Автор рисунка: Noben
Глава 1 Глава 3

Глава 2

Крысиные бега

— С кем ты разговариваешь, подвинься пожалуйста… мамочки! – в арочном проёме показала мордашка светлого жеребёнка, которая тут же скрылась из вида, но за ней появилась новая, оранжевая кобылка.

 — Это? Эппл Блум, не делай резких движений. Медленно иди ко мне, — испугалась Скуталу.

 — Я боюсь отвернуться, — прошептала Блум.

 — Ты задом иди, я тебя защищу, — посоветовала подруга.

Перепуганная кобылка попятилась задом и шмякнулась крупом об косяк двери, от чего тихо пискнула.

 — Я не причиню вам вреда, — жалобно произнесла перевёртыш.

 — Все вы коварные, вы же обманщики. Вы воруете чужие обличия, — неуверенно говорила Скуталу.

Снова страх и трепет перед гостьей. Как же она от всего этого устала. Единственное утешало бедняжку – она хоть немного сумела пообщаться с пони, причём не на тему «пошла вон отсюда» или «ааа, спасите!». Секунда разговора с ребёнком бальзамом капнула на её душу. Теперь, начнётся классика жанра. Они убегут, расскажут всем о том, какой ужасный монстр поселился в сарае. Затем, долго ждать разъярённую толпу не придётся. Привычный сценарий. Кобылка бы уже давно сдалась, прекратила бы предпринимать все эти попытки вступить в контакт с пони, но инстинкт самосохранения не давал ей отступить. Ей, как и всем, очень хочется жить, а попав в копыта Селестии или Кристалис, история может закончится весьма плачевно…

Как и предполагалось, дети убежали, оставив перевёртыша наедине с собой. Только кобылка собралась впасть в ещё более глубочайшую депрессию, как дверь снова отворилась, впустив в сарай Эппл Блум. Гостья удивлённо посмотрела на жеребёнка.

 — Зачем ты вернулась? – спросила перевёртыш.

 — Вы не кажетесь мне такой злой, как о вас пишут в книжках. Сестра говорила, что книгам не всегда можно верить. Нужно верить только своим глазам и разуму, — объяснила наивная малютка.

Замёршее сердце чейнджлинга вновь забилось приятным теплом.

 — Твоя сестра весьма умна. Но не стоит доверять незнакомым чейнж… пони. Нужно быть осторожной по жизни и никогда не терять бдительности, — улыбнулась кобылка.

 — Мне не стоит вам доверять? – удивилась малютка.

«Какое же наивное дитя, одно умиление» — подумала гостья.

 — Доверять или нет, тебе этому нужно научиться самой. Я не причиню тебе вреда… — эм? – говорила перевёртыш.

 — Блум. Меня зовут Эппл Блум, — сказала жеребёнок.

 — А я, Оливия. Будем знакомы, — нежно произнесла перевёртыш.

 — Я верю вам, Оливия, — заулыбалась пони с бантом.

Первый прогресс за последний месяц. Оливия была безумно рада, что смогла наладить контакт, да не просто с пони, а с таким милым цветочком жизни. На миг она задумалась о том, что бы случилось, если бы жеребёнок встретился с другим представителем её вида. Она пожалела, что впустила в свой разум столь тёмные мысли… Наивный жеребёнок.


— Ты можешь толком объяснить, кого вы там встретили? – говорил незнакомый голос.

К сараю явно кто-то приближался и этот «кто-то» был сильно встревожен.

 — Там чейнджанг! Чуманнлдж! Блин, посмотри сама! – произнесла кобылка, судя по голосу, оранжевый жеребёнок.

 — Ты у меня не выражайся! – рявкнул незнакомый голос.

 — Прячься! Превращайся, или как у вас это называется! – громко прошептала Эппл Блум.

 — Я… я не могу… — расстроилась Оливия.

 — Почему? – удивилась девочка.

В сарай зашла рыжая кобылка в ковбойской шляпе. Едва она заметила перевёртыша, как тут же встала как вкопанная. Под напряжёнными бровями оранжевой пони читался суровый взгляд бесстрашной кобылки.

 — Кто ты… что ты!? – воскликнула рыжая.

 — Я чейнджлинг, — пояснила Оливия.

 — Ты не чейнджлинг, — отрицала ковбойша. – Или у вас ещё имеются подвиды? – удивилась рыжая, загораживая собой Эппл Блум.

 — У нас имеется несколько каст, но ты права, я не совсем перевёртыш… — расстроилась Оливия.

 — А много у вас этих… каст? – спросила рыжая

Неожиданная любознательность рыжего посетителя насторожила гостью иных земель. Будучи, как и сородичи, одарённой к обострённой интуиции, она догадалась, что та просто тянет время. Для чего? Ответ очевиден.

 — Много жеребцов сюда идут? – прямо спросила Оливия.

Ковбойша откровенно занервничала, но промолчала.

 — Почему? Почему вы судите лишь по тому, что вам втолковали в головы? Вы же меня не знаете! – раскричалась Оливия, здорово напугав как Эппл Джек, так и жеребёнка.

 — Я так устала от всех ваших побоев… ну что я вам плохого сделала? Что? Почему я должна быть в ответе за других? – зарыдала кобылка и свернувшись калачиком, заплакала.

Плотина эмоций была разбита вдребезги. Слёзы и подобные эмоции не свойственны её виду, что наглядно продемонстрировало очередное отличие мышьяковой гостьи. Одиночество, постоянное презрение чужих глаз совсем доконали бедняжку, напрочь сломив непоколебимый дух полукровного чейнджлинга. Душевная боль, что копилась годами, вулканической струёй вырвалась наружу. Пони видят в ней чудовище, а теперь и жеребята, что совсем довело кобылку. На миг ей показалось, что Эппл Блум увидела в ней светлую сущность и так и было, но мысль о том, что рыжая кобылка совсем скоро объяснит жеребёнку о том, что она перевёртыш – настоящее зло во плоти, её жёстко угнетало.

Эппл Джек пребывала в неком шоковом состоянии. Она встречалась с перевёртышами и до сих пор помнила ту злобу в их глазах. Но в незваной гостье, как бы ей этого не хотелось, она не видела того зла и это разрывало ей «шаблон». Сильный, воинствующий чейнджлинг лежит на полу и истерично рыдает, даже не пытаясь напасть или издевательски принять какое-либо обличье.

 — Их шестеро, — ковбойша на миг обернулась.

 — Что? – всхлипывая, переспросила Оливия.

 — Шестеро жеребцов бегут сюда. Остальные вроде, просто смотрят. Уходи, быстрее, — Эппл Джек отошла от арочного проёма, но по-прежнему продолжала закрывать собой Эппл Блум.

 — Это ловушка? Прошу, не нужно лукавить, я и так слаба! Вы всё равно меня возьмёте… — с горечью в голосе, произнесла перевёртыш.

 — Я не обманываю. Уходи, пока можешь! – крикнула рыжая.

Оливия уловила в её голосе нотки уверенности и сомневалась, что пребывая здесь, та смогла бы устроить засаду. Кобылка смахнула слёзы и подошла к выходу. Рыженькая здорово побледнела и чуть нагнулась назад. Ничего не говоря, кобылка благодарно кивнула головой и со всех ног помчалась куда глаза глядят, а глядели они на большую толпу пони-зевак, что вынудило бедняжку искать какой-либо выход. Долго искать не пришлось – толпа впала в панику и разбежалась в разные стороны. Впервые Оливия обрадовалась их страху. Благодаря всеобщей суматохе, она получила шанс раствориться в массе паникующих жителей. В итоге выбравшись из деревни, перевёртыш побежала в ближайший лес, густота которого, сулила ей возможное укрытие.


Эппл Джек продолжала стоять на месте, обдумывая недавнее событие. Да, она позволила чейнджлингу сбежать, но нисколько об этом не жалела, чему всё же, продолжала удивляться. В груди Эппл Джек бьётся доброе сердце, что позволило кобылке частично вникнуть в загадочные слова незваной гостьи. Вникнуть и посочувствовать. Жеребцы, что спешили к сараю, как и все – были наполнены гневом и обидой на весь народ перевёртышей и не стали бы скупиться на методы силового задержания чужеземки… А если бы она оказала сопротивление? Что тогда? Злость меняет даже самых дружелюбных пони, кобылка уже подобное видела. Не переставая думать над словами гостьи, Эппл Джек покинула сарай.


Хрипя от сильной отдышки, Оливия рухнула на землю, пытаясь хоть немного придти в себя. Голова сильно кружилась, голод буквально сводил с ума. Прильнув губами к лесной траве, кобылка давясь, начала её жадно есть. Хоть немного пищи, хоть какой-то… такая мера позволит ей ещё продержаться, пока силы совсем не покинут усталое тело. Немного утолив голод, Оливия легла на спину, поддерживая себя в таком положении слабенькими крыльями. Голод… её народ привык питаться эмоциями и чувствами своих жертв, делая членов улья некими энергетическими вампирами. Оливия не была исключением и по мере возможности использовала соответствующие магические способности. Питание придавало ей особые силы, уверенность и параллельно концентрировало беспричинную злобу, что всегда пугало юную кобылку. Боясь потерять контроль над собой, сорваться… Оливия всячески избегала такого питания, но сейчас – она на грани срыва, вызванным сильным истощением организма. Лишь местная растительная еда, как и всегда, помогала ей держать себя под контролем. Бабушка с детства её кормила овощами, несколько утоляющими голод. Она видела, как её любимая внучка тряслась над своим контролем, в любую минуту боясь его потерять. Бабушка, как и Оливия, не понимала, почему организм кобылки некорректно реагирует на жизненно необходимую энергетическую пищу, но догадывалась… Возможно ли держать контроль вечно?

Через окружающий сумрак пробивались редкие солнечные лучи, которых едва хватало для освещения густой чащи Вечнодикого леса. Окружающее разнообразие деревьев, кустов и возвышенностей, составляли идеальные условия не только для маскировки, но и для тактических манёвров. Здесь можно хорошо спрятаться, а потом внезапно напасть на противника. Мышление кобылки инстинктивно просчитывало всевозможные тактики и уловки. Отдышавшись, перевёртыш вскочила на ноги и осмотрелась, обострив все органы чувств. Никого, за исключением мелких зверьков и птиц. Деревенские жеребцы не преследуют. Видимо, они чувствуют свою уверенность только в чертах деревни.

«Трусы» — в очередной раз усмехнулась кобылка.

Оливия пошла обратно, в надежде ещё раз посмотреть на деревню – первый посёлок, который зацепил одинокую душу чужеземки. Бесшумно ступая по земле и ловко изгибаясь перед каждой веточкой, перевёртыш уверенно шагала вперёд.

«РРР!» — раздался грозный рык с левого бока.

Резко повернувшись, кобылка ничего не смогла рассмотреть в густоте деревьев и кустов. Рык повторился и из кустов выпрыгнул здоровенный волк. Кобылка без особого труда догадалась об истинности его намерений. Не желая стать его ужином, она в очередной раз встала в защитную стойку и угрожающе оголила зубы. Её злобная ухмылка, в довесок с острыми клыками действительно выглядела устрашающе. Волк несколько притормозил, но затем вновь продолжил медленно приближаться, готовясь к роковому прыжку.

Поняв, что ей не выстоять против этой мускулистой махины, кобылка не на шутку испугалась. Обычно один лишь вид перевёртышей способен отпугнуть многих диких хищников, но Оливия ведь «иная». Кобылка побежала прочь, ловко маневрируя по лестной местности. Как бы не была быстра Оливия, волк уверенно её нагонял. Она даже здесь чужак, а лесной зверь находится у себя дома. Это его земля. Удар – перевёртыш потеряла равновесие и кубарем прокатившись десяток метров, упала на бок. Волчья царапина на спине больно ныла. Резко повернувшись на спину, Оливия в самый последний момент успела отразить очередную атаку зверя, здорово заехав ему по морде. Тот заскулил и помчался прочь тем не менее гостья знала, это не повод расслабляться. Волки не бросают своих жертв. Они лишь временно отступают и иногда приводят стаю…

Неуверенно поднявшись на ноги, кобылка плавно потопала в к выходу из леса. Слишком опасно в нём оставаться. Днём она ещё способна кое-как обороняться от хищников, но ночью подобные места оживают в самом неприятном смысле этого слова, что здорово прибавляет численность опасных тварей.

Выйдя из леса, кобылка вновь ощутила дискомфорт от открытого пространства. Прятаться негде, жизненные силы на исходе. Оливия сомневалась что сможет добраться до другой деревни. Она даже не знала, как долго до неё идти. Боль и голод сводили бедняжку с ума, заставляя из последних сил идти обратно. Обратно в деревню. Ей уже было наплевать на свою судьбу – единственное чего она хотела – спокойствие.

На пути попалось несколько пони и те как всегда, побежали в разные стороны. Кого теперь ждать? Жеребцов с вилами? Гвардейцев? Отбросив все мысли, кобылка не сбавляя медленного темпа, продолжала вилять по тропинке. Всё кругом закружилось, перед глазами замелькали тысячи точек. Совсем обессилив, кобылка потеряла сознание.


Вода текла по мордашке. Резко открыв глаза, кобылка увидела… ничего. Лишь некая тряпка заставила её зажмуриться. Убрав мокрый лоскуток ткани с головы, взору Оливии предстал потолок явно жилого помещения.

«Тюрьма?» — предположила перевёртыш.

Кобылка попыталась приподняться, но не получилось. Ноги тоже не поддавались и благодаря сжатым движениям, Оливия поняла, что она привязана к койке. Едва она собралась применить магию, как перед ней нарисовалась рыжая мордочка.

 — Извини, но лучше не сопротивляйся… — сурово сказала знакомая рыжая пони, затягивая узлы верёвки потуже.