Инквизиторы

Эпилог. За стаканом рома

— Ну а дальше вы знаете: вручили медаль «Алого меча», дали отпуск на пару недель. И принцесса лично поблагодарила каждого из участников. Как то так.

Полковник сидел откинувшись на спинку кресла. Когда я закончил, он встал и подошёл к тумбочке с патефоном.

— Чтож, благодарю за честность, Хеклер. — Он достал из тумбочки стеклянный графин, наполовину заполненный янтарной жидкостью. — И ты молодец, что не упомянул большую часть из этого в докладе.

Он поставил передо мной и собой по роксу. Залил их до половины жидкостью из графина.

— Полковник Браунинг предупредил, что вы свой и что вам врать бесполезно. Мы там наворотили несколько военных преступлений.

— Ха-ха-ха, да так и есть. Мы с Браунингом почти ровесники и давно друг друга знаем.  Запомни, нет никаких военных преступлений, если ты победил. Ну что, вздрогнем?

— Премного благодарю, господин полковник, но я воздержусь. Я не фанат алкоголя.

— Во первых, мы же с тобой договорились обращаться по именам. А во вторых, ты ещё не знаешь, что находится у тебя в стакане. Это настоящий ром- агриколь шестилетней выдержки прямо из Гиппогрифии. Точнее с их колонии. Я не пью крепкое и дешёвое пойло, но крепкое и дорогое всегда рад. В этом роме 50% чистого счастья с ярким ароматом табака, карамели. Вкус умеренно сладкий, медовый с нотами кураги и специй. Это не то, от чего стоит отказываться. Поэтому хотя бы попробуй.

Я посмотрел на стакан. Взял его магией и поднёс к носу. Аромат действительно слегка отдаёт чем то сладким и медовым. Что ж, надеюсь мой старик не узнает об этом.

— Правильный выбор, Хеклер. Вздрогнем!

Мы чокнулись стаканами и сделали по глотку. Уфф! Крепкий зараза! Но спирт не сильно ощущается. Пожалуй на этом хватит.

— Ну как?

— Неплохо, но алкоголь от этого больше любить не стал.

— Ха-ха-ха, как скажешь. – Он снова откинулся на спинку кресла и смотрел куда то вбок.

— Разрешите спросить, Феликс?

— Внимательно слушаю. – перевёл взгляд на меня.

— А где теперь майор Виккерс? Он правда ушёл из Инквизиции?

— Ага. Он попросил без официальных церемоний. Сейчас работает учителем в начальной школе где то в пригороде Кантерлота. Не помню как та глушь называется. В общем теперь он счастлив я думаю.

— Понял. Благодарю.

— А остальные как там, знаешь?

— За всех не скажу, но завтра иду к Гаранду на квартиру. Говорит доделал окно и хочет показать вид из него. А послезавтра встречаемся с Сух… с Энфилдом в баре. Возможно Гаранд тоже присоединится.

— Так ты же не пьёшь! Какой бар?!

— Посижу за компанию.

— Понятно. – Феликс саркастично улыбнулся.

— А у остальных как дела?

— Ремингтон все ещё служит. Видимо на пенсию уйдёт только когда прибьют. Джамбия на отпуск уехал в Аравию. Томпсон тут у родителей сейчас. А Браунинг… Браунинг как всегда на готове к следующей охоте. Кстати он отметил тебя как хорошего бойца, когда мы с ним общались. Только я тебе этого не говорил.

— Понял, польщён. Но я тут тоже не задержусь. Ещё год – два и увольняюсь.

— И куда потом?

— В отдел разработок. У меня есть план как создать новое вооружение и улучшить старое.

— Ого! Неплохо! Ты к Инквизиторам собираешься? Брось, там то ещё болото! Айда к нам! Молодые оперативники с опытом там пригодятся. А я тебя по рекомендую. — Он отпил из стакана.

— Рекомендация главы Кардиналов весомый аргумент. Я подумаю, благодарю за предложение.

— Нет проблем. Ближе к делу виднее будет. – Феликс встал из за стола и пошёл в сторону панорамного окна.

— Разрешите ещё вопрос?

— Внимательно слушаю.

— А что теперь с грифонами делать будем? Они украли артефакт и просто вернули обратно. Зачем он им тогда был нужен?

Полковник отпил из стакана.

— То, что я тебе скажу не должно покинуть этой комнаты, Хеклер… Им нужен был не сам артефакт, а его сила. Сила управления погодой. Грифоны использовали его и оставили нам. Помнишь ту пшеницу, что вы нашли на поле? Это редкий сорт Альвадской пшеницы, который растёт только на территории Седельной Аравии. Ее запретили к использованию из за побочных эффектов. Если неправильно переработать пшеницу и съесть испечённый из неё хлеб, то тебя накроет неконтролируемая ярость и агрессия. Что бы не задумали грифоны, если они явятся в мою страну, я об этом узнаю. – Он повернулся ко мне. Его глаза блеснули светом восходящего солнца. — Судьбе моих врагов не позавидуешь и я покажу почему.