Весенняя лихорадка

Весна. Для кого-то это пора рассвета жизни, благоухания, беззаботности, но не для Большого Макинтоша

Биг Макинтош

Fallout: Equestria. Параллельность

Дэниэл Эванс, он же Курьер, он же Одинокий Странник, прошёл множество приключений, боёв, испытаний, взлётов и падений. Дважды выживал после смерти, видимо, ему сопутствует удача и он ею всячески пользуется. Попасть в параллельную пустошь, населённую разноцветными пони, которых постигла та же судьба, что и человечество? Вот так везение на пятую точку нашего авантюриста. Найдёт ли наш Странник дорогу домой в «Куполе»? И узнает ли Дэниэл в другой, в каком-то смысле родной пустоши что-то новое?

ОС - пони Человеки

Обретенная Эквестрия. Часть 3. Хранители

Операция "Обретенная Эквестрия" началась. После того как Искорка нашла свою маму, ничто уже не мешало друзьям отправится в тяжёлое путешествие к заброшенной стране пони. Впрочем скоро выяснилось, что добраться до Эквестрии - плёвое дело по сравнению с тем ворохом проблем которые следует решить, причём немедленно, ибо время работает против наших героев...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Другие пони Человеки Бабс Сид

Миссия Рэйнбоу Дэш: спасти Эквестрию

Рэйнбоу Дэш отправится в далёкую страну, чтобы предупредить опасность, грозящую Эквестрии.

Рэйнбоу Дэш Принцесса Селестия

Временный жеребец

Минуэтт наметилась любой ценой провести приятное свидание с приятным жеребцом. Твайлайт же хочет, чтобы та прекратила сеять хаос и разрушения в пространственно-временном континууме. Тут-то и начались сложности.

Твайлайт Спаркл Колгейт

Оловянный солдатик

Ранней осенью жители Понивилля готовятся к главному событию года – «Ночи падающих огней». Впервые за тысячу лет. Пони Эквестрии снова вспомнят не только красоту окружающей их Вселенной, но и ее опасность, пока трио принцесс пытается разобраться с загадками таинственной находки, найденной в снегах Кристальной Империи. Но богини и не подозревали, что это была лишь вершина того айсберга, который маячит на горизонте уже довольно давно. Никто не мог предвидеть, что их ждало «Посещение».

Флаттершай Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Дискорд Человеки Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Неудачная встреча

Доктор Хувс и Дитзи отправляются на рядовую прогулку в прошлое, однако непредвиденные обстоятельства сильно меняют их планы.

Дерпи Хувз Другие пони Доктор Хувз

Материнский корабль

Рождённая на планете-колыбели Эквестрийской Конфедерации, юная Старлайт всегда с мечтой смотрела в небо. Далекие звезды манили кобылку, и если бы раньше, лет сто назад, она могла лишь грезить о таком, то сейчас достаточно было сесть в кресло пилота огромного звёздного корабля и забраться в такие дали, о которых ни один пони не слышал. Стоит лишь пожелать...

Заколдованная библиотека

Все мы любим легенды и сказки, даже если прекрасно понимаем, что они очень далеки от реальности. Аликорны сражаются с духом хаоса? Древняя принцесса, заточённая в библиотеке под деревом, ждет, когда её найдут? Чудесные и весьма очаровательные истории, но они всё же не более правдивы, чем рассказы про Дэринг Ду и им подобные. По крайней мере, Рэрити так думала раньше.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Дискорд

S.T.A.L.K.E.R Equestria

В этом произведении я попытался соединить мир My little pony и мир S.T.A.L.K.E.R. На сколько удачно у меня это получилось - судить Вам. Добро пожаловать в мир My pony S.T.A.L.K.E.R.

Другие пони

Автор рисунка: Devinian
Глава 11 Глава 13

Глава 12

Крэлкин сидел в своей комнате перед раскрытым настежь окном и скучающе смотрел на редкие снежинки, падающие с черных туч. Город суетился в преддверии непогоды и, казалось, не знал, что делать. Взрослые недовольно смотрели вверх и, мрачные, как зависшие облака, молча шли по своим делам, зато детишки веселились, бегая друг за другом на улицах, так как школы были закрыты в связи с чрезвычайной ситуацией.

В комнате за спиной чужака сидел император и смешивал за столом спектру с разноцветными порошками. Сзади и дело раздавались сдавленные хлопки и шипение. Закончив смешивать очередной отвар, Гресмит давал пони выпить его и записывал, что тот ощущал.

– Чувствую себя подопытной крысой, – пожаловался Крэлкин, после того, как грифон протянул бутылочку с зеленоватой жидкостью.

– На тебе безопасно тестировать что-то новое, – отмахнулся император. – Если произойдет какая-то непонятная магическая реакция – она выйдет наружу.

Жеребец вздохнул, понимая свое зыбкое положение, и понюхал жидкость. Она пахла тиной.

– Ты не думаешь, что надо уже заняться магией, зависшей над твоей страной? – поинтересовался он, неспешно глотая неприятный тягучий отвар.

– Еще не время, – сухо сказал Гресмит и цыкнул языком. – По правде сказать, я никак не могу найти источник. Этот единорог придумал целый лабиринт, чтобы скрыть свои следы. Несколько тупиковых веток уходит даже в Эквестрию. Но теперь сигнал четкий, и я могу выследить его. Остается только подождать.

– Кстати, уже две недели, как появились эти тучи? – поинтересовался жеребец.

– Ага, – отмахнулся грифон и подхватил блокнот. – Что чувствуешь?

– Жжение в желудке, – пожаловался земной пони и пожал плечами. – А так вроде ничего.

Грифон сделал несколько пометок и отложил бумагу.

– Что-то не могу понять, что делаю не так, – в задумчивости потянул он.

– А что ты вообще делаешь? – без интереса спросил чужак.

– Пытаюсь изменить твой генетический код, – произнес император. – Хочется посмотреть, смогу я сделать тебя аликорном без магии или нет. Или хотя бы пегасом.

– Ты делал аликорнов? – изумился Крэлкин и скривился, скосив глаза на зелье.

– Нескольких, – кивнул собеседник и посмотрел в окно за чужака. – С магией любое изменение живой материи становится простым.

– И зачем тебе вообще подобные отвары? – поинтересовался чужак и отложил пузырек в сторону.

– Интереса ради, не более того, – пожал плечами Гресмит. – Хочется узнать, насколько я понимаю химию и генетику.

– И тебе не нужно решать государственные дела?

Гресмит перевел недовольный взгляд на чужака.

– Есть Гидеон, пусть и решает, – отозвался он. – Не все же ему прохлаждаться. С Эквестрией-то я закончил, а срочных дел, кроме непонятной погоды, в империи пока что нет. Да и ее я скоро решу и погружусь обратно в пучину безысходной скуки.

– Тебе книги писать, – хмыкнул Крэлкин.

– Пройденный вариант, – отмахнулся грифон.

Пони замолчал, слушая очередной перезвон склянок, шипение и хлопки. Он смотрел в окно и размышлял: Висио ли устроил погодное представление, и если да, то зачем? Встреча с этим единорогом в империи оказалась для него полной неожиданностью, а ночной разговор поставил столько неудобных вопросов, что он не знал, нужны ли ему ответы. Единственное, что он мог сказать наверняка: Висио и грифоны задумали свергнуть правительство. Но каким образом оранжевый единорог хотел растрезвонить о мощи Эквестрии всему миру – не понимал. Первое, что ему приходило на ум – это участие Целеберриума или другой организации, которая выступит основным атакующим звеном, в прямом противостоянии с Гресмитом.

– Ты еще можешь читать мои мысли? – внезапно поинтересовался жеребец.

Грифон сзади притих. Повернувшись, чужак увидел скривившегося императора.

– Ты что-то скрываешь? – поинтересовался тот, медленно положив на стол склянки.

– Я просто хочу понять, насколько я защищен от магии, – попытался оправдаться пони. – И от твоей в частности.

– Нужно понимать природу магии, чтобы быть от чего-то защищенным или нет, – пространно заявил венценосный и вздохнул. – Я не первый год живу. Выкладывай все, что знаешь.

– Ну… – замялся пони.

Крылья грифона подернулись облачком магии, и у него в лапе появился длинный нож.

– Я понимаю, что ты не хочешь говорить, – устало произнес Гресмит, – но… я могу разделать труп в течение двух минут. Так что рассказывай по-хорошему.

– Висио в империи, – выпалил чужак.

– Что-то еще? – беспристрастно поинтересовался император. Казалось, новость об оранжевом единороге его нисколько не удивила.

– Ты знал о Висио? – изумился жеребец.

– Конечно, знал, – отмахнулся собеседник. – Появился тут чуть больше двух недель назад. Бегает по столице в камуфляже, но никому не досаждает, потому не трогаю его. Скорее всего, ищет, где можно достать спектру. Пытается скрыться, используя защитные заклинания, но во время сна его магия слабеет.

– И ты даже знаешь, что его сюда привело?

– Наработки, которые остались тут после изгнания? – Крэлкин неуверенно кивнул и отвернулся. – Было вопросом времени, когда он за ними заявится, – заявил венценосный. – Это все, что ты хотел мне сказать?

– Пожалуй, да, – облегченно вздохнул жеребец.

– Нет, – сказал грифон.

– “Нет”? – переспросил чужак и скосил глаза на Гресмита.

– Ответ на твой вопрос, – пояснил тот. – Я не могу читать твои мысли. Да и не хочу.

Император разжал лапу и нож испарился.

– Как ты с ним познакомился? – спросил Крэлкин.

– С кем? – без интереса спросил собеседник.

– С Висио, – отозвался чужак. – Мне бы хотелось узнать об этом.

– Висио… – потянул грифон и вернулся к своему занятию. – Было очень трудно с ним расставаться. Почему он стал экспериментировать в населенном пункте? Пустошей много… А как мы встретились… Он уничтожил один из пограничных кораблей и его доставили ко мне на ковер. Хотя скорее он сам был не прочь встретиться.

– Пограничные корабли огромные, – заметил жеребец.

– Об том и речь, – кивнул император. – Потому он и попал под мой пристальный взгляд. Я проинспектировал его силу магии в поединке, и понял, что нашел жемчужину. Тогда я стал с ним заниматься. Могу заметить, что Висио – самый искусный единорог, с которым мне довелось встретиться в этом времени. Винил и рядом не стоит, к сожалению, а ведь я вложил в нее немало средств и сил.

– Неужели Висио настолько силен?

Гресмит остановился, не донеся щепотку красноватого порошка до колбы, и пристально посмотрел на жеребца, словно пытаясь прочесть мысли. Крэлкина передернуло.

– После моих тренировок, – ответил он через несколько минут, – Висио мог единолично уничтожить Целеберриум. Но его искусность в магии – лишь верхушка айсберга. Как оказалось он еще и искусный актер. Гремучая смесь: сильнейший единорог, который мог проникать в любые лазейки, втираться в доверие любым существам и наносить удар из-за спины. Насколько я знаю, он довольно часто бегал по поручениям Целеберриума на самые опасные задания. Они закалили его характер и оставили десятки шрамов, из-за которых он довольно сильно комплексовал.

– Что-то я не видел на нем ни одного шрама, – с сомнением заметил жеребец.

– Потому что первым делом при изучении спектры он избавился от них. Как узнал о свойствах зебриканской выжимки поподробнее, не отходил от нее ни на шаг, а когда я открыл ему небольшую библиотеку Изабора…

– Ты открыл Висио библиотеку Изабора? – удивился чужак.

– Не полностью, конечно же, – парировал венценосный. – Дал пять книг. По подробному описанию получения из разнообразных растений драгоценного сока, по приготовлению оперирующих отваров и по физиологии пони. И он загорелся идеей универсального зелья для умножения волшебной силы единорогов. Не знаю, чего он хотел добиться, но создать такое зелье он не смог. По крайней мере его прототипы были очень слабые и неконтролируемые.

– А такое зелье вообще возможно создать? – поинтересовался жеребец.

Гресмит вновь вернулся к работе.

– Изабор в свое время повсеместно им пользовался. Подпитывал женских особей, которые, по его мнению, должны были родить аликорнов. Кстати, Изабор первый из всех пони, кто догадался, что рождение аликорна-жеребенка напрямую зависит от потенциала магии матери. Целеберриум сейчас выискивает пони с большим запасом энергии и пытается их скрещивать с разными жеребцами. Они называют это селекционной программой.

– То есть, Твайлайт потенциально может родить аликорна?

– Нет, – покачал головой грифон. – И не сможет. По крайней мере в таком виде. Но Целеберриум не знает нюансов, и потому поломал судьбы не одного пони. И Висио тоже он судьбу поломал. Если бы не Целеберриум, Висио никогда бы не внедрил в свой организм бомбу замедленного действия.

– Ты это о чем? – поинтересовался Крэлкин и повернулся к императору.

– О болезни пегасов, – пояснил тот. – Рано или поздно она прикует его к кровати, и тогда он станет легкой добычей для врагов. А врагов он нажил много. Пока он в рассвете сил, будет творить все, что вздумается, но потом я займусь им лично. Хотя нравится он мне, черт его раздери. Силой с Майтом не сравнится, но вот в искусности управления энергией может и потягаться.

– А с Изабором?

Гресмит устало вздохнул и посмотрел недобрым глазом на собеседника.

– Если Висио может уничтожить небольшую армию, – объявил он, – то Изабор мог уничтожать целые континенты. Он специализировался на создании вирусов, которые косили население, не хуже чумы. Он никогда не разменивался на точечные удары и всегда накрывал огромнейшие территории. Он мог управлять погодой во всем мире единолично, создавать спектру из воздуха… Я могу часами говорить о том, что он мог. Его уровень недостижим для обычных единорогов. Не сравнивай его с Висио или Целеберриумом, или чем-то еще. Я потому и держу его тело у себя, уж слишком он ценен. Никто не заслуживает вечной жизни, кроме него.

– Если он такой идеальный, то почему бы тебе не возродить его?

– Я, конечно, могу, – криво усмехнулся император, – но боюсь, что он неконтролируемый. Он всегда был сам себе на уме, одиночкой, чужаком, отшельником… Он относился к миру, как к вещи для достижения своих целей. И он всегда всем мстил, особенно миру. Как-то он воздвиг целый горный хребет, только потому, что ветер сдул его записи, над которыми он трудился целый день. Из-за этого поменялась тамошняя экосистема, целым видам пришлось искать себе новый дом… Но его это не волновало. У него была сила изменить то, что он видит. Природа прогибалась под его величием.

– И когда же такого монстра ты собираешься выпускать? – с подозрением поинтересовался Крэлкин.

– Когда найдется сила, которая будет способна с ним справиться, – пояснил Гресмит. – Или для возрождения расы пони. Я все же не исключаю, что их уничтожат.

– Радужные прогнозы, – мрачно отозвался чужак.

– Реальные, – парировал венценосный. – Иногда не хватает трезвого взгляда на ситуацию. Вот взять хотя бы облака над моей империей. Почему именно в конце весны? Да и кто вообще на меня напал? Я могу допустить, что это какой-то ненормальный единорог-забулдыга, у которого нет четкого плана, если бы не некоторые нюансы всей этой истории.

– Нюансы? – с интересом спросил жеребец.

– Во-первых, все цветет, – пояснил Гресмит.

– Что цветет?

– Трава, кусты, деревья. Все цветет. – Чужак посмотрел на улицу и вновь обратил взгляд на грифон. – У нас в империи кончился основной посевной сезон, и некоторые поля засаживаем наново. Померзнет урожай – нечего будет кушать, а отсюда бунт. Во-вторых, прибытие Висио. Только после его появления в моей стране начался катаклизм. То же самое могу сказать про Винил и тебя. Что-то подозрительно много пони приехали в одно и то же место в одно и то же время и запустили колесо судьбы.

– Я ни в чем таком не участвую, – мгновенно заявил чужак.

– А я тебя и не подозреваю, – хмыкнул правитель. – Я уже давно все необходимое прочитал у тебя из мозгов еще при первой встречи. Ты не знал ни о магии, ни о Висио.

– То есть, ты подозреваешь Висио? – уточнил чужак.

– Я говорил, что за ним слежу, – напомнил император. – Это не он.

– Тогда?..

– Я не собираюсь строить догадки, – заявил Гресмит. – Нет, я, конечно, могу предположить, что это операция Целеберриума, но это не его почерк. Последователи Луны, Селестии… Я не знаю, кому Империя Грифона насолила настолько, что на нее напали в открытую. Единственное хорошо, что сегодня до конца дня я точно скажу, откуда и кто направляет магический поток. А дальше будем разбираться с хулиганом. Главное, чтобы урожай не померз, иначе придется на Собрании Четверки поднимать неприятные вопросы и просить помощи.

– Не любишь просить помощи?

– Не люблю, но если урожай померзнет, я могу предъявить ноту протеста Эквестрии и потребовать возместить ущерб. Сделай я такое – у пони могут быть проблемы, а мне нужна сильная независимая Эквестрия. Потому не буду пока что дергаться. Обращусь с просьбой в обмен на какие-нибудь безделушки. Меня беспокоит не это, а ты.

– Я? – удивился жеребец.

– Кажется, кто-то играет тобой против меня, – в задумчивости произнес грифон. – Кто-то о нас знает. Знает, что мы люди. И зачем-то свели вместе.

– И кто может знать о нас? – осторожно осведомился чужак.

– Тот, кто умеет читать мысли, – отозвался собеседник. – Взять хоть аликорнов. Я с Селестией неоднократно встречался, а ты вообще живешь с ней. Моментов для чтения мыслей было предостаточно. Это также может быть и ее сестра. Мой последний визит ознаменовался ее возвращением из изгнания. Она тогда на меня подозрительно смотрела и сканировала магией ежесекундно. Странная особа. Слышал я, что она изменилась… Впрочем, какая разница? Ни Селестии, ни ее родне не сдалось нападать на меня. Если не они, то я могу подозревать своих учеников.

– Это может быть любой единорог, – заметил жеребец.

– Не любой, – покачал головой Гресмит. – Чтение мыслей нетривиальное занятие. Немногие единороги обладают такой магией. Да и не просто единорога нужно искать, а тех, с кем я и ты пересекались. А потом отбросить всех, кому это ненужно. Остается ноль.

– Тогда и теория твоя может быть высосана из пальца, – с ухмылкой заметил Крэлкин.

– Может быть, – легко согласился император. – Но уж слишком много совпадений.

– Значит, на тебя кто-то официально напал? – подытожил Крэлкин.

Он выглянул в окно и посмотрел на свинцовые тучи.

– Напал, – подтвердил грифон. – И почему-то мне меньше всего верится, что это единороги.

– Но ведь ты только что обвинял Целеберриум и какие-то другие организации.

– А это не похоже на них? – поинтересовался Гресмит. – Мы видим магию, а единственные истинно магические существа – единороги. Впрочем, не только они овладели искусством управления миром.

– Ты о чем?

– Зебры. – Император на мгновение замер и посмотрел на потолок. – Они специализируются на спектре, отварах и даже порой создают очень интересные артефакты. Если зачинщики они, – ухмыльнулся он и посмотрел в глаза собеседнику, – то мы найдем не живое существо, а вполне себе стабильное нечто. Возможно, если повезет, даже сгусток энергии.

– То есть, ты чем-то задел зебр? – уточнил пони.

– Нет, просто мысли вслух.

Жеребец посмотрел на замковый двор. Ветер носил белую пыль по всей площади, у стен стали собираться маленькие снежные сугробы, а стражники переминались с лапы на лапу и иногда вздрагивали.

– Сегодня вечером все кончится? – спросил он.

– Сегодня все кончится, – кивнул император. – Если мне лень не будет.

Гресмит выхватил из ящика новую банку со спектрой и поставил перед собой. Внезапно его крылья вспыхнули огнем, и грифон принялся лапами прибивать огонь лапами, недовольно ворча под нос. Чужак с интересом посмотрел на развернувшуюся картину, дождался, пока венценосный справиться со своей проблемой и поинтересовался, что это было.

– Я нашел зачинщика, – оповестил тот. – Энергия, правда, оказалась мощнее, чем я предполагал. Но тем не менее ее структура мне кажется знакомой.

– И где он находится?

– Прямо под замком, – тупо произнес император и в задумчивости продолжил: – Странно, что я его раньше не заметил.

– Пойдешь туда?

Грифон вновь поднял глаза к потолку, потом посмотрел на банку со спектрой и скривился. Его крылья на мгновение объяла аура, и он, открыв емкость с магической субстанцией лапами, вылил немного жидкости в одну из колб.

– Так ты не пойдешь? – вновь спросил чужак.

– Сейчас придут специально обученные грифоны и все сделают, – терпеливо объяснил Гресмит. – Все равно принесут мне зачинщика. Живого или мертвого. – Он немного подумал и добавил: – В рабочем состоянии или нет. Кто его знает, с чем они там столкнутся.

– А если их там…

– Элитных воинов в одежде, которая схожа с твоим магическим щитом? – скептически отозвался император. – Ну, даже их там уничтожат, что с того? Нарушителям только хуже. Я-то церемониться не буду.

– Раньше с тобой…

– Я раньше тоже не церемонился, – перебил Гресмит, бросив щепотку желтого порошка в колбу и смотря на реакцию. – Просто ты был сильнее меня и был готов ко всему. Теперь я бью точно в цель, без промаха и возможности капитулировать или удрать с поля боя. Мир поменялся, ты же пытаешься его мерять старыми мерками. Согласись, что ты ничего не знаешь ни об Эквестрии, ни об Империи Грифона.

– Не знаю, – со вздохом согласился жеребец. Развалился на подоконнике и высунул в окно копыто в надежде поймать снежинку.

– А хочешь узнать?

Чужак внезапно выпрямился на стуле и, не разворачиваясь, пытался понять слова Гресмита. «Что он предлагает? И нужно ли ему что-либо взамен? Бесспорно нужно, но что тогда его интересует? Опять будет заливать про правильное управление Эквестрией без аликорнов и предлагать власть? Он должен понимать, что он не добьется своего».

Внезапно в дверь постучались, и в комнату зашел старый серый грифон. Он выглядел потрепанно, но решимость во взгляде выдавали в нем сильного, волевого и полного энергией подчиненного. Как только незнакомец зашел, Крэлкин отметил у него длинный безобразный шрам на задней лапе и протезированную металлическую переднюю лапу, скрытую длинным рукавом черной куртки. Гресмит же не обратил на пришедшего ни малейшего внимания, продолжая возиться с зельем.

– Вот карта, – произнес император, и перед мордой старого грифона появился свиток, который тот моментально схватил и, развернув, впился глазами. – Зеленый код. Полная свобода действий. Жизнь в приоритете. Любая. Команда из пяти членов. Свободен.

Гость ничего не сказал, коротко кивнул и бесшумно удалился.

– Нравится он мне, – с симпатией произнес венценосный. – Тихий и грамотный исполнитель. Надо будет его семье подбросить какой-нибудь подарок. За службу главы семьи. Посмертно.

– Ты его убьешь? – изумился чужак.

– Его время прошло, – пожал плечами Гресмит. – Чего ты хотел от жизни? А умереть для него на задании – благое дело. И у внуков герой будет. Будут в школе хвастаться.

– Не понимаю я тебя, – вздохнул чужак.

– Стране нужны герои, я их создаю. В чем проблема? – изумился венценосный. – Каждое имя на счету.

– Создаешь героев на крови? – поморщился пони.

– Моя страна не доросла еще до того уровня, когда героев можно создавать, никого не убивая, – терпеливо пояснил грифон. – Да и кому какая разница? Герои есть, их почитают, улицы их именами называют, книги про них пишут. Как они появляются – третий вопрос. Всех устраивает такое течение жизни.

– Может, просто никто не говорит, – заметил жеребец.

– А это уже не мои проблемы, – отмахнулся венценосный. Он взял высохшую травинку и принялся тщательно рассматривать ее. – Сказали бы – подумал бы, как сделать по-другому, а пока жители будут сидеть и на кухнях решать что хорошо, а что плохо – не будет никакого толку. Мы же сами из такого времени. Сколько воды утекло, а до тебя до сих пор не дошло?

– Странно жить в твоей стране, – пробурчал чужак.

– Зато стабильно, – отмахнулся Гресмит. – И гораздо интереснее, чем в Эквестрии.

Император поднес к глазам колбу, пристально взглянул через стекло и цыкнул языком. Он покачал головой и отбросил пузырек в сторону. В тот же момент комнату тряхнуло от взрыва, и жеребца едва не выкинуло в окно ударной волной. Он свалился со стула и с недоумением осмотрелся. Грифон, словно ничего не случилось, сидел на месте и смешивал уже новую спектру. На стене в центре красовался черный след, от которого тянулся вверх тонкой струйкой дымок.

– Ты чего? – ошарашено спросил пони, поднимаясь и залезая обратно на стул.

– Хотел выпить? – оскалился собеседник.

– Смешиваешь, не пойми что, – недовольно проворчал Крэлкин.

Венценосный промолчал, продолжая заниматься своим делом. Прошло несколько часов, и земной пони попробовал еще несколько отваров, гадких на вкус и вызывающих лишь непонятное жжение в разных частях тела. Город накрыла темнота, и грифон многозначительно посмотрел на настенные часы над входом. Он нахмурился, продолжая свою работу, а спустя несколько минут откинулся на спинку стула и изрек:

– Герой готов.

– Что? – не понял чужак.

– Говорю, что всю группу положили, – пояснил крылатый. – Не ожидал я такого отпора. Я что-то стал сомневаться, что мне противостоят исключительно магические создания. Придется самому разбираться с незваными гостями.

– Это не Висио? – моментально поинтересовался Крэлкин.

– Нет, – покачал головой Гресмит. – Он сейчас в другой части города.

– Я хочу пойти с тобой, – заявил жеребец.

– Хочешь лишиться головы? – с недоумением поинтересовался грифон.

– Мне интересно, кто тебя не боится. Да и посмотреть, на что ты способен, хотелось бы.

Император поднялся, пристально посмотрел на чужака и, нахмурившись, бросил:

– Я тебя не приглашаю. Но и запрещать тебе ничего не буду. Увяжешься за мной – твои проблемы.

Гресмит посмотрел в окно и цыкнул языком. Жеребец соскочил на пол, набросил накидку и последовал за венценосным, который уже вышел из комнаты и куда-то направился.

Они петляли по дворцу несколько десятков минут, опускаясь все ниже и ниже. С каждым этажем лоск становился скуднее, а обстановка беднее. В самом нижнем подвале, расположенном на добрых пять этажей ниже первого, вообще убранства не было: лишь голый камень да деревянные и металлические опоры. Освещения вначале было мало, а добравшись до темницы, дорогу освещали только факелы, слабо справляясь со своей задачей. На пути попадались редкие стражники в тяжелых латных доспехах, которые приветствовали императора и недоуменными взглядами провожали венценосную особу.

Подойдя к старой двери в дальнем коридоре, Гресмит оглянулся и открыл ее. За ней была лестница, ведущая вниз и скрывающаяся в темноте. Не говоря ни слова, крылья правителя вспыхнули, озаряя ветхие ступеньки, и он двинулся дальше. На полу в пыли четко были видны следы предшественников. Крэлкин сглотнул и теперь уже не знал, правильно ли он поступил, что увязался за грифоном. Грифон же жесткой, уверенной походкой продолжал двигаться дальше, словно его не ничего заботило. Он был настроен решить проблему, несмотря ни на что.

– Что собираешься делать с нарушителем? – поинтересовался жеребец.

– Это не живое существо, – оповестил император. – Мощный артефакт. Слишком рано дернулся, теперь добыча может соскочить.

– Хочешь сказать, что заклинатель не появится?

– А зачем ему на смерть идти? – устало спросил крылатый.

– Значит, это может быть и Висио? – в задумчивости потянул чужак. – Оставил тут артефакт, а сам удрал на безопасное расстояние.

– Чего ты к нему прицепился? – поинтересовался Гресмит и холодно взглянул на собеседника через плечо. – Знаешь что-то, чего не знаю я?

– Да я как-то запутался, – признался Крэлкин. – Я его знаю еще с Целеберриума. Черствый, сухой и безразличный ко всему единорог. Но после изгнания он полностью изменился: заботился о жителях города, всем вокруг помогал, даже если это был жеребенок. А когда дрался с “Крыльями”, был похож на тебя.

– Его поперли из Целеберриума? – мрачно бросил грифон, ни к кому не обращаясь. – Теперь понятно, почему он сюда сунулся.

– Думаешь, Целеберриум его сдерживал от этой поездки?

– Сдерживал ли его Целеберриум? – усмехнулся император. – Ты про него ничего не знаешь. Целеберриум его сдерживал… Как бы не наоборот.

– Да, я про него ничего не знаю, но и знать не особо хочу, – с вызовом произнес земной пони. – Главное, чтобы он держался подальше от меня и моего окружения.

Гресмит немного замедлился и снова посмотрел холодным взглядом на попутчика.

– Не узнаю я тебя, – произнес он через несколько минут. – Не хочешь знать ничего про одного из ключевых персон этого мира? Раньше ты за эту информацию мать бы продал, а сейчас: “не хочу знать”, “главное, чтобы не трогал меня”. Как девочка.

– Раньше и времена были другие и нравы отличались, – пробурчал Крэлкин.

– И людьми мы были, – продолжил грифон. – Ты готов встретиться с сильнейшей магией в мире? – поинтересовался он.

– К такому нельзя подготовиться, – пожал плечами чужак. – Когда дело имеешь с магией, всегда найдется что-то такое, что потрясет.

– На самом деле магия не такая уж многогранная, какой ты ее рисуешь. Но риски огромны, это факт. А для тебя – тем более.

– Мне магии можно уже не бояться.

– А обвалившегося потолка до сих пор стоит, – заметил император.

Они спускались еще несколько минут, пока впереди не замаячил свет. Подходя ближе, свет только усиливался, появился тихий свист, и вскоре Гресмит прекратил использовать магию освещения. Выход из лестницы вел в огромное куполообразное помещение. Попав туда, чужак некоторое время привыкал к свету и слышал, как недовольно фыркает император.

Проморгавшись, Крэлкин осмотрелся и увидел посреди пещеры большой не ограненный зеленоватый кристалл, объятый красным облачком магии, из которого бил столб света в потолок. Отчетливо слышался пронзительный тонкий свист. Больше ничего вокруг не было. Венценосный тоже некоторое время осматривал помещение и, расправив крылья, залетел за кристалл. Чужак последовал за ним и увидел, как император склонился над телами грифонов.

– Их убила не магия, – потянул тот.

– А что?

– Пули.

– “Пули”? – с недоумением переспросил Крэлкин.

– Да, обычные пули, которыми стреляет огнестрельное оружие, – раздраженно бросил собеседник. – Значит предатели все же внутри. Но им явно помогают. Вопрос лишь в том: кто?

Внезапно Гресмит сорвался с места, устремился к чужаку и закрыл его голову крылом. Послышался железный звон, и жеребец отпрянул. Венценосный застыл, вперив взгляд в одну-единственную точку. Его крыло объяла аура, и стена, куда был направлен взгляд, взорвалась. Мелькнули несколько теней, скользнувшие за кристалл.

– Я бы не стал там скрываться, – предупредил Гресмит.

– Зачем ты спас балласт? – послышался шипящий голос.

– Это хотите знать вы или заказчик? – поинтересовался император.

– Теперь нам тоже это интересно. Самый жестокий грифон в нашей стране спас какого-то пони. Очень интересно, что же вами двигало, ваше величество.

– Вы понимаете, что живыми отсюда не уйдете? – спросил Гресмит.

– Понимаем.

– И интересуетесь такой мелочью? – поддельно удивился венценосный. – Похвально. Скажите, вы ведь не рассчитывали меня победить?

– Не рассчитывали, но это и не наша забота.

– Значит, я все же встречусь с заклинателем, – оскалился крылатый. – Это единорог или зебра?

– Так мы тебе и сказали! – со злобой рявкнул другой голос. – Я бы тебе сам брюхо вспорол, если бы мог.

– С чего столько злобы? – надменно поинтересовался Гресмит, и крыло его объяла аура. – Вы предали свой народ, а теперь на меня нападаете? На того, кто хочет спасти страну?

– Мы хотим спасти страну от тебя!

– А в чем виноваты простые граждане? – с нажимом спросил император. – За что они заслужили голодное лето и зиму?

– Что ты несешь? – прорычали из-за кристалла.

– Из-за ваших безрассудных действий весь урожай померзнет, – сообщил правитель.

– Невысокая цена, чтобы уничтожить тебя. Нам все о тебе рассказали, и о вашей династии.

– “Династии”? – с недоумением спросил Гресмит и посмотрел на чужака. – Ты что-то об этом знаешь?

– Ага, – промямлил жеребец, отступил на шаг и боязливо уставился на вопрошающего.

– А я почему не знаю?! – громогласно рявкнул император. – Что вообще творится в моей стране, если даже какой-то пони знает больше меня?!

– Ты станешь историей, – прошипел первый голос.

– Ты еще ответишь за ложь, – злобно произнес венценосный, обращаясь к жеребцу, и перевел взгляд на кристалл. – А с вами пора кончать, как и с неконтролируемой магией.

Рядом с крылом грифона появился небольшой красный шарик. Чужак отступил еще на несколько шагов и заметил, как крылатый осматривает местность.

– Ты ведь здесь! – рявкнул он. – Выходи. Вечно прятаться у тебя не получится. Иначе я разнесу к чертям этот кристалл.

Никто не ответил. Лишь негромкая перебранка, заглушаемая свистом, доносилась до ушей. Грифон фыркнул, отвел крыло назад и словно рукой швырнул магический шарик в цель. В мгновение ока магия долетела до кристалла, но остановилась в нескольких метрах и исчезла. В тот же момент над бывшими людьми послышался взрыв, и огромные камни посыпались вниз. Гресмит развернул щит, однако его, словно покрывало, что-то утянуло в сторону. Грифон цыкнул языком, взмахнул крыльями и устремился вверх, магией отталкивая булыжники.

Крэлкин почувствовав тяжелые удары каменных глыб о пол и сжался, словно стараясь уменьшиться. Пещеру тряхнуло, и чужак едва удержался на ногах. Когда все закончилось, он увидел, как император устремился за грифонами, и те бросились врассыпную. Жеребец смотрел несколько минут, как его знакомый ловит нарушителей по одному, увиливая от града пуль, и бросает на пол поверженных противников. Внезапно чужак почувствовал, как к его шее прикоснулось что-то холодное, и он дернулся.

– Спокойнее, – просипел знакомый голос. – Ты мне еще нужен живым.

Скосив глаза, земной пони увидел красного единорога с грязной голубой гривой. Он мгновенно узнал Старсвирла. Тот тяжело дышал и, казалось, едва стоял на ногах.

– Что с тобой? – поморщился белый жеребец.

– А вот и заклинатель! – проревел сверху император, и его крылья загорелись пламенем.

– Оставайся на месте или!.. – Старсвирл попытался одернуть Гресмита.

Огненный столб, подобный драконьему пламени, обрушился на двух пони. Крэлкин попытался отбежать, но его оттолкнул единорог, отпрыгивая от пламени, и он упал. Поднявшись, он попытался отпрыгнуть, но пламя его настигло раньше и полностью поглотило. Жеребец зажмурился, ожидая почувствовать чудовищный жар, однако даже тепла он не чувствовал. Крэлкин осторожно открыл глаза и увидел, как огонь бьет в пол, проходя сквозь него и разливаясь лужей. Рядом очутился император, закрывая его от противника.

– Значит, показался-таки, – прошипел Гресмит, как только огонь исчез. – Не выдержало сердце?

– А ты не почувствовал меня, – хмыкнул Старсвирл и ухмыльнулся. – Стареешь?

– Это не относится к делу, – недовольно отозвался грифон.

– Ты даже не представляешь, насколько это относится к делу, – оскалился единорог.

– Мне стоит расценивать твое нападение, как акт агрессии Целеберриума на мое государство? – осведомился правитель. – Или считать это актом агрессии Эквестрии?

– Можешь расценивать его как хочешь, – отмахнулся Старсвирл и кашлянул. – Я здесь просто помогаю некоторым знакомым.

– Помогаешь свергать законную власть?

– Сегодня ты законная власть, а завтра – нет, – оскалился единорог, и Гресмит нахмурился. – Разве это не твои слова? Я все о тебе знаю, – оскалился Старсвирл.

– И что же маленький рогатый может знать обо мне?

– Например, что ты того же вида, что и Крэлкин, – слащаво заявил лидер Целеберриума.

Чужак дернулся и посмотрел на венценосного, но, казалось, тот даже ухом не повел.

– У меня клюв, а у Крэлкина нет даже крыльев, – рассудительно заметил грифон и сделал шаг вперед. – Как же мы можем быть одного вида?

– Можешь говорить, что хочешь. – Старсвирл, улыбаясь, попятился. – Я знаю о тебе все.

– Просто слова, – отмахнулся император. – А вот ты, между прочим, хотел меня свергнуть. Сдашься по-хорошему или по кусочкам привезти в Эквестрию?

– Ты хотел свергнуть Селестию! – рявкнул единорог, и рог его охватила магическая аура. – Ты не имеешь права угрожать мне!

– Это ты не имеешь открывать пасть в моем присутствии! – возопил правитель.

С рога Старсвирла сорвалось заклинание. Гресмит закрылся крылом, и оно срикошетило в стену. Единорог еще немного попятился и окружил себя куполообразным щитом.

– Всё? – удивился император. – Нападений больше не будет? А кто-то говорил, что меня тут должны были остановить или даже убить… Скучно с вами, великими затейниками. Свергнуть они власть хотят. Не доросли еще до этого. Вы и с Селестией не справитесь. Каков смысл был вообще создавать такой сильный артефакт, если я его могу его уничтожить одной атакой?

– Ты этот кристалл не тронешь своей грязной лапой, – прошипел Старсвирл и встал между кристаллом и императором.

– Значит, у нас тут несколько больше смертников, чем я предполагал, – рассудительно заметил Гресмит. – Как же тебя сюда закинуло, глава клана Старсвирла Бородатого? Чего лично ты хочешь добиться от всей этой ситуации? И не неси чушь про помощь каким-то знакомым грифонам. Они убийцы, и я их буду судить, как убийц. И приговорю к смертной казни, потому что никому, кроме меня не позволено забирать в этом мире жизнь.

– Особенный? – прокряхтел единорог. – Самоуверенный осел.

– Выговорись, давай, – подначивал августейший. – Хоть перед смертью скажешь, что думаешь. Всем вокруг лгать довольно трудно, не так ли? Врешь близким, правящим особам, мне. Вся твоя жизнь – сплошная ложь.

– А твоя? – огрызнулся глава клана. – Ты вообще не должен существовать. И Крэлкин не должен тут быть. Вы лишь аномалия и не должны иметь власти в этом мире.

– Если бы не было меня и Крэлкина, не было бы и вас и всего этого мира, – парировал император. – Ты должен быть благодарен мне и этому земному пони, что можешь вообще жить. Как бы ты хотел умереть? Ты довольно влиятельная фигура в теневом мире Эквестрии, так что обычное убийство тебе не пристало. Я могу выполнить любое твое пожелание, но не забывай, что все в моих лапах.

– Иди ты в жопу! – рявкнул Старсвирл, и Крэлкин едва сдержал смех, настолько эта фраза была смешной. – Я обещал, что защищу эту дискордову каменюку, и я не отступлю!

– Обещал? – поддельно удивился крылатый. – Кому? Грифонам? Ты вообще имеешь хоть какое-то отношение к созданию этого магического артефакта?

– Это не твое собачье дело!

Гресмит нахмурился, и его взмахнул крыльями. Он скользнул к единорогу настолько быстро, что Старсвирл не успел среагировать, как грифон уже оказался внутри щита и схватил его за рог. Пони попытался вывернуться, но император его дернул вниз, и, вскрикнув от боли, глава клана упал. Магическая защита пропала, и венценосный потащил жертву к кристаллу.

– Думаешь, что у меня магия заключена в крыльях? – кровожадно поинтересовался грифон и облизнулся. – Какие же вы единороги наивные.

Старсвирл рычал и пытался вырваться, но Гресмит пресекал все попытки на корню. Наконец, он дотащил жеребца до камня и приложил к магическому артефакту вторую лапу. Император скривился и отпустил жертву. Единорог моментально подскочил и отпрыгнул.

– Висио, – прорычал он. – Это ведь он тебя подбил на защиту?

– Я тебе ничего не скажу! – рявкнул единорог.

– Да что вы все тугие такие? – страдальчески вопросил венценосный. – Я же мысли читать умею.

– Не выйдет, – прошипел красный жеребец.

– Еще как выйдет. А теперь отвечай, если не хочешь, чтобы я узнал о тебе всю подноготную.

Старсвирл с ненавистью посмотрел на противника и с чувством плюнул на пол.

– Значит, по-хорошему не получится, – вздохнул император, и его крылья объяла аура.

В тот же момент аура объяла и рог единорога. Старсвирл осклабился и отступил на несколько шагов. Гресмит нахмурился и с железом в голосе поинтересовался:

– Значит, ты понял, как я использую магию?

– Хитрый способ, но ничего фантастического.

– Тонкая работа с материей, скажу я тебе, – фыркнул грифон. – Раз я не могу вытянуть из тебя информацию, то ты мне не нужен. – Правитель кровожадно оскалился и облизнулся. – Мясо у единорогов сладкое и не требует никаких специй.

– Тварь!

Гресмит поднялся на задние лапы, и в его лапах появился длинный нож. Он неспешно направился к жертве, подбрасывая оружие и ловко хватая его за ручку. Несколько заклинаний слетело с рога, но грифон, словно шутя, отбил их лапой, и магия растворилась, не долетев до стен.

– Не стоит делать лишних движений, – скалился император. – Только усугубишь ситуацию. А будешь дергаться – лезвие соскользнет на болевую точку…

– Я думал, что ты вначале займешься проблемой, – раздался новый голос.

Крэлкин подскочил от неожиданности и стал осматриваться, но венценосный, как шел вперед с кровожадной ухмылкой, так и продолжал свой неспешный путь. Старсвирл пятился, раскрыв перед собой щит, и судорожно осматривался, словно ища выход. Чужак, никого не увидев, обратил взгляд на противников. Они уже успели отдалиться от кристалла, и жеребец решил посмотреть на него вблизи.

Аккуратно переступая через тела грифонов, пони подошел к артефакту. Рядом с камнем дул сильный ветер, закручиваясь вокруг магического источника ураганом, трясся сам воздух, и Крэлкин чувствовал, как все внутри тоже затряслось. Приложив копыто к шероховатой поверхности, он почувствовал тепло.

– Даже твой щит не справляется с выделяемой магией, – усмехнулся кто-то над ухом, и жеребец моментально обернулся, однако вновь никого не увидел.

«Показалось?» – подумал он и вернулся к артефакту. Внезапно сбоку что-то сверкнуло, и император очутился у Крэлкина, словно его кто-то переместил. Старсвирл тяжело дыша, уселся и прикрыл копытом кровоточащую рану на передней ноге.

– Ладно, покажись! – потребовал Гресмит. – Надоело, что ты в прятки играешь. Или не мешай, коли боишься.

– Здесь есть кто-то еще? – осторожно спросил чужак.

– Заткнись! – рявкнул венценосный, и тот отступил от него.

Крылья грифона снова объяло пламя, и встревоженный голос произнес:

– Не стоит горячиться, иначе пострадает целый город. Это не простой кусок александрита с большим количество энергии. Все гораздо сложнее.

– Так выйди и объясни! – потребовал правитель.

Над Старсвирлом в нескольким метрах появился оранжевый аликорн с яркой зеленой гривой. Он размеренно махал крыльями и с усмешкой смотрел на грифона и земного пони. Чужак моментально узнал Висио и открыл от удивления рот, не в состоянии вымолвить и слово, зато Гресмит расплылся в кровавой улыбке.

– Значит, обзавелся парой крыльев? – поинтересовался венценосный, и его крылья объяла аура. – И где же ты их достал?

– Это очень интересная и поучительная история, – изрек крылатый единорог.

Со скоростью стрелы, Гресмит ринулся вперед, Висио ответил тем же. Они столкнулись на полпути магическими барьерами, которые выставили перед собой, и некоторое время просто смотрели друг другу в глаза. Барьеры искрили и трещали. В какой-то момент грифон взмахнул крыльями в стороны, и чужак ощутил слабый порыв ветра. Старсвирл упал, и император отступил. Он сложил крылья, уселся прямо на пол недалеко от Крэлкина и удовлетворенно произнес:

– Теперь поговорим начистоту, лидер Целеберриума.