Принцесса Селестия

Культисты

Боль, невероятно жгучая боль пронзала мои ноги. Я тихо стонала, пытаясь от неё отрешиться. Единорог с ухмылкой стоял надо мной, создавая шарик разрушающего заклинания. Страх, невероятный страх за свою жизнь поглотил меня. Бороться, из-зо всех сил бороться! Разум выхватывает небольшой камешек. Решение приходит мгновенно. В груди пульсирует жар, холодная воля разума спускается из мозга мерзким холодным студнем в сторону груди и касается тепла, захватывает его, медленно утекая через бок в землю. Камешек выстреливает вверх, попадает в рог единорога и разрывает его на мелкие части. Второй камешек направляемый моей волей и желанием пробивает сердце ублюдка.

Больно, ноги режет! Я не шевелилась, опасаясь того, что сломанные кости распорят ткани. Откуда я про это знаю? Неважно. Тепло смешанное с моей волей проникает в вены и заставляет их светиться сквозь белую шёрстку, множество белых светящихся линий укрепляют моё тело, сшивая его. Я резко встаю и несусь к тёмному пятну, пегаске, оскальзываюсь, чтобы через миг вбить копыта в землю и продолжить движение. Падаю на колени и пытаюсь передними копытцами зажать порез на брюхе тёмной пегаски, розовая грива падает на глаза.

Вспышка света, появляется серый единорог с белоснежной гривой, и лишь чувство природы... Что за чувство такое? Лишь оно не позволяет атаковать ненавистную мне расу. Молодой жеребчик с козлиной бородкой останавливается прямо надо мной, внимательно всматриваясь своими голубыми глазами прямо в нас с сестрой.

— Сойдёт для эксперимента, — кивает единорог, хватая труп собрата магией и уменьшая его. Миг, и в меня летит ещё одно заклинание, полностью обездвиживая, позволяя лишь дышать и моргать. Ну и говорить.

Моргаю. Я в колбе, вокруг невероятно светло. Пытаюсь вырваться, но чувство опасности успокаивает меня, сообщая, что со мной ничего плохого не произойдёт. На мордочке какая-то прозрачная маска, сквозь которую я могу дышать, воздух через верёвки, полые прозрачные верёвки идёт ко мне. Напротив меня в колбе плавает пегаска.

— Земная розовогривая пони. Ты удивительно спокойна для той, кого чуть не убили единороги, а потом оказалась в копытах другого единорога, — пробормотал... Старсвирл? Откуда я знаю его имя? — Чутьё? Ты не чувствуешь опасности? Нет, может чувствуешь будущее? Да, это так.

Тёплое чувство разливается в груди при виде моей сестры. Живая. Нет распоротого брюха, нет выдавленных глаз и выкрученных до состояния тряпки телекинезом крыльев. Счастье поглощает меня. Спокойно закрываю глаза и погружаюсь в целебный сон. Мы в безопасности... Она в безопасности...

Я сладко зевнула, открыла глаза и потянулась. Было приятно вот так полежать в постели, но пора было вставать. Моя сестра милым клубочком устроилась в моих ногах. Тёмно-синяя шёрстка, грива словно ночное небо, плотно закрытые глазки, лёгкая улыбка. И клычки. У меня случился передоз милоты, срочно, спасайте меня. Не знаю почему, но выступающие клычки у меня вызывает особо сильный приступ милоты.

До меня донёсся тонкий флёр жеребцового мускуса. Так, кто посмел трахнуть мою сестру? Впрочем, не то, чтобы я была против, просто почему не позвали меня? Более чем уверена, то был достойный пони, иного сестра бы не выбрала. Я не могу сомневаться в выборе своей сестры. В воспоминаниях прокатываются ассоциации про то, как Луна гнила заживо, как я пыталась её излечить, как её пытали прямо у меня на глазах. То были тёмные времена, когда мы только обратились Аликорна, и когда Старсвирл просто выбросил нас в ледяную пустошь, чтобы проверить результат экспериментов над нами в реальных условиях. В голове прокатились воспоминания о том, как Луна ставила эксперименты на мне, а я радостно потакала ей, как она уничтожила мою душу и её заменили на похожую. И хоть я не та Селестия, что была раньше, но я та Селестия, которую выбрала моя сестра. Главное теперь после таких погружений в память не показать отвращение при Каденс, уж больно она похожа на ту пони, что устроила нам с сестрой пытки.

Я вышла из комнаты весело и беззаботно улыбаясь, кивком поприветствовала стражей Луны, павших к моим коленям. Внутри меня от их раболепия всё передёрнулось в отвращении. Как и всегда, я не любила тех, кто слишком сильно старался мне угодить, не отпускало странное чувство паранойи, брезгливости и ощущения обмана.

Долго в состоянии спящего разума я не пробыла. Опустив луну и подняв солнце, я прикрыла глаза и сладко зевнула. Миг, бесконечно долгий миг я пыталась понять, что я должна делать дальше. Ещё один бесконечный миг я наслаждалась тем, что всеми моими делами займётся Луна, скоро её разбудит Рейвен и обсудит с ней список задач. Ещё через один миг я, безмятежно улыбнувшись, отправилась в свои покои, где и спала до самого обеда. Проснулась я от криков Твайлайт.

— Принцесса Селестия! На нас напали! — орала Твайлайт, телепортировавшись ко мне. Я быстро слезла с кровати.

— Твайлайт, подробности, — попросила я. Фиолетовая единорожка бегала по кругу, пока я не прижала передним копытом её хвост.

— Какой-то культ взял в заложники жеребят, не давая принцессе Луне их схватить, и проводит ритуал по призыву огненного демона! Мы должны спешить! — меня схватили за гриву и насильно телепортировали на огромную площадь.

Я узнала своё рабочее место, где я обычно принимала публичные просьбы от народа, теперь занятое моей сестрой. Луна сидела на троне, скучающе глядя на толпу пони в пафосных халатиках с красивым пламенным узором. Пони в ужасе скрывались под столами, какой-то журналист орал на камера-пони, чтобы тот снимал всё и что-то про горячий материал, рейтинги и популярность. Пять жеребят были окружены пони с длинными клинками.

— Что здесь происходит? — спросила я. Ответил мне один из халатиков. У него был особо белый халатик, без узоров огня.

— А вот и ты, Селестия. Наш культ долгое время скрывался, и вот наше время пришло! Тысячелетие мы терпели гонения от тебя, тысячелетие мы ждали момента для нашей мести тебе! Мы призовём нашу владычицу! Нашу богиню, которой мы поклонялись! Сей древний ритуал, запрещённый тобой, что запрещали заклинать в нашем культе изыскали мы, тебе не остановить. Поздно! Слишком поздно ты явилась, расслабилась, положилась на сестру, что не знала о нашем культе! Да начнётся ритуал! Явись! Огненная богиня! Сожги еретиков в яростном пламени! Рази твоя ненависть на недостойных!

Линии ритуала засветились, Твайлайт воскликнула в ужасе, Луна зевнула. Яркая вспышка, меня телепортировало. Я озадаченно моргнула.

— О нет! Огненная Богиня! Нам конец? — если сначала Твайлайт сильно паниковала, то к концу, разглядев меня, была в недоумении. — Принцесса Селестия? Почему ритуал призвал вас?

— Что? — удивился главный белый халатик. — Как? Почему ритуал призвал тебя?

— Потому что я и есть та огненная богиня, которой поклоняетесь вы, — ответила я. — Никогда бы не подумала, что эффект испорченного телефона сработает так, поколения за поколением информация искажалась, и так до тех пор, пока культисты перестали узнавать меня.

Я мягко улыбнулась. Мой голос разнёсся мягкой волной пробирая до глубины души.

— Это началось в древние времена. Тогда мы сестрой сражались с множеством врагов, и Старсвирл разработал ритуал моего призыва, чтобы пони могли запросить о моей помощи, чтобы я могла переноситься к местам, где я не была, но где есть мои пони. Тогда же возник культ имени меня, фанатики поклонялись мне и действовали исходя из желания угодить мне. Они даже имели название, "дневной двор". Вполне естественно, что, якобы следуя моим замыслам, они следовали замыслам воображаемой меня, той, что в их фантазиях, никак не соотносящиеся с реальностью. Так бы они и продолжали существовать, пока не попытались засудить за богохульство моего ученика, даже не спросив моего мнения, даже не попытавшись узнать, что я об этом думаю. Я спасла его в последний момент сняв с костра. Времена были тёмные, я была юна и жестока, а потому я с радостью сожгла всех своих фанатиков. Ох, как прекрасны были крики заживо сжигаемых пони.

Я сделала паузу, чтобы все пони осознали мои слова и ощутили диссонанс между моей мягкой, мечтательной улыбкой и жёсткими словами о сжигании мною пони. Особенно пробрало культистов. Те ощутили такой ужас, что не могли двигаться, парализованные им. Тонкий флёр страха окутал площадь.

— Заблуждения... Я не потерплю никаких заблуждений насчёт меня, — я произнесла эти слова как можно мягче и спокойней. — Пожалуйста, господа культисты, не могли бы вы добровольно сдаться страже и просидеть трое суток в изоляторе за хулиганство, прежде чем вас отпустят на свободу.

— Х-хорошо, — нервно закивал главный халатик.

— Ох, Луна, надеюсь, у тебя таких же проблем нет и среди ночной стражи нет идиотов, которые бы считали, что знают тебя достаточно хорошо, чтобы принимать решения вместо тебя, — я внимательно посмотрела на двух фанатиков моей сестры. Двух фанатиков разных её ипостасей, один поклонялся Найтмер, другой доброй Владычице ночной. Фанатики нервно сглотнули.

Но самое главное для меня был промелькнувший ужас в глазах Твайлайт, я чувствовала, как появилась небольшая трещинка в наших отношениях. Она всё меньше и меньше мне доверяла, и становилась всё более опытной и более мудрой. А ещё она увидела во мне себя саму, ведь когда-то, ещё до того, как завести друзей, она была столь же самодовольной и злой на весь мир.

Всё это было частью плана. Ведь рано или поздно мой гнев обрушится на этот мир. Пони должны быть готовы к подобному.

— Нет, у меня нет подобных проблем, — ответила сестра с беспокойством глядя на меня.