Что эта лгунья здесь делает?!
Что эта лгунья здесь делает?!
Можно было бы сделать лучше. Но если бы я попытался, я бы никогда это не закончил.
Трикси ведь была Великой и Могущественной? Да. Была.
У неё была карьера, перспективы, биты… не очень много, впрочем. Да и карьера не блистала, если честно. Но она была! А сейчас это всё просто-напросто потеряно! Безвозвратно разрушено! Исчезло с концами! Сгорело в огне!
«Ну, огня на самом деле не было», — подумала теперь, похоже, бывшая бродячая артистка. Больше не Великая и Могущественная Трикси, Которая в Этом Никогда Не Признается Даже Себе.
Огня не было, но её любимый (потому что единственный) фургончик, со всем её реквизитом, со всеми её вещами и битами, заработанными на недавнем выступлении, крайне успешном, кстати, был раздавлен в пыль. Вбит в землю этим проклятым медвежонком! Которого привели в город эти двое… альтернативно одаренных! Мелкие придурки! Трикси из-за них теперь будет недолюбливать жеребят! А ведь они очень выгодные зрители. С жеребятами на её представления всегда приходят их родители. А это в целых два раза больше битов, как минимум.
Аргх! Теперь это уже не важно! У Трикси нет ничего, чтобы начать карьеру заново. Ей даже жить негде! Фургончик Трикси был её единственным домом. И есть ей теперь тоже… нечего. Трикси, конечно, не умрет с голода, пони ведь, всё-таки, травоядные. Ну, по большей части. И, в общем, идти ей тоже некуда.
Ей хотелось кричать, плакать, рвать на себе гриву, бегать кругами и лягать всё, что можно лягнуть. Но она держалась.
И думала. Она не могла просто опустить копыта и лечь где-нибудь, где никто не увидит, чтобы тихо и спокойно предаваться печали до тех пор, как она не умрет от истощения. Она же Великая и Могущественная! А Великие и Могущественные должны добиваться того, что хотят!
Кстати об этом… Раз выступать в ближайшее время она не сможет, то, может, заняться кое-чем другим, раз время освободилось?
Трикси попыталась внушить себе решимость. У неё получилось.
Поднять одновременно Урсу Младшего и целую цистерну — достойное испытание сил даже для ученицы самой принцессы Селестии. Поэтому, только вернувшись в библиотеку, Твайлайт попросила Спайка повесить на дверь табличку «Закрыто», тогда как сама, с трудом поднявшись по лестнице, буквально упала на кровать, где и лежала до сих пор, почти не двигаясь — уже несколько часов.
Полудрема, никак не переходящая в глубокий сон дарила ощущение нереальности и нарушала восприятие времени, поэтому единорожка даже не подумала, что стук в дверь раздался уже ночью.
— Спа-а-айк! Кто там? — спросила она без задней мысли.
Спайк не ответил.
«Точно, он же ушел на ночевку к Рарити…»
Вымученно застонав, волшебница с трудом поднялась и, пошатываясь, стала спускаться. А стук становился всё громче и нетерпеливее.
— Сейчас, сейчас!
Наконец достигнув выходы, Твайлайт резко распахнула дверь. Копыто визитера застыло в воздухе, не успев начать ещё одну серию стуков.
Двое в тишине смотрели друг на друга с нечитаемым выражением лица.
— О, — нарушила тишину фиолетовая единорожка, переведя взгляд на небо, — Уже ночь.
Трикси мельком глянула вверх и неловко и натянуто хохотнула.
— А, это, д-да, — она вдруг встряхнулась, и уже более уверенно провозгласила, вздернув мордочку: — Великая и Могущественная Трикси требует расплаты за своё унижение, Твайлайт Спаркл!
— Ты… чего? — Твайлайт моргнула и тупо на неё уставилась.
— Трикси требует расплаты!
Признаться, ничуть понятнее не стало.
— Ладно. Объясни, пожалуйста, что ты имеешь ввиду?
— Трикси негде жить, нечего есть и у неё нет денег после того, как Урса разрушил её фургон. А так как его победила ты, все его долги теперь висят на тебе!
Уставшая ученица принцессы смерила фокусницу пустым взглядом.
— Ага… Заходи, всё равно Спайка сегодня нет.
— Трикси настаи… — начала было голубая единорожка, но на полуслове будто зависла, — Стоп, что, вот так просто? Серьезно? Ты вот так просто впустишь Трикси и ей не нужно будет тебя убеждать?
Твайлайт только покачала головой и отошла в сторону, пропуская непрошенную гостью внутрь. Телекинезом закрыв за нею дверь, она направилась на кухню, по прежнему немного покачиваясь, что не осталось без внимания Трикси.
— Что с тобой?
— Устала.
— Ум… Трикси просит прощения, — пробубнила она.
— Ты не виновата, Трикси, — вздохнула Твайлайт, — Я рада, что ты цела.
На эти слова уши Трикси удивленно встали торчком, а щеки непроизвольно потеплели. Она? Рада?
«Но… Трикси думала, что Твайлайт винит её в нападении, ведь… в первую очередь это из-за её слов те придурки вообще привели Урсу в Понивиль!»
— И жаль, что так получилось с твоим фургоном. Я не против, чтобы ты осталась пока у меня, пока не сможешь накопить на новый.
Трикси неверяще смотрела в спину фиолетовой единорожки, а потом несмело пошла за ней на кухню. Там Твайлайт на ходу при помощи магии уже поставила разогреваться воду и стала насыпать в чашку растворимый кофе… в две чашки.
Оставив одну себе, вторую она без слов отлеветировала к Трикси. Та, по прежнему не веря в, в общем-то, неплохое к ней отношение, также беззвучно подхватила её своим телекинезом. Немного погодя чашки были наполнены горячей водой. Воздух наполнился ароматом дешевого кофе.
Сделав глоток, Твайлайт издала довольный стон.
— О, да, мне это было нужно.
Трикси тоже несмело отпила глоток, пряча румянец. Продолжили пить они в тишине.
— Так… — когда кофе закончился, произнесла артистка, — Что будем… делать?
Твайлайт просто пожала плечами.
— Не знаю. Вряд ли мы сможем нормально поспать после кофе. Ты любишь читать?
— Ну… Трикси читала, когда останавливалась во время своих путешествий. Трикси имеет ввиду, когда останавливалась не ради выступлений. Но обычно у неё не очень много времени для книг.
— Уже что-то, — улыбнулась ученица принцессы, — Хочешь почитать вместе?
Вернувшийся утром Спайк, стоило ему войти в библиотеку, уронил челюсть.
Посреди библиотеки на диване, в обнимку друг с другом и недочитанной книгой лежали, посапывая во сне, две единорожки.
— ЧТО ЭТА ЛГУНЬЯ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТ?!