Ксенофилия: Shotglass оneshots
66. Зено-филия — все ближе, но никогда не досягаема
Леро, человек, который несколько месяцев назад был вырван из своего родного мира и заброшен в Эквестрию группой скучающих ктулху, лежал в своей постели, свернувшись калачиком между Рейнбоу Дэш и Твайлайт Спаркл, членами его табуна и любовницами.
Сон с пони имел свои недостатки. Активная фаза сна обычно вызывала у кобылок бурный метеоризм, и когда Дэш начинала во сне сдвигать свой хвост, Леро знал, что произойдет. У Дэш была привычка, когда она спала, крепко прижиматься к Леро, и издавать звучный взрыв, который посылал поток горячего влажного зловонного воздуха катящегося по его ногам, и как только он с отвращением отодвигался, охвостье буквоежки Твайлайт начинало дрожать, играя громким эхом: её газы были теплее, чем у Дэш, с некоторым постоянным соотношением, Леро оценивал его, как пять к четырем.
Это продолжалось как игра в пинг-понг, с особым упором на понг. Леро задавался вопросом, говорили ли их задницы друг с другом, пока они спали, и о чем мог быть этот разговор. Говорила ли задница Твайлайт о правильном соотношении метилов для получения наиболее проникающего зловония? А что касается задницы Дэш… он не был уверен как ей удавалось усиливать пердеж, но он был уверен, что она могла это сделать.
Тем не менее, они были его табуном и он любил их. Слеза катилась по его щеке, и не только вонь была тому причиной. Осторожно выпутавшись из-под них, Леро встал, чтобы принять душ и вымыть ноги.
По мере того, как горячая вода текла по его телу, Леро размышлял о том, насколько прекрасна была его жизнь с тех пор, как его занесло в Эквестрию. Хорошо, что его человеческая семья была так легко забыта, но особенно ему повезло, что девяносто процентов мужского населения пони погибло в древние времена от ужасной чумы, которая заставляла своих жертв, крича, просить о смерти; отвратительные язвы покрывали их тела, а судороги ломали им кости. И, с тех пор, соотношение полов, в полном согласии с эволюционной теорией Ламарка, сохранилось в том же состоянии. Избыток кобылок предоставил Леро простые правила игры, как только он свыкся с выменем и запахом пердежа от сена.
Странно… жеребцы были так бессильны в этом обществе, но они по-прежнему не могли избежать грубого поведения, когда им нравилась какая-либо кобылка. Даже учитывая это, Леро не имел убедительного объяснения, почему две самые могущественные и знаменитые героини совершенно не могли найти себе серьезного хвоста, пока он не появился. Кто-то наверняка присматривал за ним. Он протянул руку, чтобы предложить невидимому творцу брохув…
К его изумлению, его кулак соприкоснулся с настоящим копытом, которое внезапно просунулось через окно душевой. Леро вытащили на улицу и поставили голым и обтекающим перед группой жеребцов, главным среди которых был Биг Макинтош, который и вытащил его. Собравшиеся жеребцы явно чувствовали себя не в своей тарелке.
— Э-э, Леро, нам нужно поговорить с тобой, — протянул Биг Мак.
Леро, окруженный голыми жеребцами и осознающий, насколько они превосходят его по размеру, быстро схватил кружевную занавеску с окна и завязал её грубой набедренной повязкой.
— Эм… конечно. Какие планы, ребят?
— Э… ну… — сказал Биг Мак, закатывая глаза в небо и почесывая спину своей гривой, — Эт’ не так просто ’казать, но мы должны ’казать те’, что… ну, ребята в Эквестрии уже слышали о том, чт’ ты уже путаешься с третьей из Элементов и Лирой, и ’ще было много разговоров, мол они не были так хороши для остальных нас от Мейнхеттана до Фаллабеллы, они все дивят’ся, какие ж мы жеребцы, если не можем не отставать от, гм, маленькой обезьяны, только без обид…
— Биг Мак, давай перейдем к делу, — сказал Тандерлейн. — Помнишь, мы все согласны. Леро, мы иногда проводим эту специальную церемонию, когда мы смазываем маслом товарища и посыпаем его золотой пылью в знак нашего уважения и восхищения… И, эмм…
— Погоди, — сказал Леро. — Ты хочешь позолотить меня?
— А ха-ха! Да, вот именно. Мы хотим позолотить тебя. Тебе только нужно пойти с нами, у нас уже все приготовлено для этого на отдаленной поляне в Вечносвободном…
— Звучит забавно! — сказал Леро. — Дайте только мне сначала надеть штаны. Здесь достаточно холодно, чтобы отморозить себе яйца, если вы понимаете, о чем я…
— Эм… — сказал Тандерлейн. — …хорошо.