Автор рисунка: Devinian
18. Пушистый сюрприз

19. Истинные чувства

— И… так что мы делать будем? Все, что я слышала, когда ты меня разбудила, что мы пойдем по твоим подругам и чего-то им расскажем, — спросила Скуталу, сидя на спине Твайлайт. Они шли через центр города к бутику Рарити.

— Ну, с тех пор, как Рейнбоу и я начали о тебе заботиться, наши подруги остались несколько в стороне, и раз уж Рейнбоу не будет до завтра, мы это поправим, — ответила Твайлайт, посмотрев через плечо и успокаивающе улыбнувшись кобылке.

— Что поправим?

— Расскажем, что я и Рейнбоу тебя удочерили. Технически, ты теперь наша дочь, поэтому я думаю, важно будет рассказать им сейчас, чтобы они потом не удивлялись.

— А, да, точно… А почему Спайк не пошел?

— Я попыталась поднять спящего дракона, — хихикнула Твайлайт перед тем, как ответить. — Но он даже не пошевелился. Думаю, можно позволить ему еще немного поспать.

Через минуту они уже подошли к бутику Рарити. Свет был виден в окнах наверху, но табличка показывала, что заведение закрыто. Зная, что ее всегда рады видеть, Твайлайт постучалась и вошла.

— Эй, Рарити! — позвала она. — Есть минутка?

— Ах, Твайлайт, я скоро буду, дай мне еще минутку! — раздался голос Рарити сверху. — Сядь пока на кушетку!

— Спасибо! — отозвалась Твайлайт. Она подошла к кушетке и наклонилась, чтобы Скуталу могла спрыгнуть. Когда та устроилась, Твайлайт взяла плед рядом и набросила его на малышку, а потом села сама. Через несколько секунд наверху послышались шаги, но вместо Рарити спустилась Свити Белль.

— Скуталу! — воскликнула она, увидев подругу.

— Эй, Свити Белль! — Скуталу соскользнула с кушетки и радостно обняла единорожку. — Извини, что не могли позависать вместе последние дни… Была занята немного.

— Ах, Скуталу, Твайлайт, рада видеть вас снова! — сказала Рарити, спускаясь вниз. — Давайте я сделаю какао и тогда поговорим.

Твайлайт встала и последовала за подругой на кухню.

— Тебе помочь? — спросила она, видя, как модельерша достает из шкафчика кружки.

— Нет, думаю я справлюсь… Но спасибо! — ответила Рарити. — Как живется со Скуталу? Ты просто обязана рассказать мне все!

— Хорошо… — Твайлайт весело, но немного нервно хихикнула. Эта новость сведет Рарити с ума. — Для начала… Скуталу теперь моя и Рейнбоу приемная дочь.

Рарити понадобилось несколько секунд, чтобы отреагировать. Она поставила кружки, которые держала, обратно на столик, и обернулась к Твайлайт с широко раскрытыми от изумления глазами.

— Что… что… Она ваша… — проговорила она, не веря ушам.

— Да, Рейнбоу и я удочерили Скуталу, — договорила за нее Твайлайт. — Это был единственный способ спасти ее от приюта в Кантерлоте.

Она хихикнула при виде шокированной Рарити.

— Давай я помогу сделать какао и тогда уже все расскажу, — засветив рог она поставила чайник на плиту и зажгла под ним огонь. Потом насыпала смесь для какао в каждую кружку, и когда чайник закипел, разлила воду. — Пойдем в гостиную…

Все еще с широко раскрытым ртом, Рарити тихо последовала за Твайлайт. Принцесса села на диванчик, а модельерша — на кресло слева. Голоса Свити и Скуталу раздавались сверху, поэтому Твайлайт поставила их кружки и передала Рарити ее.

— Так… давай прямо к делу, — отхлебнула Рарити какао. — Скуталу теперь…

— Моя приемная дочь, да, — кивнула Твайлайт. — Не уверена, как она со всем справляется, но, вроде, у нее все хорошо. Последние ночи и нее не было кошмаров, и ей, кажется, нравится ее комната в доме Рейнбоу, который теперь привязан к библиотеке, чтобы у нее был свободный туда доступ.

— Ты, наверное, шутишь, дорогая. Дом Рейнбоу никоим образом не может быть привязан к твоему… — хихикнула Рарити и еще раз глотнула какао.

— Вообще-то, нет, — ответила Твайлайт. — Рейнбоу этим утром заполнила все документы и даже получила одобрение от мэра. Представь мое удивление, когда я поутру за окнами спальни увидела здоровенный облачный дом, — Твайлайт хихикнула над смущением Рарити и приложилась к напитку. — Так как было решено, что библиотека — общественное здание и не подходит для жизни жеребенка, было приказано устроить для Скуталу доступ в дом Рейнбоу. И это, стало нашим — то есть, Рейнбоу — выходом. И хоть это было совершенно неожиданно, могу сказать, что это было умно с ее стороны. А, и хочешь услышать кое-что получше? — Рарити молча и с широко раскрытыми от волнения глазами кивнула, поднимая кружку. — Рейнбоу предложила мне переехать к ней, и я согласилась.

Услышав это, Рарити фыркнула какао, забрызгав коричневой жидкостью ковер. Даже не обратив внимание на это, она поставила кружку на кофейный столик и наклонилась вперед. Понизив голос, модельерша восхищенно произнесла:

— Твайлайт, я и не знала, что вы с Рейнбоу пара! — пискнув от восторга, единорожка выпрямилась. Ее хвост ходил в разные стороны от восторга. — То есть, я подозревала, когда увидела, как Рейнбоу поцеловала тебя на вечеринке у Пинки, но… неважно. Когда она предложила встречаться?

И ахнула.

— Погоди! Неужто ты предложила ей встречаться?

Теперь пришла очередь удивляться Твайлайт.

— Эм… погоди секунду… о чем ты? — склонила она голову в сторону. Приподняв бровь, Твайлайт нервно хихикнула и произнесла. — Рарити, Рейнбоу и я не пара — мы просто друзья. Мы поняли, что раз уж мы обнимаемся каждую ночь, то можем спокойно спать в одной постели.

— Что? — взвизгнула Рарити, тряхнув гривой. – Эй, эй, эй, помедленнее. Я просто хочу все понять…

Она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

— Хорошо… Ты говоришь, что вы спите вместе, ты переезжаешь в ее дом, и вы не пара? — произнесла она с неверием в голосе.

— Да, это так… — ответила Твайлайт, растягивая последнее слово, так как грудь Рарити поднималась и опускалась все быстрее.

— Твайлайт… — начала Рарити, явно сдерживаясь, чтобы не повысить голос. — Я хочу задать тебе несколько вопросов, и хотела бы, чтобы ты ответила на них как можно более честно, хорошо?

Твайлайт в ответ кивнула.

— Хорошо тогда. С тех пор, как началась эта ситуация со Скуталу, сколько раз у тебя с Рейнбоу был секс?

— Что? Никогда! — Твайлайт была шокирована тем, что Рарити могла задать такой вопрос. — Мы просто обнимаемся в особенно холодные ночи…

— А, вижу. Прошу прощения за такой грубый вопрос, но я должна была убедиться, что все понимаю правильно. Так, дальше… почему ты и Рейнбоу вообще обнимаетесь? Если вы не в отношениях, то почему ведете себя так, будто между вами что-то есть?

— О, эм… ну, Рейнбоу пришла в ночь перед Днем Согревающего Очага, очень поздно на самом деле. Я кое-что изучала, когда увидела за окном что-то, похожее на пегаса, машущего крыльями. Пошла посмотреть — и нашла Рейнбоу всю в слезах. Когда спросила ее, что случилось, то она сказала, что уже несколько месяцев хорошо не спала, пока не обнималась со мной в одной постели, в которой мы спали, когда Скуталу была в больнице. Поэтому я и предложила ей пообниматься со мной и этой ночью.

— Почему?

— Я бы солгала, — Твайлайт покраснела слегка перед ответом. — Если бы сказала, что мне не нравится, что меня обнимает другой пони. Когда мы обнимаемся, то я чувствую себя так тепло и в такой безопасности, словно никто не может нас коснуться или побеспокоить. Когда мы обнимаемся, я всегда так счастлива, что не хочу вылезать из постели, пока она в ней рядом со мной. А уж эти ощущения охватывающих меня крыльев…

Твайлайт почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки.

— И это не говоря, какая она милая… А еще когда ее нет рядом, я… — она почувствовала, как румянец становится сильнее и отвернулась. — Я, вроде бы, очень хочу, чтобы она была.

Она обернулась обратно и замолчала, увидев улыбку Рарити.

— Что?

Рарити улыбнулась еще раз и потянулась за кружкой.

— Ох… ничего, — ответила она и еще раз хихикнула.

— В чем дело? — перешла в оборону Твайлайт. — Почему ты смеешься надо мной?

Ох, Твайлайт, как ты можешь быть так слепа?

— Твайлайт, Рейнбоу определенно считает тебя привлекательной, иначе не показала тебе свою чувствительную сторону. То есть, я не могу заставить ее пять минут постоять спокойно, чтобы втиснуть ее в платье, а с тобой она вдруг показала эмоции. Но смешно не это.

— А что же?

— Думаю, ты влюблена в нее, Твайлайт, — уверенно улыбнулась Рарити.

— Что? Н-нет, я не… — неуверенно ответила Твайлайт.

— О? И что же заставляет тебя так считать? Друзья не описывают друзей такими яркими деталями. Похоже, ты все же влюблена в нашу радужногривую подругу! — ответила единорожка, хихикнув еще раз.

— Я… я… — запнулась Твайлайт, не способная сформировать связное предложение. Она вспомнила ночь, когда Рейнбоу спросила, влюблена ли она в нее, поэтому она решила привести это в свою защиту. — Слушай, на День Согревающего Очага Рейнбоу спросила, влюблена ли я в нее, потому что она получала множество “смешанных сигналов” или что-то в этом роде. Я не знала, что сказать, потому сказала нет, и… — она замолчала, увидев, как Рарити подняла копыто ко лбу и застонала. — Теперь что?

— Твайлайт… — медленно произнесла Рарити. — Рейнбоу спросила тебя, любишь ли ты ее в романтическом смысле, и ты ответила нет? Да еще на День Согревающего Очага? Ты представляешь, как трудно было ей спросить что-то подобное, особенно когда она считала, что нравится тебе романтически?

— Я, эм… нет, я не думала…

— Конечно, ты не думала, — Рарити снова застонала и потерла виски. — Твайлайт, послушай меня. То, как ты описала Рейнбоу, звучит, будто ты действительно влюблена. Вы очень мило смотритесь вместе, и я до сих пор понять не могу, как ты не уловила ее сигналов. Честно говоря, думаю, тебе стоит пригласить ее на свидание, чтобы посмотреть, как все пойдет. Пообещай, что подумаешь об этом? — с надеждой улыбнулась она.

— Хо-хорошо, я подумаю, — ответила Твайлайт, смотря в свою почти пустую кружку.

— О, и еще одно, Твайлайт... — сказала Рарити. — Окажи мне простую услугу, закрой глаза и опиши Рейнбоу Дэш.

Когда Твайлайт открыла рот. Рарити только махнула копытом.

— Я знаю, ты мне ее уже описывала, но я хочу услышать это еще раз. Просто закрой глаза и представь ее у себя в голове.

— Хорошо… — начала Твайлайт, закрыв глаза. Она скрестила ноги, чуть покрутила кружку и взмахнула хвостом так, чтобы он лег ей на бедро. Удобно устроившись, она расслабилась и начала. — Ну… Рейнбоу… Она… Не знаю, на самом деле. Она действительно особенная для меня, и я о ней очень беспокоюсь... — чуть понизив тон, она не могла не начать улыбаться, продолжив. — Может, немного больше, чем стоит…

Твайлайт допила какао и поставила кружку на столик. Рарити махнула копытом, предлагая продолжать. Улыбка Твайлайт стала шире, когда она села обратно, поигрывая кончиками гривы.

— Мне так легко, когда мы вместе, и я иногда обнаруживаю, что думаю о ней, когда её рядом нет. Она милая, забавная, и куда умнее, чем обычно показывает, что мне в ней очень нравится… Я люблю, когда она улыбается, и когда я делаю ее счастливой, то становлюсь счастливой сама, и я… я… — Твайлайт замолчала, придя к шокирующему пониманию, к которому должна была прийти много дней назад.

— Я думаю… — замолчала она, ее крылья подрагивали в нервном волнении. Понизив голос практически до шепота, она поднесла копыто к лицу и прошептала. — Думаю, я влюблена…

***

Рейнбоу добралась на конференцию как раз вовремя. К великому ее раздражению, воздух практически не двигался, из-за чего она потела просто сидя на диванчике. Она надеялась, что конференция продлится час, максимум два, но ведущий ее пегас, похоже, любил звук своего голоса, и продолжал говорить о том, как правильно использовать снаряжение, которым пегасы и так пользовались едва не каждый день. Как только он закончил с этим, то перешел к дискуссии о том, как работать эффективнее и как лучше мотивировать коллег работать усерднее.

Это все было тратой времени Рейнбоу. Лишь грезы о Твайлайт не давали ей заснуть. Начав думать о ней, пегаска закрыла глаза и и вспомнила, какой теплой и мягкой она была, когда они обнимались в последний раз, из-за чего ее крылья слегка подрагивали.

От фантазий об обнимашках с Твайлайт ее щеки слегка порозовели, а в животе словно поселились бабочки. Рейнбоу чуть заерзала и очень захотела отправиться уже в Понивилль, потому что всегда, когда Твайлайт была рядом — она была счастлива. Даже мысли о Твайлайт вызывали у нее улыбку, а внутри ощущалась словно щекотка.

— ...и это все на сегодня! — с улыбкой сказал зеленый пегас за кафедрой. — Не забывайте свои вещи и спасибо, что пришли! Увидимся в следующем году!

Слава Селестии… — подумала Рейнбоу, вскочив на ноги и выбираясь оттуда. Забрав свой пакет, она взмыла в небеса Клаудсдейла, счастливая в своей свободе от душного зала собраний. Приземлившись на облако, она немного потянулась, запихнула пакет в седельную сумку и с улыбкой взлетела.

Ну… Думаю сейчас вполне себе подходящий момент завалиться к родителям и рассказать им, что да как… — подумала Рейнбоу. Солнце начало заходить, и даже с ее стойкостью к холоду она бы предпочла быть в теплом, уютном доме, а не снаружи посреди зимы.

Направившись к своему старому дому на другом конце Клаудсдейла, Рейнбоу немного снизила скорость. Хоть она и была рада, что Твайлайт согласилась переехать к ней и Скуталу, это поставило ее в странное положение, о котором раньше не задумывалась. Обычно, съезжающиеся вместе пони были в романтических отношениях, но так как между ними ничего не было, она начала гадать, что могла подумать Твайлайт, когда она пригласила ее переехать к ней и Скуталу.

— Может, не повредит спросить умницу саму? — пробормотала Рейнбоу под нос. — То есть, она миленькая и офигенно хороша в обнимашках…

Даже мысли об этом вызывали счастье — настолько, что она не следила, куда летит.

— Эй, осторожнее! — кто-то прокричал ей, нырнув, чтобы увернуться. — Смотри, куда летишь!

— И-извините! — крикнула в ответ Рейнбоу и виновато помахала вслед. Развернувшись, она прибавила ходу, желая побыстрее добраться до дома.

Дом показался через пару минут полета. Когда явились знакомые очертания, Рейнбоу не могла не улыбнуться, заметив, как мама поливает растения на окнах. Хоть ей и казалось странным ухаживать за ними среди зимы, это не настолько беспокоило, чтобы озвучивать.

Желая удивить мать, она приземлилась за несколько домов и пошла, просто как прохожая. Розовая пегаска не оторвалась от своих трудов, и Рейнбоу аккуратно перепрыгнула заборчик, окружающий дом, тихонько начав подкрадываться. Она подбиралась все ближе, облака скрадывали звуки шагов, пока пегаска не оказалась точно сзади.

— Эй, мам! — воскликнула Рейнбоу, прыгнув вперед и любя обнимая маму за шею. Она мягко ее обняла и потерлась о затылок прежде, чем отпустить.

— Ой! — мама Рейнбоу подпрыгнула, но тут же успокоилась, узнав голос дочери. — Рейнбоу! Как я рада тебя видеть! — обняла она дочь еще сильнее, чем обнимали ее саму. — Какими судьбами в Клаудсдейле? Мы уже начали гадать, когда ты нас навестишь!

— Да нужно было побывать на дурацкой ежегодной погодной конференции. А когда она закончилась, я сообразила, что могу залететь на ночь домой и позависать с самыми крутыми пони, каких я знаю — с вами!

— Дорогая! — услышала Рейнбоу голос отца. — Меня уши подводят или я слышу свою любимую кобылку?

Рейнбоу обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть выходящего отца.

— Рейнбоу! Ха, я знал, что это твой голос! Давай, обними старика!

— Как жизнь, пап? — хихикнула Рейнбоу, пока они обнимались. — Давненько не виделись, да?

— Ага, точно… — Рейнбоу Блиц отступил, но не раньше, чем похлопал дочь по спине. — Значит, остаешься на ночь? Нашла себе сексуального жеребца? — спросил он, хихикнув.

— Ой, да хватит тебе, — шутливо обругала его Файерфлай, шлепнув грязной тряпкой.

— Хех, ага, об этом… — начала Рейнбоу, потирая затылок копытом. — Я тут и за этим тоже. Мне вам надо здорово важные вещи рассказать…

— Ну так почему бы тебе не зайти, Дэши? — ответил отец, заставив дочь покраснеть от использования ее старого прозвища. — Я уже почти закончил варить картофельный суп. Присоединишься?

Она знал, что Рейнбоу не упустит шанс попробовать одно из ее любимых блюд.

— Знаешь, что не откажусь… — последовала за родителями в дом Рейнбоу. Она закрыла за собой дверь и улыбнулась, оглядев место, где выросла. В противоположность ее дому в Понивилле, дом ее родителей была маленьким и уютным, примерно размера коттеджа Флаттершай. Вспоминая чудесные детские годы, она прошла по коридору в кухню, где отец наливал ее матери большую тарелку картофельного супа.

— Присаживайся, Дэши, — указал папа на ее любимую подушку у стола. – Мы не убирали твое любимое место.

— Хех, клево! – Рейнбоу чуть хихикнула, усевшись на свое место за столом. – И все такое же удобное, — добавила под нос, наблюдая, как отец наливает ей большую порцию супа.

— Итак… — начал Рейнбоу Блиц, вылив себе остатки. – Что нового?

Пегаска проглотила несколько ложек прежде, чем ответить.

— Ну, буду с вами откровенна и перейду прямо к делу. Я с другом удочерили понивилльскую кобылку, — после того, как от новостей глаза ее родителей расширились, Рейнбоу начала объяснять. – Прежде, чем я расскажу вам, почему, я хочу сказать, что это не потому, что я не нашла особого пони, с которым могла бы завести жеребят, а потому что чувствовала, что так будет лучше всего. Ее зовут Скуталу, она – молодая пегаска, неспособная летать. Она считает меня кем-то вроде старшей сестры, и я взяла ее под крыло несколько месяцев назад. Когда я узнала, что ее родители дурно обращаются с ней, я вмешалась и сделала, что должно. Если вкратце, они так плохо обращались с дочерью, что попали в тюрьму.

Родители смотрел на нее молча и в шоке. Наконец, ее отец заговорил:

— Рейнбоу, эм… вау. Это очень хорошо с твоей стороны, но как она стала твоей дочерью? Не пойми меня неправильно, я действительно горжусь твоим поступком, потому что забота о жеребенке – это огромная ответственность, но разве не надо здорово повозиться с бумагами, чтобы удочерить кобылку? Как ты смогла удочерить Скуталу так быстро?

— С небольшой помощью принцесс. В законах об усыновлении есть небольшая дыра, и когда судья забрал Скуталу у родителей, она не была во власти системы опеки – и потому нам не пришлось возиться с бумагами. Не уверена, сыграла ли тут репутация героя страны, но судья назначил нас ее опекунами на месте, разрешив нам ее удочерить. Таков был наш план с самого начала, и нам повезло, что мы на самом деле победили.

— Рейнбоу, это… Это действительно мило с твоей стороны… — сказала Файерфлай, наклонившись и потершись о щеку дочери. – У нас появилась причина заехать и познакомиться с внучкой!

— Определенно, — кивнул Рейнбоу Блиц, и на его лице появилась хитрая улыбка. – А кто же тот «друг», с которым ты удочерила Скуталу? Это какой-то суперсексуальный жеребец, в которого ты влюбилась с первого взгляда?

— Эм… типа того, — Рейнбоу закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь успокоить быстро забившееся сердце. – Думаю, у меня могут быть чувства и…

— Так и знал! – ответил Блиц. – Так кто же этот особый жеребец? Это тот, кого мы знаем?

— Э… — Рейнбоу знала, что то, что она скажет – раскроет, что она не с жеребцом, а кобылой, поэтому она решила выдать все сразу и надеяться, что родители не воспримут это слишком негативно. – Нет, вы еще не встречали… — она сглотнула, продолжая фразу. — …Ее.

Пегаска поморщилась, готовясь к худшему.

— Я удочерила Скуталу и у меня есть чувства к… кобыле.

— И? – спокойно ответила Файерфлай. – Какая разница?

— Э? Я думала, вы хотели, чтобы я нашла себе жеребца! – сказала Рейнбоу, чуть нахмурившись от смущения. Ей всегда казалось, что ее родители хотели видеть ее с хорошим жеребцом-пегасом, чтобы она осела и завела семью. Но, похоже, она ошибалась.

— Ну… — начал Рейнбоу Блиц. – Как всякие хорошие родители мы желаем тебе лучшего и счастья. Неважно, кобыла это или жеребец, любовь приходит во всех видах и обликах. Любовь — это связь, объединяющая мать и ее жеребенка, а также это узы, которые объединяют двух взрослых. Просто мы счастливы, что ты ее наконец нашла, на самом деле.

Он глотнул еще супа и спросил:

— И что же это за пони? Земная? Они реально хороши в постели… — он хихикнул, и его жена нежно пнула его по ноге. – Или это милая единорожка?

— Я ставлю на пегаску. Только те, что с крыльями, могут быть наравне с нашей шустрой малышкой! – ответила Файерфлай, и на ее лице появилась уверенная улыбка. – Так кто прав? Он или я?

— Эм… никто, — покраснела Рейнбоу, и продолжала молчать, поедая суп. Услышав стон матери, она приподняла бровь и склонила голову набок.

— Погоди… это та гриффина, которую ты повстречала в Лагере Юных Летунов? Гильда, так? – спросила Файерфлай, прикрыв глаза. – Нам не особенно нравилось, что ты общаешься с ней…

— Да, ее зовут так, но…

— Ага! Я знала, что ты с этой девочкой! Я всегда чувствовала, что вы связались друг с другом! – провозгласила Файерфлай, уверенная в своей правоте.

— Нет, мам! Это не Гильда, и я реально не по грифонам…

— О? Так кто же это? Если это не пони, так какого же вида…

— Она аликорн, мама, и ее зовут Твайлайт Спаркл! – ответила Рейнбоу, прервав мать. Даже упоминание имени любимой вызвало мурашки у нее на спине, и она покраснела сильнее. – На День Согревающего Очага она вела себя немного нервно, и я получала всякие смешанные сигналы от нее, поэтому я решила не упускать шанс. Я спросила, влюблена ли она в меня, и она сказала… — тут Рейнбоу опустила голову и ее плечи обвисли. – Она сказала нет. Я выбралась, сказав, что это нормально, но я не признала тогда, что это меня ранило. Мы реально близки, и я не могу не чувствовать, что между нами могло быть что-то большее…

Рейнбоу Блиц отложил ложку и отставил пустую тарелку.

— Рейнбоу Дэш, я хочу, чтобы ты хорошо и долго подумала прежде, чем ответить мне, хорошо? – дочь кивнула ему в ответ. – ты хочешь, чтобы между вами было что-то большее?

Он и его жена смотрели на Рейнбоу, ожидая ответа.

— Я… — Рейнбоу замолчала, отведя взгляд в сторону, не выдержав пристального взгляда отца. Она сделала вид, что глубоко задумалась, но в глубине души уже знала ответ.

— Да, я хочу. Я хочу, чтобы между нами было что-то большее, — уверенно улыбнулась она.

— Так почему бы тебе просто не пригласить ее на свидание? Тебе стоит признать, что спрашивать свой романтический интерес, влюблена ли она в тебя, немного глуповато, — хихикнул Рейнбоу Блиц.

— Ага, хе-хе, вроде того… и я просто не знаю. Что она подумает, если я вдруг явлюсь и скажу, что люблю ее и приглашу на свидание, особенно после того, как она сказала, что не влюблена в меня? Ух… ну почему все должно быть так сложно? – застонала она, почесав шею.

— Дэши, Дэши, Дэши… — произнес Блиц, вставая и собирая тарелки. Он отнес их к раковине и начал мыть. – Помнишь, что я сказал тебе перед летным лагерем давным-давно? Раз уж делаешь что-то…

Рейнбоу почувствовала, как ее румянец усилился – она вспомнила, когда последний раз слышал эти слова. Она сама произнесла папину любимую фразу на вечеринке в День Согревающего Очага у Пинки, сразу после того, как она поцеловала Твайлайт. И вспомнив, как чувствовались губы Твайлайт на ее губах, она поняла, что должна делать.

— …то делать это надо хорошо, — закончила Рейнбоу. Улыбка её становилась все шире.

Продолжение следует...

...