Я не хочу умирать

Взгляд со стороны одного из допельгангеров Пинки Пай перед исчезновением

Твайлайт Спаркл Пинки Пай Другие пони

Удивительные приключения друзей в ноосфере

Философия, кофе, Дискорд

Честный обман

Кобылка-чейнчлинг встречает жеребца, влюбившегося в аристократку, но вместо того, чтобы просто обмануть его, честно предлагает стать заменой его любимой. Понимая, что заслужить любовь оригинала у него никогда не получится, жеребец соглашается. Сможет ли та, кто привыкла жить обманом, действительно стать той единственной пони, о которой он мечтал? Действие происходит в сеттинге "Мир Солнечной Пони". 9-я часть цикла.

Другие пони ОС - пони

Игры разума

Дружба, магия, войны и капелька гипноза ;)

ОС - пони

Хозяин Зла

Когда тьма окружает вас со всех сторон, противостоять ей можно лишь вместе. Королевства Мирнимира смогли вовремя осознать эту простую истину. Общими усилиями все народы Мирнимира изгнали зло со своих земель, хотя и заплатили за это многими жизнями. Казалось, их благоденствию ничего не грозит.... Но всё меняется. С каждой новой реинкарнацией сущность, известная как Хозяин Зла, становится всё сильнее. И новой войны не избежать... Использованные фэндомы (расширяется): Толкин Джон Р.Р. «Властелин колец», Властелин Колец, Warcraft, Мой маленький пони: Дружба — это магия, Монстры на каникулах (Отель Трансильвания), Undertale.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Человеки Король Сомбра Шайнинг Армор

Первый полёт

Рэйнбоу Дэш, само воплощение скромности, самоотверженно согласилась дать Скуталу несколько уроков полёта. Однако у Твайлайт Спаркл возникли некоторые сомнения…

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Скуталу

Звездной тропой

Когда-нибудь придет время каждому пройти между звезд

Другие пони

Подарок для Принцессы

Самый необычный способ приготовить самый обычный подарок. Ну или наоборот.

Твайлайт Спаркл Дискорд

Мечты сбываются

упоротая проповедь паладина-дискордарианца.

Дискорд Человеки

Хранители Дискорда

Вы думаете, что заточение в камень — это покой и одиночество? Вот и я так думал. Пока Селестия не решила иначе. Она организовала для меня этих «Хранителей», чтобы мне не было так скучно. Честно? Эта идея мне совсем не нравится.

Принцесса Селестия ОС - пони Дискорд

Автор рисунка: Devinian
Глава 3: Рабочая обстановка

Глава 4: Технические трудности

Глава четвёртая: Технические трудности

~~~|*/\*|~~~

— Меня тут немного отвлекли, готово! Где я там остановился?
— «М-м-м... Всё в порядке?»

— Ох, прости. Да, всё прекрасно.
— "Возвращайся в кровать, дурачок. Она захапает себе все простыни, если тебя там не будет."
— «Я ничего подобного не сделаю.»

— Скоро буду. Я просто хочу закончить эту часть. Но говорить всё же буду потише.
— "Оки-Доки. Ночки."
— «Спокойной ночи.»

— Знаете...

— Учитывая все обстоятельства, мне весьма повезло, что у меня есть эти девочки. Конечно, они иногда ссорятся и борются за меня, но...

— Ну да ладно.

— Ух... Мы с Ритой встретились в баре... я попёрся с ней через пустыню.

Итак, после занявшего почти весь день перехода по Пустоши мы забрались в ту пещеру, чтобы немного поспать. С первого взгляда можно было сказать, что незадолго до нашего прихода в ней кого-то замочили. Внутри не было тел, и я до сих пор не знаю, что там произошло, но у Рита явно нервишки подскочили от такого зрелища. К тому моменту я был уже столь прискорбно трезв, что не смог игнорировать эту пернатую, расхаживавшую по пещере взад-вперёд, поэтому развёл костёр и попробовал завязать разговор. Беседа не заладилась, и, сдаётся мне, меня даже пару раз обругали...

Тем не менее, это вроде как помогло: она постепенно успокоилась, подошла ко мне и села рядом. А затем начала расспрашивать о моём детстве, Министерских Кобылах, и куче всякого другого дерьма, на которое у меня не было особого желания отвечать.

Последним, что она спросила до того, как я вытащил свою фляжку виски, было:

— Откуда у тебя все эти шрамы?

Я лаконично ответил:

— Подстрелили.

— Да уж, — сказала она, — паршивенько.

Я кивнул и глотнул из фляжки, а затем она спросила:

— Не хочешь потрахаться?

Я аж поперхнулся вискарём в костёр, отчего пламя взметнулось под свод пещеры. Я попросил её повторить.

Она посмотрела мне в глаза и сказала:

— Мне скучно, денёк вышел тяжёлый, и у меня нет даже колоды карт. У тебя есть идеи получше?

Нет, у меня их не было.

Так что мы особо и не поспали. Спустя пару часов двинулись снова и остановились только у развалин городка. Там мы засели на высоком уступе и оттуда изучали местность. Лично для меня это было охренительно удобно: можно было изучить планировку города и выяснить численность рейдеров. Точно не помню, вроде в первый раз я насчитал десятка полтора-два рейдеров, но внутри зданий их должно было быть больше. До темноты в запасе оставалось несколько часов, и я намеревался подождать. Но у Риты было другое мнение.

Она посмотрела на меня и сказала что-то вроде:

— Чего ждём?

— Мне лучше работается под покровом ночи, — пришлось объяснить мне. — Больше мест, в которых можно прятаться. Легче заставить их паниковать и совершать глупые ошибки.

Она вздохнула и надулась, но я не собирался лезть туда до тех пор, пока обстановка не будет играть мне на копыто.

Поэтому на утёсе мы проторчали до захода солнца. К этому времени я уже выяснил схему движения патрулей и их маршруты, а счётчик рейдеров дошёл примерно до двадцати пяти. Для меня этого было вполне достаточно.

— Не попадайся им на глаза, — сказал я, поднимаясь. — У некоторых из них есть винтовки. Я свистну тебе, когда зачищу местность.

Она покачала головой и принялась рыться в своём жилете и выудила из карманов маленькую серебристую лазерную указку.

— Когда закончишь, поднимись на крышу и посвети этим, — приказала она. Или как-то по-другому?.. Не суть.

Я кивнул и двинулся к городу, но не успел сделать и пары шагов, как она позвала меня снова. Рита дала мне небольшой синий ингалятор и сказала, что он может дать мне преимущество в нужный момент. Ингаляторы с дэшем мне было видеть не впервой, но до этого я никогда с ними не заморачивался. Но из-за некислого численного перевеса со стороны рейдеров я подумал, что хуже от него не будет.

А ещё она добавила:

— Наверное, тебе нужно постараться сделать всё тихо.

Я ухмыльнулся, но ничего не сказал.

И с этим неуместным напутствием двинулся к городу. Самым высоким зданием в нём была четырёхэтажная полуразрушенная гостиница. Прохлаждаясь на уступе, я заметил по крайней мере одного снайпера на последнем этаже. Рейдеры всё время патрулировали одними и теми же маршрутами, поэтому попасть в гостиницу, прокравшись по улицам города, было плёвым делом. Я прополз по руинам рухнувшей половины здания и оказался в спальне на втором этаже.

Дверь не была похожа на заколоченную. Подойдя поближе, я увидел сочащийся из коридора свет, и услышал голоса с той стороны двери. Три голоса, как мне показалось. Я не знал точно, где они сидели или стояли, и находились ли они в укрытии, поэтому я начал прокручивать сценарии. Сотни вероятностей, зависящих от того, где они находились, или от наличия там четвёртого или даже пятого пони, не раскрывавших рта. В соседних комнатах могло находиться ещё несколько рейдеров. Под эти раздумья я вёл обратный отсчёт по ударам сердца, готовясь к дальнейшей схватке.

Затем вломился в коридор и приступил прямо к делу.

Рейдеров было четверо, и они явно не ожидали гостей. Бандиты рухнули на пол как подкошенные, не издав ни единого звука. Каждый труп был потенциальной приманкой, поэтому я очень осторожно поместил под два тела противопехотные мины. С крышками у меня тогда был напряг, а потому на ловушку под каждый из трупов у меня взрывчатки не хватило. По пути на верхний этаж я наткнулся на ещё двоих, которых прикончил ножом: пули мне понадобятся чуть позже. Впрочем, так было даже лучше: я добрался до последнего этажа, не поднимая тревоги.

Их снайпер тоже ничего не подозревала.

Я вытолкнул её из окна, и она с воплями полетела вниз. Её голова ударилась о мостовую первой; ну и месиво же вышло. Шестеро рейдеров оторвались от патрулирования и стремглав понеслись к гостинице, но пока что пребывали в замешательстве и не понимали, что случилось. Я видел, как приближается ещё несколько рейдеров. И пока они стояли около гостиницы и разглядывали её, я выдернул чеки из трёх гранат и бросил их в толпу.

Занявшие этот город бандиты были не в восторге от взрыва. Те, кто выжил, принялись орать, требуя подмоги, и весь город пришел в движение. Факелы, фонари, подсветка... целое световое шоу, и всё это ради меня одного. Большая их часть мельтешила на уровне улиц, стараясь не высовывать носа из укрытий и крыть меня матом оттуда. Одного из них посетила светлая мысль, что в здание можно попасть через двери. Спустя минуту десяток врагов по одному проник в гостиницу. Сквозь стены я слышал, как они выкрикивают имена тех, кого я уже, скорее всего, успел устранить.

Когда мины наконец-то взорвались, я прыгнул в дыру в полуобвалившемся полу третьего этажа и приземлился на лежащий этажом ниже прогнивший матрас, в который и метил. Мой план был таков: обойти их с фланга, пока они этаж за этажом обшаривают здание, и ещё я прихватил винтовку, просто для того, чтобы они не смогли использовать её против меня.

Однако до того как я сумел вернуться в здание, появился что-то вынюхивающий патруль из четверых рейдеров, и я понял, что если поползу по завалу, то они меня увидят. Пришлось вжаться в руины и вынырнуть когда они уже прошли. Рейдеры тупо шли цепью, поэтому, когда я перерезал глотки двоим замыкающим и просто оставил их валяться в пыли, оставшаяся пара этого даже и не заметила. Но прямо в тот самый момент, когда я уже намеревался прирезать идущего вторым рейдера, он обернулся и, увидев меня, выпучил глаза и сделал удивлённую рожу. Я рассёк ему горло ножом, но он всё же успел что-то проорать.

Шедший во главе отряда пони обернулся и обрушил на меня шквал свинца из пистолета-пулемёта. К счастью, он использовал не бронебойные патроны, иначе они могли бы прошить его приятеля насквозь и поразить меня. И пока он как дебил поливал меня свинцом и орал, я метнул в него свой нож, который вонзился ему промеж глаз. Рейдер упал, а я бросил его приятеля и установил несколько мин. Оставшаяся часть ночи была простым повторением одного и того же сценария. Убить пару рейдеров, немного пошуметь, дождаться, пока кто-нибудь ещё не придёт узнать, что произошло. Выманивать рейдеров из гостиницы в раз за разом было проще некуда. С тем же успехом они могли засунуть себе в рот свои пушки и подождать, пока я не спущу курки.

Но вот у самого последнего из них хватило здравого смысла, чтобы засесть в каком-нибудь месте, и им оказалась цель Риты – ресторан. Вход туда имелся лишь один, и он за ним следил. Когда я попытался магией открыть дверь, рейдер изрешетил её пулями. Забросил внутрь гранату – ублюдок выкинул её обратно своей собственной левитацией. Я точно знал, где он находится, но у меня просто не было никакой возможности добраться до него, не словив при этом пулю.

И именно тогда я вспомнил об ингаляторе, который дала мне Рита. Я уже не раз и не два сражался с пони под дэшем, и они были единственными, чья скорость реакции почти что равнялась моей. Многие часы, проведённые в поисках рейдерских логов, и общество других наёмников дали мне знания о том, как использовать наркотики.

Я закусил загубник, нажал на ёмкость с препаратом, и глубоко вдохнул.

Оглядываясь назад, я могу с уверенностью сказать, что именно в тот момент доза дэша стала частью моей тактики. Я чувствовал себя немного по-другому, и окружающий мир звучал странно и затянуто, но в остальном же я не врубился, что в нём было такого особенного. Затем я попробовал подвигаться. И вот это не было похоже ни на что из того, что я когда-либо испытывал прежде. Было ощущение, будто я замедлился, но когда я позволил ингалятору с дэшем упасть, то осознал, что могу провести копытом вокруг него и успеть поймать до падения на землю. Шансы вновь были в мою пользу.

Две пули, свистнувшие рядом со мной, как только я ворвался в ресторан, ударились в стену позади меня. Конечно, увернуться от пули мне по-прежнему было не по силам, чтобы уворачиваться от пуль, но с бурлившим в моей крови дэшем, я, несомненно, был достаточно быстр, чтобы уйти с линии огня ещё до того, как рейдер нажмёт на курок. Это, разумеется, его не остановило, и этот жалкий подонок опустошил весь магазин, просто пытаясь взять меня на прицел. Но в тот миг, когда боёк клацнул вхолостую, я уже стоял вплотную нему, дышал ему в лицо, и наблюдал, как по его лбу катятся капельки пота, в то время как мой нож погружался в его горло.

Всё было кончено. Я поднялся на крышу и помигал лазерной указкой. Рита приземлилась на крышу и направилась внутрь, даже не остановившись, чтобы сначала осмотреть меня. Когда я вошёл следом, чтобы узнать, чего, собственно, ей тут понадобилось, она уже разносила ресторан в щепки и разбрасывала повсюду обрывки бумаги. При этом она бормотала что-то о сокровище, и о том, что его сожгли или использовали в качестве туалетной бумаги. Меня посетило смутное воспоминание о том, как между приступов смеха кто-то что-то говорил о стенных сейфах, и после этого она принялась отдирать ещё и то, что было на стенах. И самым последним, что Рита уничтожила, была книжная полка. Как сильно она по ней ни била, та не шевелилась, так что она принялась сбрасывать всё с полок. Хуже шума я в жизни не слыхал, и прекратился он лишь тогда, когда она нашла встроенную в какой-то из предметов кнопку.

Похоже, чтобы рейдеры не знали об этой кнопке, поскольку проход за книжным шкафом не был украшен запёкшейся кровью и костями. Я сказал ей пропустить меня вперёд, просто безопасности ради. Проход вёл во что-то типа находящейся под рестораном потайной комнаты, доверху заполненной комиксами. Помимо этого, внутри обнаружился плоский макет той голубой дуры с радужной гривой, и я подумал, что именно она была главным героем этих комиксов. К этому моменту Рита уже начала брызгать слюной, и я активно пытался игнорировать всё, что она выкрикивала, но суть этих воплей заключалась в том, что эти комиксы были посвящены одной из Министерских Кобыл, и она обирается помереть от счастья или чего-то столь же глупого.

Я спросил у неё, где находится настоящее сокровище, и она посмотрела на меня как на гарцующего брамина.

— Это и есть сокровище! — взвизгнула она.

— Это просто комиксы, — после такого замечания Рита принялась брызгать слюной, выкрикивать гневные тирады и бессвязно нести какую-то дичь, сводишуюся к «Рейнбоу Дэш – самая классная и так меня возбуждает». Наверное, это было здорово.

В комнате лежали охрененно большие стопки каждого выпуска, но она взяла лишь по одному журналу из каждой. Я заметил, что если она прошла весь этот путь досюда ради них, то с тем же успехом может взять и по два экземпляра. Ей понравилась эта идея, и она слегка клюнула меня в щёку. Перед уходом она попросила меня запечатать эту комнату и сжечь ресторан.

Я спросил зачем, и она сказала:

— Не хочу, чтобы кто-нибудь ещё нашел их. Они не оценят Рейнбоу Дэш столь же высоко, как я.

— Да как скажешь, — отозвался я.

Было очевидно, что эта девочка не совсем в здравом уме. Тем не менее, работа есть работа. Я спросил её об оплате, и она сказала, что я могу оставить себе три четверти всего найденного мной. Некоторые из рейдеров таскали с собой весьма недурное дерьмо, так что жалобы по этому поводу были бы необоснованными. Мы направились обратно в пустыню, позади нас горел ресторан, а к моей спине была привязана картонная фигура Министерской Кобылы.

~~~|*/\*|~~~

|[o’o ]|[o8- ]|[( ) ]|

Танк Пахариты нёсся по пересечённой местности, и Дабл Тэп уже в восьмой раз с того момента, как забрался в боевое отделение, ударился головой о крышку люка. Из-за очень смутного ощущения обстановки он знал только то, что они находятся к юго-западу от Марипони. Двухсотлетний образец технологий военного времени, который маленькая грифина восстановила в Старом Олнее, к большому облегчению Тэпа, выдержал поездку вокруг Прекрасной Долины. Как только Пахарита убедилась, что территория адских гончих осталась позади, она сделала остановку на несколько часов, чтобы повозиться в двигателе. Ради безопасного и своевременного возвращения домой Тэп на время поездки неохотно согласился отложить трах Риты, но его решимость была на исходе.

— От же ж... — гулкий, металлический звук эхом прокатился по танку, и маленькая грифина, сильно наклонившись вперёд, задрала к потолку свой зад и потянулась лапой к чему-то под монитором.

Единорог нахмурил брови, пытаясь держать себя в копытах.

— Нет, — объявил он, пробираясь сквозь внутренности танка. — Прости, не могу ждать.

Член Тэпа уже торчал, словно флагшток, когда она возмущенно оглянулась на него со смесью удивления и возбуждения. Пару раз вздрогнув, он уцепился передними копытами за основания её крыльев. Продолжая смотреть ей в глаза, он коснулся головкой члена её щелки, ощущая её возбуждение.

— П-погоди, — дрожа, проклекотала грифина, — ты же говорил...

— Я много чего говорил, — он слегка поднажал, ощущая, как рассыпается её решимость, а сама она расслабляется. Её крылья моментально распахнулись.

Пахарита резко втянула клювом воздух.

— Идея совсем-совсем не очень.

— Что-то не слышу решительного “нет”, — поддразнил жеребец.

— Мне нужно следить за дорогой! — прохныкала она, всё же покачивая бедрами.

Тэп ухмыльнулся.

— А про твои глаза никто ничего не говорил, — он вновь двинулся вперед, медленно раздвигая грифину. Она беззвучно проворковала и сжала когти. — Просто постой здесь, и... — они едва не полетели на пол, когда танк содрогнулся от взрыва. — Какого хуя?!

В течение доли секунды Рита, казалось, колебалась: продолжить начатое или занять боевой пост. Она нацепил обиженное выражение лица, вздохнула и встряхнулась, а затем начала постукивать по-своему ПипБаку. Тэп рассматривал мониторы, пока не заметил тот, на который подавалась картинка со внешней камеры. Солнце уже давным-давно взошло, и его тусклый полуденный свет освещал пустынный пейзаж, усеянный выгоревшими домами и редкими болезненного вида деревьями. Поворочавшись несколько секунд, установленный на башне пулемёт нацелился на цепь из пяти угрюмых на вид пони. По меньшей мере, один из них носил замысловатый наряд из ремней и куска покрышки.

Уголки рта Риты сползли в мрачную гримасу.

— Ох ты ж, смотри, — пробубнила она, — твои любимчики явились испортить настроение.

— Ну так пристрели их, — фыркнул Тэп.

Ствола дистанционно управляемого пулемета разразился грохотом и выплюнул поток свинца, прошивая насквозь одного из рейдеров сквозь бетонную перегородку, за которой тот скрылся. Изображение на мониторе смазалось, когда Рита повернула орудие в сторону другого противника: кобылы с изношенной на вид ракетной установкой на боевом седле. Ракета устремилась к камере в тот же момент, когда Рита изрешетила рейдершу из пулемёта. Изображение вспыхнуло и на несколько секунд сменилось статическим шумом.

— Сходи прикончи их, — простонала Рита, пощипывая бровь. — Пожалуйста.

Эрекция сходила на нет, и сердитый Тэп вновь пробрался сквозь содрогающиеся внутренности танка к лестнице и поднялся по ней до крышки люка в башне. И когда он уже хотел было высунуться из него, сверху послышался цокот копыт по металлу. Тут и думать было нечего: сверху засада.

— Рита, они на крыше.

Ответ исказило эхо внутри танка:

— У меня есть кое-что как раз на такой случай! Погоди-ка… Вот!

Послышалась быстрая череда приглушенных бронированным корпусом хлопков. Вслед за ней раздался гораздо более неприятный для ушей град металлического лязга. Звон карабкающихся по броне копыт резко оборвался глухим звуком удара.

— Вот теперь можно!

Вынув из кобур оба пистолета, он открыл замок, приподнял люк и окинул взглядом доступную его взору узкую полоску окружающего мира. Тяжелый пулемёт превратился в искорёженную груду тлеющего металлолома. Около люка лежал изрешечённый осколками пони, а тонкая струйка крови от его тела стекала в башню. Корпус боевой машины был испещрён следами от ударов, но ни один из них не пробил его насквозь. Тэп предположил, что как раз на такой случай танк был снабжен чем-то роде системы противопехотной обороны. Откинув заскрипевший люк, он, изучая окрестности, выбрался под тусклый дневной свет.

Внимание Тэпа привлекли проблески света; к нему, кувыркаясь в воздухе, летела бутылка с воткнутой в горлышко горящей тряпкой. Тэп потянулся к ней своей магией и поймал в поле левитации. Но прежде чем он смог бросить её обратно, в бутылку попала пуля, разбив вдребезги, и её содержимое мгновенно превратилось в огненный шар. Чтобы не сгореть в бушующем пламени, Тэп метнулся назад к люку и, прежде чем внутрь танка смогли попасть капли пылающей жидкости, захлопнул его за собой. Сидевшая внутри Пахарита что-то ему прокричала, но к этому моменту желания устроить кровавую баню у него заметно прибавилось. Взглянув влево, он обнаружил того, кто бросил бутылку. Им оказался единорог, облачённый в своего рода пожарный костюм с противогазом на морде, который готовил следующую бутылку коктейля Молотова. Кем были оставшиеся двое, пока оставалось неизвестно.

Но прежде чем Тэп смог поднять свои пистолеты, танк под ним качнулся, и его гусеницы начали медленно перемалывать груду раздроблённого бетона. Единорог в противогазе метнул ещё одну бутылку с зажигательной смесью, при этом успев поднять свой пистолет-пулемёт. Мимо Тэпа просвистело несколько пуль, чиркнув по металлическому корпусу танка, и он соскользнул вниз по правому боку башни. За выстрелами последовал звон разбитого стекла и рёв пламени.

Находясь в укрытии, он оценил ситуацию по-новому.

Исходя из имеющихся признаков жизни можно было предположить, что окружающая местность некогда была пригородом, превратившимся в небольшое поселение. Но, похоже, недавно всё изменилось. Большинство домов превратились в обуглившиеся деревянные остовы, от некоторых ещё поднимался дымок. Глаза Тэпа округлились, когда он заметил несколько почерневших трупов, свисающих с уличных фонарей. От этого зрелища в его жилах вскипела кровь.

Он спрыгнул с брони танка, когда тот проезжал мимо опрокинутой набок грузовой повозки и, притаившись за ней, стал внимательно прислушиваться. Отчётливый стук копыт выделялся на фоне громкого рычания танка; кто-то осторожным шагом миновал его укрытие. Тэп выглянул из-за него и увидел не догадывающегося о его присутствии рейдера, который уже швырнул в корму танка третью бутылку с зажигательной смесью и подготавливал следующую.

Когда очередная бутылка проплыла по воздуху в позицию для броска, Тэп покинул своё укрытие и подкрался к пони в противогазе со спины. Бутылка дёрнулась, но Тэп удержал её на месте своим телекинезом. В этот же самый момент под передними копытами рейдера вскипела магия Тэпа, вынуждая бандита с удивлённым вскриком подняться на дыбы. Тэп скользнул ножом между бедер пони, вонзил его в живот рейдера и потянул в сторону ребер. Сдавленный крик бандита смешался со влажным звуком брызжущей на бетон крови и вываливающихся внутренностей. Тэп обошёл противника и лягнул его в грудь с такой силой, что тот повалился на спину.

Из-под противогаза донеслись приглушённые мольбы о пощаде. Сквозь окуляры маски можно было увидеть его глаза. Дабл Тэп взглянул в них и пролевитировал бутылку с зажигательной смесью к зияющей в животе пони ране.

— Иди на хуй, — выплюнул он, впихивая в разрез бутылку.

Он отошел назад, навёл на коктейль Молотова одну из Комедий, и ухмыльнулся, когда после нажатия на курок она взорвалась огненным шаром. Пони сдавленно завопил, несколько секунд корчась в муках, а затем замер.

Удовлетворившись зрелищем, Тэп поднял голову и бросил взгляд на танк, который не успел уехать слишком далеко и продолжал гореть в трёх разных местах. Казалось, что густой, чёрный дым валит ещё и из самой машины. Не медля ни секунды, он галопом поскакал к ней и заскочил обратно на башню.

— Рита, это я! — прокричал он в люк. — Я спускаюсь! Смотри не пристрели меня!

На левой стороне люка собралась огненная лужа и медленно растекалась по всей площади крышки. Тэп глубоко вдохнул, сжимая свою магию в одну точку, а затем резко высвободил её. Сильный порыв ветра прижал пламя к корпусу, а затем полностью его погасил. Ветер сумел сдуть с башни прожаренный до хрустящей корочки труп рейдера, уничтоженного системой противопехотной защиты. Тэп открыл люк – клубящийся столб дыма взметнулся из танка ему навстречу. Где-то внутри надрывно кашляла Пахарита.

— Да что творится с этой ёбаной херовиной?!

— Они попали в радиатор! Или воздухозаборник, или куда-то ещё! — сумела проклекотать грифина. И между приступами кашля добавила: — Тут отовсюду дым валит!

Тэп подавил собственный кашель, прикрыв рот копытом.

— Ну на хрен! Ты задохнёшься, если вылезешь оттуда!

— Не-е-е-ет! Я не брошу эту великолепную машину! Она слишком ценная!

— Да что б тебя, Рита...

Единорог отстранился от люка, вдыхая столько свежего воздуха, сколько мог. Надув щёки и вглядываясь в дым прищуренными глазами, он полез в танк. Рита была точно там же, где он её и оставил. Он обхватил её передними ногами и, натужно взревев, потащил прочь от элементов управления, в то время как она металась и извивалась в попытках освободиться. Грохотание гусениц совсем затихло, когда замедляющийся танк окончательно остановился.

— Да ладно! Подумай обо всех этих крышечках! Кры-ы-ышечках! — она вцепилась когтями в его бабки, от чего Тэп заскрипел зубами. — Пусти меня!

Левитация вытолкнула взъерошенную грифину наружу через люк. Она тут же расправила крылья и, слегка взлетев, попыталась спикировать обратно. В момент, когда она пролетала прямо над ним, Тэп резко подпрыгнул и ударил её головой в живот. После того, как он выбил из её лёгких воздух, Пахарита отклонилась от курса и рухнула в пожухлый куст. Единорог скатился с края башни и, лёжа на спине, перевёл дыхание. Он оглядел саднящие отметины от когтей на своих лапах, по которым к запястьям текли несколько струек крови. Неподалёку от него, кашляя и стеная, лежала свернувшаяся клубком Рита.

— Какая же ты, блядь, перьеголовая, — наконец-то прорычал он. — Просто управляй этой хренью дистанционно, как раньше!

— Я попыталась сделать это, когда танк начал наполняться дымом! Они, должно быть, закоротили антенны огнём, или ракетой, или... — она умолкла и, прикрыв когтями лицо, застонала. — Что же мне делать? Я не могу его здесь оставить!

Дабл Тэп оглянулся на громадную машину, из открытого люка которой по-прежнему валил дым.

— Это же танк. Куда он денется? Можем вернуться за ним, как только разберёмся с ЛитлПип.

Всхлипывающая Пахарита повернулась к нему и едва заметно кивнула.

— Ладно, — пробормотала она, медленно перекатываясь на лапы.

|[BAR]|[o’o ]|[ 7 ]|

В течение последних нескольких часов Дабл Тэп испытывал жуткое и навязчивое ощущение того, что кто-то – или что-то – его преследует. Каждый раз, когда он просил Пахариту проверить это, её ПипБак не показывал ни одной живой души поблизости, и грифина вместо обычной игривой язвительности начинала раздражаться. Тэп нервно изучал пронзённый арматурой горизонт Мэйнхэттена, в то время как его спутница у него за спиной возилась с замком. Наконец раздался мрачный скрип двери, а за ним послышался тихий, довольный клёкот грифины. Опасаясь оборачиваться, Тэп прижал круп по стене и шёл боком до тех пор, пока не попал в дверной проём и попятился внутрь комнаты..

— От же ж, да ты и в правду сейчас на взводе из-за своей Госпожи Удачи, а? — ухмыльнулась Рита, когда по-прежнему идущий задом наперёд Тэп встретился с ней взглядом. — Чего? Неужели я тебе неправильно подмигнула, или ещё что?

— Это не она. Это что-то другое.

— Ты что, придумал ещё одного воображаемого друга? — спросила Рита, сжав когти, и подпёрла ими клюв.— О-хо-хонюшки, неужели это означает, что теперь ты станешь вдвое безумней, чем сейчас? — её голос сочился фальшивым беспокойством.

— Какая же ты дура, — Тэп обернул своей магией дверь и захлопнул её. — Это серьёзно. С тех пор, как мы бросили танк, за нами что-то идёт.

Отойдя от него, Рита принялась рыться в разбитой витрине магазина. Судя по рядам здесь мягко светящихся терминалам и компьютерных комплектующих, взломанная дверь вела в магазин электроники.

— Ладно, — пробормотала она, вынимая металлический цилиндр со свисающим с него проводом. — И чем оно отличается от того, что ты обычно видишь? Это же просто лица и улыбки, ведь так?

— Нет... И катись ты на хуй, она реальна, но... Когда я вижу её, это после... поле... — Тэп издал стон и приложил переднее копыто к виску, пытаясь вспомнить вертящееся на языке слово.

— Послеобраз? — предложила грифина.

— Остаток картинки.

Губы Риты возле клюва искривились в самодовольной ухмылке.

— Пос-ле-об-раз.

— Да пофигу. Она не прячется от меня, она просто... не там. А это «что-то» меня упорно избегает, — взглянув через плечо на дверь, Тэп успокоился, обнаружив, что она по-прежнему заперта. — Я оборачиваюсь и мельком её замечаю. Госпожа Удача как раз-таки пытается привлечь моё внимание. А эта штука не хочет, чтобы я знал о её присутствии.

— Жуть-то какая, — Пахарита, вернувшись к копанию в мусоре, засунула в свои карманы зелёные пластиковые прямоугольники. — Как по-твоему, чего этой штуке надо?

— Чем бы оно ни было, сомневаюсь, что наши автографы.

В комнате повисла тишина: Рита занялась мигающим терминалом, сделав такое выражение лица, будто она его вскрывает ломом. Дабл Тэп взволнованно курсировал из угла в угол и время от времени вставал на дыбы и вытягивал шею, пытаясь мельком увидеть что происходит по ту сторону двери сквозь заколоченное окно. От громкого треска единорог подпрыгнул и развернулся, выватив оба пистолета. Рита глядела на него, подняв бровь, и собирала с пола кусочки разломанной электроники. Она сбросила со стола монитор, чтобы разломать его корпус.

— Да что мы вообще забыли в этой дыре? Я хочу домой. Устал, хочется жрать, и от меня несёт.

Грифина пренебрежительно помахала когтистой лапой.

— Ох, хватит жаловаться. Воняет от тебя всегда, — после этих слов взгляд Тэпа из пристального стал свирепым. Она хихикнула и вновь занялась обыском. — Я ищу детали для починки системы антенн танка. Кажется, я уже нашла большую часть необходимых вещей, но я возьму из этого магазинчика ещё немного всякой всячины, чтобы уж наверняка.

Тэп фыркнул и снова повернулся к окну.

— Так мы здесь ещё долго будем торчать?

— Не-не-не, уже всё! — Рита улыбнулась Тэпу, пару раз хлопнула крыльями и полетела в его сторону. Он продолжал смотреть на неё сверху вниз. Грифина взялась когтями за ручку двери и добавила: — Я тоже проголодалась. Пойдём уже отсюда.

Кивнув, он встал на дыбы, чтобы в очередной раз выглянуть наружу и убедиться, что там никого нет.

И в ответ на него уставился один-единственный бледно-голубой глаз с большим зрачком. Время, как показалось Тэпу, замерло; прошла целая вечность. В эту показавшуюся бесконечной паузу он превратился в неподвижную статую. Взгляд единорога приковали к себе глаз и его обладательница, которая, так же как и он, застыла во времени. Со стороны Риты донёсся какой-то звук. Возможно, это был вопрос или возглас, но Тэп не мог сказать наверняка. Её голос будто высвободил повисшее напряжение, и голубой глаз по ту сторону заколоченного окна моргнул.

Всё полетело к чертям.

Из Пахариты вырвался сухой клекот, когда Тэп, бросившись в сторону, отшвырнул её от окна. Едва его хвост скрылся за подоконником, как доски на окне проломились вовнутрь, измельчённые длинными и острыми когтями. Но ещё до того, как не только он, но и грифина под ним коснулись земли, Тэп уже держал обладателя глаза на прицеле, поочерёдно нажимая на курки. Лапа отдёрнулась, когда град пуль превратил остатки подоконника в щепки. Коснувшись пола, единорог с грифиной немного по нему проскользили. Он чувствовал, как в судорожно вздымающейся и опускающейся груди Риты колотится сердце.

Без предупреждения Тэп сосредоточил свою магию на себе самом, накапливая достаточное давление для толчка. Упёршись копытами в пол, он высвободил энергию, и вместе со спутницей полетел к дальней стене комнаты. К моменту их остановки Проникновенный уже был заряжен и готов к стрельбе.

— Стелс-бак, — прошептал он. Дрожащая Рита лишь слегка заскулила в ответ. — Когда я поднимусь, врубаешь свой блядский стелс-бак и ищешь, где спрятаться, поняла? — Рита вновь заскулила, и он почувствовал, как она кивнула. — Хорошо. Готова? — обхватив его когтистыми лапами, и крепко сжав, она покачала головой. — У тебя получится. Оно пришло не за тобой, а за мной. А теперь, на счёт три... Раз... два...

Из-под пола донёсся звук крошащегося бетона. Рита уже отпустила его, чтобы вытащить стелс-бак. Слово «три» так и не сорвалось с его губ — вместо этого его магия сгустилась под ними, впитывая всю доступную ему силу, и через удар сердца он запустил самого себя в потолок. Ударившись о него всеми четырьмя копытами, он оттолкнулся, и извернулся, устремившись обратно к земле. К его облегчению, толчок отбросил Риту в другой конец комнаты. Место, где они лежали, провалилось в свежую воронку, в центре которой находились бритвенно-острые когти. Он мельком заметил собачью морду, рычащую на него из тьмы провала.

Тэп нажал на курок Проникновенного, и гулкий треск выстрела расколол воздух. Анти-мех пистолет, как обычно, вылетел из его магического захвата, отскочил от потолка и пропал из виду. Взявшись за Комедии, он принялся поливать свинцом воронку, пока гравитация тянула его обратно к полу. Пара опустевших магазинов и ливень стреляных гильз достигли пола одновременно с ним. Он отступил от воронки; Риты нигде не было видно.

Перезаряжая пистолеты, он задался вопросом: а достиг ли намеченной цели хотя бы один его выстрел? Тэп не уловил никакого визга, как не слышал и сопровождающих копание звуков. Сердце бешено колотилось, а воздух, наоборот, вновь застыл. На всякий случай он швырнул в яму одну из оставшихся гранат. Приглушенный взрыв встряхнул магазин, после чего наступила абсолютная тишина. Тэп выжидал, настороженно прислушиваясь. Пронзительный, похожий на разряд тока звук заставил его подпрыгнуть. Над его головой на креплении для светильника клубком свернулась Пахарита.

— Уже безопасно? — прошептала она пару минут спустя.

Тэп опустил свои пистолеты.

— Это ты мне скажи.

— Эм... — Рита занялась своим ПипБаком. — Согласно ЛУМу, поблизости никого нет... Но ты... ну ты знаешь.

— Что я? — сделав несколько шагов в сторону ямы, он попытался заглянуть в неё, не подходя к краю близко.

«Ни единого пятнышка крови», — задумчиво констатировал он.

Грифина нахмурилась, постукивая себя по виску.

— А ты это чувствуешь или что-то типа того? Оно всё ещё поблизости?

— Нет, у меня такое чувство, что она свалила.

— Она?

— Прошлой ночью она была в Старом Олнее... — поколебавшись секунду, Дабл Тэп засунул свои пистолеты в кобуры. — Никогда бы раньше не подумал, что адская гончая будет выслеживать кого-либо настолько далеко от границ их территории.

Спланировав на пол, Пахарита встала сбоку от Тэпа, практически вжавшись в него. Тэп, посмеиваясь про себя, взглянул в недавно открытое окно и повёл её к выходу из магазина. Слева от двери он заметил Проникновенного и подхватил его своей левитацией. Выхватив анти-мех пистолет дрожащими когтями прямо из воздуха, Рита принялась внимательно его изучать.

— Но как бы то ни было, давай сматываться на хрен отсюда. Я больше не хочу здесь околачиваться и рисковать, вдруг к этой суке вернётся её решимость.

Рита приклеилась к нему, словно тень, и они осторожно вышли из магазина в приглушённое зарево заката.

|[ /_\ ]|[ 7 ]|[ 7 ]|

«Здесь налево...»

Дабл Тэп был достаточно хорошо знаком с руинами Мэйнхэттена, чтобы даже ночью ориентироваться в них без помощи Риты. Ради того, чтобы стряхнуть с хвоста преследующую их гончую, единорог уговорил Риту разделиться, впрочем уговаривать долго её не пришлось. Грифина взмыла в небеса, ну а Тэпу оставалось прилагать все силы, чтобы максимально затруднить любые попытки последовать за ним. Он занимался этим где-то с час, однако, несмотря на то, что он время от времени подстегивал свои силы порцией дэша, усталость давала о себе знать.

Тяжело дыша, Тэп нёсся по захламлённому переулку, не сводя глаз со ржавой пожарной лестницы в его конце. Древний металл скрипел под его весом, пока он медленно поднимался на крышу почти нетронутого временем жилого дома. Отсюда можно было оглядеть город на несколько кварталов вокруг. Вдалеке вырисовывались неясные контуры башни Тенпони.

На краткий миг взор Тэпа затуманился, как будто закружилась голова, и из-за этого он потерял ориентацию в пространстве. Помотав головой, он поднес к губам ингалятор с дэшем, делая неглубокий вдох. Зрение восстановилось, мир замедлился до едва заметного шевеления, очертания предметов вновь стали ясными, а звуки больше не звучали как из-под толщи воды. Опустив ингалятор в сумку и повертев головой, он потянул ноги и спину, смакуя опасный гребень амфетаминовой волны, вливавшейся в каждую клеточку его тела. Вскоре скорость окружающего мира вернулась к норме, оставив после себя ощущение поразительных контрастов.

Тэп сделал несколько прыжков на месте, а затем галопом понёсся прямо к краю крыши. Оставив ее позади, он перепрыгнул через переулок, и продолжил скакать во весь опор, лишь только копыта его коснулись кровли соседнего дома. У следующего здания не было крыши, и сквозь недостающие куски стены зияли уцелевшие участки третьего этажа. Нацелившись на полуразрушенную постройку, Тэп бросил себя вперёд, напрягшись в ожидании удара. Копыта единорога ударились о выщербленный бетон, и его передние ноги пронзила лёгкая боль. Инерция увлекла его за собой. Прижав к телу голову и задние ноги, он съёжился настолько сильно насколько смог, а затем синхронно выбросил задние конечности, ударив ими в пол, и запустил себя вперёд, вытянув вперёд передние ноги.

За тем, что осталось от стены, лежало высокое, чуть менее разрушенное здание. Он подпрыгнул так высоко, как только смог, и, оттолкнувшись задними ногами от стены, взвился ещё на пару шагов выше. Его передние копыта уцепились за разбитый конёк крыши, и Тэп подтянулся. Большинство окон были выбиты ещё столетия назад, и поэтому ничто не мешало Тэпу скакать дальше. Внутри были клетушки, перевёрнутые столы и потрескавшиеся экраны терминалов.
«А теперь направо...»

Неподалёку что-то шипело и рычало, но он не обращал внимания и бежал, петляя по пыльному офису и резко заворачивая. Со зданий на противоположной стороне улицы когда-то повалилось нечто вроде радиовышки и обрушилось прямо внутрь помещения. Дабл Тэп нашел конструкции новое применение: в качестве моста. Мчась по ней, он чувствовал, как она звенит и подрагивает под его копытами. Башня Тенпони теперь лежала прямо перед ним, а параллельно его курсу тянулась надземная линия метро.

Ночь осветил взрыв; здание, по которому он бежал, зашаталось и он перепрыгнул на следующее. Продолжая свой бег, Тэп повернул к краю крыши, и мельком увидел облачённых в силовую броню пони. Чуть дальше была группа таких же, но их снаряжение было покрашено. Несколько ракет, визжа, пронеслись в воздухе и попали в одного из покрашенных пони, превратив того в огненный шар. Группа его товарищей ответила на это мощным уханьем автоматического гранатомёта.
«Они что, сражаются друг с другом? Да ладно вам, техноутырки поехавшие, лампочки не могут быть настолько редкими!»

Менее чем через минуту перестрелка превратилась не более чем в серию гулких отзвуков. Тэп неуклонно приближался к мастерской. Замедлившись, он перекатился через край крыши и соскользнул вниз по стенам узкого переулка. Достигнув земли, единорог выждал несколько секунд. Почувствовав, что он находится в полном одиночестве, Тэп удовлетворился и выглянул из переулка, окидывая улицу взглядом.

Нагруженный товарами брамин, торговец и несколько наёмников медленно удалялись от башни Тенпони. Судя по угрюмому выражению лица торговца, Тэп предположил, что войска Красного Глаза по-прежнему блокируют подходы к башне. Было сомнительно, что Пахарита захочет вновь давать на копыто солдатам, что означало лишь одно – они будут ночевать в мастерской. Подождав, пока они не пройдут, он быстро двинулся вниз по улице.

Проходя мимо того места, где он убил мантикору, Тэп заметил, что её туша, включая кости и потроха, исчезла без следа. Единственными свидетельствами того, что она когда-то там находилась, было огромное, выцветшее пятно от впитавшейся в землю крови да кострище. Раздосадовано крякнув, он продолжил путь, постепенно сбавляя темп по мере приближения к ведущему в мастерскую переулку. В нескольких кварталах от него над руинами Мэйнхэттена на фоне серого ночного неба светилась башня Тенпони.

Полюбовавшись видом секунду-другую, Тэп вновь быстро огляделся, чтобы быть уверенным, что его никто не видит. Поглядев по сторонам несколько раз, он вошёл в переулок и направился к стальной двери в его конце. После нескольких неудачных попыток вспомнить пароль к терминалу, он принялся стучать в дверь. Из стен и асфальта переулка синхронно скользнуло в стороны несколько металлических панелей, и из проёмов в его сторону выдвинулись стволы турелей. Тэп задержал дыхание, пока они в течение нескольких секунд попискивали и щёлкали.

— Тук-тук-тук, — наконец-то заявил он. — Я тут типа как живу и хотел бы войти.

Спустя ещё несколько мгновений, показавшихся Тэпу вечностью, турели втянулись обратно, и вскоре после этого дверь откатилась в сторону. Он вскинул голову, заметив, что роботы окружили Риту, а та им что-то лопочет.

Тэп неуверенно сделал пару шагов к ним.

— Эм?

Маленькая грифина подняла взгляд и указала когтем на огромного робота-охранника, который отлучался на сбор их незаконных трофеев. На его корпусе виднелись многочисленные вмятины от пуль, а воронка в груди робота зияла чёрной копотью от взрыва.

Робот низким раскатистым голосом объявил:

— В ходе выполнения миссии по возвращению припасов мы были атакованы. Все противники были бескомпромиссно уничтожены, но при этом мы понесли потери. Сэр Умелый, брат Сэра Здоровяка, пал в бою.

Тэп перевёл взгляд на пол, и в ногах у колёсного робота-стража разглядел корпус и несколько ног одного из тех парящих роботов, что смахивали на пауков. Возле них в гробовом молчании сидела Рита, рядом с которой, положив на её спину свои когти, завис другой металлический паук. Дабл Тэп открыл было рот чтобы что-то сказать, но плюнул на это.

Почувствовав, что от этой картины его начинает мутить, он развернулся и пошел к холодильнику. Но, увидев наваленную на коврике гору из ящиков, мешков, и чемоданов немедленно повернул к ним.

Содержимое ящиков было типичным набором товаров торговца, или, по крайней мере, типичным набором товаров торговца, намеревавшегося вести дела с наёмниками. Тэпа абсолютно не интересовали боевая броня и шлемы, а большая часть оружия не подходила его стилю или просто не дотягивала до его обычного снаряжения. Зато гранаты быстро нашли себе новый дом в карманах. Катушка металлической проволоки его тоже порадовала. И напоследок Тэп порылся в мешке с небрежно расфасованной едой и напитками в грязноватых бутылках. Левитация извлекла оттуда большой кусок жареного мяса и бутылку абсента.

Развалившись на диване, он наблюдал, как Пахарита суетится над роботом-стражем, а рядом ждал своей очереди робот-паук. Грифина заботливо и аккуратно сняла корпус робота и принялась тщательно изучать переплетения металлических деталей и электронных схем внутри. Тэп поднёс филе ко рту и вцепился в мясо зубами.
«Радигатор», — задумчиво подметил он. — «Должно быть, из Арбы. Может Рита сможет перепрограммировать Здоровяка, чтобы он готовил как... Ох бля, мне же всё ещё нужно раздобыть для Скиммер подарок на день рождения. Хм... Неа, ничего из этого дерьма ей не понравится».

Вкус барбекю смыло глотком абсента; такое сочетание неплохо зашло Тэпу. Мимо с гудением проехал робомозг, ослепительно сверкнув корпусом. Выглядел он жутковато. Робот начал проверять последний из открытых единорогом мешков и потащил к холодильнику, чтобы разгрузить содержимое. Глаза Тэпа округлились, когда он увидел, как робот извлёк из мешка бутылку этилового спирта и убрал в холодильник; дни её были сочтены.
«Может у Риты завалялись в подвале какие-нибудь малярные кисти? Скиммер любит порисовать», — доедая радигатора, он пытался вспомнить что-нибудь из содержимого подвала. Попытки оказались безуспешны. — «Ну-ка проверим».

В стену около люка в подвал была вмонтирована маленькая консоль с двумя кнопками. Тэп надавил плечом на зелёную, и пневматика зашипела, открывая люк. Он спустился в тускло освещённую и насквозь пропахшую нафталином бездну. Глаза постепенно привыкли к сумраку, и Тэп принялся обыскивать Ритину коллекцию связанного с Министерскими Кобылами хлама.

Некоторые из предметов, как ей сказали, или же она сама решила, некогда принадлежали кому-то из Министерских Кобыл. Здесь были сотни зубных щёток, расчёсок и предметов одежды. Часть предметов просто напоминала о главах министерств. Тэп на минуту предался воспоминаниям, когда ему на глаза попался макет синей пегаски.

У дальней стены комнаты между генератором, распределительным шкафом с предохранителями, и ещё несколькими железяками, назначение которых он так и не понял, стоял огромный морозильный шкаф. Он сомневался, что чудесным образом найдёт внутри морозильника великолепный подарок, но выбора у него уже не оставалось. Дабл Тэп поднял крышку, и в него полетели несколько снежинок, влекомые потоком морозного воздуха. Помимо нескольких бутылок виски, которые он припас на чёрный день, внутри не появилось ничего нового. Пара испуганных глаз смотрела на него всё с тем же паническим ужасом. Несколько капелек крови, вытекших из пулевого отверстия во лбу пони, до того, как он был заморожен, сверкали подобно рубинам.
«Старый добрый Труп В Холодильнике», — он наклонился поближе, заметив солнцезащитные очки, лежащие на кевларовом бронежилете пони прямо под вышитым на ткани словом «Тенпони». — «А я всё гадал, куда же они делись!» — он пролевитировал их в карман, после чего, похлопав замороженного охранника по груди, закрыл крышку. — «Спасибо, старина».

Когда Тэп выбрался из подвала, Рита по-прежнему сидела посреди комнаты и возилась с огромным роботом-стражем. Опустив на глаза защитные очки и закатав рукава, она потянулась к парящему роботу-пауку, не отрывая при этом взгляда от внутренностей робота-стража. Робопаук передал ей паяльную лампу, и она тут же приступила к работе. Тэп осознал, что этим вечером он, скорее всего, не сможет воплотить в жизнь своё обещание наказать её. Альтернативой траханью партнёрши был сон.

Слегка разочарованный, Тэп потянулся за абсентом, поднял бутылку и принялся поглощать её содержимое большими глотками. Выхлебав весь абсент менее чем за минуту, он рыгнул, когда почувствовал, как в его желудке разгоревается огонь и обогревает тело; так распространялось чувство опьянения. Разумеется, он не собирался останавливаться на одной опрокинутой бутылке. Тэп левитировал пустую бутылку к «лицу» робомозга, и тот перестал гудеть и забрал ёмкость. Разобравшись с мусором, он открыл морозилку и достал этиловый спирт. Тэп не стал возвращаться на диван и направился прямо к кровати. Бутылка прыгала на древнем матрасе, пока он неуклюже выскальзывал из одежды: абсент всё же начал брать своё.

Зевнув и потянувшись, Тэп снова взглянул на Риту; та продолжала возню с роботом. Склонившись над ним, она и глаз на Тэпа не поднимала. Вздохнув, единорог упал на кровать, пошарил вокруг в поисках бутылки, и, найдя, схватил её магией. Первые несколько глотков на него не подействовали, но после того, как бутылка опустела примерно на четверть, вся его морда запылала, а комната начала раскачиваться и вращаться. В паху начало пощипывать, и по телу прокатились восхитительные волны трепета. В его разум потоком хлынули воспоминания – образы и запахи прошлых побед на половом фронте.

Тэп лениво перекатился на спину, и его переднее копыто скользнуло к паху. Он тёр свою промежность, до тех пор, пока не почувствовал головкой члена холодный воздух. С широкой ухмылкой и самым последним проблеском надежды, он взглянул туда, где стояла Рита, надеясь, что она заметит его усиливающуюся эрекцию и прибежит к нему. Подняв голову, грифина окинула его быстрым взглядом, и вернулась к тому, чем занималась.

— Блядские роботы! — громко заявил он, вновь поднося к губам горлышко бутылки.

|[o’o ]|[BAR]|[( ) ]|

Когда Тэп проснулся, его встретили три вещи.

Первой был ритм громыхающих барабанов и тамбуринов, на фоне которого слышался говорящий на непонятном ему языке женский голос. Речь быстро закончилась, и через пару мгновений из наушников Риты полилось мощное урчание бас-гитары.

Второй была влажно поблёскивающая розовая ложбинка вагины. То, что она принадлежит Пахарите, было понятно с первого взгляда. Пару секунд он любовался её бедрами, задницей и дополняющей их тугой звёздочкой. Пара вязких, молочно белых капель стекли в его горло, когда Пахарита задрожала, щекоча его нос кисточкой на кончике хвоста.

И последней вещью, незамедлительно привлекшей его внимание, было давление вокруг головки члена, к которому время от времени добавлялись нежные ласки. Он чувствовал края её клюва, но грифина мастерски использовала мягкие, покрытые перьями уголки своего рта, а её длинный язык размеренно двигался вдоль его члена. Он порывисто взбрыкнул бёдрами, пульсируя в её оральном захвате.

Пахарита вновь вздрогнула и издала стон, отчего член обдало её тёплым дыханием. Это было откровенное приглашение, если он в этом хоть что-то понимал, так что единорог не стал тратить время почём зря. Ещё один, куда более громкий стон раздался в комнате, когда он, проникнув языком в её вагину, прошелся по ней снизу вверх. Со всем накопившемся в нём возбуждением Тэп набросился на жемчужинку её клитора, но прежде, чем приступить непосредственно к нему, он несколько провёл языком вокруг него. Всё это время маленькая грифина извивалась и раскачивалась, впившись когтями в его задние ноги.

Приглушенно заржав, Дабл Тэп отомстил ей, обхватив губами её клитор и всосав его. Он был мокрый и слегка нескладный, но Рита, стоная и дрожа, вжалась бёдрами в его лицо. Его язык накатывал на её клитор подобно прибойной волне, пока он изо всех сил старался удержать её волшебную кнопку меж своих губ. Каждый издаваемый ею звук многократно отражался в его члене, и давление на нём всё росло и росло. Отпустив на миг её клитор, он скользнул языком немного вверх и проник в неё так глубоко, как только смог.

Задыхаясь, он фыркнул в неё, и сделав вдох, прижался мордой к её вагине. Нос и подбородок Тэпа насквозь промокли её соками и его слюной, но этот запах сводил его с ума. Не выпуская из клюва пульсирующий член, Пахарита ответила ему громким щебетом, требуя большего. Тэп был только рад стараться. Он, и сам стоная, проникал в Риту языком, пока тот не начал побаливать. В то же время он дотянулся копытами до сосков грифины, которые мгновенно стали твёрже камня от его прикосновений.

Когда Тэп приблизился к оргазму, между ними уже образовался тонкий слой пота. Перья Риты липли к его шкуре, их прижатые друг к другу тела тёрлись друг о друга. Глаза Тэпа жгло из-за попавших в них с носа капель солоноватой жидкости, пока он не проморгался. Он чувствовал, как дрожат бёдра грифины, ослабев от перенапряжения и блаженства. Но у неё была нехилая фора, и Тэп знал, что первым кончит именно он. Задержав дыхание, он принялся думать о посторонних вещах. Единорог, как только мог, старался остановить поднимающуюся волну эйфории, но искушение сделать один, самый последний толчок было слишком велико, и он излился в рот Пахариты.

В оргазменной судороге Тэп отпал от неё и впечатался головой в подушку. Парой секунд спустя он различил приглушенное, нежное хихиканье. Продолжая сосать его член, Рита выдаивала из него всю сперму до последней капли, и по её глотке прокатывались быстрые глотки. Когда она всё же его отпустила, то мило вздохнув, принялась слезать с Тэпа.

— Неужели ты не хочешь закончить сама?

Вытянув назад шею, Рита уставилась на него из-за своего левого бедра.

— Неужели ты хочешь, чтобы я хотела заканчивать сама?

Единорог тихо заржал, глубоко вдохнул и вновь принялся за работу. Впав в экстаз, Рита массажировала его пах, пока он работал ртом. Её дыхание становилось всё более прерывистым и резким, а лапы вновь начали дрожать, и Тэп приготовился к последнему удару. Поначалу медленно, он снова принялся облизывать её языком, ища нужную комбинацию скорости и силы. Без члена во рту её хриплые стоны стали намного громче, но они оставались всё такими же неясными. Расслышал он только одно: «Не останавливайся!».

Пока она всё ближе и ближе подходила к тому, чтобы кончить, он обходился более широкими и грубыми взмахами вместо использования кончика языка, сосредоточившись на её клиторе, и слегка его оттягивал. Воздух наполнял почти музыкальный звук её страстных трелей, прерываемых вздохами. Подавшись назад, она едва не задушила его, когда кончила, дав волю одному-единственному протяжному и счастливому стону. Без каких либо дальнейших фанфар, маленькая грифина свалилась с Тэпа, и он развернулся, чтобы встретиться с ней. Тэп уткнулся носом в её шею, а она обхватила его передними лапами.

— И тебя с добрым утром, — поддразнил Тэп.

Спустя несколько минут послесексуальных объятий они встали с постели и направились в ванную.

— Итак, какой у нас теперь план? — спросил он, когда она выдавила зубную пасту на зубную щётку. — Мы будем выполнять контракт Рейнджеров?

— Вообще-то есть пара вещей, о которых я хотела бы позаботиться в первую очередь.

— Как скажешь, — Тэп пролевитировал свою собственную зубную щётку к зубам и принялся ею орудовать. Через минуту он сплюнул в раковину заполнившую рот пену. — Я всё-таки буду держать ухо востро. Что-то мне подсказывает, что долго отлынивать нам не стоит.

|[( ) ]|[( ) ]|[( ) ]|

И вот опять пред взором Тэпа разворачивался причудливый ритуал. Он не мог сказать наверняка, было ли это просто очередным чудачеством Пахариты, или это у него самого было что-то не в порядке, раз уж не мог понять, в чём смысл этого действа. Но как бы то ни было, на шкафчиках у дальней стены чинно возлежал сваренный воедино Умелый. Рядом стояла Рита, а пообок от неё расположились остальные роботы. Все безмолвно смотрели вниз.

В конце очереди переливался огнями корпус робомозга. Он сфокусировал свой лазер на фитиле своей свечи. Робот проследовал дальше, делясь с соседями пламенем своей свечи, и вскоре вся очередь озарилась трепещущими огоньками.

— Сэр Умелый был хорошим другом, — начала Рита, — и братом, и не только лишь для Сэра Здоровяка, но и для всех нас. Он был одним из первых роботов, случайно встреченных мною в Эквестрии, и он прошел со мной весь путь от Филлидельфии. Его добрая и чуткая душа всегда была готова прийти на помощь. Он даже пару раз спас мне жизнь. Именно его программу я использовала в качестве шаблона для тех из вас, кого нужно было убедить присоединиться ко мне. Таким образом, даже несмотря на то, что он был повреждён до невозможности создания резервной копии, благодаря всем вам он по-прежнему с нами. Его жертва не будет забыта. Слава Министерским Кобылам. Аминь.

— Аминь, — ответили все роботы в унисон.

А затем зазвучала тихая, хоть и механическая, но всё же траурная мелодия, которую в едином порыве затянули все роботы в комнате. Рита попыталась к ним присоединиться, но ужасно при этом фальшивила. Погудев с минуту, они все затушили свои свечки и затихли.

Рита похлопала когтистыми лапами и подняла голову.

— Отлично! Весело получилось! Разберите его и поместите детали к остальным запасным частям.

Сидящий с набитым ртом Дабл Тэп подавился радигатором. Горделиво прошествовав к холодильнику, грифина вытащила из него бутылку Спаркл-колы и большой кусок мяса.

— Вставай, — пропела она, — мы идём по магазинам!

У единорога отвисла челюсть:

— То есть как это «идём по магазинам»?

— Ну да, дурачок, мне ведь нужно достать себе нового робота!

Тэп вздохнул, покачал головой и соскользнул с дивана. Проходя мимо туалетного столика, он магией вытащил из одного из ящиков ничем не примечательный костюм – тот самый, который он некогда прихватил в Разбитом Копыте. Поперёк спины синей куртки было написано «ПУРК», а нижняя рубашка была испачкана чёрными пятнами от пороха. Натянув одежду и быстро надев на себя кобуры и разгрузку, он кивнул Рите и пошел к входной двери.

Увидев, насколько на улице было светло, Тэп определил, что сейчас где-то полдень. Позади них с грохотом закрылась дверь, и они отправились в путь. Рита за спиной у Дабл Тэпа хлопала крыльями и вгрызалась в мясо. Он не был до конца уверен в том, что оно приготовлено, равно как и в том, каким животным оно было при жизни. Запив его газировкой, она выбросила бутылку и слегка рыгнула.

— Итак, ты просто собираешься купить замену, — уныло констатировал он, когда они приблизились к выходу из переулка.

— Разве не так поступают, когда что-то окончательно ломается?

— Ну да, но ты ведь только что устроила похороны того робота, — почти выйдя на улицу, они остановились, прижавшись к стенам. — И я даже не хочу вникать в то, как ты сразу же после этого приказала остальным разобрать его на части.

Пахарита вскинула голову, постукивая по ПипБаку:

— И что ты хочешь этим сказать?

— Не знаю... — Тэп взглянул на Риту, та кивнула ему в ответ. Выглянув из-за угла, он окинул взглядом улицу. — Разве за этим не должен начаться траур или ещё что в этом роде?

— Ага, мы ведь только что это сделали!

Увидев, что путь свободен, Тэп вышел из переулка, Рита порхала прямо позади него.

— Нет, я... Ай, неважно. А куда мы, собственно, направляемся?

— В Башню Тенпони, — ответила она.

Единорог поднял бровь.

— А как же блокада?

Пахарита театрально вздохнула.

— Да просто заплатим им крышек, раз красноглазовы головорезы заняты чем-то настолько важным. А робота, я бы сказала, можно достать у Стальных Рейнджеров в Брыклинском Кресте, но сомневаюсь, что они согласятся, если у меня не будет другой игрушки на обмен, — выражение её лица стало кислым, а на лбу показались морщины. — Ты только представь себе, что они могли бы отдать за танк!

После этого они какое-то время шествовали молча, вслушиваясь в негромкие треск и грохот перестрелки где-то вдалеке. Тэп постоянно проверял тыл, чтобы убедиться, что за ними не волочится их новая подруга из семейства собачьих. Зачем он это делал, Рите объянять не пришлось: каждый раз, когда он оборачивался, грифина тут же хваталась за ПипБак и проверяла компас ЛУМа. Почему-то ему это польстило.

— У неё есть имя? — спросила Пахарита, когда вдалеке показалось основание башни Тенпони.

Дорогу им перебежали несколько смеющихся чумазых жеребят, за которыми гналась такая же грязная кобыла и требовала, чтобы те её слушались.

— У кого?

— У вчерашней адской гончей.

— Какое ещё... — единорог на секунду остановился, пытаясь осмыслить то, о чем его спросили. — Рита, мне откуда знать! Должно быть, но у нас действительно не было времени познакомиться.

— Тебе нужно дать ей имя, чтобы мы могли, например, узнавать её или ещё что-то в этом роде!

— Ну... — глубоко вздохнув, он тихо хихикая выдохнул. — Хорошо, так и быть. Будем звать её Ебанько.

— Еба... — глаза Пахариты округлились, она зажала клюв когтистой лапой и помотала головой. — А я считаю, что тебе следует назвать её Фиалкой!

— Фиалка? — Тэп искоса на неё посмотрел, а она возбуждённо закивала. — А может лучше… Калечница?

— О-о-о-о! Да! Мне нравится!

— Зашибись. Итак, раз мы придумали имечко для кого-то, кто хочет нас пришить... — он умолк, увидев у основания одной из опор путей линии Луны прилавок, за которым двое пони торговали мясом мантикоры. За товаром выстроилась небольшая очередь солдат Красного Глаза.

— Хм.

Пахарита вскинула голову:

— Чего это ты хмыкаешь?

Дабл Тэп содрогнулся и прижал ногу к виску; ощущение было такое, будто кто-то лягнул его в затылок. Он попытался смотреть на трещины в асфальте, но глаза заволокло туманом. Все указывало на чудовищное похмелье. Он вдохнул порцию дэша, но боль наркотик не притупил.

— Да так, — пробормотал он, зажмурившись. — Эй, сколько на всё про всё уйдёт времени?

— Немножечко. Мне просто нужно сделать пару вещей для нескольких пони, и после этого у меня тут же должен будет появиться блестящий старенький новенький робот.

Тэп снова скривился, сжав зубы:

— Ладно. Подожду в баре.

Кивнув, Пахарита направилась в сторону лагеря Красного Глаза.

Активность в лагере было откровенно вялой, и, похоже, кроме как бесцельно шататься вокруг, солдатам делать было нечего. В сторону Тэпа с Ритой никто даже не смотрел, пока они не оказались в самой гуще наёмников. Только тогда солдаты вскинули своё оружие и напустили на себя грозный вид. Настроения для таких игр у Тэпа не было, поэтому ответом на их сверкающие глаза был убийственный взгляд. Когда Рита показала мешочек с крышечками, они, казалось, расслабились.

— Нам бы хотелось войти в башню, будьте так любезны!

— О, это опять вы, — ответил один из рабовладельцев. — Да, пусть идут..

Весело улыбающаяся Рита продолжила путь, а следом за ней плёлся Тэп. Она приостановилась, дойдя до противоположной стороны лагеря, и кивнула в сторону контрольно-пропускного пункта у главного входа Башни Тенпони. За пару секунд Тэп пребрал свои пожитки и убедился, что необходимые вещи у него с собой. Всё остально он передал Пахарите. Удовлетворившись результатом, он воплотил на свой рог заклинание подавления света.

— Итак, мы разыгрываем «фокус с сумкой» или «неуклюжие копыта»? — пробормотал Тэп.

— Фокус, — шепнула она.

Он кивнул и пристроился позади грифины, готовясь выполнить упражнение на ловкость копыт.

На контрольно-пропускном пункте находилось четверо охранников. Охранник-единорог расплылся в улыбке, когда к нему подошла Рита, но спал с лица, заметив за ней Тэпа. Вскоре после обмена приветствиями его рог засиял, подсвечивая разнообразные девятимиллиметровые магазины и гранаты, что были у неё с собой. Тэп знал, что одним из важнейших аспектов контрабанды боеприпасов в башню было дать охранникам изъять первые несколько вещей, чтобы у тех возникло обманчивое чувство безопасности. По этой причине все имеющиеся у Риты патроны и взрывчатка будут сданы.

— Вот же ж, — проворчала Рита, запуская когтистые лапы в свою наплечную сумку. Для неопытного глаза это выглядело так, будто грифина упорно пытается расстегнуть молнию, в то время как на самом деле она заставляла зубцы сжаться. Другой охранник поднял голову, но остался стоять на месте. — Я очень-очень-очень извиняюсь, мистер охранник: молнию заело!

Тэп сумел сохранить безразличное выражение лица, когда единорог-охранник, клюнув на наживку, покинул свой пост и пошел к грифине. Она повернулась, распахнув при этом крылья, и он последовал за ней, пока не повернулся спиной к Тэпу. Перья Риты подобно ширме скрыли всех троих. Поскольку на данном этапе в дело был вовлечён Тэп, то хитрость состояла в том, чтобы не злоупотребить своей удачей. Два магазина были скромной ставкой, но с гранатами, которые он тоже собирался пронести, игра становилась куда более рисковой. Засунуть магазины в броню охранника было проще пареной репы: у него самого были почти такие же. Между тем, с гранатами всё обстояло намного сложнее. Он осторожно, очень осторожно, засунул их в кармашек на броне охранника, и с облегчением вздохнул оттого, что охранник ничего не заметил.

Всё это заняло максимум полминуты, и остальные охранники только-только начали что-то подозревать. Пахарита сложила свои крылья, когда Тэп цокнул; это был сигнал, означавший: «Вещи успешно подброшены». Вскоре после этого охранник с Ритой всё-таки открыли сумку, и страж извлёк оттуда по-прежнему светящиеся патроны и поместил их в ящик для хранения оружия. Она прошла через КПП, попрощалась и направилась внутрь. Когда охранник подошел к Тэпу, тот тихо фыркнул, и, выложив свои пистолеты, стал наблюдать как их разряжают.

— Смотри не балуй, — сурово приказал охранник.

Оттолкнув охранника, Тэп вернул свои разряженные пистолеты в кобуры.

— Ага, конечно.

Он вошел в Башню Тенпони как раз вовремя, чтобы увидеть как Рита исчезает за углом. Собравшись вместе, охранники на контрольно-пропускном пункте наблюдали за ним с той стороны вращающихся дверей. Один из них указал на него, и все они засмеялись. Желание выскочить наружу и выбить им зубы было почти нестерпимым, но он сдержался. Если он хочет вернуть свои магазины и гранаты, то нужно подождать пока обыскивавший его единорог не закончит свою смену, чтобы можно было стащить всё назад, прежде чем охранник доберётся до арсенала. В худшем случае он рискует только легко заменямым снаряжением.

Когда Тэп вновь обратил внимание на пышно украшенный вестибюль, его уже с гримасами отвращения на лицах рассматривали несколько пони в вычурных платьях или костюмах. Прежде, чем продолжить свой путь, Тэп одарил их широкой, зубастой ухмылкой, а затем сплюнул на пол. И затем двинулся прямо в бар. Он зашел в лифт, проигнорировал остальных пассажиров и вышел на нужном этаже. Он вошёл бар «Хрустальный Шар», и шум веселья внутри стих, завсегдатаи отводили взгляды, а путешественники не обращали на него внимания или удивлённо спрашивали, почему комната внезапно затихла.

Заняв своё обычное место у барной стойки, Дабл Тэп подпёр голову копытом. Барпони Фоам относилась к нему как к рад-таракану.

— Выглядишь как кусок дерьма, — ухмыльнулась Фоам, ставя на стойку только что протёртый стакан. — Где твоя подружка-грифина? Вы же друзья не разлей вода, разве нет?

Он оглянулся на неё.

— Просто налей мне чего-нибудь выпить, сучка. Чего-нибудь крепкого.

Фоам наклонила голову, опуская передние копыта за стойку.

— У тебя есть крышечки на что-нибудь крепкое?

— Я... ух... — Тэп огляделся, чувствуя себя слегка униженным словами барпони. Все крышечки были у Риты. — Запиши это на счёт Риты, а?

— Не неси чушь! Как я могу записать что-то на чей-то счёт, когда этого кого-то здесь нет? — она, ухмыляясь, перегнулась через стойку. — Проваливай из моего бара, ублюдок.

Дабл Тэп глубоко вздохнул и закрыл глаза.

Он преодолел разделявшее их расстояние и запрыгнул на Фоам прежде чем она осознала что случилось. Барпони едва успела издать какой-то звук, когда он вбил её зубы ей в глотку. Несколько клиентов закричали. Он продолжал дубасить её лицо, даже когда услышал охранников у входа, вытаскивающих своё оружие.

-0-

Хлопнув копытами по стойке, он открыл глаза и прогнал видение. Но в тот момент, когда он уже собрался повернуться и уйти, перед ним звякнула маленькая кучка крышечек.

— Налейте два, — произнёс женский голос позади него.

Когда Тэп повернулся, чтобы сказать кобыле, что он не нуждается ни в чьих подачках, слова застряли у него в глотке. Голос принадлежал маленькой единорожке, и сначала он принял её за жеребенка. Глаза же её, наоборот, выглядели словно втрое старше самой кобылы. Это лицо было ему знакомо.

Бомба взорвалась на задворках его разума. Сирены взвыли, призывая его бежать, но тело не реагировало. Он не мог даже отвести от неё взгляда. Дабл Тэп сидел на месте, неподвижный и шокированный, а рядом с ним уселась крошечная единорожка.

Фоам, морда которой выдавала подавленное негодование, опустила перед каждым из них по стакану и наполнила их. Кобыла подняла стакан левитацией и, откинувшись назад, опрокинула его содержимое в своё горло. Она тут же закашлялась и стукнула передней ногой по барной стойке, поцарапав полированное дерево своим ПипБаком.

— Пламенная течка Селестии, — выдавила она. — Я думала, ты заказывал выпивку, а не растворитель! Можно мне что-нибудь не столь крепкое?

Пока Фоам разливала по стаканам другой, более ярко окрашенный напиток, компактная кобыла натянула застенчивую улыбку.

— Я не очень-то люблю алкоголь. На самом деле, мне вообще не следует пить спиртное, но ты же никому об этом не расскажешь, правда?

Тэп едва осознал, что покачал головой.

Подняв магией новый стакан, единорожка начала прихлёбывать из него, и её улыбка стала более расслабленной.

— Знаешь, тебе действительно стоит лучше оценивать свои шансы перед дракой, — у Тэпа было ощущение, что его рот доверху набит ватой. Он кивнул, по-прежнему скованный паникой. — Я имею в виду, что надо понимать, когда ты просто-напросто не сможешь выиграть.

Она сделала очередной маленький глоток, а её щёки уже начали краснеть.

— Думаешь, твою подругу-грифину будет так тяжело найти? — единорожка задумчиво постучала по подбородку. — Рита, ведь так? В башне не может быть много грифонов. Спорю, что ты отыщешь её за пару минут.

Тэп думал обо всех своих пулях, всё ещё лежавших в кармане у охранника на входе, обо всех ножах и взрывчатке, припрятанных в их комнате наверху. Его взгляд неистово метался по бару, пытаясь найти что-нибудь острое, или что-нибудь, чем он мог в неё кинуть; да любую вещь, которая может её ранить и выгадать ему немного времени чтобы сбежать.

— Чего это ты так на меня смотришь? — немного невнятно произнесла единорожка, наклоняясь к нему. — Ох, — её лицо мгновенно покраснело, и она, резко вдохнув, приложила ко лбу копыто. — Точно. Ох, выеби меня Луна сразу в обе дырки.

Прочистив горло, она упёрлась в колени копытами.

— Я хочу, чтобы ты понял: я проставила тебе выпивку просто потому, что тебе она, похоже, была очень нужна, — она уставилась ему в глаза.

— Но не более того. Так что давай просто допьём всё, — постучав по его колену, она наклонилась и прошептала, — а ты придержишь свой… пистолет в кобуре.

Магия плохо слушалась Тэпа, и он умудрился расплескать почти весь свой алкоголь по барной стойке. Он опрокинул в рот янтарную жидкость, которая разлилась по его высохшему языку. Сглотнув, он почувствовал себя так, будто заодно проглотил ещё и стакан.

— Вот так-то лучше, — рассмеявшись, произнесла маленькая единорожка.

Она вновь отхлебнула из своего стакана и положила перед Тэпом ещё несколько крышечек. Фоам сгребла их в кассу и налила ещё

— Жизнь несправедлива, — произнесла единорожка в свой почти пустой стакан. — Она принуждает тебя обзаводиться семьёй и, если тебе повезёт, то ты встретишь кого-нибудь, кто примет тебя таким, какой ты есть. Иногда ты даже будешь мельком замечать слабенькие отголоски счастья. А затем...

Она допила остатки своего напитка.

— Это не твоя вина. Во всяком случае, не полностью. Но тебе всё же придётся разобраться с этим, — она одарила его лёгкой печальной улыбкой. — Даже если у тебя нет ни единого шанса.

С трудом поднявшись со стула, она встала на трясущиеся ноги.

— Вот видишь, именно поэтому мне и в самом деле не следует пить. Не могу заткнуться, — она рассмеялась и качнулась в сторону, едва не упав на барную стойку. — Но как бы там ни было, выпей всё до дна, улыбнись во весь рот и устрой своей подруге хороший вечер, — ЛитлПип, чья морда была уже полностью багровой, подмигнула ему.

— Как ни крути, ты ведь всё ещё жив.

|[ПОВ]|[РЕЖ]|[ДЁН]|

Продолжение следует...