Пять дней Фотофиниш.

День пятый. Эпилог.

Холод прошел. Над тихими улочками старого города повисла приятная теплая погода. В воздухе пахло свежестью после страшной ночной грозы. Дворники ворчливо убирали с мостовых упавшие ветки и листья, стекали в сточные люки последние ручейки дождевой воды, не успевшие иссякнуть на протяжении всего дня. Вечер выдался необычайно красивый. Полное облаками небо выкрасилось в приятный рыжевато-розовый цвет. Слегка дул ветерок, разнося по городу пение припозднившихся птичек и шелест мокрых листочков.

На улице царил переполох. Вокруг просторного желтого такси крутились пони с чемоданами, свертками, альбомами и записными книжками, сложенными в маленькие коробочки. Голден Гласс, сильно натужившись выгружал вещи из квартиры вниз, к подъезду. Клауди с присущей ей щепетильностью раскладывала их по машине настолько удобно, насколько это возможно. В этом помогала ей и Фотофиниш. Она была одета по-походному удобно, будто собиралась в долгую дорогу.

Так и есть. В ее неприкрытых очками глазах читалась некоторая эйфория, вкупе с ужасной, давящей грустью разлуки. Баррен Бридлток расстроенно курил в стороне, иногда не в силах сдержать скупую мужскую слезу. Он боялся даже повернуться в сторону уезжающей кобылки. Он был чувствителен, как и многие музыканты, хоть на его жизнь и легло много трудностей и незаслуженной критики. Фотофиниш же вела себя совершенно спокойно и доброжелательно.

— Только не разгромите мне все тут. Я вас Знаю. – голубая пони добродушно усмехнулась, похлопав пегаску по плечу.

— Еще раз огромное спасибо вам, мисс Фотофиниш. – распинался Голден Гласс. – Такой подарок воистину очень щедр.

— Главное, чтобы тебе и моей девочке было здесь хорошо. А за меня можете не волноваться. Фэнси Пэнтс продаст мой дом, и я смогу нормально обустроиться на новом месте.

— Вот уж никогда бы не подумал, что ты можешь принимать такие дерзкие решения. – расстроенно промычал Баррен. – Я так рассчитывал на то, чтобы погостить у тебя какое-то время, я так скучал…

— Тогда, может, поедешь со мной? – заманчиво спросила голубая пони. – Я знаю одну деревушку у моря. Уверена, ты соберешь там кучу песен.

— Даже не знаю, — покраснел композитор, — это так неожиданно… Но, пожалуй, я соглашусь! – Смурное настроение серого жеребца в один момент переменилась на почти детский восторг.

— Правильно, правильно! – добавила Клауди. – Поезжайте. Вы даже не представляете, как там здорово!

— Клауди! – окликнула ее голубая кобылка. Не успела пегаска повернуться, как тут же оказалась в ее объятиях. – Я… буду скучать по тебе, родная. Все это время ты была мне словно дочерью. Счастья тебе… Твоя мама гордилась бы тобой.

— Я люблю тебя. – бледно-желтая пони сильнее прижалась к опекунше, по ее щеке прокатилась маленькая прозрачная слеза.

— Что же… — Фотофиниш последний раз окинула взглядом новоиспеченную пару. – Живите счастливо, не забывайте меня. Возможно, и я заеду к вам на недельку другую погостить, если время позволит. Здесь меня больше ничего не держит. Я поняла, что теперь я могу творить, не опираясь на чужое мнение, я поняла, что ты, Клауди, уже совсем взрослая и сама построишь свою жизнь, Гласс позаботится о себе… Со всеми долгами и работами я рассчиталась… — все застыло в странном молчании. Пони смотрели друг на друга с грустью, еле сдерживая эмоции. Вот он – момент расставания. Фотофиниш еще раз полностью оглядела свою ненаглядную Клауди, которую она отпускала в свободную жизнь. Вот и все, обещание выполнено. Теперь её девочка действительно нашла свое счастье, которое только предстоит найти пони-фотографу. Не то, чтобы она завидовала… Даже если она и испытывала хоть каплю зависти, она была бы белой, радостной. — Теперь в добрый путь?

— Вы ангел! – растрогавшийся Голден Гласс ласково обнял пони-фотографа.

— Ну, что ты… — Фотофиниш села на заднее сиденье такси. За ней же мигом юркнул осчастливленный предстоящим путешествием Бридлток. Двери автомобиля тихо захлопнулись.

Клауди и Гласс еще долго бежали за машиной, улыбаясь сквозь слезы, крича в дорогу приятные напутствия, благодарность, признания в любви. Фотофиниш выглядывала из открытого окна, махала копытом провожающим, улыбалась, иногда смахивая слезы. В конце концов, такси набрало скорость и их силуэты стали уменьшаться, уменьшаться, уменьшаться… Фотофиниш ехала в новую жизнь. Только теперь она поняла, чем же помогал ей Джером на протяжении всех этих дней. Он дал ей возможность попрощаться с прошлым, отпустить старое и открыть себя для что-то новое, пусть это даже и возвращение на родину. Она ехала в неизвестность, она не знала, увидит ли она еще эту парочку, забудут ли они свою ворчливую покровительницу, подарившую им собственную квартиру, будет ли в её жизни Баррен, встретит ли она Джерома… Фотофиниш была уверена на все сто процентов, что все будет хорошо, и все будут счастливы.

А мимо проносились дома, пони, идущие с работы в свои квартиры, кафе и рестораны, из которых доносилась музыка…