Привет с далёкого Севера!

Понификация рассказа "Привет с далёкого Севера!" Ирины Пивоваровой. Кто читал, тот поймет.

Скуталу Черили

Обратная сторона медали

Герой отправляется в другую страну, где ему предстоит встретить старых знакомых. Эта поездка решит его дальнейшую судьбу.

Принцесса Селестия DJ PON-3 ОС - пони

Заражение 2

Будучи неопытной, Твайлайт допустила страшную ошибку и, казалось бы, всё уже в прошлом, но маленькое семя сорняка начало прорастать. Кобылка стала хрупкой преградой между чужой тенью и ужасным забвением.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони

Жизнь особо опасного чейнджлинга [The Life of a Wanted Changeling].

Ты чейджлинг который потерялся в Вечнодиком (Вечносвободном) лесу после неудачного вторжения во время королевской свадьбы. Ты не яркий представитель своего рода, не аккуратен и за частую очень неуклюж. У тебя две задачи — это выбраться из этого леса и не быть пленённым, ведь в конце концов за ульем королевы охотится вся гвардия.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Мэр Дерпи Хувз ОС - пони Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Стража Дворца

Черное Солнце

Узнав, что неподалеку от городка Хуфбей пони-археологи откопали руины древнего города, Твайлат решает отправляется туда и взглянуть на интересную находку своими глазами. Вместе с ней едут Рейнбоу Дэш в поисках приключений и Рэрити, которой просто хочется немного отдохнуть на морском побережье. Эпплджек, Пинки Пай и Флаттершай остаются в Понивилле, занятые своими делами. А в это время кровожадный монстр, служивший Дискорду в Эпоху Хаоса, пробирается во дворец принцессы Селестии, чтобы отомстить..

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Дерпи Хувз ОС - пони Дискорд

Навеки верная

В результате несчастного случая, произошедшего по вине погодной команды Клаудсдейла, Твайлайт погибает от удара молнии. Но завеса смерти относительно тонка…

Твайлайт Спаркл

Кудряшка и Корона

Как иногда хочется сбросить надоевшую маску!.. Особенно когда она уже полностью приросла к твоему лицу, скрывая твой истинный, единственно верный облик. Но всегда ли стоит это делать?

Пинки Пай Принцесса Селестия

Муки сердца: Том IV

Долгожданный четвертый том.

ОС - пони Кризалис Стража Дворца

Если кто ловил кого-то

Завалив большую часть своих предметов в Университете Кантерлота, Октавия на каникулы в честь Дня Согревающего Очага возвращается в Мейнхеттен. В течение выходных, заполненных выпивкой, дебоширством и хандрой, она борется с желанием бросить университет и вернуться к старым друзьям и старым романам. К прежним добрым временам. И они на самом деле будут для нее добрыми. Если только она сама сможет не отдалиться от них навсегда.

Другие пони Октавия

Два слова Луны о Третьем Рейхе

Больше двух слов Найтмэр Мун о том, как она побывала в одном нашумевшем государстве и ещё несколько слов о том, что она там видела и с кем говорила. Впрочем, как мы и предполагали...

Найтмэр Мун Человеки

S03E05
VI.Белая ненависть VIII.Отпусти...

VII.В огнях ледяного тумана

Когда мы теряем нечто важное, то начинаем тут же трубить тревогу и поднимать всех на уши. Правда иногда лучше даже и не пытаться найти потерянное – оно само со временем вернётся.

К твоему телу прикасается рука, она мягко и нежно скользит по твоему телу, излучая тепло и медленно погружая в сон. Приятные ощущения, но разве они настоящие? Разве они действительно вызваны прикосновением руки? А может это иллюзия? Если это иллюзия, то кто-то очень хотел, что бы я в неё поверил.

«Ты меня утешаешь, пытаешься взбодрить и отвести мысли от предстоящего, но разве можно избежать предначертанного?» Чьи же это были слова? Они не принадлежали никому из персонала Чёрной Розы, и никто из моих друзей и близких никогда такого не говорил. Я… Чёрт! Кажется эти твари вырвали кусок моей памяти! Вырезали часть моей жизни! Как же меня сейчас переполняет ненависть, руки чешутся, а мысли твердят лишь одно: «Убей их всех! Даже Разумовского убей за ложь!»

Фух… когда ты злой, то не можешь нормально ни о чём думать, хотя зачем думать? Все мне солгали, абсолютно все и даже вроде бы честный бывший ФСБэшник пошёл по этому скользкому пути! Только Флаттершай мне ни разу не солгала, да у неё и причин не было этого делать.

Наверное пора перестать баловаться своеобразными лирическими отступлениями и стоит всё же перейти к самим событиям, берущим своё непосредственное начало с сентября две тысячи седьмого года.

-Считайте, что это только начало.

Начало долгой жизни в аду. Никто из находящихся в этом комплексе не собирался меня выпускать, но они и не могли вечно меня пичкать транквилизаторами. Они кое-что придумали и об этом сейчас и пойдёт речь.

Два амбала потащили меня по коридорам не в ту самую комнату с большим магнитом, а в совсем другое место и примерно на полпути до него этих двух товарищей кое-кто окликнул.

-И это вы за ним бегали по лесу? – белый халат, примерно сорок лет, брюнет с очень противным голосом. Он оценивающе окинул меня взглядом, а затем ухмыльнулся и даже засмеялся.

Это была не больше чем маска. На самом деле этот учёный очень сильно разочаровался, ведь его воображение наверняка представило себе очень яркую, но уродливую картинку перекаченного мутанта, коим я далеко не являюсь. Я вообще не очень-то и приметный: брюнет, рост чуть выше среднего, среднего телосложения, и вроде бы в детстве пару раз болел простудой.

-Не оправдывает мои ожидания.

-Видели бы вы его в действии! Он всех нас там мог положить!

-Тогда почему вы ещё здесь?

Защитная реакция учёного – скептик. Ему не так-то просто поверить двум чуток глуповатым амбалам, восхваляющим «машину для убийства». Дай ему факты и может быть он поверит, но вряд ли когда-нибудь признает свою неправоту.

-У него сами спросите.

В мыслях пролетело гулкое эхо, а затем раздался громкий звериный рык, но потом наступило отчаяние. Я чувствую себя таким маленьким и жалким, прокручивая сейчас прошлое и вспоминая упущенное. Я не сказал Флаттершай о своих чувствах, не раскрыл загадку природы своей силы, не попрощался со спасённой девочкой и не успел смириться со смертью лучшего друга. Приговор: Идиот. Можете не лечиться.

-Ладно… — учёный присел на корточки и приподнял моё лицо. – Если ты такой «опасный» как все говорят, то ответь на простой вопрос: почему ты не убил этих идиотов?

-Проявил милосердие. – железо, кровь и медицинский спирт. Это уже не просто учёный, это ещё и врач, хирург. Вижу по глазам, что ему нравится смотреть на чужую боль, нравится резать кожу скальпелем и пытать. – А ты проявляешь милосердие… к своим жертвам? По глазам вижу, что нет.

Садист странно улыбнулся, а затем сжал кулак и врезал мне прямо в челюсть. Я практически ничего не почувствовал из-за действия транквилизаторов, а вот он аж вскрикнул от боли и схватился за руку, в которой что-то хрустнуло. Кстати, позвольте вам его представить – Павел или Ублюдок, которого только на свете стоит поискать. Самый главный в этом комплексе и координатор проекта «Суперсолдат», в котором я являюсь подопытным. Этот перелом особо ни на что не повлиял – ненависть сама по себе штука сложная.

-Значит правда… Ведите его в криокамеру!

Солдатики не стали спорить и поволокли меня дальше по коридорам, а спустя минуту мы уже были в какой-то большой лаборатории с кучей самых разнообразных приборов и учёными, напоминающими собой суетливых муравьёв. Возле криокамеры меня немного приподняли, дабы я посмотрел на своего соседа, но сквозь иней я смог увидеть только какие-то чёрные обрывки.

-Вы подружитесь.

Меня засунули в соседнюю криокамеру, закрыли крышку и отправили в царство вечного холода.


Для человека, родившегося и высшего в условия длительных зим и короткого лета, жаловаться на холод как-то грешно. Ты просто со временем привыкаешь к холоду и перестаёшь обращать на него большое внимание, он становится частью твоей жизни. Однако бывают и такие моменты, когда холод становится слишком сильным и его невозможно терпеть…

Я не спал почти две недели и истощил свой организм, а всё ради того, что бы сбежать! Видеть каждый раз, когда спишь эти жуткие, невыносимые и выворачивающие душу на изнанку кошмары?! Это невозможно! Я… я готов молить Бога часами, а то и днями, прося лишь одного: пусть кошмары мои никогда не обретут ни плоти ни крови, пусть они навсегда останутся кошмарами и не вырвутся на свободу. Пусть никто и никогда о них не узнает и не использует против меня.

Телепортация прошла хорошо, но то, что было после неё сложно назвать хорошим. Я появился в небе без сознания, пролетел несколько метров вниз, проломил лёд небольшого озера и начал тонуть. В лёгкие стала поступать ледяная вода, опаляющая всё внутри тебя, вызывающая тяжесть и паралич. Смерть бродит рядом и её ледяное дыхание казалось бы должно вернуть тебя к жизни, должно разбудить, но ничего такого не произошло.

Ты просто как камень идёшь под воду и не можешь что-либо исправить, не можешь повернуть стрелки часов судьбы назад и поступить иначе. С появлением воды часы начинают ржаветь, шестерёнки приходят в негодность и вскоре сам корпус должен превратиться в металлических прах, но для этого время ещё не пришло. Меня кто-то спас, и я безмерно благодарен ему или ей за это.

-Ах… — после пробуждения я застонал и схватился от боли за голову, а затем резко начал откашливаться и что-то выплюнул на грудь.

Это не предмет! Это живое существо и оно барахтается у меня на груди, пытаясь перевернуться со спины на живот и убежать! Оно меня напугало хотя бы тем, что спокойно ползало во мне, да и вид у него жуткий: вроде как недосформированная лягушка с двумя небольшими лапками и на каждой из них по три острых когтя. Да она же меня убить могла!

Я в приступе паники взял и швырнул куда-то эту странную лягушку, а затем попятился назад, но дальше спинки кровати не ушёл. Где вообще я?! Что это за мир такой?! Эквестрия?! Нет! Это не она, это не Эквестрия! Чёрт! Как мне отсюда выбраться?! Арх… да что же это за наказание такое?!

Почему же это не Эквестрия? Достаточно просто посмотреть на комнату, а точнее на это подобие кладовки, облачённой в серый холодный металл. Взять ту же мебель: шкаф, кровать, сундук, стол – всё из стали. Плюс всё на том же столе стоит такая техника, что человеческая ей и в подмётки не годится! Ещё стены исписаны какими-то символами, которые я просто не могу разобрать даже если захочу.

Это всё как-то неожиданно, но при этом и любопытно. Неестественно любопытно… Я ещё раз бросил взгляд на стол и страх вообще исчез, а вот любопытство стало жечь ещё сильнее, словно оно чем-то подпитывается и это не желание изучить новые технологии, а… даже сложно сказать, что же это может быть. Оно пробивается сквозь разум, скребёт двери души и при этом прекрасным голосом шепчет… тебе хочется слушать этот голос вечно…

«Иди ко мне… я дам тебе всё что пожелаешь…». Ты не можешь сопротивляться, ты просто теряешь волю, теряешь контроль и хочешь повиноваться. Голос принадлежит девушке и он прекрасен, как и она сама. Я вытянул руку, что бы прикоснуться к её лицу, но оно исчезло, и тогда я встал и медленно пошагал к столу, откуда и раздавался этот сладостный зов.

-Хаха… — она так красиво смеётся, она грациозна и элегантна, она словно беззащитная роза, требующая простого тепла и заботы. Она… она…

Пройдя примерно полметра по комнате ко мне начало возвращаться некое подобие разума, а сам я повалился на пол и яростно вскрикнул, пытаясь сопротивляться этому гипнозу, этому внушению. В голове стали появляться картинки прошлого, показывающие всю ценность когда-то достигнутого, появляться образы дорогих мне людей, призывающих очнуться, и среди них была она…

Она просто сидела посреди этой толпы и тихонько плакала, сожалея или же горюя о чём-то или о ком-то дорогом. Я слишком сильно к ней привязался и никогда не смогу её забыть, никогда не смогу забыть этот луч света в кромешной тьме, который на протяжении многих месяцев давал мне силы и надежду.

-Флаттершай… — шепотом произнёс я, пытаясь привстать с пола, и она обернулась. Её заплаканное лицо говорит о многом, но её улыбка говорит о куда большем чем можно представить. Она тут же сорвалась с места и поспешила заключить меня в свои объятия, а затем вновь зарыдала.

Я хочу провести эти секунды в тишине. Хочу просто молчать и наслаждаться моментом, который когда-нибудь да наступит и пусть он будет реальным, а не такой приятной иллюзией. Мы посмотрели друг другу в глаза, и нашли в них искры, нашли безумный блеск влюблённых очарований и застыли не в силах пошевелиться.

Ммм… какая упоительная иллюзия, жалко только дверной скрип заставил её исчезнуть. Как же наверно вошедшей девушке смешно: она застала меня в довольно неловкой позе – сижу, обнимаю ножку стола и смотрю на неё влюблёнными глазами. Однако девушка даже не засмеялась, она подошла к столу, взяла с него небольшой камушек с голубыми прожилками, положила его на пол и раздавила сапогом.

-Шала вир тах!

-Я не понимаю.

-Оставила вир без присмотра. – сказала девушка вполне понятным, человеческим языком и протянула мне руку. – Тебе помочь?

Меня отпустило. В голову больше никто не лезет, нет никакого шепота, но в душе чертовски паршиво, словно я чего-то лишился, но чего?.. О нет, только не этого! От того камня с голубыми прожилками осталась лишь крошка и небольшой камушек, который я попробовал при помощи телекинеза поднять, но ничего не произошло! Даже зелёной дымки не было! Чёрт! Проклятье! Я… я потерял силу!

-Что с тобой? – тревожно спросила девушка, видя на моём лице довольно печальную картину.

Я посмотрел на неё и пришёл в замешательство. На ней довольно интересная одежда, больше похожая на какую-то броню и она лёгкая, на вид не способная защитить как от пули, так и от ножа. Под шлемом наверняка прячется довольно красивое личико, но благодаря тому, что он практически полностью закрытый можно увидеть только выразительные фиолетовые глаза с вертикальными зрачками, светло-серую кожу вокруг самих глаз и несколько чёрных полос, отходящих от них. Её точно можно назвать представительницей внеземной цивилизации или же человеком, над которым проводили опыты, но что-то мне подсказывает, что первый вариант в данном случае куда уместней.

Я глубоко вдохнул, попытался немного успокоиться и ещё несколько раз посмотрел на эту инопланетянку и, поняв, что она не настроена враждебно, только тогда принял помощь и встал на ноги. Она не проявляет никакой агрессии, не сверлит меня злым взглядом и вроде бы даже настроена на диалог, а я как испугавшийся мальчишка стою перед ней и трясусь от страха, хотя должен взять себя в руки.

-Со мной всё в порядке.

Конечно же это ложь. Я потерял силу, настроение ни к чёрту, а ещё промахнулся и попал куда угодно, только не в Эквестрию. Теперь я понимаю, почему практически сразу же после пробуждения на меня налетела иллюзия и смогла подчинить – потеряв силу ослаб и разум, он больше не может сопротивляться внушениям так, как сопротивлялся прежде.

-Ты – человек, ведь так? – я кивнул в ответ на этот глупый вопрос. – Кто с тобой это всё сотворил? – инопланетянка легонько провела рукой по некоторым шрамам на моём теле. Это не сколько больно, сколько неприятно для воспоминаний, ведь я помню как получил каждый шрам, кроме ожога на левой руке.

-Человек и сотворил.

Сам факт того, что где-то в этом месте могут быть люди, меня немного обрадовал, но что это за люди и можно ли им доверять? Может эта ино… да хватит её уже инопланетянкой обзывать! Это ты здесь чужой, а не она! Прояви к ней хоть каплю уважения и спроси имя, ведь ты чувствуешь, что если бы не она, то ты бы кормил рыб на озёрном дне!

-Мы так мало знаем о человеке… — печально произнесла девушка. Она села на стул, взяла со стола маленькую чёрную коробочку, надавила на одну из его стенок и в комнате включилась вся техника. – Они нас боятся, постоянно обходят стороной, а некоторые и вовсе пытаются убить.

Человек всегда будет бояться того, чего не понимает, так уж устроена наша природа. Мы будем пытаться уничтожить это или же изучить, однако непростительно забывать, что есть и те, кто идёт или же пойдёт на поводу у своих самых тёмных желаний. Вот пример: Чёрная Роза.

-Как тебя зовут? – девушка решила познакомиться поближе, начав с имён, но это как-то слишком навязчиво, словно она пытается отделаться от меня или же слишком любопытна.

-У меня нет имени.

Эквестрийский сценарий. Луна уже задавала мне подобный вопрос и получила почти такой же ответ, правда через несколько часов она всё же получила правду. Тогда совесть оказалась сильнее меня, а сейчас она молчит, как будто понимает, что сокрытие имени – это мера необходимая, защитная.

-Значит ты – Ва’Наэ?

-Я не понимаю.

-Безымянный.

Девушка развернулась к столу и её пальчики принялись быстро стучать по клавиатуре, набирая какой-то текст на своём родном языке. Я хоть и не понимаю их языка, но примерно догадываюсь про что же она там пишет – про человека. Ей представилась редкая возможность узнать о человеке не из каких-либо слухов, не из рассказов, переданных из уст в уста из поколение в поколение, где наверняка есть какая-то предвзятость, а от самого представителя рода человеческого. Не того она выбрала…

Я подошёл к столу и схватил правую руку девушки, пытаясь немного охладить её разбушевавшийся пыл и отвлечь внимание от клавиатуры. Она может наделать кучу ошибок, а я не исключаю, что эти «мемуары» не останутся в памяти компьютера, а пойдут в народ и тогда мнение о человечестве в целом может кардинально поменяться, причём не в самую лучшую сторону. Я пусть и не понимаю эти символы, но сердце сложно обмануть.

-Руку убери! – девушка попробовала высвободить свою руки из моего плена, но не получилось, и тогда она пошла по другому пути, а именно достала из потайного отделения стола пистолет и направила его дуло на меня прямо между глаз. – Убери или убью.

В ней есть сила, есть пыл, есть жар, есть первооснова убийцы – ненависть. Ненависть читается в её глазах и она даже не скрывает, что ненавидит меня! Что ей стоит?! Спустила курок и забыла! Правда зачем оно ей? Зачем сначала кого-то спасать, а потом убивать?

-Я чувствую, как в тебе клокочет ненависть и пылает боль.

-Ты ничего не понимаешь! – девушка высвободила руку и быстро встала со стула, продолжая держать меня на мушке. – Как ты смеешь говорить о боли?!

-Я смею говорить о боли, ибо сам потерял многое: друзей, семью, прежнюю жизнь и веру в человечество. Я даже проклинаю лишь сам факт того, что я – человек… я вынужден жить с этим и что мне мешает прямо сейчас дёрнуться и получить пулю в лоб?! – придвинул её руку с пистолетом ко лбу и сжал покрепче. – Давай, спусти курок! Избавь меня от страданий!

Что мне? Ненависть во мне копилась долгие месяцы, и сейчас она решила вырваться наружу. Я лгал самому себе, говоря что не держу зла, говоря что их Бог накажет, но день за днём всё всегда повторялось – меня вели по коридорам, помещали в разные аппараты, отдавали хирургам на растерзание и много чего ещё, а наказания так и не последовало. К человеку применили бесчеловечность, и он теперь ненавидит всех за это, он просто сгрёб всех в одну кучу и считает, что никто не заслуживает прощения.

Девушка успокоилась и положила пистолет на стол. Её взгляд изменился до неузнаваемости: потерянный, испуганный и при этом понимающий. Я и сам стал постепенно успокаиваться, а спустя немного времени и вовсе присел на стальной сундук, накрыв руками голову.

-Почему? – испуганным и надломленным голосом спросила она и села на пол прямо передо мной. – Почему человек человеку враг?

-Как тебя зовут?

— Эли’Не.

-Хорошо, Эли’Не, нам предстоит долгий разговор… — небольшая пауза, надо просто собраться с мыслями, а то всё в голове не очень-то и укладывается. – И спасибо за то, что спасла мне жизнь. Я отплачу свой долг сполна, когда придёт время.

Не сомневайся в этом…


Скука и одиночество. Я не могу сидеть в четырёх стенах, меня душит любопытство, хочется выйти на улицу и наконец-то увидеть всё, что там творится. Ещё убивает факт того, что нигде нет ручки – тамари (так себя называют эти человекоподобные создания, приютившие меня) не доверяют бумаге и предпочитают всё хранить на носителях данных. Хорошее решение, но при этом и глупое.

-Долго ты там ещё? – Эли’Не постоянно куда-то спешит, а если уж сказать честно и ничего не тая, то она – рабыня, исправно служащая своему любопытству.

Позавчера мы с Эли’Не всё же начали тот длинный разговор, и поначалу он шёл очень туго – она задавала не самые красивые и приятные вопросы, как будто специально искала в человеке только плохое, выбросив всё хорошее на помойку. После многочисленных упрёков она немного подумала и стала задавать общие вопросы: культура, быт, самосознание, поведение и прочее. Она меня сильно утомила, выжала как лимон, а потом летала от счастья.

-Одну минуту!

На следующий день разговор продолжился, только теперь не Эли’Не задавала вопросы, а я. Меня интересовало всё: краткая история обитателей этой планеты, появление технологий и их дальнейшее использование, культура и быт тамари и много чего ещё, но вкратце и касаясь исключительно общих фактов. Она не устала, наоборот, была даже рада, правда я бы на её месте держал ухо в остро, а то вдруг сидящий перед тобой может быть шпионом.

-Быстрее…

Ей бы не помешало взять пару уроков терпения или же просто подождать ещё пару минут у входной двери без лишних слов. Я просто сижу за ширмой возле кровати и устало смотрю на лёгкую броню, которая неизвестно сколько лет пролежала в шкафу. Времени у меня было достаточно для того, что бы узнать чуточку побольше об этом мире и особенно о броне – юная тамари частенько отлучалась по делам.

Основа брони – эластичная ткань, структура которой напоминает чешуйки. Защитные элементы – это большие пластины, сделанные из кевлара и стали (броня Эли’Не сделана из других материалов). От пули не спасёт, а вот от ножа вполне. Окрас чёрный с красными и белыми полосами.

Ножные пластины практически полностью закрывают ноги, оставляя только их заднюю часть. Руки закрыты только от запястья и до локтя. Грудь закрыта полностью до уровня рёбер. Пластина на левой руке плоская из-за того, что под ней скрывается компьютер для управления броней, а правая наоборот, выпуклая и напоминает собой прямоугольник и под ней спрятан довольно длинный и острый нож.

Функций, доступных компьютеру, не так уж и много, но они полезны: внутривенное введение медицинских препаратов, дистанционный сбор данных, фиксация шлема и управление ножом. Как бы это странно не звучало, но Эли’Не решила не пренебрегать мерами предосторожности и заблокировала нож, а зря – она разожгла во мне любопытство и спустя пару минут от блокировки не осталось и следа.

Шлем – это гордость брони. Хорошая система фильтрации и защита от воздействия на мозг позволят спокойно путешествовать по некоторым не самым приятным местам. В отличие от шлема с брони Эли’Не, шлем с этой брони полностью закрыт, но видеть окружающее это не мешает из-за визора. Так же тут есть связь, которая не работает и переводчик с двумя языками – тамари и человеческий (здесь похоже все люди говорят на одном языке).

Хочешь не хочешь, а выйти в свет надо. Устало вздохнув, я встал с пола и начал не спеша одеваться. Я только сейчас полностью надеваю броню, а до этого надевал части для настройки и не зря это делал – броня довольно старая и кое-какие элементы разболтались, благо есть инструкция и более-менее прямые руки. Говоря простым языком, всё сделано в лучшем виде, но об этом всем знать не обязательно – тут никто никому не доверяет.

Сидит как влитая, но всё же немного неудобно, да и возможные неприятные эффекты пугают: головокружение, приступы слабости, потеря в пространстве и прочие неприятные штучки описанные всё в той же инструкции. С огнём играешь, Дмитрий, да ещё с каким огнём – тут у каждого как минимум по пистолету, а ты только с ножом. Веди себя согласно установленным правилам и может быть останешься в живых.

-Да где ты там уже?!

Как только шлем занял своё законное место и автоматически включился визор, я вышел из-за ширмы и неуверенно пошагал к Эли’Не, а затем кивнул. Она открыла двери и вышла на улицу, прямиком в ночную тьму и мне ничего не оставалось, как пойти за ней. Конечно же я и не надеялся на дневные прогулки – сначала надо немного освоиться, присмотреться ко всему и получше изучить нравы местных путём чтения необходимой литературы, а уже потом можно начать со всеми знакомиться.

-Давай помогу. – юная тамари развернулась и нажала на несколько клавиш компьютера моей брони, тем самым включив ночное видение.

Из тёмно-синих, почти чёрных тонов всё окрасилось в зелёные тона с унылой рябью и такая картинка меня сильно огорчила, пришлось выключить. Не самая лучшая версия, впрочем, это не удивительно – броня долго пылилась в шкафу и успела прилично отстать от своих детей, а так же износиться, что выражается в неисправности половины функций. Если будет время и подходящие инструменты, то я могу попробовать восстановить некоторые из них.

Мы не собирались всю ночь стоять на одном месте и решили пойти по улицам этого небольшого городка, созданного из маленьких стальных коробочек.

-Как тебе такой вид? – печально произнесла Эли’Не, смотря на ночное небо, усыпанное мириадами звёзд.

Ночи тут красивые, спорить не стану, но в них нет того загадочного шарма, присущего ночам Эквестрии. Там ночи волшебные, неповторимые и завораживающие, а самое приятное так это то, что их создаёт одна милая пони, которой даже в радость это делать. Тяжёлая работа должна чем-нибудь да вознаграждаться, но как мне сама сказала принцесса Луна, ей хватает и того, что ночи даже её сердце заставляют замирать.

Я украдкой засмеялся и рукой предложил Эли’Не немного сменить курс и пойти на восток в сторону леса. Хочу поговорить с ней один на один.

-Ты не поверишь, но когда-то я видел такие чудесные ночи, что эти с ними не сравнятся.

-Да как тебе не стыдно врать?

-Увидела бы ты их хоть раз, то была бы совсем иного мнения.

Воспитанная сударыня, она может даже потягаться с теми же изысканными представительницами дворянства века девятнадцатого. Умна, галантна и честна, но увы, не доверяет людям, так надо нам всем постараться, дабы сомнения сей дамы развеять навсегда. Как же это пафосно звучит…

-Опиши мне эти ночи.

Эли’Не достала из кармана маленький планшет и увеличила его до нормальных размеров. Она готова внимательно слушать и не перебивать, а вот я в замешательстве. Вроде хочется и правду сказать, да только вот её трудно правильно подать. Придётся рискнуть и положиться на импровизацию.

-Это редкие ночи, таких сейчас уже и не встретишь. Небо тёмно-синее с ярким и лёгким фиолетовым оттенком. Яркие белые и серебряные четырёх и шестиконечные звёзды. Они постоянно в движении, постоянно образуют разные созвездия и практически никогда в одну ночь не повторяются…

От своего небольшого описания кажется я полюбил ночь ещё сильнее, и действительно мне не хватает тех самых волшебных ночей. Мне вообще много чего из Эквестрии не хватает, особенно Флаттершай. Она в книге так ничего нового и не написала, словно замерла в ожидании чуда. Надо ей как-нибудь написать, только найти бы ещё чем.

— Это всё? – поинтересовалась Эли’Не спустя мгновения после того как я закончил свой небольшой рассказ. Я даже радуюсь, видя неподдельный блеск в её глазах, и словно слышу её учащённое сердцебиение. Она ещё молода по меркам тамари и старается каждый день прожить на полную катушку, пытаясь всё понять и изучить.

-Это надо видеть! Слова просто не смогут передать всю ту красоту! Я бы назвал это магией.

В этот момент мы подошли к лесу и даже чуть-чуть в него углубились, а заодно и скрылись от лишних глаз тамари, патрулирующих этот небольшой стальной городок. Сильно углубляться тоже не стоит – местная флора и фауна может таить в себе много опасностей.

-Магией? Той самой магией, которой когда-то в совершенстве владели Древние? – голос Эли’Не дрогнул и побежал впереди своей обладательницы.

Тут меня словно кувалдой по голове огрели и наступило озарение. В этом мире есть магия! Неужели у меня появился призрачный шанс на возвращение в Эквестрию? Видел бы кто-то насколько широкая у меня улыбка под шлемом, тот явно бы покрутил пальцем у виска и сказал «сумасшедший».

-Расскажи мне о магии. – тон настойчивый, сильный и даже властный. Я словно отдал приказ, который вряд ли выполнят, но почему-то уверен, что его должны выполнить прямо сейчас и без обсуждений.

-Нет. – лукаво ответила Эли’Не. – Я тебе не очень-то и верю, что бы рассказывать о таких вещах. – примерно через полминуты мы остановились в глухой чаще, где не было слышно практически ни единого звука, даже ночных птиц тут не слышно. Мёртвая тишина, от которой мне стало не по себе. – Что ты скрываешь от меня? Почему ты интересуешься магией?

Щекотливая ситуация. Делай что хочешь, но она не должна узнать кто ты на самом деле и каков твой истинный интерес в магии. Может быть она – это твой единственный шанс вернуть утраченную магию. Заслужи её доверие, иначе никак.

-Вообще-то ты сама подняла эту тему, а я просто решил поддержать разговор.

Эли’Не прибила меня к ближайшему дереву и стала смотреть своими злыми и полными ненависти глазами мне в глаза, словно пытаясь заглянуть прямо в душу, а затем испепелить её. Ненависть к самому роду человеческому её ослепляет, она словно хочет понять нас, но при этом боится и принимает необдуманные решения. Вот одно из них: холод щекочет мне живот, а сама сталь уже напевает песни смерти и ликует, предвкушая мою плоть и кровь.

-Ложь!

-Хорошо, я просто в детстве перечитал много книжек о магии, и даже воображал что когда-то буду владеть ей ради благих целей. – я нервно сглотнул и трижды проклял телекинез, а заодно и свой длинный язык.

-Ты же чувствуешь её? Ты же чувствуешь сталь? Она тебе щекочет живот, а в следующую секунду может проткнуть его, а я – это всё что отделяет тебя от смерти! – вот теперь Эли’Не меня напугала не на шутку. Она говорит, словно шепчет как маньяк с сильно неустойчивой психикой, который издевается над своей жертвой, питаясь её страхом и отчаянием. – Скажи мне правду, почему ты здесь на самом деле?

-Я не просил вытаскивать меня из того озера! Не просил возвращать из мёртвых! И уж точно не горел желанием знакомиться с тобой! – кажется я немного перегнул палку, но по-другому до юной тамари вряд ли дойдёт. – Неужели жажда мести дороже морали?

-Не читай мне нотации! – Эли’Не в гневе и уже не шепчет как маньяк, а говорит как убийца… и убить хочет. Она дала своему ножу немного моей крови, вонзив его в живот на сантиметр, если не больше.

Боль сильная, но терпимая и до боли знакомая, она уже была… она была там, всё в тех же знакомых стенах Чёрной Розы и об этом мне напоминает жуткий длинный шрам на правой части спины – наследие взбесившегося учёного по имени Павел. Эли’Не, как и Павел, просто оставила на моём теле жуткую рану, которая со временем затянется и превратится в шрам. Почему? Я чувствую в себе толику той силы, что струилась на протяжении многих месяцев в моей крови! Регенерация вернулась! Вовремя, очень даже вовремя…

-Разве моя смерть что-то изменит? Разве она вернёт всех твоих убитых братьев и сестёр? Разве тебе станет легче от того, что ты убьёшь человека, который впервые увидел тамари?

-В будущем ты никого из нас не убьёшь.

Тамари… твоё безрассудство не знает границ. Если ты так жаждешь мести, что ради неё готова пойти на всё, то действуй! Вонзи лезвие поглубже! Вспори живот для надёжности, а потом отойди и любуйся! Хаха… конечно же ты не такая, ты убьёшь меня без излишеств, а когда пелена безумия спадёт, то убежишь вся в слезах и может даже погибнешь. Не бери грех на душу.

-Может мне перед смертью тебя с собой забрать? Познакомишься поближе с моими демонами. -Ты безоружен!

-Уверена? – Эли’Не чуть-чуть опустила голову и посмотрела вправо. Она увидела холодный блеск стали в лунных лучах, и он рядом с её тоненькой шеей, а там нет никаких пластин. Думаю её смерть будет быстрой и безболезненной. – Давай пойдём обратно домой, и там продолжим разговор.

-Хорошо… — юная тамари стала успокаиваться. К ней начал возвращаться разум или же некоторое его подобие, голос уже не отдавал безумием и жаждой мести, а стал слабым, поникшим и виноватым. – Прости меня, я… это у нас в крови… мы ничего не можем с этим пожелать. – она от страха отошла назад и её нож вернулся обратно в броню.

Регенерация сработала как часы и кровь успела свернуться ещё до того момента, когда Эли’Не вытащила из меня нож, а броня быстро восстановилась и оградила рану от всяких микробов и паразитов. Дальше мне нужен более-менее хороший уход и за пару дней от раны останется всего лишь ещё одно плохое воспоминание в виде длинного шрама.

-Прощаю. – украдкой засмеявшись ответил я и отдал ножу команду вернуться на место, а затем подошёл к юной тамари и похлопал её по плечу. – Пойдём домой, я всё подробно расскажу и может даже позволю отщипнуть от себя кусочек.


Когда я вылез из брони, Эли’Не не поверила своим глазам, не поверила в то, что рана может так быстро начать заживать без помощи лекарств. Она заглянула в медицинский отсек, находящийся под грудной пластиной и осмотрела его, но там было уже давно пусто. Тогда я ей выдал часть правды, только немного приукрашенной.

Примерно в пять лет я заметил, что любой порез через несколько часов исчезает. В семь сломал руку, и она полностью восстановилась через две недели. Дальше уже можно не рассказывать. Эли’Не не поверила, сославшись на продвинутую медицину, и тогда пришлось применить… неприятную меру – сильно порезать палец. Спустя час от пореза не осталось и следа.

-У меня есть к тебе небольшая просьба, выполнишь? – спросил я немного побаиваясь юную тамари. Вдруг она снова потеряет контроль и попытается убить меня, а под рукой-то ничего нет.

-Всё зависит от характера просьбы. – ей действительно стало намного легче. Она старается быть спокойной и сдержанной, старается забыть сегодняшнюю ночь и у неё это немного получается.

-Мне не помешают инструмент, хочу попробовать реабилитировать броню, может получится.

-Вернусь через пять минут. – Эли’Не быстро собрала свои вещи и вышла из стальной коробочки.

Пять минут пошли. Я тут же вызвал книгу и открыл последнюю страницу с записями и о чудо, там кое-что появилось:

Уже октябрь. Прошло два года и полтора месяца с момента нашей встречи и, конечно же, я всё ещё жду и надеюсь на то, что ты появишься у нас хотя бы к празднику Согревающего Очага. Я хотела бы провести эту зиму с тобой, быть рядом, ловить твоё дыхание и замирать от радости. Береги себя и ничего не бойся, я всегда буду рядом.

P.S: Твайлайт решила передать тебе небольшой подарок в виде зачарованного пера, которому не нужны чернила для письма – они будут браться напрямую из библиотеки. Пиши в любое время.

Как это упоительно – читать эти строки. Их можно перечитывать вечно, но в итоге ты отложишь их в сторону, стоит только обратить внимание на дату. Я в ужасе… я взбешён и хочу убить Разумовского за ложь! Хочу срезать эту Чёрную Розу, хочу выкопать её на корню и растоптать её гнилые лепестки, лишь бы не чувствовать себя обманутым! Чёрт!

-Все всегда будут лгать, мой юный друг, они не могут не лгать.

Эти слова кажутся мне смутно знакомыми, словно я их уже когда-то слышал. Они были у меня в голове, они не были произнесены вслух, возможно сказавший это даже не мог пошевелить губами, он просто… он был скован льдами! Он был рядом со мной! Кажется память начинает постепенно возвращаться…

Хватит о плохом, хочется немного подумать и о хорошем.

Вторая часть письма может вызвать в моей душе только неуёмную радость и сумасшедшую улыбку на лице. Моё сердце просто взорвалось от радости… дважды. Флаттершай… ты меня удивляешь с каждым письмом всё сильнее и сильнее, практически всегда повторяешь, что ждёшь и будешь ждать столько, сколько потребуется. Каждый раз мне становится стыдно за время, проведённое тобой в ожидании, а отсутствие возможности ускорить нашу встречу медленно, но верно сжигает меня изнутри. Прости… я вряд ли успею к празднику… может я даже больше никогда тебя не увижу.

Губы дрожат, по щеке катится одинокая и полная печали слеза, а я просто стою на краю пропасти и вот-вот прыгну в пустоту! Впервые в моей голове зародилась самая отвратительная и ужасная мысль, которая только когда-либо могла вообще появиться на свет – встреч больше не будет.

Чёрт! Почему я не могу думать ни о чём хорошем?! Почему?! Почему любая мысль начинается хорошо, а кончается хреново? Всё хорошее вдруг стало таким… серым… таким непонятным и чужим. Я вот-вот дам слабину, закричу от отчаяния и разрыдаюсь, а кто меня утешит? Эли’Не?! Она… она никогда меня не поймёт, не поймёт эту боль и эти страдания…

Мимолётный взгляд на живот заставил меня поумерить разбушевавшиеся эмоции. Бинты немного пропитались кровью и длинная, но не глубокая рана решила наконец-то дать о себе знать. Всему виной эмоции, которые не стоило так сильно проявляться ещё как минимум несколько дней из-за нестабильной регенерации. На подобный случай Эли’Не оставила на столе шприц с яталом, лекарством, действие которого схоже с моей регенерацией.

Книга превращается в серебряную тучку и отправляется обратно в руку, а я встаю с кровати и не спеша подхожу к столу, думая о возможных последствиях принятия ятала. Эли’Не вроде бы сказала, что это лекарство совместимо с человеческой физиологией и из побочных эффектов может быть только чувство сонливости, но после сегодняшней ночи моя планка доверия к ней упала.

-Разве у меня есть выбор? – спросил я у самого себя и взял со стола облачённый в стальной наряд шприц с мутно-синей жидкостью. – Конечно же он всегда есть, но только не сейчас. – одно лёгкое движение и игла уже впилась в кожу чуть выше раны.

Боль практически сразу начала отступать, а кровь сворачиваться. Каких-либо побочных эффектов пока нет и надеюсь не будет, хотя появилось такое смрадное чувство, как будто смерть может избавить от всех проблем. Этакий отклик самоубийцы, которому суждено навсегда остаться всего лишь откликом.

-Однажды один умный человек сказал мне хорошую вещь: некоторые считают самоубийство лекарством от всех проблем и они правы. Но они всегда забывают о том, что их проблемы так или иначе лягут на плечи других.

-И как его звали?

Я аж вздрогнул от такой неожиданности. Эли’Не очень тихо зашла в комнату и просто какое-то время наблюдала за мной стоя возле двери. Ей, небось, интересно наблюдать за диковинной зверушкой.

-Не помню.

Хм… нет, не помню, но кажется он и не был человеком, а был… инопланетянином, но к какой расе он принадлежал и как выглядел? Этот вопрос за гранью моей памяти, но я чувствую, что ответ на него бродит где-то рядом…

-А ты так хвалил свою регенерацию, да только вот всё равно она подвела. – с упрёком и не скрывая колкости в голосе произнесла Эли’Не, аккуратно и плавно стуча маленькой красной коробочкой по ладони. – Именно на этот случай я и оставила ятал.

-Спасибо…

-Что ты сказал? – она демонстративно приложила руку к шлему, где по идее должно быть ухо, немного наклонилась и вытянулась вперёд. – Я просто не расслышала.

-А если я в тебя ботинок запущу? Скажем прямо сюда… – я постучал кулаком по лбу и начал свой небольшой путь к кровати.

-Я просто хотела ещё разочек услышать твою благодарность.

-Услуга за услугу. – лёгкий смех в этой ситуации придаёт разговору некую долю иронии. Мне это даже начало нравиться, но страх перед гневом тамари отрезвляет.

Эли’Не без лишних намёков поняла, про что я имею ввиду и, подойдя к кровати, отдала мне прямо в руки заветную коробочку с инструментами. Она никуда не уйдёт и будет сверлить меня своими большими кошачьими глазками, но лишь до тех пор, пока не услышит заветные слова благодарности.

-Большие спасибо, Эли’Не… — радостно и празднично сказал я и положил коробочку на пол, а сам лёг на кровать. Блестящие глаза всё сами за сказали за юную тамари. Она определённо любит слышать в свой адрес благодарности, но получает их довольно редко. Мне даже кажется, что тамари – народ твёрдый, каменный и немного бессердечный по отношению друг к другу. – Ты можешь меня оставить одного хотя бы на пару часов?

-Я как раз собиралась заняться изучением магических рун в мастерской. – Эли’Не развернулась и пошагала в сторону двери. – Может на этот раз я смогу узнать о магии что-то новое. – она ушла плотно закрыв за собой дверь.

Магия… Эли’Не одержима даже самой идеей магии и пытается о ней узнать всё что можно. Такое рвение свойственно или тому, кто мало знает или тому, кто обладает довольно большим багажом знаний, но ему всё мало. Первый вариант подходит как нельзя лучше, а это значит лишь одно – на знания тамари лучше не рассчитывать, если хочется вернуть силу.

Так, что-то я уже начинаю перегибать палку. Надо письмо написать, а уже после можно заняться всеми остальными делами. Книжечка послушно появилась передо мной и открылась как раз на странице, где и лежит зачарованное перо. Теперь дело за малым и приятным:

Время постоянно убегает от нас, оно то замедляется до скорости черепашки, то ускоряет свой бег настолько, что и гепарду его не догнать. Я безумно рад, что наконец-то могу написать тебе, как писал раньше: ни о чём не думая и ничего не боясь. Однако эта радость омрачается тем, что я потерял свою силу, но она восстанавливается, правда на это могут уйти годы.

Мне нужна помощь Твайлайт. Нужна как воздух… Прошу тебя, Флаттершай, попроси её помочь мне и может быть я успею попасть в Эквестрию до праздника Согревающего Очага.

Поначалу, когда ещё прочитал письмо, я немного растерялся из-за того, что Твайлайт всё же решила помочь нам уже не морально, а делом. Не смотря на все мои сомнения и даже некоторую долю страха, она единственная кто реально может помочь.

Это Твайлайт. Я подниму библиотеку и попробую найти способ вернуть твою силу, правда мне кажется что у себя я ничего не найду и придётся отправиться в Кантерлот. Ты не беспокойся за Флаттершай, она улетела вместе с Рэйнбоу Дэш в Клауцдейл на пару дней и оставила мне книгу на всякий случай. Постараюсь завтра ответить…

Вона как! Я никак не мог ожидать того, что ответ будет дан так быстро, тем более Твайлайт. Во всяком случае она подарила мне призрачную надежду на возвращение, правда это практически ничего не меняет, ведь надежда пока так и останется всего лишь надеждой. Что касается Флаттершай: ей полезно отдохнуть, побывать с друзьями и просто пожить немного для себя.

Я уже совсем другая история, которая понимает что у неё мало времени…


Ничего не чувствую. Нет ни холода, ни страха, ни жажды мести, ничего. В ледяной темнице твоя жизнь останавливается, а за её пределами всё идёт как прежде. Казалось бы печальный факт, но для меня тогда это было приятной отдушиной, да и я был не один.

Он появился примерно через две недели после меня и у него не всё в порядке с головой: разговаривает сам с собой (причём очень часто), постоянно повторяет одно и то же, размахивает своим ножом и ещё стреляет в пустоту. Это ломка сознания: сначала ты начинаешь всё отрицать, потом видишь тени, слышишь душераздирающие крики в голове, а затем шепот, призывающий совершить акт самоубийства.

-Бесполезно. – отрешённо сказал я, покачав головой смотря на то, как человекоподобное создание в броне навело дуло пистолета на свою голову. – Исчезни. – пистолет исполнил мой приказ и успел исчезнуть до того, как был спущен курок.

Самоубийство никогда не было способом избавиться от проблем. Сейчас он бы себя убил, а через минуту ожил и вновь сошёл с ума и в конце снова бы запустил цикл, пустив пулю в висок или пронзив горло ножом.

-Не удивительно. – произнёс я и нож из брони просто взял и исчез. Дальше он попробовал свернуть себе шею, но его руки оказались прикованы цепями к крепкой каменной стене. У него остался последний способ самоубийства – свернуть себе шею телекинезом, но стоило магии оказаться заблокированной, как и этот способ потерял всякий смысл.

Я умер три раза прежде чем смог взять под контроль эту чёрную пустошь и потратил один день на то, чтобы научиться ею управлять. Это поистине волшебное место, здесь все твои самые сокровенные фантазии становятся явью, а мечты исполняются. По правде говоря, это место мне уже надоело, но это всё же лучше, чем жизнь в качестве безвольного овоща за пределами криокамеры.

-Выпусти меня! Выпусти! Дай помереть с чистой совестью!

Кажется нашего гостя уже начинает понемногу отпускать и, кстати, его зовут Тал Мора и он один из тамари (он очень много кричал и разговаривал сам с собой).

Я появился в полуметре от Тала сидя на коленях, и чёрная пустошь превратилась в приятный летний лес и где-то неподалёку была слышна тихая и умиротворяющая мелодия скрипки. Самая подходящая обстановка для немного напряжённого разговора.

-Отпусти меня… — слабо проговорил тамари и жалобно посмотрел мне в глаза. Их глаза с вертикальными зрачками сами по себе дают некое представление о том, что в броне сидит человекоподобное создание, которое вполне может быть и своеобразным гибридом человека и кошки. Странное умозаключение, но оно почему-то тогда мне показалось довольно разумным.

-Допустим, ты убьёшь себя, а дальше что? – в моей руке появился его пистолет и под влиянием любопытства я стал его рассматривать, а затем разобрал на составляющие. – Ты умрёшь, но всего лишь на одну минуту…

-Убей меня!

-Знаешь что будет после одной минуты?

-Мне плевать!

Эвтаназия. Это всё что нужно Талу, а передо мной на траве лежит разобранный пистолет, который можно собрать за доли секунды, а затем направить дуло на его голову и спустить курок. В данном случае такая эвтаназия будет носить издевательский характер как над своим мозгом (на психов долго лучше не смотреть), так и над мозгом эвтаназируемого, хотя он об этом даже и не вспомнит, пока не прервётся цикл.

-В первый час будет тишина, безмолвие и отчаяние. – для отрезвления лучше сделать голос наполненный страхом и отчаянием, но в то же время и серьёзный. – Второй и третий час ты будешь разговаривать сам с собой. В четвёртый час тебе начнёт казаться, что твой мозг уменьшается в размере. В пятый будет уходить память и ты начнёшь истошно орать, и только в шестой ты услышишь шепот, возьмёшься за пистолет, наставишь дуло на висок и спустишь курок.

По глазам вижу, что Тал не хочет такой участи, но он всё ещё находится под контролем собственного обманутого разума. Теперь от меня ничего не зависит, и я убираю стены, снимаю цепи и отдаю собранный пистолет ему в руки.

-Решай: или ты продолжаешь идти по замкнутому кругу или нарушаешь цикл и идёшь своей дорогой.

Тал сначала посмотрел на пистолет с отвращением, но всего лишь за пару секунд он выхватил его, наставил себе на висок и вместо выстрела услышал щелчок. Из двенадцати патронов в обойме не оказалось ни одного, а всё потому, что я не горю желанием вновь и вновь видеть смерть своего гостя.

-Ты что делаешь?! – он направил пистолет на меня и выстрелили.

Тала распирает гордость, жажда силы и чувство мести. Для него музыка – это выстрел, а кульминация – это смерть. В этот раз в пистолете оказалась всего одна пуля, которая предназначалась мне и только мне. Она прошила лоб и я замертво упал на землю истекая кровью.

Так было нужно. Тала ничто не смогло бы отрезвить кроме смерти одного из рода человеческого, ведь он этим живёт и этим дышит. Месть – вот двигатель прогресса! Вот составляющая тамари! За грех одного они мстят всему человечеству, но что это за грех? Смогут ли они нас когда-нибудь простить? Вряд ли…

-Всё здесь ненастоящее… — Тал выбросил пистолет и протянул мне руку помощи, и грех её было не принять. – Даже смерть ненастоящая.

-Верно. – я кивнул и вместо леса появилась до боли знакомая чёрная пустошь, а дырка во лбу затянулась.

-Почему ты мне помог?

-Не смотря на то, что вы, тамари, за что-то ненавидите человечество, мы, люди с Земли, не имеем к этому никакого отношения.

-Значит я на Земле? – Тал устало вздохнул и не спеша зашагал вперёд, а я следом за ним. Спустя минуту молчания мы остановились, и он положил мне руку на плечо, а затем стал смотреть в глаза, словно пытаясь в них что-то понять. – Ты станешь моим приемником?

-Приемником?!

-Да! – В руке Тала появился пистолет, и он его отдал мне, а затем склонил колено. – Я отдам тебе всё своё как отдал бы сыну своему не по праву крови, а по праву выбора. – он выпрямился в полный рост. – Ты принимаешь моё предложение?

Это неожиданно. Я… я не уверен, хотя и понимаю, что Тал хочет мне передать и насколько ценно это наследство. Он собирается сделать из меня воина, достойного великих тамари и передать способность владения телекинезом. В конце концов он предлагает хоть какое-то спасение от одиночества.

-Принимаю.


Из-за отсутствия усталости и желания спать мы с Талом составили самый оптимальный график, позволяющий использовать каждую минуту с пользой. Двадцать часов у нас уходили на тренировки, которые были максимально приближены к боевым условиям, но в первые дни были своеобразные лекции.

-Путь одинокого воина тебе подходит лучше всего. Да, он самый трудный из всех, но в твоей жизни будет куда больше ситуаций, когда придётся положиться только на себя… — это был только первый день и мой учитель решил провести его с разъяснения некоторых важных аспектов. — Твоя сила всегда будет привлекать людей с плохими помыслами и первым делом нужно научиться её прятать.

Я рассказал Талу всё, о чём ему следует знать, дабы процесс обучения шёл как можно проще и с максимальной отдачей. У нас было не так уж и много времени, ведь учёные с каждым днём были всё ближе и ближе к изобретению устройства, способного подавить мою силу.

-Жизнь уже показала, что в нынешнем мире мало кому можно доверять.


Три из четырёх свободных часов уходили на разговоры. Мы бродили по разным местам, начиная от девственных лесов и заканчивая шумными городами, в которых казалось, что даже ночью жизнь не утихает ни на секунду. Это был тридцать второй день ледяной комы…

-За месяц мы смогли сделать то, на что обычно уходят годы, но работы ещё много… — Тал действительно был горд за проделанную работу, но его дрожащий голос и смятение дали мне понять, что не всё так хорошо как кажется и что его что-то тревожит.

Сегодня был мой черёд выбирать место для прогулок и я выбрал кристальную пещеру, где большинство кристаллов могут отображать состояние души, изменяя свой цвет. Кристаллы окрасились в чёрный цвет, а это значит что Тал думает о смерти или о том, что с ней так или иначе связано.

-Ты боишься смерти? – он сорвал этот вопрос с моего языка, впрочем я всё же рад что он первый начал этот разговор.

— Страшнее смерти может быть только состояние овоща. – отрешённо сказал я и остановился. – Вот кем я буду, когда Чёрные вытащат меня из криокамеры.

Чёрными я тогда называл учёных Чёрной Розы, да и всех остальных кто так или иначе имеет с ними дело, а это не только учёные, но и шпионы, солдаты, а то и вовсе политики. Чёрные владеют огромными корпорациями по всему миру и не исключено, что у них есть и кое-что побольше, скажем какая-нибудь страна, но об этом никто и никогда не узнает.

-Надо было мне тогда дать себя убить.

-Если мы всё правильно сделали, то они не смогут даже начать изучать твою силу, пока не пробудят разум… — Тал подошёл ко мне и похлопал по плечу. – На это могут уйти годы.

Он ошибается. Даю максимум полгода, а потом начнётся то, о чём вы немного знаете: пытки, опыты, эксперименты, скальпель в руках безумца и многие бессонные ночи. А ведь и вправду, почему меня не убила Альтер-Селестия? Сейчас бы не мучился.

-Почему ты вдруг решил поговорить о смерти?

Кристальная пещера резко превратилась в серое и безжизненная равнина с обожжёнными деревьями. Солнце клонилось к закату, а серые зябкие тучи медленно заволакивали розово-оранжевое небо.

-Это я. – Тал показал на тело, лежащее возле одного из обожженных деревьев, а затем из его брони вылетел нож и стал чертить своеобразное подобие пентаграммы с множеством магических рун. – Немного взрывчатки, фосфор, термит и Т04. Первые три компонента образуют мощную зажигательную мину, способную прожечь мою броню и кожу, а последний – это газ, убивающий только тамари.

-То есть ты – это плод моего больного воображения? – я испугался и действительно предположил, что Тал на самом деле иллюзия, которую я создал для спасения от одиночества.

-Нет… — уверенно произнёс он, и нож немного покачнулся от лёгкого порыва ветра, смазал несколько рун и разрезал круг пентаграммы, но с новым порывом ветра продолжил чертить. – Разум тамари-мужчин после смерти живёт ещё несколько часов и пока жив разум, приемнику нужно выпить немного крови умершего.

Ритуал. Получается что умерший передаёт приемнику свою магическую силу через кровь… О Господи! Тал мне ничего не говорил про кровь!

-Вижу в твоих глазах смятение и страх, юный воин. Это у вас, людей, называется каннибализмом, но у нас это необходимо, иначе тамари могут навсегда потерять магию. – Тал сейчас серьёзен как никогда. Его слова тяжелы и печальны, словно со мной разговаривает не человек средних лет (тамари похожи на людей), а уставший от жизни старик. – После моей смерти Боги начертили телепортационную пентаграмму и отправили моё тело на Землю, где его подобрали эти ташалы, отвезли к себе в лабораторию и поместили в криокамеру на сохранение.

Ташалы или испорченные, поддавшиеся порокам. Тал видит всех членов Чёрной Розы такими, считает их безбожниками, стремящимися нарушить естественный порядок мироздания и одержимыми жаждой власти над всем человечеством. По правде говоря, мне начинает казаться, что Масонская ложа это далеко не миф, а хорошо скрываемая реальность.

-Выпить твою кровь? Ты же понимаешь, что пусть мы и похожи внешне, но внутри мы разные! У тебя сердцебиение быстрее, пульс тоже, глаза устроены по-другому и вообще я о тебе мало знаю – ты же всегда ходишь в броне! – я сорвался на крик, взял Тала за горло и прибил его к появившейся из воздуха каменной стене. – Появись хотя бы раз без брони или я с тебя её сдеру!

Во мне заиграло отчаяние, страх и гнев. Каждый божий день я вижу Тала при полном параде – старая боевая броня со стальными и кевларовыми элементами, и шлем, из которого видны только глаза и алая кожа вокруг них, а так же несколько бело-жёлтых полос! Каждый раз, спрашивая почему так, он юлит! А мне это надоело! Я хочу правду! Всю правду!

-Ты хочешь моей смерти?

-Я хочу правду!

Я не боюсь ритуала, если он является частью жизни тамари и что без него невозможно сохранить наследие, невозможно сохранить те малые толики магии, что живут в них с древних времён. Я всё же человек, а не тамари и не знаю, как их кровь повлияет на меня. Последствия… только их можно бояться как огня.

-Прости… — я взял себя в руки, подавил отчаяние и отпустил Тала. Мы оба немного сбавили пыл и сели на парковую скамейку.

-Понимаю, мне самому было нелегко, особенно когда ещё на пороге совершеннолетия ко мне во сне явился Расс’тах Алар. — когда речь заходит о вере, голос Тала сам по себе меняется с серьёзного на восхваляющий, свойственный очень набожным персонам.– Тогда он мне наказал: Пробьёт судный час и вспыхнет белое пламя. Оно убьёт тебя, Тал Мора, но ты должен будешь передать свою силу и мудрость отпрыску из ненавистного нами человеческого рода, но другому, не из этого мира.

Что мог чувствовать двадцатилетний тамари в тот момент? Конечно же ненависть, ведь тамари люто ненавидят людей за какой-то грех, который, как мне кажется, связан с нежеланием Тала снять броню. Однако воля Богов важнее каких-то там чувств.

-Спустя десять лет после наказа я получил от отца силу и ушёл из дома. – его голос поник и задрожал, возможно он сейчас даже пытается сдержать слёзы, но это сложно понять из-за закрывшихся пластинами линз шлема. – Я ушёл далеко на север, в Штормовые горы и прожил там двадцать лет, постигая мудрость и силу великих воинов. Ядаже на йоту не смог приблизиться к их мастерству! – теперь слышен гнев. – Бездарность! Почему Боги выбрали меня?! Почему?!

Я положил Талу руку на плечо и почувствовал лёгкость. Он как будто решил выговориться после долгого молчания, хотя что тут сказать – более двадцати лет жил один и даже поговорить было не с кем.

-Посмотри сам! – я резко встал, развёл руками и сделал круг вокруг своей оси, отдаляясь от скамейки. – Посмотри! Ты в другом мире! Перед тобой человек, который никогда и не слышал о тамари! Ты почти справился…

-А толку? Я ничему такому тебя и не обучил…

-Послушай. – я прервал его, иначе бы тут началась полная ахинея со слезами и прочим, а если это начнётся, то затянется на несколько часов. – Ты меня многому научил и на многое открыл глаза. Я никогда не смогу по достойному отблагодарить тебя, но если когда-нибудь я встречу кого-нибудь из твоего народа, то непременно помогу чем смогу.

-Боюсь они убьют тебя раньше, чем ты успеешь сказать хоть слово.

Тамари иногда захлёстывает такая ненависть к людям, что они просто перестают контролировать себя. Если ты видишь тамари с глазами, налитыми кровью, то беги со всех ног и не вздумай оглядываться, иначе смерть.

-Я просто буду помнить, что в следующий раз умру по-настоящему.

Мы засмеялись, хотя ничего смешного из моих уст не прозвучало, наоборот, была сказана вполне серьёзная вещь, но в этом вся прелесть жизни – находить смешное там, где его нет, ведь так?


Пятьдесят два дня. Это почти два месяца и вроде бы такой короткий срок, а я уже готов на стены лезть от тоски и одиночества. Мою голову разрывают разные мысли, душу терзают сомнения и страх, а сердце тоскует по Флаттершай.

Даже в чёрной пустоши есть место для высоких чувств, но так же было место и для Альтер-Селестии, которой мне как раз для полного счастья и не хватало.

Не скажу, что рад этой встрече, но план действий на этот случай у меня уже был давно готов, а этот мир, эта чёрная пустошь сыграет только на руку.

Селестия ещё бы чуть-чуть и полетела бы вслед за Флаттершай, а я этого никак не мог допустить и, поэтому, при помощи телекинеза вырвал у одного из деревьев Вечнодикого леса большую ветку, и она полетела точно в круп этого уже не белого и не величественного создания.

Чернопёрая в воздухе потеряла контроль над своими крыльями, но всего лишь в метре от земли смогла расправить их и спокойно приземлиться. Она изменилась: разноцветная переливающаяся грива превратилась в живое пламя, крылья стали полностью чёрные, а на теле осталось всего лишь несколько бело-розовых полосок.

-Белое солнце кануло во тьму. – удручённо сказал я и в моей руке появился меч, а тело покрыла полностью герметичная боевая броня. – Стоит ли власть всех этих жертв?!

Нас перенесло в Кантерлот, на главную площадь, откуда рукой подать до королевского дворца. Белые стены посерели, золотые верхушки башен потеряли свой первозданный блеск, красиво расписанная крыша выцвела и все окна повыбивало – так сейчас выглядит дворец. Сам же некогда величественный город стал больше похож на пылающий факел с горящими крышами, а улицы были усеяны трупами пони всех мастей.

-Это война, а на войне всегда будут жертвы…

-Эту войну можно было избежать!

Не скрою, меня переполняет ненависть, но Тал учил меня контролировать её, а затем выпускать в бою. А ведь войны действительно можно было избежать, разделив между собой королевские обязанности: Луна заведует ночью, а Селестия – днём. Кое-кто тысячу лет правил в одиночку и вкусил слишком много власти, а когда пришла пора делиться, то она не захотела этого делать, по крайней мере сразу.

-Более тысячи лет назад Луна воспротивилась мне и горько поплатилась за этот проступок. – Селестия топнула копытом по каменной брусчатке в знак серьёзность и как акт устрашения. – Я знала, что тысяча лет заключения её не изменят. Она всегда была у себя на уме и вечно не слушала меня, жила в своём сказочном мире и думала, что всё так просто как кажется на первый взгляд. – она топнула ещё раз и на её крупе проступила новая кьютимарка в виде пылающего солнца, а оставшиеся на её теле белые полосы стали чёрными. – ВОЙНА БЫЛА НЕИЗБЕЖНА!!!

Вот она, сила кантерлотского королевского голоса! Эта сила погасила и вырвала с корнем несколько крыш домов, практически до неузнаваемости изменила площадь, а там где находится железнодорожный перрон, рухнул большой мост. Был бы голос чуть-чуть сильнее и я бы спиной пересчитал всю брусчатку, а после уже и в пропасть полетел.

Теперь мне кое-что понятно. Селестия на протяжении тысячи лет заменяла одни ценности пони другими, угодными ей. Одна часть поддалась, а вторая жила так, как велело сердце, и вот появилось это чудовище – гражданская война. Только это порождение может оправдать убийство собственной сестры и носительниц Элементов Гармонии, ведь они будут в глазах многих предателями, покушавшимися на жизнь солнечной Богини.

-Конечно же она случилась! Это просто часовщик решил пошутить и засунуть в собранный механизм ещё одну шестерёнку! А она явно лишняя! – я всё же не забыл, что мы в Кантерлоте только потому, что мне нужно отвлечь Селестию от Флаттершай, выиграть время для неё. – Угадай, как зовут эту шестерёнку? Селестия! – я ткнул в неё пальцем для пущего эффекта. – Если бы не ты, то никакой войны никогда бы и не было!

-Лицемер!

Селестия гневается. Её пламенная грива начинает медленно закручиваться в торнадо и если она высвободит её энергию, то весь Кантерлот будет пылать и дело не ограничиться только одними крышами. И как на зло небо абсолютно чистое, только цвета до боли знакомые, кровавые.

-Бездушная тварь! – рявкнул я и телекинезом сорвал с головы Селестии корону, а затем пинком отправил эту безделушку прямо во дворец.

Отчаянный, но смелый акт нынешнего представления, а главное что он действует: ярость в Селестии буквально закипела, громкий рык залил половину города, а она едва сдерживала себя от желания вонзить свой чёрный рог в мою наглую тушку. Она не хочет марать копыта и рог, ей куда проще одним ударом покончить со всем этим, а затем сотворить нечто ужасное с Флаттершай.

Нет смысла дальше провоцировать Селестию – она не собирается вступать в бой, а слова не смогут ранить так, как ранит хладная сталь, хотя она бесполезна против огня. Нужен другой подход. Я воткнул меч в землю и вытянул руки в стороны двух домов, расположенных по разные стороны площади и начал творить магию.

-Ну как тебе, не жарко ли?

«До отключения термозащиты осталась одна минута». Вот как мне жарко! Под копытами Селестии уже трескается брусчатка, начинают гореть ближайшие дома и плывёт волнами воздух, а сама она закрывает себя огненным барьером. Ей не нужно торнадо, способное полностью спалить город, ей нужен мощный взрыв, который уничтожит всё и вся. Такому не бывать! Никогда!

-Ты когда-нибудь была в Антарктиде? – процедил я сквозь зубы и немного пошевелил пальцами, а затем ехидно улыбнулся.

В каждом более-менее современном городе есть трубы, а по трубам течёт вода. Вода, как известно, не дружит с огнём, но для такого огня, температура которого более пяти сотен градусов и постоянно растёт, вообще-то не помешают условия космоса. Но тогда Селестия просто исчезнет, а я не смогу вернуться обратно и умру здесь от перепада температуры, а там, в криокамере, от сердечного приступа.

-Сейчас побываешь!

Я соединил ладони и из ближайших домов с жутким шипением и под сопровождение плотных клубов пара полился жидкий азот. Это единственное решение, которое мне пришло в голову – минус двести девяносто семь градусов по Цельсию, конечно же, слабее огненного барьера Селестии, но у неё куда меньше магических сил, чем воды во всём Кантерлоте.

-Я даю слово… — жидкий азот подбирается к огненному барьеру пусть и медленно, но уверенно отвоёвывая у пожирающего пламени камушек за камушком этой разбитой площади. – Что когда-нибудь доберусь до тебя и убью! — азот забирается на барьер и высасывает из него огонь, превращая в хрупкое и податливое ледяное стекло. Селестия орёт от слабости, сопротивляется, пытается вновь зажечь пламя, но её попытки тщетны. – А сейчас ты навсегда уберёшься из моей головы!

Я сжал ладонь в кулак и барьер разбился на осколки, а собравшийся на нём жидкий азот хлынул на Селестию. Она испытывает чудовищную боль и её истошные вопли сами по себе кажутся душераздирающими, но я даже не поморщусь, если скажу, что она это заслужила.

-Я превращу тебя в пепел! – истошно заорала Селестия и я при помощи визора сквозь туман заметил усиливающийся тепловой выброс.

От этого взрыва не сбежать и нигде не спрятаться, благо он не будет таким мощным, каким планировался с самого начала, но моей брони и этого хватит. Я описал рукой круг, а затем рассёк ей воздух, и часть жидкого азота быстро оказалась возле меня и создала барьер.

Три… два… один… бум. Раздался не сколько мощный взрыв, сколько пламенная волна, распространившаяся по всему городу и решившая его превратить в угольки, впрочем ей это удалось. Как только опасность миновала и барьер исчез, я увидел новый Кантерлот, напоминающий собой потухший костёр: большинство зданий сгорело за считанные секунды и превратилось в угли, оставшиеся спешили последовать примеру остальных, а вот дворец и вовсе пылал внутри. Ужасная картина и тут есть…

Арх… Голоса! Этот плач… снова эти душераздирающие крики и мольбы о помощи, прямо как тогда и они… арх… как больно! Арх… слишком много голосов! Их становится больше… я ничего не могу разобрать среди тысяч голосов…

-Пусть скажет один!

-Спаси нас… помоги нам… пусть наши смерти не будут напрасными… — все смолкли, остался один и он тихий, но очень чёткий. – Селестия всех убьёт и… даже её самые верные приближённые… не избегут этой участи.

Если этот призрак говорит об этом, значит Селестию кто-то предаст, и она не станет особо разбираться, а демонстративно вырежет всех и поставит новых на их места. Так сказать, в назидание остальным.

-Луна… принцесса… она поведёт живых в бой… ради свободы… — голос призрака становится слабее. – Прощай… я больше не могу…

-Твоя война окончена, призрак, покойся с миром… Я отомщу за всех вас, даю слово…


Я чувствую себя раздавленным из-за воспоминаний.

Оказывается я уже давно знаком с тамари и имел честь дружить с одним из них. Хороший учитель, прекрасный рассказчик и просто приятный собеседник, которого мне будет не хватать. Спасибо ему за всё, а особенно за телекинез, за это очень полезное наследство.

Вторая и надеюсь последняя встреча с Альтер-Селестией навсегда расставила точки над «И» над некоторыми вопросами. Гражданская война уже два года идёт полным ходом и ей не будет конца, пока одна из сторон не уничтожит другую. Народ сам выбирает свою судьбу: жить в рабстве? или драться до последней капли крови за свободу? Альтер-Селестия будет держать всех в страхе и гнуть свою линию, в то время как Луна будет сражаться за чужой мир против «родной» сестры.

Как не странно, но эти воспоминания породили куда больше вопросов, чем ответов, однако они приоткрыли какую-никакую, но истину. Тал мне говорил про свой народ такую вещь: «Сегодня ты для нас гость, а завтра – заклятый враг. Лучше не злоупотребляй нашим гостеприимством и постарайся сбежать». Теперь понятно, что за чувство не давало мне покоя все эти пять дней и почему времени было мало. Надо бежать отсюда и чем быстрее, тем лучше.

Благодаря инструментам броня полностью восстановлена, все функции работают в штатном режиме, герметичность тоже полная и в медицинском отсеке есть немного лекарства на всякий случай. На поясе висит колба, наполненная водой, и в ней спокойно плавает та самая лягушка, успевшая меня изрядно напугать. На самом деле она не опасна, а наоборот, даже полезна. По сути это что-то вроде персонального врача, восстанавливающего твой организм пока ты спишь.

-Прости, Эли’Не, но у меня другого выбора. – шепотом произнёс я и достал из потайного отделения стола тот самый пистолет, который она на меня уже один раз наставила и засунул его в кобуру. В одном из ящиков лежала запасная обойма, и я её взял с собой. Всяко лучше, чем бродить лишь с одним ножом по неизвестной местности.

В том же ящике лежал и носитель данных, откуда я уже днём ранее перекачал довольно небольшую карту местности, но сейчас стоит скачать и всё остальное, оно может в будущем пригодиться. Так… ага… довольно скудная информация о магии, не больше чем общие факты и какие-то пометки… парочка чертежей каких-то непонятных устройств… а вот это уже интересно! Более глубокая история тамари, которую стоит почитать на досуге!

Эли’Не совсем недавно ушла всё в ту же мастерскую изучать магические руны и появится ближе к утру, но это будет как-то неправильно, если я уйду и не оставлю записку. Бумагой тамари, как известно, не пользуются, и придётся всё написать всё на сенсорном планшете.

Буду краток. Эли’Не, спасибо тебе за то, что спасла мне жизнь и приютила. Спасибо тебе за всё, что ты для меня сделала, но как бы сильно мне не хотелось погостить подольше у вас, я должен откланяться. Ты знаешь почему…

С уважением, Ва’Наэ.

Пусть в их памяти я останусь как Ва’Наэ, как Безымянный, а не как откуда-то свалившийся на их головы жалкий человечишко. Я не люблю быть нахлебником и уж тем более не люблю нарушать данные мною обещания, но и по-другому поступить не могу.

Ещё раз проверив снаряжение и прислушавшись к посторонним звукам, доносящимся откуда-то снаружи, я вышел на улицу и зашёл за стальную коробочку, которую и домом можно уже не называть. Сегодня вообще не самая лучшая ночь для побега – много звёзд и довольно светлое небо, словно сейчас не до боли знакомые тёмные осенние ночи, а летняя белая ночь. Как бы то ни было, обратного пути нет.

В этом городке есть ещё одна проблема – стальные коробки. Большинство из этих своеобразных домиков не придерживаются одного порядка и стоят хаотично. Такой порядок вещей сам по себе непредсказуем и полон сюрпризов в виде вооружённых ночных патрулей, которых желательно избегать.

Я выглянул из-за угла и, убедившись в отсутствии кого-либо, быстро перебежал улицу и скрылся в тени ближайшего дома. Начало положено хорошее, но, как известно, всё начинается хорошо, а кончается всё так же хреново.

На соседней улице раздались шаги, причём довольно тяжёлые, словно этот кто-то облачён в боевую броню… тихий, едва слышимый лязг оружия… магические всплески в воздухе. Кажется это один из ночных патрулей и они где-то неподалёку… прямо за углом!

-Слышишь?

-Слышу, пойдем, проверим.

Два тамари в полном боевом облачении свернули в тот самый угол, где спрятался человек и вроде бы они уже должны были поднять всех на уши, но этому не суждено было сбыться. Он тихо запрыгнул на крышу и вылез с другой стороны, а затем быстро пробежал и через эту улицу.

Все тамари в этом городке знают о том, кого приютила Эли’Не и каждый мечтает его убить просто за то, что он человек и даже спасительница мечтает об этом. Пусть на мне и броня тамари, но она заметно отличается от брони остальных и делает меня бельмом на глазу, белой вороной среди стаи чёрных.

Так, что там у нас на карте? Дальше начинается небольшой квартал, где сосредоточены чуть ли не главные во всём этом городке тамари и где-то там должна быть Эли’Не. На востоке и западе жилые кварталы, собственно я и пришёл с запада. На юге тоже жилые кварталы, но туда соваться тоже опасно, там что-то вроде полицейского участка.

Можно рискнуть и пойти на север, в главный квартал, но там усиленный патрули. На востоке квартал довольно пустынный, но за ним лес, как и на юге, а в лесу сложно затеряться, не смотря на то, что ко мне вернулась ещё часть силы. На западе лишь голые равнины, а по ним далеко не убежишь – слишком заметно, да и подстрелить меня не составит особого труда. Всё равно придётся идти на север – там должны быть болота, а на болотах не так уж и сложно потеряться, да и следы запутать.

Сначала по-тихому через тесные улочки и прячась от патрулей в восточном квартале. Потом по крышам через окраину северного квартала. Признаться честно, мне тяжело: рана на животе всё ещё не зажила, а силы возвращаются слишком медленно. Я прилёг на одной из крыш передохнуть и невольно стал свидетелем довольно жаркого разговора.

-Вы понимаете, что вообще говорите?! – голос женский с неприкрытыми нотами злобы и ненависти. – Вы сами нас учили, что нужно сопротивляться проклятию Древних! Сколько лет мы пытаемся наконец-то поладить с людьми?! Одну?! Две?! Три тысячи лет?! Сколько ещё нужно смертей, просто для того, что бы покончить с этим проклятием?!

-Ни одна смерть не избавит нас от проклятия! – голос мужской, немного басовитый и властный. – Ты это знаешь лучше всех, ведь кроме тебя больше никто не верит в то, что проклятие можно снять! Что толку?! Снимем проклятие, а люди всё равно продолжат охотиться за нами!

Голоса доносятся снизу, но эта коробка не является мастерской! Она вообще не отмечена на карте! Что тут делает моя спасительница и с кем она разговаривает?

-Неужели из-за вашей гордости и страха мы должны убить того человека?! Он может нам помочь! Он может научить нас…

-Нет! – тот тамари резко прервал Эли’Не, явно не желая слушать её. – Он всего лишь ещё один человек, который хочет нас уничтожить! Его нужно убить!

Уничтожить тамари?! Я?! Разве в этом есть какой-то смысл? Люди, которые обитают на этой планете, видят в уничтожении тамари какой-то смысл, а вот человек с Земли, имевший честь дружить с одним из них, считает иначе, он просто не видит в уничтожении никакого смысла. Пусть тот тамари думает что хочет, но на счёт меня он сильно ошибается.

-Он не опасен для нас! Поймите это уже наконец!

-Убирайся! Сегодня я больше не хочу тебя видеть!

И всё же тамари друг к другу относятся как-то бессердечно, хотя, скорее всего я оказался здесь не в самое лучшее время и застал не самый лучший, если не худший пример. Кто знает, может быть у тамари устроено так, что голос представительниц женского пола вообще не имеет никакого веса и всем тут заправляет патриарх? Если так, то Эли’Не не пожелала с этим мириться и врезала патриарху кулаком в живот, а затем развернулась и ушла, еле слышно всхлипывая.

Эли’Не… она пыталась защитить меня! Пыталась вразумить патриарха, но нашла в его словах непонимание и слепую жажду мести за старые грехи человечества. Впервые за эти пять дней во мне проснулась совесть, и она отчаянно просит окликнуть юную тамари, просит забрать её с собой, но это невозможно. Да, она помогла мне, спасла меня, но и чуть не убила, а я не могу пойти на такой риск. В конце концов, она примет правильное для себя решение, как только найдёт на столе планшет с записью и поймёт, что её гость сбежал под страхом смерти.

Как только Эли’Не ушла достаточно далеко, я встал и продолжил хождение по крышам, а спустя минуту уже бежал по выжженной серой земле, отдаляясь всё дальше и дальше от стального городка тамари.

В этом странном мире мне нет места…