Что в имени

Твайлайт всегда твёрдо придерживалась своих взглядов, вряд ли что-то может изменить её фундаментальные представления о мире и самой себе, даже масштабный заговор, следы которого она обнаруживает много лет спустя. Не так ли?

Твайлайт Спаркл Трикси, Великая и Могучая

Найтмэр негодует! (Супер-мега-эпично-короткий фанфик)

Возвращается как то раз Найтмэр Мун с луны...

Принцесса Селестия Найтмэр Мун

На конце линии

Любая линия имеет свойство заканчиваться. И есть ли разница, что это за линия - линия жизни, линия карьеры, линия любви, линия мира, или линия железной дороги? Всё едино.

Принцесса Селестия Другие пони ОС - пони

Пинки и Пай

Странная история Доктора Пинки и Мисс Пай Раздвоение личности и убийства Все самое любимое

Пинки Пай Другие пони

Полет Аликорна

Деяния Рэрити, имевшие место в серии «Sweet and Elite», запустили цепь событий, которая приведёт к тому, что всеми нами любимый модельер станет участником самой грандиозной гонки воздушных кораблей в истории — «Кубка Аликорна». Возбуждение и радость уступят место ужасу, когда Рэрити обнаружит себя втянутой в политический заговор против Эквестрии. А уверенность быстро сменится на отчаяние, когда она потерпит кораблекрушение далеко от родного дома вместе с самым ненавистным для неё жеребцом на свете — невежей Блубладом. Рэрити узнает об измене в правительственных кругах Кантерлота и попытается найти нечто хорошее за грубой оболочкой принца, покуда она будет бороться с судьбой не только ради себя, но и ради целой нации.

Рэрити Принц Блюблад Другие пони ОС - пони

Пайлэнд

Пайлэнд исполняет желания. Тебе не захочется уходить отсюда.

Пинки Пай ОС - пони

Хайвмайнд

Не кормите случайных людей после полуночи и не давайте им писать вместе.

Другие пони

2012

Как мне сказал мой друг лис, который познакомил меня с миром Пони -- 21.12 день рождение у Луны. Ну вот, когда настала эта дата, решил написать для него маленькую зарисовочку. Никому не секрет, что каждый тяготеет к кому то из пони... Вот я оттолкнулся от этой точки, и от самого дня 21.12. и вот что вышло. ашыпки, думаю, присутствуют, и могу напортачить с тегами. так что хозяина, поправьте залетного кота с тегами и данными, коль чего) а история, пущай тут поживет. Чтоб не посеял.

Принцесса Луна Человеки

Чердак

Разве плохо, когда дети воображают?

Скуталу

Человек в дар

Дискорд обращается к Флаттершай с просьбой помочь ему с воспитанием своего нового питомца, и наивная пегасочка "соглашается". Однако вскоре выясняется, что необычный зверёк вовсе не такой дружелюбный, как предполагала пони, и вообще он не горит желанием быть чьим-либо питомцем.

Флаттершай Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Дискорд Человеки

Автор рисунка: MurDareik
20: На острие ножа

21: Полезный монстр


Большой настенный экран покрывала дюжина панелей с данными, таблицы чисел, сложные траектории частиц, диаграммы измерения энергии и несколько электронных блокнотов, заполненных уравнениями. Панели двигались и мерцали, пока огромный процессор вгрызался в данные, неизменным оставался лишь символ 'защищённого соединения' в углу.

Ванка расхаживала вдоль экрана, постоянно останавливаясь, чтобы подкорректировать какое-нибудь уравнение и перезапустить работающие в фоновом режиме симуляции. Ей повезло, в отличие от многих других, работающих в научной сфере, пока у неё были данные, любое пространство могло стать рабочей зоной. Так что, когда ей, наконец, позволили покинуть разрушенный комплекс Института, она вернулась домой, изолировав себя от внешнего мира и пытаясь построить теорию, способную объяснить произошедшее.

Было раннее утро, после инцидента прошло почти два дня, и она не покидала свою квартиру и спала не больше нескольких килосекунд из последней сотни. В комнате было темно, её супруг, Артурор, учёный, работающий в другой секции ускорителя, давно уже отправился в спальное логово. Он сделал всё, что было в его силах, чтобы помочь ей, но этот предмет не был его специальностью. В конце концов, видя её нарастающее раздражение, он удалился.

Академик на секунду прервала свои мысли, ощущая лёгкое чувство вины. Эта действительно не понимает, почему Артурор до сих пор остаётся с ней, — подумала она. Ванка знала, что она не самая приятная личность, особенно в условиях стресса, но Артурор не выразил недовольства, когда она кричала на него, просто дал ей столь необходимую возможность спокойно работать. Ванка не заслуживает этого. Она обязательно загладит свою вину перед ним, но сначала разберётся в этой проблеме…

Выкинув из головы всё, что не касалось работы, Ванка снова обратила все свои мысли к заполненному беспорядочными потоками данных настенному экрану.

Экран почернел, килосекунды работы исчезли, сменяясь логотипом Полиции Улья. Раздался тихий звук, и Ванка, злобно прорычав что-то, ударила лапой по кнопке громкости. Этим она мало чего добилась, звонок в дверь прозвучал вновь, на этот раз с удвоенной громкостью. Всё освещение в доме зажглось в полную яркость. Артурор пробормотал что-то из логова, но его сонный голос был плохо различим, и Ванка не разобрала слов.

«Полиция,» — со злостью сказала она, — «Ванка разберётся.» Она проигнорировала испуганный лай и внезапные звуки движения из соседней комнаты. Она ожидала этого, поскольку несла косвенную ответственность за масштабный ущерб. Но это не может быть арест, — подумала она, — они бы просто вскрыли дверь. Это было бы следующим шагом, они ведь уже взяли под контроль все системы в квартире. Она потопала к двери и с силой, заставившей ощутить острую боль в лапе, ударила по кнопке.

Если бы взгляд мог убивать, полицейский в коридоре обратился бы в обугленный скелет. В действительности же он просто моргнул и сделал шаг назад, стоящий рядом с ним грифон слегка дёрнул крыльями от удивления. Ванка воспользовалась мгновением замешательства, чтобы справиться со злостью, затем вышла в коридор. «Что этому нужно?» — сказала она.

«Академик Ванка?» — спросил офицер полиции, молодой на вид мужчина.

Ванка наблюдала за танцем разноцветных огней его визора. «Будто у Офицера нет изображения Ванки. Что этому нужно

«Эта должна пойти с Офицером, она нужна…»

«Исключено! Ванка никуда не пойдёт.»

Грифон, белые перья на голове которого медленно разгладились, показал в ответ портативный дисплей, кусок кристалла с изображением печати Синода. Ванка хмуро посмотрела на существо, затем выхватила у него экран, нажала подушечкой пальца на сенсорную панель и ввела свой код доступа. Устройство идентифицировало её и показало утверждённый приказ Департамента Науки и Тауматологии. Ванка заставила себя проглотить гнев. У него было юридическое основание — если она не подчиниться, её арестуют и притащат силой.

Заметив выражение её лица, Офицер слабо улыбнулся. «Департамент пытался связаться с Ванкой, но она, похоже, отключила удалённый доступ,» — пояснил он. «Этот уверен, что это технический сбой, в конце концов, умышленное удаление этой функции является преступлением.»

«Достаточно. Дай этой сотню секунд, и она будет готова.»


Салрат слипающимися глазами посмотрела на настенный экран и, кажется уже в двадцатый раз перечитала текст своего отчёта. Он выглядел неплохо, но её годами оттачиваемая паранойя — сейчас всплывшая на поверхность, поскольку она не приняла лекарство — заставляла её придираться ко всему. Это ужасно, — подумала она, — но Салрат слишком устала,чтобы что-то менять. Взмахом лапы она отправила документ в электронную пустоту, направляя его департаменту, который без сомнения будет решать её судьбу, основываясь на том, что она должна была сделать, а не на том, что действительно сделала.

Что ещё хуже, её затея со слугой ни к чему не привела. Она просматривала записи с охранных камер ангара и допрашивала Флайсолдата Ганельфа, пока он не начал кипеть от еле сдерживаемого гнева, вызванного необходимостью снова и снова отвечать на одни и те же вопросы, но ничего необычного не обнаружила. Слуга была, безусловно, зла, но хорошо работала в пределах нормы. Она практически жалела, что не приказала грифону препятствовать пони, но подобная команда сделала бы явными её собственные мотивы. Даже сам по себе факт реквизирования грифона скорее всего принесёт ей немало проблем.

Закрыв глаза, она потянулась, отрывая спину от стула, и обеими лапами поскребла мех под рабочим жилетом. После столь длительного сидения за столом ощущение расчёсывающих мех когтей было почти экстазом. Она отодвинула стул, полная решимости отправиться в спортзал или в бар, или просто куда-нибудь, чтобы отвлечься от того, что случиться, когда департамент будет готов вынести свой вердикт. Она была на полпути к двери, когда с консоли раздалось характерное жужжание приоритетного звонка.

Салрат остановилась, мысленно уже пребывая на тяжёлой рутинной тренировке, ухо дёрнулось в сторону стола. Эту уже достало это место, — со злостью подумала она, сделав ещё шаг, прежде чем, сгорбившись, обернуться. Зацепив взглядом имя вызывающего, она пробормотала проклятье. Оргон, так скоро? Не может быть, чтобы отчёт Салрат уже прочитали, — подумала она, хмурясь от мигающего света и задаваясь вопросом, сможет ли она его проигнорировать.

Она бросила взгляд на камеру в углу комнаты. Вряд ли, — подумала она. Вездесущая охранная система являлась частью механизма контроля доступа, каждый, пребывающий на территории Преисподней непрерывно отслеживался и идентифицировался множеством компьютеров. Оргону было бы достаточно запросить данные, и он узнал бы её точное местоположение.

Приняв решение, она вытянула коготь и нажала на кнопку приёма, другой лапой разглаживая усы. «Да, Глава Сектора. Чем эта может помочь?»

«Агента благодарят за её отчёт,» — мягким тоном произнёс он, — «скажи этому, ты всё ещё питаешь подозрения к слуге? Этот заметил, что подобных отсылок в документе Салрат нет.»

Агент внутренне сжалась. Как Оргон сумел ознакомиться с текстом так быстро? Он что, робот? Её паранойя, склонная развиваться в самых маловероятных направлениях, в особенности, если она долго не спала, подбросила другие примеры, согласующиеся с этой теорией. На самом деле, если бы она смогла внести некоторые изменения в это спорное утверждение, доказать это стало бы просто… Она осознала, что Глава Сектора поднял бровь, глядя на неё, в его случае это было равнозначно крику и стуку по столу.

«Нет, Глава Сектора. Салрат…» Агент нервно потёрла подбородок, несколько раз открывая и снова закрывая рот. «…знает, что иногда она склонна к интуитивным выводам, не обязательно поддерживаемым неоспоримыми доказательствами…»

Теперь Оргон поднял обе брови и склонил голову в сторону, жестом давая ей знак продолжать.

Салрат вздохнула, уже зная, что её ещё не высказанные доводы всё равно, что уже опровергнуты. «В данный момент Агент исследует теорию, что в результате травмы, полученной мегасекунду назад, слуга могла утратить кондиционирование.» Под столом её лапы сжались в кулаки, врезаясь когтями в грубые подушечки. Салрат может исчезнуть, бросить всё и скрыться. У неё нет желания провести остаток гигасекунд в охраняемом госпитале.

«Это очень… интересно, Агент Салрат.» Оргон забарабанил когтями по столу, пристально глядя на неё. «Отправь этому всё, что ты обнаружила. Сейчас.»

Салрат дёрнулась, ожидая, что её высмеют или, зная методы Оргона, что разговор продолжится до тех пор, пока за ней не прибудет команда из Внутренних Дел. Неуклюже двигая лапами, она вывела на экран записи, которые ей удалось откопать, демонстрируя Главе Сектора свои скудные доказательства: действия Корна, поведение слуги на тренировочной площадке, выражение её лица, когда, по её мнению, ей удалось одурачить Салрат.

Когда она закончила, Оргон долго и внимательно смотрел на неё. «Поэтому Агент вытащила грифона из заключения Армии? Чтобы использовать в качестве подсадной утки?» Он слегка улыбнулся собственной несмешной шутке. «Маловато, но учитывая обстоятельства…»

Салрат хотелось на него накричать. Только тот факт, что они с ним сидели в разных комнатах, остановил её от того, чтобы схватить Оргона и трясти, пока он не начнёт говорить по существу.

«Ситуация изменилась, и этот думает, что Салрат и Флайсолдат, возможно, лучше всего подходят для выполнения небольшого задания…»


Спустя половину килосекунды, Ванка вернулась в коридор. Офицер с облегчением вздохнул, когда её увидел. Судя по его виду, всё это время он расхаживал взад вперёд, пока его 'партнёр' грифон, очевидно более опытный, просто улёгся на пол в стороне, не спуская глаз с двери. Она хмуро посмотрела на них обоих, на лице офицера читалось выражение облегчения, грифон же просто выглядел скучающим, и нетерпеливо махнула им, показывая, что готова идти.

Пока они шагали по коридору, Ванка рассматривала грузные задние лапы грифона, его длинный хвост с чёрной кисточкой качался в такт шагам. Существо имело практически ту же массу, что и слуги, но уступало представителям этого вида в росте и грациозности. У этого индивида было типичное мускулистое телосложение, а громоздкая боевая упряжь с прикрепленными к ней патронными сумками и какими-то другими предметами делала его ещё крупнее.

Никогда не доверяла этим существам, — подумала она. Она хорошо знала пони, но с грифонами дела обстояли иначе. Лишённые магического кондиционирования слуг, их держали в узде одними лишь тренировками и знанием о том, что за неподчинением последует суровое наказание. Проблема состояла в том, что тренировки подчинения состязались с их природой хищников и типом выполняемой ими работы. Возможно, в этом всё дело. Ванка находится в присутствие другого плотоядного, достаточно большого, чтобы она почувствовала себя добычей.

В конце коридора было несколько лифтов. Им не составило труда найти свободный, очевидно окружающие придерживались того же мнения в отношении грифонов, что и Ванка. Спустившись на три этажа, они оказались на парковке, воздушная машина Офицера частично стояла на пешеходной дорожке. Двигаясь так, чтобы не спускать глаз с Ванки, грифон забрался на плоский задник, прицепил упряжь к крепёжным точкам и уселся за кабиной.

Ванка свирепо посмотрела в ответ на ровный пристальный взгляд хищника, но, в конце концов, опустила глаза, забираясь в пассажирский отсек вместе с Офицером. Бросив на неё взгляд, он поднял лапу и дважды постучал по крыше, кивнув после ответного стука, затем включил фары и, ускоряясь, присоединился к потоку движения. Что бы она ни думала по поводу его неопытности, водил он вполне прилично, жаль только, что полицейский бюджет не охватывал компенсаторы инерции для машин.

Покрепче затянув ремни безопасности, Ванка ждала, пока их затянет в один из основных транзитных путей, и они понесутся вниз по полосе для спецтранспорта, в самом центре широкого туннеля. «Куда Офицер везёт эту?» — спросила она.

«На станции этого подготовлено безопасное средство связи,» — сказал он, не отводя взгляда от проносящихся мимо машин.

Ванка нахмурилась. Что это за совещание, которое требует такого уровня безопасности? — подумала она, мысленно проклиная потерю своего защищённого браслета коммуникатора. Кто бы ни желал этой встречи, он, очевидно, не доверял системам её домашнего экрана. Она подавила побуждение спросить Офицера о личности того, кто хотел с ней поговорить. Не может быть, чтобы этот что-то знал, — подумала она, — скорее всего, он просто был ближе всего. Недовольная, она откинулась на спинку сиденья.

Станция оказалась среднего размера, она отвечала за дюжину уровней и, возможно, за полмиллиона представителей Народа. Несмотря на позднее время, станция всё ещё кипела деятельностью. Офицер сопроводил её по суетливым коридорам в маленькую комнату со столом для переговоров, стоящим напротив большого настенного экрана. Сделав это, он оставил её в одиночестве, закрыв за собой дверь и заперев её на замок. Ванка уселась в обитое плюшем кресло, положив лапу на сенсорную панель стола. Системы комнаты узнали её, и она ввела свои коды безопасности, чтобы завершить процесс.

Экран ожил, отображая лицо мужчины, показавшееся смутно знакомым. «Академик Ванка?» — произнёс он, — «пожалуйста, дождитесь Советника.»

Ванка, сложив руки, откинулась в кресле. «Ванку тащили сюда всю эту дорогу, только чтобы заставить ждать,» — пробормотала она, — «лучше бы оно того стоило.» Несмотря на плохое настроение, её ум быстро работал, пытаясь найти причину, по которой Индуту могло быть нужно поговорить с ней вот так. Это не может быть из-за ускорителя, Ванка уже получила выговор за эту конкретную катастрофу, — подумала она.

Экран прояснился, показывая изображение Советника, за столом похожего размера, но состоящим из полированного камня, покрытого кожей, а не из стеклянной плиты и электроники, как тот, за которым сидела она. Помимо этого небольшого несоответствия, иллюзия была безупречна, казалось, будто они сидят в одной комнате, а не в сотнях килодлин друг от друга. В отличие от последнего раза, когда она с ним говорила, он выглядел безукоризненно ухоженным, но вокруг него витала аура сильного стресса. Что-то не так, совсем не так, — подумала она, мех у неё на загривке встал дыбом.

Приветственно кивнув, Индуту больше не растрачивал время на любезности, правильно понимая раздражение на лице Ванки и зная, что Академику всё равно не было до них никакого дела. «Синод принял решение закрыть исследовательскую программу Ванки,» — сказал он, нервно теребя в лапах маленький терминал коммуникатора.

Мгновение она ничего не чувствовала, затем ярость затопила сознание, она вскочила на ноги, сжимая лапы в кулаки. «Что!? Учитывая все те результаты, о которых сообщила группа Ванки, как смеет Синод быть таким недальновидным… повреждение ускорителя — ничтожная цена за возможность…»

С громким треском Индуту хлопнул лапой по столу. «Это тут ни при чём!» — выкрикнул он, обрывая её гневную речь. «Улей Баур убедил Мировой Суд, что мы нарушили закон Совета Безопасности о разработке оружия. Они пришлют команду Инспекции, а твой проект…»

«Абсурд!» — воскликнула Ванка в ответ, — «группа Ванки не разработала ничего, обладающего военным потенциалом. Разрушения от импульса, с таким же успехом могли бы быть вызваны и таумическим оружием с ядерной накачкой.»

«А что насчёт изменений Селестии?» — потребовал ответа Индуту.

«Советник что, сошёл с ума, какие изменения солнца?»

Индуту изумлённо посмотрел на неё. «Разве Ванка не говорила со своими коллегами в последние несколько дней?»

«Думаешь, у этой есть время на такие вещи? Советник что, не понимает, что у Ванки много дел?»

В ответ Индуту совершил какие-то манипуляции с контрольной панелью под столом, выводя на экран общее рабочее пространство. Ванка безмолвно кипела от злости, наблюдая за тем, как Советник неумело копается в системе. Наконец он нашёл документ, титульный лист которого исчез прежде, чем она успела прочитать название.

«Это сводка, подготовленная Стратегической Группой Защиты от Угрозы. Смотри,» — сказал он, махнув лапой в сторону вкладки, которая изменилась, показывая вид с борта какого-то высотного воздушного судна.

Любопытство пересилило гнев, и Ванка склонилась ближе к экрану. Отметка времени и даты, а также положение солнца указывали на то, что съёмка велась в середине утра, в остальном видео было не более чем монотонным изображением неба на большой высоте, казавшегося глубокого цвета индиго по контрасту с ослепительно-белыми облаками под ним. В самом верху видео виднелась одна из лун, судя по бледному серебру месяца, это была Луна. Видео на большой скорости промотали вперёд, затем замедлилось до десятой доли от нормы. Академик как раз собиралась спросить, что она должна была увидеть, когда изображение почернело.

На мгновение она подумала, что произошёл сбой видеопотока, но время в углу экрана продолжало идти. На экране снова появился ландшафт, но не в цвете, а в серых тонах усилителя изображения. У Ванки отвисла челюсть, а экран стал полностью белым, спустя ещё несколько кадров возвращаясь к первоначальной цветовой гамме. В верхней части видео что-то пришло в движение, привлекая её внимание, но когда она посмотрела туда, увидела всего лишь луну. Всего лишь луна, — подумала она, холодок пробежал по позвоночнику. Она потянулась к панели управления, перемотала и снова запустила видео, на этот раз, наблюдая за Луной. Ландшафт потемнел, освещённый только луной, а потом погасла и она. Солнечный свет вернулся, спустя секунду, луна последовала за ним. Она снова проиграла последнюю часть, считая количество кадров, за которые луна появилась вновь, когда ландшафт посветлел.

Заключение было неизбежным. «Это должно быть смешно?» — опасным тоном спросила она. «Зачем Советник тратит время этой на детский розыгрыш?»

Индуту рассмеялся, обеими лапами вытирая глаза. «Всё по-настоящему. Это видео снято оборонным разведывательным дроном. Индуту может показать и другие: съёмки внешних камер безопасности, данные из сети обсерваторий Селестии… даже из публичных новостных материалов, хотя они и не понимают, что попало к ним в лапы, а Служба Безопасности занимается предотвращением огласки. Академик заметила время?»

Она снова посмотрела на поставленное на паузу видео, время было очень близко к… Она открыла свой собственный незаконченный отчёт об инциденте. Время электротаумического импульса слуги было не совсем тем же, он произошёл почти на сто секунд раньше. Ванка поначалу слегка расслабилась, но застыла, как только до неё дошла реальная разница во времени. Нет, этого не может быть! — подумала она. Девяносто четыре целых и одна десятая секунды, время, необходимое свету, чтобы достичь Селестии и вернуться обратно. Отсроченная реакция луны была понятна, другая длина светового пути создавала иллюзию, что она потемнела в другое время.

Индуту внимательно наблюдал за изменениями в выражении её лица. Он видел шок, и знал, что ему удалось её убедить. «Есть и ещё. Это диаграмма солнечной активности за последнюю мегасекунду.» Поверх видео появился простой график, представляющий собой горизонтальную линию, практически плоскую, за исключением двух острых выступов, направленных вниз. Первый был практически в самом конце, и явно соответствовал инциденту на видео. Другой, в самом начале, был намного меньше.

Лапа Ванки двигалась, словно во сне, медленно нажимая на кнопки, чтобы увеличить окно с данными и шкалу. Теперь она увидела именно то, что ожидала увидеть, случайные кратковременные колебания производительности Селестии, превращающие ровную линию в плотную полосу шума. Падение было очевидным, оно превышало уровень шума в сотню раз. Почти пять процентов от нормы, — подумала она, — недостаточно, чтобы заметить, если только тщательно не изучить данные.

Она перешла по ссылке на базу данных Института, открывая собственные файлы и проверяя, когда слуга была на тренировочной площадке. Временная задержка была немного другой, но достаточно близкой. Ванка невольно кивнула. Солнце было за горизонтом, а слуга немного дальше, — подумала она. Академик откинулась назад и уставилась на Индуту, чувствуя к нему неохотное уважение за то, что он убедил её принять всерьёз это возмутительное заключение, не созывая половину всего научного сообщества.

«Это открытие…» — начала она, но, не сумев продолжить, в бессилии развела лапами.

«Опасно,» — закончил он. «Мы не заметили первый случай. Этот впервые узнал о нём из постановления Мирового Суда. Улей Баур обвинил нас в злоупотреблении исследованиями и потребовал немедленной проверки. Они утверждают, что Лакуна работает над созданием супер оружия.» Он хмуро посмотрел на учёную, ткнув в её сторону ухоженным когтем. «И у Ванки оно есть!»

«Это даёт безграничные возможности,» — осторожно сказала Ванка, игнорируя обвинение. «Мы должны узнать всё, что сможем.»

Она ещё не успела договорить, а Советник уже качал головой. «Синод это, конечно, отрицает, но риторика Суда звучит не очень радужно, и этого может оказаться недостаточно. Программа будет прекращена немедленно, все объекты подлежат эвтаназии. Если Институт подвергнут проверке, мы не только утратим секретность, они могут найти причину для санкций и дальнейшего расследования.»

Ванка стиснула зубы, но ничего не сказала. Мировой Суд был последней инстанцией, вмешивающийся лишь в те дела, которые могли привести к глобальной угрозе. Эта предполагает, что случайно погасить солнце было бы довольно плохо, — мрачно подумала она. Все Ульи содействовали Суду, но на сегодняшний день он стал достаточно независимым. Он был практически седьмым Ульем, за исключением того факта, что, в отличие от других, его территорией была Луна. Предполагалось беспрекословное подчинение его решениям, соблюдение этого закона проверялось квалифицированными мульти-ульевыми командами аудита.

Отказ такой команде в инспекции предприятия обычно приводил к санкциям, но у Суда был механизм принуждения. У него не было постоянных войск, это было запрещено, но ему они и не были нужны. Зато у них был ускоритель массы, достаточно большой, чтобы опоясать всю луну. Тотальное уничтожение любой цели на поверхности, эта машина была способна стрелять снарядами весом в тысячу тонн, с достаточной скоростью, чтобы пробить отверстия, на килодлины уходящие вглубь земной коры и поразить объект любой защищённости. Мировой Суд называл его 'Лунный Кинетический Ускоритель', но все жители поверхности называли его просто Молотом.

Одной лишь угрозы применить эту штуку, как правило, было достаточно, но пару раз его действительно использовали. Однажды, чтобы остановить Войну Трёх Дней между Лакуной и Бауром, тогда были нанесены хирургически-точные удары по командным центрам обеих сторон, и ещё раз, чтобы стерилизовать экспериментальный центр нанотехнологий, управляемый Ульем Саро.

Существовали, конечно, контроль и балансировка. Ни один Улей не хотел, чтобы Суд стал слишком сильным, это бы полностью лишило их суверенитета. Для использования Молота было необходимо согласие четырёх из шести Ульев, кроме того, жителям сооружений на Луне требовались регулярные поставки еды, топлива и некоторых крайне важных запасных деталей. Частые инспекции вкупе с полным отсутствием слуг, не давали Суду стать независимым. Никто не любил Мировой Суд, но все знали, что нуждаются в нём, поскольку он был рождён из непрекращающихся войн в начале истории Народа.

«Позволено ли Ванке сохранить уже полученные данные?»

«Да, но на этом всё. Служба Безопасности сообщила Индуту, что они смогут надёжно спрятать информацию, но остальное должно быть уничтожено.»

Сознание Ванки работало с бешеной скоростью, пока она пыталась найти решение проблемы, спасти хоть что-то. Без этих результатов, она будет уничтожена. Всё будет засекречено на высочайшем уровне, и она больше никогда не сможет ничего опубликовать. Ей нужно будет что-то, чтобы предъявить в качестве причины разрушений. «Имеет ли значение способ эвтаназии слуг?»

В ответ на этот слегка странный вопрос Индуту прищурил глаза. «Что Академик задумала?»

«Способ, по крайней мере, дублировать результаты на будущее, когда обо всём этом забудут. Ванка хочет…»

Учёная изложила свой план, и политик дал разрешение.


Приказы уже ожидали Фьюжен, когда сёстры вернулись в загон, огни центра снабжения неистово мигали. Гравити стояла у неё за плечом, когда она их читала, явно намеренная убедиться в том, что она в точности последует им. Хоть ненадолго остаться одной, чтобы всё обдумать было невозможно. Гравити не позволяла ей покинуть окрестности загона и повсюду следовала за ней хвостом. Что ещё хуже, куда бы она ни пошла, её протез привлекал жалостливые взгляды, гораздо сильнее, чем простая повязка. Ощущая неловкость, Фьюжен скрыла глаз за прядями гривы, тщетно надеясь, что это остановит нежелательное внимание.

Оставшаяся часть вечера прошла напряжённо. Фьюжен принудили съесть порцию еды Мастеров вместе с остальными членами семьи. Ей, наконец-то, удалось вырваться из под бдительного наблюдения сестры, когда Гравити отправилась в отхожее место.

Извинившись перед родителями, она скользнула в темноту в бесшумном полу-планирование полу-галопе, затем использовала магию и длинные стебли травы, чтобы вытошнить съеденное вдали от посторонних глаз. Покончив с этим неприятным занятием, она поспешила обратно, и обнаружила подозрительно уставившуюся на неё Гравити. Она никак не прокомментировала свои действия, сестра тоже ничего не сказала. Спустя несколько килосекунд, мягкий перезвон, доносящийся из центра снабжения, сообщил, что пришло время спать. Фьюжен старалась успокоиться, измученная собственными тревогами и целым набором кошмаров, которые, казалось, расплодились до полноразмерного стада.

Следующее утро полностью соответствовало настроению Фьюжен. Команде погоды позволили пригнать небольшую облачную систему в небо над загоном, окрестными фруктовыми садами и полями. Дожди были лёгкими и равномерными, тщательно выверенными так, чтобы напитать влагой землю, но не растрачиваться на сточные воды. Контролировалась даже область выпадения осадков, загон находился в самом центре облачной системы, словно глаз урагана, участок мороси, окружённый настоящим дождём.

Фьюжен пробудилась, ощущая мелкие капли осевшего на ресницы и мех тумана, покрывающие её сверкающим радужным напылением. Она чувствовала их только на лице, где мех был тонким, более длинный защитный слой меха на остальных частях тела не позволял воде просочиться к коже. Сморгнув капли росы с ресниц, белая кобыла осторожно поднялась и отошла на несколько шагов от остальных членов своей семьи и энергично встряхнула крыльями, сбрасывая скопившуюся на перьях влагу.

Гравити присоединилась к ней во время поспешного завтрака, кобыла была молчаливой и судя по её виду, спала не лучше, чем Фьюжен. Она избегала смотреть в глаза сестре, они быстро поели и поднялись в небо, направляясь к месту назначения Фьюжен.

Институт Аномальной Физики был обширным, она нанесла ущерб лишь одному из множества составляющих его корпусов, тому, который огибало скрывающееся за горизонтом кольцо исследовательского ускорителя. Место, в котором они должны были отметиться, было ей знакомо, там она проходила начальные тренировки. Фьюжен не понимала, зачем из всех возможных мест они хотят, чтобы она отправилась именно туда. Насколько ей было известно, она уже исчерпала все возможности исследований, предоставляемые оборудованием низкой мощности, доступном в том месте.

Но приказы есть приказы, и две пони быстро летели сквозь тщательно контролируемый ливень, достигнув чистого неба, только когда поднялись достаточно высоко над облаками. Оставшаяся часть полёта прошла без приключений, яркий свет солнца и стремительное движение воздуха быстро высушили их мех. Как и многие другие исследовательские участки, этот располагался близко к поверхности, чтобы на этапе конструирования тяжёлые машины легко могли попасть на его территорию, и сохранил собственную шахту доступа. Будучи всего лишь двадцать длин в поперечнике и около сотни в глубину, она не могла сравниться в размере с огромной шахтой Центра Службы Безопасности.

Фьюжен присоединилась к 'входящей' очереди слуг, разреженной, парящей на небольшой высоте дуге, при входе в вертикальную шахту превращающейся в крутую спираль. Вход для пони представлял собой квадратную дыру с гранями в пять длин, расположенную в середине боковой стены шахты, над большими грузовыми дверями в самом её низу. Здесь им пришлось подождать, пока Фьюжен проходила полный процесс регистрации, кобыле пришлось манипулировать прикрепленным к стене таумическим сенсором, пока камера сравнивала структуру её радужной оболочки, очертания рога и общую внешность с информацией в базе данных. Она пропустила этот процесс в первый раз, когда уничтожила коммуникатор, тогда её привезли на флаере Службы Безопасности.

Наконец система подтвердила, что она та, за кого себя выдаёт, и снабдила её временным коммуникатором, изящным ожерельем, украшенным прозрачными как капли росы кристаллами. Это немного удивило Фьюжен, коммуникаторы должны были быть довольно прочными, так что сам факт того, что у механизма ворот были готовые поставки запасных, должен был означать, что её случай не такой уж необычный. Скольких ещё пони подвергали подобному агрессивному магическому тестированию? — подумала Фьюжен. Возможно то, что я сломала ещё один, не вызовет больших подозрений?

Новый коммуникатор прошептал инструкции где-то в глубине её головы, сообщая ей, куда она должна отправиться. Их пунктом назначения была часть биохимической секции Института, несколько комнат, использовавшихся для осмотра слуг после особенно изнурительных экспериментов. Это место было знакомо кобыле, в прошлом она проводила там долгие килосекунды, особенно в самом начале тренировок.

Фьюжен почувствовала, как в горле пересохло, когда она обдумывала, зачем им могло понадобиться осматривать её и Гравити. Я прошла через многое, так что есть смысл осмотреть меня, но почему Гравити? Кобыла, бойкой рысью спешащая по одному из центральных коридоров, чуть не споткнулась, осознав возможную причину. Они знают, что я преуспела в тренировках Гравити, и они хотят сравнить нас, — подумала она, начиная чувствовать недомогание. Они поместят нас в таумический сканер и заставят продемонстрировать новую технику.

Они увидят, что на нас нет Благословения.

Дверь в комнату осмотра открылась при их приближении, и Фьюжен вошла первой. Внутри была Академик Ванка, выглядящая ещё более раздражённой, чем обычно, Студент Корн, который, похоже, нервничал, и Энимал Сканер, тихо стоящий в углу с пустым выражением лица пони, который не хочет, чтобы его заметили. Комната осталась такой же, какой Фьюжен её запомнила: компьютеры и сигнальное оборудование вдоль левой стены, отсеки хранения и большие холодильники вдоль правой, и толстый тор таумомагнитного резонансного сканера на стене напротив двери.

В этот самый момент Фьюжен обнаружила, что осталась в одиночестве, Гравити мялась на пороге, словно парализованная видом Т-МРС и его кольца роботизированных рук. Но один нетерпеливый жест Ванки, и синяя кобыла прыгнула вперёд, словно ужаленная, быстро вставая рядом с Фьюжен, и опуская голову, чтобы не видеть большую машину.

«Была ли тренировка слуги успешной?» — спросила Ванка у Гравити.

Фьюжен внутренне сжалась в ожидание ответа сестры. Гравити не сообщила о ней, но если она и собирается рассказать что-нибудь, это случиться сейчас, при личной встрече с Мастером. С шёпотом силы, слишком слабым, чтобы её сияние было заметно при ярком освещении лаборатории, она привела в действие магию телекинеза. Заклинание, нейтрализующее магию, вертелось в её сознание, словно призрак, полузавершённая схема, готовая к использованию в любой момент. Сначала Гравити, — подумала кобыла, скрепя сердцем от мысли о том, что ей, возможно, придётся сделать, — она представляет наибольшую прямую угрозу. Взорвать всю электронику и телепортироваться отсюда. Её решительность пошатнулась, когда она вспомнила о ненавязчивом присутствии Энимала. Взять его с собой, снять Благословение и удерживать в заключении, пока не удасться убедить его присоединиться ко мне.

А ещё были Ванка и Корн. Что мне делать с ними? — подумала она, избегая очевидного решения. Ванка… На лапах Академика было достаточно крови пони, и Фьюжен предполагала, что сможет убить её. Нет, я не стану начинать с преднамеренного убийства. Приняв решение, она почувствовала солнце и коснулась его так, как касаются ручки двери, не открывая саму дверь. Теперь мне просто нужно суметь произвести массовую телепортацию на много килодлин отсюда, при этом не превратив всех в пюре, — подумала она, но почему-то идея использовать неиспытанное заклинание казалась совершенно приемлемой, учитывая обстоятельства.

«Да, Мастер,» — ответила кобыла, уставившись на свои копыта.

Ванка, похоже, не заметила её странного поведения, вместо этого обернувшись к Фьюжен. «Эта пони могла получить чрезмерную дозу радиации во время последнего теста. Она пройдёт процедуру для сохранения здоровья.»

Фьюжен чуть не засмеялась от облегчения, давление развеялось со словами Академика.

Возможность выбора явно не предполагалась. Будто получив прямой приказ, Энимал Сканер выступил вперёд с пистолетом для инъекций, уже заряженным склянкой с молочной жидкостью. Нервно глядя на него, Фьюжен услужливо откинула голову, чтобы ему было проще добраться до большой ярёмной вены. Она почувствовала сначала, как на её шею брызнули чем-то холодным, а затем укол, когда игла вошла в кожу.

«Так будет проще,» — сказал он так тихо, что она едва расслышала, убрал пистолет и выбросил использованную иглу в небольшой контейнер для биологически-опасных отходов.

Через секунду до неё дошёл смысл слов жеребца, глаза Фьюжен расширились, и она бросила взгляд на лицо Энимала. Его выражение было исполнено печали и сострадания. «Нет!» — крикнула она, вырывая инжектор из его магического захвата, намереваясь посмотреть, что ей вкололи. Но маленькое устройство выскользнуло из её хватки, когда её магия словно иссякла, и было поймано красным свечением явно готового к этому Энимала прежде, чем достигло пола.

«Сестрёнка? Что не так?» — спросила Гравити, делая нерешительный шаг вперёд, но под свирепым взглядом Академика замерла на месте.

Фьюжен стояла на трясущихся ногах, ощущая, как сила и способность удерживать равновесие испаряются. Она пыталась ответить, пыталась просить сестру бежать, лететь или силой пробивать себе путь к свободе, что угодно, только не оставаться в этой ловушке. Её голова поникла, рот двигался, но с её губ не сорвалось ни звука. Фьюжен в отчаяние искала связь с Селестией, но она снова и снова ускользала, маленькие вспышки света, вьющиеся вокруг её рога, стремительно растворялись во тьме. Ледяное онемение распространялось от шеи, замораживая тело и голову. Она запнулась, крылья беспорядочно бились, ноги подогнулись, от падения её спасло только мягкое давление магии Энимала.

Зрение Фьюжен оставалось острым, со слухом у неё не было проблем и, несмотря на наркотики в крови, она без проблем узнала долговязые очертания Агента Салрат, когда та большими шагами вошла в комнату осмотра. За ней последовал грифон в грузной боевой броне солдата Службы Безопасности. Его она тоже видела раньше, он был одним из тех, что охраняли Рандом и стадо жеребят.

Агент кивнула Ванке, затем указала на грифона. «Слуга Гравити Резонанс TP5325 последует за этим солдатом и будет выполнять его приказы.»

«Да, Мастер,» — ответила Гравити высоким слабым голосом, не способная оторвать глаз от обмякшего тела Фьюжен, висящего в кроваво-красном телекинетическом поле Энимала.

Грифон выступил вперёд, посмотрел на синюю кобылу, а затем грубо толкнул пони, заставляя двигаться. «Следуй за мной,» — сказал он сочащимся злобой резким голосом. Пара отбыла, направляясь вниз по коридору в неизвестную часть комплекса.

Машина загудела и нижние четыре руки вокруг Т-МРС раскрылись, хватая Фьюжен. Энимал удерживал её на месте, так что ограничители смогли обхватить её колени, лодыжки, бёдра и холку. Её крылья сложились, широкие, эластичные ремни не давали им снова раскрыться. Пятая рука сомкнулась вокруг головы, помещая рог в испещрённый кристаллами футляр. Наркотик заблокировал её магию и мышцы, но не прекратил отчаянную панику, когда её крепко схватил холодный металл.

Салрат склонилась, смотря в глаз кобылы. «Превосходно,» — сказала она, обнажая зубы в улыбке, и положила когтистую лапу на голову Фьюжен.

Над кобылой развернулись верхние руки, сложные приспособления, заменяющие им пальцы, двигались подобно жвалам насекомых, выполняя обычную проверку собственных функций. Она сохранила способность ощущать всё происходящее, врезавшиеся в грудь ограничители, горячее дыхание Салрат у неё на щеке, острые уколы когтей Агента, давящих на её череп.

Агент придвинулась ещё ближе, сбавляя тон голоса до тихого шёпота. «Пони удавалось дурачить эту некоторое время, но Салрат знает, кто ты теперь.» Её улыбка стала ещё шире, она бросила взгляд на ожидающие роботизированные руки. «И вот ещё что. Синод принял решение прекратить эту линию исследований, когда машина закончит с тобой, она примется за твою сестру.»

Последняя надежда угасла, Фьюжен кричала и билась в тюрьме своего тела, она словно была опутана цепями и брошена в яму, наполненную водой. И все её действия не вызывали даже малейшей ряби на поверхности.

Продолжение следует...