Гостья дальних земель
Глава 3
Оковы
— Вы хотите меня пытать? – удивилась Оливия.
— Что? Пытать? Да как тебе такое в голову взбрело! – в ответную удивилась ковбойша.
— Тогда, где я и почему связана? – спросила перевёртыш, безуспешно пытаясь осмотреться.
Перевёртыш попыталась применить магию, но что-то на роге мешало ей.
— Ты у меня дома. Раз у меня дома, то значит и связана. Не позволю же я тут перевёртышу разгуливать? – говорила рыжая.
— Вы ждёте своих принцесс? Сдать меня хотите… — вздохнула Оливия.
— Удивительно, но нет. А следует? – спросила рыжая.
Оливия озадачилась непонятными действиями надзирательницы.
— Нет, прошу, не говорите им, — жалобно произнесла Оливия.
Рыжая скрылась из виду.
— Я не понимаю, тогда каков твой интерес? Зачем ты привела меня к себе в дом? – поинтересовалась кобылка.
— Я заметила тебя лежащей на земле. Вся побитая и с кровавыми ранами… брр! Перевёртыш ты или нет, ну не бросать же тебя? – рассуждала рыжая.
— Спасибо, — пропищала пасмурная кобылка.
Мордашка ковбойши снова нарисовалась перед её взором. Пони дружелюбно улыбнулась.
— Почему ты помогаешь мне? Меня же все боятся, — продолжала удивляться перевёртыш.
— Я – не все. К тому же, ты не давала мне повода тебя опасаться. Или я ошибаюсь? – спросила рыжая.
— Я не причиню тебе вреда, обещаю, — произнесла Оливия.
— Поверю на слово, — улыбчивая мордочка рыженькой вновь скрылась, но в голосе всё же промелькнули нотки недоверия.
— Теперь ты меня развяжешь? – спросила чейнджлинг, пытаясь освободить ноги.
— Разумеется, нет, — усмехнулась ковбойша.
— Но ты же веришь мне, — удивилась Оливия.
— Верю, но не доверяю, — пояснила хозяйка.
— Благоразумное решение, — недовольно произнесла пленница.
— Скоро буду и прошу без глупостей! А пока, за тобой присмотрит мой братец, — раздался голос рыженькой и наступила тишина.
Спустя минуту, дверь снова открылась и послышались тяжёлые шаги явного могучего жеребца.
— Прошу, покажись, — произнесла перевёртыш.
Оливия терпеть не могла когда к ней подкрадываются или же отсутствует возможность увидеть потенциального противника. Такое, как и многое другое, у неё заложено в генах. Перед кобылкой нарисовалась красная здоровенная морда… мордища с соломинкой в зубах. Судя по внешнему виду импровизированной трубочки, соломинку жевали уже не меньше года…
— А ты симпотяшка, — улыбнулась перевёртыш.
Соломинка вывалилась из открытого рта красного жеребца и преземлилась ей на носик, от чего та едва не чихнула. Инстинкты кобылки били тревогу – она не могла смериться со своей беспомощностью и жаждала свободы. Может, ковбойша и доверяет пленнице, но Оливия не верит ни кому, даже своей спасительнице.
— Ты так и будишь пялиться или уберёшь свой инструмент с моей мордашки? – недовольно произнесла пленница, выстраивая коварный план возможного побега, в котором уже нашлось место красному жеребцу.
У жеребца округлились глаза, но он по-прежнему стоял как вкопанный.
— Ох, харизматичный ты наш, твоя палочка мне мешает! Я хоть и пленница, не мне не особо приятно, когда в меня плюются сухой травой, — недовольно произнесла перевёртыш.
Жеребец совсем раскраснелся и стал похож на кипящий паровой котёл.
— Да, дела… Стесняшка, у тебя имя есть? – спросила Оливия.
— Нда! – протянул красный.
— И…? – импровизировала пленница.
Жеребец закраснел ещё сильнее.
— Ты что, влюбился что ли? – посмеялась кобылка, от чего гигант отвёл глаза в сторону.
Не смотря на предсказуемое поведение жеребца, Оливия искренне посмеялась. Как давно она не испытывала этого чувства и как же оно прекрасно! Пребывая в хорошем настроении, перевёртыш продолжала развлекаться над бедолагой, угодившего в коварные сети манипуляторши.
— Ну забирай свою соломку, не видишь у меня голова привязана? Не… не копытом, а то ещё поставишь синяк, неуклюжий ты мой, — говорила привязанная.
Жеребец пожал плечами, не зная как выкрутиться из этой ситуации, а кобылка в свою очередь, получала невообразимое удовольствие.
— Чего смотришь? Забирай же её! Фу, не языком, фи! – покорячилась кобылка, после чего, жеребец убрал язык обратно в рот.
Судя по его виду, он пребывал в предобморочном состоянии.
— Да возьми зубами, малютка. Только не покусай меня, — похихикала кобылка.
Весь потея и трясясь, жеребец медленно наклонился, обхватил зубами соломку и резко отдёрнулся назад.
— Вот видишь и совсем не больно! Видел бы ты себя со стороны, глупец! – смеялась перевёртыш.
Жеребец расстроился и скрылся из вида, что заставило пленницу испытать чувство стыда. Кобылка поняла, что манипулировать им проще простого и приложив ещё немного умственных усилий, можно вынудить его на роковую глупость или ошибку, что повлечёт за собой освобождение перевёртыша, но Оливия так не могла. Просто не могла. Инстинкты самосохранения отступили из-за стыда за издевательство над красным жеребцом.
— Слушай, ты извини если обидела, — извинилась Оливия.
В ответ, надзиратель пробормотал что-то невнятное, но добродушное. Предположив, что он не закатил на неё смертельной обиды, пленница всё же решила продолжить выполнение своего плана.
— Тебя не затруднит принести мне воды и хоть немного еды? Я несколько дней ничего не ела… — произнесла Оливия.
— Нда! – произнёс басистый голос, хозяин которого, вышел из комнаты.
Оливия тут же начала теребить верёвки, но не прошло и минуты, как её план был в очередной раз сорван. Шум резко открывающейся двери. В комнату явно кто-то вошёл. Шаги были слишком частые и лёгкие.
— Чейнджа… тётя перевёртыш? – удивилась неожиданная гостья.
Оливия узнала голосок жеребёнка, с которым недавно общалась в сарае.
— Да, милая, — ответила чейнджлинг.
— Почему вы связаны? – спросила малютка.
— Твоя мама мне не доверяет, — вздохнула кобылка.
— Она мне не мама, а сестра, — пояснила жеребёнок.
Ремни ослабли и ноги пленницы смогли спокойно двигаться. Без труда освободив голову, перевёртыш приподнялась. Как же затекла спина! К тому же, боль от свежей раны начала здорово ныть, но сжав зубы, Оливия не подала вида.
— Что… зачем ты меня освободила? – удивилась кобылка.
Такого развития событий она совсем не ожидала.
— Вы дали слово, что не причините мне вреда, а видеть вас связанной, как-то жутко… — виновато произнесла малашка.
— Ох, дитятко. Спасибо конечно, но твоя сестра не обрадуется, уже поверь, — сочувственно произнесла Оливия.
Малышка промолчала и виновато опустила голову. В выражении её мордочки читалась фраза, мол, я просто хотела помочь. Оливия хотела было прочитать ей поучительную нотацию на тему, что нельзя помогать незнакомым перевёртышам, но в силу сложности ситуации, не стала забивать головку спасительницы.
— Эппл Джек не желает тебя зла. Я думаю, она связала тебя потому, что не доверят. Ты как и мне, дай ей слово, что не обидишь её и всё будет хорошо, — улыбалась Эппл Блум.
— Ты очень смышленая, — улыбнулась Оливия, глядя на столь наивное создание.
Эппл Блум определённо не выжила бы в строгой общине перевёртышей… Дверь снова отворилась и в комнату забежали Эппл Джек и красный тяжеловес.
— Ты совсем одурел, братец? Оставил её наедине с перевёртышем? Вообще оставил одну? – отчитывала брата ковбойша.
Затем, она вновь загородила собой жеребёнка.
— Сестрёнка, что она тебе говорила? Она не делала тебе больно? Не пыталась превратиться в кого либо? – спрашивала рыжая.
— Нет, ничего такого. Она не плохая, — ответила малютка.
— Макентош, уведи остуда Эппл Блум, — сердито рявкнула рыжая.
— Сбежать вздумала? Я так и знала! – разозлилась хозяйка, переулючив внимание на Оливию.
— Ты не так всё поняла… — начала Оливия, совсем запутавшись в происходящем.
— А ну-ка ложись обратно! – приказала рыжая.
Тяжело вздохнув, пленница заколебалась. Некая ветка неизвестного растения, блокирующего её магию, слетела с рога ещё при освобождении. Применить магическую силу? Оливия не хотела причинять им вред и снова вздохнув, легла обратно на левый бок.
— Биг Макентош, работай, — рявкнула ковбойша, едва тот вернулся в комнату.
Жеребец вновь связал Оливию.
— И долго эта канитель будет продолжаться? – недовольно произнесла перевёртыш.
— До тех пор, пока я не решу что с тобой делать, — протараторила хозяйка и, забрав жеребёнка, снова вышла, оставив перевёртыша наедине с жеребцом.
— Я тебе еды принёс, — неуверенно произнёс красный.
— Правда? Спасибо. Просто покажи мне еду и я магически её возьму, — настроение кобылки взлетело до небес.
— Ннет, — отказался тот.
— Не поняла? – удивилась они.
— Никакой магии, — коротко объяснил красный, безуспешно пытаясь найти слетевшую ветку.
Кобылка тяжело вздохнула.
— В таком случае не сочти за грубость, но не мог бы ты покормить меня? – с надеждой в голосе, попросила перевёртыш.
Жеребец подошёл к пленнице и грубо, бесцеремонно вставил её в рот свою морковку, от чего та едва не поперхнулась.
Жадно прожевав пищу, Оливия немного покашляла.
— Всё ещё обижаешься на меня? Я же не со зла! – объяснилась пленница.
В этот раз, перед её глазами предстал свежий помидор и в отличие от морковки, он плавно приблизился к её ротику. Несколько раз его куснув, кобылка немного поморщилась. Очень уж сочный он был. В силу тёмных родных земель перевёртыша, овощные культуры не особо охотно восходили и такой удивительный вкус, кобылка испытала впервые. Несколько минут жеребец кормил пленницу и насытившись, та радушно его поблагодарила, после чего, поддалась накатившей дрёме.
— Как-то это грубо, — возмущалась волшебница, разглядывая спящую перевёртыш.
— Она чейнджлинг, Твайлайт! Ты же знаешь, от них можно ждать чего угодно, — сказала ковбойша.
— Судя по твоим рассказам, она не особо рвётся сделать пакость, — говорила фиолетовая.
— Сладенькая, я даже не знаю что думать. С одной стороны она опасна, но с другой, что-то подсказывает мне совершенно противоположное, — вздохнула Эппл Джек.
От разговора кобылок, пленница проснулась. Хорошенько зевнув и устрашив хозяек острыми клыками, она неохотно открыла глаза.
— Привет, — неуверенно произнесла фиолетовая.
Пленница молчаливо посмотрела на надзирательницу. Дикие инстинкты хотели заставить перевёртыша вырваться и накостылять захватчицам, но здравый смысл добряшки без труда взял верх.
— Меня зовут… — начала воблшебница.
— Твайлайт Спаркл, — закончила кобылка, глядя на объект своей беспричинной злобы.
Твайлайт исказилась в удивлении.
— В моих краях ты знаменитость, но не в том смысле, в котором тебе бы хотелось. Королева тебя ненавидит и мечтает… лучше тебе не знать о чём. Впрочем, её мнение разделяет весь мой народ. И кстати, я Оливия, — произнесла связанная.
— А ты милашка, — усмехнулась Эппл Джек.
— Что ты делаешь в Понивиле? – спросила волшебница.
— Я уже думала, меня никогда об этом не спросят. Прозвучит странно, но я ищу себе новый дом, — ответила Оливия.
— Зачем тебе это? – спросила фиолетовая.
— Не твоё дело, — ответила пленница.
Оливия хоть и была добра, но скверный характер перевёртыша не прошёл мимо неё стороной. Она много слышала о чародейке, что сорвала планы королевы. Столько негатива прошло через её уши, что Оливия не в силах была его сдерживать, хоть и не имеет против волшебницы ничего плохого.
— Не хочешь говорить мне, тогда скажешь принцессе Селестии, — протараторила Твайлайт.
— Ладно… ладно! — тяжело вздохнула пленница.
Оливия кратко поведала о своей замкнутой жизни и роковом приговоре самой королевы. Не упустила возможности «красочно» описать что думает о местных жеребцах, что яро пытались её поймать или прогнать.
— Удивлена такой злости с их стороны. Пони добрые и отзывчивые, ты что-то напутала — произнесла волшебница.
— Даже в самом добром создании природы дремлет частичка зла, — усмехнулась пленница.
— Твоя история, конечно, интересна, но с какой стати мы должны тебе верить? – насторожилась рыженькая.
— По вашему, я просто так целый месяц слоняюсь по Эквестрии? Сами решайте, верить мне или нет, — зевнула пленница.
Кобылки зашептались и вышли из комнаты. Как только дверь захлопнулась, Оливия поддалась неслабому мондражу. Она не знала чего боится больше – то, что волшебница может призвать Селестию, или… боится саму Твайлайт Спаркл – пони, приложившую копыто к сокрушению планов Кристалис. Пони, что обучается у самой принцессы Эквестрии. Окончательно поддавшись панике, Оливия магически себя освободила и ловко выпрыгнула в открытое окно ведущее в яблоневый сад.