Путь лучика

Вы когда-нибудь задумывались, какого это - жить без возможности увидеть спокойный мир?

Другие пони ОС - пони

Если память не изменяет

Забавно, как порой некоторые вещи задерживаются в памяти: какие-то места, знакомые, звуки и даже запахи. И стоит затронуть что-то из этого, как тебя затопят воспоминания. И также быстро исчезнут.

Рэрити Эплблум

Фанфик о том, как пони писали фанфики

Аннотация к фанфику с таким названием кажется излишней.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Обман. Или нет?

Принцессы не такие добрые и благородные, как думают жители Эквестрии. Сестры что-то скрывают, но один раз они допустили ошибку. Теперь их секрет под угрозой, но что будет с тем, кто смог открыть тайну и уйти безнаказанно?

Принцесса Селестия Трикси, Великая и Могучая Другие пони

FOE: Чудо

Просто небольшая зарисовка по популярной вселенной, вдохновленная этим фильмом: www.kinopoisk.ru/film/427195/

ОС - пони

Добродетель магии

Давным-давно три племени пони поселились в прекрасных землях Эквестрии. Мало кто знает, как они жили раньше, и ещё меньше - что творилось тогда вокруг. Не осталось ни картин, ни летописей, ни преданий о диких морях на краю света и странных народах, что их населяли. Эта история - одна из немногих, которые удалось сохранить. Она повествует о маленьком единороге, которому не повезло родиться и жить в окружении земных пони, с трудом находя свой путь и не зная своей настоящей природы. Не зная, что магия - это добродетель, точно такая же, как надежда или отвага.

ОС - пони

Т+769 дней

Согласно одной из эквестрийских традиций, когда пони достигают определенного возраста, они получают магический таймер, который отсчитывает дни до их встречи с избранниками, предопределенными им судьбой. Рэрити была весьма взволнована, когда получила свой таймер. Правда, она совсем не ожидала, что он будет отсчитывать дни в противоположную сторону.

Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай

"Последний единорог".

Это ЕЩЕ НЕ Эквестрия. За вычитку спасибо RushPhoenix.

ОС - пони

Нашествие.

Эквестрия, июнь 1011-го года от Изгнания Луны. В стране царит приподнятое настроение: приближается Летнее Солнцестояние, один из главных государственных праздников. По всей Эквестрии идут активные приготовления к самому длинному дню в году. Скоро начнутся парады, выпускные балы, ярмарки и демонстрации, они охватят всю Эквестрию от Акронейджа на западе до Троттингема на востоке, и от Винниаполиса на севере до Балтимейра на юге. Тревожные новости, доходящие до пони из других стран, мало их волнуют: народ ворчит о мерах военной мобилизации и склонен верить в то, что сёстрам-Аликорнам удастся уладить проблему раньше, чем она перерастёт во что-то серьёзное. Блаженное неведение, за которое придётся очень дорого заплатить...

Чейнджлинги

Поехали!

Дёрпи. Просто Дёрпи. Теперь в космосе!

Принцесса Луна Дерпи Хувз

Автор рисунка: aJVL
Vox Populi. Забег.

Их едят - они глядят.

Все беды — от городских.

https://www.youtube.com/watch?v=tvcgezVBqGA&feature=kp

-…ну а потом лысый кастанул-таки призыв воронов и мы счастливо попользовали их в качестве ступеней. Кроме толстяка, — Ви без всякого предупреждения грустно вздохнула. – У него инстинкты взыграли. В лепешку разбился бедолага…- тон вновь сделал стремительный кульбит, без промедленья вернувшись к радостно-беззаботному. – Зато им же удалось и расплатиться с лестницей, тем самым окончательно расправившись со всеми оставшимися там долгами – и вот таким образом я не стала супругой властителя кошек.

Впавший в полусонное состояние Бестолочь мигнул и, не ощутив ставшего за какой-то час частью живой природы жужжания, с трудом поверил собственным ушам – неужели она закончила?

— Алкоголичка дровяная, — прокомментировал волей Понта также вынужденный слушать всё это Фауст.

— Паладин, этот чернокнижник оскорбил мою честь! – повелительный жест. – Разберись с ним!

«Попрошенный» не смог совершить ставший привычным ритуал возложения ладони на чело — она и без того уже давно там обреталась. Аж с самой арки про трансформацию и вылизывание. Поэтому пришлось сразу приниматься за разрешение ситуации:

— Скажите, а вы точно осознали, что именуемая вами «чучелом» леди – та самая фактол Нилесия? – без особой надежды поинтересовался оруженосец. – То есть, дама, на судьбу которой оказали столь большое влияние ваши действия?

— Ясен хрен! – радостное салютование – только битье в грудь забыла. – И кончай уже вспоминать эту древнюю историю – прошлое прошло и вообще она теперь на свободе, а значит всё путем.

За неимением иных путей, рука вдавилась в лицо.

— Кстати, спасибо за бумажку, — тайный ловкач без малейшего стеснения вытерла жирное от поглощения жареного лосося лицо вялым щитом. – Ой!

Возведший очи к небу юношу вздрогнул и вернул взгляд к надоедливой собеседнице. Та с печалью рассматривала лежащий на листе тонкий белый ус, развалившийся на три части:

— Последний, — о своем погибшем товарище бы так вздыхала. – Не быть мне эльфокошкой, — вибрисс отправился к объедкам. – Ну ничего, рыбку можно и без того добыть, не говоря уже…кстати, — из куда большего внутри, нежели снаружи, розового мешочка с понятно чьей ухмыляющейся мордой посередине появился плюшевый тигр в треть натуральной величины. – Гляди какого зверя в последний день удалось приобрести — настоящий самец!

Улыбающаяся правнучка золотоносной бабушки перевернула «игрушку» брюхом к слушателю – и тот с немалым смущением, ужасом и омерзением вынужденно признал верность последнего заявления. Естественно сопроводив согласие не очень вежливым от шока вопросом в стиле «какому уникуму могло подобное в голову взбрести?».

— Ну так если любить, то по-настоящему – и долой всякое глупое ханжество. В конце концов, будто в мире найдется хоть один не мечтавший о том кошкопоклонник, — пожала плечами определенно не понявшая причин его возмущения лучница, тиская несчастную жертву извращенной фантазии. – Он кстати еще на той неделе бегал – и съел оставленного на королевский ужин крысолюда, за что и получил от властелина по полной.

Мир перешел на новую высоту по бредовости..

— И не волнуйся: своему драгоценному спасителю из мебельного рабства тоже взяла, — из волшебной емкости появился домашний родственник царя зверей с красивой голубоватой шерсткой. – Мелковата конечно, но тебе думаю сойдет – во время разговора подкралась и напугала богиню.

Былой школяр застыл, не зная чего и ответить девушке, щедро протянувшей ему купленный на собственные деньги святотатствовавший подарок. От избытка впечатлений решившее устроить себе внеочередной отпуск сознание только твердило благодарения по крайней мере за правильный женский пол презентуемой – однако оного определенно недостаточно для требуемой наступившим великим моментом реакции.

Положение как обычно спас принц, соизволив по прошествии малого времени с суровым видом выйти из избы лекаря в сопровождении вдохновенно разглагольствующего хозяина:

-…ну и если лавры величайшего со времен Локи улучшателя хозяйственных пород вас всё же не прельщают, хотя право слово: предложи кто подобные перспективы мне – оторвал бы с руками, то позволю себе от всего сердца порекомендовать вам по крайней мере завещать сие удивительное тело служителям науки – уж мы-то точно способны оценить его по достоинству, причем во множестве областей…- в этот момент надувавшейся на глазах Ви наконец надоело ждать отзыва даропринимателя и несчастная кошка с неприличным словом полетела ей за спину. Разумеется, попав. – А! Что это?! – краткая пауза на осознание тактильных и не только ощущений — и эмоциональный градус взял следующий рубеж. – ЧТО ЭТО?!

Великий бандит перекинулся и обозрел источник переполоха.

— Порождение больного рассудка по функционалу и происхождению тоже бродящее где-то около селекции, — с тяжелым сарказмом отозвался еще более мрачный в козлотаврическом состоянии Понт, тем не менее легонько оскаливаясь. – Может ее тоже как-нибудь к сельскому хозяйству припряжете? Полезная ж скотина.

— Нечего тут чужим имуществом распоряжаться, — выхватила невезучий сувенир одумавшаяся владелица. – Однако развелось же у вас тут ворья! Впрочем, неудивительно – при таком-то обилии совершенно не способного к правильному общению с дамами хамского быдла!

Молодой, выглядящий подозрительно аккуратно и как-то академически, сельский лекарь с трудом перевел взгляд с кошки на хозяйку. Пару раз поморгал, приходя в себя:

— Аааа, вы к старосте, — озарилось лицо узнаванием. – К сожалению, он пока не в состоянии принять ваших извинений – не пришел в…

— «Извинений»!? – агрегат для удовлетворения чернейших замыслов сработал в качестве мягкого и пушистого аналога дубины. – Да этот … … посмел …, будто я – Ло…в смысле Ви Золотой Ловкач являюсь ПОЛУКРОВКОЙ! — степень омерзения под стать уровню громкости. – И после этого еще имел наглость СПОРИТЬ и доказывать МНЕ наличие возмутительного факта супружеской неверности моей дорогой матери!

— Ой, ну хватит заливать-то! – не выдержал чертивший чего-то на земле палочкой Фауст. – Ничего такого…

— Паладин! – уперся Бестолочи в грудь обвиняющий перст. – Почему сей постоянно порочащий честь прекрасной дамы чернокнижник до сих пор не покаран? И не рассуждать! – топнула она ножкой в предупреждение его возражениям. – Тебе по званию не положено!

Ее лицо вдруг перекосилось и застыло, вместе со всеми остальными частями тела. А затем она упала на лупавшего глазами рыцаря, вновь начав имитировать вешалку. Стоящий за ней бариаур опустил копыто:

— Оттащи это куда-нибудь подальше, – полный разочарования взгляд. — И впредь постарайся лучше следить за пробужденным тобой к жизни монстром. Она и без того уже доставила местным жителям кучу неудобств. Кстати, а может вы ее к улучшению имеющихся пород пристроите? — бросил он через плечо лекарю. – Ну, в качестве оплаты за безобразия?

— Простите? – выдал тот спустя минутное размышление оскорбленным тоном.

— Так вам не всё равно, кому конкретно предлагать спариваться со скотиной? – удивленно поднял брови владыка. – Да вы оказывается переборчивый ценитель…хотя да-да, разумеется нет – сей ошибке наследственности даже роль инкубатора лучше не давать. Понарождает еще ушастых минотавров…впрочем, к делу: диагноз и относящиеся собственно к причине моего обращения рекомендации окончательны?

— Ээээм…- Бестолочь чуть не прослезился от переполнившего его чувства родства при виде смущения сбитого с толку человека. – Да? То есть, разумеется – в ближайшее же время вам ну никак нельзя ничего есть, к тому же совершенно необходимо обеспечить введенным и готовящимся к использованию препаратам шанс поработать без искажающих всю картину внешних факторов типа вашей магии. Причем чем скорее удастся произвести операцию…

— Я уже заявил, что не намерен спасать свой пищеварительный тракт, – сощурился определенно недовольный миром Понт. — Мне нужно лишь, чтобы потроха позволили с минимальными потерями и без голода дотянуть до Сигила – видимо данная информация прошла мимо вашего занятого всесторонним обсасыванием идеи случек разумных существ со скотиной мозга. Случается.

Промежуток предгрозовой тишины.

— Прошу прощения, уважаемый, — не предвещающим ничего хорошего тоном начал надувшийся лекарь пару минут спустя. – Однако по-моему вы зарываетесь и делаете безосновательные намеки касательно личности пытающегося помочь…

Козлотавр разразился неприятным хохотом:

— Кое-кто полчаса задвигал пришедшему к нему за врачебной помощью пациенту о его полезности в качестве племенного животного – и это клиент теперь куда-то намекает! – голубые глаза сощурились. – Не поймите меня неправильно: ваш покорный слуга также верит, что повышение кому-либо эффективности – есть благо и проявление великой любви. Но мне категорически не нравится избранное вами направление, а потому данный никак не зависящий от вас и таки неплохо справляющийся с жизнью самостоятельно земной пони предпочтет отвергнуть «заманчивое» с вашей точки зрения предложение.

— А может всё-таки рассмотрите хотя бы…

Тяжкий стон – и возложение ладони на лицо:

— Давайте тогда уж сразу переделайте сего коня в кобылу, назовите Плотвой и поезжайте, ножки свесив, прямиком в пасть к дракону – тоже ведь огромные перспективы: приключения, свобода от мыслительной деятельности и вечная слава во всех последующих и предыдущих одноименных средствах доставки критических доз пафосного героизма всем дожившим до такой радости чудовищам.

Пауза на фоне прямо скажем не самых дружелюбных переглядываний:

— Короче: мне точно ну никак не обойтись без рекомендованной вами полной боли ночи?

— По данному поводу я дал всеобъемлющие объяснения, — холодно отозвался обидевшийся абориген. – Ваша частично демоническая спутница также нуждается в срочной госпитализации – или хотя бы тех же сутках тщательного ухода, дабы надежно обеззаразить раны и сдвинуть процесс их заживления с непрофессионально поставленной вами мертвой точки. Сделать же что-либо с деформациями в имеющихся условиях не представляется возможным.

— Понятно, — склонил голову на бок ангел смерти и, по краткому раздумью, заявил. — Пожалуй, говорящий это рискнет поверить единственному на десятки километров экспертному заключению и вверит себя на попечение вынесшему его.

— Благодарю за оказанную честь, — издевательски поклонился видно серьезно задетый прошедшим общением лекарь. – А теперь не пора ли нам перейти к вопросу оплаты моих столь снисходительно принятых услуг?

Великий бандит болезненно поморщился:

— Так понимаю, пары десятков золотых не хватит? – собеседник с неприятной ухмылкой отрицательно покачал головой. – В таком случае, предлагаю бартер, – заранее отнятая у Ви бумажка послушно превратилась в слегка подмокший щит, а к легшему на крыльцо избушки тощему кошельку добавились пара непрезентабельно выглядящих побрякушек вроде черного браслета-паука и чуть ржавой железной броши.

— Маловато будет, — продолжил вредничать обиженный врач, едва взглянув на предлагаемую мзду. – Особенно учитывая, сколько ваши подчиненные успели доставить нам неудобств.

Жеребец скрипнул зубами и, бросив полный ненависти взор на Ви, проскрежетал:

— Готов также оплатить натурой – но только в качестве высокоуровневого друида.

Местный пару минут нехорошо щурился на уставившегося в землю козлотавра, а затем наконец кивнул:

— В таком случае, предлагаю вам не откладывая приниматься за работу – если конечно всё еще желаете покинуть нас уже утром, — быстрый свист – и перед ними будто из-под земли появился вихрастый паренек. – Будь лаской, отведи нашего гостя на малое загороднее. Пусть начнет оттуда.

— Мистер Понт, — подступил к мрачному как туча владыке искренне стыдящийся своей бесполезности юноша. – Могу ли я чем-то…

— Паладин не нужен,- процедил бариаур. – Бесполезен. Проследи за пробужденной тварью – и того довольно будет с меня. Маг! – также чуть покрасневший Фауст вздрогнул и вытянулся по струнке. – Идешь со мной.

-
— Конь сделал что? – переспросила расцветающая на глазах лучница.

— Сломал несколько ребер по ошибке шлепнувшему его по крупу подслеповатому конюху, — глядя в сторону повторил чуть помятый Фауст. – А потом отлягал целую бригаду поспешивших ему на помощь косарей, в итоге закидав их всех в компостную кучу, чей заборчик не выдержал столь резкого прибавления массы и развалился, позволив высвободившимся массам слегка затопить округу. А там как раз овец стригли.

— Красава! – цокнула языком девушка и звонко рассмеялась, кивнув затем на соседний столик. – Не зря они на нас так пучатся.

Былой студент опасливо посмотрел в указанную сторону – и увидел мягко говоря, пасмурные взгляды десятка здоровенных аборигенов, о чем-то шепотом друг с другом переговаривающихся.

— Таким образом на данный момент сей бравый отряд испортил местным обитателям шерстезаготовку, избил кучу народу во главе со старостой, развалил удобрения и начертал на стенах деревенского храма кучу похабных частушек, — с убийственной мрачностью перечислил смотрящий в кружку волшебник. – И это всего за один день. Вау.

— Насчет последнего ничего еще не доказано, — зачем-то решил поспорить чувствующий себя немногим лучше рыцарь. – В конце концов, мало ли кто и когда мог…

— Мы – единственные чужаки на полдня пути вокруг, — залпом опорожнил емкость лысый. – И мне почему-то кажется сомнительным, чтобы обычные люди стали материться на смеси общего и эльфийского – да еще и так умело.

Ви гордо подбоченилась и игриво подмигнула по идее всё это время глаз с нее не спускавшему оруженосцу, добавив многообещающим шепотом:

— То ли еще будет.

Бывший школяр мучительно вздохнул и, взглядом попросив мага присмотреть за вернувшейся к геноциду мелких жареных рыбешек дамой, вышел на веранду.

По крайней мере погода замечательная: теплая и спокойная. Легкий ветерок доносит целый букет сельских ароматов от свежескошенной травы до сочных взопревших помоев, в сочетании с благоуханием трактирной кухни даруя поистине впечатляющую и берущую за душу смесь, живо и действенно напоминающую нынешнему «паладину» выглядящих столь далекими и чуть ли не чужими временах детства и студенчества.

Да и вообще надо признать удивительную уютность сего столь неприветливо встреченного ими поселка: ровные, явно строившиеся не без плана крепкие жилые избы, высокие качанообразные терема общинных строений вроде трактира и кузни, небольшая деревянная крепостица на холме с наблюдательной вышкой посередине и идущие во все стороны до горизонта поля и огороды.

Последние впрочем вызывали в потенциальном дворянине некоторое смущение: кому и зачем может понадобиться СТОЛЬКО капусты? Неудивительно, что по идее обязательной мельницы нигде вокруг не наблюдается – зерна-то нигде не видать. Каким они интересно образом хлеб пекут? Хотя по вкусу поданные им к рыбе лепешки на производные от ржи ну никак не смахивали…

— О вечном помышляем?

Бестолочь мигнул и опустил глаза вниз. Его высочество выглядел неважно: у черной клепаной кожанки оторван рукав, а на лице набухают сразу три могучих синяка. Однако во взгляде не наблюдается ни мрачного негодования, ни гордости от тяжко давшейся победы. Пожалуй, лучше всего будет определить данное выражение словосочетанием «недоверчивое раскаянье».

— Отчасти, — как-никак без еды жизни не бывает, правильно?

— Ну-ну, — великий бандит не без труда примостился на стоящую справа от ступеней широкую лавку. – Хочу поделиться безграничным удивлением: нас оказывается до сих пор не выгоняют. Более того – обещают таки вылечить. Даже после того, как госпожа Элисон спалила ему полдома.

— Простите? – дернулся снова замечтавшийся подмастерье. – Когда? Почему?

— Пару часов назад. Кошмары, — лаконично отозвался жеребец и произнес голосом лекаря. – Выкинь я вас сейчас – и был бы ничем не лучше разбойника с большой дороги.

Удивленное присвистывание – и продолжение уже по-нормальному:

— Я от изумления аж вслух усомнился в его человечности. А моральный мутант всё равно настоял на своем, хотя и намекнул на желание продолжить разговор о селекции утром, — неопределенное хмыканье. – Даже на миг почуял некоторую заинтересованность…неужели в вашем поганом роде всё же способны существовать приличные индивиды?

Данная человеконенавистническая ремарка неожиданно покоробила слушателя – а ведь казалось бы давно пора привыкнуть. Внутри забурлил дух противоречия и жажда доказать ошибочность неправильной точки зрения:

— А как же герцогиня Лара? Плачущий-по-деревьям? Цифровые?

Конь-людоед усмехнулся:

— Смерть ничего не оставляет неизменным, в том числе и моих поименованных друзей – и вполне вероятно, что без ее касания они бы никогда таковыми на стали. Последние же очевидно слишком дисциплинированы и стандартизованы для позорного клейма гомосов, — имитирующий копыто кулак постучал по подбородку. – Честно говоря, уже и не помню деталей их происхождения, тем не менее смея уверить: на обычное оно никак не смахивало. Какой-то там процесс Бокановски, фертилизация…не суть. Короче, тоже мимо.

— А я, мистер Понт? – юноша спустился вниз и встал перед повелителем. – Неужели же и верный вассал в ваших глазах выглядит недостойным существования?

— Ой насмешил! – вдруг оскалился смотрящий сквозь него бариаур. – Неужели же мой маленький человечек правда имеет наглость считать, будто во вселенной есть кто-то достойный своего бытия? Гордец, не ведающий Справедливости…- снисходительное хмыканье. – Ну а если перейти на частности, то вопрошающий о собственной значимости объект до сих пор демонстрировал в основном отрицательную полезность с редкими вкраплениями таки более-менее приличных действий. О верности бы вовсе лучше не заикался. Говоря откровенно, без него моя жизнь проистекала бы намного проще.

Вот так вот.

К горлу подкатился нечастый гость – комок чистой обиды. И на порядок более привычное ощущение полнейшей никчемности. Навернувшиеся же на глаза слезы на фоне проносящихся перед сознанием образов обрушившихся на него за последний месяц злоключений сделали ситуацию вовсе нестерпимой.

Хорошо хоть отвернуться вовремя удалось.

— Впрочем, не могу не признать наличия у тебя некоторых перспектив, — с иронией продолжил ангел смерти. – И, раз уж на то пошло, определенных положительных душевных качеств, кои возможно в итоге удастся развить в нечто полезное. Скажу по секрету: ты напоминаешь меня самого.

Бестолочь с изумлением воззрился на всё так же смотрящего в пустоту владыку.

— Разумеется, очень-очень давнюю, просроченную и неэффективную версию, — ровные, почти человеческие зубы открыты в легкой улыбке. – В совсем другой жизни. И даже скорее не Мистера Понта, а лишь его недоразвитую умственно отсталую личинку, — тон заискрился мудрым добродушием. — В конце концов, в каждом из нас живет паладин – ему надо лишь найти себе что-то достойное пробуждения.

Рыцаря поспешно вытер недостойную мужчины влагу с щек и неловко оскалился в ответ. В кои-то веки насыщенный положительными эмоциями момент быстро прервали печально знакомым образом: двойные двери опять выплюнули чье-то тело, при ближайшем рассмотрении оказавшееся хозяином гостиницы.

— И так будет со всяким, покусившимся на мою честь! – торжествующе заявила вынырнувшая следом воинственная Ви.

— Какую … честь?! – схватил ее также появившийся в поле зрения Фауст. – Он всего лишь попросил оплатить ужин!

— Этот подонок попытался обворовать Золотого Вора! – наверняка крайне болезненный удар острым локотком по ребрам. – Может ему еще и алмазов по весу отсыпать?!

— В чем дело? – негромко, но как-то по-особенному четко и с прозрачно обозначенным авторитетом вопросил ангел смерти, накрывая источник проблемы орлиным взором.

— Сие тело, — пренебрежительный взмах рукой в сторону копошащегося в пыли трактирщика. – Попыталось отнять мою семейную реликвию!

— КАКУЮ РЕЛИКВИЮ?! – возопил держащийся за живот волшебник. – Ты украла эти доспехи меньше недели тому назад! Да я лично на них надписи корябал еще когда они у декана в кабинете стояли!

— ТИХО! – рык, достойный царя зверей. По возможности аккуратное переворачивание пострадавшего на спину. – Что произошло?

— Рыба нынче дорога – как-никак озеро иссякло, — прошелестел разбитыми губами толстяк. – А у многоуважаемой леди не оказалось требуемой суммы – вот и предложил бартер. Не бейте меня!

— А если таки побьем, авось подешевеет? – хищно сверкнула глазами девушка, спрыгивая с веранды.

Проверить гипотезу наличия обратной связи между ценами на питание и обилием телесных повреждений на продавце ей не дало два арбалетных болта, воткнувшихся в деревянный настил в опасной близости от ее ноги.

— Прекратить! – раскатисто приказал плечистый бородач с арбалетом, выкатившийся из таверны заодно с группой прежде виденных за соседним столиком единомышленников. – Немедленно заплатить за стол, кров и нанесенные увечья – или мы нашпигуем тебя как подушку булавками!

— Да ладно? – широко разулыбалась лучница, делая ладонями некие странные пассы.

— Последнее предупреждение! – вскинул вновь заряженное орудие абориген. – И больше ты никогда не нарушишь ничьих законов, чужачка!

Ви только рассмеялась – а затем с удивленным оханьем упала на землю, будучи придавлена набросившейся на нее частично козлиной тушей:

— Выполнить все их требования! – процедил он в ухо явно никак не ожидавшей удара в спину эльфийке. – Живо!

— Иди … предатель! – никак не делающий коню чести удар под ребра, заставивший непокорную даму судорожно заглатывать воздух.

— Наша компания и без того сильно злоупотребила их гостеприимством, — великий бандит сам стянул с жертвы верхнюю часть брони, банально перерезав связующие переднюю и заднюю половины нити (при этом в месте обрыва четко виднелись голубоватые искорки). – И помимо всегда готовой сбежать самоубийцы с нами еще лежащая под наркозом фактол заодно с едва осознающим реальность Бестолочью. Но «Свободные» ведь чересчур свободны, чтобы еще и о других думать – на себя-то мозгов не хватает…ловите.

Трактирщик алчно схватился за упавшее на него счастье – и хищным взором окинул чисто декоративные и не стесняющие движения, однако тем не менее столь же драгоценные наручи и поножи:

— Добавить бы…

— Облизнешься, — отрезал ангел смерти. – И это кстати за всё и всех плюс завтрак.

— Грабеж! – патетично возопил пленник жадности, делая жалостливые глазки в сторону незваных защитников. – Средь бела дня без гроша хотят оставить люди добрые!

— Ну так на то они и добры, что жаждут помочь своему собрату избавиться от одного из главных возбудителей зла в мире, — со снисходительной усмешкой заявил ангел смерти, шепнув затем вырывающейся «кровати» чего-то грозное и встав. – И если уж на копытах такой расклад, то ваш покорный слуга действительно примет данное общение за разбойное нападение, — мелькнувшая в воздухе молния со стуком вонзилась в центр кочана-вывески, обратившись тонким метательным ножом. – Погибнуть же в борьбе с отродьями хаоса – высшая благодать для любого апологета порядка, не правда ли?

Классический пробирающий до костей полусумасшедший оскал готового прямо сейчас отнюдь не фигурально вцепиться врагу в глотку берсерка.

— Действительно – этого золота должно хватить, — мрачно признал очевидное не лишенный мозгов крестьянин. И тут же на всякий случай добавил. – Если конечно не будет новых происшествий.

— Поживем-увидим, — беззаботно пожал плечами великий бандит. – Ребята, ну хоть свяжите ее – а то ведь небось все мы хотим дожить хотя бы утра без происшествий. Мне же, увы, пора на исцеляющие муки.

Козлотавр непривычно пританцовывая направился в сторону избы лекаря, оставив двух кавалеров разбираться с одной, но удивительно непокорной и активной дамой. Та как ни странно, отреагировала на потерю «доставшегося от бабушки фамильного сокровища» весьма спокойно – только лишь приказала шуганувшемуся от нее хозяину принести еще вина и рыбы, по отсутствии последней согласившись на раков, после чего с чавканьем пустилась в долгие и порой откровенно неприличные воспоминания о продолжительном общении с морскими эльфами.

Спать разошлись уже когда зал опустел – и то исключительно по настойчивым просьбам откликнувшегося на мольбы жены хозяина об отпущении их домой оруженосца. Представители сильного пола разумно не стали следовать совету четвероногого владыки – костей ведь потом не оберешься – и всего-навсего незаметно наложили на окна и дверь комнаты Ви сторожевые заклятья. То есть, накладывал-то естественно Фауст (у него их как раз имелось в достатке – ибо успел опробовать на себе и своих вещах шаловливость тонких пальчиков), а «Бест» в это время из последних сил притворялся заинтересованным в рассказах едва ворочавшей языком спутницы, незаметно клюя при этом носом и предаваясь сладостным размышления о постели.

В конце концов, ему далось достичь своей мечты – и парень в прямом смысле слова рухнул в нее даже не раздеваясь.

-
…ОНО зашелестело и с мягким шлепком запрыгнуло на постели. Пару секунд попереваливалось туда-сюда, будто в нерешительности, а затем столь же тихо и неотвратимо покатилось вверх.

Спрятавшийся под одеялом и наблюдающий за происходящим через щелочку рыцарь в который раз затаил дыхание, уже ничего не видя, но ощущая вес вторженца внешней стороной ноги. Вот неведомый зверь докатился до таза, покачался немного в образованной не самой удачной позой ложбиной, издало чуть слышное шипение и…

— И-ИСУС- МАРИЯ! – с даруемой только животным ужасом мощью возгласил укушенный оруженосец, буквально воспаряя к потолку.

Не ожидавшее такого разворота событий страшилище отлетело к стене – и тут же без следа былой медлительности стрелой рвануло на схватившегося за съемную створку от окна былого студента.

Направляемый не иначе как самим святым Губертом удар – и чудище в миг оказалось нанизано на висевшие над входом оленьи рога. Мохнатое чудище взвизгнуло и забилось в агонии, а чуть оклемавшийся парень схватился за спасший его филейные части жесткий ремень…опять без меча! Да сколько же можно-то…

— СКРИИИИ! – ударило по ушам ужасным воплем не могущее более достать его зубищами страшилище.

В наставшей же за сим криком тишине даже обхвативший голову руками юноша различил четкое и до дрожи многочисленное буханье внизу.

Слава Богу, что при появлении подобных ситуаций, рыцарям в принципе думать о чем-либо не положено – а потому вместо падения в бездне первобытного страха или зоологических изысканий, «паладин» рванул наружу и даже не глядя на скачущую по лестнице орду вломился в комнату поставленной совереном под его защиту дамы, немедленно затем захлопнув за собой дверь и подперев ее попавшимся под руку стулом. И обернулся.

Посреди озаренного лежащим на белоснежной ладони клубом огня помещения стоял Фауст. Мягко говоря, неодетый. Зачем ему интересно столько татуировок по всему телу?

— Это не то о чем ты думаешь! – побагровел-то как! – Я перенесся сюда за секунду до тебя! Ее тут уже не было!

Ах да…

Потенциальный дворянин вытряс из головы так и так опоздавшие нескромные мысли и окинул взглядом слабо заправленную постель, а также совершенно лишенные каких-либо вещей столик и пол. На лицо осуществленный заранее и отнюдь не в спешке побег.

— Ей определенно не понравилось экспроприация нагрудника, — в тон начавшим разворачиваться в голове подмастерья размышлениям заметил маг.

И тут в дверь заколотили, да с такой силой, что крепкое дерево стало на глазах покрываться крайней нехорошими вмятинами:

— Потом думать будем! – в широкое окно полетела табуретка, а следом за ней устремился и вооружившийся кочергой от камина (в конце концов, даме следовало отдать лучшее жилье из возможных) оруженосец, другой рукой дернув за собой соратника.

Они еще не успели добежать до выхода, как первая из неведомых тварей в брызгах щепок влетела внутрь – и получила освещавший им путь пламенный шар прямо в зубастую пасть.

Приземлились они вполне удачно – сперва на крышу конюшни, а затем на свободный от шаровых монстров кусок деревянного настила. И данное обстоятельство являлось вдвойне счастливым от того, что подобных спасительных пяточков на большей части округи не наблюдалось.

— Да их тут тысячи! – с отчаяньем воскликнул оруженосец, начиная ощущать вот-вот готовое подступить к нему героическое безумие обреченного – если оно конечно успеет прежде бездонного ужаса загнанного зверя.

— Гляди куда катятся! – ткнул кутающийся в сорванную по пути занавеску волшебник в сторону освещенной изнутри избы лекаря.

КРАКОРУ-УМ! – ближайшую к цели часть потока разрезали три сверкающие колонны молний, сразу буквально испепелившие полдюжины нападавших и продолжавшие поглощать их не успевших вовремя остановиться товарищей. Уже придавленный осознанием полного провала и поражения вассал воспрял духом – по идее долженствующий быть совершенно беспомощным в своих муках соверен еще не пал и сражается.

А значит и им следует последовать его примеру.

— Куда?! – не дала ему рвануть в битву легшая на плечо ладонь. – Так нам не пробиться!

— Мы должны! – патетично возгласил бывший студент, делая пока не обращающим на них внимания ордам салют кочергой.

— Телепортанемся! – более не поддерживаемая «одежда» сползла на пол – магу понадобились обе руки. – Защити меня!

Несмотря на свое новое звание и связанные с ним местные представления о поведении, «паладин» таки прислушался к голосу разума и последовал приказу соратника. Тем более что враг уже начал выбираться из окна оставленного ими заведения и покинуть Фауста в подобный миг мог только настоящий предатель.

— Ааад-сумус! – первая долетевшая до них безтельная голова полетела обратно в небеса, вопя и роняя по пути ошметки шкуры.

Дальше на кличи, даже самые лучшие и короткие, просто не хватило времени: чудища сыпались будто из рога изобилия и юноша вживую ощутил каково это – рубиться с листопадом. И всё-таки целая вечность (сжавшаяся наверное в реальных две-три минуты) бешеной работы руками и судорожных внутренних молитв оказалась не напрасна: где-то на тридцатой отбитой твари мир на мгновение заволок сверкающий туман, отпустивший их уже внутри помещения.

Парень не успел и облегченно выдохнуть, как перед носом внезапно заизвивался небольшой клубок крошечных синих молний, без малейшего сомнения способный и скорее всего намеренный испепелить его в ближайшие же секунды.

— Маг точно с нами? – рыцарь моргнул, отвлекаясь от привычно проносящейся перед глазами жизни, и обнаружил вроде бы очевидную направленность грозовой ярости не в него, а в соратника.

— Разумеется! – первым воскликнул Фауст, однако Нилесия и бровью не повела, устремив взор куда-то им обоим за спину.

— Скорее всего, — знакомый хрип.

— Сойдет, — убийственный шар улетел в окно, с громким треском разорвавшись посреди кучи отхлынувших монстров.

Но это в данный момент не самое важное:

— Ваше…- вовремя осекся припавший к начальственному копыту потенциальный дворянин. – Вы живы!

— Едва, — прошелестел явно пребывающий в далеко не лучшем состоянии лежащий конь. – Спасибо фактолу. А ведь могла сбежать.

— Преступное невмешательство, — четко отозвалась тяжело опершаяся о косяк выломанной двери дама. – Да мне бы и не дали.

— Кто не дал бы?! – с паническими нотками в голосе возопил видимо успевший представить последствия использования молниеносного подарочка на собственной шкуре волшебник. – Кто напал на нас? Зачем? Откуда? Где…

— Кочерга! – внезапно натужно выдал великий бандит.

Все дружно уставились на орудие Бестолочи – и смолкли, ибо на загнутой вершине случайно взятого в руки орудия копошилось знакомой формы тело. Видимо оно уже давно сидело там, ибо несло на себе следы воистину большого количества столкновений, буквально насадивших чудище на сей тупой и безмерно негуманный аналог кола, чей покрытый зеленоватой жижей кончик ныне торчал из бока твари на целый палец. Впрочем, все сии детали разум отмечал чисто машинально – в попытке отвлечься от главного:

— А я-то аж позавидовать успел, — первым очнулся Фауст, неосознанно проводя ладонью по голове. – Думал мех.

— Ага…- неопределённо отозвался бывший школяр, пытаясь не дать крыше съехать – в конце концов, это уже чересчур…

— Капуста, — с совершенно возмутительным отсутствием удивления в голосе прокомментировала Нилесия, после чего сощурившись перечислила. – Растение, маленькое, сочное, горит плохо, способности и характеристики – неизвестны. В стандартных условиях зубов нет. Разума тоже. Новый вид? – вопросительно вздернутые брови в сторону владыки.

— Возможно, но маловероятно, – совсем их высочество себя не жалеет. – Поставлю на магическую анимацию с каплей трансформации.

— Предложения? – дама болезненно поморщилась и вытащила из подмышки здоровенную занозу.

— Держаться пока не восстановлюсь хотя бы до минимума, — конь кашлянул и затих.

— Ясно, — бирюзовые глаза резанули неуверенно топчущегося посреди комнаты волшебника. – Нарушение общественного порядка. Немедленно одеться.

Даже счастливо избегнувший сей страшной участи потенциальный дворянин покраснел от звучащего в ее голосе возмущения — и ощутил жгучее желание таки подчиниться. Вот только значимая часть избы оказалась слегка обгоревшей, а в остальном ничего многообещающей платочков с травами обнаружить не удалось – видимо врач тут только принимал больных, не живя. Единственный целый постельный набор лежал под владыкой.

— Во что?! – наконец жалобно вскричал пришедший к тому же выводу имаскари.

— Фасон несущественен, – отозвалась вглядывающаяся в окно дама. — Прийти в подобающий вид.

Тут бывшему школяру пришла светлая мысль сделать юбку из непонятно как избежавших пламени веников сушеных трав, в изобилии висящих под потолком, коей он и не замедлили поделиться с товарищем. По оказанию же недостаточно высокому имаскари посильной помощи в добыче сырья, рыцарь почел себя свободным отвалить и перейти к более беспокоящим его в данный момент вопросам:

— Почему они отошли?

— Не ожидали отпора, рассчитывали на неожиданность, — лаконично качнула головой из стороны в сторону госпожа Элисон, вглядываясь в ночь. – Возможно, ищут вас – не каждый день встречаешь путешествующих ногами телепортеров…

— Точно! – недоделанная травяная одежда полетела к потолку. – Чего мы ждем? Валим отсюда!

— Не выйдет – скопычусь, — неожиданно на корню зарезал озарившую было осаждённых надежду жеребец. – В таком состоянии мне и не двинуться, тем более магически, — пауза. — А без моего направления вам так и так не уйти.

— Ну, можно вернуться к Академии, — дрожащим голосом возразил начавший просяще всматриваться в лица соратников волшебник. – Или на место проведения Фестиваля…

— Не пори чуши, — рявкнул раздосадованный лопнувшим упованием на легкий и быстрый исход парень. – Никуда мы без повелителя не пойдем. Да и Ви тоже бросать нельзя. Остается только принять бой.

— Где Тайный Ловкач? – встряла видимо всецело согласная с ним бывший фактол. – Почему не с вами?

— Не оказалось на месте, — честно отрапортовал ученик, ткнув затем в окно пальцем. – Они возвращаются!

Под вернувшимися к их стенам лиственными телами аж земли не видать – прямо-таки накатывающая на песчаный берег пенящаяся волна. Вот первые ряды вкатились на освещаемый окнами занятого ими домика участок настила…

— Демонесса! – они еще и говорить умеют?! – Не нужна! Уходи! Коня со сбруей оставь! Никто не тронет!

Армия тут же дисциплинированно разошлась, будто Чермное море перед Моисеем, открыв широкий ровный проход вроде бы до самого края деревни. Бывшего школяра продрала очень неприятная дрожь…по счастью почти мгновенно ушедшая в небытие, так как задумавшаяся лишь на пару ускользающих секунд дама без малейшего признака сомнения бросила в явственно выделяющегося размером «парламентера» новый грозовой клубок:

— Разбойное нападение. Казнь на месте или в качестве предупреждения – в ближайшем населенном пункте, — а здорово наверное иметь в голове сразу целые кодексы.

Вопреки ожиданиям, говоривший кочан не распался кучкой пепла – только лишь сильно опалился и с нечленораздельным ревом скрылся в сомкнувшихся за ним рядах зеленых солдат. Видимо предводители тут покрепче будут.

— Паладин – следишь за крышей, сторожишь Понта и кидаешься где надо, — на искореженной лапе замерцало синевато-белое марево. – Маг – берешь зад и бока. Выполнять.

Опять не успевший прийти в приличный вид имаскари поспешно встал на позицию, немедленно затем начав бросать во тьму появляющиеся из ниоткуда полупрозрачные черепа, добавив под конец пару разноцветных шариков, в то время как взявшая на себя бремя владычицы недавняя пленница точно и эффективно поливала катящиеся на них орды стихиями от хлада до пламени (отдавая очевидное предпочтения молниям). Увы, и ее определенно немалого боевого опыта не хватило, чтобы по сути в одиночку удержать врага на достаточном расстоянии – всего через пару минут воздух рассекли первые бритвенно-острые капустные листья, с достойной туповатого стального ножа легкостью вонзившиеся в бревенчатые стены. А затем эти первые сигналы готовящейся беды обратились в настоящий ливень метательных снарядов, малая часть которых и несмотря на всю кривизну стрелков таки не могла не достичь цели.

Вся бугристость и камнеподобность конечностей не смогла спасти Нилесию от многочисленных глубоких порезов, вынудивших ее оставить боевой пост и заградить имеющиеся проходы новой триадой сверкающих колонн. У Фауста дела шли значительно лучше: пространственник не поленился забаррикадировать свои три окна притянутыми снаружи кусками забора, скамейками, дровами и даже целым пчелиным ульем, коий впрочем тут же отправился в обратный путь.

Не имея возможности воспользоваться предусмотренными конструкцией ходами, упорные нападающие с ужасающей частотой забарабанили по бревнам.

— Не пробьют, так развалят, — почти мгновенно оценила перспективы полудемонесса, брезгливо стряхивая вновь ставшие вялыми листья из кровоточащих ран. – Долго не продержимся. Сколько еще?

— Полчаса, — без малейшего признака беспокойства сонно отозвался Понт.

— А чего мы ждем? – с нехорошими нервными нотками поинтересовался сжавшийся на максимальной удаленности от всех стен волшебник.

— Принц придет в себя, — госпожа Элисон взяла со стеллажа полупустую баночку и начала покрывать себя розоватой мазью. – Друид. Идеально против капусты.

— Принц? – аж на миг перестал трястись имаскари. – Какой принц?

— Зар-раза, — вдруг снова подал ставший отнюдь не мирным голос великий бандит, скрежетнув зубами. – Ох и получит кое-кто у меня…

Бывший школяр сглотнул, несмотря на всё как бы имеющееся рыцарство искренне надеясь, что имелась в виду таки Ви. И тем не менее, лучше попытаться пока данный вопрос замять:

— Это не важно, — он подскочил к магу и шепотом добавил. – Потом объясню.

— Действительно, — неожиданно поддержала его временно исполняющая обязанности командующего. – Пора готовить вылазку.

— ЧЕГО?! – возопил явно собиравшийся попросить о незамедлительных пояснениях Фауст. – Куда? Зачем?

— Лучшая защита – нападение, — передернула она плечами. – Ты остаешься здесь, паладин – со мной. Цель – нанести максимальные повреждения…

— Это безумие! – снова осмелился встрять представитель подземного народа. – Вы просто пойдете на убой!

— Есть лучшие идеи? – вопросительно-ироничное вскидывание бровей. – Без дезертирства, разумеется – и такая, чтобы враг сам прыгал в печь.

Волшебник поперхнулся и скуксился – и почти мгновенно вновь воспрянул духом:

— Как ни странно, да, — зеленые глаза предвкушающе заблестели. – Надо только организовать огонь – и открыть ваши входы. Остальное организую…чегой-то вы на меня так смотрите?

— Предлагает обеспечить врагу свободный проход, — и правда прищур весьма нехороший. – Наглядно демонстрирует желание уйти от конфликта. И до сих пор нарушает общественный порядок.

— О Христа ради! – воскликнул лихорадочно стянувший с себя рубашку и бросивший ее опешившему соратнику рыцарь. – Прости – сразу не додумался. Как-то не до приличий показалось будучи осаждаемым тысячами зубастых кочанов, — ишь ты, какой сарказм-то оказывается может порой прорезаться. – Я лично за него ручаюсь…- Нилесия презрительно фыркнула. — И ваши заграждения в любом случае вот-вот погаснут.

Быстрый взгляд на дверь, на подвязавшего чресла Фауста, на «паладина» — и решительный кивок:

— Где устанавливать ловушку?

— Вон туда, — взмах на стоящую метрах в четырех от дома колоду для рубки дров, – можно теми же колоннами.

На его ладонях заплясали знакомые разноцветные шарики, а губы раскрылись в удивительно знакомой улыбке – такая же появлялась у оставшегося в прошлой жизни преподавателя нынешнего Бестолочи, когда приходило время показывать «чудесные свойства некоторых выглядящих совершенно обыденно порошков».

Госпожа Элисон дисциплинированно выполнила приказ – и демонстративно направила очередную минигрозу на источник рискового плана. Фауст же вместо создания защиты от готовых хлынуть в дом орд зачем-то обстреливал пространство вокруг «печи» синими кляксами. По счастью, нападавшие также медлили – то ли справедливо заподозрив ловушку, то ли перестраиваясь.

Верным оказалось второе – через пару минут ровно напротив двери и главного окна появились две ровные сплошные колонны, подпитываемые уходящим в ночь океаном капусты.

— Ну так чего?! – не выдержал Бестолочь первым, судорожно сжимая кажущуюся по сравнению с обилием противников зубочисткой погнутую кочергу. – Где?!

— Подожди – не спеши, — азартно мурлыкнул сжимающий в руках штуки четыре непригодившихся желтых пятен волшебник. – Чем больше разовьют ускорение, тем меньше успеет затормозить.

— Не рискуй, — с появившимся в голосе напряжением приказала всё также готовая казнить собеседника на месте фактол, получив в ответ лишь небрежную отмашку.

Новый прилив. Имаскари размахнулся….

— СКРИИИИ! – аххххс.

Потенциальный дворянин упал на колени, зажимая уши от вбивающего в мозг раскаленный гвоздь вопля. Стоявший рядом волшебник покачнулся – и готовый к отправке во врага шар упал на пол, раскрывшись знакомым пятном. И за ним вот-вот отправятся остальные.

Движимый древнейшими инстинктами, едва осознающий себя юноша рванул им на перерез, успев подхватить два – и провалившись в останки третьего. Под ногами раскрылось ночное небо. И преграждающая к нему путь колонна молний. Слава Создателю, тут его за плечо цапнула (довольно болезненно кстати) Нилесия, одним рывком вытянув рыцаря вверх.

— Кидай их в проход! – заорал держащийся за испещренное листьями плечо маг. — Скорее!

Оруженосец, всё еще будучи в подвешенном состоянии, шлепнул сгустки магии соответственно к окну и дверному проему, видя их стоящими меж осажденными и осаждающими сверкающими щитами надежды…и внезапно примерно такими они и оказались – во всяком случае, ни одно из не успевших к тому моменту пересечь порог чудищ не смогло пройти внутрь. Зато они обнаружились снаружи, с дикой скоростью и воплями вылетающими из синих клякс – прямиком навстречу гибели.

— Ну что я говорил?! – гордо вопросил волшебник, прежде чем рухнуть на пол – последний залп превратил всю правую половину его тела (кроме головы с шеей – видно нагнуться успел) в кусок окровавленного мяса.

— Красные бутылки, — гаркнула занятая таки пролезшими растениями леди, с достойной лучшего повара скоростью шинкуя противников своим ножом-клыком. – Просто облей его.

Былой студент понятливо кивнул – как-никак они в хижине лекаря – и рванул к полкам и обратно, по пути дав паре дезориентированных кочанов пинка в имеющие место микропорталы. Слава Всевышенему и архангелам, не опоздал – сочная рубиновая жидкость видимо обладала в самом прямом смысле волшебными свойствами, враз остановив кровотечение и на глазах зарубцевав десятки ран. Фауст как ни странно всё еще находился в сознании и даже желании шутить:

— С вас тортик, — излучающая безмерное довольство собой полусумасшедшая улыбка. – И чтоб побольше.

Ответить былой студент не успел – пришлось принимать срочные меру по поводу воспользовавшихся печной трубой диверсантов. А затем проклятая капуста пробила одно из забаррикадированных окон – и ситуация стала совсем мрачной.

— Нам не выстоять! – очередная голова отправилась в полет.

— Дерись! – целую пачку слепившихся в здоровенный стеноломный шар нападавших сковало ледяной коркой. Подскок, пинок – и во все стороны летят перемороженные листья.

— СКРИИИИ! – уже почти не действует – кровоточащие уши на пару с неуспевающими поспеть за руками глазами так и так всопринимают мир будто через тусклое стекло гадателя.

— Прыг-скок! – новая клякса пометила и так уже с трудом проходимый пол, отправив кучку питательных монстров к давно погасшей колонне.

— Еще чуть-чуть!

Несмотря на ожесточеннейшее сопротивление, их быстро оттеснили в самый угол. Нилесия сорвала Понта с кровати, кинув ее затем в наступающие ряды, в то время как Бестолочь изо всех сил размахивал кочергой в попытках отогнать тварей от с хихиканьем жующего часть долженствовавшего стать его одеянием гербария мага, периодически совершенно хаотично исторгавшего из себя различные заклятья. Весь дом залит соком и облеплен ошметками – а они всё также идут…

С трудом удерживающий себя от паники парень мигнул и вдруг осознал, что вообще-то противник, мягко говоря, утратил былой напор. Да и с дисциплиной явно напряженней стало – вон как одни несутся, а другие едва тащатся. И вообще: с открытыми входами их давно должны банально затопить по потолок новыми зелеными телами.

— Аййй! – в локоть впился жаждущий крови кочан – ударил им об стену, удачно размозжив чудище с первого раза.

Вот только крайне неудачная рана от того не исчезла.

Впрочем, будто имеется какой-то выбор – далее придется работать всего одной также не вполне целой и дико уставшей конечностью.

Вынырнувший из внутреннего мира юноша взмахнул кочергой…и внезапно обнаружил отсутствие несущихся на него новых пастей. За потраченные на размышления мгновения враг успел прийти в полнейшую дезориентацию и ныне бестолково стоял на месте или же вяло перекатывался по полу без какой-либо цели.

Подмастерье устремил неверящий взгляд на командиршу, обнаружив ее в изнеможении привалившейся к стене, а затем – на столько раз спасавшего их ангела.

— Дождались, — оправдал тот его надежды. – Теперь заживем – хотя и надо признать, что никогда прежде не видел столь странной связи с растениями. Как у Пяты с животными – они настолько потеряли облик разумного существа и сблизились с безгласыми тварями, что последние стали в прямом смысле воспринимать их за вожаков.

— И кто же равен по интеллекту капусте? – захихикал явно пребывающий далеко от грешной земли имаскари.

— Понятия не имею, — конь на какой-то время замолк. – Руководители где-то неподалеку. Рассредоточиваются. И их уже минут десять как одного за другим отстреливают.

Свалившийся прямо на скользкий пол «паладин» недоуменно вскинул брови – не спешащий переходить из состояния оперативного боевого мышления (заключающегося в основном в расчете приоритетов, целепологании и регулировке усилий замаха) мозг оказался не в силах обработать выходящие за принятые рамки сведения. И даже по окончании обязательного пересчета «своих» до него так ничего и не дошло – вселенной пришлось говорить открыто:

— Хаюшки, болезные! – радостно поприветствовала их вошедшая через оставленный врагом дверной проем эльфийка в ничуть не замаранной одежде и полном комплекте «фамильной» золотой брони. – Все целы?

— Более или менее, — отозвался не спешащий переходить в зрячую форму великий бандит. – Как выглядят их главари?

— Близко к народу, — она продемонстрировала ОЧЕНЬ большой – ей почти по пояс — человекообразный (мелкие рудиментарные руки-ноги из корней и листьев) желтоватый кочан с двумя пронзившими его насквозь стрелами. – Угадаете кто?

— Ты где пропадала? – наконец очнулся бывший школяр, в возмущении своем делая попытку встать. – Мы же тебя…

И осекся – по чести-то говоря, они ведь соратницу и не искали.

— Да вот, решила ночью прогуляться, — хитро усмехнулась небось в этот самый момент читающая его мысли девушка. — Естественно умилившись вашей трогательной обо мне заботе – последний раз меня под сторожевые заклятья только муж запирал…

— У тебя есть муж?! – аж поперхнулся рыцарь – столь поразительны оказались даже на фоне происходящего сии внезапные новости. – Откуда? Кому…

— Давно уже нет – как и всего остального, — с совершенно невозможной беззаботностью отмахнулась вдова. – Сам ведь всё знаешь.

— Супруга своего она съела! – маг залился гадким смехом.

Потенциальный дворянин дернулся и почти тут же успокоился – в конце концов, чего «пьяный» не сболтнет, но тут мир в который уже раз подложил здравому рассудку свинью:

— Ой, да будто я была виновата в его великолепной шоколадности! – ностальгическое облизывание губ. – Еще б где таких найти – чай снова бы…- тут Ви заметила мягко говоря обалдевшего рыцаря. – Забавная история, потом расскажу – нынче сказочка не хуже. Итак, — набор воздуха в грудь и повторная демонстрация трофея. – Перед нами тот самый подонок, что покушался на мою честь!

Крыша всё-таки предприняла попытку съехать от всего этого дурдома — особенно когда проснувшаяся фантазия в отместку за небрежение во время битвы попыталась предоставить образ процесса поднятия капустой лапки на эту самую… пришлось влепить самому себе пощечину.

— Первый аль второй? – совершенно спокойно, разве только с ноткой заинтересованности уточнил великий бандит.

— Трактирщика порезала на салат еще когда за родной и любезной реликвией пошла, — любовное поглаживание нагрудника.

— То есть, оборотни – ну или какие-то трансформирующиеся волшебники-извращенцы, — кивнул ангел смерти, наконец преображаясь в козлотавра. – И много их здесь?

— Да вроде все, — пожала плечами Ви, выбрасывая труп наружу. – Точно не считала. Но главные тут явно более большие.

— То есть, перекинувшиеся во вторую форму крестьяне, вероятно в зависимости от возраста различающиеся по размеру…- у переставшего пытаться чего-то понять и просто принимающего всё как данность рыцаря похолодело внутри – вместо истребленных за последнюю пару часов сотен кочанов вдруг представились виденные днем игравшие на улице малые дети, — с помощью особой магии призвавшие к жизни обычные растения и использовавшие их в качестве живой волны…

Бездна отчаяния отошла – а с ней минула и готовившаяся выплеснуться в мир рвота. Хотя оруженосец постарался более не смотреть на покрытый ошметками пол.

— Так, не расслабляемся, — вам-то легко говорить. – Надо срочно добить их – иначе оставшиеся вновь соберутся и расквасят уже нас.

Бариаур окинул едва живые войска критическим взглядом.

— Леди Нилесия? — лежащая с закрытыми глазами полудемонсса дернулась. – От всего сердца благодарю вас за свое спасение, — неловкий, однако совершенно точно уважительный и глубокий поклон. — Особенно учитывая, что на самом деле вы имели все возможности сбежать – и мы оба о том отлично знаем, — уродливые пальцы слегка шевельнулись. – Надеюсь, вы не будете против, если мы ненадолго оставим вас с нашим слегка перевеселившимся магом и рыцарем?

Легкое движение плечами.

Понт перевел взгляд на оруженосца:

— Намажь, облей и напои их чем осталось, — кивок в сторону чудом уцелевших после обрушения стены баночек. – Если сомневаешься – сперва пробуешь на себе. Ядов тут на открытом месте вроде не должно стоять. Пошли, — это уже лучнице.

— Не скучайте тут без нас…

-
-…и вот так Небеса в одночасье обращаются Безднами, — с щемящей душу печалью в голосе завершил повесть Мистер Понт. – Целое поселение разумной, злобной, собиравшейся банально ограбить случайно забредших к ним путников капустных оборотней – и мне не дано их съесть! – вопль, достойный величайших из трагедий.

Его высочество пару секунд постоял с воздетыми к небесам руками, после чего присел и приблизил раскрытое в широкой улыбке лицо к спелёнатым в сетях кочанам:

— Но ведь рано или поздно пищеварительный тракт придет в норму, — хлещущий откровенной сладострастностью громкий шепот. – И уж тогда мы сможем воздать друг другу по заслугам, не правда ли, дорогие мои?

Улетевший к далеким звездам Фауст разразился идиотическим хохотом. А вот Бестолочи оказалось как-то не до смеха:

— Мистер Понт, — подкатился он к владыке, стоило только подкатился отойти от пленных. – Мы ведь просто взяли их в качестве гаранта, что за нами не будет погони? Это как-никак всего лишь дети, вовсе не ответственные за деяния отцов!

— Во-первых: ты понятия не имеешь о конкретной возрастной категории данных представителей флоры – ибо не специалист, — копыта с хрустом давили усеявшие всё на десятки метров вокруг их крепости останки вражеских бойцов. – Во-вторых: в данном случае имело место нападение на нас целого общества, следовательно и ответственность у них также коллективная – не принявшие участие не помешали разбойникам, тем самым по сути их поддержав…

Принц выдернул из стены нанизанную на стрелу с золотистым оперением тушку, алчно взглянул на капающий из раны сок, поднёс ее ко рту – и с раздраженным вздохом отбросил прочь. Его живот осуждающе заурчал.

-…третье: победитель традиционно имеет право на имущество побежденного, в том числе и обычно не отчуждаемое. Особенно в случае столь бесчестного акта, — опять принявшая на грудь Ви подтащила к развалинам очередной мешок «репараций». – Четвертое: задумываться о сроках годности очевидно свежих и здоровых продуктов – отвратительный снобизм и явный признак паранойи.

— Но ведь эти крестьяне разумные! — осмелился встрять всё более и более убеждающийся в обоснованности своих опасений оруженосец. – Чувствуют боль, пере…

— Уже говорили об этом, – передернул плечами ангел смерти. – И разу уж на то пошло, коровы тоже и думают и нервами обладают — однако пока не замечал за тобой отказа от стейка только лишь по причине наличия у них мозга. В-пятых: они сами небось не задумываясь жрали готовых отдать за божественных дарителей жизни самих себя героев, коих мой драгоценный человечек столь безжалостно истреблял буквально пару часов назад.

— Они ни в чем не виноваты! – вскричал чувствующий подкатывающий гнев рыцарь. – Как вы думаете какой-нибудь мальчик мог остановить…

Договорить ему не дал взгляд, страшный даже без оранжевого пламени:

— Вася забывается, — голос не менее многообещающ. – И судя по всему в принципе не запоминает говоримого ему, — слава Спасителю, владыка отвернулся и двинулся дальше. – Невиновных нет. Вообще. Ибо разум есть необходимое условие существования зла – без него в мире вовсе не было бы и самого такого понятия…впрочем, не вижу смысла повторять очевидное. Скажи-ка лучше: убийство, свершенное не вот прямо перед тобой, а за углом – это всё еще убийство?

— Ээээ…да? – чуя подвох, однако боясь оскорбить повелителя еще больше, по возможности честно и кратко отозвался пошедший следом оруженосец.

— В таком случае, от чего же преступное деяние, осуществленное в удалении по четвертой координате – времени – мой маленький человечек не почитает за таковое? – насмешливо поинтересовался великий бандит, возлагая на пускающего пузыри Фауста узелок с чей-то богато расшитой одеждой. – Или он с чего-то возомнил, будто нам посчастливилось наткнуться на существо безгрешное в вечности?

— Ааааа…- сознание застопорилось, не поспевая за ходом мыслей господина. – То есть, вы собираетесь карать их за еще несовершенные и вообще неизвестно какие дела?

— То есть, предотвращать появление в мире нового зла, – нравоучительно поднял он кулак к небесам, приложив затем ладони к вискам и закрыв глаза, видимо снова «мониторя» пространство на предмет нападающих. — Что есть безусловно хорошее, достойное всяческого подражания дело, не…

— Но мы ведь не имеем права! – опять не сдержал эмоций «паладин», аж хватая владыку за локоть. – Лишь Господь ведает предначертанное им! Не будь у них и шанс на обретение Его благодати – разве же Он выпустил бы детей Своих в неизбежно ведущее к погибели бытие?

Конь-людоед не ударил возомнившего о себе чересчур много вассала. И даже не бросил на него испепеляющий взгляд – только лишь тяжко вздохнул и произнес:

— Если ты действительно веришь в обнаружения нами в сем ничтожном поселении Совершенства, то и беспокоиться тебе не о чем – уж такое-то чудо-юдо Великая Справедливость защитит по-любому. Имей в конце концов хоть каплю веры. Я же просто хочу в кои-то веки поесть капустки, – предвкушающее причмокивание. – И представить не способен, насколько по ней успел соскучиться. Если же моему драгоценному шилу в непотребном месте так уж хочется, Вася может поймать кого постарше – разумеется, в разумных пределах и с условием самостоятельной транспортировки до того момента, когда всеми любимый Мистер Понт будет в состоянии сию жертву твоего произвола переварить. На пока же – отвали, надоел уже.

Опять сбитый с толку, но в приподнятом настроении, рыцарь поспешил оставить господина и отправиться на поиски более подходящего салата – сколь бы, мягко говоря, сомнительной ни казалась ему идея поедания живых существ, мысль о поглощении ребенка выглядела на порядок более неприемлемой. Ну, если взрослый конечно не какой-нибудь король или соверен – да и то не факт.

Однако тут Святая Дева неожиданно перестала улыбаться своему защитнику – а именно найти хоть одного из разбежавшихся или уж очень хорошо спрятавшихся жителей деревни оруженосцу не удалось. То есть, вообще никого – мертвецов бы повелитель не принял. И чем тщательнее он искал, тем меньше имелось надежды на успех – и тем неотвратимее выглядела перспектива открытого противостояния с собственным спасителем.

Ви уже спорила с Понтом о целесообразности поджога – «ну какой грабеж без огонька? Деньги на ветер!» против «нечего тут опускаться до варварства и снижать экономический потенциал региона» — когда оруженосец решился на с одной стороны очевидный, а с другой – удивительно глупый шаг. А именно встал посередь перекрестка тракта и сельской дороги и во всю мощь легких оповестил округу о предложении повелителя.

Никто не отозвался – кроме покрутившей у виска пальцем эльфийки и грозно зыркнувшей на «подозреваемого в работорговле» полудемонессы. Но бывший школяр не отступал, вновь и вновь взывая к совести аборигенов, в итоге аж договорившись до раскрытия незримым слушателям крайне малой вероятности возвращения уводимых в плен – немедленно получив затем дважды по шее от товарищей. И видимо как раз вид этой групповой экзекуции наконец возбудил в местных чувство ответственности за своих чад:

— Вы обещаете заложникам безопасность? – выкатился на свет один-единственный кочан.

— Ясен хрен нет, — рявкнул изничтожающий подчиненного взглядом сюзерен. – Более того, говорю сразу: я их съем. Всех. Целиком. Даже если они вдруг потеряют способность к перевоплощению. И никаких переговоров.

— Но как мы можем быть уверены…

— НИКАК! – окружавшие их более-менее целые тела нападавших лопнули будто перезревшие ягоды. – Разбойничье племя может только понадеяться на то, что не все в мире подобны им и тут еще остались приличные индивиды. Поэтому либо выходите – либо валите в туман. И не думайте, будто овощам удастся подобраться к нам в дальнейшем.

Оппоненты долго не отвечали – а затем к домику подкатилась дюжина кочанов:

— Половина нормальны – не нужны, — сходу определил чуть посветлевший Мистер Понт. – Закатывайтесь в контейнер. Вася – освободи аналогичное число предыдущих пленников.

— Аналогичное число? – сделал удивленные глаза нарочито неловкий рыцарь, разумеется разом отпуская всех, при этом внутренне обливаясь потом и истово молясь.

— Бестолочь! – возопил мгновенно оценивший возможные последствия его высочество, бросаясь наперерез малышне. – Лови их!

Рев, кутерьма, очнувшийся и начавший сыпать случайными заклинаниями Фауст, побег еще и взрослых на фоне мягко говоря находящихся не в лучшей форме преследователей – короче количество теоретически достижимых целей быстро сократилось до минимума:

— ВАСЯ СДЕЛАЛ ЭТО СПЕЦИАЛЬНО! – наконец бессильно загремел неспособный даже слабоватыми нитями мрака достать юркие цели Понт. – НЕ ПОЙМАЕШЬ НИ ОДНОГО – ЗАЙМЕШЬ ИХ МЕСТО!

И правда совсем уж откровенно не усердствоваший ученик ощутил жгучее желание свалить вместе с аборигенами в туман, быстро впрочем отказавшись от подобной затеи как от еще более открытого предательства. Уж кто-кто, а воин Христов всегда должен быть готов держать ответ за свои поступки.

— Да не ори ты! – крикнула внезапно присоединившаяся к охоте Ви, сжимая в объятиях довольно молодой, но вроде не детский кочан. – Вот тебе трава – от ломки избавиться хватит.

— В сеть его! – рявкнул великий бандит, печально глядя вслед улепетнувшим жителям, после чего обратил взор на смиренно вставшего перед ним подчиненного. – Сколько еще раз клявшийся мне в верности намерен предать своего сюзерена?

— Я верю…- отправивший его в краткий полет до земли скуловоротный удар непонятно каким образом доставшими так высоко задними копытами.

— Ненавижу людей, — бариаур плюнул, обвел деревню сумасшедшим взглядом и дал лучнице отмашку. – Жги!

Эльфийка выхватила лук и с удивительной сноровкой обстреляла здания вокруг них заранее подготовленными зажигательными стрелами. Десяток улетел во тьму – и столько же в ней образовалось неестественно легко вспыхнувших маленьких костерков.

— Гори-гори ясно, чтобы не погасло! – смеющаяся девушка запрыгала и захлопала в ладоши.

По крайней мере хоть кому-то весело.

— Выступаем! – махнул убийственно мрачный повелитель и, не глядя на копошащегося в грязи вассала, двинулся в ночь.