Тот неловкий момент, когда...

Насколько сложно может быть взять книгу в библиотеке?

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек

Сломанная машина может взорваться

Патрика спасли от гибели, забрав в Эквестрию. Но все ли закончилось? Возможно, солдату придется вспомнить прошлое, чтобы защитить тех, кто ему дорог...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Мэр Другие пони

Одна жизнь пернатого солдата

Самостоятельный законченный мини-роман о насыщенной на события жизни одной грифонши. Мини-роман о судьбе, где нашлось место всему, что есть в жизни: и подвигам, и сомнениям, и личным драмам.

Затмение III.Игра Богов

Я лишь пешка на шахматной доске, мечтающая стать ферзём и пусть я многого не понимаю, но биться буду до конца...

Принцесса Луна Другие пони Найтмэр Мун

Теория хаоса

О чем повествует Древнейшая история Эквестрии? Каков был мир до установления в нем Гармонии - или она существовала вечно? Вопросы, подобные этим, волновали многих. Поэтому когда археологи в Алмазных копях обнаружили следы цивилизации, которая жила еще раньше - и была очень продвинута в техническом плане - историки возликовали: появилась возможность получить ответы! Открытие это, несомненно, должно было принести мир и просвещение. Впрочем (как и всегда), всех ждал жестокий облом...

Твайлайт Спаркл Другие пони Дискорд Кризалис

Повелители Жизни

Одним обычным утром Норд встречает свою старую знакомую и решает отправиться за ней, будучи уверенным, что жизнь изгнанной ведьмы полна приключений.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Жаль, нет плаща...

Что же... Дерьмовое место, это наша любимая Эквестрия... За последние пару лет всю укатилось далеко химере под хвост... И нынче ты начинаешь ценить свою шкуру, напрочь эгоистичную и продажную. Но очень способную к тем делам, которые не приветствуются нормальными пони...

ОС - пони

Мунвинг

Район бэтпони в Кантерлоте. Совсем не то место, что рисуют на открытках. В пещерах под городом все по-другому. Жизнь, смерть, мораль... Все по-другому, кроме одного — преступлений. Кантерлот. Это не Мэйнхэттен или Детрот, где нищие маленькие пони совершают свои маленькие преступления. В Кантерлоте преступления настолько велики, что становятся незаметными. Пони не способны осознать их, так же, как муравей не способен осознать идущего мимо пони. Но кто-то допустил ошибку. Маленькое преступление — изломанное тело на тротуаре. Скуталу и Арчер многое видели в своей жизни, но это приключение заведет их в такие места, о которых они предпочли бы не знать.

Скуталу Диамонд Тиара Октавия

Дневник

Реальность — это то, что воспринимает за таковую созерцатель.

ОС - пони

Письма внутреннего врага

Вскоре после разгрома Старлайт Глиммер и ее культа, Твайлайт начинает получать письма от единорожки-диктатора

Твайлайт Спаркл Спайк Старлайт Глиммер

Автор рисунка: MurDareik

Последняя

— Внимание, дорогие пассажиры. «Файнал-экспресс» отходит через десять минут. Просьба занять свои места. Повторяю, просьба занять свои места.

Стоящие на перроне существа вяло зароптали, требуя впереди стоящих поскорее протиснуть свои крупы в раздвижные двери. Густой туман, перемешанный с клубами дыма, отбивал всякое желание ругаться.

Маленькая пегасочка испуганно осмотрелась. Она стояла последней и до сих пор не могла решить, в какой вагон сесть. Вот в воздухе мелькнул хвост какого-то грифона, и маленькая Бинки осталась совершенно одна.

— ДО ОТХОДА СОСТАВА ОСТАЛОСЬ ВСЕГО СЕМЬ МИНУТ, — раздался за её спиной странный голос. Оглянувшись, Бинки пискнула и попыталась сжаться в комочек. Высокий пони в черном балахоне изрядно её напугал. — МАЛЕНЬКОЙ ЛЕДИ СТОИТ ПОСКОРЕЕ НАЙТИ СВОЕ МЕСТО.

— Я… я не знаю… — всхлипнула кобылка. – У меня нет билета…

— ЭТО НЕ СТРАШНО. ПРОСТО ВЫБЕРИ ЛЮБОЙ ПОНРАВИШИЙСЯ ВАГОН. МЕСТА ВСЕМ ХВАТИТ.

Бинки посмотрела на поезд. Выбрать вагон? И какой же? Вон тот, украшенный крыльями? Или черный, в белую полоску? А может усеянный переливающимися звёздочками?

— ЛЕДИ ОПРЕДЕЛИЛАСЬ?

— Я не знаю! – заплакала Бинки. – Они все такие… такие… Я хочу к маме!

Пони в балахоне явственно вздохнул и выудил из одеяние литровую бутыль с молоком.

— ОТНЕСИ ЭТО МАШИНИСТУ, — протянул он молоко Бинки. – ОН ТЕБЕ ПОМОЖЕТ.

— А мама?!

— ОН ТЕБЕ ПОМОЖЕТ, — повторил неизвестный, вталкивая малышку в один из вагонов. Поезд уже начинал двигаться.

Утерев слёзы копытцем, Бинки взяла бутылку в рот. Маленькие кобылки не должны плакать. Если она отнесет молоко машинисту – тот ей поможет. Просто.

Идя по коридору, кобылка постепенно растеряла весь свой страх. Большинство дверей в купе были с окнами, поэтому Бинки могла видеть происходящее внутри. Кто-то из пассажиров спал, кто-то читал книгу, кто-то играл в настольные игры. Часть пони просто сидели и смотрели на улицу. Из-за дверей с тонированными стёклами иногда слышались какие-то шлепки и странное хихиканье.

К слову, каждый вагон обладал своим интерьером: один, в черных и белых тонах, был увешан масками и Бинки приходилось вдыхать какой-то сладковатый дымок, от которого кружилась голова. В другом по коридору носились сами собой маленькие кометы и бумажные самолетики. Третий вообще больше напоминал какой-то муравейник.

Наконец, спустя какое-время, она дошла до «головы» поезда. Дверь в кабину машиниста была открыта. Через неё Бинки увидела и его самого – молодого вихрастого жеребца в ковбойской шляпе. Судя потому, что она была сдвинута на глаза, а сам пони накинул задние ноги на небольшой столик, он спал.

— Эм-м, мистер? – осторожно окликнула его Бинки.

Тот лишь всхрапнул.

— Мистер? – потеребила его за плечо пегасочка.

— А, что?!! – дернулся жеребец, открывая глаза. – Я не сплю!

— Вы спали, мистер, — укоризненно посмотрела на него Бинки.

— Нет, не спал.

— Нет, спали.

— Не спал.

— Но, я же видела…

— Я обдумывал очередной рецепт каучукового пирога, — зевнул машинист. – Но, это не важно. Важно то, что такая кроха забыла в моей кабине. Здесь не место для игр. В любом другом вагоне – пожалуйста, а здесь мое личное пространство.

— Я принесла вам молока, — протянула свою ношу Бинки. – Дядя на перроне сказал, что вы поможете найти мою маму.

— Узнаю старину Сайлента, — хмыкнул жеребец, отбирая молоко и делая глоток. – Спихнуть всю работу на других, если есть малейшая возможность откосить.

Несколько минут Бинки наблюдала, как машинист утоляет жажду. Закончив пить, он вновь надвинул шляпу на глаза.

— Мистер! – сердито окликнула его Бинки.

— А, что? Ты все ещё здесь? – с удивлением посмотрел на неё тот. – Иди, поиграй где-нибудь.

Губы Бинки непроизвольно задрожали. Неужели тот пони на врал?

— Не реви, — поморщился машинист, дергая за один из рычагов. – И дай мне пару минут.

Поезд начал ощутимо замедлятся. Выглянув в окошко, Бинки увидела, что они остановились где-то в облаках: сквозь тучи проглядывалась внизу земля.

— Мы в Клаусдейлле?! – удивленно открыла рот кобылка.

— Примерно, — хмыкнул машинист.

Прибывших почти никто не встречал. Лишь какая-то радужногривая пегаска обняла грифоншу и они вместе нырнули куда-то сквозь облака. Остальные пассажиры, тоже преимущественно крылатые, разошлись кто-куда.

— Осторожно, двери закрываются, — зевнул жеребец, дергая за рычаг. Поезд начал приходить в движение.

— Итак, — сделал ещё один глоток машинист, — ты хочешь найти свою маму… Как, кстати, тебя зовут?

— Бинки…

— Слиппи Аш, очень приятно, — приподнял шляпу жеребец, — я не силен в розыске, но что-нибудь придумаю. Во-первых, как ты потерялась?

— Я не знаю, — шмыгнула носом Бинки. – Мы с мамой приехали на выходные в Кантерлот. Она повела меня в бутик, но мне стало скучно. Я увидела бабочку, погналась за ней и… я не помню… как-то вышла к вокзалу…

— Бутик, значит? – цокнул языком Слиппи. – Понимаю. Мне в детстве тоже было скучно со взрослыми.

— Она хотела, чтобы я поступила в школу для Юных Вондерболтов! А я, может, хочу ухаживать за хомяками!

— Родители очень часто заставляют детей идти по своим стопам и делать то, чего не успели сделать сами. Вот я, к примеру, вырос на коралловой ферме…

— А что такое кораллы? – перебила его Бинки.

— О, это уникальное явление природы. Живые камни. Они растут под водой, а потом их можно срывать и дарить, словно цветы. У моего отца была целая плантация. Мы всей семьей только и делали, что ухаживали за этими неженками. День за днем, круглый год. Мои братья только и делали, что день и ночь возились в подвалах, пытаясь вывести новый сорт. Иногда у них получалось, и тогда радости отца не было предела.

— А вы?

— А я всегда интересовался поездами. Папа постоянно говорил, чтобы я прекратил маяться глупостями и начинал делать для фермы что-то полезное. Как будто ему было мало моей помощи по дому. Погоди минутку… — дернул Слиппи за рычаг.

Теперь они остановились посреди саванны. Теперь из поезда посыпались зебры. Одну из них, с ирокезом, встречала целая толпа в странных масках.

— Когда мне исполнилось восемнадцать, отец поставил меня перед выбором: либо я начинаю заниматься делом и бросаю свои игрушки, либо проваливаю прочь с фермы, — продолжил свой рассказ

Слиппи, когда поезд снова тронулся. – Я думал не долго – в тот же вечер повязал часть вещей в узелок, взял немного еды и воды, двинул через Сахарную пустыню.

— Сахарную пустыню?! – восхищенно приоткрыла рот Бинки. – Вы такой смелый! Учительница Белль рассказывала нам, что это самая большая пустыня в мире!

— Ну, не стоит, — явственно засмущался Слиппи. – Вообще, мне не повезло: моя карта, на которой были отмечены оазисы, утонула в зыбучих песках, а я и так немного страдал топографическим кретинизмом, так что пришлось мне сладко. Вот, на пятый день с начала моего путешествия закончилась еда, через неделю – вода. Спустя десять дней я уже не мог пошевелиться.

— И, как же вы выбрались?

— Ну, как сказать… Собственно, именно тогда я заметил Сайлента. Он шел вдалеке, и я попытался его окликнуть. Он не услышал. Тогда я из последних сил поднялся и заковылял следом. Постепенно становилось прохладнее, а идти все легче и легче. В конце концов, он привел меня на перрон и предложил работу. Как видишь, я согласился. Погоди, приехали.

От страха Бинки пискнула. Новая остановка ей совершенно не нравилась. Такое чувство, словно они заехали в ущелье: повсюду черный камень, горят редкие зеленные огоньки, а из огромной черной пещеры доносится вой ни то пони, ни то просто ветра.

Однако приехавшим было явно все равно. С совершенно невозмутимыми лицами они сходили на землю и шли к черному провалу. Иные даже весело шутили и пихали друг друга в плечи, не замечая ползающих под ногами ужасных змей.

— Им что, совсем не страшно? – прошептала Бинки.

— Некоторые уверенны, что реальность, это то, что дано нам для восприятия, — фыркнул Слиппи. – Иллюзия способна искажать наше восприятие как ей будет угодно. Однако, их главное отличие в том, что вторая временна, а первая вечна. Когда иллюзия падет, многие из них будут изрядно удивлены.

— Мы должны помочь им! – метнулась Бинки к двери, однако та оказалась мало того что закрыта, так ещё и заперта. И когда Слиппи успел?! Она же не отводила от него взгляда!

— Пустое, — поморщился жеребец, — они знали, на что идут. Кто-то был готов к этому, кто-то не верил, но ни один из них не скажет, что их не предупреждали.

— Предупреждали о чем?!

— О том, что они заслужили.

Состав снова тронулся. Бинки проводила тоскливым взглядом последнего минотавра и повернулась к Слиппи.

— Я ничего не понимаю, — пожаловалась она. – Что это за поезд? Кто все эти пони? Почему меня втолкнули сюда без билета? И когда я, наконец, увижу свою маму?!

— Это «Файнал-экспресс», и мы всегда доставим вас по назначению. Билетами мы не пользуемся, — вздохнул Слиппи, протягивая ей молоко. – Выпей. И попытайся снова рассказать, как потерялась.

Молоко оказалось странным на вкус. Немного кисловатое, с пузырьками, похожее на сладкую газировку. Но вместе с вкусом пришло ещё кое-что.

— Мы с мамой пошли по магазинам, — тихо произнесла Бинки. – Она выбирала выпускную мантию для Эрроу… Мне стало скучно и я увидела бабочку… Я побежала за ней… Кто-то что-то кричал… Помню карету без запряженных пони… Сильный толчок и удар по голове, что аж в глазах потемнело… Потом я пошла… Шла… И вышла на перрон… Неужели я?!.. – с ужасом посмотрела на Слиппи Бинки.

— Прости, малышка… — вздохнул машинист.

Бинки не знала, что ей делать. Поезд уже успел проехать несколько остановок, а она все сидела и сидела, глядя пустым взглядом на горящий в печи огонь. Время от времени Слиппи подбрасывал туда угля и давал гудок.

— Он мне наврал, — еле сдерживая слезы, прошептала она. – Он мне сказал, что я смогу найти маму…

— Сайлент никогда не врет, — заметил Слиппи, пытаясь построить на столе карточный домик. Как всегда, неудачно. – Он просто либо говорит двояко, либо недоговаривает.

Бинки лишь шмыгнула носом. Какая ей разница?

— Ты так и не определилась со своей станцией, — продолжил Слиппи. – А мы уже почти приехали к последней, на которой ты точно не сойдешь.

— Почему?

— Потому что это ремонтное депо. Только для служащих. Собственно, я вот что хочу сказать: у нас вакантно место проводника.

— Проводника?

— Угу. Будешь разносить чай, сладости… Не то, что это кому-то надо, но не думай, ты не первая. Я не знаю, кто создавал «Файнал-экспресс», но он тоже был озабочен проблемой рабочих мест. Зарплату, правда, мы не платим, но зато будешь на полном обеспечении. Смотри, — достал Слиппи прямо из воздуха пачку чипсов.

— А молоко? – кивнула в сторону бутылки Бинки.

— О, молоко – совсем другое дело. Собственно, это необязательно должно быть именно молоком – скажешь Сайленту, что тебе больше нравится, он приготовит.

— И это поможет найти мою маму? – вспыхнула во взгляде Бинки искорка надежды.

— Рано или поздно все пользуются услугами «Файнал-экспресс», — хмыкнул Слиппи, выуживая из воздуха и надевая на голову Бинки полосатый берет. – Отыщем мы твою растеряху. Зуб даю.