Принцесса Селестия и Найтмер Мун объединяются, чтобы спасти всех

Эпилог 4 - Кошмар начинается

Месяц спустя

По всей Эквестрии удлинялись тени, холмы темнели, а улицы становились тише. Солнце коснулось горизонта и начало погружаться за него. А все жители Эквестрии отходили к сну.

Глубоко под землей Найтмер Мун зевнула и потянулась на троне, вытесанном из камня. Конец дня указывал на начало ее работы, хотя пока вся Эквестрия не уснет, заняться ей будет нечем.

Было немного шоком, когда она выяснила, что сохранила власть над снами, хотя Луна вернула себе ночь. Поначалу она злилась из-за утери того, что было по праву ее, но все больше времени проводя на защите снов пони… она, как ни странно, начала этим наслаждаться. Она приносила приятные сны верным подданным, и мучила кошмарами дурных. Она не приносила ночь, как очень желала, но управление снами – важная работа, которая делала Эквестрию лучше. Она могла с этим жить.

Пока, по крайней мере.

Пока у нее было время, она лениво развалилась на самодельном троне, а потом ухмыльнулась, подняв уши торчком. Был один забавный способ убить время…

Она взмахнула копытом и перед ней сгустились облака теней. Они вихрились и вились, и, расступившись наконец, явили дворец Кантерлота.

— Хммм… — пробормотала про себя Найтмер, изучая картинку.

Гвардейцы патрулировали коридоры и стояли на бастионах. И было их больше обычного. Более того, они перемещались отрядами не меньше, чем из пяти пони, их доспехи были начищены и сияли, оружие остро наточено, а резкость и чёткость движений говорили о недавнем усилении тренировок. И хотя большинство пони не увидели бы ничего, но кажется, Сестры не поняли, что она сохранила кое-какую власть над тьмой, которая пришла с титулом Принцессы Ночи. Она видела Гвардейцев-бэтпони Луны, шныряющих в темноте и невидимых глазу большинство пони. Их кожистые крылья шуршали, пока они, постоянно бдительные, перелетали из тени в тень.

— Решила укрепить замок, не так ли, Селестия? – громко спросила Найтмер Мун и расхохоталась. – Думаю, в тактике отрезания головы и мгновенной победы есть мудрость… но я не намерена атаковать разум Эквестрии.

Она вновь взмахнула копытом, и картинка сменилась.

На этот раз она показывала разные части важных городов Эквестрии. Пони, не носящие доспехов, но поведение которых кричало «Гвардия», если знать, на что смотреть, опрашивали пони и изучали темные места. Подвалы, заброшенные здания, отдаленные и неиспользуемые части канализации и метро… были даже те, кто обследовали один или два заброшенных храма, которые те нелепые культы возвели для поклонения ей. Честно, когда она вообще заявляла, что желает, чтобы во славу ее приносили в жертву пони?

Она хихикнула, наблюдая за бесплодными усилиями Гвардейцев.

— Признаю, я обдумывала эту тактику из чистой иронии. Поднять армию твоих пони против тебя? Прелестно. Но я и тело Эквестрии не трону.

Она махнула еще раз, и картинка сменилась вновь. Теперь она села и наклонилась вперед, смотря очень жадно.

— К твоему сожалению, Селестия, я коварный воин. А коварные воины не атакуют разум или тело.

Кругом было темно, и темно было в самом замке… за исключением одной искры. На краю прикроватного столика стояла свеча. В самой кровати лежала пони, а перед ней висела книга. Ее глаза двигались вперед и назад, быстро пожирая слова. Она задержалась ненадолго, задумавшись, и подняла взгляд на часы рядом со свечой. Она прикусила губу, видя время, и некоторое время ее взгляд метался между часами и книгой. Наконец она вздохнула, закрыла книгу, положила ее на столик и задула свечку.

Натянув на себя одеяло, Твайлайт Спаркл перевернулась, уютнее устроившись в кровати, и приготовилась засыпать… и видеть сны.

— Твое сердце, Селестия! – загоготала Найтмер. – Во-первых, я атакую твое сердце!