Посадка

Обычные пилоты сажают обычный лайнер на обычное облако. Но у всех первых случаев особая обычность...

Спитфайр Другие пони Человеки

Демократия - это магия

Твайлайт Спаркл узнаёт, что получила титул принцессы по ошибке, и теперь его предстоит заработать.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора Трикси, Великая и Могучая Грэнни Смит DJ PON-3 Дискорд Кризалис Король Сомбра

Тур на Землю

Твайлайт находит заклинание(опять), способное отправить ее и ее подруг в другой мир(угадайте какой?), но только на неделю.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

Меткоискатели и Древний Храм

Меткоискатели находят странный столб в глубине Вечнодикого Леса, после чего собирают экспедицию и вместе с Лирой и Рэйнбоу Дэш отправляются к нему, но что же они там найдут?

Рэйнбоу Дэш Эплблум Скуталу Свити Белл Лира

Селестия по-прежнему паук, а Кризалис не была проинформирована

Однажды Селестия проснулась пауком. Довольно любопытное событие, но принцесса отнеслась к нему удивительно спокойно. Она решила не предпринимать никаких дальнейших действий, кроме как сообщить своим подданным о том, что она изменилась, и просто продолжить свою жизнь. В довольно неблагоприятном развитии событий, королева чейнджлингов, поскольку она не считалась гражданином Эквестрии, не была проинформирована о происшествии. Это привело к довольно неловкой ситуации, когда она впервые встретила Селестию после трансформации. Селестия нашла эту встречу довольно занимательной. Кризалис нет.

Принцесса Селестия Кризалис

История одного оборотня (переработано)

Двина- оборотень-офицер, участвовавший в нападении на Кантерлот. После поражения он находит себя в пещерах, с амнезией и странным голосом в голове, который хочет ему помочь. Теперь ему нужно вспомнить что с ним случилось и понять, как жить дальше.

Другие пони ОС - пони

Командор

Приятного отдыха, Командор.

ОС - пони

Дружба — это натурфилософия / Friendship is Physics

Старсвирл Бородатый, изгнанный принцессой Платиной, в тревоге за собственную жизнь. Он посылает Кловер Премудрой письмо, в котором кратко излагает свои взгляды на природу естественного мира, происхождение пони и их будущее.

Другие пони

Кобальт

Небольшой рассказ, написанный за две ночи. История повествует о том, как странно иногда приходит к нам её величество Счастье.

Другие пони ОС - пони

Два слова

Через много лет после окончания Войны Колокольчика Эквестрия пребывает в мире, а её земли полны существ, живущих в согласии и дружбе. Гармония правит безраздельно. Принцесса Твайлайт Спаркл обрела опыт, мудрость и силу, что не может не радовать придворного советника Спайка. Если бы не то, что происходит каждый год и так сильно ранит его принцессу и друга. Зачем она заставляет себя вновь и вновь проходить через это?

Твайлайт Спаркл Спайк Другие пони Кризалис

Автор рисунка: Siansaar
История Трикси: Неуклюжая Глава 15

Глава 14

Своей торжественностью церемония награждения ничем не уступала церемонии открытия. Музыкальный фон создавал струнный квартет, игравший, как догадалась Твайлайт, произведение Лэпвина, пегаса родом из Сталлионграда, бывшего любимым композитором принцессы Селестии. Повсюду сновали единороги-официанты в костюмах, предлагавшие напитки и блюда.

— Жареного сена что, вообще нет? — с болью в голосе спросила Рэйнбоу Дэш.

Официанту стоило отдать должное: даже после третьего подобного вопроса его голос оставался спокойным.

— Нет, мэм, меню этого вечера составляют гоби масала и хуншао кайзи.

Пегаска перегнулась через стол и прищурилась.

— Я понятию не имею, что это такое, — медленно проговорила она таким тоном, будто вызывала официанта наперегонки вокруг света.

Твайлайт вздохнула и махнула жеребцу.

— Прошу прощения за мою подругу. Принесите ей гоби масала.

— Как пожелаете, мэм.

— Эй, подожди-ка... — начала было Рэйнбоу, но единорог уже не обращал на неё внимания, слушая заказы остальных пони. Пегаска застонала и наклонилась к Твайлайт, подозрительно спросив: — Ты чего мне заказала?

Фиолетовая единорожка захихикала:

— Это всего лишь цветная капуста под очень вкусным соусом. Тебе понравится.

— О! — Рэйнбоу села обратно, облегчённо улыбаясь. — Ну, хорошо, я люблю цветную капусту. А чего он сразу-то не сказал?

— Понимаешь, — Твайлайт понизила голос, в то время как официант, собрав заказы, удалился к другому столу, — оба этих блюда довольно известны, поэтому вопрос только в том, какую кухню ты предпочитаешь: марварскую или цилиньскую...

Тряхнув головой и широко разведя передние ноги, Рэйнбоу прервала Твайлайт:

— Ну-ка, погоди, я постоянно заказываю цилиньскую еду на вынос, но об этом хуншао и том другом слышу впервые.

— Всё потому, Рэйнбоу Дэш, — отвлечённо произнесла Рарити, наблюдая за струнным квартетом, — что в Понивилле невозможно отыскать приличной цилиньской кухни. Полагаю, равно как и в Клаудсдейле. — Она повернулась и жалеючи глянула на пегаску. — Дай догадаюсь, обжаренная с миндалём брюква и тушёные овощи?

— В точку! — энергично отозвалась Рэйнбоу. — О, и ещё жареные клёцки.

Рарити закатила глаза и театрально взмахнула левой ногой.

— Дело закрыто.

— Ух, Рэйнбоу, даже я как-то пробовала кухню Марвари, — рассмеялась Эпплджек.

Синяя пегаска угрюмо плюхнулась на круп, сложив передние ноги на груди. Твайлайт захихикала, но, заметив недовольный взгляд Спайка, быстро взяла себя в копыта. Дракончик молча вытянул коготь в сторону от себя. Твайлайт недоумённо глянула, куда он указывал, и увидела Трикси, сидевшую чуть поодаль от всех с потерянным выражением лица.

— Трикси? — робко позвала она. — А что насчёт тебя? Какая еда тебе нравится?

Синяя единорожка вздрогнула, услышав своё имя, затем придвинулась немного ближе к столу.

— Еда? — переспросила она. — О, ну... я заказала баклажаны. Мне уже давно не выпадало случая отведать хорошей цилиньской кухни.

— А какая ещё еда тебе нравится? — улыбнулась Флаттершай.

— Э-э, — Трикси отбросила гриву с глаз, вернув себе самообладание. — Трикси много раз посещала самые изысканные рестораны Эквестрии, и... — она прервалась, окинув взглядом всех собравшихся за столом, и заметно поникла. — На самом деле, — продолжила Трикси, снова растеряв всю решительность, — мне нравится простая трава. — Она понуро замолчала. — В своих путешествиях я питаюсь в основном люцерновыми пайками, потому что они дольше хранятся. Любая свежая еда – роскошь.

На лицах Рэйнбоу Дэш и Пинки появились причудливые выражения, остальные же смотрели на синюю единорожку с сочувствием.

— Люцерновые пайки? Фу-у! — воскликнула Пинки. — Они же гадкие! Лучше таскай с собой несколько сумок концентрированных гранул, они гора-аздо вкуснее. Я б, конечно, посоветовала кексики или сено, но первые быстро черствеют, а для второго понадобится кто-нибудь, кто поможет тебе перевозить стога, так как в противном случае они займут всё свободное место в твоём фургоне...

Твайлайт отвлеклась от болтовни Пинки, глядя на кафедру, к которой вышли три организатора турнира Лунного кубка. Их эскорт занял места позади кафедры. Троица вполголоса переговаривалась друг с другом, и по намеренно заметному косому взгляду принцессы Селестии в её сторону Твайлайт сразу же догадалась о теме беседы. Она поморщилась и повернулась обратно к столу.

— ...И маленькие сушёные рыбки!

Все присутствующие издали брезгливые звуки, заставив Твайлайт опять поморщиться.

— Ну а что? — удивилась реакции розовая пони. — Грифоны использовали их в качестве пайков во время своих военных операций!

Трикси сердито уставилась на Пинки и процедила сквозь плотно сжатые зубы:

— Трикси не грифон.

— Знаю, глупышка! Но если б ты была, то точно бы ела маленьких сушёных рыбок.

— Что ж, — резко вклинилась Рарити, чьё белое лицо приобрело зеленоватый оттенок, — твой весьма захватывающий рассказ, Пинки, определённо помог мне сохранить мою стройную фигуру, поскольку аппетит у меня пропал окончательно.

— Раз такое дело, я съем твою порцию. Незачем добру пропадать.

Рарити припечатала Эпплджек сердитым взглядом, на что та лишь ухмыльнулась.

— Вы хоть когда-нибудь перестаёте флиртовать друг с другом? — неожиданно выпалила Трикси. Все глаза обратились на синюю единорожку, и за столом на мгновение воцарилась гробовая тишина. Мгновение закончилось, когда Рэйнбоу Дэш сложилась пополам в приступе хохота. Вскоре к ней присоединилась Пинки, а секунду спустя не выдержала и Твайлайт. Даже Флаттершай издала тихий стыдливый смешок. Эпплджек и Рарити обе недовольно фыркнули и отвернулись одна от другой. Спайк же выглядел вовсе ошарашенным.

— Ну и ну, вот это вы даёте! — заикаясь от смеха, выдавила Рэйнбоу. — Ох, это было просто шикарно! Видели бы вы свои лица! — Она секунду помолчала, затем, придав голосу серьёзности, продолжила: — Ну что... когда свадьба? — и снова расхохоталась, свалившись под стол.

Рарити ответила единственной едкой фразой.

Между друзьями опять повисла тишина, из-под стола показалась голова красной как помидор Рэйнбоу Дэш.

— А это... плохо? — тихо спросила Флаттершай, на щеках которой играл лёгкий румянец.

Увидев маленькие лукавые улыбочки остальных своих подруг, Рэйнбоу быстро забормотала:

— Да это... это вообще... Так нельзя говорить!

— Ну, не знаю, Рэйнбоу, — протянула Эпплджек, изо всех сил стараясь не рассмеяться. — Думаю, здесь она тебя уделала.

С растерянным выражением лица Спайк наклонился к Твайлайт.

— Её копыто? — прошептал он. — Я ничего не понял.


Далее началась непосредственно церемония вручения наград. Селестия произнесла короткую речь о важности магии в мире, которую Твайлайт с восхищением внимала, даже несмотря на то, что слышала её уже много раз до этого. Как только принцесса закончила, пара её стражников левитировала к кафедре несколько маленьких шкатулок из чёрного бархата. Селестия изящно отошла, уступив место за кафедрой аль-Дхи’бу.

— Златан, Лудило! — прогремел старый король. — Подойдите!

Некрупное драконоподобное существо, по мнению Твайлайт, сильно походившее на Златана, шагнуло из-за стола и приблизилось к кафедре. Ну конечно, подумала единорожка, он уменьшил себя, чтобы поместиться в зал. С другой стороны помещения подошёл другой дракон – миниатюрное зелёное создание, выглядевшее словно дряхлая копия Спайка, – и занял место возле Златана.

Одна из шкатулок взлетела с кафедры и замерла перед аль-Дхи’бом. Её крышка распахнулась, обнаружив две бледно-жёлтые медали. Аль-Дхи’б осторожно взял медали и, когда Златан и Лудило склонили головы, благоговейно завязал ленточки вокруг шей каждого из драконов.

— Представляю участников, занявших третье место! — прогрохотал аль-Дхи’б, как только драконы развернулись к залу. — Вы оба отлично постарались! Денежный приз в две тысячи битов также ваш.

Драконы поклонились, вслед за чем раздались сдержанные, но искренние аплодисменты. Твайлайт присоединилась к ним: раз уж Лудило оказался столь же силён, как Златан, то они оба однозначно заслуживали уважения.

После того как стихли аплодисменты, пара вернулась за свои столы. Твайлайт бросила взгляд туда, где ранее приметила Амарока. Огромный волк сидел, небрежно почесываясь задней лапой. Заметив внимание единорожки, он зубасто улыбнулся. Она немного неуверенно улыбнулась в ответ, затем повернулась обратно к кафедре.

— Амарок, подойди!

Волк прошествовал к кафедре, и в это же время перед аль-Дхи’бом появилась вторая шкатулка. Пара правителей обменялась приглушёнными словами, потом ящичек открылся, и гуль вытащил другую сверкающую медаль, сделанную из какого-то сероватого металла. Амарок сел прямо, после чего медаль, окутанная мягким сиянием, подлетела к его шее, где и закрепилась при помощи завязанной магией ленточки.

— Второе место! Отличное выступление, король Амарок! Денежный приз – пять тысяч битов.

Короткие аплодисменты были прерваны громким смехом волка. Твайлайт удивлённо моргнула, увидев, что Амарок снова ухмыльнулся ей.

— Я только этого и ждал! — весело рявкнул он. — Самое время!

Под жидкие, неуверенные хлопки, перемежаемые нервными смешками, Амарок вернулся на своё место.

Приятная дрожь пробежала по спине Твайлайт. Момент настал. Все её друзья – и даже Трикси! – выжидающе смотрели на неё.

— Твайлайт Спаркл, подойди!

Словно на ватных ногах Твайлайт вышла из-за стола и приблизилась к кафедре. Одно только выражение одобрения и необыкновенной гордости на лице принцессы Селестии было достаточной наградой, и даже плохо скрываемая хмурая гримаса Найстариот нисколько не портила настроение Твайлайт.

Последняя шкатулка взмыла в воздух. Крышка открылась, явив небольшую золотую медаль с россыпью рубинов, составлявших изображение попугая. На ребре медали виднелась знаменитая надпись: «Scientia, aere perennius»*.

— Сначала, — провозгласил аль-Дхи’б, — награда для победителя в молодёжной группе. Медаль Мимика была учреждена после сто пятидесятого турнира пони-волшебником по имени Мимик, дабы вдохновлять юных магов. Впервые за всё время её существования она отправляется победителю турнира!

Под оглушительный гром оваций аль-Дхи’б аккуратно обернул ленточку вокруг шеи Твайлайт. Почувствовав на груди приятный вес, единорожка зарделась от гордости.

— Теперь же, друзья... мы представляем вам... Лунный кубок!

Пространство перед глазами Твайлайт будто разделилось, между ней и кафедрой появилась мерцающая трещина, заставив её отшагнуть назад. Трещина меж тем исказилась, приобретая очертания и форму, после чего, сопровождаемая яркой вспышкой, превратилась в заветный кубок, повисший в воздухе. Из толпы донеслись восхищённые вздохи и аплодисменты.

Выглядевший настоящим произведением искусства Лунный кубок представлял собой золотую чашу на толстой ножке, обе целиком покрытые сложными рунами. Основанием служила высокая колонна в виде пирамиды из золотых колец. На кольцах были выгравированы имена всех победителей турнира, среди которых Твайлайт заметила немало известных ей. На самом маленьком кольце сверху они были едва различимы, будучи начертанными сотни лет назад шрифтами, устаревшими уже очень давно. На нижнем кольце виднелись имена недавних победителей. Высотой кубок слегка превосходил Твайлайт и сиял так, будто его полировали несколько часов кряду.

Фиолетовая единорожка, широко распахнув глаза, увидела, как на нижнем кольце рядом с именем предыдущего победителя возникло зелёное свечение. Она обернулась на звук пронзительного воя, обнаружив Найстариот, чьи глаза тоже светились зелёным. После пары мгновений маленькая вспышка возвестила о появлении на кубке очередного имени.

«Твайлайт Спаркл».

Разразились громовые аплодисменты. Даже сквозь шум расслышав радостные крики Пинки и Рэйнбоу Дэш, Твайлайт повернулась в сторону своих друзей. Её улыбка стала ещё шире при виде того, что к их столу подошла принцесса Луна. К общей какофонии добавилось громкое «Ур-ра!».

Почувствовав на шее чьё-то дыхание, единорожка обернулась и заметила сиявшее улыбкой лицо принцессы Селестии.

— Молодец, Твайлайт.


Прошёл час, за ним другой. Твайлайт наслаждалась аппетитным угощением в компании своих лучших друзей. Даже Трикси присоединилась к поздравлениям, значительно повеселев после того, как съела свои баклажаны.

Закончив с едой, Твайлайт вышла из-за стола, чтобы поздравить остальных медалистов и заодно поздороваться с теми, кого она встретила во время турнира. Джианна и Шаназ с радостью ответили на её приветствия, причём первая долго извинялась, а второй поинтересовался, автором каких книг она являлась. Кроме того, к единорожке подходило немало других единорогов с вопросом, берёт ли она учеников. Одна маленькая единорожка со всей серьёзностью спросила, не была ли она принцессой, и очень расстроилась, получив отрицательный ответ.

Как только церемония награждения начала подходить к завершению, и многие стали покидать зал, Твайлайт принялась ходить по пятам за принцессой Селестией, которая занималась своими делами. Единорожка не забыла зловещего приветствия Найстариот и чувствовала облегчение оттого, что принцесса была рядом.

Особенно, когда эта самая зелёная с красным «пони» словно бы ниоткуда появилась возле них.

— Твайлайт Спаркл, — сухо произнесла она. — Как я уже говорила ранее, я хочу поговорить с тобой наедине.

— Я... — начала было единорожка, но её быстро прервала Селестия.

— Разумеется, кузина, — с любезным спокойствием проговорила она. — Но сперва не согласишься ли ты отойти вместе со мной и моей ученицей в мои покои?

Лицо королевы драконов на миг исказилось.

— Что ты задумала? — еле слышно прошипела она.

— Мы поговорим об этом с глазу на глаз, ваше величество, — похоже, но немного более резковато ответила Селестия, затем чуть громче добавила: — Полагаю, моя сестра тоже захочет присоединиться к нашей беседе.

Твайлайт отчётливо видела, как глаза Найстариот полыхнули гневом, тем не менее драконица улыбнулась.

— Конечно, кузина, — отозвалась она приторным тоном, после чего нарочито громко позвала: — Принцесса Луна, не составите ли нам компанию?

Через секунду, прервав разговор с группой грифонов, к ним подошла Луна.

— Кузина, — невозмутимо сказала она, склоняя голову перед Найстариот.

— Кузина, — последовал полный нескрываемой ненависти ответ королевы драконов. Луна нахмурилась.

— Прошу прощения у всех присутствующих, — громко проговорила принцесса Селестия, — но мы вынуждены на время откланяться. А до того, пожалуйста, не отказывайте себе ни в чём. Вскоре мы обязательно к вам вернёмся.

Рог Селестии засиял, группу окутала волна света, и не успела Твайлайт моргнуть глазом, как они уже стояли в личных покоях принцессы.

— Ну, чего тебе нужно, Селестия, — резко бросила Найстариот.

Селестия развернулась к драконице, и взору Твайлайт предстало совершенно несвойственное принцессе выражение – ярость. С прищуренными глазами и губами, сжатыми в тонкую линию, она сердито произнесла:

— Как ты смеешь что-то требовать от моей ученицы, Найстариот?

Остальные трое, стоявшие в комнате, оказались захвачены врасплох. Твайлайт отодвинулась от Найстариот и приблизилась к Селестии, которая заботливо укрыла единорожку крылом.

— Я терпела, кузина, — мягко сказала Селестия. — Я проявляла к тебе снисхождение, веря, что это твоё право как равной мне и как официального представителя этого турнира. Я не стала вмешиваться и позволяла тебе судить так, как тебе вздумается, потому что я доверяю Твайлайт Спаркл. Ты злоупотребляла моим гостеприимством, но я закрывала на это глаза, поскольку хотела сохранить мир между нашими народами. Но турнир закончился, Найстариот. Отныне ты иностранный представитель в моём королевстве. Если тебе есть, что сказать Твайлайт, можешь говорить это здесь.

— Я... — начала драконица, но замолчала, успокаиваясь и прогоняя с лица рассерженное выражение. — Прошу прощения, ваше величество, — приторно сказала она, — но мне бы хотелось переговорить с Твайлайт Спаркл в моём посольстве.

— Сомневаюсь, что это возможно.

Глубоко вздохнув, Твайлайт глянула на принцессу Селестию:

— Подождите, принцесса. Я пойду. Мне хочется разобраться с этим раз и навсегда.

Устало улыбнувшись, Селестия посмотрела на единорожку:

— Ты уверена, Твайлайт? Тебе необязательно это делать. Я бы могла сопровождать тебя, если хочешь.

— Прошу, постойте. — Твайлайт и Селестия обернулись на голос Луны. — Твайлайт Спаркл, я хотела бы пойти вместе с тобой. Мне тоже нужно кое-что прояснить с нашей высокой кузиной.

Спустя мгновение Селестия с улыбкой обернулась к Найстариот:

— Такое тебя устроит, кузина?


В небе сияла полная луна, окрашивая серебром громадную массу облаков, висевших над Кантерлотом. Когда зрение Твайлайт прояснилось, она с изумлением воззрилась на тянувшуюся сколько видел глаз облачную поверхность, подсвеченную ночным светилом. Некоторые облака с краю имели форму небольших строений, но вся центральная часть оставалась пустынной серой плоскостью. Единорожка ощутила под копытами лёгкое покалывание, пробежавшее по её скелету и отдавшееся в рог. Нечто похожее она почувствовала тогда в огне камина, только сейчас это было в тысячи раз сильнее. Ни с чем не сравнимая практически безграничная мощь.

— Добро пожаловать в моё посольство, — сказала Найстариот, медленно уходя от кромки облачной поверхности, где очутилась троица.

Краем глаза Твайлайт заметила, как Луна невысоко подлетела.

— Хорошо, ваше величество! — прогремела она, во всю силу используя «Королевский Кантерлотский голос». — О чём ты хотела пог...

Найстариот резко развернулась и взвизгнула, из её рта вырвался сгусток зелёной энергии, окутавшей Луну. От магии королевы драконов у Твайлайт возникло неприятное ощущение чего-то липкого, проползшего по коже. Как только яркий свет угас, единорожка ахнула: Луна оказалась заточена в мерцающем зелёном коконе. Угодившая в ловушку принцесса была взбешена; её крики не проходили сквозь защитную сферу, а магия попросту расплескивалась о внутреннюю поверхность.

— Принцесса! — воскликнула Твайлайт, в страхе оглянувшись на Найстариот.

— Пару минут мы сможем поговорить без помех, — спокойно произнесла королева драконов. Она подошла к Твайлайт, нависнув над маленькой единорожкой. — Теперь же ответь, кто ты?

— Ч-что?

— Кто ты? — бесстрастным голосом снова спросила Найстариот

Скрипнув зубами, Твайлайт уперлась копытами в облака.

— Что вы сделали с принцессой Луной?

— Заклятье щита моего собственного изобретения, — прошипела драконица. — Его оказалось недостаточно, чтобы полностью сдержать её в прошлый раз, но несколько драгоценных минут оно всё же продержалось. А сейчас отвечай на мой вопрос, — её внутренние веки быстро моргали, пока она пристально смотрела на Твайлайт.

— Я... я всего лишь Твайлайт Спаркл! — ответила единорожка с отчаянием в голосе. — Я ученица принцессы Селестии и носительница элемента магии! Больше ничего!

— Нет! — взревела Найстариот. Её кожа причудливо затрещала, а грива замелькала, то превращаясь в чешую, то возвращаясь в прежний вид. — Кто ты на самом деле? Найтмэр Мун, перерождённая в эту маленькую единорожку? — Она наклонилась к лицу Твайлайт. — Или всего лишь марионетка Луны? Быть может, в тебе таится сила Дискорда? Возможно, это ты используешь её, — раздвоенный язык драконицы мелькал внутрь-наружу. — Отвечай, живо.

— Это всё неправда! — возразила Твайлайт, бросив взгляд на Луну, которая, прекратив кричать, атаковала магическими стрелами одну точку на поверхности сферы. Может, я смогу телепортироваться отсюда и позвать принцессу, подумала единорожка. Её рог на секунду засиял, но потом, отдавшись резкой болью, начал плеваться искрами.

Найстариот сердито поднялась на задние ноги.

— Вначале ответишь на мои вопросы, дитя!

— Вы ошибаетесь! — в сердцах прокричала Твайлайт.

Злая маска спала с лица Найстариот, оставив взамен нейтральное, практически безжизненное выражение.

— Посмотрим, — сухо отозвалась она.

Твайлайт вновь почувствовала скользкое ощущение магии драконицы. Кожа псевдопони опять затрещала, её грива застыла и начала меняться. Найстариот медленно отошла от Твайлайт.

Прямо на глазах единорожки «пони» принялась стремительно расти. Её мышцы раздувались, а суставы проворачивались, устанавливаясь под невозможными углами. Хлещущий хвост удлинился, его отдельные волоски слились воедино, образуя толстую, мощную конечность. И всё это время её тело продолжало расти. Превращение было очень быстрым и не походило ни на что, когда-либо виденное Твайлайт. Когда же оно завершилось, единорожке предстало зрелище, не поддающееся пониманию.

На равнине из облаков перед ней встала Найстариот во всём своём многотысячелетнем великолепии. Древняя королева драконов была громадной, причём громадной не по меркам других драконов, встреченных Твайлайт, а в сравнении с горами или крупными городами. Один только коготь передней лапы титанического существа был в разы больше библиотеки Твайлайт. Нечто глубоко внутри единорожки упрямо твердило ей, что это была всего лишь деталь облачного рельефа, которая попросту не могла быть живой.

Подняв голову, Твайлайт посмотрела на драконицу – и ужаснулась. Бо́льшая часть её чешуек была сломана или отсутствовала, их заменяли огромные драгоценные камни и гигантские листы металла, выглядевшие так, будто их наспех припаяли к зазубренным краям обломанной чешуи. Кое-где проглядывающая плоть была крест-накрест исполосована шрамами. Во множестве мест на её теле виднелись подпалины и длинные трещины в чешуе.

На боку драконицы Твайлайт заметила её печально известное крыло. Оно выглядело явно искалеченным: плечевой сустав сросся в уродливую костяную шишку, покрытую грубой рубцовой тканью, которая простиралась к прежде порванным областям мембраны крыла. Было очевидно, что королева драконов не могла раскрыть это крыло уже очень долгое время – его кончик врос в бок драконицы, полностью окружённый деформированной чешуёй.

И наконец Твайлайт увидела голову Найстариот. Её изогнутая шея была такой же израненной, как и остальное тело, но самым кошмарным было то, чем заканчивалась эта шея. В отличие от заострённых угловатых голов, как у других драконов, голова Найстариот выглядела, словно омерзительный распухший ком. Вся левая сторона заросла безобразной чешуёй и рубцовой тканью, а глаз даже не был повреждён – он попросту отсутствовал, глазница «зажила» будто открытая рана. На правой стороне повреждений было не меньше, однако сквозь них угадывались смутные черты лица, на котором горел огромный изумрудный глаз, яростно взиравший на Твайлайт.

— Взгляни! — прогремела королева драконов. — Взгляни, что со мной сделали твоя принцесса и её последний любимец! — её рёв эхом раздался в небе.

— Я... мне... Она изменилась, ваше величество! — крикнула Твайлайт чудовищу.

Исполинская голова опустилась перед единорожкой, к горлу которой подступила тошнота от зловонного дыхания монстра.

— Разве? — тихо спросила Найстариот чуть громче, чем громыхание «Королевского Кантерлотского». — А вот мне так не кажется. Ни у кого нет такой мощи, которую я увидела за эти несколько дней. Только посмотри на себя. — Пасть, занимавшая всё поле зрения Твайлайт, разошлась в презрительной ухмылке. — С самых первых испытаний ты в открытую демонстрировала мне свою силу. Это заклинание крыльев должно было развеяться давным-давно, однако мне ясно видно, что оно продержится ещё несколько часов. Ты совершала невозможное. Лишь немногим существам этого мира свойственна показанная тобой мощь. И эти существа – боги!

Твайлайт потрясённо уставилась в глаз, размерами превосходивший Сахарный уголок.

— Ты победила Найтмэр Мун, — продолжила Найстариот. — Пару месяцев спустя вернулся Дискорд, которого тоже одолела ты. Ты и твои друзья. Весьма странное стечение обстоятельств, не находишь?

— Мы... справились только благодаря элементам гармонии! — крикнула Твайлайт.

— Оружие богов! — оглушительно проревела Найстариот. — Что ж, — понизив голос, произнесла она, — тогда покажи мне. Покажи, как обычный единорог может владеть подобной силой. — Она поднялась во весь рост, подняв голову высоко в небеса. — Защищайся!

— Остановитесь, прошу!

— Защищайся! — прогрохотала Найстариот.

— Не могу!

Глаз королевы драконов блеснул, вновь фокусируясь на Твайлайт.

— Защищайся или умрёшь, — прошипела драконица, после чего в её горле что-то заклокотало. Твайлайт в ужасе наблюдала, как грудь циклопического чудовища непомерно раздулась, тусклое сияя как доказательство тому, насколько огромный сгусток пламени формировался там.

Думай, Твайлайт! Глаза единорожки заслезились, когда при попытке воздвигнуть щит её рог полыхнул болью. Сил у неё практически не оставалось. Без помощи извне она даже на пике своих возможностей вряд ли смогла бы создать щит, который уберёг бы её от надвигающейся атаки. Одна только мысль попытаться истощить Найстариот вгоняла её в дрожь. Что же делать?

Покалывание в копытах вдруг напомнило ей, где она стояла.

Каждое облако, составлявшее обширную плоскость, несло в себе потенциал разразиться грозой. Погодные отряды пегасов согнали сюда сотни подобных облаков, дабы создать посольство Найстариот, и в каждом из них Твайлайт чувствовала сокрытую мощь.

Она закрыла глаза, сосредоточившись на силе под своими копытами. Единорожке ни разу не приходилось сталкиваться с энергией, подобной той, которой полнились облака. В ней не было ни желания, ни воли, а лишь сила. Чистая. Необузданная. Идеальная. Скрипя зубами, Твайлайт потянулась магией и коснулась грозы.


Высоко висевшее красное солнце напоминало гигантский кровоподтёк на фоне тошнотворно синюшного неба, усеянного бледными звёздами. Рядом с дневным светилом плыла луна, тусклый серый диск, испещрённый собственными древними ранами. Два великих правителя небес взирали на планету, омывая творящееся внизу красным и белым светом.

Луна и Селестия парили возле края широкой облачной поверхности. Принцесса солнца сменила свои церемониальные облачения в угоду белых с жёлтым доспехов, которые впервые за много столетий сняли с витрины не ради чистки. То была тяжёлая броня из плотно подогнанных друг к другу пластин металла, призванных уберегать от клинков и стрел и зачарованных так, чтобы защищать от самой мощной боевой магии. В прорезях крепкого металлического шанфрона на голове Селестии виднелись только её сиреневые глаза, пылавшие неподдельной яростью.

Рядом с ней находилась Луна, которая тоже избавилась от своего привычного наряда. Вместо него на ней были ярко-синие доспехи, гораздо более открытые, чем у Селестии, но не менее величественные, учитывая их историю. Боевая броня Найтмэр Мун на Луне выглядела так же грозно, как и на её жестокой второй личности, зачарованная сталь сидела на её теле как влитая. Взгляд Луны был холоден, её лицо искажала мрачная воинственная гримаса.

Перед двумя сестрами возвышалась Найстариот, смотревшая на них с неприкрытой ненавистью. От места, где стояла драконица, через всю равнину из облаков тянулась гигантская расселина, выжженная единственным разрушительным сгустком драконьего огня. Сгустком, который также поглотил одну единорожку. Где-то далеко внизу на землю осыпа́лся пепел – безмолвное свидетельство печальной судьбы Твайлайт Спаркл.


Другое видение. Пейзаж походил на предыдущий: фиолетовое небо, где вместе пребывали солнце и луна. Сестры-аликорны, опять же облачённые в доспехи, парили возле кромки тёмных облаков, которые последние дни висели над Кантерлотом.

Однако вместо драконицы, в паре метров над облаками застыла охваченная пламенем фигура. Позади этой фигуры виднелся колоссальный разрыв в облаках, сквозь который провалилось безразмерное тело королевы драконов. Магия, позволявшая титаническому существу стоять на облаках, развеялась после смерти Найстариот, и теперь её труп летел навстречу земле. Гигантская туша драконицы рухнула прямиком на Кантерлот, уничтожив замок двух сестёр и бо́льшую часть города вместе с его жителями.

Огненная фигура равнодушно глядела на сестёр. У неё были смутные очертания единорожки, изо лба которой, в месте, где должен быть рог, вырывался огромный столб пламени. Её копыта лизали тонкие разряды молний, подпитывающих пламя, а глаза походили на два белых диска, чей обжигающий свет пробивался даже сквозь бушующий ураган огня.

На лицах двух сестёр не было злобы. Глаза Селестии блестели слезами, а выражение Луны, с трудом державшейся в воздухе, было пустым и безжизненным.

Спустя несколько долгих мгновений Селестия наконец заговорила:

— Твайлайт, прошу...


Видения начали мелькать быстрее. Картины прошлого, настоящего и будущего появлялись в разуме Твайлайт. Её друзья сражаются против невидимых врагов. Драконы сеют смерть и разрушение в мрачном искажённом замке посреди Вечнодикого. Она сама, одетая в изысканный наряд, сидит одна на троне принцессы Селестии. Хаос и разруха по всей Эквестрии, пока принцессы сражаются с драконэквусом, который походил на Дискорда так же, как щеночек – на Цербера.

Она смотрела, как жеребята взрослеют, потом заводят своих жеребят, стареют и исчезают в бесконечном цикле. Она видела, как солнце и луна гоняются друг за другом по небу. Времена года проходили в мгновение ока, десятилетия – в считанные секунды.

«Твайлайт».


Глаза единорожки распахнулись, мир был объят огнём. Мелькающие языки красного, жёлтого и белого танцевали перед её глазами. Сквозь пламя она видела широкую поверхность облаков, где стояла королева драконов, изумлённо смотревшая на неё.

Твайлайт потянулась своей волей к драконице. До чего же маленькой и напуганной она была. Её разум горел десятью тысячами лет утраты и боли, злости и сожаления. Шрамы на её костях, повреждения на крыльях, чешуя, которая никогда не излечится, и раны настолько глубокие, что затрагивали даже клетки её организма – Твайлайт увидела это всё.

И на каждый шрам на теле Найстариот приходилось ещё больше шрамов на её разуме и душе. Многовековая усталость и горечь соседствовали со страхом, её чувство ответственности перед своим народом и миром исказилось до эгоистичной злобы. Да, у неё были и груда сокровищ, и величавая маска королевы, но под ней лежали лишь ужас и пустота.

В единственном здоровом глазе Найстариот Твайлайт заметила своё отражение. Смазанный пылающий образ пони, сплетённой из огня и окутанной молниями, магические крылья которой давно сгорели в бушующем пламени. Возле неё парили две других пони: одна белая, вторая тёмно-синяя. Принцессы, неосознанно догадалась единорожка, такие же маленькие. Силой одной лишь мысли она потянулась и разрушила кокон вокруг принцессы Луны.

Отвернувшись от Найстариот, Твайлайт коснулась волей этих других пони. Они также несли на себе шрамы: какие-то от битв, другие были следствием их долгих жизней. Некоторые – раны телу и душе, необязательные, но случившиеся всё равно – они нанесли себе сами. Страх и злость тоже были их спутниками, а ещё – кое-что похуже. Внутри Луны Твайлайт обнаружила старые раны, старые обиды. Споры, которые не должны были произойти. Одиночество, которое она никогда не должна была испытывать. Ещё Твайлайт увидела большие тёмные пространства, что были излечены и закрыты силой гармонии. Быть может, она вскроет их чуть позже, дабы увидеть, что скрыто за ними.

Принцессы, окружившие Твайлайт некой энергетической сферой, что-то кричали вместе с Найстариот, но единорожка не обращала внимания на их слова. Их незначительная перебранка меркла на фоне того, что она ощутила во многих километрах внизу под собой, – тысячи и десятки тысяч жизней. Крохотные ясные огоньки душ пони выделялись среди приглушённого свечения растений и животных. Маленькие язычки пламени, горевшие в душах грифонов, соседствовали с резким светом раскалённых камешков, составлявших сущность гулей.

Потянувшись дальше за пределы Кантерлота, Твайлайт заметила ещё больше огоньков – далёких звездочек пони и других существ. Она увидела небольшое скопление огней, которым был Понивилль. Городок стоял на границе неистовой бури огня и молний, где кипела дикая и никем не контролируемая жизнь, – Вечнодикий лес. В других направлениях она нашла горные крепости грифонов, чьи ярко горевшие души сливались воедино в далёкие путеводные звёзды, сулившие дом и очаг. Глубоко под ними, ближе к ядру планеты, светились угольки гулей.

Всё дальше и дальше тянулась она. Её взору представали другие огни, другие жизни. Едкие, обжигающие глаз цвета созданий, заточённых в Тартаре. Сводящий с ума блеск Дискорда. Даже вне этого мира, далеко позади луны и солнца, тоже были огоньки. И тогда Твайлайт потянулась к звёздам...

Внезапно раздавшиеся крики привели её в замешательство. Она вернулась в своё тело, мир для неё вновь оказался окутан огнём. Единорожка увидела дракона, чьё тело лизали разряды молний, исходившие из её рога. Она наблюдала, как Найстариот извивается под действием её силы.

«Твайлайт!»

— Привет, принцесса, — мечтательно ответила единорожка. — Разве это не прекрасно?

Твайлайт заметила, как принцесса Луна отшатнулась после её слов. Селестия тоже была потрясена, но не показала этого. Почему она вот так ей лгала?

«Твайлайт, ты должна прекратить это», — донёсся голос Селестии.

— Взгляните, какой сильной я стала. Неужели вы не гордитесь мной?

«Да, Твайлайт, я вижу, — мягко произнёс голос. — И я очень горжусь, каких высот ты достигла своей магией. Но сейчас пришло время остановиться».

— Зачем? — спросила Твайлайт. И действительно, зачем? Оно же было так прекрасно – зрелище того, как молнии струились по чешуе Найстариот. Скоро её боль исчезнет. Десять тысяч лет страданий будут смыты этой красотой.

«Твайлайт, пожалуйста, не надо этого делать».

— Но я могу, — ответила Твайлайт. — Она причинила столько страданий.

«Как и моя сестра, — возразила Селестия. — Однако ты помогла ей. Неужто было бы лучше, если бы ты просто убила её?»

Помогла ей. Да, помогла. Она чувствовала, что именно на ней в тот раз лежала ответственность выступить против Найтмэр Мун. Теперь же никакой ответственности не было – одна только сила.

«Твайлайт, прошу, не делай этого, — умолял голос принцессы. — Ты лишь снова докажешь её правоту. Я не хочу опять потерять из-за неё того, кого люблю».

Твайлайт развернулась на месте, снова взглянув на принцессу Селестию. Она боялась. Боялась за Твайлайт, боялась за Найстариот, за свою сестру, за Эквестрию. Она боялась за всех, кроме себя. В разуме Селестии Твайлайт видела тысячи лет утрат и боли, злости и сожаления. Правда, в отличие от Найстариот, эти раны затянулись одна за другой и лишь укрепили броню принцессы из безграничной любви и безмерной ответственности. Это было прекрасно, гораздо прекраснее любых молний. Прекрасно. Нерушимо.

Идеально.

«Вернись к нам, Твайлайт. Умоляю».

— Хорошо, принцесса.

Быстрее скорости мысли разряды электричества рассеялись, и Найстариот тяжело рухнула на облачную поверхность. Огонь и молнии изверглись из рога Твайлайт, пронзая ночное небо. Единорожка закричала.

А потом она начала падать.

_________________________

*Знания прочнее меди (лат.)