Дом — это для слабаков

Предыстория, которая на самом деле не имеет значения

Раз в десять лет каждая из королевских сестер брала целый год отпуска, чтобы отдохнуть от тягот правления страной. Они маскировались под обычных пони и целый год жили так, как им хотелось, а потом возвращались к своим обязанностям, чувствуя себя отдохнувшими. Луна всегда старалась найти себе хобби: рисовала, сочиняла музыку, писала рассказы... Селестия, с другой стороны, всегда занималась одним и тем же весь год напролет.

– Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься спать в коробке весь год, – Луна нахмурилась.

– Я не собираюсь спать в коробке целый год, – спокойно ответила Селестия.

– Вот уже тысячу лет, как ты усердно и без отдыха управляешь нашей страной. Я понимаю, насколько сильно искушение, но, пожалуйста, сестра, не дрыхни весь год в коробке.

– Я же сказала, что не буду этого делать. Лулу, посмотри на меня.

Луна посмотрела старшей сестре прямо в глаза.

– Мы обе стали гораздо взрослее, чем были тысячу лет назад. Я не собираюсь делать что-то настолько непродуктивное, как просто сидеть в коробке весь год. Я обещаю.

– Ты действительно обещаешь? Потому что я собираюсь ежедневно проверять улицы Кантерлота в поисках тебя, сестра. Тебе лучше не лгать.

– Послушай, Луна, – Селестия положила копыто на голову своей сестры. – Я обещаю, что не буду весь год сидеть в картонной коробке, прикидываясь грязным, вонючим, снулым жеребцом-пегасом, который только и делает, что дремлет.

Скуталу зашла в свой переулок и обнаружила грязного, вонючего, снулого жеребца-пегаса, дремлющего в ее коробке.

– Эй, – прорычала кобылка, – это моя коробка!

– У-у-у-у-у-у-ух... – бездомный жеребец тихо застонал.

– Иди найди себе другое место для спанья, – Скуталу топнула копытом.

– Я тя прежу... – у жеребца начался приступ кашля.

Скуталу в страхе попятилась.

– ... сделку, дитя, – наконец хрипло закончил жеребец.

– Чего? – Скуталу расслабилась.

– Я тебе предложу сделку, дитя, – еще раз повторил жеребец.

Скуталу смотрела, как он подвинулся, освобождая ей место в коробке.

– Это не сделка! – заскулила пегасенка.

Ее жалобы не были услышаны, так как жеребец уже снова захрапел. Ворча, Скуталу забралась в СВОЮ коробку и попыталась устроиться поудобнее.

– Хорошо... – пробормотала кобылка, – по крайней мере, ты теплый и мягкий.

Понивилльская зима наполняла переулок холодным воздухом. Скуталу еще глубже забралась под крыло жеребца. Через несколько минут маленькая пегаска присоединилась к глубокому сну старшего товарища.