Антрополог

Четверг, часть 5

— Ну?

— Что «ну»?

— Даже о двери не спросишь?

— А зачем?

— Эхх. — раздражённо вздохнула Лира. — А я уж думала, это весь день будет повторяться.

— Э-э-э… не понял?

— Ничего-ничего. Я и так выжала из неё уже достаточно.

Она схватила карниз и ещё больше скотча, чтобы укрепить её понадёжнее.

— Так мне начинать или подождать, пока ты закончишь? — спросил бурый жеребец.

— Я слушаю, Тайм Тёрнер. — сказала Лира, накладывая полоски липкой ленты.

— О, ну, да, хорошо. — ответил он отвлечённо. Он, конечно, предпочитал спокойные разговоры с глазу на глаз, но как и многие пони в этом безумном городке, Лира могла быть непредсказуемой. Во всяком случае, сильнее обычной кобылки. — Как ты знаешь, Джесси и Джеймс, которые несколько месяцев после «инцидента» жили со мной и моим табуном, скоро уйдут. И моя семья немного нервничает по этому поводу.

— Ну, Голден Харвест не хотела упускать Джеймса из виду после того, что он сделал с её морковными грядками. Не удивительно, что она затаила на него обиду, ведь это было её гордостью и поводом для радости. И возможно она думает, что он и свой родной мир подожжёт.

— Да, мы с Дёрпи поражаемся, что она не похоронила бедняжку в остатках своего огорода. Хотя это скорее из-за чувств, которые она испытывает к Джесси.

— Эта хищница растопит сердце у кого угодно. — Лира хихикнула. — Кстати о ней, вы же поддерживаете протеиновую диету?

— Да. — жеребец гордо кивнул. — Мы даём ей то количество мяса, которое прописал ей доктор. Хотя то, как она уплетает его… Я удивлён, что она не похожа мячик. — на его мордочке вдруг появилось виноватое выражение. — Хотя, строго между нами, недавно мне пришлось перейти на корм для животных из-за того, кажется, что все охотничьи животные разбежались, а свиньи Эпплов ещё не готовы для… ну, эм, скотобойни.

— В том, что животные разбегаются, скорее всего виноват Филлип. А что до корма, то и он сойдёт, если там, конечно, достаточно мяса. — сказала Лира, придирчиво посмотрев на него.

— Конечно, конечно. — ответил Тёрнер, нервно усмехнувшись. — Иначе две мои прекрасные кобылы заметили бы.

Выражение мордочки Лиры поменялось на удивлённое.

— Ты им не сказал? Ты хоть понимаешь, как это глупо? Как они сами-то не заметили?

— Ну, — сказал он, поглаживая свою гриву и опустив взгляд. — Я вроде как объяснил им, что нашёл нового поставщика и нам больше не надо резать мясо. А они лишь улыбнулись и поцеловали меня.

Лира неожиданно усмехнулась и приложила копытце к губам.

— Эм, Тёрнер, думаю, они уже знают. И просто разыгрывают тебя.

Бедный жеребец простонал, и его плечи опустились.

— Я подозревал это. Они пока подыгрывают мне, а потом обрушат всё это на меня, поймав будто жеребёнка, крадущего печенье. Хотя иногда они правы, я считаю.

Хоть Лира всё ещё и улыбалась, ей стало жалко жеребца. Его гордость кормильца семьи таяла на глазах, и всё потому, что он покупал корм для животных для своих гостей. Харвест и Дёрпи любили розыгрыши, но играть с гордостью жеребца, словно с медленно варящимся яйцом — это уже слишком. Не говоря уже о том, что это походило на одно из клише, что можно встретить в дешёвых романах.

А Лира яро ненавидела такие клише.

— Ну, ну, Тёрнер. — она подошла к нему и погладила по плечу. — Ничего такого. Твои кобылки просто не подумали. Они не хотели тебя расстраивать. Чёрт, если бы они знали, как это тебя заденет, то как следует извинились бы.

Тёрнер вздохнул и слегка покраснел.

— Знаю, но было бы лучше, если бы моя гордость не была растоптана. Словно картофелина, которую сварили только для того, чтобы сделать пюре.

— Я-я-я бы не использовала такую метафору, но смысл верен. — сказала Лира с злобной ухмылкой на мордочке. — А теперь, что насчёт того, чтобы вместо помощи тебе быть посредником между разъярённой кобылкой и озлобленным подростком, я помогу нанести такой ответный удар, от которого эти кобылки упадут на свои крупы, а тебя за это отменно наградят?

Жеребец широко раскрытыми глазами долго смотрел на мятную пони перед тем, как вновь заговорить.

— Т-ты серьёзно?

— Что? — Лира слегка обиделась. — То, что я сама кобылка, ещё не значит, что я буду всегда на их стороне. И ещё, у меня должок перед этой почтальоншей за тот трюк с гремучей змеёй в конверте.

На мордочке Тёрнера появилась улыбка, может даже шире, чем у Лиры.

— Что я должен делать?

И так, за заплатанной дверью, двое начали строить планы.