Mirabile Futurum
Глава 1: Довольно странное посмертие
POV: Протагонист
Темнота…
Тишина…
Пустота…
Я погружался всё глубже в безбрежный океан спокойствия, в который провалился после того памятного разговора… С кем? Я не помнил, а значит, это было не так уж и важно.
Глубже…
Глубже…
Я сливаюсь с этим морем, становлюсь его частью…
Море проникает внутрь меня, становится со мной единым…
И набивается прямо в нос!
Попытка вдохнуть не приводит ни к чему, а на всё тело наваливается жуткая тяжесть.
Я всё ещё на глубине!
Судорожно гребу вверх!
То, что давит на меня, скользит мимо, не даёт уцепиться за себя.
Усилия сменяют друг друга в мутном калейдоскопе, но желанный воздух, кажется, совершенно не становится ближе.
Что, так и закончится моё посмертие?
Лёгкие начали мучительно гореть.
Нет уж, вам так просто от меня не избавиться!
Новый судорожный рывок — и я вываливаюсь на поверхность, отчаянно отплёвываясь.
Глаза, отвыкшие от света, нестерпимо болят, все мышцы сводят многочисленные судороги.
Но я выбрался! Я ещё побарахтаюсь, это не конец!
С очередным сиплым кашлем горло наконец прочищается, и живительный воздух наполняет грудь. Всё, теперь точно ещё подёргаюсь…
Глаза всё ещё слезятся от яркого света и того, что на них попало. Кое-как протираю их и, часто проморгавшись, оглядываюсь вокруг.
Сам не знаю, что я ожидал увидеть. Возможно, море, раз уж я в нём тонул, ну или, хотя бы, врата в какой-нибудь из загробных миров.
Однако то, что предстало перед моим взором… Тьфу, надо уже избавляться от этих анахронизмов!
В общем, на Рай, Ад, Вальгаллу или, например, подножье Золотого Трона это походило слабо. Скорее уж, на слегка запущенный яблоневый сад.
Что же, единственным вариантом, который приходит мне в голову, остаётся Чистилище… Но всё же вряд ли это оно. В конце концов, может быть, определённая, так сказать, мистичность мышления у меня и присутствует, но вот христианином меня точно не назвать.
А раз так, то стоит последовать методам рациональности и сперва узнать всё, что можно, и уже потом строить теории на основе полученных сведений. А значит — для начала, тщательнее осмотреться.
Да вроде бы ничего интересного. Типичная запущенная дача, у нас самих одно время была такая, и даже похуже. Небо тоже вполне обычного голубого цвета. Земля…
Земля…
А это ещё что такое?
Стоило, понимаешь ли, опустить взгляд, как вместо благородных рук, на которые я должен был опираться, предстали какие-то почти цилиндрические колонны без малейших признаков пальцев! Ещё и покрытые оранжевым мехом!
Пробую пошевелить рукой — и правая из колонн сдвигается, вполне резво следуя команде мозга. Да, это точно мои… Ноги? Руки? Как это теперь называть? Ладно, пока сойдёмся на «передних конечностях». Неудобно, конечно, но что же поделаешь.
Что же, теперь наиболее вероятным становится теория с перерождением. В конце концов, не помню, чтобы ещё хоть какая-то религия, кроме индуизма с его — его же? — колесом Сансары могла предложить посмертие в облике нечеловеческого существа.
А если туп как дерево — то станешь баобабом!
И будешь баобабом тыщу лет, пока помрёшь!
Пришедшие в голову строчки из старой песни слегка поднимают настроение, и я уже увереннее осматриваю новые конечности. Поняв, что не могу припомнить ничего похожего из родной, земной фауны, подвожу итог:
— Да уж. Глупо было бы ожидать, что после смерти я останусь в том же теле, в каком был раньше. В конце концов, я живу не две тысячи лет назад, когда такое воспринималось как что-то логичное.
Слова родного языка кажутся чуждыми и неприятно режущими глотку. Речевой аппарат этого существа явно не приспособлен для человеческой речи, но он, по крайней мере, есть.
Это уже радует.
Ладно, более подробный осмотр тела подождёт. Пока хватит понимания, что теперь я, похоже, четвероногое и с довольно гибкой шеей.
Оглядываюсь вокруг и понимаю, что, на самом деле, был не совсем прав, когда строил ассоциацию с дачей. В конце концов, ровные ряды холмиков, на краях которых были установлены плиты с какими-то надписями, сложно истолковать превратно!
Я умудрился появиться на местном кладбище!