Автор рисунка: Stinkehund
"Глава седьмая, в которой и так цветастые эквестрийские будни обретают ещё более яркие краски" "Глава девятая, в которой Грин читает книгу..."

"Глава восьмая, в которой прерывается процесс обучения"

"Где я? Кто я? Что я?"
Сегодня утром стало легче. Разум немного прояснился, копыта вновь стали слушаться команд спинного мозга...

Только вот своё местоположение положение было определить трудновато. Деревья, кусты, серое дождливое небо. Никак Вечнодикий?

Тело вновь захватила неведомая сила, заставляя вставать, с трудом передвигая ноющие от боли члены, и направляться в неизвестном направлении. Правда, мозг пока подчинялся, что не могло не радовать...

Единственным спасением от нового помутнения были отстранённые мысли, которые, как назло, вновь пыталась вытеснить тупая пустота. Отчаянно принимая попытки бороться с ней, разум принялся копаться в скрытых глубоко под коркой смутных воспоминаниях.

Когда же всё это началось? Вчера? Неделю назад? Месяц? Может, Оно никогда и не прекращалось? Что же является реальностью — жизнь "до", или нынешнее состояние?

В голове всё время вертелись непонятные символы, картинки, значение которых вряд ли ведал кто-либо из современников. Упорно пытаясь вспомнить хотя бы что-то, надеясь выудить воспоминания оттуда, где их нет, мозг "горел" от перенапряжения. Прошлое и настоящее таинственным образом перемешались в голове, и выразились одним единственным словом, набатом раздававшемся в подсознании: " Убить..."
Кого, или зачем пояснить никто не удосужился... Да и если бы даже и объяснили, вряд ли бы тело смогло противиться Нечту, отныне нагло хозяйствовавшему в нём.

Вдалеке виднелась дорога, проходящая по окраине леса. Копыта ловко вскарабкались на дерево, увлекая за собой неуклюжее туловище. Спрятавшись за листвой, но не перекрыв обзор, не принадлежащая старому хозяину оболочка увидела трёх пони, довольно-таки быстро передвигающихся по тракту. Впереди шёл жёлтый единорог, за ним фиолетовая аликорнша, а в конце — зелёный земнопони. Багажа при них почти не было, если не считать лёгкой сёдельной сумки у единорога, и громоздкого, жутко гремящего своими малюсенькими колёсиками по бездорожью чемодана земнопони. Ранние путники хранили гробовое молчание...

Перед глазами почему-то выступила красноватая дымка, а внутри заклокотал безрассудный гнев, но губы непроизвольно зашевелились и беззвучным шёпотом промолвили: "Нет... Рано... Нужно выбрать правильный момент...


Молчали путники, потому что всё, что только можно было оговорить, уже было оговорено. Каждый думал о своём, и лица их выражали совершенно разные эмоции.

Единорог был угрюм, но в тоже время решительно сосредоточен. Юная принцесса не находилась в столь же плохом расположении духа, но и радостной её назвать тоже было трудно. Один Грин старался не унывать и периодически разряжал обстановку импровизированными шутками.

Далеко не глупая голова Кондратия была занята в чём-то глубокими и философскими мыслями. Как никак, спустя минут тридцать он должен был нарушить и предать все дружеские и официальные обязательства, приобретённые за полтора года работы в Академии. Хотя, другого выхода не было. Он и сам с недавнего времени хотел объясниться с Фаргусом, а теперь, его помощь нужна другим. Как говориться, он делал работу, совмещающую в себе "приятное" с полезным...

— Мистер Спрингс? Вы уверены, что мы идём в ту сторону? Кажется, эта ваша Академия, по вашим же словам, находится где-то на окраине Кантерлота? В конце концов, лучше, чем пешком, мы могли бы отправиться в столицу на поезде, и были бы там уже прямо сейчас... — нарушив всеобщее молчание, спросил принцесса.

— Во-первых, нам осталось идти совсем немного... Во-вторых, я думаю, сегодня не стоит пользоваться железнодорожным транспортом, — тихо ответил единорог, почему-то оглядываясь по сторонам. — И ещё, называйте меня Кондратием. К этому имени я уже, хотя бы, привык.

— Ну... ладно... — проговорила Спаркл, и вдруг, обернувшись назад, окликнула Грина, — Пьер, хватит греметь колёсами! Давай свой чемодан сюда!

Твайлайт напрягла лицо, приподняла чемодан над землёй и понесла в пурпурном магическом облачке... Её же мысли тем временем были заняты сразу несколькими вопросами и проблемами: первый — можно ли доверять единорогу; второй — смогут ли они защитить себя в случае опасности? Также она немного гордилась собой за прекрасную операцию в гостинице, хотя и тщательно скрывала это, по её мнению, низкое чувство. В любом случае, надо было двигаться вперёд, куда бы не вёл их подозрительный пони со странным прозвищем.

Пьер же, хотя и находился в официальном звании начальника экспедиции, старался не встревать в периодически вспыхивающие между двумя магами спорами. Он был тоже погружён в раздумья, но они были гораздо менее глубокими, чем у его спутников. Хотя, может быть, такое ощущение складывалось лишь на первый взгляд. Где-то в глубинах его мозга зарождалось нечто новое, неизученное, и это нечто было каким-то образом связано со шпионом. А может, и не связано...

Так, погружённые каждый в свои собственные думы, они продолжали путь ещё около четверти часа...


— Итак, дамы и джентельпони, мы на месте, — обвёл копытом глухую, заросшую мхом поляну, Кондратий.

— Видимо, это и есть так называемая Академия? — саркастически подытожила не столь продолжительный поход Твайлайт.

— Нет. Здесь всего лишь расположен один из многочисленных Входов в неё, — пояснил шпион, а потом продолжил уже гораздо более серьёзным тоном. — А теперь слушайте меня внимательно. Я захожу первый и разведываю обстановку. Спустя ровно минуту, входите вы. Если что-то будет не так, я в кратчайшие сроки вернусь и предупрежу вас. Знайте, наша цель — кабинет Фаргуса... Нигде не задерживайтесь, не останавливайтесь и идите строго за мной. Понятно?

— Вполне. До кабинета — начальник ты; внутри — я, — ответил за двоих внештатный следователь.

Кондратий кивнул и повернулся лицом к поляне. Его рог засиял бледно-жёлтым светом, выпуская наружу легчайшие магические протуберанцы, которые этакими бумерангами закружились в ставшем будто бы густом воздухе. Постепенно они образовали локальный вихрь, медленно, но верно затягивающий внутрь мелкие ветки и опавшие от ветра листья.

— Это — Большой телепортационный портал. В отличии от Малого портала — более грузоподъёмен и действует на дальние расстояния. Крайне прост в использовании — стоит только оказаться в эпицентре и заклинание сработает автоматически, — тихо сказал шпион, сделал несколько шагов и исчез в мини-торнадо.


Прошла минута... Наверное, даже, чуть больше...

Наконец, сыщик и принцесса решились шагнуть в чрево телепортатора...

Спустя секунду забавных перетрубаций они оказались в громадном холле старого, с выбитыми стёклами на окнах, с полуобрушенными стенами и прохудившейся крышей здания школы. Постройке на вид было не меньше века, на что указывала старомодная архитектура, да и выглядела она весьма унылой и потрёпанной. Огромная площадь фойе оказалась пустынной и никаких Кондратиев на ней заметно не было...

— Мда... Чем дальше в лес... — задумчиво произнесла Твайлайт и резко перевела взгляд на земнопони с чемоданом, — давай, господин следователь, ищи нашего таинственного друга. А я пока изучу магическую составляющую. Здесь она весьма и весьма интересна.

Грин лишь кивнул и принялся за осмотр, припоминая знания, полученные на факультете. Внимательно, чуть ли не уткнувшись носом в пол, зеленобокий пытался найти свежие следы копыт. И нашёл! Один был чёткий, другой — смазанный, как будто обладатель ног внезапно упал. А вот и вмятина от падения! Но... Где же тогда единорог? Неужели, его кто-то унёс? Значит, в этом здании есть некто третий... И, возможно, опасный.

Принцесса, тем временем, блуждала по периметру, стараясь обходить острые осколки кирпичей и черепицы. Рог её еле заметно светился, а голова ворочалась наподобие локатора, как бы сканируя местность на предмет неких аномалий. Неожиданно, её лицо озарила удовлетворённая гримаса, и она, обернувшись и посмотрев на копающегося в мусоре Пьера, сказала:

— Кажется, я нашла! На это здание наложено заклинание иллюзии! Мы видим заранее заготовленную "картинку". Но самом деле, мы, может быть, всё еще стоим по среди Вечнодикого леса.

Твайлайт закрыла глаза и беззвучно зашевелила губами. "Изображение" перед глазами сыщика сначала покосилось, потом пошло рябью, а затем и вовсе исчезло, мгновенно сменившись парадным входом, табличка над которым гласила: "Добро пожаловать в Шестую Академию, студент! Именно здесь ты сможешь обучиться практически всему, что угодно — от вышивания для единорогов, до сверхсветового спектрорадужного удара для пегасов! Если ты отстал от сверстников — ты сможешь подтянуть свои знания, если же ты превзошёл их — ты сможешь учиться среди равных, получать наставления от гениев науки и искусства! Каждый день в Академии полон изумительных, а порой и безумных экспериментов, поэтому учёба станет для тебя весёлым и увлекательным занятием! Ещё раз добро пож..." Дальше запись становилась нечитабельна из-за обильной ржавчины, покрывающей металлическую пластину с буквами. Да и общий интерьер здания не сильно изменился — разве что на месте стены появился громадный приоткрытый дверной проём.

Пройдя сквозь проход, Пьер обратил внимание на странное поведение принцессы — та постоянно шмыгала носом и тёрла копытами глаза.

— Что такое? — спросил земнопони.

— Запах... Как будто, газ какой-то... Сейчас, погоди секундочку.... — прерываясь на резкие вдохи ответила Твайлайт, и вновь начала творить некое заклинание.

Тела двух пони покрыло полупрозрачное фиолетовое поле, переливающееся из-за преломления солнечного света. Дышать тут же стало как будто бы легче, и сыщик с принцессой вновь могли приступить к работе.

За тяжёлой, деревянной с чугунными скобами дверью, начинался тёмный, освещаемый лишь небольшими пробоинами в крыше, коридор. Медленно продвигаясь по нему, Твайлайт, Грин и чемодан оказались перед ступеньками, ведущими куда-то вниз. Тьма там была ещё более непроглядной, так как дневной свет туда не доставал вовсе. Принцесса зажгла тусклую магическую искру на кончике рога и сделала шаг в неизвестность...

Лестница оказалась узкой, ступеньки — грязными и обшарпанными. Каждую секунду копыто норовило поскользнулся и увлечь за собой вниз всю процессию. Но, с горем по полам, сократившаяся с момента начала похода группа пришла к новой, на этот раз гораздо более современной, если не сказать, сверхсовременной двери. Створки её были увенчаны разного рода шестерёнками, рычажками, колёсиками и пружинами. Справа на стене красовалась круглая кнопка, сделанная специально под копыто. Представительница элемента магии презрительно взглянула на все эти технологии, и дала возможность Пьеру повзаимодействовать с ними.

Земнопони, дабы не откладывать дело в долгий ящик, ударил ногой прямо по кнопке-запускалке.

Подобно причудливому заклинанию, один процесс запускал два других, а последние — четыре новых. Мудрёный алгоритм сработал безотказно — створки технодвери разъехались, открывая путникам вид, полностью противоположный тому, что они видели наверху, во внешней постройке. Никакого мусора и разрухи, только сияющие бело-голубые лампы над потолком, да пластины, сделанные из неизвестного современным учёным материала. Принцессе эта картина напомнила видение в лесу, а Грину — фантастические повести и, как ни странно, вчерашний сон. Он до сих пор не мог отойти от увиденного, да и периодические визуальные "глюки" никак не давали покоя.

Пони, с чуть приоткрытыми от изумления ртами, начали движение дальше, даже не заметив лязга захлопнувшейся за их крупами двери...

Футуристический коридор представлял собой этакий лабиринт из бесчисленных поворотов, закоулков и тупиков. Иногда на стенках можно было примерить толстые стёкла, сквозь которые просматривались жеребята, сидевшие за партами и что-то сосредоточенно записывающие в тетради. Вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь гудением ламп и дыханием пришедших.

Наконец, процессия достигла новой двери. На этот раз уже зная, что следует делать, Грин самостоятельно открыл её.

Глазам гостей Академии предстал круглый зал, служащий перекрёстком для нескольких меньших коридоров. Сверху, прямо под потолком, виднелись узкие не застеклённые окошки, видимо, служившие для вентиляции...

Вдруг, послышался странный звук, смутно напоминающий плевок. Что-то мелкое молниеносно просвистело в направлении Грина, и, попав во внешнюю фиолетовую магическую оболочку, разбило защиту вдребезги...

В нос земнопони сразу же ударил резкий едкий запах, отчего в глазах на секунду потемнело, а потом вновь побежали радужные круги. Оглянувшись на аликорншу, Пьер увидел, что она прямо-таки излучает изнутри паранормальное свечение (отлично подходящее под цвет её шёрстки)... Перед взором же сыщика вновь метались странные разноцветные туманности, так и норовившие приблизиться, но, почему-то, постоянно отлетающие после этого обратно.

Тем временем послышался новый плевок, который, если бы не находчивость Твайлайт, пробил бы уже не щит, а тонкую шкуру внештатного следователя. Принцесса выставила в качестве этакого барьера коричневый чемодан, который принял весь удар на себя. Позже, осматривая дырки на бурой обшивке, Пьер скажет, что их проделали мелкокалиберные пули...

— Бежим... Скорее, за мной! — перешла на командирский тон Спаркл, — поворачивай налево...

И они свернули в левый коридор. Он был гораздо темнее предыдущих: лампы светили очень тускло... Сыщик, не отставая ни на шаг, следовал за принцессой, и когда та забежала в первую попавшуюся открытую дверь и заперлась изнутри, он не стал прекословить... Да и не смог бы — и так только что пережившее травму горло, вновь раздражалось непонятным спёртым и, возможно, отравленным воздухом...

Помещение, в которое попали пони, оказалось лабораторией. Среди однообразных скляночек с реактивами и приборов для измерения сущности протекаемых в них процессов можно было заметить два небезынтересных плаката-чертежа. Первый изображал нечто похожее на планету в разрезе, правда, вместо ядра внутри находился миниатюрный город. Подпись под рисунком гласила: проект "Экран". Увидев же второй рисунок, Пьер содрогнулся — на нём было изображено то самое чёрное существо с вытянутыми копытами и неимоверно нелепыми пропорциями, которое он видел в кошмаре. Вокруг этого чертежа были хаотично разбросаны надписи: "Место обитания — не известно"; "Раса, вид, пол — не известны"; "Классификация угрозы — уровень F, при встрече предписывается незамедлительное отступление!" Снизу, прямо под плакатом, на столике лежала небольшая книженция с причудливым названием: "Современная Опасность", автор Максим Крейн". Зная, как Твайлайт любит художественную и научную литературу, Грин захватил книгу с собой, положив её в продырявленный чемодан.

Тем временем, принцесса снова восстановила его защитное поле и заперла дверь изнутри. Со стороны коридора послушался топот нескольких пар копыт.

— Да... Не нравится мне это место... — наконец выговорила крылатая единорожка, — и зачем нас сюда понесло? Если я, можно сказать, "закалённый боец", особенно после случая с чейнджлингами, то ты же совсем не сможешь защитить себя... Толку от твоей пушки в узких коридорах?

Пьер обиженно глянул сначала принцессу, а потом на свои не очень мускулистые копыта — возможно, она и права. В любом случае, экипироваться не помешает, подумал жеребец, и полез доставать громоздкую конструкцию из чемодана.

Тем временем, будто бы прямо из под потолка, послышался голос:

— Приветствую вас, уважаемые нарушители! Меня зовут сэр Фаргус, и я руководитель этого, в какой-то степени, учебного заведения. Прошу прощения, за возможно, не очень благоприятный приём, но те, кто приходит сюда без приглашения, обычно не возвращаются обратно. Хотя, раз уж вы сами заперли себя в лаборатории, почему бы мне не исследовать вас поближе? К сожалению, не могу увидеть вас, так как в том месте, где вы находитесь не установлены камеры. Зато я могу про сканировать при помощи специального заклинания! Секундочку... [Слышится треск, потом скрежет] Ого, какие гости! Одна аликорн, маг высшей степени, уровень интеллекта в два раза превышает норму... Да ещё Элемент Гармонии... Никак, новоявленная принцесса Твайлайт Спаркл? Не ожидал вас здесь увидеть, ваше высочество... Кто же второй? Хм, не менее интересная личность: земнопони с аналитическим складом ума, сообразительный, в какой-то степени хитрый, хорошо ориентируется во внеплановых ситуациях... Страдает провалами в памяти и галлюцинациями — где-то я уже это видел — неплохо стреляет из ружья... Эх... Таких даже ликвидировать жалко. Но нельзя же просто так отпустить вас из секретного полугосударственного учреждения? Мало ли, что вы могли увидеть... Так что... Кстати, зачем вы пришли сюда? Какие цели преследуете?

Пришёл черёд Твайлайт вставить слово:

— Нас привёл сюда ваш сотрудник Кондратий, а потом таинственно исчез. Я полагаю, это была ловушка?

— Кондратий! Как же я сам не догадался! — возбуждённое перебил Фаргус, — это из-за вас у него снова случился приступ? Вы те самые пони из Понивилля, заставившие нашего лучшего агента прервать правительственную операцию? Вы хоть знаете, что он выполнял задание, поступившее из самого Кантерлота!? Ладно, ему то мы мозг прочистим, уже не раз делали, а вот вас всё-таки придётся устранить... Хотя... Знаете, можете попробовать спасти своего нового друга, он сейчас на этаже исследования памяти, готовится к "дефрагментации". Я даже скажу стражам сменить обычные пули на иглы с моментальным снотворным. У меня есть насчёт вас одна идейка...

Голос затих... Твайлайт с Пьером переглянулись... Принцесса приготовила рог к какой-то сильной магии, а Грин просто перезарядил винтовку. Сердце забилось чаще, а туман перед глазами сгустился, хотя и не мешая обзору. Цветные облака будто подсвечивали силуэты пони, вставших на изготовку перед дверью... Нет, это бред! Какие ещё силуэты? Надо просто будет позже обратиться к окулисту. Если выйдем отсюда...


Звука открытия тяжёлой двери лаборатории заглушили сразу несколько гораздо более громких звуков, такие как грохот выстрела, стрекотня автоматов с иглами и шорох появления магического одностороннего щита. Затем темноту разрезал мощный фиолетовый луч и прогремел ещё один выстрел. А после всё утихло...

Твайлайт осветила поле битвы. На гладком полу лежало пять пони с противогазами на мордах — двое раненых, трое оглушенных. Принцесса наспех подлатала магией "больных" и вогнала всех в глубокий сон — теперь проснуться не раньше, чем завтрашним утром.

— Я уж испугалась, что ты их совсем... того... — с облегчением сказала крылатая единорожка, — метко стреляешь, ни одного важного органа не задето. Хотя, впредь лучше не использую свою громыхалку. Вот, возьми лучше это — и эффективней будет, и не столь смертельно.

Принцесса протянула жеребцу снятую с одного из спящих пони вещицу, отдалённо напоминавшую накопытный браслет. Хотя эта штука была гораздо более продвинутой — на ней мигали какие-то лампочки и огоньки, назначения которых, при всём своём углубленным изучении физики, Грин не знал. Надев странное устройство, Пьер подумал о том, чем эта штуковина может пригодится в бою, и оно тут же выстрелило тончайшей иглой, вылетевшей из трубки, тоже приделанной к браслету. Хм, чтение мыслей? Невероятно! Только, придётся не напрягать мозг и не думать о лишнем...

Спаркл свершилась с планом, висящим на стене:

— Так, значит, нам на минус третий этаж. Тут недалеко есть лифт, хотя я бы лучше прошлась по лестнице. Куда идём?

— К лифту, конечно... — уверенно ответил Грин, и вдруг, закатил глаза и упал рядом с остальными спящими пони.

Очнулся он ровно через секунду, оттого, что Твайлайт пустила по его телу магический разряд, сильно напоминавший статическое электричество. Сон, как копытом сняло. Тем временем, кобылка вытащила из шеи жеребца иголку, пропитанную пахучим веществом.

— Не время спать... — усмехнулась принцесса, двинулась вдоль по коридору, а потом обернулась и спросила, — ты так и будешь таскать за собой этот чемодан?

Пьер лишь грозно посмотрел на кобылку, привязал к туловищу веревку и покатил багаж за собой.

На площадке около лифта их ждали ещё двое пони — один единорог, другой пегас — одетые в прочные защитные костюмы. Грин выпустил в них несколько игл, но это не дало видимого результата. В ответ на пришельцев просыпался град из таких же пропитанных снотворным железочек, благо Твайлайт успела сотворить защитное поле, дабы те не достали до них. Тем временем, земнопони что-то пробурчал себе под нос и вновь полез в чемодан...

Спустя тридцать секунд, раздалось два оглушающих выстрела, от которых броня стражей уже не спасла. Принцесса вновь пошла обрабатывать раны.

Грохот, видимо, привлёк лишнее внимание и отовсюду послышался постоянно усиливающийся топот копыт. Не ожидая, пока преследователи их настигнут, Твайлайт и Пьер запрыгнули в лифт и нажали на кнопку с надписью "-3". Дверцы захлопнулись, машина тронулась...

Приехали быстро. Кабина выпустила своих временных "пленников", перед которыми предстал громадный зал, в котором находилось несчётное множество разнообразнейшего оборудования. В помещении стояла кромешная темнота, и только одно место освещал яркий луч прожектора. В закутке у стеночки столпились шесть единорогов в белых халатах. Их глаза были прикрыты, а губы судорожно шевелились, будто бы эти пони были не в себе. Путники подошли поближе, но них никто не обратил внимания. Единороги склонились над странного рода капсулой и творили с ней какое-то заклинание. Внутри же этой капсулы, мило свернувшись калачиком, лежал Кондратий, беспечно посапывая...

Грин, наверное, сам не отдавая отчёта своим действиям, растолкал единорогов и бросился открывать резервуар. Дверца легко поддалась и открылась, но сие действие, наконец, вывело магов из транса. Те удивлённо захлопали глазами, но тут же опомнились и встали боевую позицию. Грина ослепила белая вспышка, а через полсекунды тело жеребца будто бы задеревенело. Он с грохотом упал на пол, и, больно ударившись макушкой, беспомощно заворочал зрачками.

Тем временем, Твайлайт сошлась в битве с шестью ничуть не уступавшими ей по силе волшебниками. То и дело воздух прорезали магические вспышки и смертоносные лучи, и судя по коротким вскрикам, частенько достигали цели. Пьеру со своей позиции было почти не видно сражения, но он отлично представлял себе, что там происходит... Вот, послышался грохот — видимо упало что-то из тяжёлой техники. Вот по этажу прошла ударная волна, заставляя дребезжать даже толстые пуленепробиваемые стёкла. А вот, до ушей земнопони донёсся высокий и тонкий то ли всхлип, то ли крик, и сердце Грина почему-то заметалось в тревоге. Твайлайт может быть ранена, так как кричать могла только она — все её оппоненты были жеребцами. И стоило Пьеру взволноваться, как цветные тени в форме силуэтов пони вновь замельтешили в его мозгу. Вон принцесса взмывает в воздух, а вот это — трое (интересно, а где остальные?) единорогов, спрятавшиеся за какой-то балкой. Спакрл выгнула спину и выпустила торнадоподобное заклинание, разметавшее врагов во все стороны, тем самым размыв и их силуэты, которые через секунду и вовсе пропали...

Одно короткое прикосновение рогом, и паралич, наконец-то, отпустил жеребца. Он медленно встал и размял затёкшие члены, в то время как Твайлайт начала активно будить Кондратия какой-то магией. Результат не заставил себя долго ждать: несколько секунд спустя единорог резко открыл глаза и моргнул. Потом обвёл взглядом склонившихся над ним сыщика и принцессу, и сказал:

— Что происходит?


— Э, нет... Через основной вход в кабинет вам не пробраться. Там сейчас, наверное, целый взвод тяжело вооружённой охраны, и, на этот раз, не иглами со снотворным. Думаете, если справились с кучкой стражников первого уровня, да единогами студентами, теперь непобедимые? Вот-вот... Я, конечно, уважаю вашу отвагу, хотя, конечно, вы занимались моим спасением не из сердечной привязанности, а из-за более корыстных целей. Но, уверяю вас, вы сделали это не зря! Я знаю, как аккуратно провести вас к Фаргусу... Не бойтесь, это не ловушка — мне самому хочется задать ему пару вопросов... Как вы сказали — "не раз прочищал мозги"?

Сказав такие слова, Кондратий повёл вновь обретшую свой изначальный состав группу в сторону, противоположную лифту. Обогнув гигантский подъёмный кран (и зачем такая штука нужна в отделе Памяти?), процессия оказалась у противоположной стены зала. Только теперь Грин заметил узкую дверцу, до этого скрываемую тенью громадных механизмов. Кондратий, подойдя к ней, совершил какое-то заклинание, после чего дверь бесшумно открылась. Единорог зажёг магическую искру, осветив винтовую лестницу, ведущую глубоко вниз.

— Личный "тайный ход" Фаргуса. Этаким штопором проходит сквозь все этажи. Именно этим объясняется особенность директора неожиданно появляться в любом отделе Академии, не используя телепортацию — она здесь запрещена. Я, как один из лучших выпускников этого заведения знаю заклинание использования двери. По другому её не откроешь — хоть из пушки стреляй, стена развалится, а дверь останется, потому что — зачарованная, — пояснил шпион и начал спуск, — не стойте на месте, время дорого.

Как только все пони вошли внутрь, Кондратий вновь захлопнулись дверь. Теперь от кабинета директора группу отделяли всего несколько лестничных пролётов...

Вскоре, процессия резко остановилась. Жёлтый единорог подошёл к одному из выступов, вплотную примыкавших к ступенькам, и вновь сотворил заклинание. Потом обернулся на напарников и быстро кивнул. Грин по крепче перехватил ружьё, Твайлайт стала "разогревать" рог каким-то несложным упражнением. Стенка раздвинулась на подобии дверей лифта открывая путникам проход прямо в рабочий кабинет.

— Ладно, ладно — сдаюсь! Не думал, что вы доберётесь до сюда, но, какая-то часть моего мятежного мозга подсказывает мне, что сегодня — день откровений. Вы ведь пришли за ответами, не так ли? Что ж, я думаю, что смогу удовлетворить ваше любопытство, перед тем как вызову сюда охрану... Чего же вы хотите узнать? По одному вопросу с каждого пони...Я весь внимание!

Так называемый сэр Фаргус, оказался щуплым синешёрстным единорогом в очках, чем-то очень сильно напоминавшим капитана Рейла. Кьютимарку его закрывал белый лабораторный халат, а копыто подпирало голову, склонённую в ожидании слушать. Что забавно — голос у него был немного визглявый, чего не передавал громкоговоритель в лаборатории. Что ни говори, а Эквестрийская техника ещё далеко не совершенна, даже здесь, в продвинутом научном центре.

Группа пони переступила через порог, давая закрыться проходу, скрывавшемуся за двумя раздвижными книжными полками. Принцесса и шпион бросили два коротких взгляда на Пьера, как бы разрешая начинать разговор.

— Что вам известно о пропавшем жеребёнке Клэе Маунтайне? — Грин попытался сделать голос как можно более строгим, хотя лёгкая хрипотца и так давала необходимый эффект. Получилось даже немного грозно...

— Мне? Как бы сказать... Одновременно и всё, и ничего... — начал Фаргус. — В моей личной картотеке есть информация почти о каждом пони в Эквестрии, так что и об этом там наверняка что-нибудь, да найдётся. Другой вопрос, что задание присмотреть за двумя стражами, которые должны были выкрасть и охранять ровно семнадцать дней "опасного" жеребёнка, позже полученное тобой, Кондратий, поступило в абсолютной секретности, анонимным письмом, при помощи почтовой предметной телепортации. Единственное, что нам удалось выяснить, проследив за магическим "следом" — так это то, что письмо пришло в почтамт точно таким же образом прямо из Кантерлотского замка. Уж кто его там посылал — обычная горничная, или принц Блюблад — я не знаю. В послании был указан обратный адрес и суть задания. Его выполнение не требовало особых затрат, но таинственность нанимателя с "той" стороны меня насторожило. Поэтому, я дал это задание Кондратию, дабы он развеялся после Сталионграда, но и не терял бдительности. Вот, видите, что теперь вышло... Дальше он сам переписывался с отправителем, остальных подробностей пока не рассказывал даже мне, хотя и прошло уже почти две недели. Так что, если вам нужны подробности, найдите этого самого отправителя в Кантерлоте и прижмите его к стенке... Следующий вопрос?

Кондратий глубоко вдохнул и сделал шаг вперёд:

— Что вы скрываете от меня, сэр Фаргус? Что ещё за "чистка мозга"? Почему я должен постоянно пить таблетки? Я, наверное бы, ещё спросил кое-что о задании, но вы уже всё рассказали...

— Эх... — директор изменился в лице, — я ждал этого момента. Опять же, чисто подсознательно. Рассудок всегда был полностью уверен в том, что мои учёные со своими новейшими разработками когда-нибудь избавят тебя от твоих недугов. Кстати, мистер... Грин, кажется... Я ведь узнал вас! Я видел, а точнее слышал о вас давно, ещё лет пятнадцать назад. Тогда, только-только взяв Кондратия на обучение в Академию, я наводил о нём справки — надо же было узнать, как он докатился до пьянства. Ведь до одного интересного инцидента он был вполне приличным пони, из порядочной семьи, закончившим школу с серебряной медалью студентом филадельфийского института художеств. Всё изменилось одним летним днём. Он отправился прогуляться по холмам да лесам, и не один, а с вами, мистер Грин. Да-да, вы с ним тогда были хорошо знакомы — вы заменяли господину Кондратию младшего брата. Ваши семьи долгое время дружили, но после "несчастного случая" их пути разошлись. Не припоминаете такого? Так и должно быть. А случилось вот что... Маленький зелёношёрстный пустобокий жеребёнок и молодой единорог благородной угольно-чёрной масти забрели в одну из многочисленных холмовых пещер, в которой пробыли больше суток. Их родители стали волноваться, начали поиски и в итоге обнаружили своих чад. Но те были не похожи сами на себя — мелкий говорил на каком-то тарабарском наречии и жутко верещал, когда к нему приближались врачи или полицейские, смотря на них так, как будто это были вовсе и не пони, а уродливые монстры. Старший же просто глупо хлопал глазами и при любом вопросе отвечал, что совершено ничего не помнит, кроме своего имени — Сэмуел Спрингс. Естественно их сразу же развозят по больницам. Правда, единорог на следующий же день сбегает из палаты и скрывается в неизвестном направлении. Позже, как выяснилось, около месяца лечится в другой, частной больнице от передозировки алкоголя в крови, а в последний раз его видели в филадельфийским центре занятости, в котором я и встретился с ним, а точнее, с тобой, Кондратий. Вам же, мистер Грин, повезло меньше — родители несколько лет таскали вас по разным клиникам, где ваш мозг чуть ли не перестраивали по крупицам. Это дало некий результат, вам вернули нормальную речь и психическое состояние, но, как по мне, это лишь усугубило ситуацию... Позже, после окончания университета, родители договариваются с ректором, дабы тот отправил их сына куда-нибудь подальше от Филидельфии, и тот посылает вас на стажировку в Понивилль, чтобы вы никогда больше не встретились со своими проблемами. Но, как говориться, у судьбы были другие планы — именно поэтому вы втроём сейчас стоите передо мной. И смешно, и жутко... Что же до твоего вопроса, Кондратий, то я отвечу так: что бы с вами не происходило в той пещере, я лишь пытался искоренить твою проблему. Отсюда взялись и таблетки, и постоянные обследования. Да, несколько раз мы дефрагментировали информацию в твоём мозгу, но тогда заклинание было далеко не совершенным, и поэтому кое-какая память у тебя таки осталась... Я ответил на твой вопрос?

Что-то как будто начало проясняться... Даже галлюцинации будто бы притупились, уступая место новым, ранее невиданным ощущением — наложением только что полученной информации на старую, успевшую укорениться в сознании. Конечно, Пьер помнил, что в детстве его часто водили по врачам, объясняя это некими возрастными изменениями. А один раз он сильно ударился головой, и потерял из постоянной памяти целой месяц. Хотя, это ведь именно родители сказали ему причину этакого "младенческого склероза"... И если Фаргус говорит правду, то значит, что всё это время они...

— Почему мы должны верить вам, Фаргус? — прервал размышления Грина голос Кондратия. — Где же доказательства? Если бы я раньше и встречал Зелёного, то сразу бы узнал его! Вы знаете, у меня неплохая память на лица...

— Эх... Не думал, что придётся прибегать к экстремальным методам... Видимо, блокировки оказались слишком сильными... Или, мешает что-то стороннее. Секундочку, — ответил директор ещё больше нахмурившись, и полез открывать сейф, — ага, вот они!

Из металлического ящика выплыли две одинаковые склянки, содержащие в себе жидкость зеленовато-бурого цвета. Фаргус протянул их сыщика и шпиону:

— Пейте. Это не яд... Всё равно у вас нет выбора...

Кондратий, несколько секунд по-рассматривав колбу, вылил содержимое себе в глотку. Грин, немного помешкав, последовал его примеру...

Тело мгновенно откликнулось на принятое внутрь вещество. В голове как будто что-то взорвалось, а потом по каждом нерву пробежал заряд страшной силы. Копыта затряслись, зубы застучали, а глаза застил туман. Потом всё его существо охватил озноб и сжал железной хваткой. Трясучка продолжалась ещё несколько секунд, а потом земнопони выдохнул, и вместе углекислым газом будто бы улетучилась и боль.

Теперь воспоминания нахлынули на бедный мозг настоящим цунами. Детские ложные стереотипы разбивались об вновь обретённые знания о прошлом, и собирались в новые, дополняя друг друга в общей картине судьбы жеребца. В памяти бешеным потоком всплывали всё новые и новые картинки: вот, чёрный единорог с кисточкой на крупе рисует какой-то пейзаж; вот маленький Пьер идёт с ним в парк развлечений... Вот Грин просит "дядю Сэма" сходить с ним в самое красивое место на свете — кристальную пещеру на холмах. А здесь они уже внутри. Потом, яркий свет и...

Чернота. Как будто, в театре прямо во время спектакля внезапно выключили освещение. Темно, и волнами накатывает лёгкая паника...

Наконец, перестройка сознания прекратилась. Пьер оглянулся на шпиона — оказывается, тот тоже смотрел на него.

— П... Пьер? — неожиданно робко спросил Кондратий.

— Дядя... Сэм? — почти шёпотом ответил вопросом на вопрос юный сыщик, — но у меня в... новых воспоминаниях ты выглядел совсем не так...

— Я... Неплохо владеют гримом. Я же, как никак... художник. Помнишь, того усатого контролёра нет вокзале? Так вот, это тоже был я... — улыбнулся единорог.

— Извиняюсь, что вмешиваюсь, но мне тоже хотелось бы задать один вопрос! — немного не к месту встряла временами очень педантичная Твайлайт, — я, как принцесса Эквестрии...

В эту секунду, под потолком зажглась яркая красная лампочка и динамики исторгли визгливую сирену. Прямо посреди кабинета появилась "объёмная тень" единорога в защитном костюме, но без противогаза.

— Сэр Фаргус! Совершено новое вторжение! Весь первый этаж обесточен. Охрана заняла боевые позиции! — отчеканила "тень".

— Как? Ещё одно? [Поворачивается к тройке пришельцев]. Вы что, привели с собой полицию? Хотя, нет, эти сюда не сунуться... Тогда... Кондратий, ты закрывал портал? — беспокойного затараторил очкарик в белом халате.

— Нет. Ваши стражи усыпили меня, даже не дав войти...

— Кто же это тогда? — совершенно опешил Фаргус.

Пьер, сам не зная зачем, посмотрел на потолок. Перед глазами вновь замельтешили цветные облака, а точнее — лишь одно, но очень яркое красное пятно. Оно стремительно увеличивалось, что говорило о неминуемой приближении его обладателя.

— Я думаю, нам стоит как можно быстрее уходить отсюда, — неожиданно молвил шпион, — здесь не безопасно.

Будто бы подтверждая его слова, несколькими этажами выше прогремел оглушительный взрыв, заставивший книги попадать с полок.

Вся тройка вопрошающе уставилась на директора.

— Ладно, всё равно я хотел спуститься вниз и проверить бумаги. Хотя, я уверен, что охрана разбёрется с проблемами в самое ближайшее время, — встаёт с кресла, вновь открывает тайный ход, — и да, вы идете со мной! Мне ещё вам память стирать. Вы нужны миру живыми, по-крайней мере, мисс Спаркл и Кондратий. Не в обиду, мистер Грин, но без вас Эквестрия вполне бы могла и обойтись... А вот без мудрой принцессы, или гениального шпиона — никак. Ну, что поделаешь, было бы несправедливо отправить вас на поверхность не в полном составе. Хотя, вряд ли вы встретитесь после "дефрагментации". Мистер Грин, где бы вы хотели очнуться? В Филидельфии, или, может, в Понивилле? Ладно, обсудим это чуть позже.

Шестнадцать копыт неровным перестуком оглашали шахту, сквозь которую пролегала винтовая лестница неимоверной длины. Периодически, до ушей спускающихся пони до носились глухие раскаты, не предвещавшие ничего хорошего и всё более омрачавшие лицо Фаргуса. Наконец, группа достигла некой отметки, которые кроме директора различал разве что Кондратий. Открыв магией новую дверцу, синий единорог в белом халате пропустил остальных пони вперёд. Они оказались в тёмном, совершенно пустом коридоре, тянувшимся своими "крыльями" и вправо, и влево. Фаргус уверенно поцокал вправо, увлекая за собой всю процессию. Внезапно, из невидимых в темноте динамиков раздался громкий низкий голос, от крайнего волнения сильно тараторивший и проглатывающий целые слова:

— Всем этажам и отделам, в которых ещё не отключилось энергоснабжение. Я капитан стражи Шестой Академии сообщаю, что все отряды разгромлены, при этом не нанеся никакого урона противнику, который всё ещё не опознан. Я думаю, что это экранники со своими новыми стелс-полями, но полностью уверенным быть не могу... Может, у них появилось какое-то неизвестное нам оружие, но я совершенно не понимаю, почему некоторые пони из стражи внезапно набрасывались на своих сослуживцев с безумными глазами. Будьте крайне осторожны. Только что я пытался связаться с сэром Фаргусом, но его не оказалось на месте. Надеюсь, в скором времени я его разыщу... Господа учёные — те, кто более, или менее боеспособен — возьмите в руки оружие и защищайте лаборатории. Остальные должны отправляться ко Входам, дабы впоследствии эвакуироваться... Конец связи.

Фаргус выругался:

— ... Если бумаги попадут к экранникам, дело всей моей долгой, уж поверьте, жизни пойдёт насмарку. Знаете что... Дискорд с вами! Можете уходить, я сказал вам то, что вы хотели узнать. Возвращайтесь обратно по коридору и идете до конца. Там начнутся технический блоки, вы же идите сквозь них к самому крайнему генератору. Прямо за ним располагается точка Входа. Кондратий откроет вам портал, который ведёт в Понивилль — не спрашивайте, я не знаю, куда именно. Если выживите, отпразднуйте второй день рождения — думаю, такими темпами, Академия не долго продержится... Надо же, перебили всю охрану за пятнадцать минут! Ладно, не стойте на месте, уходите... И последнее — портал ещё ни разу не использовался и может быть неисправен! Надеюсь, что больше не увижусь с вами...

Группа разделилась: трое пони отправились к генераторам, один — к картотеке, самому засекреченному месту в Академии. Она располагалась на одном из самых нижних этажей не случайно — без армии на такую глубину было не пробраться. Лишь Фаргус знал все секретные коды и пароли, и поэтому, он один имел доступ к бумажным архивам. Попасть же в хранилище информации можно было лишь двумя способами — по тайной лестнице и личному лифту директора, расположенного и тщательно спрятанного в его кабинете...

Время неумолимо уплывало из копыт очкастого единорога и поэтому он действовал крайне быстро, и даже немного дёргано. Открыв последнюю запароленную дверь, Фаргус оказался в настоящем "алтаре знаний"... Это была небольшая комната с пультом, примыкавшая к другому, гораздо более обширному залу, находившимся за толстым слоем непробиваемого стекла. В том зале располагались бесчисленные картотечные стеллажи, каждый ящик которых было до отказа набит разного рода папками. Здесь можно было найти информацию о каждом пони в Эквестрии, и именно поэтому эти папки не должны были попасть к приверженцам "теории сплошного Экрана". На такой случай был предусмотрен специальный механизм — полная дезинтеграция картотеки. Конечно, директору было жаль стольких лет потраченной работы шпионов, но ещё горестней будет потом отнимать эти материалы у экранников. Легче уж создать базу заново...

Фаргус подошёл к пульту, и, немного помешкав, стал запускать механизм. Внезапно, за спиной послышался странный, никак не вписывавшийся в происходящее звук — звонок приехавшего личного лифта...

Но как? Кто ещё мог знать пароль? Даже Кондратий не был удостоен такой чести... Разве что, капитан стражи... Неужели он?

Директор Академии обернулся. Из раскрывшихся дверей лифта вышел маленький коричневошёрстный жеребёнок без кьютимарки. Его глаза будто бы налились кровью, а личико изображало ехидную улыбку...

— Так вот кто нарушил спокойствие громадной машины! — "поприветствовал" пришельца Фаргус, — вот кто пустил насмарку по меньшей мере две сотни лет беспрерывно работы! Маленький жеребёнок... Ты, наверное, не знаешь, что Шестая Академия — единственная из десяти, когда-то построенных по всей Эквестрии дабы воспитывать из лучших её отпрысков гениев науки, искусства, военного и разведочного дела, которая выстояла и лишь укрепилась, когда другие сжались до малюсеньких революционных кружков или вовсе исчезли? Это я, именно я вёл её всё это время! Вряд ли ты представляешь, как тяжело постоянно перевоплощаться и перерождаться...

— Знаю... Ещё как знаю... — ответил жеребёнок голосом, скорее похожим на скрежет открываемой консервной банки, чем на говор обычного пони.

В тут же секунду в разуме директора как будто произошло помутнение... Перед глазами осталась лишь чернота и образ ухмыляющегося жеребёнка. Совершенно не понимая, что делает, Фаргус открыл шлюз-проход, и оказался за стеклом, в картотеке. Как только ход закрылся, сознание вновь вернулось к единорогу.

Послышался треск прокручиваемой до упора рукоятки...

— Что ты делаешь?! Слишком сильная дезинтеграция вызовет "обратную волну", аннигилировав всё в громадном радиусе вокруг! Ты сам не выживешь!

Жеребёнок ничего не ответил. До ушей единорога донёсся лишь тихий писк запускаемого таймера, а потом звоночек лифта.

Лицо Фаргуса тут же переменилось с испуганного на азартно разгорячённое:

— Эх, тут вы допустили ошибку, товарищ "разрушитель", — еле слышно прошептал директор, — не стоило оставлять мне времени... Ещё посмотрим, кто кого! Бедные жеребята... Им же всего годок остался...

Силуэт единорога стремительно скрылся за многочисленными стеллажами...


Почти никто не обратил внимания на появившихся прямо посреди газетной лавки в телепортационной вспышке троих пони — земного, единорога и аликорна. Гораздо больше стали удивляться сами пришельцы...

И было чему — ведь выходили в поход они рано утром, а сейчас Селестия уже опускала солнце... Получается, они пробыли в Академии больше двенадцати часов?

Кондратий подошёл к прилавку и прочитал несколько самых больших заголовков:
"Взрыв страшной силы произошёл в заброшенной школе на окраине Кантерлота — погибших нет..."
"Принцесса Селестия издаёт указ о роспуске тюрьмы для духов в Тар-Таре ввиду её нецелесообразности. Постановление вступит в силу через три дня".
"Обрушился старый мост, соединявший Понивилль с Кантерлотом, а заодно и с остальными железнодорожными путям. Провинция "отрезана" от остальной Эквестрии. Правительство принимает меры".

— Я же говорил, что не стоит ехать на поезде, — более чем серьёзным голосом сказал единорог своим спутникам.


И вновь наступило короткое прояснение. На этот раз копыта вели тело к большому дереву, одиноко стоящему посреди поля. С одной из веток свешивался чешуйчатый хвост и львиная лапа...

— Ох, здравствуй, милый Рейдж. Давно не виделись, — провозгласил голос из густой листвы, — почему такой хмурый?

— Они снова ускользнули, Дискорд, — ответили ему непослушным уста, — я искал их среди трупов, среди пепла... Их там не было!

— Кого же ты ищешь? Поведай мне?

— Троих. Шпиона, следившего за мной всё это время, сыщика, севшего мне на хвост, и увязавшуюся за ними новоявленную принцессу... Как же мне хочется изничтожить их, но я не могу к ним даже прикоснуться! Они будто прокажённые, к ним сложно даже подойти... Особенно, к жеребцам... Ответь, это ведь Его проделки, да? Ты же всё знаешь?

— Кого Его? Я тебя совершенно не понимаю...

— Не лги, ты прекрасно знаешь, о ком я... Думаешь, ты Ему не "по зубам"? Думаешь, стал "хорошим" и всё, он тебя не тронет? Помни, ты тоже Дух как и мы все! Когда-нибудь Он доберётся и до тебя, поверь мне... Но я знаю, как Его остановить. Мне нужен лишь твой совет...

— Когда не хватает качества, бери количеством. Больше ничем не могу тебе помочь...

— Ты как всегда мудр, Дискорд. Я понял намёк... Благодарю и удаляюсь.

Последним, что увидели глаза, было бескрайнее поле. А потом сознание вновь померкло...