Обнимашки-Согревашки
«Холодно… как же… сегодня, сука, холодно», — подумал ты.
…И как всё по-девчачьи, даже кровать в которой ты ютился была ярко-розовой и в форме сердечка. Стены твоей комнаты были, вроде бы, толстыми, но от холода не сильно-то и защищали.
А ещё, несмотря на тёплое одеяло, здесь в принципе было невыносимо холодно. Население мира, в который тебя угораздило попасть, совершенно не нуждалось ни в газовом, ни в электрическом, ни в каком другом отоплении. А всё потому, что, как тебе объяснили, у всех здесь была врождённая устойчивость к холоду.
Хотя возможно, что всё дело в том, что их тела покрыты шёрсткой, а твоё — нет. Впрочем, спасибо им уже за то, что не грохнули тебя как только увидели и не сделали жертвой ужасных научных экспериментов. Хотя, одна пурпурная аликорница заставила тебя понервничать, предложив «магию дружбы», смотрела она на тебя при этом томным взглядом и так, будто кусок мяса на витрине разглядывала.
Как бы там ни было, холод всё равно стоял убийственный. Спасибо этим блядским летающим пони за то, что решили сделать эту зиму самой холодной за последние сто лет. Худшего момента, чтобы тебя случайно телепортировало в другую вселенную, и не придумаешь.
Да, ты оказался человеком, заброшенным в мир разумных коняг ростом немногим выше пояса, с до жути огромными глазами и свободно говорящими по-человечески. У некоторых из них были крылья, у некоторых — магический рог на голове, и лишь у нескольких и то, и другое разом. А у некоторых вообще ничего не было, это были земные пони, пожалуй самые человечные из всего этого народца.
Ты потёр руки, отчаянно пытаясь добыть хоть немного тепла. Кажись, сработало, рукам стало… чуточку теплее. Увы, всё остальное тело оставалось на грани обморожения.
Задолбавшись замерзать лёжа неподвижно, ты принялся вертеться и извиваться в постели с недовольным ворчанием, будто выброшенная на берег рыба.
Однако замер, едва заслышав в коридоре приближающийся перестук копыт. А звук всё равно становился всё громче и громче, приближаясь.
Осознав, что поздно пить боржоми, ты вздохнул. Раздался тихий щелчок и в комнату вошла твоя знакомая розовая кобылка земнопони.
— Аноня, ты в порядке? — ласково спросила она.
— Да, бр-р-р… в п-п-полном… п-п-Пинки Пай, — ответил ты, не переставая стучать зубами.
Пинки Пай навострила ушки, прислушиваясь к твоему голосу. Не сказав ни слова пони зашагала к тебе. Оказавшись у твоей кровати она коснулась копытом твоего лба.
— Аноня! Да ты ж совсем замёрз! — воскликнула она. — А знаешь, что это значит?
— Ч-что? — нехотя поинтересовался ты.
— Обнимашки! — выпалила она, вскинув передние копыта в воздух
Прежде чем ты успел хоть как-нибудь возразить, она закружила, розовой молнии подобна. В следующий миг на тебе не осталось ничего из одежды кроме трусов, а Пинки уже лежала поверх тебя, крепко обхватив всеми четырьмя ногами и накрыв вас обоих одеялом. Примостившись подбородком на твоей груди, она смотрела на тебя своими огромными голубыми глазами.
— Понячьи обнимашки во спасение моего человеческого друга! Вуху! — радостно пискнула она.
— Эй! А ну брысь! — сердито прикрикнул на неё ты, пронзая убийственным взглядом.
— Но Аноня! Я не хочу чтоб ты замёрз насмерть, — сказала она упавшим голосом.
Полный решимости ты принялся извиваться, пытаясь выпутаться из объятия крепких, хоть и мягких на ощупь, копыт. Яростно рыча ты пытался вырваться из её железной хватки, но похоже, неимоверная физическая сила земных пони не оставляла тебе ни малейшего шанса.
Вскоре, ощутив приятное тепло, мощными волнами которого обдавало тебя её тело, ты перестал брыкаться. Ты расслабился, закрыл глаза и сдался на милость её обнимашек. Да, действовала она не самым ожиданным образом, зато теперь тебе не грозило окоченеть к утру.
— Да! Покорись моим всемогущим понячьим обнимашкам, жалкий человечишка, — принялась дразнить тебя она. — Сопротивление бесполезно.
Ты вздохнул, явно давая понять, что шутку не оценил.
— Просто ты горячая и на ощупь приятная. Пусть лучше быть заобнимашканным, чем замёрзшим насмерть.
— И не вздумай руки распускать, человек. Это просто дружеские обнимашки, — сказала она внезапно строгим голосом.
— Не волнуйся, «в этом смысле» пони меня не интересуют, — решительно ответил ты.
— Оки-доки тады. Спокойной ночи, Аноня! — воскликнула она.
— Угу, спокойной ночи, — раздражённо ответил ты, морщась от звона в ушах.
Вы с Пинки закрыли глаза. Теперь, когда она наконец заглохла, ты смог в полной мере оценить, каким тёплым… и мягким было её тело. Пожалуй, даже слишком мягким, с таким-то жирком она была мягче шёлка.
И такой уж она была мягкой, что одна из частей твоего тела принялась расти с ужасающей скоростью.
«Нет! Ну не сейчас же!» — мысленно запаниковал ты. — «Хоспади, она ж лошадь, а тут на тебе! За что, стояк?! Зачем ты так со мной?!» — вопил твой разум.
Члену твоему, впрочем, было похуй, его сейчас больше занимало желание поскорее дотянуться до столь нежной и столь близкой плоти, всё сильнее оттопыривая трусы.
— Аноня… что ты делаешь? Зачем ты тычешь меня там внизу? — спросила она довольно резким тоном.
Ты испуганно сглотнул.
— Я… я ничего не могу поделать! — выпалил ты в панике.
— Врунишка! Ты же сказал, что пони тебя не интересуют «в этом смысле», — взревела она.
— Прости… но я не при чём! Просто ты вся такая тёплая и мягкая. А нижняя голова у меня думает сама за себя! — взмолился ты.
Пинки Пай ласково похлопала тебя по плечу и сказала нежно:
— Ничего страшного, Аноня. Давай просто забудем про твоё возбуждение и просто поспим, хорошо?
Ты тут же кивнул в знак согласия.
— Слушай, Аноня, а хочешь, это будут «больше, чем просто дружеские» обнимашки? — спросила она томным голосом, строя тебе глазки.
— Нет, — решительно ответил ты.
— Ну во-о-от! — раздосадованно протянула она.
Так ты и спал с огромным неуёмным стояком и согревающей тебя своими объятиями Пинки Пай. И не покувыркались человек с пони в постели. И не отведала большая, пухлая, сочная попка Пинки человеческого Х. Эх, как же не свезло Пинки Пай, ведь твой пенис стал больше и крепче, с тех пор как ты попал в Эквестрию, — потому что магия.
И что самое ужасное, у пони с человеком даже попо-секса не случилось. Кошмар!
Конец
От Автора:
Бедная Пинки Пай.
Мой 150 рассказ.