Математика разума

Шаткий союз

Часть вторая: Темный альянс. Пролог.

Крисалис стояла на вершине одной из гор, массив которых стал домом для ее народа. Слева, справа, спереди – везде были лишь горы. Это было идеальное укрытие, и за тысячу лет сюда забрело не больше дюжины путешественников. После Кантерлотской свадьбы чейнджлинги практически перестали покидать свое убежище, несмотря на свой жуткий голод, ведь до этого практически никто не знал об их существовании, а теперь даже в захудалой деревушке было сложно остаться незамеченным. Крисалис долго винила в произошедшем себя – хоть никто и не смог распознать ее иллюзию, она вызвала подозрение ученицы Селестии, и, хоть Крисалис и удалось убедить ее в том, что это лишь нервы, королева решила отправить ее в подземелье – просто, на всякий случай. Как оказалось, это было большой ошибкой – той удалось не только освободить настоящую принцессу, облик которой приняла Крисалис, но и добраться до главного зала, где состоялась свадьба, до того, как ситуация стала необратимой. В итоге все чейнджлинги были выброшены прочь воссозданным защитным экраном, а в Эквестрии узнали об их существовании. За те минуты, что Кантерлот находился под их контролем, они успели изрядно насытиться, но время шло, и чейнджлингам вновь нужна была еда. Как ни странно, проще всего питаться было именно в Кантерлоте – большом городе, где появление нового пони было обычным делом. Но таких городов было мало, а отправляться туда большой группой было опасно. Крисалис создала список-расписание, следуя которому можно было не бояться разоблачения, а чейнджлинги могли не умереть с голоду. Это позволяло выжить, но неизвестно, долго ли. Именно поэтому она решилась на такой шаг.

Маленькая площадка на вершине горы была покрыта разными магическими знаками и рисунками. Самым большим и основным являлась красная пентаграмма – неизвестно почему, но для темных заклинаний она подходила лучше всего. В метре над центром пентаграммы парила большая прозрачная сфера с синеватым оттенком. Крисалис работала больше месяца, чтобы все знаки находились на своих местах – требовалась ювелирная точность, и высчитать их необходимое положение относительно друг друга было крайне сложно, а среди ее подданных почти никто в этом не разбирался. В последний раз проверив основные руны, Крисалис сосредоточилась на главном знаке. Ее изогнутый, искривленный рог засветился ярко-зеленым светом. Все знаки засветилось так же, лишь пентаграмма продолжила светиться красным. Все было правильно.

Маленькая черная точка, практически незаметная невооруженным взглядом, стремительно пронеслась мимо королевы и влетела внутрь сферы, отразилась от стены и начала беспорядочно метаться внутри. За ней последовала еще одна, и еще. Десять минут спустя, когда Крисалис начала уставать, внутри сферы будто находился рой миниатюрных насекомых. Вскоре количество частиц внутри достигло такого количества, что они начали слипаться вместе. Крисалис поддерживала заклинание, пока частицы внутри сферы не образовали черный, клубящийся дым. Едва не рухнув на землю от изнеможения, она оборвала заклинание.

У дыма внутри сферы внезапно появились два глаза, наполненные кислотно-ярким зелено-красным огнем. Две с половиной секунды спустя, когда существо внутри сферы поняло, что вырваться самостоятельно ему не удастся, оно начало сгущаться и вскоре приняло форму серого единорога в серебряной броне, черной, как ночь, гривой, изогнутым красным рогом и шипастой короной. На плечах у него висел красный плащ с белым подолом, испещренным черными точками.

— Что тебе нужно? – абсолютно спокойным голосом спросил единорог.

— Сомбра, — усмехнулась королева. – Мы с тобой не виделись тысячу лет, а ты даже не здороваешься. Как и следовало ожидать.

— Когда ты видела меня последний раз, я превратил тебя в жуткое существо, питающееся светлой энергией. Вижу, ты до сих пор им и осталась. Не думаю, что ты хорошо ко мне относишься, так что объясни, зачем ты меня восстановила? – Несмотря на внешнее спокойствие Сомбры, Крисалис, будучи чейнджлингом, чувствовала его тревогу.

— Расслабься, ложный король. – Крисалис оскалилась, что должно было означать улыбку. – Видишь ли, в Эквестрии столько всего произошло…

— Например? — оборвал ее король.

— Моя сестра стала банши почти сразу же, как ты нас освободил, — начала Крисалис. Сомбра поднял бровь, но уточнять не стал. – В поисках пищи она отправилась куда-то в далекие земли, и вскоре оттуда пришли двое: кентавр и гаргойл. Не знаю, что у них произошло, но вскоре кентавр, Тирек, был заточен при помощи своего спутника в Тартар. Назад гаргойл отправился в компании молодого местного волшебника. Еще через какое-то время моя сестра вновь тут объявилась. Взяв имя Найтмар, она умудрилась вселиться в одну из правящих сестер, и поднять восстание. Селестии пришлось изгнать ее на луну. И вот недавно, она вернулась.

— Про это я знаю, — вновь оборвал ее Сомбра. – К тому времени мне уже удалось освободиться, по крайней мере, частично. Что происходило после того, как меня раскололи?

— Дискорда выпустили из каменной тюрьмы и умудрились перевоспитать, — пожала плечами Крисалис. – Но вроде как, не слишком хорошо. Та волшебница, что нашла сердце, тоже стала аликорном и заодно принцессой. Тирек сбежал из Тартара, переманил на свою сторону Дискорда, и почти захватил Эквестрию, но, как водится, был остановлен Элементами и упрятан назад в Тартар. Дискорд раскаялся и его простили. Теперь он уже вроде как по-настоящему хороший. Есть еще какое-то неточное сообщение о деревне равенства, и про катаклизм в деревне, где живут Элементы, но я толком ничего не поняла, Селестия засекретила всю информацию.

— Великолепно, — проворчал король. – Мало мне было аликорнов, так еще и Дискорд опять против меня. Ладно, выкладывай, что тебе надо?

— Мои подданные голодают. – Крисалис посерьезнела. – Если что-то не изменить, мы начнем умирать. Некоторых из нас ловят и казнят, когда они от голода забывают про осторожность. Именно поэтому ты здесь. Мне нужна твоя помощь.

— А ты не забыла случаем, что это я виновник ваших страданий? – Королева почувствовала удивление Сомбры. Тот явно не ожидал такого поворота событий.

— Сейчас наши цели не слишком противоречат друг другу. Тебе нужно вернуть себе власть, мне нужна пища для моих подданных.

— Вообще-то противоречат, — заметил бывший король. — Но к консенсусу мы придем, я уверен. Проще говоря, предлагаешь мне союз?

— Да. Будем союзниками?

Сомбра засмеялся.

— Я сделал тебя монстром, обрек вас на вечные муки, и теперь ты предлагаешь мне стать твоим союзником? В каком же ты отчаянии, если решилась на такое?

— Не ты сделал нас монстрами, — вскинулась Крисалис. – И про вечные муки ты ничего не знаешь.

— В любом случае, — Сомбра поморщился, — выбора у меня нет, верно?

— Выбор есть всегда. Можешь сидеть в этой сфере, либо стать моим союзником и вернуть то, что ты так хочешь.

— Я согласен, — вздохнул тот. – Давай, выпускай меня.

Сфера, сдерживавшая бывшего короля, с легким хлопком исчезла. Сомбра, тем не менее, остался парить в воздухе.

— Не боишься, что я предам тебя? – спросил он.

— Тебе это совершенно невыгодно, — усмехнулась Крисалис. – Что ты тогда будешь делать? В одиночку отвоевывать Эквестрию у нескольких аликорнов?

— Резонно. – Сомбра посерьезнел. – Все же, могу тебя порадовать. Я уже составил план действий после освобождения, так как у меня тоже была тысяча лет для раздумий. Первым делом нужно достать амулет Аликорна.

— Зачем тебе амулет? А мы не можем просто пойти и захватить Эквестрию? – нахмурилась Крисалис.

— Ты слишком наивная, — вздохнул король. – Подумай математически. На пике своих сил ты с трудом одолела Селестию. Я, во время своего возвращения был примерно такой же силы, как сейчас и с трудом пробил защиту Каденс, хоть и истощил ее. А теперь сложи нас и подумай, что мы сможем противопоставить силе четырех принцесс-аликорнов, элементам Гармонии и вдобавок Дискорду?

— Я тебя поняла, — Крисалис слегка смутилась, хоть ей и показалось, что Сомбра что-то недоговаривает. – Значит, тебе нужен амулет Аликорна?

— Да. Тогда у нас есть шансы.

— Мы союзники?

— Союзники. Хоть мне и не нравится такая идея, это необходимо. – Сомбра нахмурился. – У тебя есть какие-нибудь исторические или научные труды? Мне надо тысячу лет наверстать.

— Что-нибудь найдется. — Крисалис взлетела и направилась в основную пещеру. Она заранее решила, что рассказывать про три артефакта Мидоубрука не станет. План удался, хоть она и не знала, даст ли это хоть что-нибудь. «Что ж, — подумала она, — времена меняются».