Серые будни

Эпилог

Проснулась Дерпи с ощущением слабости во всем теле, и неприятным ощущением распирания в районе глаза. Инстинктивно дернулась, желая встать, но ноги все еще были привязаны к столу.

— Тихо, тихо. Сейчас освободим. Некоторые пациенты любят во сне поворочаться и попадать с операционных столов, — доктор Салазар успокаивающе похлопал пегаску по боку, отстегивая фиксаторы. — Ну вот, а ты волновалась. Операция прошла успешно, имплант встал на место, я его протестировал по радиоканалу, дает отличное изображение. Можешь забыть о своем косоглазии, Дитзи.

— Спасибо, доктор, — пегаска слезла со стола, и ноги подогнулись, не желая держать. Сказывалось действие анестезии и лежания привязанной к столу в течении нескольких часов. Сзади тут же подхватили заботливые руки, не давая упасть. Дерпи обернулась, увидела улыбающегося от уха до уха Макса и улыбнулась в ответ.

— Если ты сейчас ощущаешь легкий дискомфорт в глазнице — не волнуйся, это побочный эффект ускоренного рубцевания тканей, через час — другой пройдет без следа, все будешь чувствовать как родное. Если каким-то образом попадешь под воздействие ЭМИ-вспышки и глаз вырубится — добро пожаловать к нам, перезапустим за умеренную плату, — Доктро Салазар улыбнулся своей так-себе-шутке для снятия стресса у пациентов, и дружелюбно указал на дверь. — А теперь прошу простить, но меня ждут и другие пациенты. Если желаете, вы можете отдохнуть в зале ожидания.

Макс поблагодарил доктора, и поддерживая шатающуюся пегаску, вышел из кабинета.

— Я заказал нам такси до дома, не заставлять же тебя в общественном транспорте трястись.

Пегаска посмотрела на него своими теперь уже абсолютно нормальными глазами и не смогла удержать улыбки.

— Я тебя таким радостным еще не видела никогда. Это из-за того, что операция прошла хорошо?

— Стыдно сказать, серенькая, но на счет операции я и не переживал особо. Просто теперь ты полноценная пони, а не беглянка, как раньше.

Дерпи не смогла самостоятельно увязать факт операции и избавления от статуса беглянки, и непонимающе уставилась на человека. Макс в очередной раз улыбнулся, глядя на свою серую подругу, и рассказал о событиях, произошедших во время операции.

— Понимаешь, раньше этот факт постоянно висел у меня на совести. Что в один прекрасный момент могут прийти дяденьки в форме и забрать тебя. И что я ничего не смогу с этим поделать. Это... очень угнетало, мягко говоря. Не знаю, как бы я без тебя жил, — когда Макс произнес эти слова, пегаска сделала умиляющуюся мордашку, вызвав у и без того счастливого парня желание затискать её до потери сознания. — А сейчас как будто камень с души упал. Мы можем жить так, как захотим, не опасаясь, что любое сканирование твоего чипа приведет к катастрофе. А еще теперь у тебя нормальное зрение, у меня достаточно хорошая работа. В общем — совершенно ничего не омрачает горизонт. Впереди целая жизнь, и она вся наша, — он присел посреди коридора и обнял пегаску.

— Умеешь ты растрогать девушку, — пегаска хлюпнула носом. — Я тоже очень этому рада. Но если честно, меня не особо волновало, что кто-то считает меня вне закона. Я точно знала, что ничего такого не делала, и просто радовалась времени, проведенному с тобой. И сейчас радуюсь.

— Так, ты опять за свое? Не вздумай плакать, тем более после операции на глазу, вдруг осложнение какое устроишь? — пегаска виновата улыбнулась и честно попыталась остановить слезы счастья, стоявшие в глазах. — Пойдем уже на выход, а то на нас уже секретарша коситься начинает.

Сидя в машине, Дерпи во всю наслаждалась новым зрением. Видеть без надоедливого двоения, полностью которое можно было убрать только зажмурив глаз, было просто замечательно. А без искажения цвета, что давали серебристые очки, город выглядел куда более красочным и жизнерадостным. Как и сам жизнь.

— Дитзи, помнишь, что ты мне сказала в первый день, как появилась у меня? — пегаска нахмурила лоб, силясь вспомнить, что же именно имеет ввиду человек. — Ты сказала, что будешь Дерпи ровно до тех пор, как перестанешь все ломать и крушить. По факту, ты это перестала делать почти сразу, как мы тебе придумали повязку, но теперь-то совсем уж официально можешь с гордостью зваться Дитзи.

— Ох. Ну у тебя и память. Я уже десять раз про это забыть успела, — пегаска хихикнула, прижимаясь к руке Макса. — Наверное. Меня вполне устраивает и Дерпи, тем более, что это уже давно перестало быть обидным прозвищем и стало скорее как дружеская подколка. Как у вас никнейм в сети.

— Вот пусть в сети и остается, — Макс дунул в пушистое ухо и увернулся от ответной попытки хихикающей пегаски. Каждый из них в этот момент думал друг о друге. О том, как им повезло встретиться, как повезло понять друг друга и найти в себе смелость открыться несмотря на обычную скрытность. И оба знали, что впереди их будут ждать различные бытовые испытания, ссоры и непонимания. Но друг ради друга они были готовы и не на такое.