Fallout: Equestria — Catalyst
Глава 7.5. Звенящая дипломатия
...Эмеральд Планжар, гуль-пегас, бессмертный глава мощного оборонно-промышленного предприятия... Более двухсот лет одиночества... Мог ли он вообще представить, что ему хоть когда-то вновь удастся познать кобылью ласку? Что в один прекрасный день к нему в кабинет, словно великое божество, явится само воплощение слова «страсть»? Поверил бы он, если б ему кто-то двести лет назад сказал, что он будет делить одну постель с аликорном? «Это же богохульство!» ответил бы он, и был бы абсолютно прав, но... Времена меняются... Меняются и нравы... И сейчас Эмеральд с, казалось бы, давно где-то забытым упоением и натуральным, физическим наслаждением тёрся своим эрэгированным членом о мягкий, буквально бархатный животик зелёного аликорна под ним... Ох, а её лицо ведь так напоминало жеребцу давно погибшую принцессу Луну. Каким бы богохульством ранее Эмеральду это ни казалось, теперь его это лишь больше возбуждало!
Дэдли в ответ на очевидное желание жеребца лишь сильнее прижала его к себе своими большими крыльями и передними ногами. Она и представить не могла, что у гулей вообще в таком отличном состоянии способна сохраниться репродуктивная система... Да он ещё и стоял, и стоял получше, чем у некоторых живых жеребцов! Научное объяснение этого феномена можно оставить кому-нибудь другому, Дэдли же сосредоточилась на том, на чём изначально и собиралась сосредоточиться...
— Ух, Эмеральд... Какой же негодник... Мфх... Я и не думала, что могу быть такой... Мх... Чувствительной... Я готова кончить просто от упирающегося в мой живот члена...
И вполне объяснимая причина у этого феномена была, и крылась она в базовой физиологической особенности аликорнов... Дэдли получала удовольствие от концентрированной радиации, облучению которой нещадно подвергался её организм. Можно сказать, регенеративная способность аликорнов также являлась и дополнительным эрогенным фактором...
— Вот же ж дрянь... — тяжело дыша, ругался Эмеральд. — Я себя не контролирую...
— И не нужно...
Ответила Дэдли, после чего сама толкнула Эмеральда так, что тот упал на спину на другом конце довольно большого, мягкого дивана... Теперь Дэдли могла более отчётливо разглядеть его член... Довольно большой и длинный, такой бы куда больше подошёл рослому земнопони, а не обыкновенному пегасу. Слегка сморщенный, с отчётливо видными набухшими венами, по которым текла тускло отдающая зелёным цветом сукровица... Несмотря на такой странный внешний вид, он был довольно твёрдым, и не вызывал у Дэдли ощущения, будто может просто надломиться под её, надо сказать, немалым весом... И это Дэдли определила уже опытным путём, наглаживая вполне рабочий даже спустя двести лет агрегат своими копытами и тёршись об него своей пушистой мордочкой, что явно доставляло Эмеральду просто бешеное удовольствие!
Яйца, надо сказать, вполне соответствовали члену и повторяли все его отличительные особенности, но было заметно, что зелёное свечение внутри них было куда более интенсивным... Пройдя своим язычком по всей длине члена от головки по основанию до самых яиц, Дэдли вынесла свой вердикт и по вкусу:
— Довольно солёный, даже слишком, но это вполне приятная солоноватость... Я ожидала худшего... Похоже, ты не отвык ухаживать за собой...
Эмеральда возбуждало буквально всё — внешность, движения, голос, взгляд... Для него сейчас, впервые испытывающего настолько мощное половое возбуждение за все эти двести лет... Для него Дэдли была сейчас буквально лучшей кобылой в его жизни! А уж когда она начала его не просто, дразнясь, полизвать, а натурально взяла его в свой ротик... В общем, не кончил Эмеральд в этот же момент только чудом... Нельзя, просто нельзя было потерять остатки гордости и кончить настолько быстро!
— Ох, сука... Аккуратнее... — только и смог выговорить жеребец.
— Ох-хо, а ты уже на предел, старик... — сказала она, высунув мокрую головку изо рта... Из уретры уже сочилась светящаяся жидкость. — Не волнуйся, я буду только рада принять всё то, что копилось в тебе эти годы... Нет ничего позорного в том, чтобы дать волю своим чув...
Дэдли не успела договорить, так как Эмеральд резко схватил её голову своими передними ногами и вогнал свой аппарат в глотку аликорна по самые яйца. Послышался хриплый, протяжный стон, когда Эмеральд перестал сдерживаться, и просто-напросто выплеснул содержимое своих набухших яиц в живот Дэдли... И это, блин, не фигура речи! Член был достаточно большим для того, чтобы занять всю глотку и половину пищевода кобылы! Светящаяся, радиоактивная сперма вливалась в желудок аликорна до тех пор, пока этот свет не стал виден сквозь всю кожу и шёрстку... Животик Дэдли заметно надулся... Только после этого Эмеральд позволил своему влажному от слюны и спермы члену покинуть тёплое, безумно приятное пристанище...
Для любой другой бы, обычной кобылы это был смертный приговор... Радиоактивность спермы Эмеральда неожиданно превысила 50 рад/сек, что было даже выше, чем излучение, испускаемое в процессе регенерации светящимися гулями... Чёрт побери, это было даже выше фонового облучения Эджмейра! Но для аликорна вроде Дэдли это был лишь крайне полезный перекус, который явно хорошо скажется в дальнейшем на её физической форме... Дэдли даже почти не кашляла, сумев проглотить почти всё, что дал ей гуль-пегас, что она подтвердила, показав ему открытый пустой рот.
— Какая вкуснятина... Но... Мфх... Я хочу ещё!! — сказала Дэдли, когда её клыки сверкнули, а зрачки сузились
Эмеральд, судя по всему, тоже был готов к большему, потому что член его ни на секунду не обмяк, а яйца всё так же манили своим зелёным свечением... Теперь уже Эмеральд захотел взять инициативу в свои копыта и отплатить «услугой за услугу»... Резко поднявшись, он вновь повалил Дэдли на спину и, используя всё своё мастерство, когда-то давно отточенное до совершенства, принялся за аликорна по полной... Начав с чувственного, страстного поцелуя он постепенно перемещался всё ниже, по шее к груди, потом и к животу, остановившись на двух тёмно-зелёных бугорках ближе к вагине... Эмеральд жадно присосался к вымени Дэдли, будто яростно желая попить её молочка... Кобыла перестала сдерживать стоны:
— Мффх... Муах... Почему же они... Вообще... Такие чувствительные... Аа-ах!
Эмеральд на этом не остановился, вскоре переключив своё внимание на изрядно взмокшую за всё это время практически девственную, узенькую киску... Тут даже и смазки никакой не было нужно! Довольно длинный язык гуля проник внутрь без каких либо препятствий... Похоже, девственную плеву регенерация, всё же, не восстанавливала, хотя по всем остальным параметрам киска Дэдли, казалось, ни разу не принимала в себя ни одного жеребца!
Эмеральд ещё долгие десять минут дразнил Дэдли своим языком, хотя уже сам был готов разразиться новым белым фантаном... Он просто не мог позволить ей во всём над ним доминировать! Он поставит её на место! Дэдли извивалась и стонала всё яростнее и громче, в конце концов просто перестав сдерживаться... Она, разумеется, продержалась куда дольше Эмеральда, но в конце концов тоже кончила, забрызгав всё лицо гуля своими кобыльими любовными соками.
— Уох... Ох... Мффф... Ох... Христа ради... Ты бесподобен...
Ещё бы Эмеральд знал, какого ещё «Христа» она имела в виду, но ему, в принципе было всё равно, ведь теперь настало время самого главного блюда! Не дожидаясь, пока Дэдли придёт в себя, он грубо перевернул её на живот и задрал её сочный круп вверх, прямо к своему члену... Для начала он просто потёр своим агрегатом о задницу Дэдли, зажав его между двух ягодиц, после чего уже, шибко не церемонясь, начал вставлять член прямо во всё ещё содрогающуюся от прошлого оргазма вагину.
— П-постой, я ещё...
Но Дэдли потеряла дар речи, как только длинный жезл, начиная с головки, начал медленно, но верно проникать в её аликорньи недра... Жеребец явно был намерен затолкать его внутрь полностью, потому что давления он не сбавил даже когда встретил ощутимое сопротивление шейки матки. Впрочем, несколько достаточно мощных обратно-поступательных движений быстро решили эту проблему: головка с превеликим удовольствием вошла прямо в матку, заполняя её даже более чем полностью... Результат такого глубокого проникновения был виден невооружённым взглядом: живот Дэдли в том месте, где начиналась матка, заметно выпирал.
Эмеральд двигался уверенно, но без фанатизма. Несмотря на сильнейшее возбуждение он мог достаточно себя контролировать, чтобы доставлять удовольствие не только себе, но и партнёрше... И было прекрасно видно по лицу Дэдли и по тому, как она стонала и мурчала, что у Эмеральда получалось.
— Д-давай же... Милый... Обрюхать меня! Аа-ах! Ах... Я горю...
Всего спустя минут десять жеребец был на пределе, что выражалось в постепенном ускорении его движений... Шлепки и хлюпанья становились всё громче пока, наконец, Эмеральд, рыча почти как зверь, излил всего себя прямо в матку кобылы... Напор был довольно большой, и сперме было просто некуда деваться, так как шейка матки была довольно плотно закупорена набухшим членом... В итоге животик Дэдли вновь начала растягиваться по мере того, как растягивалась и заполняемая матка... Надо ли говорить, что ощущения Дэдли испытывала просто неописуемые?
Разумеется, в конце концов Эмеральд просто отпустил кобылу, позволяя ей сползти со своего члена, хотя сперма начала изливаться наружу ещё до того, как член полностью оказался снаружи... Яйца Эмеральда заметно поубавили в объёме, но... Далеко не настолько, что бы на этом закончить. Сгорел сарай, гори и хата, потому жеребец решил попробовать ещё и попку Дэдли... Узенькая дырочка ведь так манила!
Правда, сейчас Эмеральду, похоже, суждено было находиться снизу, потому что аликорн, поглотив просто сумасшедшее количество радиации ничуть не ослабла, а даже наоборот, обрела столько сил, что сама начала слегка светиться! Жеребец вновь был нагло повален на спину, а Дэдли, воссев на нём, продолжила натирать копытами всё ещё эрегированный член. Её голос будто бы обзавёлся собственным эхом и стал чуть громче:
— Поглощу всего тебя... Без остатка!!
Приподнявшись, она сдвинула член так, чтобы его головка упиралась прямо в её попку... Тёрлась об неё Дэдли недолго, в конце концов став постепенно садиться вниз... Вошедшая внутрь головка тут же оповестила своего хозяина о совершенно ином спектре ощущений. Не то чтобы анал был чем-то лучше или хуже вагинала, просто... Просто было по-другому!
— Б-блять... — только и смог простонать Эмеральд, пока член проникал всё глубже и глубже в самое чрево аликорна.
Главным отличием было отсутствие заметного сопротивления. Кишечник имел достаточную длину для того, чтобы уместить и нечто большее, однако... Его изгибы так или иначе вынуждали слегка изгибаться и сам член для того, чтобы он просто мог пройти дальше, ничего не порвав, и вот в этом было главное отличие! Эмеральд прекрасно видел сквозь неровную и несимметричную выпуклость на животе Дэдли, где именно сейчас находится большая часть его члена... А уж когда аликорн, полностью сев на член, начала, наконец, собственные обратно-поступательные движения... В общем, и чувства, и зрелище были что надо!
В этот раз акт анального совокупления длился почти час и доставил обоим партнёрам суммарно куда большее удовольствие, чем всё до этого вместе взятое! В течение этого часа Эмеральд и Дэдли несколько раз меняли позу и темп, от более размеренного и чувственного секса к куда более агрессивной долбёжке... В общем, задница Дэдли достойно выдержала все ниспосланные ей испытания, поглотив суммарно самое наибольшее количество светящейся радиоактивной спермы за сегодня...
К исходу ночи что Дэдли, что Эмеральд просто лежали на диване. Дэдли без каких-либо зазрений совести после всего этого уснула, а вот Эмеральд уснуть был просто не способен... Он просто лежал несколько часов кряду, изучая то потолок, то пейзаж за окном, то стройное тело Дэдли, которое после всего произошедшего за эту ночь вряд ли стало хоть на капельку хуже... Его совесть порой пыталась достучаться до него, напоминая, что эти аликорны были созданы по образу и подобию той самой бессмертной принцессы Луны, что правила ночью, а сам он был женатым жеребцом, в конце концов, но каждый раз он просто давал этой бляди у себя в голове мощного пинка и причитал:
— Времена меняются... Времена меняются...