Путь Ненависти
Эпилог
Экстер — сокращение от экстерминейт (exterminate) истреблять, уничтожать.
Судьбы народов вершат их победители. Неважно изнутри или снаружи они пришли. Для катрайтов, древних панцирных пони забытых в веках, настал час суда. Участники процесса присутствовали в полном сборе, никого лишнего. Прокурор и защитник, они же присяжные, они же и судьи. Селли и я.
— Прежде чем мы преступим к последнему вопросу повестки дня. Спасибо. Без твоих знаний, на решение всех этих дел у меня ушло бы гораздо больше времени.
— Не стоит. Это так, небольшая поддержка моей суженой. Ты наверно заметила, что мне стало приятно проводить с тобой время.
— Совсем недавно ты не был таким скромным, — улыбаясь и хитро сузив глазки, говорила Селестия.
— Ты теперь всю мою прошлую жизнь припоминать будешь?
— Прости.
— Селли, уже простил. Прости и меня.
— Я ни минуты тебя не винила. Моя ноша так мала, в сравнении с твоей, но мы разделим их поровну. И ты не останешься страдать в одиночестве. Наверно, я наивная и глупая?
— Ничуть. С тобой мне легче. — Выдержав взгляд солнечной пони, серьёзно сказал я. — Давай закончим с делами поскорей, — я подмигнул.
Пошелестев свитком и замерев на мгновенье, Селестия помрачнела и декламировала:
— Катрайты и защита от них.
— Они не могут вернуться в ссылку, портал в големе уничтожен. И только Кхортар знала, куда ссылали её добровольных рабов.
— Они должны уйти.
— Куда?
— Мне всё равно.
— Они пони. А ты принцесса пони. Пусть даже они жили до трёх рас, возможно, этот народ предки земнопони.
— Катрайты дики и агрессивны, с ними нельзя договориться.
— Обещаю, через поколение ты не отличишь их от остальных.
— Я не могу, они будут напоминать мне о Кхортар и сестре.
— Не будут. Это буду делать я, и прошу напоминай мне о Зарли, я больше не убегаю от своего прошлого и тебе не стоит.
— Нам негде строить резервацию.
— Она и не нужна. Мы разделим их и поселим среди пони, рассеяв по всей Эквестрии. Да, будут проблемные, но их я беру на себя. После моей обработки они будут, как малые жеребята скакать по лужку и нюхать цветочки.
— Думаешь это сработает?
— Я знаю. Доверься мне. В конце концов, ты помнишь мою цель?
— Нашу цель. Гармония каждой душе. Единство ради всеобщего блага.
— Ух ты, даже я так поэтично и точно не сформулировал бы. — Я потянулся и пощекотал бок Селли одной из своих необычных конечностей. Как и моё истинное тело, они были эфирными и легко проходили сквозь твёрдые предметы. Видно их было только из-за огромной плотности энергии, а соприкосновение ощущалось как тепло — будто орды маленьких шерстинок трутся и греют. Особенно необычно это чувствуется внутри тела.
— Хи-хи, прекрати, щекотно! — Селли в ответ пощекотала меня крылом.
— Или ты хочешь, чтобы их просто не стало. Как по волшебству испарится целый народ. Ты ведь знаешь, что я так могу с помощью вот этой крошки, что щекочет тебя сейчас. — Я перестал домогаться до Селли и испытующе поглядел на неё.
Взгляды встретились, и ответ одновременно сорвался с наших губ:
— Нет.
Я открыл дверцу одной из глухих комнаток дворца. Обшарпанные стены, запах сырости и тихий шорох мышей из углов. Кхортар лежала посреди комнаты и с полнейшим безразличием смотрела на меня. Внезапно её глаза широко раскрылись.
— Ты?! Как ты выжил?
— Меня нельзя убить обычным образом. Но я не разговаривать с тобой пришёл. Сейчас я убью тебя.
— Хм. Я убила твоих друзей. И теперь, когда я лишилась всей магии, справедливо добить слабого врага, чтобы он не навредил в будущем. Единственный раз, когда я поступилась с этим принципом, привёл меня сюда.
— Нет, тебя привело сюда не это. Всегда найдётся кто-то сильнее. Я нашёлся для тебя. Но я не совсем правильно выразился. Я убью не твоё тело, я убью твою личность. Вся твоя память будет уничтожена, единственное что останется с тобой это знание, как пользоваться своим телом и говорить. Ты будешь подобна ребёнку ничего не знающему о внешнем мире. А затем я найду тебе воспитателей, они станут для тебя новыми родителями. Мы создадим тебе новую личность, более моральную и добрую, подходящую для существования в обществе.
— Я не хочу. Лучше убей меня, исчадье! — Она бросилась на меня, замахнулась копытом, но, повинуясь моим манипуляциям, силы резко покинули её тело и, пошатнувшись, она упала прямо перед моим носом. Из последних сил она потянулась и обняла мои ноги.
— Пожалуйста, просто убей. Я заслужила. Не хочу быть как все. — Слабым голосом молила она с пола.
Я сел и, поглаживая копытом голову обессилевшей пони, мягко заговорил:
— Мы вложим в тебя столько доброты и ласки, что ты больше никогда не помыслишь о насилии. А теперь прощай Кхортар. В следующей жизни тебя будут звать Флаффи.
Я вновь стоял на месте своего самого страшного преступления. Поверженный ствол потускнел, кора больше не казалась кристальной, а ветви пожухли и никли к земле. Но рядом со стволом прямо у шестиконечной звезды блестело маленькая крупинка, не вписывающаяся в картину увядания. Когда я уходил по пещере разносился тихий мелодичный звон.
Мелодия пронеслась по залу, освобождая и распрямляя застывшие спины. Я вздохнул.
— Заканчивайте и сдавайте работы. Напоминаю, авторов шести лучших работ ждут особые награды — портативные кристальные компьютеры. И да, следующая лекция пройдёт в саду кантерлотского замка.
— Мистер Экстер, вы говорили, что исключите неуспевающих, но до сих пор никого не выгнали. — Говорил серый жеребёнок без крыльев и рога, но зато с панцирем.
— Да Блоувин, у меня учатся только те, кому интересно и кто искренне хочет познавать путь гармонии. Пока все справляются, но это не значит, что так будет и впредь. До выпускного класса доберутся только самые упорные. Те, кто действительно жаждет учиться высоким наукам и искусствам.
— Учитель, даже если мне придётся покинуть академию, вы всё равно останетесь для меня самым лучшим, — мелкую сиреневую пегаску поддержал нестройный одобрительный гул.
Ученики завалили преподавательский стол исписанными листочками и столпились вокруг меня. Широко открытые глаза и искренние улыбки осадили меня со всех сторон. Я знал, чего они ждут.
— Ладно-ладно, маленькие попрошайки, но только пять минут.
Вяло всколыхнув астральной конечностью, я вызвал чары невесомости. И целую полосу препятствий из магических пружинящих поверхностей. Пока жеребятки веселились, пружиня от пола, потолка, друг друга и стен, летая наперегонки, я вышел в коридор. У дверей меня ждал старый знакомый.
— Всё преследуешь меня? — я улыбнулся, чувствуя в груди тепло с оттенком светлой грусти.
— Девять лет как перестал. Лучше следи за жеребятами.
— Всё под контролем, ты же меня знаешь.
— Спарки не очень тебя достаёт?
— Даже наоборот, такая тихоня, что и не разговорить. Но будь спокоен, она уже завела пару друзей, хороший знак.
— А мы вот с женой собрались по магазинам. Вечерком устроим маленькую вечеринку. Заходи к нам, мы всегда рады тебя видеть.
— Мне кажется, Трикси не очень меня жалует.
— Она немного ревнивая. Не любит, когда я уделяю внимание кому то ещё, даже друзьям.
— Главное спуску не давай и регулярно её…
— Привет, Экстер, — перебила меня подошедшая голубая единорожка с серебристой гривой, затем она повернулась к Фолину. — Где Спарки?
— Милая, потерпи. Мне надо закончить беседу с учителем нашей дочери и другом нашей семьи. — Твёрдо заявил Фолин Стар.
— Вечно ты с … — последние слова Трикси пробубнила под нос и я их не расслышал.
— Я хочу снова собрать всех старых друзей Твайлайт. Не знаю, как они к этому отнесутся, может и вовсе проигнорируют… в общем приходи. — Он сунул мне конверт. Знакомые черты лица проступали резче, и у него прибавилось морщинок. Но внутри, этот пони уже никогда не станет прежним чуточку наивным романтиком и мечтателем.
— И всё-таки, почему ты тогда пошёл за мной?
— Так подсказала мне кьютимарка. Иногда от них бывает толк, — Фолин улыбнулся.
Я выловил из класса один расшалившийся комочек и поставил его перед родителями.
— Я приду. Не сомневайся. — Бросил я на прощанье и вернулся в класс.
— Что это за сюрприз? — перед глазами говорившей летало чёрное облачко.
— Сейчас увидишь, — я закончил перенос, мы были на месте.
Касаясь меня крылом, Селестия шла, отставая на полкорпуса. Наконец, я убрал помеху от её глаз.
— И что ты хотел показать? Только не говори что опять… Это… Но как… — заметив сюрприз Селестия замешкалась.
— Маленькое чудо и море магии, — улыбаясь, сказал я.
— Однажды он станет древом, таким же большим и могучим как прежнее. И будет поддерживать гармонию в мире!
— Но до того мы должны позаботиться о нём. Ты ведь поможешь мне?
— И ты ещё спрашиваешь!? Иди сюда! — Восторженное выражение её личика и тёплый взгляд вдруг оказались совсем близко. Я не ожидал такой бурной реакции и чуть попятился, но поздно — губы принцессы настигли меня. Её горячее дыхание прокатилось по моему лицу, а ротик будто хотел добраться до моей души.
Магия опрокинула меня на спину, мягко страхуя и контролируя моё падение. Без всякого стеснения Селестия повалилась на меня и уткнулась своим тёплым носиком во впадину между моей челюстью и шеей. Я обнял её передними копытами, и мы замерли, слушая дыхание и биение сердец друг друга.
— Знаешь, я так устала быть сильной и до сих пор не замечала этого. Экси, я так благодарна, что ты позволяешь мне побыть слабой пони.
— Всем иногда хочется прилечь в тени, даже самым сильным. Так что готовься к моей очереди, — я снова улыбнулся и посмотрел в ясные глаза Селли.
— Мы так похожи, несмотря на то, что совсем разные.
— Везде одни и те же мысли, одни и те же ошибки. В столь разных умах, что невольно задумываешься над родством всего разумного, где бы оно ни было.
— Изжить ненависть во всём мире будет не просто. Думаешь, мы справимся?
— На ранних этапах развития жизни, ненависть полезна — она помогает выживать. Но чем выше уровень развития, тем вреднее становится и тем тяжелее от неё отказаться. Мы справимся, ведь нам помогают дружба и любовь!
Конец.