Автор рисунка: BonesWolbach
Глава десятая «Удивление» Глава двенадцатая «Пузырьки»

Глава одиннадцатая «Память»

— Они быстро справляются. — лавандовое копытце ткнуло замерший рядом с полкой аппарат.

Роботы сегодня хозяйничали в библиотеке, книги взлетали с полок в чутких лапках манипуляторов, шелестели страницами и быстро возвращались на свои места.

— Каталог почти готов. — спирит не двигалась, шлем полностью скрыл голову. — Переводчик для старого эквестрийского работает неплохо. Спасибо за помощь, Твайлайт.

Человек обернулась, серая сфера на плечах смотрела словно всей поверхностью.

— Я оставлю схемы, которые просили богини. Ваши машины доставят завтра.

— Все книги в одном компьютере, это очень заманчиво, но мы не пустим людей в архив замка. — единорожка с нескрываемой грустью качнула головой.

— Не торопись, Твайлайт, со временем наши народы обменяются знаниями. Доверию всегда требуется время.

~Вздох

Копытца грустно потопали к выходу. Библиотекарь чувствовала себя чужой в собственном доме.

Она поёжилась, вспомнив: спирит вчера показывала свою программу, «Семантическая сеть» — так она называлась. Несчётное число нитей связывали слова из сотен книг, стоило задать вопрос, и программа всегда находила ответ.

Зачем нужны книги и библиотеки, если есть одна сеть? Твайлайт спросила. Ответ не удивил: люди не писали книг, они добавляли строки знаний к своей паутине; автора никто не запоминал, у всех была общая память.

— Подожди, Твайлайт!

Гриву тряхнул ветер, знакомая фигурка пролетела рядом.

— Извини, не рассчитала прыжок. Ты в город? — она быстро вскочила и теперь склонилась к единорожке.

— В город. Дай угадать, тебе опять нужны деньги? — Твайлайт улыбнулась, печальные мысли испарились.

— Да, на книгу. — Пилот едва не прижималась к лавандовой мордочке. — Никак не могу понять, почему пони не соберут их все в библиотеке?

— Это долгая история. Пойдём вместе?

Сиреневое сияние вытянуло мешочек монет из сумки, ловкая рука тут же подхватила.

— В другой раз, Твайли. Гулять одной интереснее.

Единорожка хотела что-то ответить, но человек уже мелькнула в воротах замка.

— И что принцесса в ней нашла? Всё время спешит, словно боится опоздать. — Твайлайт думала на бегу, возвращалась за новым кошельком, расписание не любило случайности. — Или у неё тоже есть свой план?

Махнула головой, отгоняя мысль. Пилот была совсем как жеребёнок, сложно понять, что у неё на уме.

Кантерлот быстро привык к двуногим на улицах. Поначалу любопытные топтались за спиной, ловя каждое слово, без конца фотографировали; было забавно видеть себя на страницах газет. Но скоро все успокоились, всё же пони оставались вежливым народцем.

Дни пробегали быстро.

— Привет, Грэй Дарт, Селестия уже вернулась?

Гвардеец на воротах не дрогнул, но удивлённый взгляд выдал его. Редко кто запоминал имена простых серопони из стражи, ещё доспехи скрывали метку делая всех похожими.

— Нет, жди её на башне с телескопом, принцесса заглядывает туда каждый вечер.

— Спасибо! — она как ветер неслась дальше.

Пара мордочек в шлемах обернулись друг к другу, обменялись взглядами и одновременно усмехнулись. Шаставший повсюду человек и любопытные пони скрашивали скуку службы.

Ветер холодил лицо, мелькали колонны галереи. Прыжок, ещё один, под ногами балкон башни; рука коснулась двери, вот знакомый зал.

Она замерла статуей, пилоты всегда умели ждать.

Но мысли текли быстрым потоком. Эквестрия умела делать подарки, воспоминания о прошлом мерцали маленькой точкой, что значили они рядом с океаном новых впечатлений?..

Золото башен города, тихое пение пернатых и вездесущие пони. Книги и древности из лавок торговцев мечтали рассказать о себе.

Как там Скут? Они вместе неслись по улицам, искусственные мышцы скафандра легко бросали маленькую пегаску в полёт; пара воздушных акробатов могла показать такой танец, что простые пони цепенели и боялись моргнуть.

Одна Твайли не ценила скорость и веселье, зато она знала о прошлом больше чем все её книги. Каждая пони однажды находила своё призвание.

А люди? В чём наше предназначение, когда каждый пилот копия другого? Ответ прост: память — вот высшая ценность для любого из нас. Столько всего нового хотелось почувствовать и сохранить.

Знакомый запах, улыбка сама появилась на лице.

— Добрый вечер, Селестия, сегодня ты как никогда поздно.

Шелест крылышек с балкона, бесшумно открылась дверь.

— А у моей ученицы как всегда сотня вопросов на уме?

Это не было идеей светлой богини, с лёгкого копытца Луны Пилота теперь все называли как раньше Твайлайт.

— Сегодня всего парочка. Готова к серьёзному разговору, Селестия?

Принцесса легонько тронула крылом плечо человека.

Новая ученица совсем не Твайлайт, она не почитала богиню, нисколько; не смущалась жёстких слов, но вместе с тем никогда не обвиняла. Честные ответы были действительно важны для неё. А её одержимость историей Эквестрии? Она дарила новый взгляд на сумрак прошлого, одно это уже много значило для богини.

— Почему пони однажды остановились? — лёгкая улыбка смягчила прямой взгляд. — Пони изобретательны и умны, они постоянно придумывают что-то новое. Но почему тогда земнопони работают в полях? Где ваши разумные машины?

Теперь она говорила почти шёпотом:

— У вас была тысяча лет мира. Почему пони не изменились?

Обычный вопрос для человека. Селестия уже привыкла на такие отвечать.

— Пони должны выжить, Пилот. Ты знаешь о моей войне с сестрой. Нас было всего двое, но мы умудрились начать бойню; тогда многие погибли.

— Ты понимаешь, что может случиться, если каждая пони будет сильна как аликорн? Однажды кто-то убьёт всех.

Человек и аликорн смотрели прямо в глаза одна другой. Так смотрят с ненавистью, или ища понимание.

— Они все исчезли, Селестия. Все, кто выжил в той войне, давно умерли. И следующие поколения тоже.

— Ты помнишь своих друзей из прошлого? — продолжала Пилот.

— Никогда не забуду. — Аликорн вздохнула — И они живут в памяти других пони.

Время шло, грустный вечерний разговор тёк своим путём. Чему хотела научиться Пилот, что так безжалостно пытала богиню?

— Я не спирит, я не смогу взять пони и вырвать из них всё, что считаю плохим. Так не останется ничего. Ты много рассказывала о своём городе, он живёт как один организм; люди гораздо ближе друг к другу, чем пони. Было очень жестоко забрать вас из дома?

— Не очень. Мы сами захотели бы уйти. Ты понимаешь, Селестия, что мы можем сделать с Эквестрией? Не только аликорны достойны жить. Мы найдём способ защитить от смерти остальных пони, мы сделаем их лучше. Почему ты не мешаешь?

— Пусть всё идёт как идёт. Я не боюсь. — крылышко опустилось в пустоту, плечо человека исчезло.

Пилот мелькнула на балконе, спрыгнула вниз. Она никогда не прощалась. Ей часто требовалось обдумать разговор одной, когда кончались слова.

Ветер ласкал тело, скафандр мог передать любое ощущение и всегда защищал. Ветер — лучшее из чудес Эквестрии. Внутри фрейма нигде не было воздушных рек, в машинах-терраформерах тоже. Течёт воздух, значит корпус пробит. Поначалу Пилот боялась ветра.

Над стеной мерцали маленькие редкие огоньки. Внизу золотистое сияние улиц Кантерлота. Красивая ночь.

Тёмный аликорн невидимкой стояла рядом, ей тоже нравилось это место, но никто не знал.