Фоллаут Эквестрия. Проект Солярис
Глава 3. От заката до заката
“Если отказаться от тишины, мир содрогнется от шума”
Капрал Мантис выслушал краткий рассказ радиста о новой вводной. Выглядел мятный пегас и без того помятым, и ко всему добавилось усталое кто-бы-сомневался выражение. Казалось, он старался предусмотреть и предотвратить заранее как можно больше факторов риска, но на подобное не закладывался, и немного винил себя за это.
– В общем так.. – пегас вздохнул, но его вид, казалось, стал менее потерянным, а голос наполнился решимостью. – задача состоит в том, чтобы перехватить курьеров на пути к поселению и прикрепить трекер внутрь их коробки с ампулами. Самих курьеров при этом надо как-то отвлечь. Они уже скорее всего недалеко от места, где тропа сворачивает к деревне. Местность там уже не такая пустынная, больше похожа на небольшую рощу. Самое простое — мы можем инсценировать нападение рейдеров, но у них слишком большая фора, и скорее всего в темноте и тумане они не поймут, кто напал на них, и спишут на анклав. Если только их явно об этом не предупредить.
Исходя из этих вводных, нельзя терять времени, так что повторяю один раз:
Я, Дюна и Эхо — полетим на перехват. Клёст и Ангел — следуйте за нами, но тихо и осторожно. На всякий случай будьте на связи, но не высовывайтесь. Если по прошествии 30 минут кто-то из нас не выйдет на связь — летите к нам.
Вы двое — за мной, объясню план действий по дороге.
====••••====
Мы как могли быстро пролетели к выходу из карьера. Нам нужно было обогнать курьеров и устроить засаду. В темноте с неба было не очень хорошо видно, по каким именно кустам они проходили в ущелье, но мы предполагали, что обратно они пойдут тем же путем. Я понятия не имела, какое место нам нужно, поэтому просто ждала команды снижаться. Команды не последовало, просто два разведчика снизились куда-то в кусты. Я тут же нырнула следом, слегка проехавшись левой щекой по какой-то шипастой ветке. Ну отлично, и ночь только начинается.
За время полета мое зрение успело немного привыкнуть к окружающей туманной темноте. Проморгавшись, я увидала, что почти сразу за кустами передо мной была худо-бедно расчищенная тропа. Сделав шаг вперед, я чуть не споткнулась о какую-то корягу.
– Эхо, забери плащ. Дюна, помоги мне. – капрал кратко и тихо раздавал распоряжения. Вдвоем с радистом, они оттащили эту самую корягу поперек дороги. Я в это время укуталась в плащ почти полностью, вытащив несколько непослушных черно-белых прядей гривы из под капюшона. Усиленно прислушиваясь к ночной тишине, я пошла по тропе обратно в сторону карьера. Насколько я поняла из эфира, как минимум один из курьеров был зеброй или, как минимум, понимал их язык. Надо было встретить их и убедить пойти со мной. Дюна был со мной на связи, так что мы договорились об условном сигнале.
Не уверена, сколько именно я успела пройти в напряженной тишине, но через какое-то время я услышала шаги и тихие голоса.
Я намеренно отошла ближе к кустам и хрустнула какой-то веткой. Голоса моментально затихли. Затем я вышла прямо на середину дороги и прислушалась, остановившись.
Видимо, и я и они выжидали, просчитывая, что делать дальше.
Я решила взять инициативу в свои копыта. Не очень громко, но достаточно четко, я произнесла в воздух:
– 𐌊 𐌔𐌏𐌕 𐌍𐌄𐌔𐌉?
Транслитерация (латиница):
Ku Sot Ne-Si?
Дословный перевод:
— 𐌊 (Ku) — "Кто?"
— 𐌔𐌏𐌕 (Sot) — "они" (нейтральное обращение к группе/неизвестным)
— 𐌍𐌄𐌔𐌉 (Ne-Si) — "видеть" (в данном контексте — "есть/присутствовать")
Естественный перевод:
"Кто-нибудь здесь?"
Нюансы:
1. 𐌔𐌏𐌕 (Sot) вместо 𐌔𐌏𐌌 (Som — "вы") — подразумевает вопрос к невидимой/потенциально отсутствующей аудитории.
2. Отсутствие глагола "быть" — типично для зебринского в прямых вопросах.
Ответом мне была тишина. Я уже приготовилась задать тот же вопрос еще раз и громче, но не успела. Кусты зашевелились, и на дороге показался путник в плаще.
– 𐌓𐌄𐌍 𐌍𐌄𐌔𐌉
(Ren Ne-Si) — "Я здесь" (досл. "Я видим").
Неужели сработало?. Я узнала этот голос. Если убрать из внимания техническое искажение наушников и динамиков, то это был тот же, кто говорил в эфире. Но когда я наблюдала за происходящим внизу, я видела, что в туман зашли два силуэта. Их должно быть двое.
Второй уже обходит меня со спины, чтобы вырубить и обокрасть, чтобы убить?
Навязчивые тревожные мысли проносились у меня в голове с быстрым потоком. Надо было попытаться наладить контакт, и воспользоваться сомнительной легендой, которую мне объяснил капрал по дороге.
– 𐌓𐌄𐌍 𐌿𐌽𐌾 𐌑𐌛 𐌽𐌴𐌔𐌉, 𐌙𐌖𐌕. 𐌜𐌛𐌞𐌷 𐌔𐌏𐌕 𐌵𐌛 𐌚𐌛𐌔𐌉. 𐌌𐌄𐌍 𐎓𐌍𐌄𐌔𐌉𐎠 𐌽𐌴𐌔𐌉 𐌕𐌏𐌔𐌉. 𐌌𐌄𐌍 𐌿𐌽𐌾 𐍁 𐌉𐌌𐌉.
Транслитерация (латиница):
Ren un-j Mir-za Ne-Si, Rin-Xing. Ta-Za-Ma-Rho Sot Qor-Za Kra-Za-Si. Men Uk-Ne-Si-Nal Ne-Si To-Si. Men un-j Vez Ko-Mi.
Перевод:
1. "Я пришла с миром, путники"
- 𐌓𐌄𐌍 (*Ren*) — "Я"
- 𐌿𐌽𐌾 (*un-j*) — "приходить" (женский род, прош. время)
- 𐌑𐌛 (*Mir-za*) — "с миром"
- 𐌙𐌖 (*Rin-Xing*) — "путники" (досл. "рабы судьбы")
2. "Караван привлёк внимание рейдеров"
- 𐌜𐌛𐌞𐌷 (*Ta-Za-Ma-Rho*) — "караван" (досл. "камень-вода-путь")
- 𐌔𐌏𐌕 (*Sot*) — "они" (рейдеры)
- 𐌵𐌛 (*Qor-Za*) — "внимание" (досл. "взгляд")
- 𐌚𐌛𐌔𐌉 (*Kra-Za-Si*) — "атаковали" (новое слово для рейдеров: 𐌚𐌛 = "клыки ветра")
3. "Нам следует быть осторожнее"
- 𐎓𐌍𐌄𐌔𐌉𐎠 (*Uk-Ne-Si-Nal*) — "не быть видимыми"
- 𐌕𐌏𐌔𐌉 (*To-Si*) — "должны"
4. "Идёмте вместе"
- 𐍁 (*Vez*) — "вместе"
- 𐌉𐌌𐌉 (*Ko-Mi*) — "идти"
У обитателей пустоши есть не так уж и много поводов кому-то доверять. Правильнее было бы сказать, что иметь такой повод — вообще большая удача. Но, тем не менее, психологическая тенденция делить окружающих на “своих” и “чужих” никуда не делась. Более того, лучше всего сплотиться какой-то группе помогает недоверие к кому-то “чужому”, они как бы дружат вместе против внешнего врага. Наверное, именно этот эффект позволил мне успешно воспользоваться своей принадлежностью к зебринской расе, и проверку на красноречие я прошла успешно. Однако я поймала себя на мысли, что испытываю сожаление, обманывая доверие этого жеребца. Наверное, для неоперившихся молодых бойцов анклава такое не редкость. И, со временем, подобные мысли проходят — по мере участия в миссиях. И, видимо, проживая ломающие тело и душу события, пегасы становятся такими, какими я вижу старших офицеров разведки, воспитателей в кадетском корпусе, ученых — да, пожалуй, всех, кроме обычных полевых и хозяйственных рабочих.. да и у тех жизнь не особенно приятная и легкая..
Мой ночной собеседник после нескольких секунд раздумья молча кивнул. Затем издал какой-то свист на манер неизвестного мне животного или птицы, и из кустов с легким шорохом выбрался его спутник. Насколько я смогла разобрать — это был земнопони какого-то темного цвета. Я слегка наклонила голову, приветствуя его, затем развернулась и направилась обратно по дороге. Мне нужно было изображать настороженность и страх, поэтому я пару раз останавливалась, прислушиваясь к ночной тишине и наблюдая, как оба моих спутника затихают вместе со мной. Дорога уже начинала казаться мне бесконечной. И я почти всерьез начала беспокоиться, что у разведчиков что-то случилось, им пришлось улететь, и весь мой отыгрыш будет впустую.
Пока чуть не наткнулась на бревно в паре шагов передо мной. В силу своей неровной формы, оно преграждало путь посреди дороги примерно на уровне груди. Место, где перепад высоты был ниже, находилось ближе к краю дороги справа от нас. Мои спутники шли в паре шагов от меня и не врезались, когда я резко остановилась, только потому, что я уже делала похожие остановки. Я неуверенно посмотрела на кусты на обочине. Моих спутников, казалось, ничего не смущало, потому что земнопони, почти не раздумывая, пошел в ту сторону. Чудесно. Но я не успела подать сигнал и не знала, как это сделать, чтобы не вызывать подозрения. Поэтому оставалось надеяться, что разведчики услышат шаги и среагируют.
Собственно, так и произошло.
Я успела сделать шаг в сторону обочины, когда сработала светошумовая граната. Меня и зебринского жеребца рядом оглушило, но я успела зажмуриться, и поэтому пару секунд стояла, слушая звон в ушах. Еще один момент, который я не продумала — никто из нас не знает, у кого именно из двух находится коробка с ампулами. До земнопони я не успевала добраться, поэтому прыгнула на зебру рядом со мной, повалив его на землю. Пусть спишет на испуг и желание его укрыть от возможной атаки, или на то, что меня сбили с ног. Боком я почувствовала ткань его плаща и тепло, исходящее от его тела. Ничего, что напоминало бы сумку с коробкой. Или оружие. Он почти сразу же вскочил, встав рядом в какую-то боевую стойку. Ага, видимо оружие не было ему нужно.. Отец рассказывал про довоенные боевые искусства, которые некоторым зебринским племенам удалось сохранить после войны и продолжать обучать своих солдат. Их учили двигаться так, чтобы избегать ударов противника, бить быстро и в болевые точки, и вообще рассказы о них порой сопровождались совсем уж невероятными подробностями. Так или иначе, я не хотела испытать ничего подобного на себе, поэтому не придумала ничего лучше, кроме как стоять рядом и озираться, краем глаза наблюдая за своим спутником.
Он не полез проверять целостность коробки с ампулами после падения или хотя бы ее наличие. Из чего я сделала вывод, что груз, скорее всего, нес его спутник. А этот жеребец был кем-то вроде телохранителя и представителя интересов фракции.
В таком случае странно, что он выпустил земнопони из вида, пусть даже на секунду. Надо было как-то убедиться наверняка.
Вложив всю возможную обеспокоенность (а у меня ее сейчас было в избытке), я громким шепотом спросила:
– 𐌞𐌈𐌉𐌍! 𐌕𐌏 𐌑𐌛 𐌽𐌴𐌔𐌉?
Транслитерация:
Ma-Thi-N! To Mir-za Ne-Si?
Перевод и разбор:
"Лекарство! Оно в порядке?"
— 𐌞𐌈𐌉𐌍 (*Ma-Thi-N*) — "вода + жизнь"
— 𐌕𐌏 (*To*) — "оно"
— 𐌑𐌛 (*Mir-za*) — "в порядке" (досл. "с миром")
— 𐌽𐌴𐌔𐌉 (*Ne-Si*) — "есть?" (вопросительная форма глагола "быть")
– 𐎓𐌓𐌄𐌍 𐌐𐌏𐌔𐌉𐎠
Я не ожидала явного ответа, но все равно была разочарована услышанным.
Транслитерация:
Uk-Ren Po-Si-Nal
Перевод и разбор:
“Не могу сказать”
— 𐎓 (*Uk*) — отрицательная частица
— 𐌓𐌄𐌍 (*Ren*) — "я"
— 𐌐𐌏𐌔𐌉 (*Po-Si*) — "могу сказать" (𐌐 *Por* "рот" + 𐌔𐌉 *-Si* "действие")
— 𐎠 (*-Nal*) — маркер завершённого отрицания
Не может сказать почему? Не доверяет мне? Или и сам не знает? В пустоши было бы глупо уповать на удачу, но я очень понадеялась, что верно второе. Надо было найти земнопони, поэтому я нырнула в кусты, в которых последний раз его видела. Сразу сориентироваться не получилось, но я услышала шагах в пяти тот тихий свист, который мы с Дюной выбрали в качестве условного сигнала, и бросилась туда, стараясь ни обо что в темноте не споткнуться. Я увидела Дюну, который убирал свои инструменты обратно в сумку. А еще земнопони, лежащего без сознания рядом с ним. И закрытую коробку. Кажется, пегас закончил с работой — и что дальше? Я обернулась на резкий звук от удара чего-то об землю. Кажется, зебра последовал за мной, но его сбил с ног кто-то второй. Я на секунду поймала взгляд Дюны, и он тут же бросился бегом куда-то в сторону, вдоль дороги, откуда я пришла вместе с курьерами. Особенно не думая, я бросилась следом. Честно сказать, я просто растерялась. Продолжать отыгрывать свою роль и помогать зебре я никак не могла, поскольку напал на него скорее всего мой начальник. Помочь ему и скомпрометировать себя перед курьерами — тоже. Значит просто затеряюсь в пустоши и вернусь в лагерь вместе с Дюной. Я верила, что капрал справится и без меня — даже наоборот, я бы скорее ему мешала. Через какое-то время я нагнала Дюну, потому что он остановился и ждал меня. Увидев мою растерянность, он ободряюще кивнул, и мы пошли дальше уже шагом.
– Представляешь, этот пони прыгнул почти мне в копыта.
– Прости, я.. не успела предупредить.. – я отвела взгляд в сторону.
– Было бы непрофессионально с моей стороны валить все на тебя. У меня все еще было оборудование, ловящее помехи, так что о вашем приближении я знал заранее. Представляешь, трекер был впаян в стекло ампулы. Я включил глушилку, думал секунд за 10 обернусь. Пришлось отламывать стекло и приделывать термоклеем.
– Ты носишь с собой термоклей? Откуда ты вообще его взял?
– Ну, знаешь, я общительный. И предусмотрительный, к тому же. А еще эта штука помогает расслабиться.. – он как-то странно расплылся в улыбке, а я решила, что прекрасно проживу без подробностей об этом.
– Ну и, все получилось? – я уже могла не скрывать свое беспокойство, но все равно получилось как-то резче, чем хотелось бы.
– А, да, делов-то. Давай, двигаем обратно. Я ужа сказал нашим, чтобы возвращались. Капрал тоже присоединится, я думаю, но ждать не будем. – пегас выглядел крайне довольным собой. Ну еще бы, выбрался со скучного дежурства в пустошь, вытащил на себе половину операции, еще и отоспаться разрешат. Мне оставалось только порадоваться за него.
Отойдя еще на какое-то расстояние, мы осторожно поднялись в воздух. Я не очень хорошо ориентировалась на местности после всех этих приключений, но Дюна, очевидно, знал, где мы находимся, и в какую сторону нам лететь. По крайней мере он выглядел уверенно, и это было лучше, чем ничего. Потому что звезд было почти не видно, и потихоньку начинало светать — а значит мой привычный способ построить маршрут был недоступен.
====••••====
Когда мы вернулись, уже наступило утро, и те, кому не повезло заступать на дежурство, потихоньку приводили лагерь в движение. Капрал Мантис догнал нас довольно быстро, послушал краткий отчет от Дюны, и отпустил всех сдать снаряжение и спать. Кроме меня. Мне требовалось сначала прослушать утренний эзотерический зебринский эфир на предмет каких-то сообщений касательно миссии. А потом и вечерний, потому что подмену, если и обнаружат, то точно не сразу — но в любом случае следовало перестраховаться.
Я не очень внятно соображала, но не уловила в выученном мною почти наизусть зебринском песнопении ничего подозрительного, поэтому по завершении эфира пошла спать. По хорошему, мы закончили миссию, а изучать последствия нашего форсажа было задачей исследовательской группы, которая останется в лагере и дальше. Но капрал решил выждать еще один-два дня чисто на всякий случай. А может, под этим предлогом выбил себе время на отдых и написание отчетов. Я не могла его винить, потому что и сама была бы рада хотя бы частичному выходному перед возвращением в рабочий и учебно-тренировочный режим разведческого корпуса при лаборатории Зефир.
====••••====
Вокруг меня, всюду, куда падал мой взгляд, простирались вспаханные и засеянные поля. Под палящим полуденным солнцем и при полном отсутствии облаков, картина перед моим взором казалась сюрреалистичной. Я чувствовала тревогу, ощущение схожее с феноменом полуденного ужаса, весь мир как будто застыл. Я посмотрела вниз на свои маленькие ножки, на серебряно-серой шерсти над копытами, слегка испачканной в пыли и увлажненной земле, отчетливо проступали носочки из темно-серых полос. Они выбивались из окружающей идеальности, и я зажмурилась, чтобы не так сильно кружилась голова.
Затем я услышала стрекот. Ненавязчивый, легкий, но неумолимый и раздающийся отовсюду. Страж-птицы, так я их называла в детстве. Мне не было необходимости открывать глаза, чтобы рассмотреть их, я и так прекрасно выучила, как выглядят металлические летающие шарики с крыльями и армированной решеткой динамика. У них также были маленькие антенки, а еще небольшое сопло в нижней части корпуса. Рассказывали, что они могут ударить током, хотя мне повезло знать об этом только по слухам. Эти блестящие малыши сновали на полях, транслируя ненавязчивую музыку и, я думаю, следили за дисциплиной во время полевых работ. А может быть вели записи и докладывали какому-нибудь ученому, как чувствуют себя рабочие после уменьшения пайка или перехода на кукурузную муку. Я много фантазировала о том, что же на самом деле они делали, и даже пыталась заговорить с ними. Но они ни разу не ответили.
Кроме меня в поле не было больше никого. Наверное, обеденный перерыв, подумалось мне. Солнце в зените, и никому не хотелось тащить работников в лазарет после теплового удара и терять производительность. Надо найти отца и присоединиться к остальным. Если меня не покормят, то до ужина я могу не протянуть и потеряю сознание. Тогда будет плохо.
Я пошла вперед, но окружающая действительность как будто и не думала меняться. Она преследовала меня, и каждый раз смотря под ноги, я видела те же ростки и те же сорняки в точности до последней травинки.
Эта мысль была отброшена моим усталым сознанием куда-то в дальний угол, и я просто перестала смотреть вниз. Линия горизонта, как и всегда, оставалась такой же далекой. Над правым ухом… нет, кажется, над левым, я услышала стрекот. Не обращая внимание, я просто шагала дальше, напевая под нос какую-то мелодию, чтобы отвлечься от всего вокруг. Но стрекот становился сильнее. Через пару минут он стал настолько громким, что я с тревогой вжала голову в плечи и бросила косой взгляд себе за спину. Целый рой спрайт-ботов закрывал небо за моей спиной. Как только я остановилась и в испуге зажмурилась, они, казалось, окружили меня и начали стрекотать с утроенной силой. Тихонько и немного всхлипывая, я продолжила напевать свою мелодию, звуки которой терялись в этой ужасной какофонии над моей головой.
Моя мелодия начала облекаться в невнятные слова, прерываемые паузами, теряющимися в безуспешной попытке перекричать шум.
Это не помогало, и мой голос зазвучал тише, почти переходя на шепот. Как вдруг я услышала еще один голос — приятный, мелодичный и такой родной. Шум роя стал тише, пока вовсе не потерялся в мелодии, которую пела мне мама. Той самой мелодии, которую я напевала перед сном, чтобы лучше уснуть.
Я тихонько, чтобы не спугнуть этот чудесный голос, вторила ему в унисон.
Будет ласковый дождь, будет запах земли,
Щебет юрких стрижей от зари до зари,
И ночные рулады лягушек в прудах,
И цветение слив в белопенных садах.
Огнегрудый комочек слетит на забор,
И малиновки трель выткет звонкий узор.
И никто, и никто не вспомянет войну —
Пережито-забыто, ворошить ни к чему.
<...>
И весна… и весна встретит новый рассвет,
Не заметив, что нас уже нет.*
————
*Перевод на русский (цитируется из рассказа Рэя Брэдбери «Будет ласковый дождь», переведённого Львом Ждановым)
Дойдя до конца, мелодия началась снова, но голос как будто обрел легкие механические черты, и к середине начал через каждые несколько слов срываться на треск.
Я подняла голову и резко распахнула глаза. Передо мной висел параспрайт, один, остальные будто испарились от полуденной жары.
“И весна… и весна встретит новый рассвет,
Не заметив, что нас уже нет..”
Робот, потрескивая, повторял эту фразу снова и снова, а затем поплыл к горизонту, удаляясь от меня все быстрее. Я бросилась за ним следом. Аккуратные линии посевов слились для меня в блеклое полотно под ногами. Мой взгляд был прикован к маленькому стальному шарику, висящему в воздухе передо мной. Не знаю, сколько времени я бежала за ним, пока он вдруг не остановился. Так резко, что я чуть не потеряла равновесие, затормозив и зарывшись передними лапами в землю. Небо передо мной оставалось таким же безоблачно голубым. Но грязь под ногами сменилась на влажную, вязкую пушистую массу. Эта часть облачной завесы пока не была терраформирована, подумалось мне. Я больше не в поле, тогда где? Я не смогла бы убежать дальше прозрачного купола, служившего границей сельскохозяйственной территори. Я не видела сетчатых заборов, ограждающих лагерь, некогда служивший домом мне и моему отцу. Никогда раньше я не заходила так далеко. Будто электрическим разрядом меня прошибла мысль “нужно немедленно вернуться.”
Крутанувшись на ногах, я обнаружила, что стою на небольшом облачном островке, и шагах в десяти назад он заканчивается.
Озадаченно озираясь, я осторожно подошла к краю. Заглянув за облачную завесу, я увидела далеко внизу туман. Вернее.. это был не туман, ведь он поднимался вверх. Это был дым. Теплый серый поток поднялся до меня, защипало слезящиеся глаза, вокруг летали маленькие частички золы и продуктов горения. Я чихнула, замотала головой, попятилась. К своему ужасу, под задней ногой я не почувствовала опоры, и, не удержавшись, рухнула вниз.
====••••====
Я дернулась так сильно, что чуть не перевернула гамак. Мое сердце колотилось так быстро, что я всерьез начала опасаться, не разобьется ли оно. Мне потребовалось несколько минут перевести дыхание. На мое счастье, время только близилось к закату, поэтому в жилой комнате почти никого не было, и я могла спокойно привести себя в порядок.
Спрыгнув вниз, я проследовала к резервуару с очищенной водой, сняв с него крышку сделала пару глотков и глубокий выдох. Мой взгляд упал на собственное расплывчатое отражение. Какое-то время я тупо пялилась в воду. С усилием сфокусировав взгляд, я закрыла крышку и пошла к выходу. Надо было пройтись, сменить обстановку. Желательно так, чтобы никто меня при этом не трогал.
Я старалась забить свой ментальный эфир чем-то отвлеченным, так что даже особенно не следила за тем, куда иду. Ноги сами привели меня в радиорубку. Ну, тем лучше. Мне все равно следовало сменить второго радиста в течение пары часов.
Дюна сидел в наушниках за столом и качал головой. Заметив меня, он улыбнулся и доброжелательно кивнул мне. Сдвинув с уха ближайший ко мне наушник, он спросил:
– Как дела, полосатик?
Хе.. прозвище звучало не обидно. Во всяком случае потому, что этот пегас точно не вкладывал в него негативный подтекст. Я села на пол возле стены палатки и прикрыла глаза.
– Нормально, спасибо. Ерунда только снилась какая-то.. я тут с тобой посижу, ладно?
– Да, конечно, не мешаешь. Хочешь что-нибудь обсудим? – пегас явно находил свою работу на дежурстве гораздо менее интересной, чем разговор ни о чем.
– Что слышно в эфире?
В ответ на мой вопрос Дюна слегка закатил глаза. Ну конечно, из всех тем я выбрала самую скучную.
– Ничего нового.. ну ты спросила тоже. Мне еще недели две тут торчать, в эфире. Иногда только новости какие про торговлю или реклама каких-то шишек в больших городах, но только нашим до этого дела нет. Днем было про какую-то охранницу, но мы слишком далеко, чтобы нас ее приключения хоть как-то касались. Сама понимаешь…
Дюна пустился в пространные рассуждения о смысле бытия и о трудностях бытия на пустошах, а я просто слушала, иногда кивая и поддакивая. В конце концов я почувствовала скуку и усталость от его монолога, поэтому предложила сменить его пораньше. Конечно, пегас с радостью согласился. Это противоречило порядку, но, если что, я могла придумать полсотни отговорок, чтобы его прикрыть. Да и вряд ли моему начальству есть до этого дело, я могу как угодно распоряжаться своим свободным временем. А его начальство.. я вообще не была уверена, как часто и перед кем он отчитывается. Ну и не важно.
Час, или, может, полтора, я сидела и слушала тихую музыку, пока в моем “родном” зебринском эфире не раздались очередные ритуальные песнопения. Смотря куда-то в верхний левый угол на не очень ровную этажерку с оборудованием, журналами и какими-то вещами Дюны, я постаралась сосредоточиться. Смысл песен разбирать было не обязательно, я и так уже почти наизусть выучила вариации их содержания, но что-то могло резануть слух, и вот тогда…
Я не была уверена, насколько оправданно было ожидать чего-то про вакцину или караван — потому что.. ну.. а кому можно что-то адресовать? Караван давно ушел, у местных полно своих проблем, и их задача работать в поле, а не думать над планами мистической верхушки. И тем не менее, я услышала кое-что странное. В журнал я внесла следующие записи:
“Xing-Rin Lu-Oar’Vaz-Ri Yi-Fel Faz ´Saat Si-San Vaz”
𐌖𐌙 (Xing — судьба, звезда + Rin — раб = раб судьбы = странник) 𐌶𐍞-𐌔𐍅 (Lu-Oar ухо+звук = слышать +Vaz-Ri будущее) 𐌇こ(Yi — один + Fel — свет = маяк) 𐍆 (Faz — память, старый) ‘り(Saat — время) 𐌊 (Si-San — 4) 𐍅 (Vaz — рассвет)
Без контекста, который пришлось додумывать находу, это изречение можно было перевести примерно, как:
“Странник услышит старый маяк в 4 часа утра на рассвете”
Я положила карандаш на стол и задумалась. Перевод в журнал я так и не записала. Здесь есть точные время и место. И обращение к адресату. Кем может быть этот странник?
Прокручивая в голове события вчерашней ночи, я последовательно отметала предположения о его личности. Никто из каравана и даже не сам караван — ему нет никакого смысла возвращаться, у него есть вполне конкретный маршрут. Нам бы дали знать, если бы он затерялся. Наверное.. кто-то же следит за ним или работает в одной из точек его назначения? Разведывательная сеть анклава простирается шире, чем могло бы показаться, поэтому вряд ли. Курьеры из поселения? Но зачем передавать им послание по радио, если можно сказать напрямую, без риска быть услышанными кем-то со стороны. Еще какое-то новое действующее лицо? Возможно, но тогда далеко не факт, что оно имеет отношение ко всей этой каше с вакциной. А если имеет? Наверное, нужно сообщить. Ага, чудесно, и как будет выглядеть мой доклад? “Рядовой Эхо, сообщаю, что нужно послать к старому маяку кого-то проследить за кем-то зачем-то”. Это несущественно, к тому же мы собирались улетать завтра на закате, поэтому день хотелось бы прожить без лишних проблем. Ладно, думаем дальше.. курьеры.. курьеры могли, а скорее всего и рассказали о нападении — это единственное, о чем мне и моему отряду следовало бы беспокоиться. Если послание как-то связано с нападением, то странником была я.
Мысль об этом пронзила меня и заставила остальной поток сознания утихнуть. Я хотела сразу же отмести ее, как несостоятельную, но ей как будто бы не было дела до моих попыток. Она уже обосновалась в моей голове и начинала меня нервировать.
Почему я? При чем тут вообще я? Они захотели выяснить, кем был тот ночной спутник, который навел их на рейдеров? Мы же обставили все так, что я пропала после нападения. Неужели они поняли, что нападение было подстроено, и я сообщник? Если меня подозревают, то в чем, я же ничего не делала? Они узнали, что вакцина поддельная? Может всему виной караван, а рейдеры в лесу просто пытались ее забрать и не смогли. Может и я пыталась ее забрать, заручившись их помощью. Но ведь не получилось же.. Тогда о чем им переживать?
Стой, Эхо, не разгоняйся. Есть самый верный способ ответить себе на все вопросы. Ты понимаешь зебринский, и странник понял бы тоже. Надо пойти и проверить. 4 часа утра, какой повод можно было бы придумать, чтобы слинять из лагеря в это время. И какой еще старый маяк..
Прослушав сегодняшний религиозный эфир до конца, я снова задумалась, но договориться с совестью мне удалось довольно быстро. Прослушанные эфиры записывались и архивировались, возможно изучались и потом, вероятно, стирались за ненадобностью.
Возможно, следовало немного обезопасить себя. Я подключила наушники к старенькому рекордеру и, через кнопочный интерфейс, отмотала до момента, на котором услышала эту странную фразу. Для верности, промотала еще чуть дальше.
Сняв наушники, я подошла к пегасу, спавшему в углу. Дюна вечером куда-то отходил, а потом вернулся, съел все содержимое пакета с ирп и уснул на полу. Ну, в целом, тоже распределяет свободное время, как хочет. Я пихнула его носом в плечо. Затем пихнула еще раз сильнее. Он толком никак не отреагировал, даже ухом не повел. Ну и прекрасно. Подойдя к стеллажу, я аккуратно сняла с полки генератор шума, которым мы пользовались на миссии. Там в укрытии, когда пегас настраивал оборудование, я наблюдала за тем, как он работает, и еще могла по памяти что-то воспроизвести. Также рядом лежал резервный рекордер, на случай поломки основного. Мне оставалось надеяться, что он работает, потому что судя по слою пыли на нем и вокруг места, где он лежал, мой сменщик не особенно часто его трогал.
Еще раз покосившись на пегаса, я положила устройства на стол.
Настало время манипуляций. Я включила резервный рекордер, нажала на запись и сунула динамик вплотную к наушникам. Прислушиваясь, я дождалась окончания всего эфира — на мое счастье фразу выдали за пару минут до конца. Затем, приложив рекордер к уху, я прослушала получившуюся запись. Качество звука уже пострадало, но не настолько, чтобы мне было достаточно.
Вытащив наушники из первого рекордера, я снова отмотала запись к тому месту, откуда сделала ее дубликат. Дальше мне оставалось стереть всю концовку, снова включить запись и воспроизвести мой дубликат с работающим на минимуме генератором шума, выключив его незадолго до конца.
Спустя пару нехитрых манипуляций и напряженного сверления взглядом спящего пегаса (на всякий случай), я прослушала финальный результат. Помимо того, что кусок звучал глуше, на фон добавился треск и щелчки. Теперь небольшую часть эфира разобрать было сложнее, чем все остальное.
Отлично. Не знаю, насколько подозрительным будет наличие помех вокруг той части, которая вызывает вопросы, но при желании этому можно было придумать объяснение. Впрочем, мне это было не нужно, откуда же мне знать, почему связь сбойнула, я настроилась обратно на частоту сразу, как только смогла.
Переслушивая запись еще раз, я сделала пару пометок в журнале в тех местах, где слышно было хуже всего. Пару раз зачеркнуть, написать еще пару символов сверху для разнообразия, и получается не очень однозначно трактуемый текст. То, что нужно.
Аккуратно выключив и убрав обратно всю аппаратуру, я, с помощью молитв и чьей-то матери, разбудила, наконец, пегаса. Дюна проснулся, сощурил на меня недовольный взгляд и буркнул:
– Чего тебе?
– Мне нужно к капралу с докладом, эфир кончился, но, на всякий случай, побудь тут, пока я не вернусь. Все равно не уходишь. – я постаралась смягчить тон так, чтобы он не звучал, как приказ, а скорее как просьба, и, пока Дюна не успел опомниться, схватила журнал со стола и порысила к казармам.
– На всякий случай напомню, что время уже поздняя ночь, ты что здесь забыл? – раздраженно шептала я, чуть не врезавшись в Ангела в нескольких метрах от радиорубки.
– Я.. тебя искал.. слушай, ты торопишься, да? Я просто.. кое-что случилось и.. не знаю, хотел тебя найти.. – пегас растерянно оглянулся и опустил уши.
В любой другой ситуации я бы выслушала его и успокоила по мере сил, но сейчас я нервничала из-за своей небольшой аферы и торопилась к капралу.
– Я к капралу, сможешь по пути рассказать? Это важно?
– Я.. не уверен. Вернее да, важно, но ты только никому не говори. Нужен совет..
– Говори уже! – я старалась не срываться, но такая манера мямлить меня потихоньку начинала выводить. В чем проблема просто сказать все, что нужно, словами через рот?...
– В общем, надеюсь, ты поймешь. Так получилось, что я вмешал себе в паек немного пшеницы из поселения. Мы с..
– Стой, ты что? – нахмурившись, я резким шепотом прервала пегаса на полуслове. – Зачем?..
– Мы поспорили.. – я закатила глаза, но Ангел, казалось, не обратил внимания. – Клёст ныла про то, что нас скудно кормят, и мы не соблюдаем норму кбжу, поэтому наша форма и подготовка страдает и бла бла бла. В общем, там так закрутилось, и я договорился тайно выменять сто грамм на сигареты. Я нашел парочку в том доме, где мы прятались. Ну вернее я пачку нашел, но сухой табак был только в двух, ну и..
– Давай ближе к делу, – я снова прервала пегаса на полуслове. Если даже он обиделся, то никак не показал.
– В общем, я это съел, я ей хотел доказать, что могу чем угодно питаться и в отличной форме быть. И все бы ничего, только я теперь уснуть не могу, тошнит и как будто боковым зрением какую-то муть вижу. Как думаешь, может пшеница проклята? Кто знает, чем там эти зебры занимаются, не будет же анклав просто так ее изучать?..
Я сделала глубокий вдох. Для верности, еще четыре. Бросила на друга усталый взгляд.
– Ты, конечно, последний идиот, но все-таки дорог мне, так что слушай. Скорее всего ты просто устал, нервничаешь и все это себе надумал. Но раз уж все равно уснуть не можешь — пошли. Если что, постараюсь тебя прикрыть.
Ангел нервно оглянулся куда-то в сторону и сглотнул. Смотря себе под ноги, он засеменил следом. Не уверена, что мои слова ему помогли, но уж сам виноват.
Попросив дежурного разбудить капрала, мы ждали его в общем помещении казармы. Журнал я положила на стол и прокручивала в голове свою будущую речь.
Когда в проходе появился заспанный капрал и кивнул нам, я вкратце объяснила ему ситуацию с шифровкой, отдельно отметив то, что разобрать слова было трудно, и я, скорее всего, ошиблась. Проверить не мешало бы, но достаточно, наверное, меня и Ангела, ему все равно не спится.
Капрал в любом случае мог полноценно распоряжаться только своим небольшим отрядом, и я сделала ставку на то, что он не станет беспокоить руководителя командования лагерем по непроверенной информации. А в своих я была хоть насколько-то уверена, поэтому можно было идти спокойно, хоть и соблюдая осторожность. В случае чего я знаю, как они могут себя повести.
– Идите, я провожу вас к выходу и отдам приказ постовым, чтобы вас пропустили. Нам все еще не очень доверяют, так что лучше мне, видимо, присутствовать лично. 4 утра ты сказала? Сейчас примерно час ночи. Есть идеи, куда именно идти? – капрал выглядел сонным, должно быть допоздна просидел над отчетами и только недавно уснул.
Бюрократический аппарат анклава бывает ужасно дотошным до заполнения тысяч скучных формуляров.
– А что в окрестностях поселения? Мне кажется, имеется в виду конкретный объект, и он в каком-то смысле может у местных служить маяком… что-то вроде водонапорной башни или радиовышки.? – я не была уверена, чего ищу, поэтому сказала наугад.
– Заброшенная радиовышка действительно есть. Она чуть выше на местности, на противоположной стороне каньона, в котором мы недавно сидели. Вы, возможно, могли ее видеть вчера. Наши разведчики проверяли ее в качестве потенциального укрытия, так что можешь узнать у них. – капрал, несмотря на свою сонливость, был довольно собранным, ну от него я и не ожидала иного.
– Мы можем взять что-нибудь из снаряжения? – спросил Ангел. Я как-то не подумала об этом, но минимально вооружиться на всякий случай нам бы не помешало, поэтому я мысленно поблагодарила друга за внимательность.
– Да, возьмите пару пистолетов. Но постарайтесь не высовываться и не шуметь без крайней необходимости. Нам не нужны проблемы, пока у лагеря налажена связь с поселением. – казалось, после нашей недавней миссии капрал чуть больше поверил в самостоятельность вверенных ему кадетским училищем птенчиков. Это хорошо, и я готова была искренне стараться, чтобы оправдать его доверие.
После того, как капрал заполнил формуляр с разрешением на выдачу нам оружия, я кивнула, поблагодарила начальство за помощь и лояльность, и мы с Ангелом направились к складу.
====••••====
– Эхо, смотри! – пегас пихнул меня в плечо, и кивнул куда-то в левый верхний угол. – Вышка прямо по курсу!
Я промычала что-то неразборчивое в знак согласия. Мы аккуратно ползли по кустам и запыленной дороге в направлении, которое примерно поняли из объяснений капрала Мантиса. Не то, чтобы я не любила ночные прогулки и хоть что-нибудь отличное от работы с бумагами, но сейчас на самом деле предпочла бы поспать. По мере нашего приближения к каньону, воздух становился все более холодным и влажным. К утру, скорее даже к рассвету, здесь соберется туман. Заботливый Гриф, которого мы несколько минут распихивали в попытках разбудить, видимо в знак извинения выдал нам пару плащей. Они неплохо скрывали в ночной тишине белую шерсть моего напарника, да и всякие радости вроде пыли и грязи не так сильно приставали к нашим шкуркам. Но зато приходилось двигаться аккуратнее, потому что при активных перемещениях ткань на плаще мялась и начинала шуршать. Вслушиваться в звуки ночной тишины вообще было довольно увлекательно. Первые минут десять. А дальше все это сливалось в унылый напряженный фон, изредка прерываемый свистом ветра, какими-то тресками и отдаленными звуками ночной деятельности всяких пустошных хищников. Я очень сильно надеялась не наткнуться на скорпиона. Вдалеке я услышала какой-то гул и скрежет. Ветер дул в нашу сторону, поэтому ползли мы точно в направлении этих звуков. Я подняла голову выше и увидела в отдалении металлическую конструкцию, состоящую из столба и сотни проржавевших перекрытий. Наверное, наверху когда-то была антенна, но примерно половина строения, по моим прикидкам, отломалась и валялась частями у подножия вышки. Ну вот туда, по всей видимости, нам и нужно.
Ангел начал ползти быстрее и за пару секунд меня обогнал. Я не стала спрашивать, какой у него интерес поскорее наткнуться на кусок ржавого железа в сухой траве, но шепотом окликнула его.
– Эй! Ты куда это?
– Я слышал какой-то голос. Несколько голосов. Надо подобраться поближе и проследить за ними.
– Думаешь, стоит? – Ангел решил притормозить, чтобы лучше было слышно мой не очень громкий шепот. – До рассвета еще примерно полчаса, мало ли кто там ходит, нам это не интересно.
Пегас бросил на меня какой-то разочарованный взгляд, вздохнул, вскинув брови, и поплелся рядом.
Приблизившись еще, я замерла. Раздались шаги, но направлялись они не в нашу сторону а левее, наверное в поселение. Голоса стихли. Мы с Ангелом подождали, прячась в небольших сухих кустах, пока неизвестные не уйдут восвояси, и в итоге дошли до разрушенной вышки.
Как я и предполагала, вблизи конструкция казалась массивной, а под ногами на расстоянии примерно 20 метров в радиусе были разбросаны куски того, что когда-то было ее верхней половиной. Стараясь ступать аккуратно, чтобы не налететь на какой-нибудь острый ржавый конец арматуры, мы с Ангелом подошли почти вплотную к опорным частям.
– Как думаешь, ты сможешь где-то тут спрятаться? – спросила я, осматривая окрестности. – Если кто-нибудь придет, то он будет ждать одного пони, а не двоих, это может его отпугнуть.
Ангел подумал секунды две и ответил мне.
– Напоминаю, что я вооружен только лазерным пистолетом, так что стрелять в темноте на дальней дистанции без риска тебя задеть не смогу. В случае чего сначала добеги до меня, сможешь?..
– Как скажешь. – почему-то внутренне я была почти спокойна. На пустошах, конечно, подвоха можно было ожидать по каждому чиху и от каждого встречного, но в эту ночь моя бдительность решила слегка уснуть. Она даже про скорпионов уже почти забыла. Тем лучше, не буду лишний раз отвлекаться на нервы.
Проводив взглядом Ангела, ползающего в поисках укрытия между стальными обломками, я примерно запомнила, куда бежать и села на землю.
Ждать осталось совсем немного, если все-таки верить в успех.
Я всматривалась в темноту куда-то в направлении поселения, как мне казалось. Надо сказать, что небо ночной пустоши не абсолютно черное. Скорее вокруг сгущаются плотные тусклые сумерки. Я предположила, что какой-то нездоровый желтоватый цвет окружающей действительности придавала витающая в воздухе радиоактивная пыль, пепел и прочие прелестные последствия охватившей Эквестрию катастрофы. К моему сожалению, облачная завеса из-за тумана была плотнее, и звезд почти не было видно. Мне сразу стало слегка неуютно без их молчаливой поддержки.
С того момента, как мы приползли к потенциальному месту встречи, небо стало на несколько тонов светлее. Близился рассвет.
Я старалась выкинуть все мысли из головы и перебирать словарный запас на зебринском, чтобы не уснуть. Иногда это помогало успокоиться и убить время. Но меня отвлек какой-то шорох.
Стараясь не двигаться, я развернула уши и глаза в сторону источника звука. Просидев так еще несколько секунд, я выдохнула. Казалось, звук был слишком далеким и тихим, чтобы выдать перемещения кого-то, кто подкрадывался ко мне. Но я ошиблась.
Буквально через секунду в нескольких метрах от меня показался темный силуэт ростом с пони. И как я умудрилась его не заметить, он же шел прямо на меня!
Я медленно встала и непроизвольно сделала пару шагов назад, нащупывая под плащом прикрепленный к правому боку пистолет.
Пройдя еще пару метров, силуэт остановился. Мой визави тоже носил плащ и, в отличие от меня, догадался накинуть капюшон так, чтобы тень скрыла очертания его морды.
Долгую минуту мы с ним стояли в напряженном молчании. Я не решалась спросить его о чем-либо, хотя лихорадочно пыталась сформулировать вопрос.
Незнакомец двинулся куда-то в бок, обходя меня по кругу и заставляя вжаться в груду металла за моей спиной.
Я вся превратилась в зрение, отслеживая даже малейшие резкие и неожиданные его действия. Но он двигался плавно и тихо, ничем пока что не угрожая мне и почти не приближаясь.
Он нарушил молчание и я замерла, едва дыша.
– 𐎓𐍨𐌉𐎠 𐌓𐌄𐌍° 𐌌𐌄𐌍 𐎓𐌊𐌓𐌷𐎠, 𐌕𐌏 𐌔𐌏 𐎓𐌐𐌏𐌔𐌉𐎠 𐌵𐌏𐌔𐌉𐌔𐌉 𐌕𐌏° 𐌚𐌏𐌔𐌉°
(транслитерация:
Uk-Toz-i-Nal Ren. Men Uk-Kur-Rho-Nal, To So Uk-Po-Si-Nal Qo-Si-Si To. Ka-Si.)
Перевод:
“Не бойся. Мы не враги, если ты никому не расскажешь об увиденном. Возьми.”
— 𐎓𐍨𐌉𐎠 (*Uk-Toz-i-Nal*) — "Не бойся" (досл. "нет-страха-завершение")
— 𐌌𐌄𐌍 𐎓𐌊𐌓𐌷𐎠 (*Men Uk-Kur-Rho-Nal*) — "Мы не враги" (𐌊𐌓𐌷 = война + отрицание)
— 𐌵𐌏𐌔𐌉𐌔𐌉 (*Qo-Si-Si*) — "увиденное" (двойной суффикс 𐌔𐌉 для акцента)
— 𐌚𐌏𐌔𐌉 (*Ka-Si*) — "Возьми" (𐌚 = коготь + действие)
Он шагнул ко мне и поднял переднюю ногу. Я увидела, что к ней был прикреплен браслет с каким-то светящимся куском цветного стекла или чего-то подобного. Возможно, мне почудилось, но он очень тихо звенел и слегка светился. Я сглотнула и осторожно, понизив голос, спросила.
– 𐌋 𐌕𐌏?
(транслитерация:
Ma To?)
Перевод:
“Что это?”
— 𐌋 (*Ma*) — "что"
— 𐌕𐌏 (*To*) — "это"
Мой ночной собеседник кивнул на стеклышко. Я аккуратно потянулась зубами к веревке, на которую оно крепилось, стянула ее вместе с осколком и отошла на пару шагов назад. В нос ударил незнакомый запах несильный, но достаточный, чтобы я задумалась о всех принятых решениях. Что это еще за хрень? Она что, ядовита?..
Мой поток сознания прервался, когда незнакомец слегка нараспев произнес еще одну загадочную фразу
— 𐍝𐌷° 𐌔𐌏 𐌽𐌴𐌔𐌉𐎠 𐌕𐌏𐌔𐌉 𐌍𐌄𐌔𐌉 𐌕𐌏° 𐌓𐌉𐌖𐌔𐌉°
(транслитерация:
Iar-Rho. So Ne-Si-Nal To-Si Ne-Si To. Ri-Yue-Si.)
Перевод:
“Носитель. А содержание тебе предстоит осознать. До встречи.”
— 𐍝𐌷 (*Iar-Rho*) — "Носитель" (𐍝 = книга + уважительный суффикс)
— 𐌍𐌴𐌔𐌉𐎠 𐌕𐌏𐌔𐌉 (*Ne-Si-Nal To-Si*) — "предстоит осознать" (досл. "должно стать видимым")
— 𐌓𐌉𐌖𐌔𐌉 (*Ri-Yue-Si*) — "до встречи" (𐌓𐌉𐌖 = солнце-луна → цикл времени)
Поскольку он вроде бы отвечал на вопросы, я решила использовать это обстоятельство, пока получается, и странная веревочка в зубах не стала бы мне помехой
– 𐌓𐌉𐌖𐌔𐌉 𐌆 𐌊?
(транслитерация:
Ri-Yue-Si Ve Ku?)
Перевод:
“Встречи с кем?”
— 𐌆 (*Ve*) — "с" (сокращённая форма 𐍁 *Vez*)
— 𐌊 (*Ku*) — "кто?"
Казалось, он не хотел выдавать мне сходу все ответы, но вроде как был.. вежливым? По какой-то причине он пока не уходил и продолжал со мной разговаривать.
– 𐍁 𐌌𐌄𐌍° 𐌔𐌏 𐌍𐌄𐌔𐌉’ 𐌌𐌄𐌍 𐌍𐌄𐌔𐌉 𐌕𐌏°
(транслитерация:
Vez Men. So Ne-Si, Men Ne-Si To.)
Перевод:
“С нами. Ты узнаешь, и мы узнаем тоже”
— 𐍁 (*Vez*) — "с" (полная форма)
— 𐌍𐌄𐌔𐌉𐌔𐌉 (*Ne-Si*) — "узнаешь/узнаем" (усиленная форма "видеть")
—---
**Стилистические особенности**
1. **Краткость**: В диалогах опускаются частицы (𐌕𐌏 *To* вместо 𐌕𐌏𐌔𐌉 *To-Si*).
2. **Символизм**:
- 𐌔𐌕 (*Ri-Yue*) — "встреча" как астрономическое событие.
- 𐍝 (*Iar*) — "книга" → метафора носителя знаний.
—---
Склонив голову, он сделал пару шагов назад, развернулся и почти бесшумно пошел обратно.
А я как стояла с непонятной стекляшкой в зубах, так и застыла, пытаясь осознать случившееся. Позади меня послышался шорох и два мягких хлопка. Ангел опустился рядом с выражением искреннего недоумения на морде.
– Это что? – пегас проводил взглядом качающуюся стекляшку – О чем вы говорили?
Я пару раз моргнула, затем опустила на землю свой странный трофей и в двух словах передала другу содержание нашего разговора. Я также добавила, что эта штука странно пахнет, и пегас наклонился понюхать. Затем он осторожно лизнул ее.
– Это, кажется, соль, с какой-то химической примесью.
– Круто, а тебе обязательно брать в рот все сомнительное хрен знает что, которое передают нам зебры? Или ты решил, что после ужина терять уже нечего?
– Не сердись, Эхо. Я просто.. у меня брат работает в лабораториях и иногда приносит домой подобные стекляшки, но бесцветные. Это кристаллы соли, и в анклаве их как-то обрабатывают и используют. Вообще-то много где, раствор соли ведь проводит электрическую и магическую энергию. Не удивлюсь, если этот кристалл зачаро-о-о-ван.
Последнее слово пегас произнес таким издевательски-загадочным тоном, что мне захотелось дать ему по ушам. Вместо этого я обдумала его предположение. Носитель.. может и действительно зачарован — кто знает, на что в действительности способны зебринские алхимики. Но носитель чего?..
– Пойдем, – я снова взяла шнурок в зубы и медленно пошла вперед, бросив фразу через плечо, – Пора возвращаться.
– Что ты собираешься делать с этим? Может, его надо облизать или.. разбить? Хотя на твоем месте я бы никому его не показывал, пока не разберешься. Я сделаю вид, что ничего не было, ладно?
Бесконечный поток вопросов натолкнул меня на мысль о том, что капрал скорее всего тоже спросит нас о возвращении.
– Кстати об этом, – я подумала, что будет лучше иметь одну общую легенду и тем более лучше, если составлю ее я, – Скажем, что слышали какие-то голоса, но они разошлись еще до нашего приближения. Ничего подслушать не получилось.
– Может лучше скажем, что вообще ничего не слышали? Отчитают еще за нерасторопность. – Ангел не был таким уж безответственным в своей работе, но когда дело доходило до возможных моих проблем, он старался найти способ меня уберечь.
– Ну… давай, наверное. Да, хорошо, скажем, что ничего не было. Спасибо тебе.
– Ага, спать хочу, не отставай – пегас перестал переживать вообще о чем либо и порысил в направлении лагеря.
Спустя несколько минут нашего бега, запах кристалла начинал казаться мне все более навязчивым. От него как будто начала кружиться голова. Окликнув Ангела, я остановилась и сунула его в нагрудный карман. Сложно сказать, почему я сразу так не сделала.. думала совсем не о том. Впрочем, неважно, надо постараться аккуратно разузнать о кристаллах у кого-нибудь, когда вернемся.