Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 1. Пугающее Приглашение Глава 3. С душой и от души

Глава 2. В воздухе с Вандерболтами

Говорят, летать с Вандерболтами — это честь. Лично я же нашел, что это выматывает.

Спитфайер и ее отряд держали темп на грани возможного — и когда мы добрались до Долины Грез мои крылья практически отваливались. Солнце село, луна была полной[1], и в ее свете было легко видно вьющуюся внизу железную дорогу.

Несколько Вандерболтов собрали для нас облака, и я с облегчением опустился на пушистую поверхность. Если долгий и напряженный полет и вымотал Вандерболтов, то они это не показывали. Я считал, что у меня хорошая физическая форма, но каждый из них был идеальным представителем вида, когда дело доходило до полетов. Что я ценил бы больше, если бы не неизбежная погибель и все такое.

— Лейтенант! — рыкнула Спитфайер, и я автоматически встал по стойке смирно. Она посмотрела на меня с отработанной офицерской суровостью и махнула. — Ко мне!

Ноги поднесли меня к ней автоматически.

— Командор, — отсалютовал я.

— Можете расслабиться, лейтенант. Это не парад, — Спитфайер отвернулась и посмотрела на долину внизу. — Вы сражались с этими жуками раньше — что нам стоит знать?

— Ну… — напряг я мозг, пытаясь выудить что-то полезное. — Они оборотни?

— Уже знаем.

— Да, конечно. Но они могут использовать это против нас. Посеять сомнения и все такое.

— Принято, — кивнула Спитфайер. — Будем приглядывать друг за другом, чтобы у жуков не было шансов кого-то подменить.

Вдали послышался и въехал в долину поезд, освещая рельсы впереди конусом света натриевой лампы.

— О! — вспомнил я кое-что из своих приключений, что не вызывало у меня немедленной дрожи. — Еще одно — подменыши летают, но не владеют погодной магией, как мы. Все, что нам надо — собрать грозовые облака и разнести их. Легко.

— Мне нравится ход ваших мыслей, лейтенант, но не пойдет, — с сожалением ответила Спитфайер. — Я бы тоже не прочь обрушить на них торнадо, но мы не можем рисковать, когда на кону жизнь принцесс. Одна неудачно ударившая молния… — она промолчала и покачала головой. — Придется работать старомодно. Идем быстро и сильно, построение Три-Дельта. Сначала ударим по паровозу и будем пробиваться назад из вагона в вагон, пока не обнаружим цель.

— Три-Дельта чего? — спросил я. — Прошу прощения, командор, но я Королевский Гвардеец, а не Вандерболт. И не имел чести летать с вами раньше.

И тут меня великолепно, прекраснейше озарило. Я подавил улыбку и нацепил мрачную, разочарованную рожу, что было до того дня, величайшим моим актерским достижением.

— И не хочу признавать это, но моя неопытность — это слабость. Для меня было бы честью стать вашим ведомым, командор… но факт в том, что я буду вам мешать. Я знаю, как это бывает — одно перо не на месте и все построение может развалиться. Я не могу рисковать вашими жизнями просто потому, что мне хочется лишний раз подраться с жуками. Я… я просто буду охранять арьергард. Чтобы нас с фланга не обошли, — и, на закуску, я улыбнулся, немного меланхолично. — Передайте там от меня привет принцессе Селестии.

Спитфайер выслушала мой достойный награды (и полностью импровизированный) монолог и покачала головой.

— Хотела бы я, чтобы у меня была дюжина таких, как вы, лейтенант.

— Боюсь, я уникален, — залихватски подмигнул я.

— К сожалению. Представляете, как мне приходится орать в этом отряде? Клянусь, каждый попадающий ко мне рекрут считает, что он полёты изобрел и потому должен быть в центре каждого построения. Месяцами приходится из них это выбивать. Если бы мои рекруты перестали думать крыльями и хоть немного признавали свои слабости, то моя работа была бы здорово проще.

— Похоже, есть множество вещей, которые бы здорово облегчили обе наши работы, командор, — я посмотрел на поезд, который все еще был вдали, но неуклонно приближался.

— Да вы и половины не представляете, — ответила командор Спитфайер. — И поскольку вы, возможно, слабейший тут летун, то мы поставим вас вперед.

— Правильно, — кивнул я. Но, когда я таки разобрал ее слова, в моем рту сразу пересохло. — Вперед?

— Ага, — кивнула она. — Остальные построятся за вами. И мы будем лететь так быстро, что наша общая мощь крыльев будет подталкивать вас. Все, что вам нужно — держать крылья раскрытыми и лететь к цели. Жучары даже и не поймут, что на них обрушилось! — Спитфайер хлопнула меня по плечу и повернулась отдавать команды своему отряду. — Надеваем очки и строимся, Вандерболты! Идем быстро и резко — построение Три-Дельта. Сентри впереди! Последний, кто доберется до подменышей — ставит мне выпивку! Поняли, тупицы?

— УР-РА! — рявкнули Вандерболты что-то, чего я принял за согласие.

Спитфайер надела очки и улыбнулась мне сногсшибательно героической улыбкой, практически моей. Только, знаете ли, искренней.

— Похоже, вы передадите привет принцессе Селестии раньше меня.

А потом Спитфайер столкнула меня с облака.

За все годы я пережил больше драк, сражений, наступлений, отступлений, атак и кампаний, чем могу вспомнить. Но фиаско в Долине Грез было единственным, о котором написали стихи[2].

Честно говоря, началось все хорошо. Настолько хорошо, насколько могут идти дела, когда сильнейшие летуны Эквестрии толкают вас вперед, как таран в форме пони. Ветер свистел и кусал меня за лицо, пока мы спускались все ниже к приближающемуся поезду. Мы уже почти добрались до паровоза, когда разом распахнулись все двери грузовых вагонов и оттуда навстречу нам выплеснулось черное облако злых, скрежещущих чудовищ.

Я не слишком по поэзии, но в одном автор был прав. Подменыши были слева от нас, подменыши были справа от нас, и подменыши были с любой стороны, о которой вы можете подумать. Пока рой несся на нас, я на мгновенье задумался, ловушка ли это или подменыши просто оставили охранять пленных принцесс как можно больше сил.

Но это было неважно, так как подменыши очень хотели меня сожрать.

Я выстрелил из арбалета, добившись крика боли из роя — минус один, еще тысяча-другая осталась. Перезаряжать времени не было — мы влетели прямо в рой. Я махал крыльями как можно лучше, чтобы контролировать полет, но все равно снес минимум трех или четырех подменышей. Хитин хрустел под моими копытами, пока я метался в кипящей массе черных монстров.

Все еще подгоняемый построением Вандерболтов, я вышиб узкое окно вагона-ресторана. Подменыш, в которого я вцепился, принял на себя большую часть удара, но и я не вышел из этого без потерь. Бритвенно-острый осколок стекла оставил тонкий, длинный порез на одной из моих передних ног, и я застонал от боли. К счастью, мой более, чем оправданный стон был перекрыт непрерывным жужжанием и шипением орды подменышей.

Я обернулся через плечо и увидел, что Вандерболты держались самым героическим (и полностью тщетным) образом. Несмотря на навыки, их превосходили числом многократно. Вопли и боевые кличи эхом разносились в ночи, раздаваясь и затихая с самой пугающей неожиданностью.

— Лейтенант! — Спитфайер неописуемо пронеслась по небу и вогнала кончик копья в торс подменыша. — Вы должны спасти принцесс! Это наша единственная надежда!

Прокричав это, Спитфайер унеслась, преследуемая тройкой истекающих слизью подменышей.

Тут я и понял, что единственный прорвался в сам поезд — остальные Вандерболты были слишком заняты, сражаясь в воздухе. И если понибудь и спасет принцесс, то это буду я. В свою очередь, я понимал, что если хочу выбраться из этого бардака живым, то мне понадобится помощь.

Очень много помощи.

Помощи, типа “обрушу на них солнце”.

И потому я метнулся через вагон-ресторан, уворачиваясь от плевков слизи. По пути я опрокидывал столы и стулья, задерживая преследователей на доли секунды — но спасали и они.

Я ворвался в кухню и там, истекая слюной, меня поджидал подменыш. От неожиданности я выругался и ударил его в лицо. Когда он не упал, я схватил здоровенный кухонный нож с удобно расположенной подставки и вогнал его в удобную щель между двумя пластинами панциря. Его синие глаза расширились от шока, и подменыш упал на пол. Будь я хорошим пони, то неожиданное, инстинктивное насилие было бы пугающим. Но, как, наверное, уже поняли читатели, я определенно не был хорошим пони.

Мои копыта скользили по луже растекающегося ихора, и я метнулся в следующий вагон. К счастью, мне хватило ума вставить разряженный арбалет в дверную ручку, временно ее заклинив. Купив себе немного времени, я осмотрел вагон, в который попал.

Это, кажется, был грузовой вагон, судя по размерам и отсутствию окон. Он был здорово оподменышен — болезненно органическое слизистое вещество покрывало пол, стены и потолок. И, как мешки с картошкой, с потолка свисало множество продолговатых зеленых коконов.

Я метнулся к ближайшему и отчаянно его затряс.

— Просыпайтесь! — и сквозь зеленоватую жижу я увидел пару открывшихся светящихся глаз. Пони внутри начала двигаться, и я разглядел больше деталей — темная шкурка, блестящая грива — принцесса Луна.

Я облегченно рассмеялся. Принцесса Луна была куда более пугающей, чем ее сестра — с ее-то желанием погрузить мир во тьму и всем таким. Но пока эта мегаломания будет направлена на подменышей (и от вашего покорного слуги), то оно и к лучшему, так? Все, что мне надо — освободить ее, убраться с пути и все закончится.

Я заковырял липкую поверхность кокона и сумел проделать дыру. Из нее вытекла вонючая зеленая жижа и в отвратительной пародии на рождение выскользнула принцесса Луна. Стоя на трясущихся ногах и выкашливая зеленую слизь, она определенно не была тем воплощением тьмы, на которое я сейчас так надеялся.

— Кто… кто вы? – посмотрела она на меня.

— Лейтенант Флеш Сентри, к вашим услугам, — я забыл отсалютовать, но принцесса того не заметила. Она начала падать, и я метнулся вперед, подставив свои плечи под одно ее копыто. Подменыши по другую сторону двери начали колотить в нее достаточно сильно, чтобы твердое дерево ложа арбалета стало трещать. – Я здесь, чтобы спасти вас.

— Спасти… нет! – покачала принцесса головой. – Я слишком слаба от яда подменышей. Я не могу сражаться. Не могу лететь. Вы должны оставить меня.

— Со всем уважением, принцесса, слишком многие пони прошли через слишком многие проблемы, чтобы сдаваться сейчас, — конечно, неприлично обсуждать вес леди (особенно если эта леди может от скуки жонглировать звездами), но принцессы, как правило, выше других пони. Не говоря же о том, что Луна целиком состояла из мускулов – я напряг крылья, но оторвался от пола едва на фут. И не на достаточной для убегания от подменышей скорости.

В дверь начали молотить сильнее, и от треска ломающегося арбалета мое сердце пропустило удар.

— Быстрее! – потряс я Луну. Кабы не слишком сильно. – Сделайте что-нибудь найтмермунское! Погрузите их в вечную тьму! Сожрите их! Что-нибудь!

Глаза Луны закрылись, и она кивнула.

— Спасибо, лейтенант, — сказала она слишком чопорно для той, кто покрыт липкой слизью. – У меня есть идея. Можете меня отпустить.

Я повиновался, и она сумела встать, хоть и неуверенно.

— Надежда еще не потеряна. Есть и другая, кто может нам помочь.

— Кто? – дверь треснула, и подменыши начали пропихивать в трещину свои длинные черные ноги. Я прижался плечами к двери, удерживая ее закрытой еще на несколько секунд.

— Старлайт Глиммер.

— В душе не знаю, кто это!

— Ученица Твайлайт Спаркл – она наша единственная надежда.

— Отлично! В каком она коконе?

— Она не была поймана, еще нет – и потому может помочь нам. Я могу связаться с ней через мир грез – но при астральной проекции мое тело будет уязвимо. Вы должны сдерживать подменышей как можно более долго.

— А потом что? – мой голос дрогнул, а в двери появилась еще дыра.

— А потом мы будем надеяться, что Старлайт Глиммер спасет нас до того, как подменыши высушат досуха, — принцесса Луна закрыла глаза и ее рог начал светиться. – Спасибо, лейтенант Сентри. Ваши деяния в этот день не будут забыты.

И прежде, чем я успел пискнуть что-нибудь протестующее, принцесса закрыла глаза и погрузилась в какой-то транс. Я мог бы ее разбудить, но если бы отпустил дверь, то подменыши ворвались бы внутрь и выели наши мозги.

Не могу сказать, сколько продержался – это могли быть секунды, а могли быть и часы. Время выделывает странные штучки, когда твоей крови с воем жаждет целый улей подменышей. Я просто не отрывал глаз от принцессы Луны, которая сидела и творила какую-то аликорнову магию с явным недостатком взрывающихся голов или падающих метеоров.

Подменыши взвыли еще раз и обрушились на дверь достаточно сильно, чтобы сорвать ее с петель. Я растянулся на полу и тут же по моей спине протоптался целый улей, выбив из легких весь воздух. Последнее, что я видел – налетевших на все еще находящуюся в трансе Луну жуков, возвращающих ее в кокон с помощью этих своих мерзких выделений.

А потом все потемнело.


Несмотря на более роялистские источники, принцессам не нужно ни поднимать солнце каждое утро, ни луну каждый вечер. Однажды приведенные в движение, небесные тела продолжают двигаться по инерции некоторый отрезок времени. “Ритуал поднятия солнца” это, фактически, больше коррекция курса, когда поднимающий поправляет движение светила по орбите, чтобы обеспечить оптимальные климатические условия. Если вы желаете разобраться в вопросе подробнее, то могу порекомендовать работу Коньперника “О вращении селестиевых сфер”. — Дж.М.Ф.

Сентри, конечно, ссылается на знаменитую работу Теннейсона “Атака летучей бригады” — Дж.М.Ф.

...