Автор рисунка: aJVL
Глава 2. Вайлдсайд

Глава 1. День жеребят

Пожалуй, глава покажется чуть скомканной, но надеюсь я еще вернусь к истории Брайтлайт, единственной сияющей в расе Демикорнов. А потому, в начале она родилась, выйдя из оков льда.

Их крылья, кожистые, перепончатые и местами надорванные, дрожали от нетерпения. День, который многие ждали и лишь немногие оказались избранными для него, наступил и несколько десятков разбившихся на пары существ стояли у входа в темную, словно заполненную вязкой тьмой, пещеру.

 — Сегодня мы найдем как минимум трех. — Сказал один из стоящих, нетерпеливо постукивая копытом по камню. Статный жеребец, почти целиком закованный в прочную и укрепленную полосами броню, вглядывался в тьму так же пристально, как она сама, возможно, вглядывалась в его сердце. — Если удача улыбнется нам, то намного больше.

 — Помнится ты говорил то же самое в прошлый раз, но мы нашли всего одного. — Насмешливо ответила ему стоящая рядом крылатая кобылка, щурясь своими небесного цвета глазами. Глубокого зеленого цвета, словно мокрого мха, шкурка была опоясана обручами со странными символами, слегка светящимися электрическим светом.

 — Говорил тогда, повторюсь и сейчас, мы найдем троих, я предчувствую это. — Он втянул воздух носом и улыбнулся. — А моё предчувствие почти всегда срабатывает, ты же знаешь об этом.

Кобылка только качнула головой из стороны в сторону, развевая на слабом ветру свою легкую, цвета свежей травы, гриву. Ему не хотелось спорить. Особенно в этот день, ему просто хотелось снова ощутить этот холод пещеры и успеть найти то, зачем они туда шли прежде, чем холод начнет сковывать тело. Он вздрогнул и проверил на груди амулет, такой же, как были на остальных. Янтарный глаз с крыльями переходящими в цепь на шее. Легкое прикосновение и в теле стал разливаться жар, словно в жилах стала медленно тлеть его кровь. Бодрящее ощущение. Раскрыв перепончатые крылья, он с наслаждением смотрел на скользящие по венам огоньки пылающей магии. Магии их богини.

 — Все готовы? Мы входим... — раздался грубоватый и жесткий голос, принадлежащий кобылке по старше, массивнее, но при этом притягательно статной и воинственной. Даже сейчас она стояла в вызывающей позе вглядываясь куда-то в темноту, не обращая внимания на стоящего рядом жеребца по-мельче. — Кто идёт впервые, напоминаю еще раз. Жар-артефакты не отключать, постоянно сверяться с ограничителями, начинаете мерзнуть — уходите оттуда немедленно, даже если ничего не нашли. Всем понято? Каждая пара имеет одну попытку... восстановление после посещения пещеры — несколько лет. Каждый из вас уже долго ждал этого момента, но именно поэтому, я еще раз напоминаю, не переходите черту за которой мы не найдем новых и потеряем тех, кого имеем.

Стоящие у входа молчаливо кивнули. Одна пара плавно скрестила крылья и вступила в тьму первой. Вязкая поверхность, на миг показавшаяся зеркальной, поглотила их как стоящая вертикально лужа темной и липкой жидкости.

 — Не первый раз, но все время кажется, словно в этой тьме можно задохнуться. — Тихо отозвался один из жеребцов и качнул из стороны в сторону шипастым хвостом. — Скорее даже захлебнуться...

 — Привыкнешь, еще несколько раз и тебя это начнет бодрить. — Весело подмигнув ответил ему закованный в броню жеребец, приоткрывая крылья и покачивая ими из стороны в сторону. — Ты лучше подумай, какая радость охватит тебя, когда ты найдешь хотя бы одного...

 — Не надо Вайлдсайд... — Одернула его стоящая рядом зеленая кобылка. — Он...

Она прошептала что-то на ухо тому, кого назвала по имени и тот резко изменил выражение на мордочке, стараясь скрыть скользнувшее сочувствие. Колеблющийся у входа жеребец был из тех, кому не выпадала удача и в добавок, его напарница пропала, зайдя слишком далеко. Когда её нашли, было уже поздно что-то делать. Она ждала до последнего, но артефакт истощил её всю без остатка. И все надеялись, что последняя её вспышка не дала ощутить, как холод превращает её каменеющее тело в мелкие осколки.

 — Не надо. — Повторила она и отойдя в сторону ободряюще провела по спине молодого жеребца крылом. — Не думай ни о чем, просто доверься чувствам и сердцу, пусть они ведут тебя во тьме. Со всем нами наша богиня, она не позволит повториться такому.

Еще одна пара вошла в зев пещеры. Тьма поглотила и их так же, молчаливо и величественно сойдясь за ними, сделав их бледными силуэтами растворяющимися в глубине пещеры.

 — Мы следующие, Вайлдсайд. — Тихо проговорила зеленоватая кобылка и дотронулась до своего амулета. — Пусть нам повезет... Не знаю, что хуже, думать что они все еще там, в холоде и тьме или верить, что мы нашли всех и наши усилия уже напрасны.

Жеребец лишь улыбнулся на её слова. Эти мысли посещали и его. С каждым найденным, он надеялся, что это последний, но каждый раз отправляясь в пещеру так же хранил надежду найти еще, хотя бы одного. * * *

 — Они нашли! Они нашли еще одного! — Прокатилось по рядам существ, тыльные стороны рогов которых, блестели металлом и, чьи тела опоясывали, стягивали и покрывали, почти полностью, амулеты, обручи и кольца, броня и кандалы артефактов. Из темного зева пещеры, из нехотя отпускающей их темноты, тянущейся словно липкая и вязкая жидкость, оставляя темные полосы и пятна на шкурках вышли двое. Статный, но уставший и дрожащий от холода жеребец и почти висящая на нем зеленая кобылка, крыло которой казалось промороженным насквозь, настолько безжизненным и блеклым оно было.

 — Держись Айсфлорин, мы уже вышли... ну же, держись, всего несколько минут без артефакта, ты можешь выдержать и больше. — Шептал жеребец хромая, но удерживая в согнутом крыле что-то небольшое, покрытое льдом. Из этого куска льда плавно лучился белый свет, спокойный, размеренный, постоянный. — Не засыпай, ты еще нужна мне.

 — Не... дож... дешся. — Тихо ответила та, пытаясь передвигать копытами, которые не слушались, подворачивались и норовили подогнуться. Её подхватили несколько из стоящих ближе всего к выходу. Вайлдсайд гордо отказался от помощи и подошел к воинственной перепончатокрылой.

 — Мы нашли только одну. Точнее, она нашла нас, её свет сиял даже в той непроглядной тьме. — Он бережено передал ледышку, через прозрачные грани которой, едва виднелся спящий жеребенок, светящийся тусклым светом. — Айсфлорин, назвала её... Брайтлайт. Пусть будет это её именем. С нею, мы нашли пятерых. Это удачный день.

Он склонил голову и приклонил копыто, ощущая как земля уходит у него из под ног и больно ударяет его в крыло...

 — Отнесите его и Айсфлорин к остальным. — Послышался через туман грубый голос, в котором однако читалась тревога и даже забота, столь не подходящая этому тембру. — И снимите с него эту броню, еще немного и она вморозится в его тело! Живо!* * *

Тепло и тяжелое дыхание рядом. Айсфлорин. Крыло кобылки почти стало прежним, лишь недоставало нескольких шипов и коготь, видимо откололся будучи замороженным. Так хотелось просто прикоснуться к ней крылом, но даже это простое движение отозвалось тяжестью в теле и он передумал двигаться. Брони не было, она лежала у стены, поблескивая своими гранями в свете мерцающих кристаллов. Тепло. Вокруг было тепло, значит они в одной из комнат недалеко от самой богини. Сила её текла по трубам, пронизывающим стены помещения, не только грея, но и питая своей магией находящихся в ней. Одно из немногих мест, где можно было не испытывать нехватки от снятых амулетов, не изнывать от молчания их на теле. Место где можно было отдохнуть и набраться сил. Кольцевые покои Богини...

 — Ты проснулся Вайлд... — Раздался тихий шепот. — Я боялась худшего. Ты бредил и даже ограничитель сошел с ума, от потраченной жар-амулетом силы. Тебе надо было бросить меня там.

 — Плохая шутка, если ты шутишь. — Хрипло ответил он, не узнавая своего голоса. — Я не настолько промерз, как ты думаешь. Как крыло?

 — Еще неделю без полетов и, видимо, по стенам карабкаться мне больше не суждено. — она печально качнула крылом с обломком когтя. — Не удалось сохранить...

 — С каждым разом все труднее. Но оттого радость больше. Брайтлайт? Как она? — Жеребец медленно разогнул передние копыта, ощущая непривычное отсутствие веса брони.

 — Ждет своей очереди и нас. Ты знаешь как проводится ритуал, нашедшие присутствуют всегда. Это... будет наша Брайтлайт. Наша маленькая звездочка. — Айсфлорин улыбнулась и нежно коснулась его уха носом, фыркнув и рассмеявшись. — Мы же этого так хотели, не так ли?

 — И мы вложим в неё слезу богини вместе... — Задумчиво произнес жеребец, все еще пытаясь положить ноющие крылья удобнее. — Непременно вместе. Чтобы она сохранила все чувства, которые мы испытываем.

По каменной поверхности колонны текла вода. Талая, прохладная вода, в которую превращался кусок лежащего на колонне льда. Маленькие копытца стукнулись о камень, подогнулись тихо заскребли, забавно шурша. Жеребенок казался спящим, положившим мордочку на сложенные копытца и раскинувшим по бокам небольшие крылышки. Из его лба уже торчал, загибаясь назад костяной рог, которому еще предстояло измениться и, небольшие перепонки на ушках, которым было суждено раскрыться. Она лежала на камне, в испаряющейся луже талой воды, словно вырезанная из почти белого камня статуэтка. Не дыша, не шевелясь, обернувшись хвостиком с кисточкой на конце. Лишь свет постоянно исходил от неё, став ярче едва корка льда сошла с её тела.

 — Лед растаял, переходим к фазе пробуждения. — Раздался чей-то голос и одновременно с этим колонна загорелась множеством алых символов, содрогаясь и шипя струями пара из стальных труб. На самом верху этого каменного сооружения раздался жалобный вскрик, не то зовущий, не то испуганный и стоящая у колонны пара едва не сорвалась с места, остановленная лишь резким взмахом крыла темно синей кобылки. — Рано, еще рано... Когда уровень магии снизится.

 — Но ей же больно! — Чуть не плача произнесла зеленоватая кобылка прижимаясь к статному, облаченному в броню жеребцу, который сам уже хотел сорваться с места, раскрыв крылья и оказаться наверху, рядом с плачущим и надрывно зовущим кого ни будь, жеребенком. Но подходить было нельзя. Процесс должен был продолжаться согласно правилам и только они сохраняли раз за разом жизнь найденных во льдах жеребят. И он ждал, стараясь не слышать криков, с силой прижимая к себе дрожащую и переживающую Айсфлорин. Время, которое колонна опускалась, казалась вечностью, но тем был радостнее момент, когда с неё, на двух стоящих рядом Демикорнов, смотрели огромные заплаканные глазки светящегося жеребёнка.

 — Ма... ма? — Неуверенное слово сорвалось с этих лучистых и маленьких губ, заставив сорваться обоих Демикорнов с места и наконец обнять своими крыльями это маленькое существо, столько веков лежащее во льдах и темноте. — Ма... ма?

 — Блайтлайт, малышка... — Айсфлорин захлёбывалась слезами, плача за двоих. Она многое хотела сказать, но теперь, глядя в эти наивные, сонные и заплаканные глазки, она растеряла их все. Глотая слезы радости, ей оставалось только вылизывать эту маленькую, повторяющую одно и то же слово мордочку. — Открой ротик, маленькая... ну... открой ротик малышка.

Демикорны переглянулись и кивнули друг другу. С двух сложенных рядом копыт, на маленький розовый язычок, лег похожий на красную слезу камешек. Легкое движение, и вот уже камнь скрылся во рту проглотившей его Брайтлайт.

 — Вот и молодец, умница... посмотри какая она хорошенькая. — Айсфлорин стирала слезы с глаз, не отрываясь смотря, как внутри жеребенка разгорается алое свечение и вспыхнув в области сердца погасло. — Она будет достойным Демикорном. Правда, Вайлдсайд?

 — Не сомневайся в этом. — Он положил свою мордочку на её крыло, смотря как удивленный окружающим миром жеребенок неловко перебирает копытцами и пытается встать с поверхности. Копытца забавно разъезжались и она помогала себе крыльями, неуклюже упираясь кончиками в камень. Неудачи заставляли её забавно фыркать, но даже упав она не заплакала, а лишь грустно уставилась в пол, отчего Вайлдсайд не удержался и взял её к себе в крылья, щекоча её шерстку своим дыханием.

 — Наша, маленькая звездочка, маленькая Брайтлайт, ты ведь станешь гордостью тех, кто нашел тебя? — И малышка, не понимая ни слова из сказанного весело засмеялась перебирая копытцами по мягкой перепонке огромного крыла. Жеребец тихо лизнул её в маленький носик и улыбнулся.

 — Да, Айсфлорин, ради этого не страшно испытать вечный холод пещеры и даже...

 — Не продолжай, я знаю, что ты хочешь сказать. — Она ласково тыкалась носом в смеющегося жеребенка щурясь от исходящего света. — Это прекрасный момент, которого многие ждали и ждут до сих пор. Я тоже, пожертвовала бы крылом, если бы это было нужно ради этой малышки. Я не могу представить, что там могли остаться еще такие же как она, спящие вечным сном в холодной тьме. Что снится им, Вайлдсайд? Счастливы они или видят грусть? Ждут момента пробуждения или давно потеряли надежду?

 — Не спрашивай меня, я, как и ты не помню ничего, что было до того, как "слеза Алой", стала единой с моим сердцем. Ты сама знаешь, с этим камнем каждый из нас получил новую жизнь и такую же новую жизнь мы дарим тем, кого сумеем вытащить из цепких лап этой жуткой пещеры. А ведь она, Алая Луна, вошла туда без всего... без артефактов, брони. Сколько дней она была там совсем одна, оживляя нас. Айсфлорин, сделанное нами, меньшее из того, что мы можем сделать во славу её дара...

Зеленоватая кобылка улыбнулась и опустила мордочку к маленьким, но уже цепким копытцам. Она молчала, не смея оторвать взгляд от этого маленького существа.

 — Брайтлайт... Когда ни будь ты взмоешь к небесам и твой свет озарит путь для многих других. — Тихо прошептала она ощущая как копытца неуклюже и ласково касаются её носа и губ, то отталкивая, то пытаясь притянуть её ближе. Маленькие глазенки смотрели на склонившуюся Айсфлорин, словно жеребенок все понимала из сказанного и потому радостно подрагивала ушками

Читать дальше

...