По лесным тропинкам.

История о приключении трех пони пони, зебры, пегаса и единорога в глубины вечно-зеленого леса. Поверьте, там все не просто так. Под другими пони подразумевается, что там действительно много других пони, главные герои, в основном,- другие пони.

Принцесса Луна Другие пони Доктор Хувз

Фолианты старых Магов

Новая серия рассказов, в которых история будет вращаться вокруг древних живых книг - Аэтаслибрумов, оставленных в наследство древними магами. Одни из них исполнены света, в других затаилась тьма, третьи впитали в себя тепло леса и прохладу озёр. Каждая из этих книг так или иначе попалась в копытца правителей, магов или обычных пони, меняя их судьбу. Некоторые пропали во времени, другие оказались в руинах и были откопаны любителями сокровищ и искателями приключений. Но некоторые… перестали существовать, выполнив одно сильное желание. С истории об одной такой книге, начнётся эта серия...

Другие пони ОС - пони

Жеребец мечты

В Кантерлоте появился новый жеребец, который может вскружить голову почти каждой кобыле...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Пинки Пай

Сказка о Последнем Походе

Насколько легко победа обращается в поражение.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Рэрити Эплджек Зекора Трикси, Великая и Могучая Другие пони ОС - пони Кризалис Король Сомбра

Уроки Полета

Ни что не происходит просто так, мы встречаемся с кем-то, чтобы получить ценный урок или, напротив, научить чему-то нового знакомого. Зачастую случается так, что мы становимся одновременно и учениками, и учителями, помогая друг другу стать немного ближе к Совершенству.

Рэйнбоу Дэш Другие пони

Песнь расколовшихся душ

Сложно быть одной, слепой на один глаз, лишённой слуха, не способной летать... Больно принимать факт предательства от самого близкого тебе существа. Горько осознавать, что ты беспомощен и никому не нужен в этот морозный рождественский вечер... Но один ли ты такой? Может в этом мире есть те, над кем судьба быть может так же жестоко посмеялась, ато и гораздо больше?...

ОС - пони

Угасающие огоньки/ Dying Lights

Флаттершай не может двигаться, и не в силах осознать, что происходит вокруг неё. Окружающий мир незнаком, и она серьёзно не понимает, что происходит. Итак, будучи не в состоянии двигаться, она делает единственное, что сейчас возможно. Она вспоминает.

Флаттершай

Река Подкова на северо-востоке

Как обыкновенный сбор коллектива киноотдела Управления Пропагандой на северо-востоке в далеком Сталлионграде может перерасти во всеобщую моральную дилемму? События, описанные в рассказе, дали начало огромным изменениям в народной идеологии Сталлионграда. Рассказ писался на RPWP-38 на Табуне, по теме "Кинематограф в Эквестрии".

ОС - пони

Приморский город

Думал долго — аж со вчерашнего вечера: выкладывать или нет. Эту незавершенную и эклектично-клочковатую историю написали, играя в ролёвку, два парня что когда-то были друг другу симпатичны. Документ с год пролежал на гугл-доках, пока второй, который его создал, не решил его удалить. Первый же, коим являюсь я — предусмотрительно сохранил его у себя на компьютере. Есть сюсюканья, встречается частое повторение названия вида поней в одном предложении. Но есть и пара интересных моментов, поэтому — выкладываю сюда, как единственный нынче обладатель. В рассказе он и она — так что не кривитесь заранее :3 Public domain. P.S. от 18.05.2021: «Не завершен» и уже никогда не будет завершен. Репкин Егор умер сегодня, в 05.00 по МСК. Спи спокойно, мой маленький пони, теперь ты в Эквестрии и навсегда останешься в моём сердце, лапа. Лунных сов.

"Родственные души"

Любовь - страшная сила. Способна ли она изменить того, чьё призвание от рождения было сеять страх и разрушение на своём пути?

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Дискорд

Автор рисунка: Stinkehund
Глава 2 Глава 4

Глава 3

Спустя десять минут все члены отряда вернулись к изначально протоптанной ими снежной тропе. Лейтенант Лесли усадил бесшёрстного жеребёнка на спину ультрамаринового пегаса и аккуратно подвязал того вытащенную из-под собственной брони длинной вязаной портянкой, смастерив подобие импровизированной наспинной переноски для малых детей, чтобы жеребёнок не свалился при движении.

— Сэр, вы уверены? – взволнованно спросил Резарт. На него со стороны косо смотрели остальные члены патруля Лейтенанта.

— Ты не хочешь его убивать, я не хочу, чтобы он убил нас, если мы в следующий раз здесь пойдём, поэтому тащи его на себе сам. И знаешь что? О нём ты осведомлён побольше моего, так что сам виноват. – Пегас почувствовал себя обманутым. Но одновременно с этим к нему подступил страх осознания, что легендарный Бесшёрстный пони сидит прямо на нём и он может проснуться в любой момент. А насколько ему было известно, ещё никто не выживал после встречи с этим магическим существом. Но ослушаться приказа офицера армии Короля Сомбры было страшнее смерти.

— Д-да, сэр. – Сдержанной взволнованностью выдохнул Резарт.

— Не «Сэр», а Лесли. Не порти моё личное мнение о тебе. Ты только что начал мне нравиться, не то, что эти болтуны, не вынуждай меня относиться к тебе как к второсортным помоям на копытах.

— Да, сэ… то есть Лейтенант Лесли. Я совсем забыл, простите.

— То-то. – Лейтенант выдохнул, из его ноздрей вырвался тёплый пар, — Выдвигаемся! Идём колонной. Резарт за мной! Грин замыкающий.

— Так точно. – Ответил копьеносец.

– Движемся в контрольный пограничный пункт. Проверить снаряжение и обмундирование. – Лесли грозно добавил, — Если кто-то из вас придурков посеет здесь своё оружие, я тому лично засуну в задницу раскалённую кочергу по приходу в базовый лагерь, да ещё и обратным концом, чтобы и мысли не было вытащить её обратно. Всё ясно? – Весь отряд ответил «Так точно, Сэр!». Кроме Резарта, он ответил лишь «Так точно!». Но внезапно Грин громко вдохнул и галопом помчался к месту, где совершенно недавно провалился под снег. Он вспомнил, что именно там обронил свою сапиру.

— Так, — Недовольно проворчал Лейтенант, — а вот моя первая жертва.


Маршрут патрульного отряда Лейтенанта пролегал между многокилометровыми хребтами гор Кристальной Империи. Десятки вершин, чьи снежные «шапки» были надуты северо-восточными ветрами, представляли огромную опасность. В любой момент они могли сойти вниз по склону и породить громадные лавины, способные во что бы то не стало беспощадно снести всё на своём пути. Лейтенант хорошо знал здешние места, столько месяцев тут торчит. Поэтому всегда был наготове сколдовать магический купол над своим отрядом, чтобы уберечь его и себя от гибели. Подобным трюкам обучали многих офицеров до пришествия Сомбры. Но после… к ним стали относиться по-скотски.

Сегодня был особенный день: пурги не было, что бывает очень редко, а значит и опасность схода лавины гораздо меньше. Но так как сегодня была аномально солнечная погода, то Лейтенанта настораживало единственное – это тёплые лучи солнца. Если они хотя бы чуть-чуть растопят основание снежных карнизов на вершинах близ стоящих гор, то ситуация окажется гораздо опаснее, чем предполагалось. Поэтому Лесли не спешил наслаждаться прекрасной погодой.

Солнце, находясь высоко в небе, светило ярким огненным диском и грело лица идущих солдат. Солнцепёк вынудил их раскрыть воротники и снять с себя ветрозащитные плащи — всё же им не хочется вспотеть, чтобы потом, если вдруг изменится погода, не закоченеть и не промёрзнуть насмерть из-за пота на теле.

Ближе к вечеру, когда небесное светило скрылось за хребтами гор, и воздух начал пробирать мороз, отряд Лейтенанта добрался до места назначения. Солдаты вошли внутрь овального каменного домика, стоявшего на четверть заметённым среди снежных бугров прямо у подножья гор. Все расположились в нём, побросав вещи и снаряжение по полу, и приготовились переночевать и отдохнуть от нескончаемого патрулирования по замёрзшим долинам.

Обстучав снег с копыт, Резарт подошёл к Лейтенанту, желая спросить, что же делать с жеребёнком.

— Лейтенант, разрешите обратиться. – Лесли сидя покуривал свою дымящуюся трубку, устроившись возле слегка приоткрытой двери, за которой виднелся алого цвета закат. Крайне красивое зрелище. Такое не часто удаётся увидеть, поэтому он лишь молча наблюдал, всё думая о чём-то своём.

— Разрешаю. Выкладывай. – Лейтенант оценивающе взглянул на Резерта. А тот в свою очередь сильно притих.

— Я всё никак не могу понять кое-чего.

— Чего же? – Пегас аккуратно провернул связанную из портянок переноску и свесил её на шею вместе с жеребёнком, уставившись на него. Жеребёнок спал мёртвым сном.

— Вы правда хотите отдать жеребёнка Королю? – Грин и Хамбл, гревшиеся возле тёплой угольной печки в углу, обернулись, услышав странный вопрос новенького. Лейтенант заметил их интересующиеся взгляды и незамедлительно ответил.

— Чтобы сделать приятное нашему правителю. Он же любит проводить эксперименты над жеребятами, вот и пускай радуется моему подарку, а то мальцов ему в последнее время поставляют всё меньше и меньше. Тем более, если ты не ошибся и это действительно тот легендарный Бесшёрстный пони, о котором ты мне нарассказывал, то, возможно, он настолько оценит подарок, что продвинет меня по службе! – Пегас с ультрамариновой гривой замер, глядя на командира, но потом опустил голову. Он принял эти слова за чистую монету. Сказанное прозвучало для него жестоко. Лейтенант хоть и сказал с притворством, но звучал он необычайно правдиво.

— Не понимаю. – Расстроенно сказал Резарт. Услышав ответ Лейтенанта Лесли, арбалетчик и копьеносец, изначально устроившиеся возле печки, как ни в чём не бывало, отвернулись обратно, продолжив болтать о том, как было бы здорово оказаться сейчас на тёплом пляже далеко-далеко на юге, подальше от снега и холода. Лесли, зажав зубами курительною трубку, толкнул от себя деревянную дверь, возле которой сидел всё это время. Та со скрипом широко отворилась.

— Пойдём-ка на улицу, потолкуем кое о чём. Так как ты у нас новенький, то многих наших правил не знаешь. Пошли. – Рядовой Резарт лишь кивнул и поплёлся на выход. Когда он вышел наружу вместе с командиром своего отряда, Лейтенант закрыл дверь и стремительно подошёл к нему.

— Это очень жестоко с вашей стороны… это же жеребёнок. Пускай он монстр, но жеребёнок!
– Злясь, прошептал пегас, выражая недоумение, — Вы же не серьёзно? – Кажется, он поверил в притворство старшины, отчего его дружеское впечатление о нём стало сомнительным.

— На самом деле всё не так, как ты думаешь. – Опровергающим спокойствием сказал Лесли. Резарт облегчающее вздохнул.

— Правда? – Его покрасневшие от мороза кончики ушей выпрямились, — А… точно, что-то я недалёкий. – Он вспомнил, что находится среди пони, сердца которых очернены магией Короля. Они сразу донесут или ещё что-то, если увидят проявление доброты или слабости к немощному в лице лейтенанта.

— Ты такой чувствительный и наивный. Я имел в виду много того, чего бы я не хотел говорить при своих подчинённых. Идем, прогуляемся подальше отсюда. До сна еще есть время, нет нужды торопиться. – Жеребец среднего возраста глубоко вдохнул холодный воздух, после чего закрыл глаза и соскрёб копытами под ногами немного снега. Снег был жёстким и колющимся, как стеклянный песок, но, несмотря на это, Лесли омыл им лицо, быстро растерев его по всей поверхности. – У-ух! – Взбодрившись сказал он. — Я мало с кем разговариваю, Резарт. В моём отряде действительно совсем нет разумных личностей, и мне порой одиноко. А ты, я гляжу нормальный малый, нетронутый, так что буду говорить с тобой откровенно. Накипело уже. – Пегас поджал губы и кивнул.

— Я кажется, понял. Вы ведь тоже не поражены магией Короля Сомбры, верно? – Лейтенант вытер мокрое лицо своим плащом, продолжая всё это время курить. Он взглянул на Резарта.

— Так и есть. Пойдём. — Резарт кивнул, уже не сомневаясь, что встретил такого же пони, как и он сам. Лесли выдохнул через ноздри ароматный табачный дым. Лейтенант перевёл взгляд на алого оттенка «пожар» на горизонте. – Расскажи о себе? Чем ты занимался по жизни?


— Сомбра промывает мозги всем пони Кристальной Империи без исключения. Поэтому почти никто не способен думать о нём, как о тиране. Понимаешь? В их башках по большому счёту всё осталось прежним: воспоминания, чувства, язык общения. Только мироощущения у них поменялось, понимаешь? Они считают, что смерть ради Короля – это первостепенный смысл их жизни, высшая добродетель, а злорадство и притворство – это самая прекрасная форма этикета. – Лесли затянулся из курительной трубки. Выдохнув дым через рот, он продолжил,

— А таких нормальных, как мы с тобой, осталось очень мало. И нам приходится притворять злыми и жестокими, понимаешь?

— Конечно, понимаю! Мне самому противно притворяться злым, как когда я обругал Хамбла тогда, при знакомстве с вами. Неприятно было. Но постойте, вы же офицер, если узнают, что вы не подвластны Сомбре, вас убьют. Вы же мне сказали, что вас неоднократно подозревали в предательстве.

— Именно. Я партизан. И когда-то, в самом начале войны я вместе с другими рушил планы Королю… пока нас всех не перебили. Кроме меня. Мне удалось скрыться и слиться с толпой зачарованных.

— Так это вы! Вы участвовали в поджоге склада провизии у второй армии. Войска остались без снабжения на неделю. Это был единственный акт неповиновения против Тирана, и вы в нём участвовали?

— Как бы не хотелось отвечать, но да. – Пегас подошёл к Лейтенанты и хотел было похлопать по плечу, но осёкся и решил, что это будет лишним, когда командир на него украдкой взглянул.

— Э… ладно. Но я отныне стал уважать вас ещё больше. – Лесли молча кивнул, отведя взгляд

— Мне уже осточертело всё это… его тирания. Столько хороших пони погибло из-за него. Но это только цветочки – ладно ещё взрослые, но дети… когда я узнаю, что совсем маханькие жеребятки, как вот этот у тебя, поддаются пыткам и мучительной смерти от копыт этого нежитя, у меня сердце ТАК защемляет! Что плакать хочется. Но нельзя подавать виду. – он вдохнул полной грудью, — Я проклинаю его всей своей душой! Я мечтаю о том, чтобы жизнь этого гада превратилась в ад: такие как он должны умирать и воскресать, а потом опять умирать, не успевая опомниться! И чтобы он чувствовал всю ту боль и страдания, что принёс всем пони за всю свою жизнь. Он должен гореть на костре и кричать в агонии, чувствуя, как сгорает заживо! Как плавится его плоть! – Лейтенант напряжённо выдохнул облако дыма, вперемешку с паром изо рта. – Но все мои мечты о его смерти бессмысленны. Сколько это будет продолжаться…? – Резарт присел, чтобы поправить бесшёрстного жеребёнка и вернуть его обратно на спину. Когда тот болтался перед ногами, было очень неудобно. Странно, что Резарт вообще забыл о нём. Видимо встреча с таким же «нетронутым» пони, как и он, была очень приятным сюрпризом. Командир продолжал спокойно идти прогулочной походкой. – Я хочу выжить, Резарт, чтобы увидеть свою жену. Я мечтаю взглянуть на детей. Но это всё не важно, они успели ретироваться в Эквестрию ещё до войны. Они в безопасности. Поэтому мне не страшно за них. Я не хочу смотреть, как гибнут невинные пони. И пусть я один, и один я не смогу победить Сомбру, я буду делать всё, чтобы мешать этой скотине. Я слаб, и мало что могу сделать. Но я буду всегда выжидать удобного момента, чтобы вставлять палки в колёса этому тирану.

— Лейтенант Лесли, — Перебил пегас, — …а что вы имели в виду под «подарок Королю»? – Командир остановился. Он взглянул в небо, с одной стороны которого было видно, как затухает небесный «пожар», а с другой, как постепенно загораются сверкающие огоньки звёзд.

— Смерть Королю. – Кратко ответил он. Пегас встревожился. Он смотрел то на курящего трубку Лейтенанта, то на сидящего в тряпочной переноске бесшёрстного жеребёнка.

— Ох. — Его глаза расширились, когда его постигло озарение, — …так вот оно что. Вы хотите, чтобы Бесшёрстный пони попал прямо в лапы Сомбры, как будто это дар его высочеству, а после пробудился и уничтожил его своей магией. – Резарт задумался с закрытым ртом, немного шевеля челюстью и разглядывая практически бесшумно спящего малыша. – Саботаж и партизанство.

— Да. Эта идея пришла в тот момент, когда мы нашли его. И мне кажется это наш шанс на победу.

— Вы уверены?

— Уверен… – мечтательным тоном сказал Лесли, представляя у себя в голове крики умирающего тирана, как будто его сон вот-вот станет явью. – Я смогу не подавая подозрений совершить то, о чём думаю изо дня в день.

— Ну. В этом есть какой-то смысл. И… возможно это сработает. – начал было соглашаться Резарт, — Но как же другие? Согласно приданию, если Бесшёрстный увидит приблизившихся к нему пони, якобы желающих заполучить портал, он их убьёт. Всех до единого! – ультрамариновый пегас подошёл к своему старшему по званию, — А что если он начнёт свирепствовать? Допустим, он убьёт Короля, а остальные пони? Они ведь уже не будут под его властью, магия может развеяться, а всё равно умрут.

— Так надо. – однозначно ответил Лейтенант. Резарт вздрогнул и замолчал. – Война идёт уже слишком долго, Резарт. Ты только представь, какие потери: сотни, тысячи, ДЕСЯТКИ тысяч погибли. Треть из них женщины и дети. – жеребец от накативших его воспоминаний прикусил курительную трубку сильнее обычного и посмотрел пегасу прямо в глаза, — Ты помнишь свою деревню? – взор Резарта остекленел, когда перед его глазами всплыла картина догоравшей избушки, к которой жила его семья. Он медленно закрыл глаза и поник.

— Да.

— Этого не должно было произойти вообще. Если бы не этот гад, то все бы сейчас жили в мире и счастье. Твоя родная деревня продолжила бы стоять на своём месте, а я бы увидел, как взрослеют мои дети... – Он приложил копыто к своему лбу, — Я мечтаю, чтобы всё стало прежним и мы перестали жить в страхе перед смертью. Мне вновь хочется увидеть лицо моей жены. И я готов пойти даже на жертву этим жеребёнком, лишь бы Сомбра наконец-то перестал делать нас несчастными. Я прекрасно отдаю себе отчёт о том, что этот жеребёнок может случайно убить всех, кто будет рядом с ним, но с другой стороны это несправедливо, что этот ублюдок утащит за собой после смерти хороших пони.

— Не говорите так.

— Но этого может и не произойти. – Подал надежду Лейтенант. Резарт открыл глаза.

— Не может? – Лесли убрал копыто с лба и с прищуренным взглядом вытащил изо рта трубку, в которой уже закончился табак.

— Откуда мне знать, действительно ли этот мелкий тот, за кого ты его принимаешь. Я думаю, ты тоже не уверен. – Резарт посмотрел себе за спину, мельком взглянув на жеребёнка. – Если он окажется простым детём, который, не знаю каким образом, смог оказаться тут по счастливой случайности и выжить, то Сомбра просто убьёт его, и тогда ничего не изменится. И мы продолжим жить в войне и страхе. – молодой парень молчал, вслушиваясь в слова своего старшины, — Мне не приятно это признавать, но надо попробовать. Возможно, это наш единственный шанс, пускай и сомнительный. И жестокий.

Вечерний закат на горизонте почти полностью потух, уступив место ночному звёздному полотну. С противоположной стороны стремительно поднималась серебряная луна. Тела солдат, попав под лучи ночного светила, стали отбрасывать длинные тени.

— Ты согласен со мной? – спросил Лесли, выдохнув из ноздрей облако пара. Глаза Резарта опустились в раздумьях. В словах Лейтенанта чувствовался ничтожно маленький просвет надежды. Возможно, его идея имеет место быть, ведь если Король Сомбра встретится лицом к лицу с могущественным представителем древнейшей расы нашего мира, то он может попросту не выстоять и проиграть. А его поражение означает конец этой проклятой войны народа Кристальной Империи с Эквестрией. Если это произойдёт, то, наконец, наступит мир.

— Хорошо. Мы… мы просто попробуем. Я не могу об этом думать. Это жестоко.

— Я знал, что ты меня поймёшь. – Лейтенант мягко приобнял ультрамаринового пегаса, после чего они медленно пошли к чёрной каменной хижине. – Не беспокойся за жеребёнка. Я думаю с ним всё будет в порядке.


Следующим утром Лейтенант Лесли приказал Резарту лететь вместе с Бесшёрстным к блокпосту гвардейского полка у столицы Империи, где собственно находился Кристальный Замок. До него лететь было примерно четыре часа, но это было не проблемой для пегаса. Изначально планировалось, что Резарта пропустят и он самолично отдаст Бесшёрстного Королю Сомбре, но к несчастью именно на блокпосту у него малютку бессовестно отобрали. Ухмыльнувшись, тёмные гвардейцы унижающим злорадством высказали Резарту свою благодарность за помощь им в розыске ценящихся на вес золота годовалых детей, и рассмеялись, что всю награду за жеребёнка оставят себе, не смотря на слова пегаса о том, что жеребёнок был найден в заснеженной долине. Похоже, у некоторых пони промывка мозгов вызывает деградацию.

Они послали Резарта плакаться своей мамочке, что для молодого пегаса, который оказался сиротой, прозвучало очень обидно, и те ушли в сторону замка.

Трое гвардейцев преодолели главную площадь столицы, притормозив на некоторое время, чтобы поглазеть на колонну из десятков новоиспечённых рабов, присланных из лагеря военнопленных с юга. У них был истощённый вид и уставший, лишённый надежды взгляд, устремлённый себе под ноги. Было не известно, давали ли им спать каждую ночь или они работали дни напролёт до тех пор, пока не будут падать с ног, но гвардейцы лишь презрительно посмотрели на них, ехидно скрывая свои лица за шлемами из чёрного металла.

Оказавшись возле одного из четырёх главных входов в замок, они остановились перед двумя королевскими стражниками, облачённых в сверкавшие кристальными блёстками латы. На лицах стражников царило равнодушие и стальной взгляд. Гвардейцы потребовали позвать к ним Мажордома – старшего лакея, или, как это привычнее воспринимается, главу дворцового хозяйства. Один из стражников удалился, но буквально после двух минут недолгого ожидания он резко появился из-под земли в столбе чернейшего непроглядного дыма вместе с тем самым Мажордомом. Это был среднего роста единорог с тёмно-бурой шерстью и уложенными назад в единую косу длинными чёрными волосами. Из одежды на нём присутствовала лишь жилетка, сделанная из дорогого лисьего меха. Взгляд надменный и грозный.

Увидев ожидавших гвардейцев, Мажордом, в чьём взгляде читалась глубочайшая тёмная ярость и желание растерзать потревоживших его во время работы негодяев, задал притворным и в то же время вежливым спокойным голосом вопрос, какая же у них была столь важная просьба или весть, чтобы отрывать его от важных дел Кристального замка.
На это ему ответили, что им принесли с дальних границ жеребёнка, таинственным образом найденного среди снежной пустыни в долине среди гор. Они грубо протянули малютку на копытах и продемонстрировал его. Мажордом осмотрел странного мальца, особенно присмотрелся к факту отсутствия шерсти у него. Не больной ли он? Не заразен? А потом прибавил к этому отсутствие у него реакции на неслабый уличный холод, несмотря на лысость тела у того, не считая головы и хвоста. К тому же его озадачил непробудный сон, каким жеребёнок до сих пор продолжал спать.

Хотя в действительности этот жеребёнок мало его интересовал как внешне, так и в принципе. Но вспомнив, что в последние месяцы поток жеребят к Королю Сомбре почти прекратился, и что он очень ценит любых детей, которых ему предоставят, даже больных, Мажордом спросил что они хотят взамен.

Не задумываясь, трое гвардейцев ответили, что очень бы хотелось получить те заветные поощрительные сух. пайки, славящиеся своими вкусными фуражными зёрнами.
Взяв лысого, уродливого мальца в поле собственного телекинеза, единорог в рыжей меховой жилетке пропал в вырвавшемся из-под земли магическом столбе дыма, который бесследно растворился в воздухе так же быстро, как и появился.

Телепортировавшись в холодные складские помещения под замком, соседствовавших с бывшими казармами, ныне переделанными под тюремные камеры, где содержались пленники, Мажордом небрежно бросил спящего жеребёнка на каменный пол, после чего быстро отыскал где-то среди солдатских ящиков стограмовые мешочки с фуражным зерном. Взяв ровно один мешочек, тёмно-бурый жеребец вновь телепортировался ко входу, где его ждали бесившие одним своим существованием гвардейцы. Сказав, что они не заслуживают большего, чем это, Мажордом бросил им под ноги мешочек и прибавил, чтобы они, свиньи, которым только бы лишний раз пожрать, проваливали обратно к постам, пока он их, потревоживших его во время работы, не забрал на внеплановую процедуру встречи с Королём, где он их с удовольствие размажет по стеночке.

Гвардейцы были не на шутку перепуганы словами Мажордома и в спешке похватали свой заработанный подлым способом сыпавшийся дырявый мешочек и ускакали обратно к пропускному пункту на севере столицы. Угрюмо плюнув в их сторону, жеребец в жилетке вновь погрузился в столб дыма и он телепортировался обратно к складам. Он осмотрелся. Жеребёнок всё ещё лежал на полу, абсолютно не двигаясь, точно мёртвый, но тот лишь тихо дышал, о чем свидетельствовала его детская, медленно поднимавшаяся и опускавшаяся, грудная клетка.

Он взял мальца телекинезом и, вновь погрузившись в дым, в мгновение ока оказался в тронном зале. Это был огромный высокий зал со сделанными из светлых голубых кристаллов блестящими полами и стенами, красным ковром по центру через весь зал и огромным кристальным троном в конце с горевшими зелёным пламенем чашами по бокам. На потолке на цепи висел большущий хрустальный канделябр, собранный цепочками из маленьких сверкающих на свету бриллиантов и светящихся белым светом люминесцентных камней. На стенах расположились фиолетово-чёрные вымпелы с символикой захваченной Кристальной Империи.

Мажордом озадаченным взглядом стал искать своего Короля, которого именно в это время по необъяснимым причинам не оказалось в зале. Тогда он сколдовал вокруг себя дымку и вновь телепортировался. Теперь он оказался перед высокими дверями в королевские покои. Возможно, Король Сомбра решил порезвиться с одной из пленниц. Хотя это и происходило очень-очень редко, вследствие его занятости военной планировкой со своими генералами и исследованиями в лаборатории, ставя магические эксперименты, исключать такой вариант тоже было нельзя. Вдобавок единорог только что был в подземелье рядом с тюрьмами, где его Величество обычно издевалось над пленниками, там тоже никого не оказалось, так что вариантов оставалось немного.

По обе стороны стояли двое сиреневых гвардейцев с мечами в ножнах и в чёрной сверкающей броне. Они увидели появившегося перед ними начальника и выпрямились натянутой струной.

— Король у себя? – спросил жеребец в жилетке, удерживая жеребёнка справа телекинезом.

— Никак нет, Сэр Редентис!

— Жаба. – Фыркнул жеребец и телепортировался обратно в подземелье, где он недавно брал фуражное зерно. Он отошёл от складских помещений и направился к стальным решёткам темниц, за которыми лежали закованные в кандалы пленники. Пройдясь вдоль коридоров, Мажордом приблизился к тюрьме. Рабы спали крепким сном в истощении от изнурительных каторжных условий. Как только рог Мажордома на мгновение вспыхнул лилово-зелёным светом, клетка, за которой спали пони, заключённые в утяжелённые кандалы на шеях, открылась.

Жеребец поправил воротник своей жилетки и фыркнул, без церемоний бросив жеребёнка в камеру. Малец с противным звуком ударился о стену с противоположной стороны и мёртвым грузом упал на холодный каменный пол, издав при падении единичный стук маленьким копытцем, чьё эхо разбудило близлежащую раба-кобылку. Жеребёнок должен был уже проснуться, ведь младенцы, как известно, очень чувствительны в своём возрасте и любое малейшее воздействие на них, как физическое, так и моральное, они не в состоянии выдержать, от чего начинают громко плакать. Было бы не удивительно, если бы малец сейчас закричал от боли. Его плач непременно разбудил бы остальных. Но к большому удивлению Сэра Редентиса жеребёнок даже не пискнул. Он должен был зареветь от столь болезненного для его возраста падения. Возможно, он даже получил несколько гематом, но это маленькое лысое дитя никак не отреагировало и продолжило спать.

— До чего же он уродлив. — Проговорил с огромной долей неприязни управленец Кристального замка. Он и так был сыт по горло своими обязанностями, поручениями, казнями и обслуживанием замка, что для него всего-ничего потерянные пять минут были катастрофой. А если он терял это время из-за кого-то, в нашем случае Бесшёрстного жеребёнка, то испытывал к нему такую ненависть и злость, что для того, чтобы выпустить пар он бы просто так кровожадно убил бы виновника прямо на месте. Вот так просто, для него это было привычной, но в то же время приятной мелочью. Он не держал в себе и не сдерживал своё жестокое алчное Я. — Тебе повезло, что ты ещё жеребёнок. Такие, как ты, нужны Королю. Но пока что для его величества тебя здесь не существует. Радуйся жизни. — Его рог загорелся чёрно-зелёным пламенем и дверь в камеру закрылась. — Слышишь, кобыла, отвечаешь за него жизнью. Если с ним что-то случится, твоя голова полетит с плеч. — вокруг жеребца поднялся магический дым, который через мгновение растворился и на месте мажордома уже никого не было.

Исхудалая кобылка взволнованно подползла к жеребёнку и вплотную нагнулась к нему, осматривая его со всех сторон. Как же жесток и низок этот мажордом. Как так можно обращаться с маленькими!? К своему удивлению и успокоению она не нашла признаков синяков или переломов.

— Бедный… что же с тобой будет, малыш? – Исхудалая земная пони ослаблено подползла поближе к мальцу, свернувшись вокруг него калачиком. Она была в состоянии полудрёма, и её валила сильная усталость после очередного каторжного дня. Ей едва удавалось держать себя в сознании, чтобы не свалиться в сон. – Ничего, все мы в одной клетке. Тебя… до завтра не тронут. Обещаю. Чей бы ты ни был, я о тебе позабочусь. Позабочусь… — Её голова стукнулась об пол и она уснула, не сумев продержаться в сознании и минуты.