загривок пони с крыльями, как у летучей мыши.

— Ай-яй! Отпустите меня, я все сделаю! — кричала съежившаяся от страха кобылка. Кризалис действительно ее отпустила и нависла сверху, преграждая путь к отступлению. Сидя на земле, бэтпони замерла, словно впав в транс. Ее большие багровые глаза с кошачьими зрачками смотрели в пустоту. Губы подрагивали.

— Да это же та пони, что мы видели на каменной ферме! — сказала Эплджек.

— А я сразу подумала, что она там не случайно оказалась, — добавила Кризалис. — Предлагая ее связать!

Бетпони задрожала, но на ее защиту встала радужная пегаска:

— Никого мы связывать не будем! В чем она провинилась? Ну брела за нами, и что такого?

Приободрившись словами Рейнбоу, Бетпони решила подать голос:

— Я слышала, все, что вы говорили в амбаре. Мод Пай приютила меня, но без нее на ферме делать совсем нечего. Только прятаться целыми днями. Мне просто было любопытно понаблюдать за вами, правда. Я ничего плохого не затевала!

Эплджек покачала головой.

— Девочка, мы не на прогулку выбрались. Против нас драконы, целое враждебное племя и две хитроумные ученицы королевы чейнджлингов, которая стоит перед тобой. Ситуацию понимаешь?

— Я все понимаю и могу быть полезна. Хорошо вижу ночью. Предупрежу об опасности. Или просто дайте вещи потаскать, — улыбнулась синегривая.

— В самом деле, — вновь поднялась Рейнбоу. — Нам помощь предлагают. Разве лишней будет пара крыльев? Бэтпони, я слышала, очень неплохо летают.

Решение оставалось за Кризалис. Но все рассчитывали на милосердный ответ. Понимая это, кобылка не могла сдержать раздражение:

— Да делайте, что хотите. Хоть табун тут собирайте. Плевать, что вы у пони даже имя не знаете. В телегу осторожности. Одно знайте: когда ваших подружек освободим, никто за мной больше не пойдет! Никто!

— Даже я? — удивился Шайнинг.

— Да куда ты денешься? Все, у меня стресс. Пойдем, Армор. Мне нужно срочно обняться.

— Так точно!

Королева скрылась за деревьями и следом потрусил единорог. Все еще оставаясь окруженной тремя пони, клыкастая кобылка произнесла:

— А меня зовут Литл Фай, к слову.

— Ну вот, одной проблемой меньше, — улыбнулась Рейнбоу и протянула копытце.

И все же напряжение оставалось. Флаттершай и Эплджек не могли полностью довериться кобылке, лишь услышав ее имя. Фай это понимала и потому сказала:

— Я оставила вещи на соседней сопке. Наверное, там сегодня и заночую.

Радужная пони кивнула.

— Ладно. Ну ты заглядывай, если что надо будет.

Бэтпони улетела. Оставшиеся кобылки без лишних слов разожгли костер и улеглись спать. Несмотря на прошедшую суматоху, Рейнбоу Деш чувствовала себя прекрасно. Сейчас, рядом с подругами и под звездным ночным небом, плохие мысли не лезли к ней в голову. Не пришлось даже смотреть на противного чейнджлинга. Все выглядело так, как и должно быть. Такая ночь точно подарит ей достаточно сил, чтобы справиться со всеми завтрашними трудностями.

Кризалис тоже сейчас было хорошо. Под полумраком магического света она растянулась на животе и наслаждалась.

— Армор, прелестно! Как ловко ты умеешь помять мои дырочки.

— Ага. Знаю, как ты любишь массаж ножек.

Откуда-то издалека раздался звук, напоминающий свист и непонятный возглас. Доведя свою любимую до блаженного сна, жеребец и сам прилег рядом, мгновенно погрузившись в мир грез. Единороги спали. Пегасы спали. Земные пони спали. Все на свете пони спали. Кроме Мод Пай. Она лежала на самой высокой скале и смотрела на звезды, пытаясь вспомнить хоть один полет в царство принцессы Луны. Но, скорей всего, такого никогда и не было. Под Пай — странная пони. Она это поняла еще в далеком детстве, когда Пинки однажды спросила у родителей:

— Мам-пап, а откуда я появилась?

Простодушные фермеры не любили сказок и прямо ответили:

— Ты появилась из маминого животика, как и твои сестры. Так все делают. Только Мод к нам упала с неба, на той железной штуке, что мы прячем в подвали. Но что поделать?

Серая пони любила камни. Но имелись и среди них те особые, которые по-настоящему грели в ночной прохладе. Буквально грели. Мод чувствовала, что эти камни тоже упали с неба. Возможно, они пришли из тех же мест, что и она сама. Одним из таких был Боулдер, самый первый и самый теплый. Лишь только в кромешном мраке можно было разглядеть его слабое желтое свечение. Оно успокаивало, желая добра и счастья. Это был лучший способ скоротать время до рассвета.

## Глава 14

Игривый лучик солнца пощекотал носик желтой кобылке и тем самым заставил ее на мгновение приоткрыть глаза. Беззвучно зевнув, Флаттершай прислушалась и к своему удовольствию поняла, что проснулась раньше всех. Даже раньше Эплджек. Не повод ли возгордиться самую малость? Момент идиллии. Еще никем нетронутая утренняя гармония полностью принадлежал ей одной. Время, которое можно посвятить самой себе и своим мечтаниям.

Но вдруг по земле пронеслась громадная тень, оставляя за собой холод и тревогу. Пегаска подняла голову и сердце ее застыло. В небе ясно вычерчивался силуэт громадного чешуйчатого тела с такими же большими кожистыми крыльями.

— О мои копытца… Почему я всегда первая замечаю такие жуткие вещи? Тревога!!!

Подруги кобылки спали рядом и соскочили моментально. Минуту спустя подбежали встревоженные Армор и Кризалис. Все окружили испуганную пони, которая так и смотрела наверх и туда же указывала ножкой. Но в небе уже никого не было видно, и это озадачило собравшихся.

— Флатти, что ты там увидела? — мягко спросила фермерша.

— Дракон, огромный, — еле дыша ответила пегаска.

— Он нас заметил? Он смотрел на тебя? — заволновалась королева.

— Вроде… нет.

Больше вопросов не было. Оставалось только принять меры по поводу произошедшего. Превозмогая головную боль, Кризалис принялась отдавать указания:

— Найдите ту бэтпони. Пусть соберет вещи и идет к нам.

— Я сделаю! — ответила Рейнбоу и тут же рванула вперед, ловко пробираясь сквозь широкие стволы деревьев.

— Ищите Мод Пай. Где Мод Пай?

Пони вопросительно переглянулись. Никто не знал где сейчас могла находиться серенькая кобылка. Армор, прогарцевав вокруг лагеря, неожиданно крикнул:

— Есть записка! От нее!

— Что она пишет? — прошептала Флаттершай.

Единорог проглядел все содержимое текста и его лицо приняло весьма огорченный вид.

— Она ушла вперед. Пишет, что не хотела попросту тратить время, пока мы спим. Пишет, что на восходе разожжет костер, чтобы мы смогли найти ее по дыму.

— Вот Дура! — не сдержалась Кризалис и тут же взлетела, чтобы осмотреть горизонт.

— Что там видно? — спросила Эплджек.

— Опоздали.

— Нужно срочно к ней лететь!

— Да. Флаттершай, дождись свою подругу. А вы с Армором запрыгивайте в колесницу.

Тем временем в лагере серенькой земной пони обстановка выглядела примерно так: множество воинственных фигур окружило ее, держа на виду копья или сабли и наверняка еще что-то пряча под темными балахонами. Рослый синий жеребец с черной гривой стоял ближе всех и нетерпеливо задавал вопросы кобылке, которая по-прежнему оставалась далека от проявления каких-либо эмоций и просто игнорировала его. Поначалу воины списывали такое поведение на шоковое состояние от испуга и издевательски посмеивались. Но после того, как особо рьяному хохмачу прилетел камень в голову от той самой «напуганной» кобылы, все веселье прекратилось. Воин лежал на земле, не проявляя заметных признаков жизни. Вожак отряда нахмурил брови и в голове его помутнело от ярости.

— Пришибленная, ты чего вытворяешь?! Последний раз спрашиваю по-хорошему: ты будешь говорить или нет? Я знаю, ты не немая!

Но Мод продолжала нордично стоять в позе, смотря без страха и сомнений в глаза врагу. Для жеребца это стало последней каплей пред тем, как поднять ногу для удара.

— Копыто опусти, здоровяк! — раздался сверху пугающий и громкий королевский призыв. Все воины подняли головы и без всякой команды принялись группироваться в оборонительную позицию, пока их вожак раззявил рот и восторженно смотрел на приземляющеюся Кризалис. Все происходило в считанные секунды. Темная кобылка распряглась и вышла вперед, заслоняя Мод Пай. Синий жеребец невольно отступил на несколько шагов, а его подчиненные подняли оружие на изготовку. Чуть позже из колесницы вышли Эплджек и Армор, вставшие по левую и правую сторону соответственно. Встретившись взглядом, между жеребцами возникла почти видимая линия ненависти.

— Вот и снова ты, Квин Скифф, — заговорил Шайнинг. — Знакомься, Кризи, твой ярый поклонник.

И не успела Кризалис ничего сказать, как жеребец с почетом поклонился, чем вызвал у кобылки высокую степень замешательства.

— Ну… я польщена…

— Моя королева, — начал Скифф. — Я счастлив, что мне довелось вас встретить уже второй раз.

— Я уже ничья королева. В первый раз мы встретились, когда ты пытался убить Армора. Все верно?

В глазах чейнджлинга заиграли искры гнева. Боясь довести ситуацию до необратимого, синий жеребец решил хоть чем-то оправдаться:

— Так сложились обстоятельства, моя королева. Не думайте, что я действовал вам в ущерб.

Пока чейнджлинг и пони вели разговор, Эплджек пристально разглядывала Скифа. Ну не было на его лице совершенно никаких злодейских черт. На королеву он и вовсе смотрел покорно и нежно. Рослый и статный жеребец. Что могло заставить этого пони выбрать вместо фермы подобную стезю?

— И к чему ты ведешь, Скифф? — немного подумав, продолжила Кризалис. — Что ты хороший пони и вообще мой верный поданный? Только что-то подсказывает, что служишь ты скорее всего Розе и Миладис.

Жеребец с улыбкой покачал голой.

— Мы просто сотрудничаем. Для вашего возвращение воплощается план. Эквестрия будет завоевана в кротчайшие сроки, и только вы будете достойны править всеми нами!

— Тебе-то это зачем? Ты даже не чейнджлинг.

— Я верю в вашу мудрость и справедливость. Множество историй и легенд подтверждают это. Вы прошли через столько невзгод и испытаний, никогда не изменяя своим принципам. Единство и равенство — вот лозунг чейнджлингов. Кантерлотским снобам этого не понять. Мое племя столетиями обделяли и гнали, как и вашу расу. Как только я услышал о попытках захватить аликорний город, то только и ждал случая, чтобы помочь.

— Но мне ничья помощь не нужна. Так вот чем тебя заманили эти вертихвостки! И почему ты им вообще решил довериться?

— Ну… — замялся Скифф. — Они же чейнджлинги, да и к тому же ваши ученицы.

Кризалис иронично расхохоталась.

— Ты как раз назвал все причины, чтобы НЕ доверять этим кобылкам. Серьезно, выходи из этого дела, пока не поздно. Какой бы у вас не был гениальный план, я править не стану, да и звать никто не собирается. Поэтому, если ты себя считаешь моим верным поданным, то слушай приказ: возвращай этой пони ее подруг, — Кризалис указала на Эплджек. — И уходи со своими головорезами обратно в пустыню.

Квин Скифф печально опустил голову.

— Меня предупреждали, что вы такое скажете. Но сейчас я не могу следовать этим указаниям, потому что на вас оказывает дурное влияние Армор Шайнинг!

Единорог аж икнул от такого заявления. До чего же он дожил, что его обвиняют в плохом влиянии на королеву чейнджлингов?

— Из-за него вы все бросили. Объявили перемирие с Кантерлотом, а затем и вовсе распустили чейнджлингов. Этот пони всего этого не заслуживает. Он жалок и глуп. Он предаст вас так же, как и предал всех остальных! Бросьте его и отступите от защиты пони-элементов. Сейчас эту компанию спасает только королевское присутствие. Я буду надеяться, что в следующий раз им не удастся спрятаться за вашей спиной.

Шайнинг сжал челюсть и терпеливо ждал, когда кончится разговор и можно будет проучить наглеца. И, видимо, Кризалис тоже испытывала нечто подобное, ибо произнесла:

— В следующий раз? С чего ты решил, что вам позволено уйти?

Взгляд, с которым королева смотрела на Скиффа, имел свою классификацию в коллекции, составленной лично Шайнингом. Это был крайне нехороший, проказный и мстительный взгляд. Сулил он лишь неизбежную кару. Синий жеребец все это сразу понял и взмолил:

— Прошу, я не хочу затевать с вами бой!

— А не будет никого никакого боя, — злорадно произнес единорог, уже догадываясь о намерениях своей любимой. Он видел, как вокруг ее рога разрастался небывалый огромный шар зеленной энергии, и как из него ударило сразу несколько лучей по противнику. Вначале три, девять, затем и вовсе несчетное их количество обрушилось в сторону отряда пустынных пони. Каждый воин в один момент оказался обездвижен и с безмолвным ужасом смотрел, как он и его товарищи тонут в ярких зеленных кругах, появившихся под ногами. Но сам Шайнинг наблюдал только за Скиффом. И как выяснилось не зря. Вожак отряда был единственным, кому каким-то чудом удалось выбраться из ловушки. С тяжелым терзанием он осознал свою беспомощность в спасении подчиненных и принялся удирать в сторону скал. Единорог побежал следом.

Ни Эплджек, ни Кризалис не видели, куда подевались двое жеребцов. Поэтому когда все стихло, они лишь могли недоуменно переглянуться. Королева испугалась, что в порыве колдовства могла случайно поразить и Шайнинга. Но к счастью, Мод Пай им рассказала о всем произошедшем и трио кобыл решило присоединиться к погоне.

Квин Скифф бежал в гору. При его габаритах Шайнингу не составило бы труда догнать противника, но мешали камни, которые приходили в движения под копытами земного пони и летели на голову единорога. Поймав удачный момент, Шайнинг решил закончить все это одним ударом и запустил в спину Скиффа достаточно губительный, как ему показалось, шар фиолетовой магии. Однако это лишь немного толкнуло жеребца, не причинив ему значительного дискомфорта.

Впереди показалось ущелье, пересечь которое бескрылому пони не могло преставиться возможным. Но Квин Скифф продолжил туда мчаться, не намереваясь сбавить скорость. Армор не знал, чего можно было ожидать от противника и поэтому замедлил шаг, решив понаблюдать издалека. Но земной пони ничего сверхъестественного не предпринял, лишь только проявил потрясающую ловкость, умудрившись в прыжке метко просить цепь с крючком и подтянуться на ней, зацепившись за вышележащий выступ камня. Армор только и мог остановиться на месте и признать поражение. За то время, что он обойдет преграду, синий жеребец наверняка успеет скрыться из зоны видимости.

— Или попробовать по-другому? — вслух подумал единорог. — Не зря же Твайлайт потратила свое время?

Шайнинг решил телепортироваться. Единственное, что его смущало, это то, что расстояние до точки приземления было максимальным для его текущего уровня. И дабы не случилось казуса, он так же, как и Скифф решил все проделать в прыжке.

Разбежался, прыгнул… и не смог исполнить заклинание. Возможно, так на нем сказалось волнение или нехватка опыта. Но единорог летел над пропастью и лишь надеялся, что его смерть не покажется пони чересчур глупой.

Спасительным фактором оказалось то, что жеребец все делал в отчаянном порыве и оттого смог долететь до каменного края, уцепившись за него копытами. Безусловно, это был спортивный рекорд, который ни один пони в здравом уме никогда не повторит. Наблюдавший за единорогом Скифф был искренне поражен с какой дерзостью и бесстрашием его враг почти перемахнул громадную пропасть, что явно свидетельствовало о наличии сверх силы. Но Армор продолжал держаться за край и бессильно пытался подтянуться всем телом. В тени камень был сырой и его задние ноги соскальзывали, не давая совершить геройский рывок. Скифф тут же вышел из оцепенения и вновь стал смотреть на единорога с прежним презрением. Хотелось остаться и увидеть его гибель, но времени не было. Раздосадованный жеребец топнул ногами скрылся за очередной скалой.

Сильный порыв ветра забил пылью глаза Шайнинга. Но даже так он помнил, что поблизости не росло никаких кустов или деревьев, ветки которых можно было притянуть к себе телекинезом. Держась уже на последних силах, жеребец проморгался и, глянув вниз, посчитал, что если сможет приземлиться правильно, то обойдется лишь множественными переломами ног. Сейчас даже это обнадеживало. Но прежде чем что-то успеть сделать, его копыта соскользнули с расшатавшегося камня и тело предалось невесомости. Сжав зубы, единорог приготовился к сильной боли и стал ждать.

Внезапно стала появляться нарастающая тяжесть. Шайнинг почувствовал, как кто-то нежно прижал его к себе и помогал сопротивляться гравитации.

— Кризи? — предположил жеребец.

— Эмм… нет, — ответил застенчивый голос.

— Флаттершай! Из всех пони ты одна успела меня спасти. Невероятно! Мне точно никто не поверит.

Желтая кобылка радостно рассмеялась и подняла Шайнинга обратно наверх. Вскоре появились и все остальные, включая Литл Фай и Рейнбоу Деш. Кризалис посмотрела на жеребца и с негодованием поинтересовалась:

— Ну и куда это ты ушел?

— Квин Клифф убегал, я попытался…

— Мы кажется уже говорили об этом? Ничего не делать в одиночку, помнишь? — хмурилась королева.

— А я был не один. Меня… Флаттершай прикрывала.

Когда на пегаску пал полный сомнений взгляд чейнджлинга, она лишь и смогла что кивнуть и спрятаться за Мод Пай. Мод Пай отлично подходила на роль крепости.

— Я пробовал атаковать его магией, — продолжил единорог. — Но толку не было. В итоге ему удалось скрыться.

— Из моей ловушки он тоже смог выбраться, — задумалась Кризалис. — Похоже, что использует какие-то талисманы.

— Ну вы им все равно наподдали, верно? — с воодушевлением спросила Рейнбоу.

— А толку? Вожак сбежал и сестры теперь будут знать о нашем приближение. Большая цена за кучку дикарей.

— Кстати, куда ты их переместила? — поинтересовался Шайнинг.

— Да есть у меня на примете пару местечек, откуда выбраться не так уж легко. Но это не важно. Мод пай, ты осознаешь, что виновата в произошедшем?

— Да. Я разожгла костер и пони напали.

Кризалис ожидала куда более чувственные извинения. Но от такой непробиваемой кобылки и это было верхом раскаяния.

— Ну и что теперь делать будем? — подала голос Эплджек.

— Идем дальше, как и шли. Желательно быстрее. Держимся вместе и больше никаких фокусов.

Остаток дня прошел без происшествий. Утренняя встряска зарядила пони энергией и усталость их не волновала до самого заката. К ночи было принято решение выставить пост и первой его пришлось нести Рейнбоу. Казалось бы, провести несколько лишних часов без сна — простая задача. Но только не для радужной пегаски. Оставаться наедине со своими мыслями она не любила. Без собеседника или интересного занятия эти жалкие два час превратились для нее в бесконечную пытку. Сожаления и глупые вопросы, на которые совершенно не хотелось искать ответы. Нарастающая тревожность, цепляющаяся за то, что она все делает не так, как должна или не так, как хочет.

На пике своих тяжких раздумий, пегаска решила скоротать время в компании Литл Фай, которая, как и прежде, осталась на ночлег в некотором удалении от основного лагеря. Хотелось лишь надеяться, что бэтпони еще не спала в это время. Впрочем, будь иначе, Рейнбоу Деш не постеснялась бы и разбудить ее. Но не пришлось. Кобылка сидела перед небольшим костерком и балансировала белым зефирным кусочком на своем носу. За этим занятием ее и застали.

— Значит, ты пони из цирка?

Литл Фай повернула голову в сторону собеседницы, но глаза ее все еще смотрели в кучу, что вызвало смешок у радужной пегаски.

— Хочешь зефирку? — предложила клыкастая кобылка.

— Не откажусь.

Рейнбоу приняла угощения прямо с носа бэтпони и, насадив его на сорванную ветку, принялась жарить. По округе начал распространяться приятный запах.

— Скучаешь тут одна, да?

— Скучаю. Когда я была на ферме, привыкла по вечерам разговаривать с Мод. Но сейчас ей не до этого.

— Разговаривать с Мод? — удивилась пегаска.

— Ну да, ближе к ночи она становиться активнее.

— Уж я бы поглядела, — задумчиво проговорила Рейнбоу и тут же продолжила серьезным тоном:

— Послушай, ну чего ты за нами все ходишь? Я же вижу, тебе от этого занятия нет никакого удовольствия. Поначалу ты казалась мне взрослее, но теперь я поняла, что ошибалась. Тебе рано еще по свету бродить. Особенно рядом с нами. Впереди грядут серьезные стычки. Возвращалась бы домой к родным, пока чего не случилось.

Шокированная услышанным, Литл Фай застыла на месте и начала меняться в лице. На ее опустившуюся голову упала печальная тень, и в полной тише стали раздаваться прерывистые всхлипы. Рейнбоу Деш повернулась к кобылке и увидела, как заблестели ее глаза.

— Литл Фай ты чего?

— Я не маленькая пони! Я просто роста невысокого!

— Глупенькая, я же не об этом…

«Скуталу, ну чего ты опять расстроилась?» — хотела сказать Деш. Действительно, реветь и одновременно доказывать свою взрослость было в духе фиолетовогривого жеребенка.

— Рейнбоу, не гони меня! Меня все гонят. У меня же выбора никакого нет…

— Ладно, ты успокойся. Я же не говорю, что хочу, чтобы ты ушла. Просто беспокоюсь. Я же не знаю, что у тебя там произошло.

— Мне есть, что рассказать. Просто… сейчас…

Пегаска обняла крылом дрожащую кобылку и сказала:

— Я тебя не допрашиваю. Лишь поговорить хотела, а ты истерику устроила. Давай уже прекращай реветь.

— Ладно…

Еще какое-то время они молча сидели и грелись у костра. Когда бэтпони успокоилась, Рейнбоу предложила:

— Может ты к нам уже переберешься? Вместе идти было бы веселее.

— Да я бы перебралась. Просто я так ее боюсь…

— Кого?

— Видимо, МЕНЯ, — злорадно донеслось откуда-то из кустов.

Радужная пегаска вздрогнула и уставилась во мрак, откуда все ярче стала подсвечивала пара глаз. Литл Фай и вовсе потеряла самообладание, обняв кобылку железной хваткой.

— Кризалис?! Чего тебе надо? Зачем подкрадываешься?

— Умение хорошо подкрасться — это искусство! — воодушевленно проговорила королева. — Я просто нечаянно проснулась и увидела, что на посту никого нет и забеспокоилась: где же моя дорогая Рейнбоу Деш? Все ли с ней в порядке? А оказалось, что она просто ушла и мило беседует со своей новой подружкой.

— Какое твое дело? — нахмурилась пегаска.

— Мое дело в том, что ты слабое звено в нашей команде. Простачка, простофиля. Кобылке достаточно пустить слезу, а ты уже вся извелась, пытаясь ее утешить. Литл Фай ведет себя полностью соответственно шпионским мануалам, которые я писала лично. Она давит на тебя, пытаясь войти в доверие. Мне просто не хочется однажды получить удар ножом в спину. Поэтому знай: если что-то плохое произойдет, то только по твоей вине. Спокойной ночи.

Королева сказала все, что хотела, и два зеленных огня вновь растворились в темноте. Рейнбоу Деш становилось неловко от того, что бэтпони все еще продолжала ее обнимать. Плавно пошевелив крылом, пегаске удалось освободиться и вновь вернуться к запеканию зефира.

— Ты теперь думаешь, что я шпионка? — обреченно спросила Литл Фай.

Рейнбоу улыбнулась и пожала плечами.

— Если и так, то нам досталась самая слюнтяйская из всех.

— Ха.

В конечном итоге радужная показала, что слова Кризалис для нее ничего не значат и дружелюбно потрепала гриву бэтпони, которая хоть и пыталась выглядеть обижено, но выдавала себя поднятыми торчком ушками. Так они молча сидели еще некоторое время, пока из кустов снова не послышался голос:

— Девочки, угостите зефиркой.

— Армор! — вскрикнула Рейнбоу. — Ну тебе-то чего не спиться?!

— Прости, что напугал. Просто у вас тут так аппетитно пахнет…

Нынешняя ночь была наполнена суетой. Эплджек ворочалась и сопела, ругаюсь на бегавших повсюду пони. А вот ее подруга Флаттершай безмятежно лежала, поджав под себя ножки. У желтой пегаски выдался хороший день. Она раньше всех заметила дракона, благодаря чему пони вовремя смогли прийти к Мод Пай на помощь. Также она спасла жизнь Армора, поймав его уже летящего в пропасть. Сегодня Флаттершай смогла себя показать. Теперь никто не скажет, что она бесполезна. Молодец, Флаттершай!