Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 15. Признания

Глава 16. Под солнцем полуночи

Время признаний и воспоминаний о прошлом позади. Впереди — новый день, новые испытания и приключения. Возможно, всё что нужно нашим героям — ещё несколько мгновений тишины и покоя...

Арт к главе — Furor1 (http://furor1.deviantart.com/).

И снова прошу

Бремя мира убрать

С измученных плеч...

Глава 16. Под солнцем полуночи

Дождь всё никак не прекращался, отрывисто барабаня по окнам, тревожа ночную тишину. Рэрити облегчённо вздохнула, когда Спайк предложил ей переждать ливень под сенью библиотеки — ведь её зонтик остался в бутике. Белоснежная единорожка, всё ещё зябко кутаясь в простыню Твайлайт, перебралась на диван, в то время как Спайк продолжал возиться со своим сапфиром у кухонного стола.

Тишина была желанной гостьей, что пришла на смену тревогам и слезам этого вечера. Признавшись Спайку в своих чувствах к Флаттершай, объяснив ему причины своего проступка, Рэрити выглядела намного спокойнее, умиротворённее. Пространные намёки дракончика о том, что канареечной пегасочке могла угрожать опасность, не на шутку встревожили единорожку. Однако, она прекрасно понимала, что теперь остаётся лишь верить в то, что всё будет в порядке, как бы не тяготили её недобрые предчувствия.

— Собираешься признаться Флаттершай? — несколько обеспокоенно спросил Спайк.

— Исключено, — качнула головой Рэрити.

— Думаешь, она возненавидит тебя?

Спустя несколько секунд молчания, Рэрити вздохнула в ответ:

— Нет, вряд ли. Скорее всего она, как и всегда, сможет меня понять. Но рядом со мной она уже никогда не будет чувствовать себя так легко и непринуждённо, как сейчас.

Спайк оставил в покое свой камень и сел напротив единорожки.

— Значит, шансов никаких?

— Абсолютно, — обречённо выдохнула Рэрити. — Я успела смириться с этим фактом. К сожалению, ей всегда нравились одни лишь жеребцы. По правде сказать, у меня с самой Селестией шансов намного больше!

Сама мысль об этом заставила Спайка прыснуть со смеху, да и Рэрити не удержалась от грустной улыбки.

— Ну, шкурка у вас одинакового цвета — в этом точно что-то есть! — нарочито серьёзно отметил Спайк.

— Верно, да ведь только пурпур моей гривы будет смотреться просто ужасно с её изумрудными прядками, — усмехнулась Рэрити. В следующее мгновение тень печали снова омрачила её лицо. — Всё же моё признание Флаттершай принесёт лишь несчастье.

— Наверное, — кивнул Спайк. — Но ты точно в этом уверена?

— В каком смысле? — вопросительно вздёрнула бровку Рэрити.

— Разве это счастье? — Спросил Спайк. — Любить кого-то, жить ожиданием новой встречи с кем-то — и в то же время страдать от этого.

Он вздохнул, и струйка дыма, сорвавшись с губ, истаяла в полутьме комнаты.

— И каждый миг, что вы вместе, этот кто-то разбивает тебе сердце — даже не подозревая об этом.

Рэрити не сводила с дракончика глаз, поражённая его словами.

— Похоже, ты знаешь, о чём говоришь.

Спайк смущённо отвёл глаза.

— Да... Типа того.

Рэрити молчала какое-то время, как вдруг поняла, о ком именно говорил дракончик.

— О... — Она слегка покраснела. — Прости, мне не стоило вываливать на тебя все мои проблемы. Наверное, тебе больно слышать это... учитывая, то как ты...

Спайк тихо рассмеялся, ободряюще улыбаясь единорожке.

— Всё в порядке, не переживай. — Пару мгновений он не сводил с неё глаз. — Это был всего лишь сон, только теперь я понял это. Но тем не менее, прекрасный, сладкий сон.

— Спайк, в самом деле, прости...

— Не надо, — ласково произнёс дракончик. Дождь за окном почти кончился, и, пожалуй, впервые за всю свою жизнь в Понивилле Спайк чувствовал себя комфортно рядом с Рэрити. Из пугающе недостижимого идеала она в одночасье превратилась в хорошего верного друга. — Нам всем рано или поздно приходится проснуться.

* * *

— Кажется, дождь кончился.

Дэш выглянула из-под навеса ресторанного дворика.

— Агась! — подтвердила она, когда ни капли дождя не коснулось её гривы. Они нырнули в темноту улиц, лишь изредка рассеиваемую светом одиноких фонарей.

— Спасибо за ужин, Рэйнбоу, — зевая, промолвила Твайлайт. — Мне давно не было так хорошо!

— Не за что, — отозвалась Дэш. — Мне тоже, если честно. С этими словами она уставилась в непроглядную тьму безлунной ночи над головой.

— Две недели... — Пробормотала пегасочка. — Как думаешь, ребята из Клаудизея уже расклеивают афиши?

— Наверное, — кивнула Твайлайт. — Зрителей будет хоть отбавляй!

Изо всех сил единорожка надеялась, что никто из этих зрителей не попытается вмешаться в эксперимент. Лёгкая тревога в её голосе не скрылась от внимания любимой.

— Ага, — немного нервно сглотнула пегасочка. — Интересно, этот Лайтнин Флэр тоже заявится? Я бы пришла, будь на кону мой личный рекорд.

— Если б я знала, — пожала плечами Твайлайт. — Попробуем завтра Радужный Удар?

— Можно, — кивнула пегасочка. — Напомни, сколько нужно для рекорда?

Твайлайт на мгновение задумалась, возвращаясь к той статье.

— Тысяча сто миль в час чтобы побить рекорд Флэра. Тысяча двести — чтобы надолго закрепить твой новый.

— Ладно...

Со стороны показалось, будто Дэш собирается с силами, прежде чем озвучить свои мысли; затем, она выпалила:

— Я превышу скорость звука в два раза.

Твайлайт встала, как вкопанная, удивлённо глядя на Рэйнбоу.

— Что?

— Ну, — замялась пегасочка. — Ты сама сказала, что мне надо закрепить свой рекорд.

— Но... Но это же... — Твайлайт вернулась к расчётам. — Одна тысяча пятьсот... двадцать две мили в час!

— Поверю на слово, — подмигнула Дэш.

— Что ж, — вздохнула Твайлайт, прекрасно понимая, что Рэйнбоу невозможно отговорить от чего-либо. — Думаю, у тебя получится. Теоретически, имея достаточную силу воли, ты не ограничена в скорости... Однако, у твоего тела есть пределы — легчайший встречный поток на такой скорости может здорово покалечить. Нарваться на такой поток — всё равно, что налететь на кирпичную стену.

— Знаю, — кивнула Дэш. — Во время Радужного и то бывает непросто, так что тут придётся поднапрячься.

Тут она снова замерла, собираясь с мыслями.

— Я никогда не бегу прочь от трудностей, — решительно произнесла пегасочка. — Если завтра сделаю Удар без крыльев, то продолжу тренировки и удвою скорость звука.

Удушливый ком подступил к горлу Твайлайт.

— Если ты уверена... — прошептала она. Они были далеко от островков света уличных фонарей, и единорожка с трудом различала силуэт возлюбленной во тьме ночи. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — с этими словами она придвинулась ближе.

— Хорошо, — вздохнула Дэш. — Если дела пойдут плохо, я просто побью рекорд, и всё. Без глупостей, обещаю!

— Договорились, — кивнула Твайлайт, украдкой касаясь губ Дэш лёгким поцелуем.

— Даже не пытайся украсть ещё один! — Хихикнула пегасочка.

— Это что, вызов? — Твайлайт подмигнула подруге, и в её глазах сверкнули озорные искорки. Улицы Понвилля опустели — все разошлись по домам, или по уютным кафешкам: они с Дэш были совсем одни. И вновь знакомый разряд пронзил грудь единорожки, разгоняя объявшую их тьму.

Не в силах противиться зову сердца, Дэш нежно увлекла Твайлайт на островок света под фонарём.

— Теперь, — прошептала она. — Я присмотрю за тобой, как следует.

Её голос стих, стоило ей встретиться глазами со взглядом Твайлайт, а губы Дэш сами нашли мягкие губы единорожки, что тихонько застонала от удовольствия в момент поцелуя. Твайлайт поднялась на задние копытца, прислонившись спиной к холодной стали фонарного столба. Рэйнбоу встала рядом, а тень от её крыльев, вознесшихся над спиной, упала на мостовую подобно ангелу.

На улицу выходили окна нескольких домов, но по счастливой случайности никто не стал невольным свидетелем поцелуя. Твайлайт крепко обхватила талию Дэш, лаская её язычок своим, утопая в мягком свете фонаря. Минуту спустя губы Рэйнбоу скользнули чуть выше, по мягкой щеке, до самого лба единорожки. Дэш едва заметными прикосновениями язычка ласкала основание рога Твайлайт, и его магическое поле отозвалось лёгким потрескиванием. Лавандовая пони задрожала, а жар её щёчек приятно грел шею Дэш.

Пегасочка отстранилась, глядя на раскрасневшуюся мордашку любимой, что, тяжело дыша, прижималась к стали фонарного столба. Её глаза горели желанием. Вдруг она посмотрела в тёмные небеса, затянутые Вологде облаками, затем — снова на Рэйнбоу.

— Не хватает только лунного света, — прошептала она.

Дэш переполнял восторг, песнь радости рвалась из груди; в этот момент она была готова на всё.

— Посмотрим, что можно с этим сделать, — прошептала она. — Жди здесь.

Не взирая на удивление Твайлайт, пегасочка отстранилась от возлюбленной и заняла низкий старт.

— Возвращайся скорее, — промолвила единорожка, всё ещё околдованная поцелуем.

— Скоро буду, — откликнулась Рэйнбоу. — Вот увидишь!

С этими словами она взмыла в небо, мгновенно растворяясь в бескрайней черноте, оставив Твайлайт, замершую в ожидании, на островке света.
"Она что, в одиночку разгонит все облака?" — подумала единорожка. Где-то с минуту она стояла, не сводя глаз с неба, но ничего не происходило.

Она собралась было окликнуть Рэйнбоу, как вдруг до неё доносся странный звук. Едва различимый свист, доносящийся с небес,становился всё тоньше, всё громче. На мгновение ей показалась вспышка белого пламени там, в облаках — или же это было игрой воображения. Рог волшебницы вспыхнул, и в ту же секунду все фонари на улице погасли, погружая Твайлайт в непроглядный мрак, но в то же время позволяя лучше разглядеть мрачные облака ночного неба.

Свист становился всё громче, и вновь ей показалось, что она мельком видела проблеск света — словно метеор прочертил бесконечно далёкие небеса. На такой высоте его стремительный полёт казался несколько замедленным, даже неспешным.

Звук достиг апогея и оборвался на самой высокой ноте. Свет мерцал прямо над головой Твайлайт; весь мир замер на мгновение. Будто бы само время решило перевести дух.

А затем ночь взорвалась.

По-другому это нельзя было назвать. Волны радужного света растекались по ночному небу, сперва чуть не ослепив единорожку. Затем свет стал меркнуть, заливая город разноцветными бликами. До ушек Твайлайт донеслись отголоски громового раската, приглушённые расстоянием. Волны радуги разметали облака, рассыпая по чернильной тьме ночи мириады сверкающих звёзд, открывая дорогу владычице-луне, что царственно заняла свой серебряный трон над самим горизонтом.

Наконец, последние обрывки радуги истаяли в ночи, но Твайлайт всё ещё не могла пошевелиться. Радужный Удар и днём выглядел потрясающе, но ночью он являл собой поистине величественное зрелище. Твайлайт смотрела, как крошечная точка, освещённая лунным светом, медленно спускается вниз, оставляя за собой радужный след. Ещё мгновение — и копытца Рэйнбоу Дэш аккуратно коснулись серебристой мостовой. Она посмотрела в полные восторга глаза единорожки и ласково улыбнулась.

— Ваша луна, мэм, — заговорщически подмигнула пегасочка.

Ещё какое-то время Твайлайт просто стояла и смотрела на любимую.

— Это... Это просто... — шептала она, не в силах найти нужных слов. Затем она бросилась на шею Дэш, желая лишь одного: навеки остаться в её объятиях. Сейчас каждая секунда близости казалась драгоценной, как если бы это были последние мгновения их жизни. Вот почему так крепки их объятия — в любую минуту мир, ополчившись на них, мог навеки разлучить влюблённых.
"Всё будет хорошо", — словно молитву, твердила про себя Твайлайт. Она изо всех сил надеялась, что это — чистая правда.

Во всех домах города распахивались окна и двери, пони высыпали на улицы, задирая головы в ночное небо. Там, в небесах, гроздьями полыхали созвездия, окружённые радужным сиянием, что застыло на горизонте.

А на земле, вдали от гомона толпы, укрытые ночной сенью, единорожка и пегасочка всё ещё не разжимали крепких объятий, оставив весь мир позади.

Продолжение следует...