Ксенофилия: Shotglass оneshots

29. После

Это был тихий вечер в Кантерлотском дворце. Не компанейский и приятный, когда просто тихо. Но всё же и не такой спокойный, когда никого нет дома и стоит звенящая тишина. Ведь то была тишина, когда приходят после похорон, когда никто не может говорить ни о чём, и просто держаться ближе друг к другу — это всё, что может сделать семья. Жеребята плакали, пока не уснули. Список дел принцессы Твайлайт был очищен на несколько дней вперёд. Капитан Рэйнбоу Дэш вышла в отпуск по семейным обстоятельствам. Леро же давно отошёл от профессиональной деятельности, хотя время от времени доставал свой набор инструментов, чтобы помочь по замку.

— Я всегда думала, что это буду я, — Рэйнбоу Дэш нарушила молчание. Её слова прозвучали, словно признание. — Я никогда бы не подумала… — она замолчала, опираясь на руки Леро. Его пальцы прижались к её шее, поглаживая мех.

Твайлайт пыталась придумать что-то, что могла бы сказать. Хоть что-нибудь. Но не смогла. Она знала, что на её месте не должна быть она. С тех пор как Вознеслась. Возможно, даже с тех пор, как она носила элемент магии. Возможно, если бы знала, этого не случилось бы с ней и её скорбящим табуном.

Возможно, даже никогда.

Твайлайт плотнее обернула крылья вокруг Леро и Рэйнбоу Дэш. Новая Принцесса продолжала расти, пока не смогла смотреть Леро прямо в глаза, да и её крылья выросли соответствующе. Она осторожничала, никогда не пыталаяь узнать, как быстро может летать. Во всяком случае, не там, где Рэйнбоу могла её увидеть. Или даже почувствовать себя ущемлённой.

Принцесса Эквестрии — да. Старшая-кобыла — нет.

Леро наклонил голову вниз, чтобы прижаться щекой между ушками Рэйнбоу Дэш. Его волосы были отчетливо белые, но ещё не покинули его. Он не мог найти каких-либо слов. Он не смотрел на кобылок.

Его отношения с Лирой были не такими, как с другими в табуне — спокойными, скорее будучи наслаждением-в-компании-друг-друга, чем чистой энергией любви Рэйнбоу или почти жеребячьим желанием Твайлайт держаться близко хоть к кому-либо.

Внезапность всего этого до сих пор потрясала его. Всего два дня назад, Лира пела в музыке Гармонии, танцуя по коридорам с половиной жителей замка, распевая удивительно шумную песню о Пути Покоя. Её дочь, дочь Леро, красивая маленькая единорожка Минерва Хартстрингс, попросила Лиру, чтобы та научила её так зажигать. Минерва напевала с закрытым ртом, чтобы позволить Леро услышать, что он мог, из песни Лиры…

В ту ночь Лира умерла во сне. Случайность, сгусток крови от простого ушиба, небольшое препятствие, что каким-то образом попало ей в мозг. Они все спали в объятьях, вместе в ту ночь, тепло и уютно. Утром, лишь трое из них были тёплыми.

Рэйнбоу Дэш содрогнулась, отвернувшись от её товарищей по табуну, а затем начала плакать. Не громко, причитая и вереща, но честно, бессильно поддавшись слезам и не пытаясь сопротивляться. Леро постучал костяшками пальцев по её шее, и лишь слезы скользили по её меху беспрепятственно.

Твайлайт прижалась щекой к Рэйнбоу.

— Там где она, я знаю, она до сих пор любит нас, — сказала она голубой пегаске. — Если бы ты была первая, я знаю, ты бы тоже любила.

Слёзы Рэйнбоу Дэш продолжали течь в течение минут, и никто не говорил ни слова. Наконец, глаза высохли, и она набралась сил отринуть водянистый призрак, сменяя его своим обычным напускным безразличием.

— А Леро? — затем она задрожала, и сильно прижала крыло к боку Леро. — Ты, не смей уходить раньше меня, — прошептала она.

Твайлайт снова потёрлась об мокрую щеку Рэйнбоу Дэш.

— Леро имеет иммунитет ко всем патогенам в Эквестрии, — подчеркнула она. — Нет ничего, что могло бы пристать к нему. Он… ну… Леро? Что ты думаешь, что произойдет, когда ты умрёшь?

Леро поцеловал Рэйнбоу Дэш в макушку, а затем так же Твайлайт. И тихим голосом сказал:

— Иногда я думаю, что… если вы очень, по-настоящему хороший, а кто-то там, наверху, очень, по-настоящему любит вас… то вы проснётесь в чудесном мире волшебных пони, которые покажут вам, что такое настоящая любовь.

Рэйнбоу Дэш повернулась и уставилась на него, а затем обхватила копытами вокруг плеч и крепко стиснула.

— Ты не умер, Леро. НЕ ты. Ты здесь со мной, с нами.

Леро пришлось постараться, чтобы сделать вдох, но он лишь в ответ обнял свою кобылку.

— Если бы я был там, Рэйнбоу, это было бы лучшими Небесами, что могли бы быть. С тобой. Всеми вами. И нашими детьми. И всеми. И если Лира ушла в другой мир раньше нас, я знаю, что она будет ждать нас.

И Рэйнбоу Дэш, и Твайлайт Спаркл, обе они рыдали об утрате сотабунницы, и Леро поддерживал их как мог.