Отражения. Венок сонетов

I

Из всей прислуги в замке Кантерлота
Принцессы лучший друг — придворный маг.
Принять его легко за звездочёта:
Недаром серебром расшит колпак

И мантия. Трудна его работа,
Но ей пренебрегать нельзя никак,
Хотя и ни признанья, ни почёта
Не просит он — скромняга из скромняг,

Что прозван был Старсвирлом Бородатым.
По королевским ходит он палатам —
Одна лишь мысль рассудок заняла:

«Немногие побрезгуют обманом…
Бесстрастные к заслугам и к изъянам,
Солгать не смогут только зеркала!»

II

«Солгать не смогут только зеркала,
Запечатляя в толще амальгамы,
Расстеленной на плоскости стекла,
Зажатого в тисках тяжелой рамы,

И добродетели, и гений зла,
И шкуры лоск, и розовые шрамы,
Гримасы, взгляды, лица и тела…
В правдивости своей они упрямы».

И свита царственных сестёр-принцесс
Особый проявляет интерес:
О маге им посплетничать охота.

— Старсвирл так тих… что ум его гнетёт?
— Как видно, то забота из забот… —
Хоть и не спросят, что же за забота.

III

Хоть и не спросят, что же за забота,
Но знать изволят, чем же занят он
Пажи, лакеи, стражи… нет им счёта!
И шепот слышится со всех сторон:

«От корки и до корки переплёта
Был список книг немалый им прочтён!
Суть волшебства постиг он. Оттого-то
Так маг талантлив наш и так умён!..»

И лишь Её Высочества в том хоре
Не слышно — у нее большое горе:
Не в радость свет ей, жизнь ей не мила…

Корона неподъёмна, будто жёрнов…
Что за печаль потомку аликорнов
На сердце тенью смутною легла?

IV

На сердце тенью смутною легла
Сестры родной преступная измена;
Глаза слезами выжжены дотла —
Легко ль разлуку принимать смиренно?

Ни холодов в краю том, ни тепла…
Вовеки не покинуть Луне плена,
Где звездным светом полыхает мгла,
И скалы — жеребенку по колено.

Серебряным огнем горя вдали,
Темница эта тем видна с Земли,
Чьи веки не спешит смежать дремота.

По облакам плывущая луна
К рассвету снова станет не видна;
Как твердь Земли в священный миг полёта.

V

— Как твердь Земли в священный миг полёта
Увидеть невозможно свысока…
— …так невозможно позабыть кого-то,
Кто рядом был без малого века —

С начала звёздного круговорота…
— Старсвирл! Слова снимаешь с языка! —
Принцесса, сев к окну вполоборота,
Ответив, поглядев на облака:

Сменили тучи их — луны не видно.
— И все-таки — как больно… как обидно!..
Неужто я сестру изгнать могла?!

— Вины сознанье твой покой тревожит…
Решенье есть: хоть на часок, быть может,
Забудутся насущные дела…

VI

— Забудутся насущные дела
За гранью измерений параллельных:
Им даже я не назову числа…
Полезней странствий долгих и бесцельных

До сей поры наука не нашла
Лекарства от недугов несмертельных…
Поклажа — будь легка иль тяжела —
Уместится легко в мешках седельных!

Так вот, что мастерил Старсвирл… портал!
Как ловко план волшебник рассчитал —
Единого не сыщешь недочёта!

Открытиями дивными дразня,
Медовыми оттенками огня
Блеснет овальной рамы позолота.

VII

Блеснет овальной рамы позолота,
На амальгаме вспышкой отразясь:
Сошла бы рама эта за ворота,
Когда бы не рубины и не вязь…

Все тот же Кантерлот. Хотя бы йота
Различий меж вселенными нашлась!..
Спешит пегасов-стражников пехота…
Селестия Старсвирлу поклялась,

Что слова не промолвит о маршрутах…
Постойте! А куда они ведут их?
В темницу?! За решетку?! Ну, дела!..

И магия бессильна здесь: темница
На полмгновенья светом озарится,
И станет, как и до того, тускла.

VIII

И станет, как и до того, тускла,
Заря, что из окна едва видна им.
Ждёт пришлецов король. Ему — хвала;
Правителя мудрее мы не знаем:

Хоть на спине — ни одного крыла,
Веками правит сказочным он краем.
А мантии лиловая пола
Расшита черно-белым горностаем…

Взгляните на Селестию! Она
Единорогом статным смущена:
Отводит взор, теряет навык речи…

Невольно вспомнишь книжки глупой том,
Где в красках повествуют лишь о том,
Как долго ждать влюбленным новой встречи…

IX

Как долго ждать влюбленным новой встречи?
Селестию Старсвирл предостерёг:
Чтоб бед на царство Сомбры не навлечь ей,
Не стоит забывать — всему свой срок…

Как хорошо в саду! Повсюду свечи,
И полосы бумаги… приберёг
Он для нее одну. Старсвирл — далече,
И слова им не скажет поперёк.

— Стань зеркалом моим. И навсегда… —
Король шепнул. И в сердце ни следа
От прежней робости — почти овечьей.

Пера не скрипнет кончик золотой…
А после — невесомой теплотой
Щекочут перья выступы предплечий.

X

Щекочут перья выступы предплечий,
Рогатый лоб слегка коснулся лба…
Тем чувствам мог ли случай стать предтечей?
Пожалуй, нет. Всего скорей — судьба.

Что тем, кто любит, до противоречий?
Любовь в закономерностях слаба:
Болят в тоске сердца, как от увечий,
И не поможет боли ворожба.

Ничто любви монархов не перечит:
На свет есть тень. На чёт найдется нечет…
Никто не видит их. Проходит миг,

И вот — в порыве нежности и страсти,
Касаясь гривы бахромой запястий,
Король к губам принцессиным приник.

XI

Король к губам принцессиным приник,
Лаская волны многоцветной гривы…
Сей жест хранят страницы многих книг —
Не знать его значенья не могли вы.

Что шепчет ей владыка из владык?
Слова его неспешны и учтивы:
— Твоя душа прозрачней, чем родник,
Твои глаза так сказочно-красивы…

Что после? Свадьба? Полный зал гостей
С подарками для будущих детей?
О том поведать впору в эпилоге…

И все же нет. Так повелось давно —
С любимым быть любимой не дано.
Все кончено. Кто скажет — как в итоге?

XII

Все кончено. Кто скажет — как в итоге
Союз распался этот? Неспроста
Язвят воспоминанья, как ожоги,
И сковывает губы немота.

Вовек не знать бы той любви тревоги —
Так искренна она и так чиста…
Глаза горели и дрожали ноги,
Но Сомбра ей не дал коснуться рта,

Ведь он клыками был ощерен впредь.
Из памяти тот взгляд ей не стереть:
И кровожадный, и недобро-строгий,

Пылающий сиреневым огнём…
Последняя мольба сгорает в нём:
Забыть о царственном единороге.

XIII

Забыть о царственном единороге;
Чтоб не являлся Сомбра и во снах,
Чтоб тенью не стоял он на пороге,
Вселяя в сердце теплоту и страх.

Хоть толку нет искать к нему дороги,
Но как забыть о милых именах?..
Привыкли кантерлотские чертоги
Хранить немало тайн в своих стенах.

Счастливый миг во все века недолог:
Что от любви осталось? Лишь осколок,
В котором солнечный мигает блик.

На тайну больше в стенах тех отныне.
В Эквестрии родной — как на чужбине…
— Прощай, Селестия… — шепнул двойник

XIV

— Прощай, Селестия… — шепнул двойник. —
Любовь мою навеки ты запомни:
Я тяжесть неизбывную постиг:
Мне неизвестна ноша неподъёмней.

Но как бы ни был мрак в душе велик, —
Подобный сумраку каменоломни, —
Я вспомню первой встречи робкий миг,
Чтоб стало на мгновение светло мне…

И оживёт в сознании тогда
Огня дневного ясная звезда:
Пронижет голос ласковая нота…

Не надо слез. Для грусти нет причин:
О связи нашей знает лишь один
Из всей прислуги в замке Кантерлота…

XV

Из всей прислуги в замке Кантерлота
Солгать не смогут только зеркала;
Хоть и не спросят, что же за забота
На сердце тенью смутною легла.

Как твердь Земли в священный миг полёта,
Забудутся насущные дела:
Блеснет овальной рамы позолота
И станет, как и до того, тускла.

Как долго ждать влюбленным новой встречи?
Щекочут перья выступы предплечий:
Король к губам принцессиным приник.

Все кончено. Кто скажет — как в итоге
Забыть о царственном единороге?..
— Прощай, Селестия… — шепнул двойник.