Время для дракона

В один прекрасный день,Твайлайт Спаркл, копаясь в своей библиотеке, находит старинную книгу,где рассказывается о мире, где когда-то давно правили драконы и о драконьей магии.Твайлайт спешит известить об этой находке принцессу Селестию и та отправляет всю Великую Шестерку в экспедицию,дабы подробней узнать об этом виде магии.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Другие пони

My little Sherlock

О многогранной личности Шерлока и ее составляющих.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Человеки

Посланник дождя

Каждый сам создаёт свой ад и при должном старании даже утопия обернётся кошмаром. Но в мире, где идеалы дружбы и всепрощения ещё не были воспеты, чужаку стоит сделать лишь неосторожный шаг, чтобы превратить свою жизнь в череду падений.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Найтмэр Мун Человеки Стража Дворца

Зарыдать бы, да отнят голос

Быть другом бога сулит многие блага. Единственным — огромные беды.

Флаттершай Дискорд

Преемственность

На что готов пойти учёный, чтобы отнять свои труды у неумолимого времени?

ОС - пони

Фоллаут: Эквестрия — Звёздный свет

После смерти Богини умы и души, составлявшие Единство, рассеялись по всей расе аликорнов. Предоставленные своей воле, они объединились и с помощью Вельвет Ремеди создали организацию Последователей Апокалипсиса. Радиант Стар, юный аликорн и новоявленная послушница Последователей, подвергается воздействию странного заклинания, наделившего её внешностью одной известной Министерской Кобылы, бывшей прежде частью Богини. Однако изменения на этом не прекращаются, и вскоре Стар осознаёт, что ей каким-то образом передались все чувства и эмоции Твайлайт Спаркл. Отчаянно желая выяснить причины случившегося, она вместе со своей верной подругой из Последователей, Вайолет Айрис, отправляется искать ответы на терзающие её вопросы, совершенно не подозревая, что её преображение повлияет на весь мир.

ОС - пони

It's been a long time.

Пинкамина не может прийти в себя после пришествия со смертью Рэйнбоу Дэш. Многие психологи со всего мира не могут привести юную пони в разум. Лишь виды прошлого и будущего смогут вернуть пони рассудок.

Доктор Хувз

Снеговик

О лопатах и снеговиках.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Они настоящие

После событий серии Bats Флаттершай, с подачи Рейнбоу Дэш, вынуждена пройти коммисию фестралов, дабы вступить в ряды Детей Ночи. Однако придя на собеседование, она делает для себя неожиданное открытие.

Флаттершай Другие пони

Возвращение блудных Пай

Приближается двадцатый день рождения Блинкадетт Розалины Пай, и ей прекрасно известно, чем это грозит. На Каменную Ферму приезжают её сёстры. Старшая — всемирно известная виолончелистка и композитор, а младшая спасала Эквестрию, как минимум, три раза. А Блинки… она управляет семейными финансами (точнее расчётами с поставщиками и кредиторами). И у неё столько проблем, что её самое заветное желание — чтобы всё это поскорее закончилось.

Пинки Пай DJ PON-3 Другие пони Октавия

Автор рисунка: Devinian
Глава I. Ветер перемен | Чужие секреты Глава III. Призрак | Шаг за черту

Глава II. Лжец | Сорванная маска

Сегодняшнее утро выдалось уже не таким солнечным и теплым, как ранее. С самого начала дня небо затянули серые тучи, окрасив городок в мрачные и тусклые цвета. Дождя не было, но холодные порывы ветра заставляли всех тех жителей, кто решил сегодня высунуть нос на улицу, одеваться теплее. Воздух пах сыростью, вынуждая многих пони не расставаться с носовым платком.

Десерто, попрощавшись с мамой, вышел на улицу и двинулся по уже проверенному маршруту через лес. Зябкая и хмурая погода, вынудившая городок уткнуться в шарфы и грустно топать по улицам, диктовала те же правила и в лесу. Каждая травинка и лист были покрыты росой, вынуждая Десерто двигаться только по тропинке. Хватило бы и пару шагов вне дорожки, чтобы тебя словно окатили водой из ведра, промочив до нитки. Возвращаться домой сейчас сулило бы опозданием на занятия, а прийти в школу мокрым означало попросту простудиться. Этот вывод сделали и жители леса, которые решили сегодня утром остаться дома, спрятавшись в своих жилищах. Жаль, что Дес не мог себе позволить сделать тоже самое.

Вчерашний вечер принес довольно странные ощущения. Подобные мероприятия в городке проводились редко, если не сказать, что проводились вообще, однако это был довольно полезный опыт. Знакомство со старыми друзьями мамы прошло довольно гладко, даже несмотря на агрессивную реакцию их дочери на Десерто. С одной стороны – это было вызвано ее болезнью, а не самим Десом, но с другой… Если у кобылки действительно подобные проблемы со здоровьем и ей не могут помочь даже опытные врачи со всей Эквестрии, то, вероятно… Нет. Нет, нет и еще раз нет. Это не его дело. Да и какое он имеет право подвергать ее подобной опасности? Если Элизабет Фоулер действительно можно помочь, нельзя этому мешать. А если нельзя… то, превратить ее последние месяцы нормальной жизни в ужас, если у него ничего не получится? Ни за что. Даже не думай об этом. Оставалось надеяться, что ей действительно помогут, а сама она легко приживется в городке, даже несмотря на свой недуг. Пони тут хорошие, и Десерто знал это лучше всех.

Жеребец перепрыгнул через забор, отделяющий лес от школы, и ступил на каменную дорожку. Серый фасад школы, казалось, в эту погоду выглядел еще более хмурым и мрачным, нагнетая тоску и нежелание идти в это ужасное место скуки и нудных цифр с буквами, которые нагло лезли тебе в голову. Это было отчетливо видно по потоку учеников и их родителей, текущему к главному входу еще более вяло, чем когда-либо. Десу казалось, что сейчас через двор школы ползут вообще все известные виды эмоций грусти и тоски, какие только возможны в Эквестрии. Эта мысль почему-то заставила его улыбнуться. Чем был вызван подобный скачок настроения, Дес не понял. Да и какая была разница, если буквально через пару минут его испортят проверенным способом Фрай и его банда. Интересно, на этот раз эти обалдуи придумают что-нибудь оригинальное, кроме простого закидывания его портфеля на дерево или очередной попытки испачкать его форму в грязи. Вновь странные и непонятно откуда взявшиеся мысли, особенно если брать в учет то, что вчера Десерто целых два раза избежал «праведного гнева» главного оболтуса этой компании, а, в довесок ко всему, еще и стал причиной очередного вызова его матери к директору. Сегодня Фрай и его банда точно будут зверствовать. Дес это знал, но все еще не мог понять, почему от этих мыслей его настроение приподнялось, разбавив обычное состояние парой-тройкой ярких оттенков. Очень странно.

Как обычно опустив голову, Десерто двигался к главному входу через пустой задний двор школы, стараясь уловить любые эмоции, которые вот-вот должны были в него врезаться. Яркая вспышка гнева не заставила себя долго ждать, появившись на общем сером фоне точно по расписанию. Она рассекла общую тусклую палитру и ударила ровно в того, в кого метила – в Деса.

— Вот ты где, Сопля! – прозвучал знакомый голос Фрая, раздраженный и надменный.

К Десерто тут же приблизилась вся местная банда, обступив его со всех сторон.

— На этот раз ты не отделаешься! – прорычал «главарь».

Яркая пелена гнева окутала Фрая с ног до головы, подкрепляя сказанное. Но помимо злобного эмоционального фона самого жеребца и его подручных, Дес уловил еще что-то. Другая эмоция, отличная от злобы или утренней скуки. Жаль, что из-за своего ослабленного состояния, в котором Десерто все время себя держал, он не мог уловить, от кого она исходила. Что-то было не так.

— Ты что-то сильно отбился от копыт, Сопля, – произнес Фрай, подходя ближе.

Стоящие позади жеребцы тоже приблизились.

– Сбегаешь без разрешения, прячешься от меня! – прошипел жеребец. — Тебя пора проучить.

Фрай подошел вплотную и грубо приставил копыто к подбородку Деса, подняв голову того вверх.

— А за то, что вчера из-за твоей вонючей морды, — жеребец гневно оскалился, — мою мамашу сегодня вызвала эта долбанная директриса, ты…

— И нам действительно есть о чем поговорить с Вашей матерью, мистер Смалл, – из-за угла вышла директор школы.

Миссис Варден приблизилась к группе жеребцов и Десу, окинув каждого холодным взглядом. Общий яркий фон злости и гнева резко поменял тон, превратившись в страх и, кое-где, даже в панику. Часть банды Фрая, которая стояла позади Десерто, сорвалась с копыт и разбежалась по сторонам в надежде, что директор не успела их разглядеть. Довольно наивно. Рядом с Фраем остался только его самый верный и крупный прихлебатель, который не сбежал только потому, что его колени настолько сильно тряслись от испуга, что один неверный шаг сулил вероятность свалиться на землю. Варден приблизилась к жеребцам и остановилась, нависнув над оставшимися, словно коршун. Узкие глаза в сочетании с острыми чертами лица кобылы и ее ровный и холодный голос создавали довольно жуткий образ карикатурного полицейского, способного заставить признаться практически во всем.

— Видимо, прошлый раз я выразилась недостаточно четко, — директор смотрела точно на Фрая, который уже повернулся к ней и испуганно смотрел в ответ.

Сколько бы она «достаточно четко» не выражалась, это все равно бы не помогло. А после последних событий подобное «удачное стечение обстоятельств» только все усугубило для Деса.

— Миффиф Фалден, — Десерто поднял голову и взглянул на Директора, — мы тфут нифефо…

— Мне не интересна Ваша версия, мистер Харт, – перебила его Варден, продолжая смотреть на Фрая. – Ступайте в класс.

Дес коротко кивнул и, вновь опустив голову, двинулся в сторону главного входа. Эмоции скрытой злобы и ярости, тесно переплетающиеся со страхом, преследовали его даже после того, как он завернул за угол. Десерто влился в поток учеников и их родителей, проходящих через главный вход. Ему нечасто удавалось оказаться внутри школы в подобное время, и это немного пугало. Благо, общее хмурое настроение, подкрепленное скверной погодой, словно поместило окружающих в только им известный выдуманный мир, и большинство не заметили бы даже болотную гидру, стоящую в центре холла. Но было что-то еще. Золотой оттенок в сером океане, который пролетел мимо Деса ровно в тот момент, когда Варден застала его с бандой Фрая, вновь прочертил яркую линию на хмуром фоне тоски и неохоты. Эмоция, рожденная интересом или любопытством, но… откуда? Ослабленное состояние не давало возможности узнать это, а жаль. Хотя Десу, скорее всего, просто померещилось, ведь он, в кои-то веки, входил в школу со всеми, не опаздывая и впопыхах.

Десерто преодолел главный зал и, огибая кобылок и жеребцов, собравшихся в группки для обмена сплетнями, приблизился к своему школьному ящику. Со вчерашнего дня он не изменился – все тот же новый замок, который пока еще не сорвали, несколько ругательств и помятая дверца. Вчера и, видимо, сегодня, у Фрая не было времени приготовить «новую» ловушку, потому Десерто нашел все необходимые ему учебники в относительно сносном состоянии. Перед этим, естественно, открыв каждую книгу и проверив, не рванет ли она опять. Это было странно, вернее сказать, это было непривычно. Но Дес знал – дешевые подколки немного усмиряли внутреннего хулигана Фрая и его оболтусов, а если брать в учет то, что со вчерашнего дня этот «бедняга» голодает, все оказывается достаточно скверно.

Десерто глубоко вздохнул, выбора нет. Он оглянулся по сторонам, убедившись, что все ученики заняты своими делами и просунул голову глубже в ящик. Скрытый от чужих глаз, Дес направил телекинез в самый дальний угол своего шкафчика, приподняв маленькую дверцу, хорошо спрятанную от посторонних. Под ней лежало несколько пакетов с зеленой гелеобразной жидкостью, которая слабо светилась в темном ящике. Подхватив две штуки, Дес незаметно положил их в свою сумку под учебники и закрыл тайник. Заперев ящик, он повернулся и двинулся в сторону класса. Сложные времена требуют опасных решений. Гелеобразная жидкость так и манила Деса, распаляя его жажду, но рисковать было нельзя. Один пакет вечером – чтобы не потерять сознание при побоях, и второй – на всякий случай. Никакой самодеятельности, главное – пережить этот вечер, не подвергнув никого опасности. Десерто еще пожалеет о своем решении…

Согласно расписанию, первым уроком была биология, а значит, следовало идти на второй этаж. Когда Дес проходил через основной зал к главной лестнице, он вновь почувствовал этот красочный оттенок любопытства, вторгшийся в тусклый океан эмоций утренней школы. Один или, в крайнем случае, два раза – могло и показаться, но третий раз? Десерто остановился, обеспокоенно оглядываясь по сторонам. Несколько групп учеников, сбившихся в кучки по разным углам фойе, идущие следом друг за другом младшеклассники, отдельные ученики, миссис Варден, ведущая беседу с кем-то из учащихся – ничего необычного. Но откуда тогда эта эмоция? Дес сейчас мог улавливать либо общее состояние пони вокруг – например, как сейчас, серая тоска и сонливость, либо эмоцию, направленную точно на него – как это обычно бывало с Фраем и его дружками. Но это… к тому же, это был именно интерес. Внутри Десерто все похолодело. Опустив голову и глубоко сглотнув, он быстро устремился вверх по лестнице.

От кого мог исходить подобный повышенный интерес? Где он напортачил? Когда он умудрился потерять бдительность, и кто-то начал его подозревать? Это пугало Деса все больше и больше. Злобные угрозы Фрая, несделанное домашнее задание, да что угодно – просто меркло перед этой нависшей угрозой разоблачения. Так старательно создаваемый изоляционный барьер, казалось, дал трещину. Но… но почему? Десерто перебирал в голове последние два дня, пытаясь найти подсказку, и не заметил, как оказался около кабинета биологии. Настенные часы показывали, что у него в запасе еще десять минут. Не теряя времени, Дес прошел внутрь класса и уселся за свою парту.

Но, даже когда Десерто оказался в окружении стен аудитории, его не покидала все нарастающая тревога. Разум пытался проанализировать все то, что с ним произошло накануне. Может, виной всему была та телепортация? Нет, вокруг никого не было, кроме школьного садовника – Оака. Он хорошо знал этого пони — ни болтать лишнего, ни, уже тем более, следить за Десерто, он точно не будет. Но что тогда? Вечер? Вряд ли, ведь там он вообще почти ни с кем не разговаривал, кроме мамы и дочери Фоулеров. Ее реакция после их вчерашнего короткого разговора явно намекала, что для нее Дес уж точно не будет объектом интереса.

Мысли лезли в голову, сменяя одна одну. Но все они были бесполезны и более походили на чушь и бред, нежели на попытку осмыслить то, что же произошло и что это за три коротких, но ярких вспышки интереса. Десерто даже не заметил, как в класс вошел Фрай и гневно покосился в его сторону. Дес просто молча сидел и пялился в одну точку, и из этого состояния его смог вывести только голос учителя.

«Приди уже в себя!»

Дес беззвучно выругался. Он слишком долго жил в изоляции и совсем забыл, как правильно вести себя в таких ситуациях. Десерто сделал глубокий вдох, закрыл глаза и медленно сосчитал до десяти. Облегчения это ему не принесло – нервные импульсы продолжали бегать по его животу и груди. Однако, это помогло хотя бы перестать вести себя как зомби и спрятать свое волнение под маской. Нужно успокоиться, срочно. Сегодняшний вечер будет полон проблем, и если Дес вымотается еще до его начала, кто знает, что может случиться…

Часы медленно отсчитывали минуты до большого школьного перерыва. Прозвенел звонок, и все ученики поднялись с парт, готовясь выбраться на свежий воздух. Дес повернул голову и посмотрел в окно. Небо все еще было затянуто хмурыми тучами, и весь школьный двор по-прежнему был окрашен тусклыми тонами грязно-серого.

Резкий удар в затылок вывел Деса из раздумий.

— А ты не расслабляйся, Сопля!

Десерто был не готов к этому. Пинок больше напугал его, нежели причинил боль. Дес резко повернулся, чуть не упав с парты, и испуганно уставился на Фрая. Воздух вокруг жеребца просто пестрел яркими оттенками злобы и гнева, переплетаясь с отвращением и ненавистью. Фрай грубо обхватил Десерто за шею, сдавив ее сзади, и приставил копыто к подбородку Деса.

— Ты допрыгался, выродок, – прошипел Фрай так, чтобы слышал его только Дес, а выходящие из класса ученики надежно скрывали их обоих. – Из-за тебя, паскуда, эта старуха Варден сейчас будет трахать мне и моей мамаше мозг. Но не переживай, ты за это ответишь… И только попробуй вновь слинять, завтра я тебе ноги переломаю!

Фрай оглянулся, убеждаясь, что учитель уже покинул класс, и резко ударил передним копытом в лицо Деса. Тот тихо всхлипнул и схватился за губу, наклонившись над партой. Фрай еще раз ударил его, но уже по затылку, а после чего сильно толкнул. Десерто потерял равновесие и с грохотом упал вместе с партой на пол, приковав к себе удивленные взгляды тех, кто еще не успел выйти из класса.

— Неуклюжий имбецил, – Фрай с невозмутимым видом двинулся к выходу.

Десерто встал, отряхнулся и взял зубами свою сумку. Все его вещи сейчас валялись на полу, потому ему пришлось собирать их, пока класс не опустел. К боли Десерто уже привык, как и прочим нападкам этого хулигана. Наконец, собравшись, он вышел в коридор. Большая часть учащихся уже покинула школу, потому по пути к главному входу Десу практически никто не встретился. Можно было не ожидать «кровной мести» от банды Фрая, ведь сам главарь ни за что бы не пропустил линчевания. Путь на улицу был свободен, хотя бы в этот раз.

Знакомая эмоция интереса вновь ударила в Деса, стоило ему оказаться в центре холла, в паре шагов от главного входа. Опять! Это, Тартар ее побери, уже не случайность или совпадение. Десерто испуганно замер и сглотнул. Он медленно повернул голову и огляделся. Тонкая эмоция любопытства вела в сторону коридора слева от главной лестницы, который вел к помещениям спортивного зала, библиотеки и классов для младшеклассников. Пусть Десерто сейчас и был слаб, в полупустом помещении отследить источник было возможно, и Дес сосредоточил все свои силы на этом. Еще секунда и…

— Не отставайте, мои маленькие пони!

В этот же самый момент из коридора бойким маршем вышла мисс Блоссом – молодая учительница младших классов, которая вела за собой большую группу жеребят. Все вокруг мгновенно окрасилось разноцветной палитрой самых разнообразных эмоций и чувств, спрятав под собой чье-то любопытство. Десерто тихо выругался. Паранойя, которую он, казалось, приструнил, вернулась с новыми силами. Дес испуганно огляделся, сглотнул и быстро выскочил во двор.

Весь путь от школы к одинокому дубу Десерто внимательно всматривался и пытался вновь почуять этот возникший из ниоткуда интерес. Но вокруг было, как обычно, тихо и обыденно. Ученики сбивались в кружки по интересам или занимали спортивную площадку, играя в хуфбол либо поло. Единственное отличие – сырая погода, заставляющая эти самые «кружки по интересам» плотнее сжиматься, чтобы не было так зябко.

Дес сел под кроной дуба и закрыл глаза. Сейчас он был благодарен порывам холодного ветра, которые трепали гриву и, забираясь под школьную форму, отбирали у тела тепло. Это помогло вновь успокоиться и подумать, что же делать дальше. Обычно, это место, находящееся на виду, помогало Десерто спокойно пересидеть перерыв, не боясь, что банда Фрая вновь изобьет его либо засунет куда-нибудь, и он пропустит оставшиеся занятия. Но сейчас было все равно – вокруг витало слишком много эмоциональных потоков, которые, пусть и немного, но успокаивали расшатанные нервы.

— А потом он мне сказал, что мне стоит заняться… «бегом»!

Оранжевогривая кобылка возмущенно что-то рассказывала своим подругам, которые сочувственно кивали и всячески «поддерживали» ее нытье.

— Это, якобы я поправилась! – злобно фыркнула она, высокомерно задрав нос.

— Да послала бы ты уже его! – произнесла ее подруга с фиолетовой гривой и бирюзовой шерсткой, сидящая рядом. – Кто он вообще такой?

Больше всего, помимо дневной дремы у дуба, Дес любил слушать. Он уже давно стал призраком в этой школе, потому его присутствия просто не замечали.

— Ужасно! – кивнула третья кобылка. – У меня тоже вчера случилась катастрофа! Когда мы с мамой приехали в центр города…

Десерто забавляла подобная болтовня. Одна рассказывала о своем случившемся «несчастье», остальные подруги сочувственно кивали и отпускали пару дежурных, заранее подготовленных фраз, наподобие «Ужасно!» или «Бросай!», и эстафета переходила к следующей.

«Интересно, а если после такого разговора каждую спросить, о чем они сейчас разговаривали, они смогут пересказать хотя бы часть?»

Десу это было не важно. Главное, что сейчас он нашел способ успокоиться. Внезапно яркая вспышка интереса опять ударила точно в Десерто. Его словно окатило холодной водой, заставив практически подпрыгнуть на месте и начать озираться.

«Да что же это такое?!»

Дес начал всматриваться в толпу, тяжело дыша и нервно топчась на месте. Тонкая эмоция, рожденная интересом, тянулась со стороны школы, а ее источник пропадал в океане прочих эмоциональных потоков, исходящих от жеребцов и кобылок во дворе. И этот самый долбанный интерес был направлен именно на Десерто, иначе он бы попросту его не уловил. Сейчас Десу стало страшно. Это уже был пятый случай за половину дня, а значит, за ним точно кто-то следит. Но кто, и кому это надо?

Линия опять исчезла, вернув все на круги своя. Сейчас Десу хотелось сбежать больше, чем когда-либо. Это уже не вписывалось ни в какие рамки, а паника только все усугубляла, мешая адекватно решить, что делать. Десерто, сорвавшись с места, спрятался за толстым стволом дуба и прижался к нему спиной, принявшись жадно хватать ртом воздух. Легкие просто разрывались от напряжения, как будто он только что пробежал пару десятков километров. Оставшуюся часть перерыва Дес провел тут, боясь высунуться или пошевелиться.

Часы неумолимо отсчитывали время, и занятия должны были вот-вот закончиться. Остаток дня после перерыва Дес больше не чувствовал слежки за собой, однако легче от этого не становилось. Он уже нутром чуял, как Фрай и его банда поджидают его около леса на заднем дворе школы. Дес всегда ходил этим путем, ведь это самая короткая дорога домой. Идти более длинным путем, пытаясь сбежать вместе с остальными учениками было глупо – Фрай и его прихлебатели все равно бы поймали Деса по пути. При этом пришлось бы пройти гораздо большее расстояние, чем обычно, и попасться в копыта хулиганам изрядно уставшим.

Солнце уже практически опустилось за горизонт, раскрасив серую мешанину из туч в грязно-оранжевый и красный. Поднявшийся ветер сделал и без того мерзкую и холодную погоду еще омерзительнее и холоднее. Десерто вышел на общий двор и осмотрелся. Школа уже практически опустела, и последние группы учеников покидали ее окрестности. Десерто глубоко вздохнул и достал из седельной сумки пакет с гелеобразным веществом.

«Выдержать и благополучно вернуться»

Дес откусил уголок и залпом осушил содержимое. По телу пронесся электрический заряд, время вокруг замедлилось. Во рту появился приятный сладкий привкус, по которому Дес так соскучился. Мир в одно мгновение наполнился яркими запахами эмоций всех учеников, которые буквально недавно покинули стены школы. Горечь, радость, смирение, скука, гнев, печаль – Десерто почуял их всех. Он тряхнул головой, приходя в себя. Некогда отвлекаться, ведь эти силы ему сейчас пригодятся в другом месте. Сделав глубокий вдох, он поправил сумку и, спустившись по лестнице, завернул за угол, двигаясь к лесной тропинке на заднем дворе школы.

Еще не дойдя до забора, Дес почувствовал гнев, ненависть, презрение и нетерпение, окружившие его со всех сторон. Так же быстро он обнаружил и тех, от кого исходила эта вакханалия негатива, прячущихся в кустах и за деревьями. Перед Десом выскочили Фрай собственной персоной и один из его самых здоровых прихлебателей – бугай серого цвета. Позади появились еще трое, отрезав Десерто путь для отступления. Пришло время сыграть еще одну пьесу.

«Шоу начинается, займите места согласно купленным билетам»

Получив сильный удар по задним ногам, Десерто осел на землю. Его тут же подхватили под передние ноги подоспевшие близнецы. В таком положении пошевелиться уже не было возможности, но она и не требовалась. Десерто коротко всхлипнул. Фрай тут же подскочил ближе и нанес сильный удар в живот, отчего Дес вскрикнул и громко закашлялся.

— Как же ты меня вывел, Сопля! – с непередаваемой яростью прорычал Фрай.

Резким ударом он тут же приложился копытом по лицу Деса, попав тому в щеку. Десерто приглушенно пискнул. Стоящий рядом дружок Фрая развернулся и нанес удар задними ногам Десу по животу. К этому он был не готов, и это было действительно больно. Десерто скорчился и, вновь сильно закашлявшись, застонал. По животу словно прошлись ножом, заставив все нутро гореть огнем.

— Спокойно, Буч! – Фрай слабо хлопнул копытом по плечу товарища. — Не спеши ты так! Времени полным-полно, а Сопля пока не собирается еще уходить, верно?

Он с надменной улыбкой взглянул на Деса, подняв его голову на уровень своих глаз.

— Верно, Сопля? – злорадно прорычал Фрай.

Дес тяжело дышал, тихо постанывая.

— Я не слышу ответа! – взревел жеребец, снова ударив Десерто в живот.

Он вновь всхлипнул и съежился от накатившей волны боли.

— Фефна… — простонал Дес.

— Прекрасно! – захохотал Фрай. – Поднимите нашего уродца повыше.

Оба стоящих позади Деса жеребца грубо тряхнули его и подняли вверх. По передним ногам и груди пронеслась волна боли, которая была дополнена очередным ударом Фрая в грудную клетку Деса. Новая порция огня заглушила все предыдущие скачки боли, заставив его опять хрипло застонать.

— Он же вырубится раньше времени! – возмутился стоящий рядом с Фраем бугай.

— Да не ссы, я почти закончил, – хмыкнул главарь. – Этот урод получит у меня за все, особенно за сегодня!

— Пора бы ему уже чего-нибудь сломать! – заржал один из тех, кто держал Деса за передние ноги.

Фрай торжествующе оскалился в улыбке, резко развернулся и сильно лягнул Деса. Очередная вспышка боли. Воздух из легких вылетел со свистом, не позволив Десерто даже вскрикнуть.

 — Просто… Я… Хочу… Чтобы… Эта… Тварь… Знала… Свое… Место!!! – Фрай начал сильно бить передними копытами по лицу Деса, подкрепляя каждый удар гневным выкриком.

Последний удар он нанес в глаз и отошел, тяжело дыша. По щеке и носу Десерто потекла кровь, которая начала капать на траву. Он громко шмыгнул, еще больше вжав шею. Боль уже струилась по всему телу, не останавливаясь на животе и груди. Голова звенела так, словно в ухо засунули паровозный сигнал и, не переставая, гудели в него.

Дружки Фрая глумливо заржали. Десерто приоткрыл глаз и взглянул перед собой. Отдышавшийся главарь любезно кивнул бугаю, приглашая его сменить. Внезапно Дес что-то почувствовал.

«О нет…»

Золотистая линия вновь возникла откуда-то и устремилась точно на него. Она была как яркая вспышка в ночном небе, заставляющая зажмуриваться от яркости ее свечения. Мысль о том, что этот любопытный пони сейчас попал в передрягу, испугала Десерто. Дружки Фрая, как и он сам, не отличались адекватностью, и могли запросто побить кого-нибудь еще. Но этот кто-то еще мог легко пожаловаться, в отличие от Деса. Пусть он просто уйдет… Помочь он не сможет, хотя бы сам не пострадает.

— Эй, кусок грифоньего дерьма! – прозвучал звонкий голос, заставивший всю банду удивленно повернуться. – Один из твоих отцов не учил тебя, что нападать толпой нечестно?

Внутри Десерто все похолодело. Он узнал этот голос.

***

Утро. Скверное, поганое и мрачное утро. В довесок ко всему, погода тоже решила дополнить общую хмурую картину, добавив в нее немного от себя. Даже через закрытые шторы в комнату просачивался этот серый скучный день, и хотелось лишь одного – посильнее укутаться в одеяло и не вылезать, по крайней мере, лет десять… ну, или до вечера.

— Мисс Элизабет, вам пора собираться! Вы ведь не хотите пропустить Ваш первый день в школе?

Лизу разбудил осторожный стук в дверь и голос дворецкого. Вернее, вывел ее из мрачной пелены скверных мыслей, которыми она обволокла свое сознание. Вчерашний вечер и все, что тогда произошло, казались дурным сном. Но, вот наступает утро, и всех тех ужасов уже нет. Есть только обыденная реальность, без страшных тайн и загадок, только ты и она. Но нет. Реальность иногда бывает хуже ночных кошмаров.

— Да-да… — проворчала Лиза. – Уже встаю.

За дверью послышались шаги уходящего Темпера. Элизабет нехотя встала с кровати, широко зевнула и оглянулась по сторонам. Как это ни странно, но она так и не успела осмотреться в своей новой комнате. Суматоха с переездом, постоянная беготня, званый вечер и обрушившаяся на нее правда полностью захватили внимание. Но вот сейчас просто идеальная возможность! Вечер кончился, а Лиза узнала, что она медленно сходит с ума, превращаясь в мычащий овощ. Великолепно! Самое время познакомиться со своей «пегасьей берлогой».

Еще раз широко зевнув, Лиза встала с кровати, тут же получив порцию острейшей боли от левого копыта, которым она накануне приложилась в стену. Нога, пусть и аккуратно перевязанная Темпером, высказывала пегаске все, что она о ней думает. Ничего, стоит ее немного размять, и боль уже будет не такой сильной. Сжав зубы и прихрамывая, она подошла к окну. Лиза потянула веревку, раскрыв шторы, и впустила тусклый свет внутрь. Она окинула взглядом обстановку. Ничего неожиданного – дизайном, как всегда, занималась мама. Элизабет было все равно, а вот маме – нет. Это чувствовалось буквально во всем. Каждое из двух окон в комнате Лизы было украшено аккуратными бархатными шторами бордового цвета с золотой вышивкой по контуру. Бежевые стены были отделаны пурпурной мозаикой, идущей тонкой линией в тех местах, где стены соприкасаются с полом и потолком, а сам пол полностью устлан белоснежно-белым ковролином с густым ворсом. Вот его Лиза просто обожала. Порой, придя после изнурительной тренировки или трудного дня, она плюхалась на него и могла лежать так целый час, пока ее не растолкает Темпер либо мама. Папа же сам любил просто упасть рядом с ней и так же беззвучно валяться.

Кровать Лизы, довольно большая, чтобы уместить троих пони, стояла у дальней стены. Огромный размер оправдывался тем, что Трея была против облаков в доме, ведь они приносили с собой еще и сырость, а какой пегас не любит развалиться во время сна, растопырив крылья и ноги в разные стороны? Благо, против большого лежбища для дочери, Трея уж точно не возражала. У стены, напротив окон, расположился массивный дубовый шкаф, от которого все еще пахло свежей древесиной. В нем хранились многочисленные платья и наряды, купленные и подаренные Лизе. Они там именно хранились, ведь надевала кобылка их только тогда, когда этого требовала Трея. Она, кстати, тоже выбирала, что же именно Лиза и наденет. Элизабет же, в свою очередь, была только «за» свалить подобный груз на маму и покорно ждать, когда это все закончится. Нельзя было сказать, что Лизе это не нравилось, просто мама всегда попадала в точку.

К шкафу примыкал белоснежный комод с огромным зеркалом, в котором должны были лежать любые вещи, которые могут понадобиться леди. Ну, или спортивный инвентарь, кимоно и прочая атрибутика любимого вида спорта Лизы. Рядом с зеркалом стоял небольшой саквояж, наполненный самой дорогой косметикой, собранной со всей Эквестрии. Что он тут делал, загадка была как для Лизы, так и для Чейза, но гневный и возмущенный взгляд Треи на вопрос «зачем?», отбивал любое желание уточнять цель его нахождения тут. Ну да, мило, ну и пусть стоит.

В дальней части комнаты прямо напротив кровати находился вход в ванную комнату – там-то было уже все как обычно, за исключением полной стилизации под грот, со всеми вытекающими последствиями. Тут было неимоверно красиво, словно ты действительно оказался где-то далеко, в глуши, где нет ни одной живой души. Только тишина, разбавленная тихим журчанием воды и капелью. Это было второе место, после ковра, где Лиза могла потеряться. Главное, запирать ванную перед сном, а то водная капель вынудит тебя посещать это прекрасное место несколько раз за ночь.

Лиза тряхнула растрепанной гривой и шаркающей походкой двинулась к шкафу. Взгляд тут же упал на ее платье, которое она вчера надела на вечер. Оно валялось на полу, скомканное и испачканное, точь-в-точь как настроение Лизы в это утро. Элизабет фыркнула и двинулась к шкафу. В нем висела аккуратно выглаженная школьная форма, которую заботливо оставили для нее еще вчера. Лиза глубоко вздохнула и взяла зубами вешалку.

Нацепив на себя школьный зеленый пиджак с синими вставками и юбку с черным поясом, Элизабет посмотрела в зеркало.

«Маленькое мамино счастье»

Пегаска тихо выругалась и скорчила рожу отражению. Она не страдала болезнью «о, богини как я в этом выгляжу?» или «фасон не подходит под мою прическу», но сделать что-то с этим слащавым образом ей все же захотелось. Да и с таким настроением, ей вообще не хотелось с кем-либо сегодня разговаривать, тем более, если вдруг станет известно, кто она такая. Нет, ну рано или поздно, узнают, но, пожалуйста, не сегодня.

Лиза достала из комода свою белую бейсболку с зеленым козырьком и такой же полосой, идущей по контуру убора. Гриву Лиза заплела в хвост, а рукава на пиджаке коротко закатала. Вот теперь она уже была больше похожа на обычного подростка, а не на «маленькое мамино счастье». Лиза поморщилась. В шкафу, там же, где она взяла форму, лежали и ее школьные принадлежности, упакованные в кожаную седельную сумку черного цвета. Недолго думая, она закинула ее на спину и вышла из комнаты.

Пегаска прошла через коридор особняка и спустилась по лестнице в общую гостиную. Родители уже с самого утра были где-то в городе, решая важные дела, потому в доме сейчас было пусто. Зайдя на кухню, Лиза встретила Темпера, занимающегося любимым делом – поливанием и приведением в порядок комнатных цветов.

— Доброго утра, мисс Элизабет, — коротко поклонился он, повернувшись к Лизе.

Она выдавила из себя мрачную улыбку и приветственно кивнула.

— На столе стоит Ваш обед и завтрак, — улыбнулся Темпер. – Завтракать, я вижу, вы не будете, потому я позволил себе положить Вам с собой побольше еды. Вдруг, Вы проголодаетесь. Также, по совету Вашего отца, я разбудил Вас немного раньше, чтобы Вы успели прогуляться этим утром и не опоздали на встречу с директором школы миссис Варден. Поэтому карету я не готовил.

Дворецкий вернулся к цветам. Лиза повернулась и взглянула на небольшой сверток на столе, который был аккуратно упакован так, что с легкостью поместился в одну из ее седельных сумок.

— Спасибо тебе, Темпер, — грустно произнесла Лиза, посмотрев на дворецкого, и еле слышно добавила: — Спасибо, что ты есть.

— Приятного Вам дня, – он вновь повернулся к Элизабет с мягкой улыбкой. – Пусть этот день и не обещает быть таким. Но уж вы постарайтесь.

Улыбнувшись в ответ, Лиза направилась к входной двери, стащив по пути яблоко. Аппетита не было, но, привыкшему к плотному завтраку спортсмена, желудку было плевать на душевные терзания Элизабет, и он требовал своей порции еды сердитым урчанием. Яблоко могло его заткнуть хотя бы на какое-то время. Нацепив свой красный шарф, кобылка вышла на улицу.

Утренний городок хмуро встретил Лизу. Путь от дома к школе лежал почти через весь город и занял бы у нее, по меньшей мере, минут сорок. Отличная возможность изучить новое место, но Лизе этого не хотелось. Плотнее укутавшись в шарф и натянув кепку на глаза, она легкой рысью двинулась в сторону школы.

Мимо Элизабет проплывали магазины и здания, но она практически их не замечала. Все мысли кобылки сейчас крутились вокруг вчерашнего вечера и откровения, которое она услышала от родителей. Однако даже это меркло по сравнению с тем, что она подслушала из разговора Дерики с ее сыном. Эти мрачные мысли скопом осадили разум Лизы, отводя на задний план все остальное, включая ее первый день в новой школе. За свою, пусть и недолгую, жизнь, Лиза сменила несколько учебных заведений, и в каждом адаптироваться ей всегда было просто. Стоило только местной «элите» узнать, кто она такая, вопрос решался сам собой – даже если и сама Элизабет вообще не горела желанием заводить знакомства и новых друзей. Последних, из-за ее болезни, было слишком просто потерять еще до того, как обычная симпатия и интерес перерастут в «крепкая дружба, несмотря ни на что».

Мама столь детально описала ее новый маршрут к школе, что Лиза, даже в первый раз, с легкостью дошла до нее. Школьный двор возник из-за очередной линии домов довольно неожиданно, вырвав Элизабет из размышлений. Она, замедлив рысь, окинула взглядом учебное заведение, в котором ей предстоит пробыть… сколько? Год, пока не свихнется окончательно? Лиза громко и сердито фыркнула, напугав проходящих мимо кобылку с жеребенком.

— Извините, — виновато улыбнулась Лиза.

— Будьте здоровы, — вежливо ответила единорожка.

— Да нет, я… э-э… спасибо, — Элизабет почесала затылок и двинулась дальше.

На фоне академий Мейнхеттана или Балтимейра школа выглядела заурядно и даже, пожалуй, тускловато. Единственное, что сразу бросилось в глаза – это аккуратный школьный двор с искусно подстриженными декоративными кустами, которым бы позавидовал иной дизайнер Мейнхеттена. По левую сторону от здания располагалась просторная спортивная площадка, за которой сразу же начинался зеленый лабиринт. О, святая Селестия, садовнику этой школы надо дать какую-нибудь премию. В отличие от двора, само здание школы вряд ли могло поразить чье-нибудь воображение. Четырехэтажное здание школы не выделялось архитектурными новшествами, а выглядело как вполне обычная постройка, за исключением аккуратного красного кирпича, обрамляющего каждое окно. Смотрелось довольно мило. За школой виднелся лесок, разделяющий городок на две части. Ничего необычного, но и ничего слишком унылого.

Эта неброская простота сулила спокойную и тихую обстановку, которой так не хватало в школьной жизни большого города. Что ж, если новая методика лечения требовала исключения «любых раздражающих факторов», то это место должно было справиться на ура. Главное, пусть хотя бы пару дней о настоящей Лизе пока никто не знает.

Элизабет влилась в общий поток пони, идущих внутрь, и огляделась. Она искала глазами директора школы – черную кобылу с синей гривой. Как говорила Трея, ты и сама ее тут же узнаешь, стоит тебе только на нее взглянуть.

Внезапно, Лиза увидела что-то знакомое в группе учеников, стоящих у боковой стены школы. Отсюда их было плохо видно и, вероятно, Лиза, как и все вокруг, не обратила бы на это внимания, если бы не очень знакомые очертания одного из них. Темно-зеленый жеребец с коричневой гривой стоял в окружении пяти других. Выглядело это отнюдь не как дружеская беседа, а ведь Лиза была, своего рода, экспертом по части «недружеских бесед». Из-за угла к группе пони подошла черная фигура, от одного появления которой половина учеников мигом разбежалась по сторонам. Оставшиеся смотрели на кобылу, пока та что-то говорила, а после знакомый темно-зеленый жеребец, опустив голову, быстро двинулся в сторону главного входа, свернув за угол. Без сомнений, этот жуткий силуэт принадлежал именно той, кого искала Лиза. Пегаска ускорилась, перегоняя поток.

Пройдя через главные ворота и ступив на каменную дорогу, ведущую к входу, Лиза рассмотрела в сером потоке того самого жеребца, которого видела только что вместе с директором. Теперь-то она узнала, кто это был – приемный сын Дерики.

«Странно, а его мать знает, что у сынишки проблемы в школе?»

Стоило только Лизе подумать об этом, как жеребец на секунду замер, словно почувствовал ее взгляд. Короткая пауза, и он поспешно вошел внутрь. Элизабет это показалось, как минимум, странным. Нет, эта семейка Хартов явно что-то скрывает и, раз ее неказистому сыночку удалось узнать ее самый страшный секрет, Лиза обязательно должна узнать какой-нибудь скверный секрет у него. Иначе, это уже просто нечестно.

Надвинув кепку на глаза, Элизабет свернула в сторону и направилась туда, где только что видела директрису. Поравнявшись с углом здания, она столкнулась с коричневым жеребцом с фиолетовой гривой. На лице у него явно читалась крайняя степень недовольства. Еще чуть-чуть, и его голова бы просто взорвалась от переполняющего гнева.

«Мягкая и творческая натура, прячущаяся за маской гнева. Видимо, у парня проблемы с чем-то или кем-то»

Странно, по виду этого не скажешь. Жеребец больше был похож на хулигана или задиру. Хотя, скорее всего, пытался быть похожим, ведь чутье Лизу пока еще не подводило.

— Этот урод получит свое… — злобно прошипел жеребец, обращаясь к идущему рядом товарищу.

«Крупный, мускулистый, но медленный и довольно глуповатый. Недоволен своей нынешней жизнью и хотел бы что-нибудь в ней поменять»

Забавно, видимо, из-за своего размера, жеребчик не успел слинять с остальными. Судя по словам первого, «уродцем» был именно сын Дерики. Надо будет поговорить с отцом об этом, ведь, если Лиза вмешается сама… ну, разбитыми носами тут может и не обойтись.

Жеребцы, поглощенные гневными мыслями, прошли мимо Лизы, не заметив ее. Негромко хмыкнув, она проводила их взглядом. Внезапно возникшая перед ней фигура директора заставила Элизабет испуганно ойкнуть.

— Мисс Элизабет Фоулер, я полагаю, – ровным голосом произнесла кобыла.

— З…здравствуйте, миссис Варден, — Лиза пришла в себя после секундного замешательства. – Проблемы с хулиганами?

«Добрая и милая кобыла, прячущая свои страхи и проблемы за высокими стенами прагматичности, строгости и принципов. Видимо, в ее прошлом произошло что-то скверное»

 — В нашей школе нет проблем с хулиганами, мисс Фоулер, — спокойно ответила директор. – Любой, кто нарушит школьные правила, понесет наказание.

Варден холодно посмотрела на Лизу. Это могло бы смутить кого угодно, но метка Элизабет еще никогда не ошибалась. Любопытно, что же так изменило ее.

— И я хочу Вас предупредить, — продолжила Варден, глядя на пегаску. — Я в курсе о Вашем прошлом опыте в иных учебных учреждениях, а также в курсе… некоторых проблем со здоровьем.

«Кто бы сомневался?»

Лиза глубоко вздохнула.

— Вы делаете успехи в борьбе с Вашим недугом, мисс Фоулер, — продолжала директор. – И я искренне желаю Вам дальнейших успехов. Но и также рассчитываю, что у нас с Вами не возникнет проблем на этой почве. Я, со своей стороны, сделаю все возможное, чтобы Ваше пребывание в нашей школе было комфортным.

Лиза поежилась, опустив взгляд. Ей почему-то стало казаться, что уже вообще все знают о ее проблемах.

— С…спасибо, мисс Варден, — произнесла Лиза, подняв взгляд на директора. – Могу я попросить об одолжении?

— Все, что пожелаете, — кивнула кобыла и добавила: – В рамках разумного и не нарушая установленных правил.

Элизабет еле заметно усмехнулась. Она сейчас уж точно была бы не против нарушить пару правил… или, быть может, даже и подраться с кем-нибудь, как это бывало в прошлом. Хороший способ выпустить пар и надавать по чьей-нибудь наглой роже. Но в нынешнем состоянии это может закончиться не только синяками и уязвленной гордостью. Воспоминание о бое за звание чемпиона, все еще было свежо в памяти Лизы.

— Конечно, само собой, — улыбнулась пегаска. – Я бы хотела, чтобы пока никто не знал, кто я такая на самом деле. Просто новенькая, не более того.

Варден внимательно посмотрела на Лизу. Оценивающий взгляд быстро сменился на понимающий. Она кивнула, сохранив нейтральное выражение лица.

— Хорошо, мисс Фоулер, — произнесла Варден. — На сегодняшнем учительском собрании я уведомлю преподавателей, чтобы они пока не разглашали эту информацию. По нашей доброй традиции, я всегда встречаю новичков, поэтому можете не волноваться. Не будем терять времени, пойдемте.

Директор повернулась и двинулась в сторону главного входа. Часы над крыльцом школы показывали, что до начала занятий времени оставалось с запасом. Элизабет легкой рысью двинулась вслед за директором. Разговаривать ей не хотелось, и, похоже, Варден разделяла ее желание. Обе влились в спешащий поток пони и вошли в здание школы.

— Мисс Фоулер, — директор остановилась в центре общего зала и повернулась к Лизе, — добро пожаловать в наше учебное заведение.

— Пожалуйста, просто Лиза или Элизабет, миссис Варден, — произнесла Лиза. — Когда меня называют по фамилии, мне кажется, что обращаются к маме.

— Хорошо, — согласилась кобыла. – Всегда помните, что двери моего кабинета открыты для любого ученика, и я всегда готова помочь.

Лиза утвердительно кивнула и мельком окинула взглядом холл. Перед ней предстало полукруглое, просторное и светлое помещение с большой главной лестницей в центре, ведущей на верхние этажи. В сторону от лестницы уходило два коридора, ведущих вглубь школы. Стены были выкрашены в приятный коричнево-желтый оттенок, а в совокупности с мраморным светло-серым полом и таким же потолком, создавалась вполне приятная обстановка. Вдоль стен висели картины, пара плакатов и несколько шкафов с прозрачными дверями, в которых, как обычно, располагались школьные награды и трофеи. Довольно необычная архитектура, особенно для школы небольшого городка.

Внезапно у центральной лестницы вновь мелькнула знакомая фигура. Темно-зеленый жеребец с опущенной головой плелся в сторону ступенек, намереваясь подняться наверх. Но стоило Элизабет сосредоточить на нем внимание, как он внезапно замер и резко обернулся. Его взгляд настороженно скользил по главному холлу, пытаясь рассмотреть что-то. Десерто выглядел взволнованно и даже немного испуганно, словно на самом деле ощутил чей-то пристальный взгляд. Элизабет вжала голову в шею и натянула на глаза кепку, стараясь скрыться. В этом виде он вряд ли бы ее узнал, но ее беспокоило другое – особый талант Лизы молчал, как и в тот раз на вечере, словно перед ней стоял какой-то неживой образ. Пегаска сглотнула.

— У Вас все в порядке? – произнесла Варден, заметив смятение Лизы.

— А…о… Да, да… — взяла себя в копыта Элизабет. – Просто новая обстановка, немного волнуюсь.

Десерто уже исчез где-то на верхних этажах.

— Хорошо, – кивнула Варден. – Пойдемте, мисс Фоул… Элизабет, я провожу Вас в класс.

— Спасибо, директор, – улыбнулась та в ответ.

Варден провела Лизу через правый от лестницы коридор. По пути им встречалось все меньше учеников, которые постепенно скрывались за дверями классов. Стоило Лизе в сопровождении директора переступить порог кабинета, как прозвенел звонок. Элизабет остановилась около входа, в то время как Варден прошла в класс.

— Доброго утра, — произнесла директор и, окинув взглядом класс, повернулась к учителю.

Класс тут же встал со своих мест, приветствуя главу школы. То же сделала и учительница – желтая земная кобыла средних лет со светло-синей гривой. Метка преподавателя точно соответствовала ее работе – неопределенный интеграл. Лиза отлично знала, что это такое, и искренне ненавидела эту математическую белиберду, которую ей надежно впихнула в голову одна из преподавательниц специализированной школы Балтимейра.

— Миссис Фактор, — Варден обратилась к преподавателю, — можно отвлечь Вас на секунду?

— Конечно, директор, — ответила учитель.

Голос был ее мягким, но слегка скрипучим.

«Усидчивая и спокойная, но может неожиданно легко выйти из себя»

Кто бы сомневался. Преподаватель встала со своего места и подошла к Варден. Директор что-то еле слышно шепнула ей на ухо. Та, ничуть не изменившись в лице, понимающе кивнула и мельком взглянула на Лизу.

— Продолжайте занятие, — вновь сказала Варден, осмотрев класс, и, перед тем, как выйти, еле слышно добавила, обращаясь к Элизабет: — как я уже говорила, мои двери всегда открыты.

С этими словами Варден покинула класс, оставив пегаску один на один с ее «новыми потенциальными друзьями». Лиза едва не фыркнула от этой мысли, с трудом сохранив невозмутимое выражение лица.

— Класс, сегодня у нас приятные новости, — дежурным тоном объявила Фактор. – С этого дня с вами вместе будет учиться новая пони. Все поприветствуйте мисс Элизабет.

Фактор указала на Лизу, жестом пригласив ее подойти поближе. Начинался процесс приветствия, который никак не отличался от прочих ему подобных. Большая часть класса энергично поздоровалась и одобрительно кивнула, кто-то проигнорировал, а кто-то пристально впился в Лизу взглядом. Она подошла к преподавателю, встав рядом с ней, и повернулась к новым одноклассникам.

— Она новенькая в нашем городке, — продолжила Фактор, — поэтому я надеюсь, что вы окажете ей теплый прием.

Взгляд Лизы скользнул по классу, пока не встретился с глазами лиловой кобылки с салатовой гривой. Она с тенью пренебрежения на лице оценивала Лизу, что-то незаметно жуя.

«Не выделяется особыми талантами, но упрямая и самодовольная особа. Часто недооценивает противника»

Противника? Да, на соревнованиях и спаррингах, противниками Лизы, в основном, были другие кобылки. И, встретив подобный взгляд, который ей часто приходилось видеть у соперниц, ее талант реагировал соответственно. Лиза инстинктивно впилась в глаза единорожки, немного склонила голову и напрягла крылья – осталось дождаться только гонга. «Противница» побледнела.

— Мисс Элизабет?.. – в голоса Фактор звучало удивление.

— Ой… — Лиза мигом пришла в себя. – Из… извините, пожалуйста. Немного волнуюсь…

Элизабет изобразила невинную улыбку и потупила взгляд. Единорожка, с которой Лиза провела зрительную дуэль секунду назад, все еще сидела с бледным лицом, перестав жевать. Остальные ученики этого даже не заметили, продолжая с любопытством наблюдать за Элизабет.

— Ничего страшного, — кивнула учитель. – Расскажите нам немного о себе.

— Ну… — начала Лиза.

Сейчас надо было придумать что-то нейтральное, чего хватит для маленькой истории, но не раскроет того, кто она на самом деле. После вчерашнего хотелось только одного – завернуться в одеяло. И то, что она стоит сейчас тут, уже огромное достижение.

— Рассказывать особо нечего, — осторожно начала она. – Я переехала сюда совсем недавно и пока не освоилась. Была бы рада, если мне немного помогут…

После этого Лиза закрыла глаза и мягко улыбнулась. Как говорила мама – милые мордашки работают всегда. По классу тут же пронеслась легкая волна нарастающей симпатии, особенно со стороны жеребцов. Только вот последнюю часть «приветствия» можно было бы и не произносить.

— Миссис Фактор! – раздался возглас с конца аудитории. – Мы с Софти можем помочь.

Сидящий на галерке синий земной пони с бирюзовой гривой тянул вверх переднее копыто, сияя широкой улыбкой, полной энтузиазма.

— Кто бы сомневался, мистер Блайнд, — спокойным тоном произнесла учитель, взглянув на единорожку, сидящую справа от жеребца. – Мисс Софт, Вы согласны?

— М-хм! – энергично кивнула та.

Кобылка имела малиновый окрас, пурпурную гриву, заплетенную в две косички, веснушчатое лицо и метку в виде трех белых перьев, лежащих на подушке. Лиза взглянула на вызвавшегося ей помочь «освоиться» жеребца.

«Полностью соответствует имени»

Вот как? Лиза удивленно приподняла бровь. Она посмотрела на кобылку.

«Нерешительная и скромная, но умеющая достаточно хорошо манипулировать»

Вот с этой стоит держать ухо востро.

— В таком случае, — кивнула Фактор, — поручаю создание положительного впечатления о нашей школе и городке вам двоим. Можете присаживаться, мисс Элизабет. У нас как раз имеется одна свободная парта.

Учитель указала Лизе на задний ряд, как раз рядом с ее новыми назначенными друзьями.

— Благодарю, — кивнула Лиза.

Она проследовала на свое место, натянув кепку на глаза и стараясь ни на кого не смотреть. Волнения или смущения не было, просто не хотелось, чтобы ее вдруг кто-нибудь узнал.

— А у тебя необычное имя! – шепнул ей пони-волонтер, когда Лиза уселась за парту. – Я таких еще не встречал!

— Не доставай ее вопросами, Лаки, — с легкой улыбкой шикнула на него единорожка. – Ой, Элизабет, а кого ты мне напоминаешь?

— Ну вот, а что сама только что говорила? – насупился Блайнд.

Фактор громко прокашлялась, призывая класс к дисциплине. Этого намека было вполне достаточно, чтобы заставить замолчать обоих друзей и избавить Лизу от необходимости отвечать на лишние вопросы.

В коротких перерывах между занятиями Элизабет успела достаточно хорошо познакомиться со своими новыми приятелями. Ей даже не пришлось самой задавать вопросы или много распинаться – парочка делала практически все сама, иногда выясняя о ее симпатиях и предпочтениях в забавных спорах между собой. И как ни странно, это отнюдь не раздражало. Лизе, порой, даже казалось, что она им нужна вообще лишь для того, чтобы на секунду переключить внимание, широко улыбнуться, бодро ответить что-нибудь и продолжить беседу. От пегаски требовалось лишь иногда кивать, подтверждая или отрицая сказанное.

Кобылка показалась Лизе крайне забавной и милой, даже несмотря на предостережение от метки. Вероятно, эти тайные таланты к манипуляциям были заложены в нее с генами, но благодаря своему воспитанию, доброте и альтруизму, это не всегда хорошее качество она старалась использовать только с хорошими намерениями. А еще стоило отметить то, что она была довольно приятной внешности, что, помноженное на остальное, выглядело как крайне выгодная перспектива. Папа бы назвал это «сверхвыгодное предложение» или «наилучший долгосрочный вклад».

Что же до жеребца, то имя ему полностью соответствовало. Судя по рассказам, к которым стоит добавить еще два случая прямо на одном из перерывов, когда Блайнд нашел несколько битов около шкафчика, ничуть тому не удивившись, и разминулся с горячим кофе, пролитым одним из учеников в считанных сантиметрах от него, жеребцу невероятно везло. А если добавить ко всему этому идущую рядом малиновую единорожку, которая бросала на него мимолетные томные взгляды, когда он рассказывал об их совместной дружбе и увлечениях, еле заметно вздыхая, то фраза «полностью соответствует имени» звучала как никогда четко. Лизе вообще с трудом верилось, что этот болван просто ничего не замечает. Жеребцы, что с них взять?

Но на одном из коротких перерывов Лиза все же не сдержалась.

— Ребята, а можно спросить? – поинтересовалась она.

— О чем? – Блайнд и Софт остановились, заинтересованно посмотрев на Элизабет.

— А вы… — неуверенно начала Лиза. – Вы случайно не…

На лицах обоих возникла легкая тревога, граничащая со смущением, хотя оба продолжали улыбаться.

— Нет! – выпалили одновременно оба.

«Ну конечно!»

 — Что «нет»? – Лиза удивленно подняла бровь, стараясь сохранить невозмутимость. – Я же еще ничего не спросила.

— А… это… э—э-э… — Блайнд помялся. – А что ты хотела спросить?

Осталось только надавить в нужном месте.

— Вы, часом, не родственники? — продолжила пегаска.

— Хватит уже задавать эти глупые вопросы, — в разговор включилась Софти, — которые вообще… стоп… родственники?

Она выпалила эту фразу монотонным голосом, как диктофон, отвечающий на один и тот же вопрос, который ему задавали уже тысячу раз. Но, похоже, такого вопроса от Лизы она точно не ждала. Оба обескураженно смотрели на Элизабет, не зная, что ответить.

— Ну, семья? – с легкой улыбкой произнесла пегаска, еле сдерживая смех.

«Конечно, вы не семья!»

 — А… э… — Блайнд несколько раз моргнул. – Нет… нет, конечно!

Оба рассмеялись.

— Пока вы оба сильно тупите — нет, — еле слышно добавила Элизабет и, чтобы слышали оба, добавила: — Так что вы там говорили о «Радужных водопадах»?

Часы медленно отсчитывали минуты, приближая середину дня. По рассказам новых друзей, близилась большая перемена, длившаяся час. Можно было спокойно передохнуть на улице или доделать домашнее задание, которое, по какой-то сверхъестественной причине, не было выполнено дома. Парочка пообещала, что они обязательно покажут Лизе школу и все самые интересные ее места. Тоже неплохо, ведь среди них, скорее всего, будет место, где можно будет спрятаться от всей этой суеты.

Наконец, прозвучал долгожданный звонок, оповещающий всех о начале большого перерыва. Лизе пришлось задержаться в классе, ведь Софти и Блайнд подошли к учителю и что-то долго у нее спрашивали. Закончив, они бодро подскочили к Лизе и потащили ее наружу, продолжая рассказывать ей истории и жизнерадостно улыбаться. Из-за того, что они задержались, школа уже успела опустеть, и в коридорах никого не было видно.

— Сперва, заглянем в библиотеку! – произнес Блайнд, обращаясь к Лизе. – Миссис Фактор попросила кое-что подготовить на завтра.

— Один очень важный проект! – поддержала друга Софти. – Но не спрашивай какой, это секрет.

Лиза вежливо улыбнулась. Даже если ей в принципе не хотелось знать, куда и зачем они сейчас идут, показывать этого было нельзя. Ребята так задорно принялись за свою роль гидов для Лизы, что отказываться или как-то показывать свое недовольство было попросту неприлично, хотя сейчас ей больше всего хотелось посидеть где-нибудь в тихом месте. Библиотека, так библиотека.

Лаки и Софт шли впереди, мило болтая о своем «проекте», стараясь произносить основные его детали как можно тише. Получалось у них довольно плохо, но Лизе было все равно, и она их почти не слушала. Ей сейчас было просто спокойно, ведь просторные пустые коридоры, не заполненные учениками, действовали на Лизу умиротворяюще. Как ни удивительно, но за весь день она пока еще не чувствовала ярости или злобы на кого-либо. Воистину, милый городок.

Спустившись с главной лестницы, Софти и Лаки свернули в один из боковых коридоров, оторвавшись от Элизабет. Парочка, как это, видимо, бывало у них всегда, заговорилась и забыла о Лизе, шагающей позади. За что та была им благодарна. Получить несколько минут спокойствия, пусть даже и от этой парочки совершенно не раздражающих пони, было приятно. А уж наблюдать со стороны за этими двумя – тем более.

«Интересно, кто сделает этот первый шаг? А, в принципе, нужен ли он вообще?»

Когда маленькая группа уже почти скрылась в коридоре, со стороны лестницы послышались тихие шаги, отчетливо слышимые благодаря гулкому эху. Лиза, повинуясь любопытству, взглянула в сторону общего холла. Пегаска сразу узнала эту темно-зеленую спину, прикрытую седельными сумками, и коричневую растрепанную гриву. Элизабет зачем-то остановилась. Видимо, не они одни задерживаются на перерыве, а, если вспомнить утреннюю сцену, этот-то явно не торопился на улицу. Особенно, если его там ждут. Лиза пристально взглянула на идущего впереди жеребца.

«…»

Но почему талант молчит? Стоило только Лизе сосредоточиться на Десерто, тот мгновенно замер, словно его окатило холодной водой. Жеребец начал лихорадочно крутить головой по сторонам, что-то старательно пытаясь найти. Элизабет инстинктивно шагнула ближе к стене, стараясь не попадаться на глаза, но в таком большом и пустом коридоре ее белая шерсть была не самым лучшим союзником. Воспоминания о прошлой встрече все еще были свежи, пусть Лизе и очень хотелось узнать, что же, Тартар его побери, не так с этим жеребцом и почему при виде его Лизино чутье, которое всегда точно описывает пони перед ней, молчит.

Еще мгновение, и он ее заметит.

— Не отставайте, мои маленькие пони!

Лиза и не заметила, как рядом с ней появилась большая группа жеребят, возглавляемых их учителем, которая, широко улыбаясь, бодро шагала впереди этой разноцветной толпы малышей, ведя их к выходу. Каждый из них, помимо своего цвета, был одет в шапку и шарф другого оттенка. Из-за этого, группа казалась разноцветной рекой, текущей за одной кобылой. Взгляд Десерто остановился на учителе и ее жеребятах. Выражение его лица изменилось на сердитое, после чего он быстро зашагал в сторону выхода.

— Ты чего, уснула? – послышался рядом голос Софти.

— А нет… — Лиза вышла из оцепенения. – Малышню пропускала.

— А, класс мисс Блоссом! – кивнул Лаки. – Пару раз мы с Софт устраивали там доклады. Наимилейшие ребята!

— Ага! – утвердительно произнесла кобылка. – А теперь, пойдемте. Не будем терять времени.

Софт устремилась вперед, уводя за собой Блайнда и Элизабет в сторону школьной библиотеки. Несколько поворотов и, наконец, небольшая группа оказалась у непримечательной двери, на которой висела незамысловатая синяя табличка. На ней золотыми буквами значилось «Библиотека». Рядом была прикреплена еще одна табличка, на которой каллиграфическим почерком была выведена фраза «Сохраняйте тишину, пожалуйста». Лиза хмыкнула.

— Тебе тут понравится! – улыбнулась Софт, глядя на Элизабет.

Она легонько толкнула дверь и вошла первой. За ней последовали остальные. Вся тройка оказалась в просторной комнате с высоким потолком, который, видимо, когда-то был вторым этажом. Вдоль стен стояли высокие стеллажи, наполненные огромным количеством различных книг и журналов. Все эти исполины были разбиты на группы и отделены друг от друга импровизированным ограждением из тонкой веревки. Напротив каждого висела табличка, обозначающая тему раздела. Удивительно, что даже в таком небольшом городке есть такая внушительная библиотека. В самом центре помещения находился длинный стол, чем-то напоминающий приемную в дорогом отеле, около которой обычно выстраивается очередь из будущих постояльцев. Все пространство вокруг него было обильно уставлено прямоугольными письменными столами, за которыми, скрипя грифелями и извилинами, корпели над книгами ученики. Блайнд и Софт, перейдя на легкую рысь, почти неслышно двинулись в сторону главного стола, который, по всей видимости, был местом библиотекаря, оставив зазевавшуюся Элизабет позади. Пегаска, опомнившись, поспешно зашагала следом.

— Привет! – театральным шепотом произнесли Софти и Лаки, подойдя к столу.

Обращались они к единорожке нежно-голубого цвета с короткой черной гривой, которая сидела спиной к остальной аудитории и осторожно левитировала книги с одного стеллажа на другой. Метка кобылки имела вид раскрытого фолианта, который был с одной стороны придавлен подсвечником, а с другой – чернильницей с белым пером. Услышав Софти, уши кобылки встали торчком.

— Ммм… кто же это может быть? – произнесла библиотекарь нежным и тихим голосом, каким, обычно, в детских садах читают сказки или разговаривают медсестры в госпиталях. – И, как всегда, во время самой большой перемены.

Единорожка аккуратно положила на стеллажи уже поднятые телекинезом книги, и повернулась навстречу прибывшим. Не дождавшись разъяснений от своей метки, Лиза остолбенела, стоило только улыбающемуся лицу библиотекаря оказаться в ее поле зрения. В сторону входной двери, словно в пустоту, смотрели два слепых глаза кобылки.

— Эй, ты чего? – Блайнд, хихикнув, легонько потряс окаменевшую Лизу за плечо.

— А…э… э-э-а… я… э… — единственное, что смогла выдавить из себя Элизабет, таращась на библиотекаря.

— Хм… этого голоса я раньше не слышала, — улыбнулась единорожка. – Вы нашли нового друга?

— Да! – вновь почти хором ответили Блайнд и Софт, тут же подталкивая Лизу ближе. – Элизабет, познакомься! Это мисс Холли Лоялти!

Оцепенение еще не до конца покинуло тело пегаски, неохотно возвращая ей контроль над собой. Но ясность рассудка восстанавливалась чуть-чуть быстрее, принося с собой массу вопросов, которые хотелось задать прямо сейчас же. Но она пока держалась.

— Здр… здравствуйте, — выдавила Лиза. – Извините… я не ожидала, что…

— Вполне обычная реакция, — понимающе улыбнулась единорожка. – Не переживайте, Вы ничуть меня не обидели.

Было непривычно общаться с собеседником, который даже не смотрит в твою сторону. Лиза поерзала на месте.

— Конечно, мисс Холли… — попыталась ответить она.

— Просто Холо, — перебила ее кобылка. – Зовите меня просто Холо.

Ее лицо тут же покрылось легким румянцем, а оба передних копыта несколько раз легко стукнулись друг о друга.

— Просто… у меня довольно странное имя… — насупившись, продолжила она, еле слышно буркнув себе под нос: — сама ведь его выбрала!

В этот момент ее сердитая мордочка, приправленная румянцем и прядями черной гривы, показались Элизабет самым милым зрелищем, которое она видела за… за сколько? А если взять в учет то, что Холо была всего на несколько лет старше Лизы, эффект только усиливался. Будь пегаска жеребцом, она бы растаяла. Спасибо родителям – Элизабет родилась кобылой, что позволило ей растаять ровно наполовину.

— И давай на «ты», – добавила библиотекарь, широко улыбнувшись. – Я ведь еще не такая старая!

— Ага… к-конечно, — Лиза сглотнула, — рада п-познакомиться.

— И я рада, — кивнула Холо.

— Перейдем к делу! – чуть громче, чем положено, произнес Лаки, от чего получил несколько неодобрительных «шиков» со стороны занимающихся учеников.

Софти, хихикнув, открыла седельную сумку и достала оттуда сверток.

— О! – Холо повернула уши в сторону хрустящего пергамента. – Судя по звуку, у нас намечается очередной грандиозный проект?

— Даже не сомневайся! – нетерпеливо потер копыта Блайнд. – Это будет что-то из ряда вон выходящее!

— Жду не дождусь услышать, — усмехнулась библиотекарь.

— Для начала, — произнесла Софти, держа пергамент в магическом захвате, — нам нужно две книги: «Магия и Физика» доктора Солберри Стронгхуфа и… писания некого Ийеррико Уитмейна «Летописи древних мудрецов. Ложь или истина?».

Название последней книги она произнесла с легким пренебрежением на лице и покрутила копытом в воздухе, чем вызвала многозначительный «фырк» со стороны Блайнда.

— Две довольно необычные и, к тому же, противоречащие друг другу книги, — задумчиво кивнула Холо, добавив с хитрой улыбкой: – Опять спорите из-за «базиса»?

Лаки и Софти переглянулись, обмениваясь взглядами, которые бывают только у самых давних соперников, соревнующихся друг с другом уже не один десяток лет. Трудно было поверить, что всего пару минут назад они мило улыбались друг другу. Холо еле слышно хихикнула и повернулась к стеллажам по левую сторону от себя. Слепая кобылка сделала осторожный шаг и направила тонкий луч магии в один из исполинских хранилищ книг. Голубой сгусток магии, коснувшись стеллажа, мигом превратился в точку, которая быстро скрылась в океане копытописей. Несколько секунд, и из глубин библиотеки выплыла книга, объятая магическим захватом Холо. Она медленно приземлилась около Софти, которая тут же перехватила ее своим телекинезом. Холо повернулась в другую сторону и проделала те же действия с другим стеллажом, достав вторую книгу, после чего положила ее перед Блайндом.

— Ого! – глаза Элизабет расширились от удивления. – Не знаю как, но это выглядело очень круто! Как у Вас… у тебя это получается?

— Это мой маленький секрет, — хихикнула Холо.

Ответ и не требовался. По другой бок от Лизы уже разгоралось ожесточенное сражение между силами двух школ каких-то там учений. Софт Тач и Блайнд Лак сверлили друг друга взглядами, вооружившись трактатами своих вдохновителей, и уже были готовы решить вековой спор, схлестнувшись в жестоком поединке аргументов и доводов. А если этого окажется мало, то спор поможет решить хороший удар этим самым трактатом по голове оппонента.

— Видимо, это надолго… — иронично подытожила Лиза.

— Минут на десять. Они очень быстро находят общий язык, — ответила Холо и, наклонившись ближе к Лизе, заговорчески шепнула: — я, думаю, ты уже заметила.

Лиза в ответ расплылась в ехидной ухмылке и согласно закивала. Окинув взглядом просторное помещение библиотеки, пегаска в очередной раз восхитилась тому, что в такой небольшой школе такая приличная библиотека.

— Скажи, Холо, — Лиза повернулась к библиотекарю, которая продолжила перебирать книги, — А какие книги тут есть?

— Ну… — протянула единорожка, не отрываясь от процесса. – Библиотека у нас, действительно, впечатляет, но все ответы ты вряд ли тут найдешь. Это же не Кантерлот. Но кое-что у нас тут все же есть, пусть и не так подробно, как в более крупных книжных хранилищах Эквестрии. А что тебя интересует?

— Хм… — Элизабет приставила копыто к подбородку, — у тебя есть что-нибудь о редких чудовищах? Скажем… Тартарский Василиск?

Холо даже ухом не повела, продолжая переставлять книги между стеллажами.

— Ну, про этих ребят у меня точно найдется пара-тройка книг, — усмехнулась единорожка. – Очень редкие и опасные существа, потому и популярные среди фантастов и исследователей. Тебя интересуют сказки или более «реальные» их описания?

— Думаю, более «реальные», – кивнула Лиза.

Холо подняла голову чуть выше, словно смотря в самый потолок, и выпустила магический луч в сторону самого верхнего стеллажа перед собой. Несколько секунд, и перед Элизабет уже лежала потрепанная толстая книга «Все известные существа Эквестрии» за авторством некого доктора Ауи Зотеля и Эрлинга Стопма.

— Огромное спасибо, — кивнула Лиза, — я могу ее взять?

— Конечно, — ответила Холо. – Только заполни бланк. Я, как ты понимаешь, не могу.

Единорожка указала в сторону стопок бумаг, рядом с которыми стояла чернильница, и вернулась к сортировке книг. Несколько минут пегаска заполняла бланк, после чего спрятала его под стопкой остальных, опасаясь, чтобы никто не прочел ее фамилию и не разнес по школе новости раньше времени. Приписывать себе чужую фамилию было бы неуважением к слепой единорожке, которая, как ни странно, прекрасно справлялась с работой библиотекаря.

Закончив, Лиза открыла старую книгу и нашла в оглавлении интересующее ее существо. Перед глазами пегаски предстала трехметровая кобра серо-желтого цвета с зелеными глазами. Капюшон змеи был украшен причудливым узором из переплетающихся красных, черных и фиолетовых линий. Видимо, в реальной жизни, подобное могло бы просто загипнотизировать и лишить тебя вообще каких-либо шансов на спасение. По спине Лизы пробежали мурашки, когда она представила отца, стоящего напротив подобного чудища. Закрыв книгу, она положила ее в свою седельную сумку. На первый раз достаточно, дома можно будет поглазеть на эту змеюку подольше, а если повезет поспрашивать еще и папу. Но сейчас больше всего хотелось на свежий воздух.

Софт и Блайнд все еще оживленно спорили неподалеку, поочередно тыкая копытом то в книгу, то друг в друга. Лиза повернулась к библиотекарю.

— Холо, — произнесла пегаска. – Я, думаю, пойду. Скажешь нашему симпозиуму, что я жду их на улице?

— Конечно, — кивнула единорожка. – Было приятно познакомиться. Заходи, если что.

— Обязательно! – улыбнулась Элизабет и направилась к выходу.

Она вышла из библиотеки и двинулась по пустым коридорам. Лиза вновь оказалась в тишине и спокойствии. Компания Софти и Лаки, несомненно, очень нравилась пегаске, но побыть в одиночестве, пусть и короткое время, ей нравилось немного больше. Пусть компания этой парочки, действительно, один из самых приятных моментов новой жизни в этом городке, но есть пони, которым просто необходимо иногда остаться наедине со своими мыслями. К тому же, Лиза уже начинала понемногу ощущать воздействие болезни, которая молчала с самого утра, а сейчас, когда день вступил в свою вторую половину, начала все сильнее напоминать о себе. Вдох – выдох, шаг за шагом. Тишина и спокойствие.

— Этот шепелявый выродок за все ответит!..

Лиза не заметила, как оказалась около главного холла. Сердитый выкрик, полный гнева и ярости, вывел пегаску из задумчивости, заставив тут же прижаться к стене и прислушаться. За последние два дня в этом городке, этот навык «супершпиона» уже сработал второй раз подряд. А ведь раньше она никогда не замечала за собой чего-то подобного. Видимо, это у нее от папы.

С главной лестницы спускалась группа жеребцов, уже хорошо знакомая Лизе – два песочного цвета жеребца, похожих как две капли воды, серый бугай рядом с красно-оранжевым земным пони пегой масти немного помельче, и, несомненно, сам «главарь» во главе шествия — фиолетовогривый хулиганчик. Вся шайка топала в сторону выхода, слушая сердитое нытье своего вожака.

— Моя старуха устроит мне сегодня незабываемый вечер!.. – прорычал фиолетовогривый.

— Это хреново, Фрай, – кивнул бугай.

— БОЛЬШОЙ ФРАЙ! – главарь остановился и злобно вытянул шею в сторону идущего рядом.

— Да, да, — отмахнулся тот. – Остынь, уже.

— Еще как хреново! — фыркнул Фрай. – Хорошо то, что мамаша вернется сегодня только поздним вечером. А это значит, что времени проучить этого большезубого урода у нас полно!

— Ждем, не дождемся! – размяли копыта близнецы.

Вся группа скрылась за входной дверью. Лиза осторожно вышла из укрытия и двинулась следом, стараясь идти как можно медленнее, чтобы жеребцы успели оторваться.

«О-о! Да у нас тут намечается разминка!»

По лицу Элизабет расползлась ехидная ухмылка, она расправила крылья и сделала пару резких взмахов. Если сказанное этой шайкой — правда, то сегодня вечером намечается драка. Хотя… зная сынишку Дерики, это будет, скорее, избиение. Чаша весов клонилась отнюдь не в его сторону. Лизе очень захотелось «уравновесить» эту чашу весов. А подобными «благородными намерениями» она легко сможет объяснить и отцу, и матери, почему весы, предназначенные для взвешивания граммовыми гирьками, она, почему-то, решила уравновесить гирей в пару кило. Не самый лучший дебют в школе, но тренер точно одобрит. Хотя, скорее всего, не подаст виду.

Элизабет не заметила, как оказалась на улице. Мысли увели ее далеко от реальности, оставив тело само по себе и позволяя ему идти туда, куда вздумается. Вздумалось ему прийти, как это ни странно, именно на общую площадку, где сейчас кипела школьная жизнь. Везде сидели жеребцы и кобылки, оживленно переговаривающиеся между собой. Глупое тело привело пегаску подальше от тишины. Ну, тут уже ничего не попишешь…

Лиза осмотрелась. Свободного места, само собой, тут не было, даже несмотря на то, что погода была прескверная. Вдруг взгляд пегаски остановился на одиноком дубе, стоящем в отдалении от площадки. За ним сразу же начиналась живая изгородь, которая, видимо, вела к тому самому лабиринту. Довольно странно, но в этом, казалось бы, привлекательном месте никого не было. Но приглядевшись внимательнее, Элизабет увидела в тени знакомую фигуру, которая как раз и сидела в уединении под дубом. Даже с такого расстояния Лизе стало понятно, кто именно это был. Стоило ей сосредоточиться на нем, жеребец тут же подскочил на месте, начав испуганно оглядываться.

«Опять почуял? Даже отсюда? Что же ты скрываешь?»

Лиза усмехнулась. Сынок Дерики так забавно вертел головой, пытаясь понять, кто же так пристально изучает его, что Лизе захотелось помучить его таким образом подольше. Довольно скверная идея, особенно учитывая то, что ему и так приходится нелегко. Издеваться Лизе не хотелось, но интерес был настолько велик, что засыпал разум все новыми и новыми вопросами, и каждый жаждал сиюминутного ответа. Она никак не могла понять его странного поведения тогда на вечере, а теперь еще и сейчас. Десерто пристально всматривался в сидящих недалеко от него пони, безрезультатно пытаясь найти источник своего беспокойства.

— Вот ты где!

Лиза от неожиданности подскочила. Рядом с ней появились Лаки и Софти.

— Спасибо Холо, она сказала, что ты решила прогуляться! – произнесла единорожка.

— Да, решила проветриться, — улыбнулась Лиза. – Рада видеть, что вы друг друга не убили.

Блайнд и Софт громко рассмеялись, словно она сказала что-то глупое, но очень забавное. Пегаска тут же присоединилась к ним.

— Так, времени до начала уроков еще полно! – задорно произнесла Софти, подходя к Лизе. – Готова к продолжению экскурсии?

***

Вечер размеренно отбирал власть у дня. Солнце скрылось за горизонтом, окрасив хмурые тучи в тусклый оранжево-красный цвет. Холодный ветер с новой силой принялся хватать прохожих за одежду, вынуждая кутаться в шарфы и поднимать воротники. Лиза, попрощавшись с новыми друзьями, осталась под предлогом «незаконченного дела» и отвечала твердым отказом на все попытки Софт и Лаки ей помочь. Сейчас эта добродушная парочка ей уж точно не поможет. А показывать этим милым пони вторую Элизабет, которая умеет делать больно, ей не хотелось. Во всяком случае, сейчас.

Школа опустела, последние ученики уходили через главные ворота. Еще поутру Лиза догадалась, что сынок Дерики всегда приходит со стороны заднего двора. Ведь именно там его сегодня поджидали прихлебатели фиолетовогривого, и, несомненно, будут ждать его и сейчас. Делать «засаду на засаду», было слишком скучно, по мнению Лизы. Видимо, папины гены опять давали о себе знать, и пегаска просто решила «въехать» уже после начала представления с распростертыми крыльями, а после этого «въехать» кому-нибудь в морду. Поэтому Элизабет просто осталась на втором этаже школы, наблюдая через окно за главным двором в ожидании звезды сегодняшнего вечера. Сынок Дерики не заставил себя долго ждать. Стоило последнему ученику покинуть территорию школы, как из главного входа вышел темно-зеленый жеребец и поплелся в сторону заднего двора. Лиза, сделав глубокий вдох и размяв крылья, встала и двинулась к лестнице.

«Наживка пошла. Осталось дать рыбке немного времени и подсекать»

Лиза фыркнула. Странная мысль, учитывая, что та рыбалка с папой закончилась… немного скверно. Нет, Элизабет нравилось проводить время вместе с Чейзом и, как ни странно, она умудрилась даже что-то поймать. Но потом, ее болезнь… лучше об этом сейчас не вспоминать.

Элизабет вышла на улицу, направившись следом за Десерто. Фора в несколько минут должна была лишить шайку бдительности – в порыве ярости и, чувствуя безнаказанность, так легко ее потерять. Лицо Лизы расплылось в ядовитой ухмылке. Пегаска расправила крылья и сделала ими круг в воздухе, легонько тряхнув кончиками в конце. Давно она не участвовала в драках, особенно после того, как ее взяли на «особый» контроль в полиции Мейнхеттена.

Вокруг быстро темнело, но этого было недостаточно, чтобы скрыть белую шкуру пегаски. Лиза завернула за угол и, неслышно перемещаясь между кустов, вышла на задний двор. Представление разворачивалось по стандартному сценарию – двое держат, трое – бьют. Как говорится: «ты по животу, я по голове. Потом меняемся». Маловато, но для первого раза вполне сойдет. Адреналин ударил в голову. Вновь то прекрасное чувство, которое она уже так давно не испытывала. Крылья напряглись и вытянулись струной, отпрянув от тела. Уши встали торчком, взгляд впился в группу жеребцов, пристально изучая каждого из них.

«Оба бугая неповоротливы. У красного слабый коленный сустав на задней ноге. Серый легко теряет равновесие»

Лиза хищно оскалилась, ускорив шаг. Ей оставалось добрая сотня метров, но яростные выкрики она слышала уже отсюда. Это еще сильнее подогревало пегаску.

«У обоих близнецов сильные задние ноги, удар которых может лишить сознания. Учесть. У правого одышка и проблемы с реакцией, левый трус»

Вдох-выдох. Как учил тренер. Продумай каждый свой шаг, ринуться в бой можно в любую секунду, а второй раз обдумать будет уже некогда.

«Фиолетовогривый не представляет опасности»

 — Эй, кусок грифоньего дерьма! – крикнула Элизабет, заставив всех жеребцов тут же повернуться в ее сторону. – Один из твоих отцов не учил тебя, что нападать толпой нечестно?

Фиолетовогривый, оторвавшись от избиения Десерто, всем телом развернулся к ней. На его морде сейчас читалось толика удивления. Лиза перешла на легкую рысь, наклонив голову.

— А ты еще, мать твою, кто?! – прорычал Фрай и сделал шаг навстречу.

Лиза остановилась в нескольких метрах от группы, вонзив взгляд в глаза фиолетовогривого. Ее крылья замерли, готовые к рывку, а задние ноги напряглись.

— Проваливай отсюда, идиотка!!! – неожиданно вырвалось у Десерто.

— Ой, вы только посмотрите, как четко произнес… — ехидно усмехнулась Лиза, глядя на Фрая.

Тот на секунду опешил, переводя удивленный взгляд с Десерто на Элизабет. На его лице возникла злорадная улыбка.

— Слышишь, Сопля, — он наклонился к напуганному Десу, — ты чего, ее знаешь? Твоя подружка? Парни, вы посмотрите, как этот уродец взбесился!

Жеребцы дружно заржали, Фрай и серый бугай двинулись в сторону Лизы.

— Ты что ТВОРИШЬ, ФОУЛ?!.. – вновь вырвалось у Деса, но договорить он не успел.

— Заткнись! – один из близнецов грубо ударил его в подбородок, заставив закрыть рот.

Сердце забилось быстрее, но не от страха. Так было всегда перед началом боя, когда ей уже не терпелось ринуться на соперника. Лиза подняла правую ногу и сделала твердый шаг навстречу, который отозвался легким стуком ее копыта.

«Бугай – фиолетовогривый – красный – правый близнец – левый близнец»

Мозг раз за разом проигрывал план будущего боя, вернее, избиения, которое все отчетливее отражалось перед глазами пегаски. Позади, в неистовой попытке выбраться и хоть как-то ее образумить, пищал и брыкался сынок Дерики. Наивный, пусть не переживает. Сейчас она покажет, что значит связываться с друзьями Фоулеров. Она сделала еще один твердый шаг, но на этот раз уже левой ногой. Но это было зря. Элизабет совсем забыла, что именно левая нога, которую она накануне повредила сильным ударом о стену отеля, уже просто отказывалась выносить вопиющее игнорирование со стороны своей хозяйки. По суставу пронеслась волна боли, которая отразилась резкой вспышкой в колене. Лиза громко вскрикнула, припав на одну ногу, чудом сохранила равновесие, но все же не потеряла из виду двух жеребцов, приближающихся к ней.

А вот теперь действительно началось представление. Десерто, которого все еще держали двое жеребцов, объяла яркая зеленая аура. Она, словно изумрудное пламя, за секунду поглотила его тело, явив свету… нечто иное. В захвате двух близнецов теперь было существо черного цвета, отдаленно напоминающее пони. Четыре его ноги были испещрены дырами, изо рта торчало два длинных белых клыка, на лбу появился длинный изогнутый рог, а на спине возникла пара прозрачных крыльев. Огромные глаза, горящие ярким желтым светом, поймали взгляд одного из близнецов. По телу существа пронеслась изумрудная волна. Лиза ошеломленно отступила, пока Фрай и оба бугая в ужасе таращились на разворачивающееся безумие.

— А… а… А-а-а-а!!! – единственное, что успел выдавить из себя один из близнецов.

Обоих жеребцов объяла зеленая аура, которая мгновенно подняла их в воздух, и со страшной силой столкнула лбами. Раздался неприятный хруст, стон и приглушенный выдох. Оба брата без чувств упали позади существа. Его лицо исказила яростная гримаса. Вкупе с двумя длинными клыками и желтыми глазами, вид у него теперь стал еще более устрашающим. Нечто повернулось к стоящему напротив красно-оранжевому бугаю. По телу существа вновь пронеслась изумрудная волна, которая сосредоточилась на роге. Секунда, и в грудь хулигана ударился яркий зеленый луч. Земной пони вскрикнул, пошатнулся и рухнул без чувств на траву. Существо повернулось ко второму бугаю серого цвета.

— Да что же это?!.. – громко завопил тот. — Не-е-е-е-т!

Не разбирая дороги, прихвостень Фрая сорвался с места и, сломав забор, умчался прочь. Остались только Фрай и Лиза. Пегаска не могла даже пошевелиться. В этот момент Элизабет не могла понять, от чего именно – от страха, удивления или… интереса? Существо, вонзив взгляд желтых глаз во Фрая, шагнуло к нему.

— Не подходи!!! – завопил фиолетовогривый.

Он хотел пуститься наутек, но оступился, свалившись на траву. Черный пони, не теряя времени даром, в одном коротком прыжке, помогая себе крыльями, навис над Фраем, придавив того дырявыми ногами к земле.

— Что случилось, Фрай? – прошипел он.

Его голос был больше похож на голос Десерто, который Элизабет слышала тогда на приеме, подслушивая его разговор с матерью, но сейчас в нем звенели ярость и злоба.

— Тебе страшно?! – вновь прорычал черный пони.

— ОТПУСТИ!!! – взмолился Фрай.

На его лице отчетливо читался леденящий душу ужас, а на глазах выступили слезы. Существо громко зашипело и резко наклонилось ниже, глядя точно на Фрая.

— Боишься за свою шкуру?! – вновь произнес он.

Десерто вытянул голову над Фраем, блеснув двумя клыками. По его телу вновь пронеслась изумрудная волна, которая сосредоточилась на кончике рога, озарив все вокруг зеленым свечением. В этот момент он ослабил давление на фиолетогривого, что позволило тому, вопя в три глотки, вырваться и рвануть прочь. Дес даже и не думал его останавливать, а лишь направил вслед жеребца яркий луч магии, который поджог основание хвоста Фрая, заставив того к воплям подключить четвертую глотку. Тлеющий круп Смалла скрылся в кустарнике. Десерто сел на задние ноги и громко закашлял, жадно глотая воздух и хрипя. Этот спектакль явно дался ему слишком высокой ценой.

Элизабет с опаской выпрямилась, и, не сводя взгляда с ослабевшего «кого-то», сделала осторожный шаг ему навстречу. Он тут же повернул голову в ее сторону, заставив Лизу отпрянуть. Желтые глаза, которые до этого словно горели огнем, сильно потускнели, как будто бушевавший в них пожар начал медленно затухать.

«Верный и заботливый. Сильно переживает за свою семью, но боится себя настоящего. Отчего постоянно лишает себя всего и всех сторонится»

Лиза опешила, вытаращив глаза.

«Ч…что?..»

 — Не… подходи… — произнес Дес, борясь с отдышкой.

— Но… я… — попытка Лизы выдавить из себя что-то связное не увенчалась успехом.

— С… стой… — слова явно давались ему с трудом.

В следующую секунду, Дес сорвался с места, и, спотыкаясь, бросился к своей сумке, которая лежала неподалеку. Он достал оттуда какой-то светящийся пакет с непонятной жидкостью, прокусил его и исчез во вспышке телепортации, оставив Элизабет одну. Рядом все еще лежали трое жеребцов, которые, судя по всему, все еще были без сознания.

Элизабет подошла к месту, где только что стоял сын Дерики.

«А он точно ее сын?»

Этого Лиза не знала, но тайна, которую скрывала семья Хартов, видимо обрела некие очертания. Пегаска сглотнула. Бегло осмотрев место телепортации, она увидела остатки того вещества на траве, которое съел Десерто перед бегством. Важная улика. Элизабет сняла кепку, сорвала пару травинок и положила их в нее. Выглядела субстанция довольно неприятно, но сохранить ее нужно было обязательно.

На улице окончательно стемнело. Лиза, оглядевшись по сторонам и убедившись, что вырубленные жеребцы дышат, поспешила прочь.

— Что же это, Тартар подери, было?!..